Не по пути

Марат

— Мар, ну сделай лицо попроще, — Ян пытается оправдаться, кивая в сторону Егора, который уже вписался в компанию, ржёт с пацанами, будто он тут свой с детства. — Ну не мог я его не позвать на свой мальчишник.

Я молчу. Ни слова. Только сжимаю челюсти, будто глотаю яд. Внутри — кипяток. Я реально на него зол, и это не просто так.

Год назад я встретил девушку, которая реально зацепила. Настолько, что я был уверен — она та самая. До неё я таких чувств не испытывал — когда хочется, чтобы рядом была только она, каждый день, каждую секунду. В общем, влип по уши.

А потом всё рухнуло. Из-за этого мудака — Егорки. Он её увёл. Просто взял и вырвал из моей жизни.

Марьяна давно по нему сохла. Но он — ноль внимания. Вместо неё выбрал её сестру: женился, потом развелся. А когда у меня с Марьяной наконец-то что-то завязалось — бац — и он вдруг вспомнил, что она существует.

В итоге — уже год вместе. Поженились. Счастливая парочка. А я? Я остался с пустотой, с пиздецом в голове и воспоминанием, как она просто взяла и слиняла с ним.

Я пригласил её за город — тишина, речка, шашлык, костёр. Мы с ней, Ян с Лизой. Всё норм, атмосфера — огонь. Но непонятно, откуда она встречает там Егора. Просто берёт и уезжает с ним. Оставив меня там. Одного. С костром, шашлыками и дурацкой надеждой, что вернётся.

Всё. Занавес.

Марьяна — лучшая подруга Лизы, невесты Яна. Девчонки их сдружили, и Ян с Егором теперь общаются счастливыми парочками, ездят друг к другу в гости, отдыхают вместе — в общем, душа в душу. Ян, по ходу, даже не сопротивлялся. А я оказался на обочине. Заебись, короче.

И вот я сижу на мальчишнике своего лучшего друга и должен терпеть этого, мля, Егорку. Так свалить хочется — просто пиздец. Но я терплю. Сцепил зубы и терплю.

— Братишка, отъебись, — бросаю Яну, не глядя на него. — Ты же знаешь, как я к нему отношусь. И как мне хреново от его присутствия. Но тебе похуй, да? Всё ради «мира в шалаше».

— Бля, Мар, — Ян хмурится, трёт затылок. — Егор нормальный чувак. Что ты так взъелся? Два дня с Марьяной повстречался — и так накрыло? Не можешь их простить? Забудь уже. Они любят друг друга. Она — жена, у них ребёнок скоро будет.

Ребёнок? Значит… беременна от него. Хотя, честно, чего тут удивляться — она же его жена. Но почему-то всё равно гадко на душе. Как будто мне в грудь насыпали щебня. Тяжело. Холодно.

Резко поворачиваюсь к нему.

— Слушай, братишка, — говорю тихо, но с нажимом. — Когда ты десять лет подряд безответно сох по Лизе, я был на твоей стороне. Поддерживал, не ржал, не говорил: «Забей, найди другую». А сейчас ты мне в лоб — «живи дальше, утрись». Ну послали тебя на хер — и всё? Серьёзно?

Ян молчит. Крутит стакан в руках.

— Мар, а какие ещё варианты?

— Никаких. Отмечайте. Я не мешаю.

Резко встаю, стул скрипит по полу, как будто кричит за меня. Иду к бару. Хочу набухаться. В одиночку. Полностью отключиться от этой реальности.

— Текилу, — бросаю бармену. — Двойную. И побыстрее.

Наконец немного расслабившись — или просто притупив боль — решаю, что уйду сегодня не один. Сижу, пью, оглядываю танцпол. Девчонок — тьма. Все танцуют, улыбаются, трясут задницами. Но всё, блин, не то. Какие-то картонные, неживые, одинаковые — будто под копирку. Устал от этого цирка.

Рюмка. Ещё одна. Ян подходит, что-то бубнит про «расслабься, братан». Посылаю его — без злобы, просто не до этого. Ещё одна рюмка. В голове каша, но азарт уже просыпается.

