Когда я умру...

Эпизод 7. Епитимья

К полудню от моей вчерашней улыбки не осталось и следа.

До начала приема посетителей оставалось меньше десяти минут. Я уже трижды прошелся вдоль забора, не решаясь войти. Каждый раз минуя главный вход, я поднимал взгляд на табличку: «Психиатрическая больница 4».

Буквы казались мне устрашающими. Никогда прежде я не боялся обычного куска металла так сильно. Даже вывеска «стоматология» звучала бы приятнее в нынешней ситуации.

– Передумать еще не поздно, – неожиданно произнес демон.

– Ты – внутри я ощутил короткий всплеск облегчения.

– Не обольщайся, это просто совет.

Я поджал губы, пряча короткую улыбку, и, тряхнув головой, все же ступил на крыльцо.

Открыв дверь, в нос ударил резкий запах хлорки. Охранник за небольшим постом смерил меня быстрым оценивающим взглядом.

– Вы к кому? – строго спросил он.

– К Марку Вейсу, – тут же отреагировал я, не успев даже толком осмотреться.

– Распишитесь в журнале посетителей, – он ткнул толстым пальцем в журнал, лежавший между нами на столешнице, – имя, дата, паспорт, к кому и подпись, – сухо произнес он, протягивая мне ручку.

Я кивнул. Быстро вытерев потные ладони о джинсы, я схватил ручку и немного дрожащим почерком записал все, что от меня требовалось.

– Хорошо, вам в левое крыло. Поэтому идите прямо до поворота, потом налево и в конце коридора будет пост медсестры. Она вас сориентирует.

– Спасибо, – растерянно произнес я, про себя повторяя «прямо до поворота, потом налево».

У стойки меня встретила худая и очень высокая медсестра. Из-за ее роста халат казался через чур коротким, либо просто мал, и потому ноги буквально торчали из-под белой ткани.

– Крыло демонов в другой стороне, – почти запричитала она, но осеклась, встретившись взглядом с моим демоном.

– Крыло демонов? – недоумевая, переспросил я. – Нет, что вы. Я к Марку Вейсу, охранник отправил меня именно сюда.

– Вы к Марку? – она сощурилась, бегая взглядом между мной и демоном.

Я кивнул, а демон, сложив руки в задние карманы штанов, принялся обхаживать здание, изучая его стены и потолок.

Девушка дежурно нам улыбнулась, и, попросив подождать в холле, куда-то удалилась.

– Надо было тебя дома оставить, – буркнул я демону, скрещивая руки на груди.

Он никак не отреагировал на мои слова, продолжая расхаживать взад и вперед.

– А ведь это мог бы быть твой дом – он повернулся, – вот я и осматриваюсь. Куда ты, туда и я, сам же понимаешь.

– Чего?

– Разве не понимаешь? Чем ты отличаешься от людей, которых заперли здесь?

Грудь сдавило от его вопроса. Да как он смеет называть меня психом? Я резко выдохнул, отвел взгляд в сторону, будто в коридоре было что-то интересное.

«Это плохая идея. Ссора здесь – глупость», – вновь и вновь повторял я про себя мантру, успокаиваясь.

Но его вопрос никуда не исчез. Он, точно червь в яблоке, медленно съедал меня изнутри.

«Чем я отличаюсь?»

– Пройдемте, – из-за угла показалась медсестра, и я тут же вздрогнул, позабыв обо всех своих размышлениях.

Гулкий стук каблуков отдавался эхом от стен и звенел в ушах. Через несколько поворотов мы оказались в просторной комнате отдыха, в которой было не так много людей. Всего четверо, исключая разве что персонал.

Марка я узнал не сразу, за три года он будто постарел лет на пятнадцать. Он заметно похудел, а на висках появилась седина. По моим подсчетам ему должно быть около пятидесяти, но выглядел он на все шестьдесят пять. Глубокие морщины, словно шрамы, въелись в его смуглую кожу. Он неспешно поднял свои тяжелые веки. Сначала коротко посмотрел на моего демона, а затем бросил такой же беглый взгляд на меня. Не выражая никаких эмоций, он сел на диван, ожидая от меня того же.

