Истории НЕуспеха. Коллекция неудач, собранная за долгую успешную карьеру
- -
- 100%
- +
© Дмитрий Даньшов, 2021
ISBN 978-5-0053-4167-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Решиться написать несколько абзацев, посвященных этой книге, мне было нелегко. Три четверти технических текстов, которые присутствуют в описании, для меня малопонятны. Но мне кажется, что само желание совершить самоанализ неудач и предложить его публике вместе с определенными позитивными выводами – это очень хорошо и важно.
Дело в том, что с точки зрения такого нового направления институциональной теории, как социокультурная экономика, или теория неформальных институтов, ценности и поведенческие установки людей могут очень по-разному воздействовать на инновации, предпринимательство и на экономическую жизнь в целом. В частности, сочетание таких характеристик, как высокая дистанция власти (отношение к власти как символической ценности, которая сама решит, что с нами делать) и высокого избегания неопределенности (опасения, что любые изменения принесут ухудшения ситуации) создают институциональную ловушку в развитии нашей страны. Это одна из важнейших причин, почему мы так отстаем и в инновационном процессе, и в институциональных преобразованиях. Так вот, отношения к неудачам – это и есть критерий, принимаем ли мы неопределённость или пугаемся и отвергаем ее. В развитых странах в последние годы появилось специальное понятие «культуры неудач», то есть готовности пробовать снова и снова, не объявляя человека «лузером» за то, что у него что-то пару раз пошло не так. Только при наличии такой культуры стала возможна Силиконовая долина, потому что первый успех стартаперов приходил к ним не в двадцать лет, а после сорока (по крайней мере, в среднем).
Изменение отношения к неудачам дает ещё один, может быть, не менее важный эффект – изменение отношения к людям. Страх изменений, избегание неопределенности относится и к контактам с другими людьми. В этом случае вы предпочитаете «своих» и боитесь «чужих». Недавние экономические исследования показали, что продуктивность экономики, ВВП на душу населения, в значительной степени больше, если возникает так называемый бриджинговый социальный капитал – доверие незнакомых людей друг к другу. Это принципиально снижает силы трения в экономике – транзакционные издержки: затраты на подготовку переговоров, деньги на адвокатов, подкуп чиновников и так далее. О таком повороте в развитии России мы с коллегами в последнее время много думаем, работаем над соответствующими предложениями для власти, компаний и людей.
Книга, предложенная вашему вниманию, на мой взгляд, будет работать именно на такую важную и великую цель. Я не во всем согласен с выводами, которые делает автор, но это его опыт, его путь, его анализ и его результат, представленный вашему вниманию. И это несомненно полезно.
Александр Александрович Аузан
Декан экономического факультета
МГУ имени М. В. Ломоносова.
Член Ученого Совета МГУ.
Научный руководитель Института Национальных Проектов.
Член Экономического совета
при Президенте РФ.
Член Правительственной комиссии по проведению Административной реформы
Эта книга завершается словами «Доклад закончил». Перед докладчиком Дмитрием Даньшовым – огромная аудитория из его родных и близких, друзей и соратников, большого коллектива наемных работников и смежников. Из тех, кому он дал работу и кого уволил, из завистников и почитателей. И перед всеми Дмитрий предельно откровенен и честен.
Надеюсь, что эта книга попадет в руки читателям, которые никогда ранее не слышали о Даньшове, и они получат огромное удовольствие от чтения. В книге – история нашей страны, рассказанная активным очевидцем и участником. Ещё очень выпукло показаны системные проблемы нашей экономики, несовершенство государственного управления. Неплохо было бы распространить эту книгу в Госдуме и Совете Министров.
«История Неуспеха» – это на самом деле история успеха, история становления личности, история любви к созиданию, история побед и преодоления поражений. Автор обращается ко всем: творите, не бойтесь ошибок, ошибки – это бесценный опыт, учитесь и на моих неудачах.
