Анели. Битва за Землю

Глава 2

Я бродила по городу, меж прямоугольных коробок и ничего не могла придумать. Люди меня пугали, старалась держаться от них подальше. Никогда не знаешь чего от них ждать… Они, слава Богам, не обращали на меня внимания. Деловито, опустив глаза под нос, сновали по своим делам. Спасибо деду, одежда была теплой, но через несколько часов я все равно начала замерзать, а еще мне жутко захотелось пить. Но я не могла понять этот мир. Как он устроен? Все здесь мне совершенно невдомек. Где, например, колодцы? Вообще, где все эти люди берут воду? Не могут же они, в конце концов, жить без воды? Или мы с ними настолько разные? С виду одинаковые…

Я затравленно оглядывалась по сторонам, а думала только о том, чтобы забиться в угол и долго там рыдать. Но продолжала идти. Слева и справа от меня стояли длинные дома. В каждом из них по несколько дверей, перед некоторыми стояли лавочки. Когда дома заканчивались между ними обычно стояли сараи, а потом снова дома. Голые деревья казались чем-то инородным, и только полоска неба над головой дарила мне хоть какое-то ощущение реальности. Тело ныло после путешествия сквозь Брешь. Ко всему прочему, когда я вчера пробиралась в сарай, то разодрала бедро и локоть. Теперь при ходьбе одежда терлась о ранки, и они сильно болели.

Наконец, дома закончились. Передо мной протянулась гладкая полоса земли, а сразу за ней другие строения, с почти полностью стеклянными стенами. Или это такие огромные окна? Я хотела пойти туда, но как только приблизилась, откуда ни возьмись, выскочил огромный зверь на круглых лапах и с рычанием пронесся мимо. Я перепугалась, отскочила назад к домам, и больше не решалась приблизиться к звериной тропе. Повернула влево и пошла туда, держась ближе к домам и на почтительном расстоянии от гладкой ленты. Каково же было мое удивление, когда одна из этих зверюг бесшумно подкралась ко мне при переходе от одного дома к другому. Я обернулась, увидела существо и застыла, не в силах пошевелиться. Оно стояло совсем рядом и тихо рычало. А внутри, внутри него я увидела человека. Гэртова бездна, он сожрал человека?

Но тогда почему этот мужчина выглядит таким живым? Зверюга пронзительно завизжала и я, подскочив, бросилась прочь. А тварь зарычала и побежала дальше по своим делам. Едва успокоившись, я вышла к огромной широченной гладкой полосе. По ней бегало множество подобных тварей разных цветов, и все они жутко рычали на множество голосов.

Я замерла, спряталась за широким, растущим здесь деревом, и стала наблюдать. Справа, где была тонкая гладкая полоска совершенно спокойно сидели несколько зверей. Они не шевелились. Я продолжила наблюдать за ними. Через несколько минут к ним подошел человек. Что-то пикнуло и он дернул рукой, а зверь махнул своей… Не знаю… Не знаю даже что это было. Больше всего похоже на крыло, и человек залез внутрь зверя. А потом тварь зарычала и куда-то убежала.

Я совершенно не понимала что происходит. Потом увидела как из другой подбежавшей твари снова вылез человек. Живой и нормальный, он пошел куда-то по своим делам, и я начала догадываться, что звери неживые. Они как лодки или корабли, только на суше, как… Телеги? Только почему-то рычат. И бегают сами, без лошадей. Как такое возможно? Магия! Я увидела, что люди, которые не сидят внутри зверей, ходят по улицам и все время уступают им дорогу. И стала копировать их поведение. Пропустив мимо себя парочку зверей, перебежала через гладкую полоску на другую сторону. И даже немного порадовалась – у меня получилось.

Я слонялась уже много часов, но никак не могла понять здешнюю жизнь. Этот мрачный шумный город с гигантскими зданиями мне не нравился. Ему же было на меня плевать. Так, еще одна мелкая букашка, снующая туда-сюда. Это меня и радовало и пугало одновременно.

