Не пытайся

Порочный ангел чистоты

Порочный ангел чистоты – сколько противоречий в этом выражении! Оно пришло ко мне в голову перед тем, как я заснул с ней в обнимку, в последнюю ночь нашей совместной жизни. В противоречиях вся она.

Сегодня она может быть мягкой и нежной, а завтра холодной и черствой. Сегодня она хочет быть моей и отдаться мне полностью, а завтра она уже с кем то другим. Сегодня она одуванчик, а завтра уже колючая роза. Но в розе тоже есть противоречия. Разве, имея колючие шипы она не остается прекрасным цветком? Вот и девушка, которая перевернула мой мир, бывает колючей. Бывает, она режет меня без ножа, причиняет ужасно невыносимую боль, пускает мне кровь в виде соленых слез и заставляет все тело трястись от холода. Но даже тогда она остается прекрасной и светлой.

А как она пахнет! У нее какой-то удивительный запах. Я все пытался понять что это такое? Первое время у меня были ассоциации с лавандой, потом я стал находить нотки облепихи. Но это все не то.

Со вкусом было проще. На вкус она как сладкая ежевика.

Сейчас, войдя домой, который больше для меня не дом, я упал на колени, упал от усталости, упал от боли, от осознания того, что моей милой девочки нет рядом. Второй раз она уходит от меня. Растерянный и раздавленный, я внезапно понял какой у нее запах. Все оказалось так просто. Она пахнет розой. Почему она ушла и забрала у меня возможность насладится этим прекрасным запахом?

Ее гордость – не сила а слабость. Желание казаться сильной и независимой боязнь отдать себя мужчине, который её любит.

Как же раздражало, когда она судорожно пролистывала объявления, в поисках съемной квартиры. Словно ее держат в плену, в заточении. Ей хотелось поскорее уехать. Но почему? Очевидно, что она понимает, не где-то в глубине души, а по настоящему понимает, что здесь со мной она дома. Ей тут уютно. Она настолько сильно боится этого? Боится этой реальности? Реальности в которой она порой подходит ко мне сзади и виснет на мне, нежно обнимая. Она целует меня в шею, легкими, мягкими губами. Она так сладко засыпает, зажав мою ногу своими ногами. Ей снятся яркие сны. Здесь ее дом.

Раздражало еще и то, что наш с ней разговор иногда похож на нравоучения курильщику. Курильщик понимает, что курить вредно, но не прислушивается к совету бросить. Также и она – она понимает, что в конечном итоге я окажусь прав, что я хочу для нее лучшего, но она меня не слушает.

Я как змея – вернусь и извиваюсь вокруг нее, стараясь сделать так, чтобы ей всегда было хорошо и комфортно. Массажик ей сделать после того, как она уставшая пришла с работы и все такое. Я как змея, которую она приручила.

Мой порочный ангел чистоты часто говорил мне, что я должен найти себе другую девушку. Но как? Как вообще можно найти девушку? Не мужчина находит девушку, девушку находит его сердце. А как искать другую, когда вы уже нашли нужную?

Вот, например, носки, они же часто теряются. Или резинка для волос, девушки часто теряют резинки. Когда вы держите в руках один носок и бегаете глазами по комнате, заглядывая под кровать, за диван, крутя барабан стиральной машинки – а вот же второй! Вы составляете из них пару, разве вы пойдете покупать новые носки? Нет, зачем? А резинку для волос? Ну вот же она, лежала около дезодоранта. Будете ли вы искать еще одну резинку, пойдете ли покупать новую? Зачем что-то искать, если вы уже это нашли?

Теперь, я понимаю в чем суть поиска. Миллионы клеточек однажды соединились в моменте великолепного чуда зачатия и родился мальчик. Но, чтобы стать мужчиной, этому мальчику не хватает других клеточек. И вот, вселенная отправляет мальчика в одиссею жизненного пути, целью которой является стать мужчиной. Чтобы стать мужчиной, мальчик должен найти другие, подходящие ему клеточки, соединится с ними и тогда он станет мужчиной. Конечно же речь идет про женские клеточки. Вот она простая формула. Мужчина = мальчик × девочка. Иначе говоря, девушки создают из мальчика мужчин.

