- -
- 100%
- +
Торговца увели, а лавку опечатали магическими лентами. Чуть позже прибудут маги, которые заберут мясо и снесут лавку.
Я собиралась уйти, как меня кто-то тронул за локоть. Обернувшись, увидела расстроенную миссис, которой сегодня повезло.
– Как я могу отблагодарить вас? – спросила женщина, с благодарностью глядя на меня.
– Ничего не надо, – улыбнувшись, покачала головой. – Любой бы поступил так на моём месте.
– Боюсь представить, что было бы, купи я это мясо, – женщина всхлипнула, прижав руки к груди. – Я ведь могла отравить всех.
– Всё хорошо, миссис Мэрис. Теперь ваша семья точно будет в порядке, – я успокаивающе похлопала женщину по руке.
– И всё же… Позвольте отблагодарить вас. Может, вам нужна какая-то помощь? Или… Я могу дать вам денег. Золотого недостаточно за спасение жизни, но…
– Я не приму деньги, – категорично ответила, хотя сердце ёкнуло. Золотой для меня это целое состояние. – Раз уж вы хотите помочь, то… Может вы знаете, куда можно обратиться в поисках работы? Может, в какую-то таверну требуются судомойки или подавальщицы?
– Вам нужна работа? – женщина тут же воспряла духом, глаза вспыхнули радостью. – Как вас зовут?
– Лилиан Эванс, Просто Лили, – представилась я.
– Слышала, что стало с вашей семьёй. Мне жаль, – грустно покачала головой женщина. – Я слышала о вашей матушке столько хорошего. Знаете, у меня есть предложение. Я служу экономкой у лорда Рейнольдса, и мне как раз нужна ещё одна помощница по дому. Господин всё чаще стал посещать Лиранс, я одна уже не справляюсь с целым особняком. И буду благодарна, если вы мне в этом поможете.
– Я… Я буду счастлива вам помочь, – я едва не задохнулась от радости. даже всхлипнула, не сдержавшись.
Я слышала о лорде Рейнольдсе. Один из самых богатых лордов Лиранса, завидный холостяк, о котором мечтают многие мисс нашего города. Но я никогда не думала о лорде, как о мужчине. Лорд Рейнольдс один из лучших магов Лорада. В наших краях о нём слагают легенды. Попасть к нему на службу практически невозможно, потому что в Лирансе он проводит мало времени, так что и большой штат прислуги ему не нужен.
– Отлично, – обрадовалась миссис. – Тогда я вас жду завтра с утра. Обсудим ваши обязанности и жалование.
Я вежливо попрощалась с миссис Мэрис и поспешила закупиться кое-какими товарами. Быстро пробежалась по рынку и даже расщедрилась на тюк соломы и пару мешков угля. Также забежала к мастеру и оставила заказ на замену окна.
Домой я спешила как никогда. Я едва сдерживалась, чтобы не подпрыгивать от радости.
Но у самого дома меня ждал неприятный сюрприз. Двое мужчин сомнительной наружности бродили вокруг дома, заглядывая в окна. Благо, они ещё не додумались залезть внутрь.
Представляю, как сейчас напуганы дети!
– Что вам надо, господа? – громко спросила я, подходя ближе.
– А вы… Вы дочь господина Эванса? – спросил один из мужчин, подходя ко мне.
– Д-да, – кивнула я, растерявшись. – Отца нет дома, и где он, я не знаю.
– Я знаю, – усмехнулся мужчина. – Ваш отец погиб этой ночью, попал под колёса телеги. Теперь его долг переходит вам.
– Вы – кредиторы отца, – поняла я, бледнея.
– Вы очень догадливы, мисс. Долг вашего отца составляет пятьсот золотых, мы можем предоставить вам рассрочку. Но советуем начать выплачивать скорее.
– Мы ничего не будем платить, – замотала головой. – Долги отца не имеют к нам никакого отношения.
– Что же, мы вас услышали, – мужчины обменялись взглядами. – Мисс Эванс, вы подумайте. Нехорошо быть должниками. Может случиться… всякое.
– Всякое? Вы мне угрожаете? – ошарашенно переспросила я.
– Ну что вы, – усмехнулся кредитор, а его коллега рассмеялся. – Подумайте, мисс Эванс. Мы понимаем, что у вас такое горе. У вас месяц. И это очень щедрое предложение. В конце месяца мы должны получить десять процентов от суммы долга. Только в этом случае ваш долг не будет расти.