Мимо проходит девчонка. Сразу в глаза бросается — одета явно не для тусовки. Сумка для документов, юбка-карандаш, блузка, рыжие волосы собраны в высокий хвост.

Не люблю рыжих. Был в моей жизни один эпизод, бегала за мной девчонка, с короткими кудряхами, очками-аквариумами, брекетами. На хоббита похожа была. С тех пор от рыжих воротило.

Но эта… прям огонь. Фигура — просто охренеть. Линии плавные, осанка — царская. Жаль, лицо не успел толком рассмотреть. Куда она пошла?

Оглядываюсь — вон она. Скрылась за дверью, что ведёт в служебку. К администрации? Ладно, подожду.

Через полчаса выходит. Идёт к выходу. Нет, нет. От меня так просто не сбежишь.

Иду за ней. Глаза сами сползают на её попку — на каблуках она перекатывается, будто специально дразнит. Р-р-р!!! Чувствую, как включается режим охотника. Тело само напрягается. Азарт — в крови.

Подходит к маленькой красной машинке. Ну и пукалка — боги, наверное, в неё только её попка и сумка с документами и влезают.

— Эй, — окликаю.

Она открывает пассажирскую дверь, кладёт сумку.

— Кыс-кыс — бросаю с ухмылкой.

Закрывает дверь. Обходит машину.

— Рыжик! ... Огонёк! ... Да постой ты!

Оборачивается. Смотрит — ледяной, пренебрежительный взгляд. Как будто я мусор, который мешает её идеальной картинке.

— Вы это мне? — спрашивает холодно.

Ох, тигрица какая. Огромные зелёные глаза, маленький носик, алые губки — натуральные, без херни. Красивая очень. Фарфоровая кожа. Как куколка. Хочу её. Несмотря на все рыжие воспоминания.

— Тебе, — киваю. — Я Марат.

Смотрит, будто взвешивает: «стоит ли вообще тратить на него время».

— Поздравляю, — бросает и идёт к водительской двери.

— Эй, постой. Не так быстро. А тебя как зовут?

— Меня? — смотрит удивлённо.

— Ну да, тебя.

Чувствую — не зацепил. Стоит, думает. Серьёзно? Я не урод вроде. Что ж так?

— Марат, зачем вам моё имя? Если завтра вы его даже не вспомните.

— С чего ты это взяла? — облокачиваюсь о её машину.

— Потому что вы пьяны. Отойдите, пожалуйста, от моей машины. Я спешу.

— Немного выпил. У друга мальчишник.

— Поздравляю вашего друга. И рекомендую вернуться в клуб — и поискать там добычу посговорчивее и на одной алкогольной волне с вами.

— А ты чего такая деловая? — немного раздражаюсь. Не помню, чтобы девушки позволяли со мной себе так разговаривать.

— Отойдите от машины.

— Не-а. Не отойду, — ухмыляюсь. — Слушай, я не охотник за трофеями. Просто ты… выбиваешься. В хорошем смысле.

Она закатывает глаза. Но в уголках губ — лёгкая улыбка.

— Марат, — говорит чётко. — Нам с вами не по пути.

Садится в машину. Закрывает дверь. Заводит двигатель.

— Эй — кричу уже вдогонку.

Но она уже едет. Уезжает. Оставляя меня стоять посреди парковки, ловить пыль ртом.

Меня отшили. Заебись. Всё веселее и веселее.

— Что ж, — бормочу, глядя в спину удаляющейся машины, — видимо, сегодня не мой день.

Достаю телефон, чтобы вызвать такси. Но решаю, что хочу сейчас просто пройтись. Пусть ночь вытрезвит тело. А душу — пусть вытрезвит время.

______

Дорогие читатели, приветствую вас в моей новой истории. Не забывайте ставить ⭐️книге и добавлять в библиотеку.

