- -
- 100%
- +
Анжела
Бутылка красного стоит на журнальном столике — наполовину пустая. Бокал — наполовину полный. Или наполовину пустой? Мне хочется думать, что полный.
Сегодня свадьба Паши. Моего Паши. Бывшего…
Я даже не знаю, как они выглядят сейчас — он в костюме, она в белом платье? Не видела ни приглашений, ни сторис, ни намёков. Меня просто… не существует в их новой реальности.
А я здесь. Одна в своей квартире. В пространстве, которое создала сама, где каждая вещь — мой выбор, мой труд, моё право быть независимой.
Включаю тихий джаз. Мелодия льётся мягко, обволакивает, словно пытается убаюкать боль. Звук льющегося вина — единственный диалог в этой комнате.
Мы были вместе два с половиной года. Самая красивая пара института — так нас называли.
Я — «мисс института» три года подряд, блогер с 920 000 подписчиками (миллион — моя цель, моя мантра). Он — капитан футбольной команды, красавец, спортсмен, душа компании.
Мы учимся в одной группе. Паша с первого дня первого курса проявлял мне знаки внимания — шутил, подбрасывал смешные заметки в мою папку с эскизами, «случайно» оказывался рядом в столовой. Я долго держалась, но… он мне всегда нравился. В конце концов я сдалась.
Сейчас конец августа. Впереди четвёртый курс. И ещё два года учёбы — в одной группе с ним и с ней. С Евой. Как это будет? Видеть их вместе на лекциях, в мастерской, на вечеринках наших однокурсников.
Наши отношения разваливались медленно. Не вдруг. Сначала — недосказанность. Потом — равнодушие. Я всё чаще ловила себя на мысли: мы говорим на разных языках.
Мне не интересен футбол. Совсем. Я зачастую пропускала матчи и не приходила на его тренировки. А Ева — его Ева — была там всегда. Она знала составы команд, кричала на трибунах, разбиралась в тактиках. Она была «своей».
Ему было не интересно моё блогинг‑ремесло. Для него это были «просто фотки и подписчики». Он не видел ночей за монтажом, часов за придумыванием контента, стресса из‑за каждого неудачного кадра. Не понимал, что мои 920 тысяч подписчиков — это не цифра, а люди, которым я обязана: они ждут постов, верят советам, пишут в директ о том, как мой контент изменил их жизнь.
А ещё он никак не мог взять в толк, почему я так одержима учёбой. Для меня архитектура — не просто диплом. Это возможность создавать пространство, где люди будут чувствовать себя дома. Я часами корпела над проектами, искала уникальные решения, изучала историю стилей. А он… он считал это «излишней серьёзностью». «Мы же не в академии художеств», — посмеивался он.
Я родилась в небедной семье. Отец владеет сетью ресторанов. Но родители развелись, когда мне было девять. У каждого — новая семья, новые дети, новые приоритеты. А я… я была предметом споров. «С кем ты будешь жить на этой неделе?», «Ты поедешь к маме или к папе?», «Ты должна провести праздник с нами!» — эти фразы звучали чаще, чем «я люблю тебя».
В шестнадцать я начала подрабатывать — сначала промоутером, потом SMM‑менеджером на фрилансе. В восемнадцать сняла квартиру. Отец не раз предлагал оплатить жильё, учёбу, «всё, что нужно». Но я отказывалась. Мне важно было знать: я — не придаток к его деньгам. Я — сама.
А Паша… Он не видел этого. Не видел моей борьбы. Не понимал, почему я так цепляюсь за независимость. Для него всё было проще: семья помогает, друзья поддерживают, футбол — смысл жизни.
И вот итог: Ева беременна. Всего за несколько месяцев. А сегодня — их свадьба.
Допиваю бокал. Наливаю ещё.
Мне не больно. Скорее… обидно. Обидно, что наши общие мечты — свадьба, семья, дом — теперь сбываются не со мной. Обидно, что он даже не попытался поговорить, объяснить, просто… исчез из моей жизни, как будто её и не было. И что впереди — два года учёбы в одной группе. Как выдержать это?
Встаю, подхожу к зеркалу. Чёрное платье, аккуратная укладка, лёгкий макияж. Я выгляжу безупречно. Как всегда. «Мисс института» не имеет права на слёзы.
Открываю телефон. Пора выложить пост. Не о нём. О себе.