Мужчины, вежливо поклонившись, ушли. А я стояла перед дверью, задыхаясь от ужаса и неизбежности. Мне нигде не достать пятьдесят золотых, тем более за месяц. Если продать дом, это покроет лишь половину общего долга.
Богиня, молю, помоги нам!
Глава 3
Я не стала рассказывать детям, что приходили кредиторы. Томми не поймёт, а Эми только напугается. Они слишком малы для таких знаний.
Но ведь мне надо было как-то сообщить, что умер отец. Да, папаша не был примером идеального семьянина и заботливого родителя, но всё же он был отцом.
Дети повеселели, когда увидели меня. Их напугал стук в дверь, так что они сидели тихонько, как мышки. Надо что-то делать… Сейчас в дом мог пробраться кто угодно, меня не будет дома целыми днями. Как дети защитят себя?
– Давайте растопим печь, – улыбнувшись, я растрепала кудряшки Томми. – Скоро привезут наши покупки.
Я зажгла свечу и принялась разводить огонь. Мне нравилось, что в Лиренсе есть такая услуга, как доставка. К тому же, она совершенно бесплатная! Оплачивают доставку торговцы. Они каждую неделю платят определённый взнос в торговую палату, а уже плата выплачивает жалование возницам. Покупателям можно не переживать, что они не донесут тяжелые корзины до дома, а продавцам не стоит волноваться, что люди откажутся покупать из-за большого веса.
Ещё я жада сегодня мастера, который починит окно. Сидеть в темноте уж невыносимо. А как дети будут справляться – ума не приложу.
Так что, наказав сестре подкидывать дрова в печь, я пошла гулять по дому, присматривая, каким окном можно пожертвовать.
Ещё мне надо было понять, как оградить детей от кредиторов. То, что они придут ещё раз, я не сомневаюсь. И в этот раз могут залезть в окно и натолкнуться на малышей.
Вернувшись на кухню, я вышла в небольшой закуток, который был давно завален всяким хламом. Там ещё одна дверь, но она заколочена много лет назад. После смерти мамы мы пользовались только главным входом. Я как-то спросила у отца, когда он ещё не опустился окончательно, неужели удобней бегать за водой вокруг? Папаша тогда помрачнел и сообщил, что через ту дверь пробираются воришки.
Воришки? Какой вздор! Лиренс – довольно спокойный городок. В основном у нас водятся только карманники, и то не много. Но чтобы пробирались в дом? Нет, такого я не помнила.
Сейчас же я смотрела на заваленный ход и была уверена, что это наш выход. Попросив сестру мне помочь, я вытаскивала хлам и складывала в центре комнаты. Что-то выброшу, что-то сожгу в печи. Главное, открыть дверь.
Но как только мы разобрали закуток, я с удивлением поняла, что здесь целых две двери. Я и не знала, что под домом есть подвал. Обязательно потом посмотрю, что там.
Сейчас я, вооружившись гвоздодёром и высунув от напряжения язык, отрывала доски от косяка, надеясь, что сама дверь не пострадает.
Возиться пришлось долго, папаша заколотил дверь качественно. Мне даже показалось, что после смерти мамы у него повредился разум. Открыв дверь, я вдохнула чистый, холодный воздух. А затем повернулась в сторону двери,ведущей в подвал.
Стоит ли её открывать? Я купила мяса. Не много, но при правильной экономии нам на неделю хватит. Но мясо хранить где-то надо, единственное достаточно прохладное место – подвал.
Так что, решительно вооружившись гвоздодёром, приступила к освобождению ещё одной двери. Я не боялась, что дети полезут туда без спроса. Наверху был засов, до которого я с трудом могла дотянуться, а уж Эми не сможет точно.
– Хозяйка! Эй, есть кто? – раздался зычный голос со стороны улицы.
Я отложила гвоздодёр и поспешила на улицу. Этот голос я знала, он принадлежал мастеру Робиту, которому оставляла заявку пару часов назад.
– Добрый день, мастер, – улыбнувшись, поздоровалась я. – Проходите.
– Здравствуйте, мисс Эванс, – вежливо поздоровался мастер, проходя в дом. – Вы уверены, что надо заменить лишь одно окно?
– Да, на кухне, – кивнула я. – Надо снять окно из одной комнаты на втором этаже и переставить на кухню. Получится?