И я молча опустился рядом, сложив ладони на коленях, совершенно не представляя, с чего начать этот разговор.

– Вы журналист? – без интереса спросил он.

– Нет.

– Ученый? – продолжал угадывать он.

– Нет, – вновь повторил я.

Мужчина коротко улыбнулся.

– Тогда удивите меня. Кто вы?

Я почесал затылок, а затем нервно пригладил волосы.

– Меня зовут Адам. Я работаю диспетчером в центре экстренной психологической помощи. Мой клиент – я запнулся, чем вызвал больший интерес у собеседника, – Эм То есть подруга уверена, что ее ангел намерен ей навредить.

– Ваш клиент – это ваша подруга? – в его голосе чувствовался скептицизм.

– Да. Так получилось, – я потупил взгляд в пол.

Профессор усмехнулся.

– Так а от меня что нужно? Если он жаждет ей навредить, значит, на то есть причины, – холодно произнес он.

– Я видел статью. В ней вы утверждали, что ангел собирается вас убить.

– Думаете, с ней то же самое?

Я неуверенно кивнул.

– Тогда я не завидую вашей подруге. Ангелы не сходят с ума просто так. Они не нападают на праведников. Если ее ангел хочет ее убить – спросите свою подругу, кого она убила. Потому что мой ангел пришел за моей головой только после того, как я пролил кровь. – Вейс замолчал и посмотрел куда-то в сторону.

Я проследил за его взглядом, но увидел лишь белую стену. Мужчина продолжал смотреть туда так сосредоточенно, словно видел что-то, недоступное мне.

– Куда вы смотрите? – осторожно поинтересовался я.

Марк тяжело вздохнул и уже на выдохе произнес:

– На своего ангела.

Я еще раз оглядел комнату. Кроме нас тут были два врача и одна медсестра. Из пациентов я видел молодого парня, который упорно рисовал что-то на листке, а рядом с ним сидел его ангел. Чуть в стороне от них за другим столом я заметил пожилую женщину – она играла в шахматы со своим то ли сыном, то ли внуком, их обоих тоже окружали ангелы. И в самой комнате лишнего покровителя тоже не нашлось, все держались близ своих подопечных. Только возле Марка не было никого. Лишь абсолютная, звенящая пустота.

– Что что с ним с вами произошло? – заикаясь спросил я.

– Хотите узнать, как профессор истории оказался в психиатрической больнице? – с легкой иронией в голосе он отвернулся от своего «ангела» и вновь посмотрел на меня.

– Да, – тихо ответил я и, натянуто улыбнувшись, добавил: – пожалуйста.

– Это длинная история, – Вейс откинулся на спинку дивана, – вы читали мою статью?

Я согласился.

– Значит, половину истории вы уже знаете, – мужчина замолчал, но выглядел при этом задумчивым. – Люди слабые. И история это не раз доказывала.

Я невольно заерзал, не зная, куда деть руки. Будто меня снова посадили в аудиторию.

– Мы развиваемся, создаем технологии, меняем языки и государства, – продолжал он. – Нам кажется, что мир становится другим. Но снова и снова происходит одно и то же. Предаем. Захватываем. Убиваем. Оправдываемся.

Во рту появился привкус горечи, который я непроизвольно пытался сглотнуть.

– Я был высокомерен. Думал, что, изучая прошлое, смогу изменить будущее, – Марк устало потер переносицу. – Двадцать пять лет я преподавал историю. Каждый год говорил студентам одну и ту же фразу: повторяется не история – повторяется человек.

Профессор посмотрел на свои ладони, и я невольно сделал тоже самое, словно в моих руках мог скрываться ответ.

– Забавно... Я понимал это лучше многих. Просто не думал, что однажды сам стану подтверждением собственных слов.

