Осень 2030. Лучший способ предсказать будущее – создать его!

Редактор В. Вещунов

© Дарен, 2018

ISBN 978-5-4490-5343-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

В этой книге мы погружаемся в будни молодых и талантливых владивостокцев живущих в 2030м. Проходим своего рода адаптацию, чтобы воспринимать эту реальность и приучить свое сознание к тому, что жизнь в будущем такая же, как и сейчас. Мы также стремимся к чему-то, мечтаем, любим и сожалеем. Как было тысячи лет до этого и будет тысячи лет после.

Но в тоже время всё изменится до неузнаваемости. Смена парадигм и устоев. И это произойдет во всех сферах нашей жизни.

Автор не претендует на роль прорицателя, фантаста или футуролога выдающего прогнозы. Но описанный вариант событий имеет очень высокую вероятность. Я верю, что точность предвиденья возможна только в одном случае. Когда этот случай мы сами собой и являем.

Ведь лучший способ предсказать будущее – это создать его!

Оценщик

– Доброе утро! – поприветствовал Олег свою сослуживицу. Одет он был в деловой костюм. Аккуратно расчесанные на одну сторону русые волосы и белоснежная рубашка с классическим галстуком составляли его привычный рабочий вид. В свои тридцать с небольшим его можно было назвать трудоголиком.

– Доброе! Твой «зелёный пакет» уже в кабинет поставили. Что ты там набираешь каждый раз? Всегда самый тяжёлый, – спросила его администратор, плотная не высокая женщина с узкими очками на кончике носа.

– Гостинцы для гостей.

– Каких гостей? Ты всё время на работе, – сказала она немного удивленно и покачала головой, словно сочувствовала.

Олег прошёл в свой кабинет и заглянул в бумажный пакет с эмблемой в виде большого кленового листа. «Зелёный билет», талон на приобретение базового набора экопродуктов, он отаваривал в одном и том же экопоселении каждый вторник. В основном это были свежие фрукты и ягоды, иногда домашний сыр и хлеб.

Он достал яблоко, поднёс его ко рту, но заметив сложенный жёлтый лист бумаги среди зелени, положил фрукт на стол.

На вложенном листе аккуратным крупным почерком было написано следующее:

«Благодаря этому жизненному испытанию человек обретает несметное богатство и приближается к богу или теряет самого себя и становится рабом материи. И это испытание называется…»

Фраза была не закончена и получателю письма предстояло её самому дописать, если он сможет догадаться о чём идёт речь.

Олег положил листок на полку рядом со стеклянным шаром, наполненным такими же записками, и в задумчивости подошёл к окну. Его размышления прервал сигнал голофона:

– Тебе покажется странным новое задание, – обратилась к Олегу голограммная проекция начальника отдела, – но нужно съездить в одно из хозяйств Анучинского района. Владельцу неизвестные предлагают очень странный, по его мнению, договор. Причем делают щедрое предложение. Отправляю тебя. Нутром чую, что этот договор – верхушка айсберга задуманной махинации с землёй. Нужен опытный оценщик. А после можешь взять сезонный отпуск недели на две. Ты же давно не гулял?

– Ладно. Когда нужно сдать первый отчёт?

– Почитаешь договор и на месте сам определись. Учти время на изучение, согласование… В общем, сам знаешь.

– Транспорт?

– Возьми график у Соколовой, можешь воспользоваться любым доступным. Пока всё.

Департамент оценки объектов недвижимости или сокращенно «ДООН» появился при администрации края в связи с потребностью в рациональном использовании территорий и объектов для дальнейшего развития края. Эксперты по развитию, или просто оценщики, выезжали на объекты: площадки, здания, поля или пустыри – и подробно изучали особенности местности, потенциальные возможности, ресурсы территории, ландшафт и многое другое. После фиксирования всех этих данных проводился анализ и принималось решение. От него зависело – под какие цели этот объект может использоваться с максимальной пользой для местной территории.

Оценщики проходили обучение по разным направлениям. Они умели определять плодородие почвы и биологическое разнообразие, учитывать внешнюю экономику и ещё очень многое.