В книге трогательно и с юмором описано детство. Пацаны – большие выдумщики. Взрослые им не мешали и даже помогали. Стволы к пневматике доставали – доверяли, значит. И не отбили своими запретами у ребят желания творить.
Студенческие годы выпали на перестройку. Мы помним это непростое время. Народ выживал, разводил огороды, сажал картошку. А студент Дима с товарищем подрабатывали ночью сторожами, а днем на рижском рынке – грузчиками. Я и сам в это время бомбил на своем желтом «Москвиче 2140». Веселое было время! Автору удалось передать картину и экспрессию того периода.
Особое мое уважение вызывает подход молодых ребят к развитию своего бизнеса. Они не кинулись, как большинство, в «купи-продай», в челночный бизнес или в ваучерную приватизацию. Начали с производства. Изготовление тормозных колодок для иномарок автор приводит как провальную историю. А на самом деле это фундамент, на котором потом был выстроен успешный производственный бизнес. Сегодня фирму «Механика» и ее Главного Механика Даньшова знают на всем постсоветском пространстве, и многие фирмы Азии, Европы и Америки являются ее партнерами.
Да, но это книга не о том. Эта книга о судьбе. Эта книга о жизни. Эта книга о смысле жизни.
Помните, как у Достоевского: «Широк человек, слишком даже широк, я бы сузил».
Вот и наш автор не может существовать в узких рамках одного успешного проекта. Ему нужно и отель построить на берегу Азовского моря, и флотилию из прогулочных катеров создать, мини-бунгало и мини-спальни по собственному проекту сотворить, разработать водогрейные системы по зеленой технологии, сконструировать печи пеллетного отопления и наладить их производство…
Действительно, широк человек! …А «надо бы сузить» – это не про него.
Константин Котов
Инженер компании SUNNEN
«Вы просто слесарь, по недоразумению получивший образование!» Именно так в пылу спора закричала на Дмитрия Даньшова одна миловидная девушка, дипломированный психиатр. А Даньшов воспринял такую характеристику как комплимент. Потому что на правах слесаря он может говорить что угодно, то есть правду.
В книге «Истории неуспеха» он честно делится анализом своих неудач и упущенных возможностей. Делает это сочно, с прекрасным чувством юмора и техническими подробностями. Даньшова никак нельзя назвать неудачником: он выстроил компанию – национального чемпиона «Механика», включающую в себя 52 предприятия в 42 городах России, запустил массу других проектов, например, семейный курорт «Казачий берег». И основная правда книги – показать, что путь к успешному бизнесу невозможен без неудач.
Несмотря на то, что Даньшов описывает неудачи, порой серьезные, настрой книги очень даже оптимистичен. Читаешь как приключенческую книжку, где каждое препятствие – не беда, а новый ценный опыт, новые знакомства и знания. А самое главное: каждый провал приближает к заветной цели – настоящему успешному бизнесу!
Так сложилось, что рассказами о провалах не принято делиться с общественностью. В бизнес-литературе путь к успеху рисуют «исключительно прямым и усеянным розами». Хотя целый ряд зарубежных специалистов по предпринимательству утверждает, что в основе успеха многих известных предпринимателей лежал предыдущий опыт нескольких неуспешных проектов – отмечает Дан Медовников, директор института менеджмента инноваций ВШЭ. Более того, этот опыт служил для них хорошей рекомендацией. Отечественные книги, где предприниматели открыто делятся своими провалами, появились совсем недавно: сборник «Инновации: разбор полетов. Как ошибаются технологические предприниматели» и книга «Истории НЕуспеха». Надеюсь, это станет началом обобщения и осмысления опыта неудач, который поможет в запуске бизнеса.