На этом моменте его голос оборвался. Тихое постукивание шахматных фигур о деревянную доску и шелест карандаша по бумаге заполняли комнату хоть какими-то звуками. Никто из пациентов не обращал на нас внимания.

Я не решался нарушить эту тишину, а демон напротив только раззадорился нависшему молчанию.

– Спроси его кем он стал? Жертвой или палачом?

Я прикрыл глаза, но вторил голосу демона.

– И что произошло потом?

– Скажем так, это не тот эпизод из моей жизни, которым принято хвастаться, – его взгляд застыл на выключенном телевизоре, словно на черном экране проигрывался тот самый день. – В особенно тяжелые будни я любил подняться на крышу университета с чашечкой кофе и вдохнуть свежий воздух. А в тот год почти все дни были тяжелыми, – он с ностальгией улыбнулся, – я был на пороге великого открытия, хотя, вполне вероятно, я ошибался, но этого уже мы не узнаем наверняка.

Я притаил дыхание, словно пятилетка.

– Вы про «павших ангелов»?

Он усмехнулся.

– Вроде того. Но меня интересовало не то, могут ли ангелы пасть. Меня интересовало, правильно ли мы вообще понимаем, кто такие покровители и зачем они существуют. А потому начал активно изучать теорию их несовершенства и искал этому доказательства.

– И вы нашли? – нетерпеливо перебил его я.

– Я не знаю

Я моргнул, решив, что ослышался.

– Но вы же утверждали, то есть знали, что это так, – слова перемешались в кашу, я ожидал услышать ответ, разгадку на волнующий меня вопрос, но никак не «не знаю».

– В тот день, – профессор проигнорировал мои слова, продолжая свой рассказ, – когда я поднялся на крышу университета, на краю парапета стоял мальчишка. Возраста моей дочери.

Он притих, снова уставившись на свои ладони.

В моей голове постепенно начал складываться пазл, но я упорно отнекивался от него. Но обрывки фраз сами складывались в логичную картину.

«Ангелы не сходят с ума. Они не нападают на праведников.»

«Мой ангел пришел за мной, когда я пролил кровь.»

«В тот день на краю парапета стоял мальчишка.»

«Нет, не складывается», – замотал я головой.

– Ангел парнишки, словно бы что-то ему доказывая, активно жестикулировал. Он подошел к нему и схватил резко за плечи, что мальчик дернулся, едва не свалившись, и я подскочил к нему без задней мысли. Я был уверен, что его ангел хотел его столкнуть.

Марк отвернулся, уставившись в стену. Я переглянулся с демоном, тот тоже ждал продолжения рассказа.

Но эта часть истории непроизвольно вернула меня к ситуации с метро, где я тоже был уверен, что ангел толкает свою подопечную на рельсы. А потому прищурился, сопоставляя эти две ситуации в своей голове.

– Он толкнул его? – с нескрываемой надеждой спросил я.

Мужчина качнул головой, принявшись нервно потирать подушечки пальцев.

– Нет, эту часть событий он оставил мне – Марк скривился. – Я пытался схватить парня за руку, от неожиданности тот обернулся и принялся отталкивать меня, но я не сдавался. – Историк стал нервно шевелить челюстью, словно жевал губы изнутри. – Ведь мне всего-то надо было крепко схватить его и стащить оттуда. Только вот – он запнулся, облизывая пересохшие губы, – если бы парень не размахивал руками – было бы проще. В очередной раз, когда я пытался поймать его за руки, мои ладони, – Вейс замолчал, подбирая «правильные» слова, – они столкнулись с его грудью и я с тем же рвением, с которым пытался спасти его – на сухих губах выступили капли кровь, – толкнул.

На шахматную доску с оглушительным звуком поставили очередную фигуру.

– Шах! – старушка весело засмеялась.

Ее смех был настолько неуместен, что меня передернуло от него. От осознания, что только что сказал профессор меня оглушило, словно по затылку долбанули кирпичом. Я инстинктивно отшатнулся от Марка, будто этими словами от толкнул и меня тоже.

