Том I. Жёны Ивана Грозного и царицы Смутного времени

Глава 1. Выбор невесты

В 1547 году, когда Ивану Васильевичу исполнилось шестнадцать, он венчался на царство. Шапка Мономаха легла на его голову, и с этого дня он перестал быть великим князем — стал царём. Но царь не может быть один. Ему нужна жена, наследник, продолжение рода.

Выбор невесты в XVI веке был не свадьбой, а государственным делом. Царь не женился по любви — он женился по расчёту, политике и, главное, по одобрению Боярской думы. Но Иван IV был не тот человек, которому можно было навязать чужой выбор. Он хотел сам. И он хотел, чтобы жена была не из знатного рода — бояре и так слишком сильны. Ему нужна была девушка из среднего рода, без могущественных родственников, которые могли бы плести интриги при дворе.

По всей России разослали гонцов. В каждом городе, в каждом селе бояре и дворяне должны были представить своих дочерей — красивых, здоровых, непорочных. Считается, что на смотр в Москву привезли около полутора тысяч девушек. Некоторые источники называют цифру две тысячи. Их привозили семьями, с приданым, с надеждой — вдруг именно её выберет царь.

Девушек селили в особых покоях. За ними наблюдали боярыни — проверяли здоровье, поведение, манеры, ум. Царь приходил, смотрел, разговаривал. Некоторые девушки ему нравились, но он колебался. Потом, по преданию, во сне ему явился святой, который указал на дочь окольничего Романа Юрьевича Захарьина — Анастасию.

Анастасии было четырнадцать или пятнадцать лет. Она происходила из рода Захарьиных — Юрьевых, который позже даст России династию Романовых. Её отец, Роман Юрьевич Захарьин, был окольничим — не самый высокий чин, но и не последний. Семья была старая, служивая, но без чрезмерных амбиций. Именно то, что нужно Ивану.

Рассказывают, что когда Иван увидел Анастасию, он сказал: «Сия есть». Эти два слова решили всё. Бояре молчали — они понимали, что спорить с царём бессмысленно. Роман Юрьевич, отец невесты, пал на колени и благодарил. Анастасия стояла перед будущим мужем — шестнадцатилетним царём с горящим взглядом — и, вероятно, не понимала, что её ждёт.

Глава 2. Венчание и первые годы

Венчание состоялось 3 февраля 1547 года в Успенском соборе Кремля. Анастасия была одета в тяжёлое золотое платье, расшитое жемчугом. На голове — традиционный венец, усыпанный драгоценными камнями. Иван стоял рядом — высокий, худой, с нервным лицом. Он был молод и, возможно, счастлив. Это было его первое венчание — и единственное, которое он заключил по собственной воле.

Свадебный пир длился несколько дней. Столы ломились от жареных лебедей, медвежатины, лебяжьих паштетов, заедок из сахарных леденцов. Пили мёд, пиво, заморские вина. Бояре танцевали. Скоморохи играли на гуслях и гудках. Но уже через несколько дней после свадьбы Москва загорелась — страшный пожар уничтожил половину города. Две тысячи домов сгорели. Погибло около трёх тысяч человек. Иван и Анастасия едва спаслись — им пришлось перебраться в село Воробьёво.

Этот пожар стал знамением. Народ восстал — обвинили в поджоге Глинских, родственников Ивана по матери. Толпа растерзала Юрия Глинского на площади. Иван испугался — впервые в жизни он увидел, как народ может убивать. Анастасия была рядом. Именно в эти дни, по свидетельству современников, она стала его опорой. Тихая, скромная, с мягким голосом — она умела успокаивать Ивана, когда его охватывал гнев или страх.

Первые годы брака были, насколько можно судить, счастливыми. Анастасия родила шестерых детей, но выжили только двое — Иван и Фёдор. Остальные умерли во младенчестве. Это было обычным делом в XVI веке — детская смертность была страшной, и даже царицы не могли её избежать. Каждая потеря ребёнка была ударом, но Анастасия переносила их с достоинством. Она не плакала при людях, не жаловалась, не требовала утешения.

Она молилась. Каждый день, иногда по несколько часов. В её келье (как называли женские покои) горели лампады перед иконами. Она держала строгий пост — не ела мяса по средам и пятницам, в Великий пост питалась только хлебом и водой. Раздавала милостыню — из своих личных денег, не из царской казны. Нищие знали, что царица Анастасия не отказывает никому.

Глава 3. Реформы и влияние

Иван IV вошёл в историю как один из самых образованных людей своего времени. Он читал тысячи книг, писал блестящие послания, знал богословие, историю, поэзию. Но именно при Анастасии он провёл свои лучшие реформы — те, которые позже назовут «избранной радой». В 1549 году был созван первый Земский собор — прообраз парламента. В 1550 году — принят новый Судебник, ограничивший произвол бояр. В 1551 году — Стоглавый собор, реформа церкви.

Всё это — при Анастасии. Историки спорят о степени её влияния, но современники говорили прямо: «Царица наставляла царя на добрые дела». Дьяк Иван Тимофеев, автор «Временника», писал: «И при ней благоверный царь был кроток и любезен, ибо добрая жена — мужу венец». Соловский летописец отмечал, что именно по совету Анастасии Иван «начал бояться Бога и творить милость».

Есть версия, что Анастасия была не просто «тихой женой», а негласным советником царя. Она происходила из рода, который имел давние связи с просвещёнными кругами. Захарьины-Юрьевы были грамотны, начитанны, имели хорошую библиотеку. Возможно, именно Анастасия подсказала Ивану идею созыва Земского собора — ведь это был компромисс между царём и народом, между самодержавием и боярской олигархией.

В 1552 году Иван пошёл на Казань. Анастасия осталась в Москве — биться с татарами не женское дело. Но перед отъездом Иван, по преданию, долго разговаривал с ней. О чём — неизвестно. Но после взятия Казани он вернулся в Москву победителем и первым делом пошёл не в Успенский собор к митрополиту, а к жене. Это говорит о многом.

Казанское ханство пало. Россия расширилась до Волги. Началось освоение Сибири — через несколько лет Ермак пошдёт за Урал. Всё это — в годы, когда Анастасия была рядом. И всё это закончится, когда её не станет.

Глава 4. Болезнь и смерть

В 1560 году Анастасия заболела. Что именно её мучило — неизвестно. Некоторые историки предполагают отравление. Другие — болезнь, вызванную частыми родами (шесть беременей за тринадцать лет). Третьи — просто истощение организма от постов, молитв и постоянного стресса.

Она чахла на глазах. Перестала есть, похудела, лицо стало серым. Иван метался — вызвал лучших врачей, которых мог найти. Лекарь из Германии, прозванный в Москве «немчином», осмотрел царицу и покачал головой. Он не мог помочь. Иван приказал молиться во всех церквах Москвы. Митрополит Макарий служил молебны. Но Анастасии становилось хуже.

Она умерла 7 августа 1560 года. Ей было около двадцати восьми лет. Иван был у её постели в последние минуты. Что он говорил ей — не знает никто. Но после её смерти он изменился навсегда.

Свидетели рассказывают, что Иван рыдал. Царь — рыдал, не стесняясь. Он бил себя в грудь, рвал одежды, не мог стоять. В Успенском соборе, где отпевали царицу, он упал на колени перед гробом и не вставал до тех пор, пока бояре не подняли его силой. Анастасию похоронили в Вознесенском монастыре Кремля.