Григорий Баев
Руководитель Центра управления производством, к.э.н., доцент кафедры экономики и организации производства МГТУ им. Н. Э. Баумана
От автора
В своей предыдущей книжке «Летопись „Механики“» я обещал рассказать обо всех неудавшихся, незавершенных, не оправдавших надежды или даже не начатых затеях, начинаниях и проектах. Многочисленные «саксесс-стори», заполонившие полки с бизнес-литературой, рисуют путь к успеху исключительно прямым и усеянным розами. По факту ни фига это не так… Анализ неудач, поражений или упущенных возможностей – ничуть не менее важен и, пожалуй, более полезен. По крайней мере, для меня. Ну, а уж читатели сами решат, что для них интересней: проповеди и басни в стиле товарищей Карнеги, Кийосаки и разнообразных их собратьев из плохо переведенной с американского языка бравурной бизнес-макулатуры – или что-то более приближенное к реальности, менее завиральное и написанное на российском материале.
Раздел 1. Школьные проекты
Если начать вспоминать, что мечталось сделать, и что в итоге не было сделано, то начинать надо чуть не с самого начала. А самое начало было в первом классе, в 1974 году, когда я с моим другом Игорем Беженуцей загорелся «инженерной» идеей воплотить в металле прибор из книжки А. Н. Толстого «Гиперболоид инженера Гарина»…
Две ремарки
По первой специальности, полученной еще в школе, я чертежник-деталировщик. Всё последующее – институт, армия, предпринимательство – всегда были связаны с техникой. Я ценю своё участие в работе Клуба Инженерных Предпринимателей Бауманки и горжусь им. По всем этим причинам я никак не смогу обойтись в этой книжке без технических подробностей. Без терминов, описаний конструкции и технологии изготовления всех моих неудачных «изобретений». Технарям эта информация будет легка и привычна, гуманитариев прошу потерпеть. Я постараюсь особо не умничать, излагать несложно и недлинно, насколько позволит предмет описания. А там, где это возможно – дополнять картинками, фотографиями.
В наш торопливый век немногим нравится читать вступления и предисловия. Я их и сам обычно не читаю. И воспоминания о моих детских и школьных затеях интересны, возможно, только мне самому, ностальгирующим ровесникам, педагогам и любознательным читателям, интересующимся реальными обстоятельствами жизни в СССР. Те, кому интересны только «бизнес-кейсы» и скучны истории ранних попыток заработать и школьное техническое творчество в условиях советского общества, могут смело переходить к главе «Две работы. Две учебы. И попытки взрослого бизнеса». Для заинтересованных продолжаю.
Глава 1. 1. Лазерный луч в домашних условиях. Полезно ли соизмерять сложности и возможности?
Когда-то мы с моим школьным другом Игорем, вместе начитавшись товарища А. Н. Толстого про «Гиперболоид инженера Гарина» и лазерный луч, воспылали огромным желанием изготовить точно такой же прибор. Тем более, в книге был приведен чертеж и описание сего чуда техники. Нам казалось всё достоверным и реализуемым – ну раз в книжке написано! Зачем он нам был нужен, не знаю: уж больно круто всё было в книге и в фильме. Я втайне предполагал, что с его помощью, например, можно будет срезать висячие замки. Ну, были хулиганские наклонности, даже в первом классе уже! Вот…
Для создания «теплового луча» нужен был сильный источник света. И – самое главное – нужно было сферическое зеркало. В окружающей нас действительности мы видели лишь исключительно плоские зеркала, и то не в изобилии, поскольку росли не во дворцах. Нам казалось, что как только мы найдем два главных компонента – источник света и сферическое зеркало – задача будет решена, и мы немедленно построим вожделенный гиперболоид.