Одним из таких специалистов был Олег Астафьев. Он с успехом проработал в департаменте пять лет. Зарекомендовал себя хорошим специалистом. Его отчеты всегда были очень грамотны во всех отношениях и отличались взвешенными решениями на основе глубокого анализа.

Голограмма погасла и Олег посмотрел в окно. На бывшей автомобильной парковке дети играли в виртуальный крокет.

Отпуск… Работа – это основное занятие в будни и выходные, которое он умеет делать хорошо. Более того – это нравится Олегу. Что ему делать в отпуске?

Размышляя об этом, он вышел из кабинета, зашёл в лифт и приложил палец к яркому кругу со светящейся цифрой «1» на панели.

– Приветствую повелителя крокета! – заскакивая в лифт и протягивая руку, выпалил его сослуживец и добрый друг Андрей Волин. – Когда наконец-то устроим турнир?

– Точно не сегодня.

– Сноровку потерял? Или боишься, что Комов тебя опередит по всем показателям? Да ему до тебя грести и грести. Хотя с его ограниченной честностью и выразительной хитростью – это возможно. Ну сколько можно работать?

– Может через недельку? Я вроде как в сезонный отпуск выхожу.

– Вот это дело! Хотя… Тебе что – заняться в отпуске больше нечем, как шары по травке катать? Крокет хорош в конце тяжёлого дня или рабочей трёхдневки.

– Предлагаю альтернативу, если хочешь поразвлечься, – с ухмылкой предложил Олег.

– Интересно…

– Отправим Комова в командировку на велосипеде.

– Как-то неубедительно…

– Есть один заказ в крупной чистой зоне, я там бывал. Основной транспорт – велосипед. Прокат каждые семь км. Мы укажем последнюю точку проката на одну раньше. 14 км прогулки ему обеспечено. Помнишь, как после похода в горы год назад он сказал, что чуть не умер? Думаю, нагрузка ему не помешает.

– И как это сделать?

– Есть один вариант…

Странный заказчик

– Ты одна из многих дизайнеров-архитекторов, которые занимаются проектированием частных усадеб. Но почему он выбрал именно тебя – Ирину Виноградову?

– Понятия не имею. Но я очень рада!

– Ещё бы! Для новичка такая удача. А может, он… Может, ты ему, ну… Понравилась? – многозначительно посмотрела сослуживица на Ирину, доедая ржаную лепёшку.

– Перестань! Он в три раза старше меня.

– А что? Ты же можешь произвести впечатление.

– Спасибо конечно, но думаю всё гораздо проще. Просто повезло… Может, ещё капорского?

– И лепёшек возьми.

Ирина направилась в буфет.

Возле кассы стоял молодой человек в деловом костюме серого цвета. Увидев подошедшую девушку, задумчиво произнёс:

– Как мне поступить: взять сладкий сбитень и пресные лепёшки с солодом или пресный «Капорский» чай с медовым пирогом?

– Ни то и ни другое. Сомневаетесь что выбрать, значит, ещё не голодны. Так что пропустите тех, кто уверен в своём выборе, а значит, голоден, – весело ответила Ирина, встав впереди молодого человека.

Он так и остался стоять, задумчиво глядя на девушку с золотистыми волосами… Она выглядела очень стильно в своем зеленом деловом костюме в тон цвета глаз. Спортивная фигура и загорелая кожа привлекали мужские взгляды. Виртуальный браслет на запястье и цифровая брошь на отвороте пиджака придавали её виду деловитости. Несмотря на то, что она явно не была состоятельной особой, но во вкусе и стиле ей не было равных.

Ирина действительно очень обрадовалась новому заказу и все её мысли были только о работе. Поэтому она не обращала внимания на мужчин, которые обращали внимание на неё. У них был только один шанс – заказать ей проект усадьбы, чтобы она уделила им своё внимание.

Конкуренция в последнее время была высокая. Получить комплексный заказ на проектировку «гнезда» (так в среде дизайнеров называли усадьбы, строящиеся в экопоселениях), считалось большой удачей. Особенно для новичка, не имеющего за плечами завершённого комплексного проекта. И она с энтузиазмом принялась за работу.

После обеда с подругой поехала в полном «вооружении» к заказчику. Взяла грунтовый сканер, дитранслятор, камеру-проектор и несколько папок с эскизами. Встречу назначили на его участке.