– Я постараюсь, мисс Эванс, – с жалостью во взгляде кивнул мужчина. – Ещё что-то надо сделать?
– Если только прибить хороший засов на дверь, – задумчиво кивнула я. Подпирать дверь столом не самая лучшая идея.
Оставив мастера разбираться с окнами, я отправилась за водой. Надо подогреть немного, чтобы вымыть и выскоблить пол. Но уже после того, как починят окно. Да и тонкое стекло надо оттереть, его уже давно не касалась тряпка.
К тому моменту, как привезли наши покупки, мастер Робит уже справился с извлечением рамы, и теперь старательно вставлял в оконный проём на кухне, подпирая тяжелые рамы колышками и замазывая специальным раствором, который быстро застывал.
– Мастер Робит, вы не могли бы ещё починить ставни? – попросила я, кивая на валяющиеся на земле тяжелые, деревянные решетки.
Ставни всегда были открыты, но не прикреплены к к стенам, отчего крепления заржавели, а после рассыпались под тяжестью решеток. Но крепления можно было взять с любого другого окна и переставить. Конечно, за отдельную плату.
Пока мастер возился со ставнями, я разбирала покупки, посмеиваясь над реакцией Эми. Томми играл с дощечками на тюфяке, так что и не видел вовсе, что я делала.
А я, чтобы не тратить время, закинула в вымытую до скрипа кастрюлю кусок мяса. Эми я доверила маленький ножичек и наказала чистить овощи на суп.
Я нервно поглядывала на улицу, понимая, что у меня не так много времени. Уже больше, чем полдень. А дел ещё уйма. Я не знаю, на каких условиях буду работать в доме лорда, и как скоро будет следующий выходной, так что единственное жилое помещение надо не только привести в порядок, но и сделать всё, чтобы детям тут было комфортно в моё отсутствие.
Рассчитавшись с мастером и лишившись двух серебряных, я прошлась по дому и собрала всё, что могло мне понадобиться.
Да, папаша не смог продать вообще всё. Остались и дорожки на втором этаже. Уже потёртые, но это важно. Остались тяжелые, плотные шторы на окнах. Матрасы были погрызены мышами, так что я решительно оставила их маленьким вредителям.
Я тщательно осматривала дом, стараясь забрать всё, что могло понадобиться. Даже в одном из чуланов нашла пару кусков хозяйственного мыла и один кусок душистого.
Забрала также деревянные игрушки, которые валялись на чердаке. Покоцаные и с облезлой краской, но Томми и с такими поиграет от скуки.
Бумага в кабинете папаши пожелтела из-за сырости, какая-то даже покрылась плесенью. Но я забрала её, оставив только плесневелую. Также забрала и засохшие чернила. Может получится немного развести их водой, чтобы можно было писать.
Вернувшись на кухню, я свалила всё добро посреди комнаты и устало выдохнула. Пора приниматься за дело.
Вытянув тюфяки на улицу, я распорола их и хорошенько выбила пыльные чехлы. Ножом покрошив мыло, я взяла жесткую щётку и тщательно оттёрла крепкую, ещё добротную ткань. Хорошенько сполоснув и отжав, повесила прямо на угол печки, чтобы скорее высохли. А на верёвку над печью вывесила прополощенные простыни, которые смогла найти в доме.
А пока чехлы сохнут, я наспех, особо не стараясь, сшила из штор чехлы под подушки. Спать только на тюфяке очень не удобно, а солома у нас есть.
Более-менее целые одеяла я повесила на верёвку на улице и тщательно выбила палкой, чихая от пыли. И так и оставила на улице, чтобы немного проветрились.
Вернувшись домой, с улыбкой посмотрела на детей.
– Ну что, давайте обедать?
Суп был готов, аромат плыл по кухне, сводя с ума. Я вспомнила, что ела уже давно, рано утром. А уже вечереет.
Разлив суп по тарелкам, я разломала оставшийся хлеб и раздала детям. Себя тоже не обделила. Мне нужны силы для работы. Никому не нужна слабая служанка. Тем более, если я не справлюсь с работой, миссис Мэрис расстроится. А расстраивать эту добрую и доверчивую женщину не хотелось.
После супа, я достала ещё булочки и налила чаю детям. Пока они, хихикая, пили чай, я натаскала воды в вёдрах и тщательно вымыла пол. Сначала с мылом, скребя ножом особо грязные места, а после ополоснула чистой водой.