«Сегодня я поняла: иногда жизнь сама делает за тебя выбор. И это не конец. Это — перезагрузка».
Нажимаю «Опубликовать».
Смотрю на статистику. 919… Да что ж такое?! В последнее время подписчики добавляются со скрипом, а удаляются на ура — будто бегут от меня, как от чумы. Пока я была с Пашей, подписчикам была интересна моя красивая личная жизнь — и число фолловеров росло как на дрожжах. Потом я играла на теме расставания — и аудитория тоже росла.
Но сейчас…
Сейчас уже никому не интересно смотреть просто на мою жизнь.
Лента комментариев к последнему посту — как пощёчина:
«Когда уже парня найдёшь?»
«Такая красивая, а одна…»
«У бывшего свадьба, а у тебя когда уже?»
Я давно в курсе: всем интереснее наблюдать за чужой личной жизнью, чем за моими утренними пробежками или архитектурными эскизами. Но что делать, если моей личной жизни пока нет?
Искать себе парня? Желающие, конечно, в очередь выстроятся. Только из огня да в полымя я, извините, не хочу. Не готова пока к серьёзным отношениям. Да и парень нужен не абы какой. После Паши хочется кого‑то не хуже.
Начинаю мысленно перебирать красавчиков и спортсменов нашего института. Кто может составить конкуренцию Паше по харизме?
Всего двое. И оба — лучшие друзья моего бывшего.
Первый — Саша Яковлев. Но он уже встречается с нашей одногрупницей Ксюшей, и у них всё серьёзно.
Второй — Дима Осипов.
И вот тут всё сложно…
Дима ненавидит меня. Самой лютой ненавистью. С первого курса. Я так и не поняла, в чём причина. Сначала думала: может, он вообще такой — токсичный, всех третирует. Но нет: с другими девушками он мил, приветлив, даже галантен. Только со мной — вечные подколы, едкие замечания, насмешки.
Сначала я считала, что он просто не хотел делить Пашину дружбу со мной и потому лил ему в уши, как я «не подхожу» его лучшему другу. Но потом увидела, как он ведёт себя с Ксюшей — и поняла: дело не в дружбе. Он просто… меня не переносит.
И всё же.
Осипов — идеальный вариант для соцсетей:
красивый;
спортивный (профессиональный пловец);
модель — в кадре держится безупречно;
одевается в брендовые вещи, следит за внешним видом;
харизматичный.
Один минус: человек — говно.
Какие могут быть с ним отношения? Не настоящие.
Идея ударяет, как молния.
Отношения чисто для подписчиков. Чтобы набить долгожданный миллион. Чтобы закрыть этот вечный вопрос: «Когда уже парень?» Чтобы показать: у меня всё отлично, я счастлива, у меня есть кто‑то.
Только какой ему от этого смысл? Просто помогать он точно не станет.
Задумываюсь.
Что может заинтересовать Осипова?
Возможность засветиться? У него и так хватает внимания.
Деньги? Не думаю, что он в них нуждается.
Услуга за услугу? Возможно.
Может, ему что‑то нужно от меня? Проект по архитектуре? Помощь с курсовой? Связи через отца? Надо выяснить.
До начала учёбы ещё две недели. Значит, время есть. Надо написать ему. Договориться о встрече. Поговорить один на один.
Открываю мессенджер. Нахожу его контакт. Пальцы замирают над клавиатурой.
«Блин, он сейчас на свадьбе. Занят, наверное. Ладно, напишу — прочитает завтра. Захочет — ответит».
Я: Ты счастлив?
Отправляю и иду принимать ароматную ванну. Тёплая вода с пеной обволакивает, расслабляя напряжённые плечи. За окном — августовский вечер, где‑то вдалеке слышны приглушённые звуки города. А у меня в голове — только этот диалог и миллион вопросов: согласится ли? Посмеётся? Или просто проигнорирует?
Выхожу из ванны — телефон мигает. Непрочитанное сообщение от Осипова. Сердце делает лишний удар.
Осипов:
Ты набухалась? С чего вдруг мне пишешь?
Ухмыляюсь. Ну конечно, он не мог без колкости. Но хотя бы ответил — уже прогресс.
Я:
Думала, ты рад, что наконец‑то друг женился на достойной девушке.
Осипов:
Конечно, я счастлив! Так что хотела?
Коротко. Ёмко. Без лишних сантиментов. Типичный Осипов.