– Для начала, Иван Александрович, расскажите о себе, о семье. Пожелания, которые необходимо учесть, и планы на будущее. Всё это необходимо для того, чтобы наиболее комфортным и удобным получилось «гнездо»… Извините. Ваша усадьба… – Она закрепила на рубашке клиента дитранслятор, похожий на брошь: – Это чтобы всё запомнить и учесть. Можете говорить.

– Может начнём с трапезы? Или просто морса?

– Благодарю, возможно, после. Итак, сколько человек будет постоянно проживать, сколько предполагается гостей?

– Понимаешь… – смутился мужчина, и его взгляд забегал по участку, – я пока один. Недавно приехал. Но хотел, чтобы проект подходил для семейного проживания. Чтобы хорошо тут было. Хотелось здесь находиться всегда: и в дождь, и в снег. Чтобы даже мысли не возникло искать что-то где-то ещё. Трудно вот так сразу сказать, что и где должно быть расположено. Да ещё какое оно должно быть, как ты сказала, «гнездо». Можно я на «ты»?

– Да, конечно.

– И меня, будь добра, называй на «ты».

– Но я… Я вам в дочки гожусь! И на «ты»?..

При этих словах Ирины Иван Александрович замер и внимательно на неё посмотрел. Ей стало неловко от паузы, а вернее от пристального взгляда мужчины с сединой на висках. Она вспомнила подобный взгляд. В нём просьба и укор одновременно. Так смотрели на неё близкие люди, когда она собралась уезжать всего через день после возвращения из длительной поездки. Ирина жалела до сих пор, что не осталась тогда. А сейчас вспомнила это и растерялась.

– А в каком доме ты живёшь? – продолжал вдумчиво смотреть на неё заказчик.

– Я живу… У меня нет пока своего дома. Зато есть проект, – она наигранно засмеялась, – а живу в квартире. В «перевалке».

– В «перевалке»?

– Да. Здесь так называют дома, в которых все квартиры сдаются всего на несколько месяцев, по госпрограмме. Вот сейчас подзаработаю и выберу место под свой проект. А в мою квартиру кто-нибудь тоже въедет. Плата низкая, а условия для жизни все есть: мебель, техника. Даже «Зелёный билет» включён.

Иван Александрович прекрасно знал, что такое «перевалка». За последнее десятилетие миллионы людей перебрались из городов в экопоселения. Как и он сам. Наступил жилищный кризис. Предложения на квартиры в городах многократно превысили спрос. Правительство выдвинуло ряд программ по решению этой проблемы. Одну из них в народе назвали «перевалка».

В некоторых регионах многие квартиры сдавали иммигрантам приехавшим в Россию. Некоторые переделали под хостелы или дешевые гостиницы. Но в основном это касалось туристических зон. Приморье как раз таким местом и стало. С каждым годом поток туристов только увеличивался. Проблема полупустых квартирных домов постепенно решилась.

– А родители?

– Я одна, – неохотно ответила девушка.

– Ты сказала «есть проект». А можешь показать? – сменил тему заказчик.

– Свой? Да, но… Если хотите, но позже. Вы не сказали о ваших пожеланиях, идеях.

– Так! – уже строго, с позиции старшего сказал Иван Александрович. – У нас здесь все обращаются друг к другу на «ты». Думаю, тебе это известно. Прошу и тебя не отставать от наших правил. Тем более, у нас издревле на Руси даже к царям и богам обращались на «ты», не говоря уже о народе. Или ты меня к какой-то особой группе хочешь приписать?

– Ладно. Уговорили… Уговорил, Иван Александрович. Так кто здесь будет жить, кроме ва… кроме тебя?

– Кроме меня? Я бы очень хотел, чтобы здесь жила моя дочь, – тихо прозвучал ответ.

– У неё семья, дети?

– Она… Она, как ты. Да, очень на тебя похожа, – а про себя подумал, что и вправду очень хотел бы, чтобы его дочь была похожа на Иру.

– Ну, тогда какие увлечения у неё? Интересы?

– Какие, какие… Известное дело. Как и у всех вас молодых – звезду с неба и красавца звездочёта.