Уже начало темнеть, а я так и не нашла нигде ни капли воды. Ну, что это за люди такие, которые живут без воды? Ни одного прудика, ни одного фонтана. Ни одного колодца, наконец. Ну, как же так? Я видела на улицах кошек и собак. Они ведь тоже не могут выжить без воды. Где же они ее прячут? Где-то же быть она должна?

Опустились сумерки, и поднялся холодный злой ветер. А передо мной встала еще одна проблема, не менее важная, чем жажда – где переночевать? В такую погоду нельзя свернуться клубочком где-нибудь в укромном уголке – замерзнешь. Неужели снова придется вламываться в чей-то сарай. Во второй раз мне может так не повезти, как в первый.

Я в отчаянии брела по улицам, внимательно оглядывая все вокруг, в надежде как-то устроиться в этом мире. Найти хоть какую-то возможность здесь выжить. Стемнело окончательно. Правда, вдоль гладких полосок, по которым бегали звери, которые не звери, зажгли фонари. Очень странные неуклюжие высоченные фонари, но они давали много света. К сожалению, мне пришлось от них уйти, потому что возле этих трактов мне ловить было нечего.

Постепенно я забрела в совсем малоосвещенный район и, увидев между домами большое скопление сараев, направилась к ним. Ничего лучше, чем снова забраться внутрь, я так и не придумала. Но в этот раз мне не повезло. Они все, как на подбор, были с крепкими стенами, надежными замками и без окон. А когда я проверяла очередной сарай на меня вдруг начал орать мужик и даже кинулся в мою сторону. Я поспешила сбежать. Потом еще долго брела в темноте, рукавом вытирая слезы и сетуя на то, что трачу драгоценную влагу впустую. Пить хотелось нестерпимо. Во рту пересохло, а душу погребло под бездной отчаяния.

Я подняла голову к ночному небу – желтый маленький комочек давал больше света, чем наш Байнок или Ария. Но свет этот был холодный, желтый. Не то, что теплые фиолетовые переливы от Байнока, или потрясающий алый свет от Арии осенью или зимой. Как будто обидевшись на меня за такие мысли, и этот маленький спутник скрылся за тучами. Оставил меня в кромешной темноте под порывами обжигающего ветра в чужом враждебном мире. Хотя враждебность это не то, что я чувствовала от него, скорее отчужденность. Здесь я ощутила себя одинокой, какой не чувствовала нигде и никогда. Мир, способный внушить такое одиночество, от которого враз перехочется жить, впечатлял.

Неподалеку я увидела совсем темное пятно – скопление еще одних сараев и поплелась туда в надежде найти приют. Дорогу мне перегородили две трубы, обмотанные какими-то тряпками. Я оперлась на них руками, собираясь перепрыгнуть, и почувствовала, что они горячие. Сначала села на трубы, греясь. Кое-где обмотка оказалась ободрана, и я приложила ладонь к голой поверхности, которая намного щедрее отдавала тепло. С удовольствием согрела замерзшие за день пальцы и легла на трубы. В том месте, где тело прикасалось к ним, стало даже жарко, но с другой стороны меня нещадно продувал ледяной ветер. Я нехотя встала и пошла вдоль труб в поисках места, где было бы менее ветрено. И вскоре мне повезло. Я нашла закуток с сараями, построенными очень близко к трубам. Сюда ветер почти не проникал.

Когда спутник ненадолго выглянул из-за туч я нашла в его свете несколько дощечек, которые примостила на трубах, чтобы не проваливаться в зазор между ними. И содрала с крыши одного из сараев какой-то прочный материал. Он неплохо гнулся и отлично защищал от ветра, и, наверное, от влаги. Я улеглась и укрылась, надеясь, что хозяин ободранной постройки не застукает меня с куском его крыши в руках. Не то чтобы устроилась очень уж комфортно, но жить было можно. Хотя, как только улеглась и пригрелась, жуткая тоска и одиночество тут же навалились на меня с новой силой, пробрались в самую душу и начали ее пилить, иначе не скажешь.