Стянув чехлы с печки, вытащила на улицу и плотно набила соломой. Теперь спать будет мягко.
Набив также подушки, затащила всё это богатство в дом и крепко задумалась, где и что будет располагаться. Теперь, когда окно вставлено и замазано, сквозняка не было. Чтобы из под двери, ведущей в дом, не дуло, я прибила к верхнему косяку кусок дорожки, а в проём, который вёл к второй двери и подвалу, завесила тяжелой шторой.
Там же, за шторой, поставила ведро, которое пока будет выполнять роль ночного горшка. Бегать в уличный туалет ночью нет никакого желания. Да и днём я бы не хотела, чтобы дети выходили из дома. Кредиторы ещё не раз придут сюда.
Поставив железные вёдра с водой греться на печку, принесла тяжелый таз с улицы. У нас есть приличная ванная комната, но там так холодно, что кости сведёт моментально! Да и воды нет.
Так что мыться будем в тазу. И в первую очередь я загнала в таз с тёплой водой Томми. Брат думал, что это такая игра. Весело смеясь, он лупил по воде ладошками, полностью намочив меня и пол вокруг.
Я лишь вздыхала и старалась мыть его скорее, тщательно оттирая худенькое тельце мыльной тряпкой и промывая волосы от пены.
Выкупав малыша, я надела на него тонкие штанишки и кофточку. Хорошенько просушив простынью волосы, я отправила его на тюфяк и тут же дала тёплого молочка. Тут же, в тазу, хозяйственным мылом простирнула одежду брата и повесила над печкой.
– Эми, милая, раздевайся. Я сейчас воду поменяю и тебя выкупаю.
– Я сама могу, я же не такая маленькая, как Томи, – возразила девочка, на что я покачала головой.
– Можешь, конечно. Я не сомневаюсь. Но сегодня тебя буду мыть я, чтобы справиться быстрее, понимаешь? Уже поздно, а мне завтра рано вставать.
– Куда? – испуганно спросила малышка, замерев на месте.
– Вот если у нас останется время, я расскажу, – фыркнула я. – Быстрее, мне надо ещё вещи постирать.
Докрасна растерев Эми импровизированной мочалкой, закутала девочку в простынь и отправила к тюфяку, переодеваться.
Сама же, в очередной раз протерев пол от луж и вылив грязную воду, наконец смогла позаботиться о себе. Правда, сама я мылась в тонкой, длинной сорочке. Не раздеваться же мне при детях.
Я также простирнула и своё платье, надеясь, что оно высохнет до утра.
И только после того, как вода была вылита на улицу, а таз был убран в закуток у входа, я наконец закинула в печь уголь и залезла под одеяло.
– Рассказывай, – прошептала сестрёнка, мельком поглядывая на спящего Томми.
– Я случайно помогла на рынке одной милой миссис. А она пригласила меня на работу в дом лорда. Так что завтра утром я пойду на работу и всё узнаю. Я буду помощницей по дому и работать буду много. Тебе придётся оставаться за старшую и присматривать за Томми. Если оплата будет хорошей, я потом отправлю Томми в детский клуб, а тебя в школу.
– Не хочу, – поморщилась девочка. – Я лучше за домом смотреть буду!
– Надо, милая, – вздохнула я.
Я понимала, почему Эми не хочет в школу. Нет, не потому что надо будет учиться. А потому что там её будут оскорблять. Конечно, я постараюсь этого не допустить, но…
За три года мы из благородной семьи превратились в нищенок Эванс. Попрощаек с папашей – пьянчужкой. Томми ещё мал, он не понимает этого, а вот Эми помнит, как раньше дружила с детьми семьи Лемас, а после они перестали пускать её на порог и запретили детям общаться. Видеть у себя грязную и голодную нищенку Эванс никто не хотел.
У меня была похожая ситуация. Все мои подруги испарились, как только у меня исчезли деньги, чтобы ходить с ними в кафе или на ярмарки. Красивых и модных нарядов больше не было, так что гулять с ними мне больше не разрешалось.
– Лили, извини, но ты нас позоришь в этом, – моя подруга, Мисси, сморщив носик, ткнула в штопаное платье. – Мы больше не можем дружить.
Мне повторять не надо было. Я больше не искала встречи с ними и не просила со мной общаться. Нас осталось трое против всего мира.