Разумеется, главный множитель в этой формуле – девочка. Она должна быть подходящей. Когда мальчик нашел подходящую, он не будет искать другую. И вся эта чушь, про моногамию сразу испарится из его головы. Появятся мысли о том, что любовь – это не только про пестики и тычинки. Любовь – это крепкий союз, закрепить который нужно созданием нового мальчика, который отправится в свою одиссею по поиску своей девочки. Или можно создать девочку, которая сделает из другого мальчика своего мужчину. Тут уж как вселенная распорядится.

Что мне остается непонятным, так это почему мой непорочный ангел чистоты ждет какой-то принца на белом коне? Почему девушка хочет от мужчины рыцарских поступков, но не дает мальчику их совершать? А мальчик же старается стать принцем на белом коне, он делает поступки и пусть не рыцарские, но и рыцарские сделает, когда понадобится.

Коня пока нет, но мне нравится мысль о символизме белого цвета. Белый цвет – цвет чистоты. Не зря наверное последняя вещь, которая досталась мне от моего ангела – белая футболка. Еще была белая толстовка, да и носочки она мне недавно купила белые. Я точно знаю, что в моем ангеле больше чистоты, чем порочности. Не прячь свою чистоту, мой ангелочек, а порочность можешь оставить, но только для меня одного.

Сон

В комнате теплой комнате приглушенный свет от нескольких зажженных свечей. Их губы сливаются в жарком, страстном поцелуе. Кровь приливает к нижней части живота, у него моментально встает член, в трусах становится невероятно тесно, хочется поскорее снять их..нет, хочется, чтобы она их сняла. Она как всегда безумно теплая и нежная. Ее кожа приятно пахнет чем-то вроде клубники или возможно персиком, а волосы какао с корицей.

Он жадно сжимает ее упругую ягодицу, поглаживая второй рукой спинку. Он пытается схватить зубами язычок в ее маленьком, вкусном ротике и в этот раз она поддается ему. Ему кажется, что в этот раз она какая-то чересчур самоуверенная, такое чувство, что она хочет взять ситуацию в свои руки, чтобы сегодня все пошло по ее сценарию. Словно прочитав его мысли, она прекращает поцелуй, игриво улыбается, толкает его на кровать и идет к комоду. Он провожает взглядом ее шикарную попу, красоту которой подчеркивают маленькие стринги и кружевные чулочки. От ожидания, возбуждения и волнения перед новым опытом, его член бешено пульсирует. она берет наручники, опускается коленом на край кровати и начинает медленно целовать его ногу двигаясь по ней вверх. Дойдя до нижнего белья, она останавливает взгляд на его члене, который чуть ли не рвет трусы от возбуждения. Она медленно поглаживает его и поднимается выше. Она целует грудь, шею, ухо и обездвиживает его руки наручниками.

– Нравиться?, – улыбаясь спрашивает она.

– Дааа… я хочу тебя, – стоная отвечает он.

– Молчи!, – в приказном тоне говорит она, – Забыл, что я твоя начальница?

На ее лице все та же игривая улыбка, но взгляд очень серьезный. Она встает и снимает с себя трусики… как же ему хочется, чтобы с него она их тоже сняла, ведь в них уже слишком тесно. Его взгляду открывается ее восхитительная писечка. Он считает ее безумно красивой. Немножко черных волосиков прорезают кожу, сочные половые губки из которых немножко выглядывают сексуальные красные «лепесточки» – у нее офигенная писечка. Он замечает, что помимо наручников, она взяла с комода еще какой-то аксессуар. Она берет свои стринги и засовывает их ему в рот: Сегодня ты будешь молчать!