Я долго не могла уснуть, вспоминая прошлое и беспокоясь о настоящем. Из всех родственников в живых у меня остался только брат Левир. Как он там сейчас в Адалоре? И как хорошо бы было, если рядом оказалась добрая Элерия. Она то, судя по всему жива. Именно они с Кризой, старой травницей, закрывали Брешь в Адалоре, когда мне пришлось навсегда его покинуть. Но мои друзья, сколько не вспоминай, бесконечно далеко от меня. И дело даже не в расстоянии. Они недосягаемы.

К утру ветер полностью успокоился и даже потеплело. Я сбросила с себя подобие одеяла и, вздохнув свободнее, дремала еще какое-то время. Мне не хотелось просыпаться. Сон это единственное, что дарило сейчас покой. Возможность сбежать от невыносимой реальности. Окончательно разбудил меня чей-то оклик. Я приподнялась на локтях и уставилась в сторону его источника.

– Эй, ты что здесь ночевала? – спросил высокий молодой парень. Я сразу отметила красоту этого жгучего брюнета, но это только еще больше меня напугало. К тому же я совершенно не поняла о чем он спрашивает. Скатилась с труб, нырнула в узкий проход между сараями и была такова. Все мои душевные терзания отошли на второй план, уступив место насущным потребностям. Я хотела пить и была голодна. Шла по улицам и озиралась по сторонам, чувствуя себя голодной хищницей. Волком, вышедшим на охоту. Вот только, в отличие от волка у меня не было нужных навыков, острых когтей, зубов и лучшей в мире стаи. Усугубляло ситуацию и отсутствие хоть каких-либо знаний об этом мире.

Через час я набрела на очень людное место и стала наблюдать за его обитателями. Иногда они ели и пили воду из каких-то странных бутылок. Я даже поняла откуда они их берут – покупают у торговцев. Но это никак не помогало решить мои проблемы. Я следила за людьми, у которых в руках была еда или вода, как голодный зверек, ей богу. Мне самой было противно от своего поведения, но... Но я не могла ничего с собой поделать.

В первый раз я столкнулась с человеческой агрессией в этом мире, когда один мужчина выбросил недоеденную булку в какой-то небольшой ящичек. Едва он отошел, я бросилась достать ее. Как только наклонилась над ящиком кто-то, со всего маху, ударил меня в плечо. Так сильно, что я отлетела на несколько шагов в сторону.

– Сгинь, малявка!

Страшная тетка в грязной одежде и с проплешиной на голове достала мою добычу и запихала в рот с гнилыми зубами. Я уныло побрела прочь, потирая ушибленное плечо.

Я вспомнила своего друга Дарена. Как мы вместе выживали, когда за нами гонялись монстры по Адалору, как заблудились в лесу и вместе выбирались, как потом нашли Элерию и она все время была рядом. Всегда со мной были друзья. Я совершенно не умею выживать в одиночку. Хотела снова разреветься, но слез не осталось, видимо, сказывалось обезвоживание.

После полудня мне повезло. Возле лавочки на аллейке стояла большая бутылка, в ней осталось чуть меньше половины воды. Я схватила ее, прижала к груди, оглядываясь, нет ли неподалеку еще какой-нибудь злобной тетки, которая отнимет мою добычу. Но никого не было. Я все же поспешила убраться подальше, как будто украла эту воду. И в укромном уголке за домом какое-то время промучилась с пробкой, соображая, как ее открыть. Она замысловатым образом закручивалась. Наконец, добравшись до воды, я припала к ней и жадно пила, пока не выпила все, до последней капли. Только тогда сообразила, что нужно было быть экономнее и оставить хотя бы чуть-чуть про запас. Пустую бутылку я запихала за пазуху, надеясь, что все-таки найду где-нибудь реку или фонтан, где смогу пополнить свои запасы.

Вечер не задался с самого начала. Отчаявшись найти еду, я решила озаботиться поисками ночлега, пока еще не совсем стемнело. Свернула за угол на менее людную улицу и меня за руку ухватила та грязная тетка, которая отняла булку днем. Она что-то зло и громко шипела и, вцепившись в меня мертвой хваткой, стала срывать мое пальто. Я запаниковала. Если останусь без теплой одежды, то попросту здесь замерзну. Сейчас, к вечеру, в воздухе уже чувствовалась морозная свежесть.