– Ха Вот оно, – послышался голос демона, и я повернулся к нему, – Вот это мне нравится.

– Нет, это было не специально, – начал отрицать я, подавляя тошноту и разбушевавшееся воображение.

– А ты не похож на подопечного демона, – Марк натянуто улыбнулся.

– А я о чем! – воскликнул демон. – Адам, ты позоришь меня.

Я скривился.

– Не хочу им быть, – с обидой в голосе произнес я.

– М-да, несправедливо, – усмехнулся профессор.

– То есть?

– Если бы я не толкнул – ангел не взывал бы к моей совести и не желал бы мне смерти, а если бы у меня был демон, то не оказался бы здесь

– Вы жалеете?

– Нет, – он покачал головой. – Я заслужил это. И если бы вернулся в тот день все равно поступил бы также.

– О-о-о, надо и тебе такого парнишку найти, Адам, – развеселился демон. – Помочь ему... И не о чем тут жалеть вовсе. Ты же вроде знаешь какого это, когда тебя останавливают от желаемого, – он расплылся в самодовольной улыбке.

Я посмотрел на демона и приоткрыл рот. Никогда он еще не был так прав в своем бреду. Я действительно знал какого это. Если бы в тот день кто-нибудь столкнул меня нет, не столкнул. Просто вмешался бы. Каким бы способом он это ни сделал Я был бы благодарен.

От этой мысли по спине пробежал холодок. Я усомнился в своем здравом рассудке. Был бы благодарен человеку, который убил?

Я сжал челюсти.

Но ведь Марк не хотел его убивать Он хотел спасти. И если тот парень действительно мечтал умереть, как я последние несколько лет, разве он стал бы винить Марка?

– Я думаю тот парень тоже не стал бы ничего менять. Вы не сделали ничего плохого.

Марк нахмурился.

– Ничего хорошего я тоже не сделал, – тихо ответил он.

Его слова почему-то не убедили меня. Всю дорогу сюда я ломал голову, что происходит с ангелами и как защитить Виолу. Теперь же мои мысли вновь и вновь возвращались к парню на крыше. К человеку, который хотел умереть. И к Марку. Он не исполнял его желания. Он просто... Помог.

Я резко поднялся с дивана, словно пытаясь вытряхнуть эту мысль из головы.

Чушь

Но она уже прицепилась.

– Спасибо, что поделились своей историей, – я кивнул ему, понимая, что время посещений подходит к концу.

Марк лишь устало улыбнулся.

Уже у выхода демон догнал меня.

– Видишь? Убивать не всегда плохо, можно и во благо!

– Заткнись.

– Я же ничего нового не сказал. Это ты сам сейчас почти убедил профессора, что он поступил правильно.

Я поджал губы и зажмурился. Мысли неслись со всех ног и выстраивались в логичное предложение. В план.

Если человек действительно хочет умереть... Если другого выхода для него нет... Если после этого он был бы только благодарен...

С каждым новым «если» от этой мысли было сложнее избавиться и с каждым новым «если» она становилась убедительнее.

После того как Виола будет в безопасности... Мне тоже понадобится такой человек. Кто-то, кто не позволит демону снова меня остановить и в нужным момент толкнет.

Эпизод 8. Песочный замок

Рассекая комнату вдоль и поперек, я не мог совладать с собой.

Черт. Черт! ЧЕРТ!

Хотелось размашисто врезать себе кулаком по челюсти, но это ничего бы не решило. Весь мой план пошел под откос.

Я пришел к Марку, чтобы что?! Придумать, как убить себя?

Господи, какой же я идиот.

Я перечитывал свой блокнот снова и снова, записей было море, но ощущение такое, будто я не узнал вообще ничего. Вопросов стало только больше, и каждый следующий был сложнее предыдущего.

Например, с чего Марк решил, что ангел собирается его убить после так называемого «убийства»? И где черт возьми его ангел был в принципе? Почему я не видел его?