Я:
Нужно поговорить.
Осипов:
Энжел, о чём нам с тобой говорить?
Опять это «Энжел». Ненавижу, когда он так меня называет.
Но сейчас не время для обид.
Я:
Короче, буду откровенной. Мне нужна твоя помощь.
Осипов:
Моя???
Чувствую, как уголки губ невольно тянутся вверх. Он явно удивлён. И это хорошо.
Я:
Прикинь)
Осипов:
Если это не касаемо Паши, то завтра после обеда подскочу к тебе, расскажешь.
Замираю с телефоном в руке. Он… сам приедет? Завтра? Неожиданно. И немного пугающе. Но в целом — победа.
Я:
Это не о нём. Спасибо. Буду ждать.
Дима не отвечает. Откладываю телефон, включаю новый детективный сериал и заваливаюсь на кровать. Экран мерцает, но мысли — далеко. Как его уговорить? Какие аргументы привести?
Открываю соцсеть. Минус ещё двадцать подписчиков…
«Блин, Осипов, ты очень нужен!!!» — мысленно вздыхаю, глядя на неумолимо тающую цифру.
Глава 2
Дима
И что ей от меня надо?
Этот вопрос крутится в голове с того момента, как она написала. «Нужна твоя помощь» — от Энжел‑то? Да мы за все эти годы парой вежливых фраз перекинулись, и то через силу. А тут — «помощь».
Подъезжаю к её дому. Парковка полупустая, вечер тихий, но в голове — кавардак. Что она задумала?
Выхожу из машины, смотрю на окна её квартиры. Свет горит.
Набираю в грудь воздуха. Ладно, Осипов, держи лицо. Холодно и по делу.
Звоню в дверь.
Она открывает почти сразу. Выглядит… спокойно. Даже слишком. Это настораживает ещё больше.
— Проходи, — говорит коротко, отступая на шаг.
Захожу. Квартира — как из пинтереста: стильно, минималистично, пахнет кофе и чем‑то цитрусовым. Уютно, чёрт возьми. Но я не за этим сюда пришёл.
Сажусь на диван, не дожидаясь приглашения. Смотрю на неё. Молчу. Пусть начнёт первая.
Она не тянет.
— Я хочу предложить тебе сделку, — говорит прямо. — Фальшивые отношения. Для соцсетей.
Молчу. Просто смотрю. Жду, когда она добавит «шутка». Но она не добавляет.
— Ты шутишь? — наконец выдавливаю.
— Нет. Мне нужны подписчики. Тебе… не знаю. Может, пиар? Или что‑то ещё. Давай обсудим.
Смеюсь. Не могу сдержаться.
— Пиар? Энжел, у меня и так хватает внимания.
— Тогда что? Услуга за услугу? Я могу помочь с проектом, с курсовой, с чем угодно. Только скажи.
Смотрю на неё. Она не отводит взгляд. Серьёзная. Решительная.
— Не пойму, ты так несмешно шутишь или от горя, что бывший вчера женился, совсем обезумела?
— Дим…
— Что??? Я и ты? Мы — пара??? Во‑первых, мне это не надо. Во‑вторых, мне это нахрен неинтересно. В‑третьих… Как, по‑твоему, на это отреагируют мои друзья? Они тебя и так, как бы тебе это мягче сказать… в общем, не переваривают. А тут ещё я начну встречаться с бывшей своего лучшего друга. А для нас это табу — сто лет назад ещё договорились: не залазить туда, где уже побывал один из нас. Поэтому… Конечно же, нет.
На самом деле эта сучка с первого курса института никак не выходит у меня из головы — и это уже давно не просто мимолёточное увлечение, а какая‑то хроническая зараза, въевшаяся в подкорку. Она не просто мелькает в мыслях — она там хозяйничает. Каждое утро, едва открываю глаза, ловлю себя на том, что думаю о ней. Каждый вечер, засыпая, снова и снова прокручиваю в голове её случайные взгляды, интонации, жесты. Даже в самых будничных ситуациях — на паре, в столовой, в коридоре — её образ всплывает без спроса, как навязчивый саундтрек, который не выключить.
Втрескаться в девушку своего лучшего друга — это не просто неловко. Это как ходить по минному полю: с одной стороны — дружба, которую ты ценишь, с другой — чувства, которые не задушишь. И самое паршивое — ты не можешь ни признаться, ни отступить. Признаешься — рискуешь потерять друга. Отступишь — всё равно не забудешь. А видеть их вместе изо дня в день… Это настоящий ад, которому не пожелаешь даже врагу.