Я задергалась, как сумасшедшая, извивалась, пытаясь вырваться. И отбивалась ногами, руками, чем придется, колотя тетку куда попало. Она что-то зло выплюнула и, недолго думая, ударила меня кулаком в лицо, а потом сразу же в живот. Потемнело в глазах и сбилось дыхание, а эта тварь придавила меня к стене дома позади, и ее пропитая морда оказалась возле моего лица. Она что-то смрадно хихикнула. В глазах ее читалось такое превосходство, как будто я и не человек вовсе.

Тетка проворно расстегнула пуговицы моего пальто и собиралась уже содрать его, когда я пришла в себя и пнула ее ногой в живот со всей силы. Всего секундочка была нужна мне, чтобы сбежать, но она мне этого мгновения не дала. Припечатала затылком об стену, содрала пальто и развернулась уходить. Я закричала от боли, обиды и еще бог весть чего. Но разве это страшно? Какая-то опустившаяся тетка, великие Боги! В Адалоре за мной гонялись настоящие монстры, но тут, в этом чужом мире, где ни одно живое существо не на моей стороне – это было страшно.

Я бросилась на обидчицу сзади и вцепилась ей в волосы. Она попыталась обернуться и еще раз ударить меня, но не тут-то было. Я повисла у нее на спине и обеими руками трепала за жидкие волосенки. Она уронила пальто и извернулась. Смогла отодрать меня. Я с отвращением отбросила клоки ее волос, которые остались у меня в руках. Тетка согнулась и пошла на меня. Я попятилась назад. Мое пальто так и валялось на земле, чуть позади нее. И я никак не могла его схватить и убежать, не столкнувшись с ней.

Я продолжала отбегать, и она не могла схватить меня. Тогда тетке это надоело. Она плюнула в мою сторону, развернулась и пошла к пальто. Я не могла этого допустить. Нашла на земле камень и запустила в нее. Мне повезло – я попала по спине. И ее это еще больше разозлило. Она развернулась и бросилась за мной бегом. А мне только этого и надо было. Если я не могу справиться с ней силой, значит, должна справиться ловкостью. Я побежала не назад, а в сторону и наперерез. Пошла на опережение, прямиком к заветной цели, и оказалась проворнее, чем эта старая развалина. Не останавливаясь, на бегу, чуть наклонившись, я схватила свое пальто. Крепко сжала и дала деру, не оборачиваясь.

Я еще долго бежала, на ходу натянув на себя пальто и застегнув на все пуговицы, чтобы не заболеть. Потом долго петляла по темным улицам, чтобы сбить эту дрянь со следа. Мало ли, вдруг она решит найти меня и отомстить. Через час я немного успокоилась и вспомнила, что урчащий от голода желудок не единственная проблема – мне снова негде спать.

Я долго искала подходящее для ночлега место, но так ничего и не нашла. В конце концов, нужда погнала меня к людским домам, и я решилась войти в одну из больших дверей. Они оказались не заперты. Внутри все было также, как и в том доме, в который меня заводил дед в первый день после Бреши. Я решила осмотреться. Поднялась по лестнице и увидела несколько дверей. Все они заперты – я осторожненько проверила. На втором этаже – тоже самое. Как я поняла, за этими дверями живут люди – много людей. Из-за некоторых из них доносились приглушенные голоса. Но почему никто не живет здесь? Не понятно. Здесь было намного теплее, чем на улице. Но я не могла лечь тут, ведь в любой момент мимо пройдут люди, и неизвестно чем это для меня закончится.

Возле выхода я нашла еще одну дверь, неприметную, больше похожую на дверь в сарай. Потянула на себя – за ней было совсем маленькое помещение со скошенным потолком. А в конце какая-то большая дыра, но там настолько темно, что мне не удалось ничего толком разглядеть. Зато я поняла, что здесь никто не живет. Захлопнула дверь изнутри и осознала – какое же это удовольствие вот так отгородиться от мира. Хотя бы чуть-чуть почувствовать себя в безопасности.