– Молчать и подчиняться, – говорит она.

От такого сильного возбуждения у него приятно закружилась голова. Она взяла с комода кисточку, встала на кровать перед его лицом. Теперь он видит ее киску и попу снизу, она прям перед его лицом… как же сильно ему хочется, чтобы она опустилась и села на него! Его тело передернуло от приятной щекотки – она начала водить по нему кисточкой.

– Посмотрел и хватит! – она встала и взяла с комода повязку для глаз, одела ему ее и начала целовать ему ушко, поглаживая рукой член, который все еще в трусах.

Ему слишком хорошо, он не понимает где он находится и что происходит, между ног так мокро… разве может быть столько смазки? Может быть он уже кончил…

Он не заметил, как его ноги оказались в полусогнутом положении. Он уже без трусов, она посасывает его яички и медленно дрочит его твердый, как камень член. Она облизывает его от яичек до головки и немножко обхватывая ее губами, начинает играть с ней своим маленьким, но ловким язычком… как же ему приятно! Она опускается ниже… вот это удовольствие.. Не многие девушки лижут парню там, но она этого не стесняется и кажется, что ей это тоже нравится.. как же ему хорошо. От наслаждения он уже не понимает, что она начала играть с его мокрой попой не языком а пальцем…

One beautiful day

Огненно-желтый шар

Низ моего живота

Я не помню в каком направлении

Двигалось время дыша.

А. Растич

Спустя несколько мучительно тянущихся дней, дней, во время которых он находился в постоянном сексуальном напряжении, он ехал на работу. Он был рад, что спустя этот период разлуки, который казался вечностью, он наконец-то ее увидит и сможет обнять.

Солнце ярко светило, дул приятный, летний ветерок. Он рисовал у себя в голове её образ. Образ высокой, стройной девушки. Её тоненькие ручки с новеньким маникюром на аккуратных пальчиках, ее длинные волосы с невероятным запахом, её глубокие, выразительные и немного по-детски наивные глазки, ее шикарная, аккуратная попка. Она должна быть сегодня в платье.

Ярко зеленую траву украшали желтые одуванчики, деревья покрылись могучей кроной, пышно расцвела сирень. В такую погоду она просто обязана прийти в платье. И если он об этом думает, то скорее всего она в нем придет. Их мысли слишком часто совпадают, он знает, что она тоже хочет порадовать его своим прекрасным, соблазнительным видом. Таких девушек, как она не часто встретишь, скорее она – это исключение. Для него она всегда желанна. Он видит ее как воплощение женственности, а что как не легкое платье может подчеркнуть женственность в такую замечательную погоду?

Он увидел её. Стройные ножки, движение ее головы, от которого её волосы мягко качнулись по воздуху, словно исполнив одно из хореографических па, которым на тренировках учат маленьких девочек балерин. Она улыбнулась ему. Объятия и невероятно сладкий поцелуй. Почему до сих пор не изобрели конфету с таким вкусом? Разве может быть что-то нежнее и слаще? Она была в платье.

Как же сложно описать ее внешний вид. Сколько книг нужно прочитать, сколько песен нужно прослушать, чтобы набрать словарный запас для того, чтобы хотя бы на капельку описать эмоции, невероятно сильные эмоции, которые она пробуждает в нем? Но, несмотря на то, что слова подобрать очень трудно, хочется попытаться описать это. Такие дни должны храниться в памяти, как люди хранят фотографии, как хранят памятные вещи и предметы.