Каждое их прикосновение, каждый смешок, каждый взгляд — как нож в бок. Ты сидишь с ними за одним столом, смеёшься над их шутками, а внутри всё горит. Приходится делать вид, что всё нормально, что тебе плевать, а на деле ты готов взорваться от этой фальшивой лёгкости. Ты наблюдаешь, как он берёт её за руку, как она прижимается к нему, как они шепчутся, и понимаешь: это не твоя история. Это их история. А ты — просто свидетель.
В прошлом году появилась слабая надежда переключиться. К нам перевелась Ксюша — симпатичная, общительная, с ней было легко. Я подумал: может, это шанс? Может, получится вытравить из головы образ той, что не даёт покоя? Начал присматриваться, искать точки соприкосновения, ловить её взгляды. Но не вышло. Только я начал что‑то чувствовать, как в игру вступил мой второй лучший друг. И она выбрала его.
Не скажу, что я тогда особо переживал. Не было никаких страданий или мучительных раздумий. Потому что внутри всё равно постоянно крутилась одна и та же пластинка — Энжел.
Я старался как мог. Заваливал себя тренировками, загружал учёбой, лез в проекты, чтобы не оставалось времени на глупости. Но стоит только на секунду расслабиться — она снова здесь. В мыслях. В воспоминаниях.
В фантазиях, от которых потом стыдно самому.
И самое обидное — я понимаю, что это бессмысленно. Но, чёрт возьми, это не мешает мне думать о ней. Не мешает представлять, как всё могло бы быть. Не мешает ненавидеть себя и её за то, что не могу просто взять и перестать.
Она молчит. Смотрит глазами побитой собаки — и сейчас, кажется, расплачется на моих глазах. Никогда не видел, чтобы она плакала. Всегда сильная, независимая, с этим её фирменным взглядом «я всё могу сама». Даже когда Паша её бросил, держалась. Ни слезинки. А тут… что‑то надломилось.
Видать, и правда ей нужен фиктивный парень. Не просто так она обратилась ко мне — к тому, кто её терпеть не может (или делает вид, что не может). К тому, с кем она всегда цапалась, кто сыпал колкостями при каждой встрече.
Но почему я?
Этот вопрос вертится на языке, но я не спешу его озвучивать. Просто смотрю, жду, что она скажет дальше.
— Дим… пожалуйста… Мне правда очень надо. Подписчикам нужна красивая личная жизнь. После расставания все в комментах требуют от меня нового парня и отписываются на глазах. А я хочу миллион подписчиков. Дим, ты же понимаешь, я бы не стала просто так просить.
— Да понимаю я всё. Прекрасно знаю эти схемы. Я же тоже не вчерашний в мире соцсетей. Но вот зачем мне тебе помогать? А? Ответь?
— Потому что ты в глубине души, где‑то очень‑очень‑очень глубоко… хороший человек?
Я рассмеялся. Ну, какого хрена она такая?... Такая красивая?
Натуральная блондинка — не кричащая, не дешёвая, а та самая, от которой взгляд не оторвать. Длинные волосы струятся, будто шёлк, и, кажется, сами ловят свет. Фигура — как из глянцевого журнала, но без этой искусственной выверенности: всё на своём месте, всё естественно. Ноги — длинные, стройные, от которых невозможно отвести взгляд, когда она идёт. А улыбка… Ослепительная, заразительная — та, что заставляет сердце сбиваться с ритма, даже если ты сто раз себе запретил это замечать.
И почему так заманчиво побыть её парнем? Пусть и фиктивным…
Нет!
Бля.
Нет‑нет и ещё раз нет!
Мотаю головой, будто пытаюсь вытряхнуть эти мысли. Возьми себя в руки, Осипов!
— Почему именно я? Уверен, у тебя полно желающих на эту роль объявится, стоит только свистнуть.
— Ты же сам всё понимаешь.
— Не понимаю. Объясни.
— Ты красивый, харизматичный, спортивный, стильный, популярный в институте. К тому же ты модель — и в кадре мы бы смотрелись идеально.
Интесненько. Почему же ты тогда влюбилась в Пашу, а не в меня?
— Допустим, я соглашусь. Будут условия.
— Какие?