Я села на твердый каменный пол или не каменный? Не знаю из чего он тут сделан. Сняла пальто и стянула с себя свитер. Пальто одела обратно, а из свитера скрутила подушку. На мне еще теплое платье, так что замерзнуть вроде не должна. Но завтра нужно подыскать что-нибудь, чтобы постелить на пол. Сделать себе хоть какое-то подобие постели. Но не сегодня. Сегодня у меня уже не было на это сил. Я закрыла глаза и отключилась.

На следующий день я нашла рынок. Он мне сильно не понравился. Слишком многолюдный. Я вообще не понимаю, как где-то может быть столько людей. Этот город был явно больше моего родного Азирона. Намного, намного больше. Но зато на рынке я нашла чем перекусить. Наконец-таки. Я нашла торговца едой, который сидел в какой-то карете, а рядом стояли высокие столики. Люди покупали у него и ели прямо здесь, на этих столиках. А потом выбрасывали остатки в коробочку рядом. Я проверила ее и нашла там куски булочек и пирожков. И еще бутылку с недопитой водой. Она была сладкая и очень вкусная. Еду я проглотила, даже не подумав о том, что доедать объедки противно. Голод вмиг вышибает из головы подобные глупости. Эти мысли пришли потом, когда наелась. Но я отмахнулась от них, мне столько еще всего предстоит тут пережить, что это просто ерунда.

Вечером, раздобыв несколько бумажных коробок и даже старое рваное одеяло, его нашла возле больших ящиков с мусором, я отправилась в знакомый мне дом ночевать. Уже стемнело. Я подошла к дверям и не заметила бабку, которая сидела возле входа, на лавочке. Она кашлянула, и я перепуганно обернулась. Та подозрительно уставилась на меня и внимательно осмотрела коробки. Я резко развернулась и пошла вдоль дома, делая вид, что и не собиралась никуда заходить. Потом дождалась пока бабка уйдет, и только тогда проникла в свое гнездышко.

Там я разорвала коробки и постелила на пол, соорудила себе удобную подушку и улеглась спать. Дверь вдруг распахнулась. На меня смотрела, поджав губы, та самая бабка. Я поднялась и испуганно уставилась на нее. Она продолжила на меня глазеть, потом что-то пробормотала, захлопнула дверь и ушла. Я сидела ни живая ни мертвая, мне не хотелось уходить отсюда и блуждать среди ночи по холодным улицам в поисках нового места для ночлега. Я успокоила себя, мол, раз она мне ничего не сделала, значит можно и остаться. Это было моей огромной ошибкой.

Глава 3

Довольно быстро я заснула, видно уже начала привыкать к бродяжнической жизни. Но спала чутко, и когда дверь снова открылась, сразу подняла голову. На пороге стояла уже знакомая бабка. Рукой она указывала на меня и что-то рассказывала пришедшим с ней людям противным скрипучим голосом. С ней было двое мужчин. Они вошли, схватили меня под руки и буквально выволокли из моего убежища, хотя я и пыталась упираться. Вытащили на улицу и засунули в большого черного зверя. И тоже забрались внутрь. Бабка все время крутилась рядом и что-то бурчала.

Зверь зарычал и побежал вперед. Я выдохнула и осмотрелась. Здесь было тепло и мягко. Теперь понятно, почему людям так нравится внутри зверей. «Куда везут меня эти двое?» – думала я, кусая губу. Они сидели чуть впереди, постоянно переговаривались между собой и иногда что-то спрашивали у меня. Но я не понимала, что именно и потому молчала. Меня привезли в какое-то ярко-освещенное здание, завели в комнату. Там усадили на стул и снова начали что-то спрашивать. Примерно через четверть часа мне надоели эти бессмысленные допросы, и я сказала им на своем языке:

– Да что ж вы от меня хотите? Я не понимаю вас. Отвяжитесь от меня, наконец. Лучше бы дали попить.