Спасибо!🧡

Глава 2

Марат

Сегодня свадьба у братишки. Счастливое событие. Я, как никто, знаю, как долго он шёл к своему счастью. Как с тринадцати лет был влюблён в свою сводную сестру, которую долгое время даже считал родной, мучился, изводил себя ревностью, смотрел на неё втихаря, будто вор. И вот… Я — друг жениха, сижу рядом во главе стола, даже улыбаюсь сегодня, несмотря на то, что напротив — Марьяна с Егором.

Да-да, снова они…

Она — лучшая подруга теперь уже жены Яна, и я понимаю, что мне придётся с ней и дальше пересекаться. И это, как гвоздь в подошве: терпеть можно, но ходить — больно.

Беременность ей к лицу. Кожа сияет, глаза блестят, в движениях — такая лёгкая грация, будто она парит. Красивая. Очень. И я ненавижу себя за то, что до сих пор это замечаю.

Но, наверное, Ян прав. Пора закапывать эту историю. Забить. Идти своим путём.

Танец жениха с невестой — они открывают вечер. Музыка льётся тёплым медом, огни мерцают, воздух дрожит от эмоций. Вокруг вспыхивают пары: Егор с Марьяной, родители Лизы и Яна, мои родители…

Стоп! А где Малика?

Оглядываюсь — нет её. Сестра. Ей только восемнадцать. И с каждым днём вокруг неё всё больше мужиков, которые смотрят не в глаза, а ниже. И мне это не нравится. Ни капли. Рано ещё ей с мужчинами водиться — впереди учёба. Да и в принципе не знаю, каким он должен быть, чтобы я спокойно его принял и не разбил лицо за то, что коснулся моей сестры.

Встаю. Возле бара вижу: сестра стоит, смеётся, болтает с официантом — мальчишкой, молодым, худым, с косым взглядом и улыбкой.

— Эй, ты, — обращаюсь к пацану.

Смотрит на меня, как обосравшийся заяц.

— Я?

— Да, ты. Иди работу работай. Не надо вокруг моей сестры крутиться.

— Марат! — рычит Малика.

— Иди-иди, — киваю в сторону гостей. — Пока не пожаловался твоему начальству.

Уходит.

— Ты задница! Почему ты вечно лезешь в мою жизнь? — обиженно.

— Я тоже тебя люблю, сестрёнка. И племянников я пока не жду, поэтому — вперёд, за стол к родителям.

Она фыркает, но уходит.

Решаю немного пройтись по территории комплекса, в котором проходит свадьба. Не успеваю сделать и шага — и вдруг замираю.

Да ладно??? Меня глючит. Навстречу мне идёт моя тигрица. Сегодня она ещё охренительнее, чем тогда: короткое зелёное платье без бретелек, под цвет глаз. Волосы — огненные, волнистые, ниспадают по плечам, как лава. Она похожа на какую-то сказочную лесную принцессу — с огромными зелёными глазами и распущенными волосами.

— Вот это встреча, — улыбаюсь, перегораживая ей дорогу.

Останавливается. Смотрит. Как и тогда — холодно.

— Мы знакомы?

Здрасти. Приехали.

— Ты серьёзно? Я Марат. На прошлой неделе возле клуба… не помнишь?

— Помню.

Вот сучка. Помнит она. Чего тогда спрашивает, знакомы ли мы? Издевается.

— Просто не думала, что вы вспомните меня, Марат.

— Как можно забыть такую девушку? — улыбаюсь во все зубы.

— У мужчин короткая память, — бросает небрежно.

— Кто сказал? — впиваюсь взглядом в её глаза.

— Жизнь, — слегка улыбается, как будто нехотя, или даже с горечью — не пойму.

Обходит меня и идёт мимо.

— Эй, стой! В этот раз не убежишь.

Иду за ней. Она молчит. Подзываю того самого официанта-мальчишку, беру у него шампанское, протягиваю своей тигрице.

— Спасибо, — неохотно.

Вот же звезда какая.

— Так как тебя зовут? Ты так и не сказала.

— Не важно.