– Эми, я должна кое-что тебе сказать, – шепнула сестре, не зная, как начать разговор.
– Что же? – заинтересовалась девочка.
– Наш отец… Он больше не придёт, – выдохнула я с жалостью. Пусть папаша был отвратительным, да и я не испытывала к нему родственных чувств, но для Эми и Томми…
– Сбежал, горько выдохнула сестра, всё ещё надеясь, что отец одумается.
– Он погиб, милая.
Эми молчала. Молчала долго, разглядывая причудливые тени на потолке. По щеке скользнула слеза. Не сдержавшись, я прижала сестру к себе, гладя по голове, успокаивая.
– Ну и пусть, – всхлипнув, зло выпалила она. Но не сдержавшись, вцепилась в меня и горько разрыдалась.
Всё, о чём она мечтала, рухнуло в один миг. Отец не одумается, не бросит пить и не развяжется с карточными играми. Его больше нет, а значит мы теперь не только попрошайки Эванс, мы ещё и сироты. И мы втроём против всего мира.
Я долго гладила сестру, пока не услышала чуть рваное, но глубокое дыхание. Заснула, милая. Укрыв малышку одеялом, я легла на своё место и закрыла глаза. В голову лезли разные мысли. Было страшно… Страшно так, как никогда в жизни.
Справлюсь ли я с двумя детьми? А что, если их заберут в приют?
Надо скорее обратиться в управление и запросить опекунство. Я уже совершеннолетняя, а работа у лорда будет мне хорошим подспорьем. Да, дом у нас в плохом состоянии, но здесь, на кухне, есть всё для проживания. И хорошая печь, и спальные места. Да и еда в кастрюлях будет.
У меня обязательно получится! Обязательно!
Я думала о чём угодно. Строила планы и представляла, как пройдёт завтра день. Я гнала от себя мысли о кредиторах, надеясь, что это как-то само разрешится. Не пойдут же они на явное вредительство? На сколько я знаю, долг списывается, когда умирает должник. Так почему с нас требуют что-то?
Ещё одна мысль мне не давала покоя. Я не рассказала об этом Эми, да и вообще побаиваюсь говорить кому-либо.
Там, на площади, камень показал, что у меня есть магия.
А что, если это так? Что, если я обладаю магией, но при этом совершенно не умею ею пользоваться!
Это страшно… Меня ещё в детстве пугали, что необученный маг – это страшное оружие против самого себя. Необученные маги сжигали свои дома, устраивали потопы всей деревне, убивали людей.
А что, если я виновата в смерти папаши? Что, если он из-за моих слов попал под колёса той телеги? Что я ему сказала? Что?
Я лихорадочно вспоминала свои слова.
Брось их и выметайся… Что, если он повиновался моей магии и из-за этого не заметил телеги?
Я заскулила, зажав зубами край одеяла. Это означало, что когда расследуют смерть отца, они поймут, что тот действовал не по своей воле. По воле магии.
А магией владею я.
Я долго лежала, дрожа от страха, укрывшись одеялом с головой. Даже голова заболела. Страх не отпускал меня, но… Завтра рано вставать. Стараясь глубоко дышать, я уговаривала себя, что просто не могла бы заставить человека уйти. А если это и так…
Я на том кристалле докажу, что не хотела убивать, что не гнала папашу прямо под колеса, а просто очень хотела, чтобы он ушел из кухни.
Когда дыхание выровнялось, я вылезла из-под одеяла и тут же замерла от ужаса, во все глаза глядя на то, что находилось передо мной.
Призрак…
Я хотела закричать, но не смогла даже пискнуть. Настолько сковал страх, что я не чувствовала тела.
Призрак красивой женщины висел в воздухе рядом с печью и грустно смотрел на меня.
Нахмурившись, призрачная дама в один миг приблизилась к моему лицу. Я даже почувствовала могильный холод, исходящий от неё.
– Наша, – выдохнула призрак, еле слышно.
Взвизгнув, я спряталась под одеяло и зажмурилась. Так и пролежала до самого утра, периодически проваливаясь в сон.
А утром, едва рассвело, я со страхом вылезла из-под одеяла и огляделась.
Печь давно погасла, дети спали, а на улице занимался рассвет.
Ни намёка, что здесь кто-то был.
Может, мне показалось? Может это был сон или что-то вроде сонного паралича?