После этого они немного обалдели и временно отстали от меня. А потом действительно принесли попить, жаль, правда, что не расщедрились на ужин. Вскоре отвели в другую комнату, указали на диван и оставили в покое на всю ночь. Я примостилась на диване и быстро заснула. А утром началось невообразимое. Меня водили из кабинета в кабинет, передо мной возникало множество лиц и все пытались со мной разговаривать. Меня несколько раз куда-то возили, там тоже показывали каким-то людям. Они говорили со мной, я им даже иногда отвечала, что не понимаю их. И неизменно каждый раз, как я открывала рот, лица незнакомцев вытягивались от удивления. Думаю, они не понимали на каком языке я говорю и пытались его определить, но ничего не выходило. Трижды меня ослепляли какой-то яркой вспышкой. Но это было не больно. Стоило проморгаться и зрение восстанавливалось. В конце концов, я так устала, что перестала на что-либо реагировать. Просто отворачивалась от людей и смотрела куда-нибудь в стену.

Вечером меня снова посадили в большого зверя и куда-то повезли. Пока мы ехали, на улице пошел снег. Он причудливо переливался, падая в мягком свете фонарей, и быстро таял, едва касался земли. Перед этим меня покормили, так что я была сыта, мне было тепло, и мне нравился снег. Я была не то, чтобы счастлива, но спокойна. Как оказалось совершенно напрасно. Если я чему и научилась, так это тому, что расслабляться не стоит. Следующая хрень твоей жизни уже ждет за поворотом. А, плевать на хрень, мне так нравилось кататься на звере и смотреть в окно на падающий там первый снег. К сожалению, поездка закончилась слишком быстро. Мужчина, что ехал со мной, вышел и распахнул передо мной крыло зверя. Я выпрыгнула на улицу. Белые пушинки уже выстелили на земле тонкий слой и едва ощутимо похрустывали под ногами. Мне хотелось погулять, но мужчина крепко взял меня за руку и повел к большому зданию неподалеку.

Мы подошли ко входу, и мой спутник нажал маленькую кнопочку справа от двери. Что бы это значило? – подумала я. Вскоре нам открыла маленькая полная женщина с сердитым лицом. Она что-то сказала мужчине и махнула рукой вдоль длинного полутемного коридора внутри здания. Мужчина кивнул, что-то ответил и осторожно подтолкнул меня внутрь. А потом повел в ту сторону, куда указала женщина. Я завертела головой. Здесь было очень странно, неуютно. Большие полутемные помещения с высокими потолками, крашеные в отвратительный голубой цвет стены. Мы дошли до конца коридора и вошли в одну из дверей.

В комнате сидела немолодая женщина со светлыми волосами, стянутыми в тугой пучок на затылке. При виде нас она встала из-за письменного стола, как будто уже ждала. Подошла к моему спутнику и заговорила с ним елейным голоском, расплываясь в приторной улыбке. Я знавала таких особ, они мне почему-то всегда казались неприятными и даже опасными. Почему-то мне думается, что под такой слащавой маской всегда кроется очень гнилое нутро. Хотя… Судить с ходу, конечно, нельзя. Меня тетка только окинула оценивающим взглядом, не сказать, чтобы добрым. Я сглотнула и занервничала. Не нравилось мне все это.

Какое-то время они мило ворковали, а я искоса поглядывала по сторонам, продумывая пути отхода. Потом женщина взяла маленькую плоскую коробочку со стола, что-то на ней понажимала, приложила к уху и начала говорить. Но не мне или мужчине, а в нее, совсем как тот дед в начале моего путешествия по этому миру. Ненормальные они тут что ли все?

Вскоре в дверь постучали. В комнату вошла худая, среднего роста женщина с темными, слегка растрепавшимися волосами и нервными движениями. Взгляд у нее был тяжелым, а черты лица грубыми, как и голос. Когда она заговорила, я поняла, что с такой шутки плохи. И именно ей меня и отдали.

Новенькая уставилась на меня и что-то сказала, но это больше смахивало на выкрик. Я, конечно же, ничего не поняла, только растерянно заморгала в ответ. Мне хотелось сбежать отсюда. Какое-то чутье подсказывало, что я вляпалась в неприятности, и всем этим людям доверять не стоит. Ох, как не стоит. Тяжелой поступью темноволосая подошла ко мне и мертвой хваткой вцепилась в руку чуть пониже локтя, дернула за собой. Женщина с пучком на голове и мужчина продолжали мило переговариваться у меня за спиной.