Казалось бы, он видел ее во всех сексуальных образах, которые можно представить. Он видел её в эротическом черном пеньюар, с которого, когда они сидят на кухне, постоянно сползает плечо, игриво оголяя ее сочную грудь с твердым сосочком посередине аккуратного ареола. Он видел её в красивом халатике, который задавал игривое настроение. Он видел её в трусиках разного фасона, видел её в шелковой или около того, пижаме. Нижнее белье – один из его фетишей. Особенно ему нравится бросать взгляд на ее трусики, когда она сидит на стуле напротив него, поджимая одну ногу под другую, или сгибая ее в коленях. В таких случаях, трусики очень выразительно подчеркивают «треугольник» её киски. Таким видом он наслаждался, как всякие умные аристократы наслаждаются картинами в музеях на выставках. И пусть это звучит пошло, грубо и примитивно, но в этом он видит красоту и эстетику. Он видел ее связанной веревками, привязанной к кровати, видел её голой в множестве разных поз. Но сегодня она была в платье. Она была чертовски сексуальной!

День был спокойный, работы было очень мало. Идеальный день для того, чтобы с головой уйти в книгу. Но мысли о ней не давали сосредоточится. Он пытался, но безуспешно. Каждый раз, когда она проходила мимо, он бросал на нее свой взгляд. Он не знает как это выглядело со стороны, но судя по тому, какие чувства он испытывал, наверное это был голодный, животный взгляд, пропитанный желанием, вожделением и страстью, но в то же время взгляд мужчины на нежную, привлекательную девушку. Девушку чистую, невинную, но в тоже время слегка пошлую. Каждый такой взгляд, который он бросал на неё, заставлял его член шевелиться. Невероятное возбуждение, вызывающее прилив крови к интимному месту и наполняющее всю область от пупка до колен горячей теплотой. Никогда в жизни он не испытывал таких смешанных чувств, диапазон которых колебался от гордости за то, что он обладает такой прекрасной женщиной, лучше которой вряд ли возможно найти, от того, что он вкушает самую сладкую конфетку, и эта конфетка только его и никого больше, до смущения, ведь он явно хочет её больше, чем она его. Это смущение периодически перерастало в панические наплывы с мыслями о том, что она слишком хороша для него, что возможно он её не достоин. Он пытался сосредоточится на Докинсе «Бог как иллюзия». А что, если Бог действительно есть и он послал ему Ангела?

Она сидела напротив, сняв обувь, протянув ножки ему на колени. Этот прекрасный маникюр, эти вульгарные ноготочки. Массируя и поглаживая пальчики на её ножках, он испытывал точно такие же чувства, словно он ласкает языком её между ног. Относительно недавно, с ней, он открыл для себя мир food-фетиша, когда ты возбуждаешься от женских ног, когда облизывая её пальчики ты испытываешь то же наслаждение как, когда ты делаешь ей кунилингус, а когда она облизывает твои ноги – ты кайфуешь как от минета.

Как же ему хочется облизать ей ножки, поиграть языком с каждым пальчиком и страстно пососать их. И сейчас он массирует её пальчики, его член, дергается как сумасшедший, она пытается потрогать его свободной ногой, но достает только до его яичек. Ему этого достаточно. Она думает, что он специально двигает членом, но он не умеет так делать. Он подозревает, что наверное это возможно, если как-то научится контролировать сокращение мышц, но в его случае все намного проще. Кровь просто приливает к гениталиям, заставляя их подниматься и циркулируя по организму отливает, слегка приспуская набухший от возбуждения орган, отчего и происходит это колебание которое, как она думает он может контролировать. На самом же деле его контролирует она, контролирует своей сексуальной энергетикой. Прикосновение ее ноги к его гениталиям – для него этот процесс подобен настоящему совокуплению. В его голове рисуются картинки, где она – властная женщина, в эротическом белье, толкает его на кровать, он лежит, а она стоит над ним сверху. Снизу он смотрит на все её прелести, а она грубо бьет его ногой по лицу, заставляя вылизывать её идеальный педекюр… а потом он встает, нагинает её раком и трахает как последнюю суку! Усиливает атмосферу то, что его промежность намазана кремом, что напоминает смазку или массажное масло – это словно готовит его к играм, которыми они стали заниматься последнее время. Она единственная, кому он позволяет делать это.

– Хочешь, чтобы я сняла колготки?