Поиск источника света шел, естественно, интуитивно. Мерить освещенность или световой поток в люменах или люксах никому в голову не приходило, потому что физика восьмого класса была еще далеко впереди. И всё воспринималось субъективно: ярко-неярко. Идеей гиперболоида мы заболели вдвоем, и это оказалось очень хорошо. Была ценная возможность обсуждения: пытаясь реализовать идею высокой степени завиральности и невысокой – реализуемости, каждый из нас имел собеседника-единомышленника-оппонента. Ведь в споре с единомышленником возникает шанс ускорять, пришпоривать мышление, и еще компилировать его удачное решение и свои дивные находки. Это существенно повышает вероятность того, что, в конце концов, техническое решение будет найдено. Ну, по крайней мере, мне так работается легче. И веселее…
В ходе совместных обсуждений Игорь предложил решение: ярким источником света может стать лампочка от фонарика, если подключить к ней не обычную плоскую батарейку, напряжением 3,5 вольта, а батарейку «Крона», в которой целых 9 вольт. Гореть она будет недолго, но ярко! Всё. Первая проблема, как нам казалось, была решена. А вот вопрос изготовления сферического зеркала обсуждался мучительно. Высказывалось предложение: взять плоское зеркало и держать его над костром или над горящими углями до тех пор, пока стекло не перейдет в аморфное состояние и не потечет. И вот тогда провисшая над углями линза и будет примерно сферической, как нам тогда казалось. Практически этого мы ни выполнить, ни даже попробовать не смогли. Тем более – это я сейчас понимаю – что сферической линза, строго говоря, не будет, что зеркальная амальгама, скорее всего, сгорит раньше, чем мы получим провисание линзы расплавленного стекла.
Случайно пришло великолепное решение. Упал с елки и развалился на две составляющие елочный шарик: одна половинка была из прозрачного пластика, а вот вторая – тоже из пластика, но с рифлением и покрытая амальгамой. Зеркальной! Половинка от конкретно этого шарика не годилась: давала много-много лучиков, каждой своей гранью – а нам нужен был один концентрированный мощный луч. Но шарик этот подал нам великую идею: елочные игрушки изнутри покрыты зеркальной амальгамой! Всего-то делов осталось, что взять большой елочный круглый шарик и распилить его пополам. О том, что существует алмазный инструмент сложнее стеклореза, мы представления не имели. Самое прогрессивное, что я тогда видел, был алмазный стеклорез. И даже этот инструмент в наших широтах был экзотикой. Стекольщики пользовались стеклорезом с каленым колесиком – более дешевым, более убогим, но на тот момент более простым, дешевым и популярным. Так что по поводу того, как разрезать елочный шарик пополам, продуктивной идеи у нас не возникло. Не помню, сколько елочных игрушек погибло в ходе экспериментов – не очень много, потому что за очень много нас бы точно отругали нехило. Таким образом, при столкновении с невозможностью решить техническую задачу по разрезанию елочного шарика на две равные половины проект по созданию лазерного луча – в первом классе в домашних условиях – был с позором закрыт. Зато теперь мы оба с Игорем с улыбкой вспоминаем о том, что, в принципе, некоторые из предложенных тогда решений были не лишены оригинальности…
Следующими затеями были бомбочки, а еще самопалы с электроспуском. Период увлечения этими небезопасными игрушками пришелся уже на класс постарше – второй-третий. Принцип срабатывания бомбочки или заряда в самопале несложный. Всё та же батарейка «Крона», тоненькая проволочка, заложенная в заряд спичечной серы… От замыкания контактов курком или проводником проволочка накаляется, сера воспламеняется – бомбочка взрывается или самопал бабахает. Пытаясь усовершенствовать такой вот электросамопал, мы потихонечку приобщились если не к черчению, то уж к техническим рисункам точно. И это оказалось очень полезным навыком в дальнейшем.
Глава 1. 2. Сила мечты. Акваланг из огнетушителей
Вот к третьему классу нами с Игорем опять овладела совершенно фантастическая идея. Мы страстно хотели иметь акваланг. Ну это же просто волшебство! Опуститься под воду, настрелять там из подводного ружья рыбы немереное количество, и вообще круто – спасу нет! Естественно, акваланг «живьем» мы никогда не видели, только на картинках в журналах «Техника – молодежи» или «Юный техник» да в передаче Сенкевича про Жака Ива Кусто. Да тут еще и фильм посмотрели про человека-амфибию… Всё это скопом, подействовав на буйное детское воображение, привело нас к мысли, что совершенно необходимо сделать акваланг.