– И откуда наши секреты всем известны? – засмеялась Ирина.

– Специалист ты, может сама что-нибудь придумаешь? – сделал растерянный вид заказчик.

– Тогда я могу предложить рассмотреть некоторые детали на проекторе. Так будет быстрее, – она включила уже стоявший на столе прибор, и сразу появилась объёмная голограмма коттеджа.

– Хорошо.

Ира быстро и ловко касалась изображений, меняя виды лестниц, мебели, деталей конструкций зданий и спрашивала, что из увиденного нравится.

Окончательно всё выяснив, прошла по участку, отсканировала территорию предполагаемой застройки. Затем сняла дитранслятор с клиента.

– Почти и не понадобился. Я практически ничего толком и не сказал.

– Не совсем. Он записывает и передаёт не только речь, но и эмоции, которые испытывает человек при разговоре о тех или иных вещах. Это помогает установить, что для него действительно важно, а что нет.

Они договорились, что Ирина через несколько дней привезёт наброски. Она попрощалась с хозяином и уехала на своём «Икаре» небесно-голубого цвета.

В Анучинский район

Астафьев давно не был в глубинке. Его последние объекты находились либо в пригороде, либо в бывших портах. Наконец, хоть какое-то разнообразие будням.

Для поездки предпочёл свой «Пегас» изумрудного цвета служебному транспорту. Он давно не был за рулём и решил, что загородная поездка как раз подойдёт для поддержания навыков вождения.

Зарядил батареи до полной. Многие уже встроили в свои автомобили системы беспроводного электроснабжения – так называемые «приёмники электроволн». Но Астафьеву хватало заряда батарей надолго. Ездил он мало и особо не нуждался в постоянной эксплуатации своего транспорта. А потому не спешил переводить «Пегас» на беспроводное электроснабжение.

Немного подумал и упаковал «Миниофис» – подарок главного инженера инновационной компании «Вилны», который внешне больше напоминал украшение, нежели техническую разработку.

Большой кристалл фиксировался в центре плоского инкрустированного цилиндра. И хотя Олег не был сторонником использования «протезов природы», как он называл все технические разработки, но этот прибор брал с собой.

«Миниофис» имел много преимуществ: работал на беспроводном электроснабжении, подзаряжался от солнца и перепада температур. По загрузке информации был практически «бездонным», поскольку носителем являлся кристалл с многоуровневым диапазоном записи. Также здесь имелся сканер с погружной способностью в грунт до 7 метров, виртуальный секретарь, сенсорный голофон и ещё много всякой мелочи.

Олег никогда не принимал подарки от заказчиков, но этот был исключением. Во-первых – у него был день рождения. Во-вторых – подарок принесла юная красавица Амалия, дочь главного инженера «Вилны». Она так смущалась, что не могла произнести поздравительную речь. Олег сам объяснил гостям, кто она и от кого подарок.

После его тридцатилетия они виделись уже чаще, чем до этого. Не только на работе её отца, но и в неформальной обстановке: на выставках, фестивалях, концертах. В какой-то момент у Олега даже появилась мысль о женитьбе, но внимательно прислушавшись к себе, он понял – Амалия не его судьба. Безусловно она красивая, умная, очень энергичная, достаточно весёлая и нравится ему… Но не более. Почувствовав же с её стороны внимание претендующее на нечто большее, чем дружба, стал избегать неофициальных встреч.

Родня и друзья «давили» на него: «Сколько можно о работе думать? Ты на работе не женишься. Работа детей тебе рожать не будет. Ты посмотри на Амалию хорошенько. Какая девушка! Даже придраться не к чему». Но доверяя своей интуиции, Олег не торопился жениться. А Соколова, его сослуживица и мать троих детей, взяла на себя миссию найти пару для «самого завидного жениха» Владивостока, коим она называла Астафьева и то и дело подстраивала ему «случайные» встречи с хорошенькими девушками. Но всё это было напрасно.

Останавливаясь много раз по дороге, он подъехал к назначенному месту только к вечеру.