— Важно! Чего ты виляешь? — начинаю раздражаться. Но держусь. — Ты мне понравилась. Хочу познакомиться. На свидание пригласить. В чём проблема?

— Я же вам ещё у клуба сказала, Марат: нам не по пути.

Да блять…. Почему так сложно-то?

— Ладно. – коротко кидаю. Моё терпение тоже не железное.

Разворачиваюсь иду в другую сторону. Не понравился? Что ж, поделать нечего. Сталкерить и бегать я точно не буду. Кто она такая вообще, чтобы так себя вести? Я её ничем не обидел, а ведёт себя, будто я ей денег должен. Да и вообще — что она делала там, в клубе, а теперь здесь?

Туда она явно приезжала по каким-то делам — по её одежде это было видно, и по портфелю с документами. А тут? На свадьбе моего друга она уже одета явно как гостья. Интересно, с чьей стороны? Точно не Яна — иначе я бы её знал. Да блин, женщина-загадка, мать её.

Возвращаюсь к гостям. Ну, зацепила она меня. Хочу хотя бы пробить — кто она такая.

Сажусь за столик. Молодожёны целуются, не могут друг от друга оторваться.

— Хм, — откашливаюсь. — Я дико извиняюсь, но у меня вопросик.

— Какой? — Ян отрывается от Лизы. Глаза счастливые, пьяные от любви.

Блин, и я тоже так хочу. Опьянеть от любви. Хочу взаимности, а не вот это вот всё, что меня преследует в последнее время.

— Встретил тут нимфу неземную…

— Ну, наконец-то, — улыбается Лиза.

— В зелёном платьице, с огненными волосами ниже попы, с огромными… м-м-м… глазами. Короче, такую сложно не заметить. Кто такая? Колитесь. С чьей стороны?

Ян хмурится, задумавшись.

— Яська, что ли?

— Ху из Яська? — переспрашиваю. Говорит, как будто я, блин, её знаю.

— Ну, дочка прокурорская, Вержбицкая.

— Какая Вержбицкая? — всё равно не въезжаю. Точнее, я понял, о ком он. Но это точно не она.

— Да блин, — смеётся Ян, — Яська, которая на тренировки наши на стадион вечно приходила на тебя посмотреть. Не верю, что ты её не помнишь. Она ни одной нашей игры не пропускала. А потом пропала куда-то.

Сижу онемевший. Чувство, будто на голову голубиного помёта накидали.

— Это не она, — выдавливаю.

— Яська Бержбицкая была стрёмным гномом, в аквариумах на глазах…

— Да, да, и с брекетами, — смеётся Ян. — Только было это сто лет назад. И сколько ей тогда было — четырнадцать-пятнадцать. Выросла девочка.

— Нихуя себе выросла. Это другой человек.

Лиза смеётся. Смешно им. Мне — не очень.

— А что она тут вообще делает?

— Отец с её отцом в армии вместе служили и дружат с тех пор, — отвечает Лиза. — Не знала, что вы знакомы.

— Знакомы…

Теперь я, кажется, понимаю, почему меня дважды послали на хер. И почему именно с такой формулировкой — «нам не по пути». Что-то подобное, кажется, я и сам ей когда-то сказал. Мог, конечно, поступить красиво, не обижая девочку, но тогда я был полным придурком, а она, честно, достала своим вниманием — все друзья тогда надо мной смеялись. Да и девушка у меня была — как её звали, уже не вспомню, — но то, что её тоже напрягало внимание Яси, помню чётко.

Так вот почему она сказала про мужскую память и не стала называть имя. Блин, как я вообще должен был её узнать? Та Яся навсегда внушила мне панический страх при виде рыжих волос, а эта — наоборот, очаровала так, что ни блондинки, ни брюнетки теперь мне кажется и не вставят больше.

Неужели она до сих пор обижается?

Глава 3

Марат Кафаров. Моя первая, наивная, честная и искренняя любовь.

Да, я была гадким утёнком. И, возможно, была слишком навязчива. Потому что влюблена была по уши — а я тогда была ребёнком. А он… Он обломал мои крылья. Посмеявшись надо мной перед своими друзьями и их подружками.