Наверное, я просто провалилась в сон, а всё это мне почудилось.
Ведь я помнила, как дрожала и тряслась почти всю ночь, смыкая глаза ненадолго. Но чувствовала я себя вполне сносно. Словно проспала всю ночь.
– Да, мне всё показалось. Это был просто страшный сон, – выдохнула я, успокаивая себя.
Но в глубине души я понимала, что это не может быть сном. И что эту женщину, призрака, я уже видела. В библиотеке над камином висел её портрет.
Аделаида Эванс – моя родственница, первая леди Эванс.
Глава 4
Пока растапливала печь и грела воду, я вспоминала мамины рассказы про первую леди Эванс. Она была великой женщиной, которая буквально изменила Лорад. Мама говорила, что она была советницей короля, но злые языки поговаривали, что леди Эванс разделяла постель с Эратаном первым. Да-да, тем самым, чей лик чеканят на монетах уже несколько столетий.
Леди Эванс и купила этот самый дом, спроектированный по её приказу. Ближе к старости ушла из дворца и стала преподавать в академии магии. Только вот какой именно предмет, никто уже и не вспомнит.
Могла ли я на самом деле видеть призрак Аделаиды? Что я вообще знала о призраках? Знала, что это байки для детей, не больше.
Расстроенно сев на стул, я вздохнула. Моё образование было отвратительным, несмотря на то, что учили меня хорошие учителя. Но как-то… однобоко, что ли. Почему в мире, где есть магия, не преподают хотя бы теорию о ней?
И вот теперь я трясусь от страха, не понимая, последует ли наказание за отца, да и виновата ли я.
И что хотел сказать призрак словом “Наша”? То, что я – Александра умерла на Земле? Или то, что я – Лилиан, принадлежу роду Эванс?
Раздраженно тряхнула головой. Так и слабоумию недолго развиться. А мне, между прочим, некогда! Я не знала, во сколько просыпается дом лорда, но предполагала, что рано. А ведь надо ещё накормить детей и потеплее протопить помещение, чтобы не успело сильно остыть к моему приходу.
Я поставила чайник на плиту и достала толстую сковородку. Кинула немного масла, а следом несколько яиц, стараясь сохранить желток. По кухне поплыли умопомрачительные запахи!
– Дети! Подъём! – весело и довольно громко заявила я. – Утро наступило, пора вставать!
Я бы не будила детей, позволила бы выспаться. Только кто в таком случае их накормит?
Именно поэтому, не слушая жалобного хныканья, отправила их умываться. В обед поспят, если захотят.
Я же, разложила завтрак по тарелкам и поставила на стол. А на печь поставила кастрюлю со вчерашним супом и целый чайник воды. Эми сможет налить попить, а суп надо прокипятить и оставить. Надеюсь, он не совсем остынет к обеду.
– Эми, ты помнишь? – обратилась к девочке, которая бодро лопала яичницу. – Без нужды на улицу не выходи. И уж тем-более никому не открывай. Еда у вас есть, вода тоже. Можете взять листочки и порисовать угольками. Только не изгваздайтесь все, аккуратнее.
– Хорошо, – буркнула сестра, зыркнув на меня обиженным взглядом. Ей не хотелось сидеть дома целый день и умирать от скуки. Эми хотелось побегать по двору, залезть на дерево и обязательно шлёпнуться на землю.
Но я не могла допустить, чтобы дети гуляли одни. Может, позже, когда над нами не будет нависать угроза в виде кредиторов.
Сполоснул посуду после завтрака, я ещё раз перемешала кипящий суп, а затем сняла его с плиты. Обернула одеялом в несколько раз и поставила в самый угол, чтобы никто ненароком не споткнулся.
Оглядев кухню и убедившись, что всё в порядке, я пригладила немного мятое, но чистое платье, накинула плащ. А на голову надела потёртую, но всё ещё хорошенькую, шляпку.
Поцеловав детей, выскользнула наружу и поторопилась к дому лорда, который стоял через два квартала от нашего.
Над городом нависла плотная дымка тумана, так что я бежала по дороге едва ли не по памяти. Дома и огоньки виднелись только если подойти близко.
– С дороги! Тпру-у-у! – раздалось позади.
Взвизгнув, я дернулась в сторону и в ужасе посмотрела на экипаж, который пронёсся на огромной скорости.