Пройдя метров сто от стоянки, заметил интересное деревце семейства аралиевых с шипами на стволе. И только в этот момент понял, что идёт не просто по лесной дорожке, а по рукотворному… Слово «парк» не подходит, но и лесом не назовёшь. Многообразные виды растений сменяли друг друга и почти не повторялись на протяжении всего обозримого участка дорожки. Естественно и гармонично созданная человеком аллея являла собой редкую растительную коллекцию.

Так, ища взглядом уникальные экземпляры, неожиданно вышел на открытую поляну с двумя большими елями. Возле каждой стояла табличка из толстого, неправильной формы куска дерева с вырезаными словами. Левая гласила: «Я охраняю этот лес. Иди с добром и встретишь чудо». А правая: «Я сберегаю всё вокруг. Коль друг ты, а не мелкий плут – иди вперёд! Друзья уж ждут!»

Ни калитки, ни ворот здесь не было. Но когда Олег прошёл этих «стражей», у него сложилось явное ощущение некой границы. Эти чувства подпитывали и визуальные доказательства нахождения на жилой территории. От основной тропы, теперь уже густо сопровождаемой поздними осенними цветами, в стороны убегали более мелкие тропинки. Чаще встречались плодовые деревья и кустарники. Несколько раз дорогу перебежали бурундуки.

Вход во внутренний двор усадьбы украшала каменная арка, увитая лианами лимонника, густо покрытого красными гроздьями поспевающих ягод. Три аккуратных домика разного размера расположились на светлой поляне, окружённой со всех сторон плотным кустарником.

Как только Олег вошёл в арку, раздался звонкий детский голос:

– Приехал! Приехал!

В его сторону бежал мальчик лет пяти с тёмными кудряшками и в длинной рубахе. Подбежав, кивнул приветственно:

– Доброго вечера! Меня зовут Намир! Пойдём, я тебя провожу, – и взяв гостя за руку, потянул его за собой.

– Здравствуй! – совсем не ожидая такого приёма, Олег стал искать взглядом взрослых обитателей усадьбы. – Ты один меня ждал или есть ещё местные жители?

– Есть. Тут много местных жителей. Но я тебя ждал больше, чем они.

– А ты не ошибся? Меня, скорее всего, твой дедушка пригласил.

– Пригласил дедушка. Пойдём, я тебе покажу твою комнату.

Оценщиков сложно было удивить архитектурными изысками, но гость заметил, что всё очень аккуратно и качественно сделано. Внутри чувствовалась добрая рука хозяев. Абсолютно всё гармонично вписывалось в единую композицию и составляло её неотъемлемую часть. Множество мелких деталей заполняли пространство комнат, из-за чего складывалось впечатление, что здесь живёт уже не одно поколение. Но Олег определил возраст построек – лет пятнадцать.

– Вот твоя комната, рядом с моей! – раздался сверху голос Намира. Пока гость осматривался, мальчик быстро забежал по лестнице на второй этаж.

Олег поставил сумку и достал свой «Миниофис». В окне увидел мужчину, явно дедушку Намира, идущего от среднего дома через поляну.

– Пойдём, познакомишь меня с дедушкой.

– И с Мигом! – обрадовался мальчик.

– С кем?

– Его зовут Миг. Это я его назвал так. Он очень быстрый и часто ходит за дедушкой, как хвостик.

– И кто этот Миг? Кошка, собака или лошадь? – уже идя по густой траве поляны, и для поддержания беседы поинтересовался гость.

– Рысь, – продолжая передвигаться вприпрыжку, ответил Намир.

– Постой… Рысь, в смысле рысь? Большая кошка?

– Не очень-то и большая. Тигр побольше будет.

Олег остановился и посмотрел вокруг:

– Это же хищник! Не бросится?

– Миг?!.. Он конечно хищник, но он не хищник. Он охотится на огурцы и капусту. А ещё на мамины нитки – постоянно их таскает, если не убрать. Мама весной оставила их в корзине на лавочке. Вече- ром… А утром по всему двору, по кустам и даже на деревьях – цветные нитки, – показывая руками по сторонам, повествовал мальчик. – Но меня он слушает. Всё, всё делает. Что я ему говорю. Так его дедушка научил… Дедушка! – позвал Намир и побежал к мужчине, стоящему возле куста шиповника.