В тот день я, как обычно, пришла на стадион посмотреть их тренировку и уже шла домой. Они стояли компанией. На нём, как всегда, висела какая‑то очередная его пассия.

— Эй, Страшилка! Хватит пялиться на моего парня, ты себя в зеркало‑то вообще видела? Где Марат, а где ты? — бросила она.

Все смеялись — и он тоже. А потом он добавил:

— Извини, рыжик, нам с тобой не по пути.

Я убегала, а они хохотали мне вслед.

На тренировки его я больше не ходила — и на игры тоже. Баскетбол с тех пор ненавижу. Как и самого Кафарова.

Я давным‑давно его забыла. Ту больную первую любовь вырвала из своего сердца, вытравила, выжгла. Убедила себя, что всё прошло, что это был просто детский эпизод — нелепый, стыдный, но уже не важный.

И надо же — за неделю пересекаюсь с ним во второй раз.

Первый раз был, когда я приехала по работе в ночной клуб. Хозяин — босс моего начальника. Он сейчас разводится с женой, делят этот клуб. И мне, как помощнице адвоката, нужны были дополнительные документы для суда. Вот и приехала.

А там — Кафаров. Который решил ко мне подкатить, пьяный. Смешно…

Смотрела на него и думала: как хорошо, что я больше ничего не чувствую к нему. Не начинаю плыть от его улыбки, не теряю голову, не краснею, не заикаюсь. Ничего. Пустота. И это было так… правильно. Так освобождающе.

Он, конечно, всегда был красавчик. И сейчас возмужал, стал ещё интереснее. Но гнилое яблочко тоже может быть красивым и наливным. Вот и Кафаров — точно такое яблочко. С виду — загляденье: широкие плечи, уверенный взгляд, улыбка, от которой, наверное, у кого‑то до сих пор колени подгибаются. А внутри — пустота. Или хуже: жестокость, насмешка, пренебрежение. Человек — дерьмовый.

Почему я так думаю? Ну, не ответил мне парень взаимностью — что тут такого? Это нормально. Я прекрасно знаю, что была не красавица. Но смеяться надо мной перед всеми — это было низко и недостойно. Чужие чувства всегда надо уважать.

Тогда у меня была только одна мечта: чтобы он тоже узнал, что такое безответная любовь. Чтобы почувствовал, каково это — стоять перед кем‑то, сгорать от чувств, а в ответ получить лишь смех и фразу: «Нам не по пути».

Когда отец Лизы пригласил нашу семью на свадьбу дочери, я как‑то даже не могла предположить, что жених — её сводный брат Ян. Насколько я помню, он всегда её доставал, и они ненавидели друг друга. Судя по всему, за пять лет, что я училась и жила в Питере, многое в их жизни изменилось. А у отца я не уточнила, кто жених, — не спросила, не задумалась.

Так‑то понятно: где Ян — там и Марат. И наша с ним встреча — не неожиданность. Я должна была это предвидеть. Знала бы — не пошла.

А теперь что мне делать? Сбегать со свадьбы, как воришка? Прятаться в туалете до конца торжества? Делать вид, что не замечаю его, пока он не уйдёт?

Решаю, что лучше мне, наверное, уехать. Всё равно настроение безнадёжно испорчено. Я сегодня не пила, поэтому могу спокойно уехать на своей машине. К шампанскому, которое всунул мне Кафаров, я, конечно же, не прикоснулась. Пусть сам его пьёт.

Нужно найти родителей, предупредить, что я уезжаю. Где же они? Не нахожу.

— Ярослава! — слышу снова до боли знакомый голос.

Оборачиваюсь в сторону звука. Кафаров. Значит, уже пробил, кто я такая.

— Неужели вспомнил? — бросаю с лёгкой иронией.

— Извини. Но это было невозможно. Просто два разных человека, — отвечает он.

— Нет, человек я тот же самый. Как и ты — тот же самый. Поэтому не думаю, что нам стоит продолжать наше общение, — твёрдо говорю я.