Здесь уже конструкторская мысль пошла достаточно рациональным путем, поскольку технологические возможности были ограничены набором инструмента – отчасти своего, отчасти отцовского. У Игоря он был побогаче, у меня – чуть поскромнее (то есть кухонный нож, топор, ножовка, ножницы по металлу, некоторый набор ключей и пассатижей – пожалуй, что и всё). Да, у меня был еще паяльник, и то, что сейчас называют «мультиметр», а тогда называли «тестер». Ну, это было отцовское хозяйство, но пользоваться им мне не возбранялось.
При скромных собственных возможностях нужно стремиться по максимуму использовать готовые элементы конструкции. В конструкции акваланга мы решили объединить следующее: стырить два огнетушителя – больших советских огнетушителя ростом примерно метр от пола – и связать их в вязаночку. В качестве редуктора давления использовать водопроводный смеситель – баллонов-то два, и входов смесителя два, соответственно – и двумя кранами регулировать подачу воздуха. Просто вручную. А что? Рабочий вариант!
Тогда горячая вода была, мягко говоря, не у всех. У Игорька дома были обе – и горячая, и холодная. А у нас дома была только холодная, но про существование смесителей я знал, так как раз в неделю регулярно где-нибудь у родни или знакомых пользовался этим прибором, то есть мылся. Ну что, мыться раз в неделю – нормально!
Так вот, мы решили, что объединим два огнетушителя, водопроводный смеситель и стандартный армейский противогаз. Противогаз был необходим с гофрированной трубкой – более современный вариант, где коробка прикручивается непосредственно к маске, не годился. Трубка нужна была для соединения маски со смесителем. А уж обратный клапан для выдоха в противогазе предусмотрен штатный. Накачивать воздух в баллон предполагалось автомобильным насосом. Тогда казалось, что автомобильный насос по сравнению с велосипедным – это совершенно могучая штука, и позволит накачать баллоны аж до звона. Я предполагал, что насосом можно попытаться создать давление атмосфер четыре-пять. Накачать баллоны автомобильным насосом, снизить давление обычным водопроводным краном, подавать в маску по гофрированному шлангу, выдыхать через обратный клапан. Теоретически осуществимая схема. Убогая, неудобная, ненадежная – но рабочая, чёрт подери!
Реализовать конструкцию помешала скудость технологической базы. Стырить огнетушитель – так это вам пожалуйста. Добыть противогаз – это мы тоже не затруднимся, и даже смеситель где-нибудь на помойке найдем и починим, ну или на стройке скрутим. Тогда стройка была источником строительного материала для взрослых и увлеченных техническими самоделками школьников, потому что – как там? – «всё вокруг колхозное, всё вокруг мое»: если это народная стройка, то почему бы представителям народа чего-нибудь с нее не упереть, тем более что я б не пёр, но взять-то больше было негде, от слова «совсем».
Моя персональная технологическая отсталость на тот момент была вопиющей – то есть я не очень понимал, зачем нужно покупать за 3 рубля 15 копеек ножовку по металлу, когда можно за 30 копеек купить полотно и этим полотном пилить примерно так же, как ножовкой. То, что не «примерно так же» – это вот я сейчас понимаю: сейчас мне подавай ножовочку, да еще и с хорошим полотнышком, свеженьким, чтобы и натянуто было как надо – а тогда: ну пилит же, чего тебе еще? Электродрель за 30 рублей по сравнению с обычной дрелью за три пятьдесят тоже казалась мне кошмарным излишеством – ишь, пижоны какие! Электродрель – с ума сойти! Вот. И далее в том же духе – то есть всё пытались сделать на коленке при помощи молотка и пассатижей. В оправдание могу сказать, что это распространенная ошибка – пытаться решить задачи, не соответствующие реальным техническим возможностям. Путать простое и доступное. Самый простой способ летать – подпрыгнуть и махать руками. Самый доступный – построить самолет. Знание этого высказывания не помешало мне в будущем неоднократно наступать на те же грабли, то есть бодро браться за решение задач, превосходящих мои реальные возможности. В главе о лодочных моторах это будет подробно описано.