— Паша, Саня, Ева и Ксюша будут знать правду — что это только для подписчиков.
Она задумывается на пару секунд, потом кивает:
— Согласна.
— Во‑вторых, нам придётся выходить в люди как пара. Тебе же нужны будут фото не только из институтской столовки. Парки, кафе, мероприятия — всёэто должно выглядеть натурально.
— Логично, — соглашается она, чуть приподняв бровь. Видно, что уже мысленно составляет список локаций.
— В‑третьих, если мы где‑то появляемся вместе, твой блядский телефон будет лежать в сумке. И ты не будешь вечно в него залипать. Это раздражает и выглядит неуважительно.
— А как же выложить фото? Почитать комменты? — в её голосе проскальзывает нотка паники. Для неё это серьёзно — каждая реакция подписчиков на вес золота.
— Выложила фото — и убрала телефон. Всё остальное — дома. Я не буду терпеть неуважение к себе. Для меня это принципиальный момент.
Она закусывает губу, явно взвешивая плюсы и минусы. Потом медленно кивает:
— Хорошо. У меня тоже тогда будет условие.
— Интересно… — приподнимаю бровь, ожидая подвоха.
— Никаких поцелуев. Не распускай руки, не лапай меня и всё такое. Я не собираюсь играть в эти игры по‑настоящему.
Я не могу сдержать усмешки:
— На тебя подписан весь наш институт. Как ты собираешься перед ними изображать пару тогда? Люди должны поверить.
— Поцелуй в щёку — максимум. Этого достаточно для начала отношений.
— Ну, конечно. Обычно же влюблённые вначале так себя и ведут. Целуют друг друга в щёчку. Ты посмотри на Ксюху и Сашу, Еву и Пашу — они же не отлипают друг от друга.
Её лицо на мгновение искажается от раздражения:
— Про Еву с Пашей мог не вспоминать.
Киваю, понимая, что задел больную тему:
— Кстати, это тоже одно из условий: в её сторону даже криво не смотри. Я серьёзно.
— Постараюсь, — сквозь зубы. Видно, что ей это даётся нелегко.
— Ещё будут пожелания?
— Если хочешь, чтобы всё выглядело правдоподобно, то придётся целоваться и зажиматься. По‑настоящему. Иначе никто не поверит.
Она морщится, будто проглотила что‑то горькое:
— Блииин. Ладно. Только без языка.
— Естественно, — киваю, стараясь не выдать облегчения. Хоть в чём‑то сошлись.
В воздухе повисает напряжённая тишина. Мы оба понимаем: только что подписали договор на минном поле. Осталось понять, кто из нас подорвётся первым.
Глава 3
Анжела
Осипов согласился. На фиктивные отношения — вот это поворот!
Конечно, поумничал — куда же без этого. Димка без колких замечаний и длинных перечней условий просто не может. Но сейчас мне даже это кажется милым. Потому что он… согласился.
Если честно, я почти не верила, что смогу его уговорить. В голове крутились десятки сценариев отказа: от холодного «Ты серьёзно?» до язвительного «Ищи дурака в другом месте». А он… выслушал. Подумал. И сказал «да».
Особенно меня тронуло, что он сам предложил заранее поговорить с друзьями — с Пашей, Саней, Евой и Ксюшей. Объяснить, что всё это — только для соцсетей, взять удар на себя. Чтобы потом не было кривотолков, обид и разрушенных отношений. Это… неожиданно ответственно с его стороны. И я ему безмерно благодарна.
С утра — очередной удар: минус пять подписчиков. Сердце ёкнуло. Опять. Сколько можно?!
Недолго думая, хватаю сумку и иду в цветочный магазин. Глаза сразу цепляются за огромный букет персиковых роз — нежные, но эффектные, как раз для кадра. Покупаю, устраиваю мини‑фотосессию прямо у витрины: свет мягкий, фон нейтральный. Снимаю несколько ракурсов, выбираю лучший.
Подписываю:
«Когда утро начинается с цветов… 🌸Кто‑то говорит, что счастье не в подарках. А я думаю — в том, чтобы уметь радоваться мелочам. #утро #цветы #настроение»
Нажимаю «Опубликовать».
Через пять минут уведомления сыпятся как из рога изобилия. Комменты:
«Кто подарил?! 😍»
«Вау, какие красивые! Завидую!»
«Кто он?! Рассказывай скорее!»