— А что так? Обижаешься на меня до сих пор, что ли? — в его голосе звучит неподдельное любопытство.

— Нет. Какие обиды. Просто баскетбол разлюбила, — отвечаю, продолжая искать глазами родителей. Хочется уже быстрее уйти отсюда.

Кафаров подходит ко мне вплотную.

— Ну ты чего? — берёт мои волосы и протягивает их между пальцами.

Отталкиваю его руку.

— Не надо меня трогать. Мне это неприятно.

— Неприятно? — в его глазах — искреннее удивление.

— Представь себе, — отрезаю я.

Вижу по нему: уверенность в собственной неотразимости — особенно после того, как он узнал, что я та самая девчонка, которая бегала за ним, — начинает его покидать. Он немного теряется.

— М‑м‑м… Понял. Ну, может, дашь мне шанс? И кто знает, может, ты снова полюбишь баскетбол? — пытается улыбнуться.

— Не думаю. Я уже выросла из того возраста, чтобы быть чьей‑то фанаткой, — отвечаю спокойно, но твёрдо.

Он подходит ещё ближе.

— А если в этот раз твоим фанатом буду я?

— Марат, ты нарушаешь мои личные границы. Мне это неприятно. Отойди, пожалуйста, — повторяю чётко и холодно.

Он отступает как ошпаренный, смотрит на меня с недоумением.

— То есть без шансов? Да?

Раньше я так мечтала об этом моменте. Сто раз перед сном представляла и прокручивала. Была уверена, что получу от этого настоящее наслаждение. Но почему‑то сейчас очень горько от того, что ничего не чувствую. Совсем. Никакого удовлетворения. Просто ровно.

— Без шансов. Извини, — говорю тихо, но уверенно.

Он продолжает на меня смотреть.

О, вот и отец! Иду к нему мимо Кафарова.

Удивляет, что он так ошарашен моим отказом. Я, конечно, в курсе, что он всегда был популярным парнем и эго у него — невиданных размеров. Но неужели не повзрослел и слово «нет» до сих пор не слышал?

— Папуль, я домой, — подхожу к отцу.

— Почему? Что‑то случилось? — встревоженно спрашивает он.

— Нет. Просто была тяжёлая неделя. Подготавливала документы в суд. Немного устала, — объясняю.

— Это всё по делу Мироновых? — уточняет отец.

— Да. Пришлось даже в клуб к нему ездить, — киваю.

— Думаешь, Журавлёв выиграет суд? У Мироновой один из лучших адвокатов, — замечает отец.

— Валентин Семёнович тоже лучший. И гораздо опытнее адвоката Мироновой, — уверенно отвечаю.

— Ну, посмотрим, — хмыкает отец.

— Ладно, папуль, я поехала, — делаю шаг назад.

— Давай аккуратнее там на дорогах, — заботливо напоминает он.

— Я хороший водитель, ты же знаешь, — улыбаюсь.

— Водитель хороший. Но ветер поднялся сильный, — предупреждает отец.

— И что? — пожимаю плечами.

— Смотри, чтобы пыжик твой ветром не унесло, — смеётся отец.

— Ха‑ха, — делаю вид, что смеюсь. Целую папу. — Маму тоже поцелуй за меня. Где она, кстати?

— С Лидой Евсеевой только что была, — отвечает отец.

— Ясно. Это надолго. Ладно, уехала, — машу рукой.

— Давай. Только пойди с Лизой и Яном попрощайся. А то как-то не красиво получится — уйдёшь, не попрощавшись, — останавливает меня отец.

Да блин… Не хочу. Там Кафаров же где-то возле них по-любому крутится.

Смотрю за их столик. Вроде нет его. Слава богу. Яна тоже не вижу. Возле Лизы сидит её подруга Марьяна.

— О, Ярослава, ты к нам? А то и пообщаться сегодня не успели, — радостно восклицает Лиза.

— Так когда тебе общаться? У тебя же праздник, — улыбаюсь в ответ.