Я собирал по кусочкам наш разговор и с каждой секундой злился на себя пуще прежнего.

Нет ни доказательств, о которых писалось в статье, ни достоверной информации, почему ангелы из хранителей переквалифицировались в карателей. И с чего он взял, что Виола могла кого-то убить? Бред.

Или может? Учитывая, что знал я эту девушку чуть больше недели, то решил позволить своей фантазии представить подобную картину.

Виола крадется ночью по темному переулку с огромным кухонным ножом. Девушка настолько миниатюрная, что нож в ее руке выглядит почти как меч. Рыжие кудри торчат во все стороны, и напоминает она скорее взъерошенного домовенка, чем опасного убийцу.

Ее жертва в испуге вскидывает руки и бросается бежать.

– Не могли бы вы не убегать? – неуверенно окликает его воображаемая Виола. – Я за вами не поспеваю.

Шумно выдохнув, я закрыл глаза.

Нет, не то.

Тогда может

Виола в черном деловом костюме стоит перед зеркалом, поправляя галстук. Ее волосы туго собраны в хвост на затылке, а выбившиеся пряди педантично зализаны назад. Кобуры плотно прижаты к поясу, а взгляд остается холодным и совершенно безэмоциональным.

Она выходит из номера отеля в длинный коридор. Навстречу один за другим появляются вооруженные люди.

Виола делает едва заметный вдох.

Первый выстрел. Второй. Она уходит в сторону раньше, чем пули достигают своей цели. Перекат.

Вокруг звенят гильзы, вспыхивают короткие языки пламени, с потолка сыплется штукатурка. Но девушка невозмутимо поправляет манжету пиджака и скрывается за поворотом.

Надо меньше смотреть телевизор. Этот вариант точно нет.

Как ни старался, воображение снова и снова подсовывало одну и ту же Виолу: маленькую, растрепанную, веснушчатую – и главное, безобидную. Втиснуть в этот образ хладнокровного убийцу было просто невозможно.

Конечно, я еще плохо ее знал но склонялся все же к мысли, что Марк был неправ и нес полную чушь.

Я в очередной раз нервно покрутил ручку между пальцами и, постучав ею пару раз по столу, отложил в сторону. Вместо блокнота я открыл браузер и принялся искать информацию об исчезновении покровителей или их отсутствии.

На глаза снова попадались статьи про массовую галлюцинацию человечества – я пролистывал их сразу, не останавливаясь.

Должно было быть что-то более связное. Более убедительное.

Почти все научные статьи оказались бесполезными. Но одна из ссылок заставила меня остановиться – обсуждения на форуме «ангел.нет».

Оформление сайта выглядело дешево и старо, будто его создали году в две тысячи восьмом и с тех пор не меняли: розовая шапка и бледно-желтый фон.

Хотя, несмотря на это, пользователи активно переписывались буквально этой ночью.

@no_signal 02:11

«Он стоял передо мной, но не отвечал. Просто смотрел. Так уже третий день»

@lilith_error 02:13

«Ты уверена, что он смотрел? Они иногда просто имитируют взгляд»

@k0tovv 02:15

«Опять эти темы. Сколько можно. У всех одинаковая история, придумайте что-то новое»

@moderator 02:16

«Напоминаю: тема Исчезновение ангелов уже закрывалась шесть раз. Если обсуждение снова сведется к теориям заговора – закрою и эту.»

@no_signal 02:18

«Это не теория. Он действительно не отвечает. Я пыталась позвать его по имени – ноль реакции»

@deleted_user 02:19

«Сообщение удалено пользователем»

@no_signal 02:20

«Ты зачем стер?»

@deleted_user 02:20

«Не хочу получить бан снова»

@deleted_user 02:21

«Ангелы не обязаны реагировать на голос. Это не собака»

@no_signal 02:22

«Раньше он хотя бы моргал, когда я плакала, а сейчас только улыбается.»