«Где твой парень прятался всё это время?!»
И главное — плюс двадцать новых подписчиков.
Отлично!
Смотрю на экран, улыбаюсь. Первый ход сделан. Теперь главное — не сорваться, не переиграть, не выдать настоящего волнения. Ведь за кадром — не романтическая история, а холодный расчёт и один очень упрямый, но неожиданно надёжный партнёр по этой безумной игре.
В приподнятом настроении я отправилась в тренажёрный зал. Внутри всё ещё пульсировала лёгкая эйфория от того, что Дима согласился — пусть с условиями, пусть с подколками, но согласился. Это уже победа.
Подъезжая к спортивному клубу, услышала короткий пилик — пришло СМС. Остановилась, припарковалась в тени раскидистого клёна, выключила двигатель и только тогда достала телефон. Экран вспыхнул, высветив сообщение от Димы:
Осипов:
Это я подарил букет?
Я невольно улыбнулась. Вот ведь… Всегда найдёт способ поддеть.
Я:
А кто же?)
Осипов:
Я — лучший!
Я:
Никто не сомневается) А ты что, следишь за моей страницей?👀
Осипов:
Надо же знать, с кем в «отношениях» состою.
Я фыркнула, представив его самодовольную ухмылку.
Я:
Реакция отличная. Подписчики в восторге — уже +50.
Осипов:
Значит, стратегия работает.
Я:
Работает! Кстати, когда с друзьями планируешь поговорить?
Задержала палец над экраном, ожидая ответа. В голове крутились мысли: как они отреагируют? Особенно Паша… С ним у Димы особая связь — не просто дружба, а что‑то глубже. Они вместе с первого курса, прошли через кучу историй, и теперь ему придётся объяснить, почему его лучший друг вдруг «встречается» с его бывшей.
Осипов:
На выходных. Соберу всех, объясню ситуацию.
Я:
Спасибо. Правда, ценю.
Осипов:
Давай без пафоса. Работаем по плану. И помни — никаких импровизаций.
Я:
Как скажешь, босс.😏
Осипов:
Вот именно.
Я:
Пошла в тренажёрный. До связи.
Осипов:
Иди. Можешь не отчитываться передо мной)
Я:
Какая же ты задница…
Осипов:
😜
Убрала телефон в карман, выдохнула. Несмотря на его колкости, внутри разливалось странное тепло. Он не злит меня и не раздражает, как это было раньше, а его сообщения даже вызвали улыбку. И я действительно ему благодарна.
Надо придумать для него в качестве «спасибо» какой‑то сувенир или сюрприз — может, что‑то именное. Подумаю об этом после тренировки.
Я направилась к раздевалке, по пути кивая знакомым. В воздухе пахло свежим и лёгким ароматом цитрусового спрея — привычный, почти успокаивающий запах спортзала.
Переодеваясь, снова и снова возвращалась к мысли о подарке. Как отблагодарить человека, который, сам того не зная, стал для меня неожиданной опорой?
«Что ему может понравиться? — задумалась я, завязывая шнурки на кроссовках. — Что‑то связанное с его увлечениями? Он же модель, следит за стилем… Может, стильный аксессуар? Или что‑то с юмором — чтобы он понял, что я ценю его сарказм?»
«Решено. После тренировки зайду в пару магазинов, посмотрю варианты. Главное — чтобы это было не банально».
Вышла в зал, выбрала беговую дорожку. Включила плейлист, ускорила шаг. Мысли по‑прежнему крутились вокруг наших фиктивных отношений. И только сейчас я вспомнила, что последний раз проверяла комментарии и подписчиков перед выходом. Совсем отвлеклась с этим Осиповым, его СМС и подарком — надо срочно проверить.
Достала телефон, открыла приложение. Сердце ёкнуло: плюс 300 подписчиков за день! Комментарии сыпались один за другим:
«Кто он?! Рассказывай!»
«Наконец‑то! Мы так ждали, что ты найдёшь себе пару!»
«Где вы познакомились?»
Улыбнулась. План работал. Но в груди всё равно оставалось странное чувство — будто я играю с огнём.
После тренировки, всё ещё под впечатлением от этой мысли, я зашла в торговый центр. Обошла несколько магазинов, присматриваясь к мелочам, но ничего не цепляло: браслеты казались слишком банальными, книги — слишком обезличенными, а кофе — слишком обыденным.