— Садись к нам, — приглашает она.

— Да я на два слова подошла. Уже уезжаю, — объясняю.

— Чего? — обиженно тянет Лиза.

Ну вот, спасибо, папа. Так бы уехала — и никто и не заметил. А теперь как‑то не по себе.

— Пора мне уже. Неделя сложная была, — повторяю.

К Марьяне сзади подходит её муж, кладёт руки на плечи и целует в макушку. Как это мило! К Лизе сзади подходит Ян, тоже приобнимает и целует в щёку. Надеюсь, сзади меня не Кафаров… Резко разворачиваюсь. Стоит сзади, сверлит меня взглядом. Так же резко поворачиваюсь обратно к Лизе.

— В общем, я уехала. Все, люблю, целую, — посылаю ей воздушный поцелуй.

— Эй, куда ты собралась? Свадьба в самом разгаре, — возмущается Ян с улыбкой, поглядывая мне за плечо — на своего друга. Понятно всё.

— Извини, Ян. Но мне пора. Всего вам хорошего, — отвечаю и разворачиваюсь.

Обхожу Марата и спешу на парковку к своей машине так, словно за мной черти гонятся. Хочу уже быстрее уйти. Уйти — и в жизни больше с ним не пересекаться.

____

Дорогие мои читатели, если история вам нравится, не забывайте ставить книге звёздочку — это важно для роста рейтинга!

Спасибо! 🧡

Глава 4

В понедельник на работе — тишина. Только тихо гудит кондиционер. Мой начальник, Валентин Семёнович, с утра уже уехал в суд. Надеюсь, всё пройдёт гладко и мы выиграем это дело. У нас хорошие шансы.

Напротив меня сидит Ириша — секретарь Валентина Семёновича. По сути, моя помощница. Так сказать, помощник помощницы адвоката. Зевает вяло, щёлкает мышью.

— Пасьянс раскладываешь? — спрашиваю, отпивая кофе.

— Не-а, жениха ищу, — отвечает она, не отрываясь от экрана.

Я чуть не давлюсь кофе.

— Только не говори мне, что на сайте знакомств, — смеюсь.

— А где ж его ещё искать? В театре и на выставках? — кривит губы.

— Ага, или как в классике — на кладбище, — хохочу я. — Ну и как улов? — спрашиваю, отставляя чашку.

— Да придурки одни и извращуги. Кидают мне дикпики вместо «здрасти».

Снова давлюсь. На этот раз по-настоящему.

— И что, ни одного нормального?

— Ну почему же? У некоторых очень даже… выдающиеся, — подмигивает она.

— Блин, Ириша. Я не про это. Говорю — парня, ни одного нормального не попалось?

— Ну-у-у… Есть один. Только какой-то уж слишком красивый, положительный, не женатый, без детей. Ищет серьёзные отношения. Короче, не отвечаю ему.

— Почему? — удивляюсь.

— Не верю, что такие на сайтах знакомств сидят. Это же как лотерея: либо маньяк, либо святой. А святые — в церкви, а не в «Мамбах».

— Да я тоже не верю, — смеюсь и подхожу к её столу. — Ну, покажи мне его.

Она открывает страницу.

Хм. Артур, 27 лет, не женат, детей нет, но хочу. Ищу серьёзные отношения. Симпатичный парень. Глаза — как у кота, улыбка — безупречная. Кажется, где‑то я его уже видела…

— А где работает, не писал?

— Вроде детейлинг или что‑то в этом роде.

— Точно! — щёлкаю пальцами. — Это же партнёр Егора, мужа Марьяны. У них сеть автомоек и студий детейлинга.

После возвращения из Питера я случайно встретила Марьяну, подвезла её к Егору на работу — и именно там познакомилась с ним и с Артуром.

— Значит, он реальный? — переспрашивает Ириша.

— Да. И, по правде говоря, очень даже ничего, — улыбаюсь я. — А вот насчёт семейного положения — не в курсе. На кольцо не смотрела, погремушек из кармана у него не выпадало, — добавляю с усмешкой.