Я перечитал сообщение еще раз. Оно не казалось важным, но почему-то цепляло меня. «Улыбается». Я задержался на этом слове чуть дольше, чем нужно. Потом перечитал всю переписку вновь до этого сообщения, надеясь найти что-то, что объяснит, почему оно застряло в голове. Ничего.

@sunset_protocol 02:24

«У кого-нибудь вообще остался контакт? Или это массовое?»

@k0tovv 02:25

«Массовое что? Вы все говорите так, будто это диагноз»

@hollowday 02:27

«У меня также. Он стоит в углу комнаты уже час. Я проверял два раза – он не двигался. Это жутко»

@lilith_error 02:28

«Не провоцируй. Если он застыл, значит есть причина»

@anxiety_log 02:31

«Причина в том, что его там нет?»

@deleted_user 02:32

«Не начинайте теории про исчезновение. Это всегда заканчивается одинаково»

@marrow12 02:34

«У всех он разный. Это нормально. Не сравнивайте»

@no_signal 02:40

«Я просто хочу понять, он ещё здесь или его давно уже нет»

Время неумолимо утекало сквозь пальцы. А я точно загипнотизированный не мог оторваться от бредовой переписки на форуме. Казалось, что смысл в их словах был, но в то же время он ускользал от меня каждый раз, когда я пытался за него ухватиться.

Телефон на столе завибрировал, и я не глядя нажал на кнопку принятия вызова.

– Адам! Ты уже освободился? – послышался встревоженный голос Виолы в трубке.

Я выпрямился.

– Да. Что случилось?

– Чез совсем меня не слушается, он скоро разгромит мне всю квартиру! – Я резко поднялся из-за стола, но не успел сделать и шага, как до меня стал доходить смысл ее слов: – Я помню, что мы договаривались на завтра, но может ты сможешь приехать и помочь мне сегодня? – жалобным голосом пропищала она.

– Чез? Собака?

– Да

Я выдохнул. Взгляд снова зацепился за вырвиглазную розовую шапку сайта. Эти люди и Марк не отпускали меня, а Виола на другом конце провода почему-то звучала как-то странно легко. Я путался в версиях и, наверное, единственное, что я мог сделать сейчас – услышать её.

До сих пор я избегал темы ангела, считая ее щепетильной, но чем больше я копал, тем больше понимал, что проблема, возможно, вовсе не в нем.

– Буду через сорок минут! – выпалил я и наспех бросил трубку.

На станции люди толпами выходили из вагонов, а я пробирался сквозь встречный поток. Словно чем ближе я подбирался к правде, тем сильнее течение пыталось унести меня обратно, но останавливаться было уже поздно.

Когда я вышел, на часах уже было девять вечера, но ночью даже не пахло, на улице было так же светло, как днем. Под голубым небом дом Виолы казался еще новее и богаче, чем во время моего прошлого визита.

Только сейчас я заметил, что во дворе почти не было асфальта. Вместо него – аккуратные дорожки, молодые деревья, детская площадка с мягким покрытием и деревянные шезлонги, на которых кто-то читал книгу. В воздухе пахло свежескошенной травой, цветами и чем-то сладким из кофейни у входа. Не двор, а картинка из рекламного буклета. На мгновение даже стало неловко от мысли, что мы с Виолой живем в одном городе.

Стеклянные двери подъезда бесшумно разъехались в стороны.

От неожиданности я отшатнулся назад. Неужели в прошлый раз они тоже открылись сами? Тогда я даже не обратил на это внимания.

Но, тряхнув головой, я уже увереннее двинулся внутрь. На этот раз подъем до двенадцатого этажа показался гораздо короче.

Подходя к нужной двери, я тут же услышал, как что-то тяжелое упало на пол, а следом раздался громкий лай.

– Чез! Нет, нельзя! – донесся голос Виолы.

Судя по всему, собака действительно решила устроить переворот.

Взявшись за ручку двери, я заметил, что она была открыта.

– Виола? – осторожно позвал я, заглядывая внутрь.