Он хотел этого целый день. Её игривая улыбка, она встает и идет на склад. Он закрывает книгу и идёт за ней. Член выпирает из джинсов. Желанный взгляд наблюдает за тем, как она, сидя на стуле, снимает колготки… треугольник её голубых трусиков – блаженство для его его глаз. Она встает, даже не поправив платье, оно поднято на уровне ее талии. Он нежно обнимает её.

– Потрогай меня…

Он опускает её платье, опускает руку и проводит ей по мягкий, но упругим ляжкам, он чувствует, как смазка из его члена начинает пачкать трусы. Рука касается её белья, она начинает медленно стонать…

Они сели обратно за стол. Она напротив него с раздвинутыми ногами. Невероятно желанная и теперь наконец-то доступная. Мысли о том, что «он хочет её больше, чем она его» смыло, словно бурный лесной фонтан окатил его с ног до головы. Он убеждается в этом, отодвигая её трусики, прикасаясь пальцами к лепесткам её киски. Невероятно влажная, трусики липкие, из её киски течет маленький, вкусный летний ручеёк..

Вечер безусловно будет прекрасным. Она была в платье.

Самые грязные фантазии

– Положи книжку.

– Сейчас, пару страничек ещё, – не отрываясь от текста ответил я.

– Положи сейчас же!

Я поднял глаза и увидел её. Она стояла около кровати, раздвинув ноги на ширину плеч. Её длинные волосы были завязаны в пучок резинкой. На ней было красивое кружевное бельё и маска кошки. В руках она держала стек-плётку. Что-то ёкнуло у меня внутри и электрический разряд возбуждения пробежал по телу, заставив половой член слегка дернуться.

– Вставай! – властно приказала Виктория.

Я улыбнулся и закрыл книжку. Поднявшись с дивана, я начал приближаться к ней.

– Стоять! Разве я разрешала подходить ко мне? Я приказала только встать!

Я замер посредине комнаты. Её тело манило к себе, её вульгарный образ заставлял набросится на неё, как волк набрасывается на кусок мяса. Но я принял правила игры, которые она начала устанавливать. Я и не подозревал что это будет за игра. Что-то внутри заставляло поддаться ей. Она вызывала желание подчинятся.

– Снимай трусы! – приказала мне Виктория.

Я послушно спустил белье. Член еще не полностью стоял, но уже прилично набух, налившись кровью.

Включив медленную музыку, она стала приближаться ко мне, изящно виляя бедрами. Она смотрела мне прямо в глаза.

– Убрать улыбку!

Наверное, я выглядел весьма глупо. Голый, посреди комнаты, улыбаюсь, как маленький ребенок, которому протягивают мороженое. А мой член был уже совсем-совсем не маленький – эта каменно-твердая штука во всю дергалась от невероятного напряжения.

Виктория положил плётку и повернулась ко мне спиной. Она сняла с себя трусики, слегка нагнувшись вперед, на мгновение дав мне насладится притягательным видом её выразительной киски, выглядывающей из под оголенной попки. Виктория развернулась ко мне и схватив меня за горло, приказала открыть рот. В этот момент мне стало немного жутко.

На сколько далеко она готова зайти в своей игре? Мне казалось, что под властью её сексуальных чар, я готов зайти в самые грязные уголки человеческой похоти. Я продолжил подчиняться её приказам. Сочная солоноватая слюна ударила мне в язык. Виктория плюнула мне в рот. Не успев понять что произошло, у меня во рту очутился комок ткани – она запихнула мне в рот свое бельё. Зрачки моих глаз расширились от удивления. Затем последовал легкий удар плеткой по груди.

Виктория стала медленно двигаться вокруг меня, периодически одаривая шлепками, иногда чуть сильнее, иногда слабее – прощупывала порог боли, которую я способен терпеть в этой игре. Но в моих мыслях и фантазиях не было порога… пока она не одела повязку мне на глаза.