Если бы в тот момент были доступны сварка, токарный станок и побольше комплектующих – возможно, что-то и получилось бы. Но скорее всего, при бóльших технических возможностях возникли бы и еще более масштабные авантюры…
Мой товарищ по всем этим научно-техническим затеям, Игорь Беженуца, в шестом классе уже имел мопед. Аж целый двухскоростной, «Верховина-3». Он мог его разобрать при помощи двух ключей, шлицевой отвертки и пассатижей. Вот это была школа! Хочешь кататься – умей мопед разобрать-собрать. К сожалению, сейчас такую школу проходят из детей крайне немногие – почти никто. По-моему, это большая потеря для цивилизации. То, что в самом любопытном, активном возрасте дети лишены стимулов ковыряться грязными руками в настоящей технике – это не здорово. И арбитр-то очень простой – практика. Завелся мотор – ты молодец, катайся. Не завелся – ну, чувак, разбирайся, думай, ищи, где ты накосячил. Вот поэтому всяческие слова: жиклёры, магнето, контактные группы (тогда их называли «молоточки»), впитывались жадно и охотно от готовых к наставничеству взрослых и от мальчишек постарше. Что такое «пробило на массу», что такое «проверить искру», визуально или просто пальцем: тряхнуло тебя – значит, есть ток высокого напряжения. Что такое сгоревшая катушка, что такое вообще катушка? А-а, это трансформатор! А что такое трансформатор? Этот прибор, который перерабатывает ток в индукцию, а индукцию обратно в ток. И соотношение витков первичной и вторичной обмоток дает нам изменение напряжения… а если в первичной обмотке ток обрывается резко – значит, во вторичной он индуцируется тоже резко, и его напряжение позволяет на короткое время пробить воздушный зазор в свече зажигания. Вот эти все премудрости, которые передавались в изустных сказаниях от пацана к пацану, а кому-то доставались от отца, а чаще от соседа по гаражу – они формировали первичное техническое восприятие мира, материалистический взгляд и веру в то, что сила светлого разума способна победить всё что угодно – в том числе и позволит создать акваланг из огнетушителя…
Комментарий соавтора. Уточнения Игоря Беженуцы
Приятные воспоминания детства – всё казалось очень простым! Любая идея могла захватить, и не было жалко сил на ее реализацию! Сразу я вспомнил в красках, как днями и ночами я конструировал и паял усилители и цветомузыки… Лучший журнал в мире на тот момент был журнал «Радио»!
Мне прямо картинками представляется, как всё описанное техническое творчество происходило.
И про мопед вспомнилось… да, нет инструмента лучше шлицевой отвертки и пассатижей!
Есть пара моментов, требующих уточнения:
Про лазер: Ярким источником света может стать лампочка от фонарика, если подключить к ней не обычную плоскую батарейку, напряжением 3,5 вольта, а батарейку «Крона», в которой целых 9 вольт. Гореть она будет недолго, но ярко!
Обычная плоская батарейка имела напряжение 4,5 вольта, если ее разломать – внутри в ней три элемента по 1,5 вольта.
И батарейку «Крону», девятивольтовую, предполагалось использовать вместе с лампочкой не из фонарика, а с лампочкой от подсветки шкалы советского стационарного радиоприемника – она на 6,3 вольта, поэтому более могучим источником ярчайшего света должна являться! Притом – ВАЖНО! – лампочку нужно было выбрать такую, чтобы ниточка накаливания внутри колбы была расположена на удерживающих ее усиках ТОЧНО И СТРОГО посередине и равномерно!!! Иначе лазерный луч не будет узким и точным. Я вроде так помню про наше мощное техническое решение…
Про акваланг: помнишь, еще было опасение, что такое огромное количество суперсжатого насосом воздуха в огнетушителях будет выталкивать пловца на поверхность? Поэтому нужно дополнительно загружаться балластом… И ты даже отливал из старых аккумуляторов тяжелые свинцовые пластины для закрепления на поясе, который должен был использоваться во время плавания!