Олег почему-то тоже ускорил своё движение, иногда поглядывая по сторонам.

– Ты говорил, что он приедет, ещё солнышко выше леса будет, а оно уже за сопочку ушло. Не угадал! – тараторил Намир.

– Не угадал, – подтвердил дед. – Тебе уже показали твои палаты? – шутливо обратился он к гостю.

– Да. Добрый вечер! – Они пожали друг другу руки. – Хорошо тут у вас!

– Вот и я говорю – хорошо. И ничего менять не нужно. А некоторые не уверены, что всё нужно оставить, как есть. Это я про младшую дочь. Она принимает усадьбу от меня. А тут приехали люди с хитрецой в глазах, привезли договор на пяти листах по аренде части нашей земли в распадке, за полем. Взамен предлагают использовать их землю с большим водоёмом и туристическим центром. Дочка засомневалась, стоит ли отказываться? Она, конечно, верит мне, но я вижу в её душе сомнения.

– Я могу сегодня изучить документы? А завтра с утра осмотрю ваши земли.

– Разумеется. Только Владу дождаться надо. Она у нас с бумагами «дружит». Всё у неё.

– Она со всеми дружит, – добавил Намир, – как моя мама. Они сёстры.

– Только думаю, что она прибудет поздно. Сегодня лучше отдохнуть, а завтра приступить к работе.

– Так и сделаю, – согласился гость.

Он уже крепко спал, когда за окном послышались топот копыт и тихий разговор двух женщин.

Подарок

– Мне нужна твоя помощь, – сказал Иван Александрович, уже в пятый раз за месяц позвонив Ирине и вызывая к себе.

Но её это не напрягало, и она сразу же выехала.

На въезде в Экопоселение стоял молодой человек с велосипедом и разговаривал с «вольником». Увидев Ирину, въезжающую на территорию, округлил глаза и спросил дежурного:

– Нет, ну как это называется? У вас же в информационном бюллетене сказано «чистая зона». И я тащился несколько километров на велосипеде. Да ещё и последняя точка проката неправильно указана. Откуда здесь авто?

– Вы разве не знали? Есть пять новых моделей, для которых сделаны исключения. Это одна из них. Как вас зовут?

– Виталий Комов. Меня местное самоуправление вызывало. Ирина улыбнулась им и проехала под большой аркой.

Иван Александрович стоял с лопатой посередине участка с озабоченным видом:

– Вот здесь хочу посадить акации вдоль всей дорожки до самого озера. А что будет под ними – не могу придумать. Есть идеи?

– Если честно, я специалист несколько иного профиля. В этом я любитель. Не боишься ошибки с моей стороны, а Саныч? – она уже привыкла к общению на «ты» и чаще в шуточной форме называла его Саныч. Он делал вид, что ничего такого, но ему это очень нравилось.

– А чего бояться? Надо будет – пересадим.

– Хорошо. Тогда акации я бы здесь не сажала. Здесь лучше кустарник плодовый посадить. А акации вон… С той стороны дома. Так… Ветер с той стороны… Значит… Чтобы аромат попадал и в дом, надо её посадить… – она побежала в сторону от предполагаемого дома, – Вот здесь! – крикнула Ира, найдя нужное место. – Чуть ближе можно расположить сирень, под ней, вдоль дорожек, фиалки и примулу. Там… – за пять минут она нарисовала яркую, красочную картину уже цветущего и плодоносящего участка. Она отбегала, приседала, что-то показывая и объясняя, – с той стороны, можно начать с гвоздик, шиповника … – увидев озадаченное лицо хозяина, она остановилась. – Я же говорила, что любитель. Наверное, все твои планы поперепутала?

– Нет-нет. Мне очень понравилось. Я тут, как приехал, три дня саженец берёзы по всему участку таскал. Искал, где будет вид более эстетичный. А ты мне уже треть участка нарисовала за несколько минут. Здорово!

– Честно, понравилось? Ну, тогда бонус! – и она подбежала к столу со своими папками. Достала одну, также бегом вернулась к Санычу, так и стоявшему в задумчивости опершись на лопату. – Вот! Зарисовки моего будущего участка, – открыла папку с пачкой цветных рисунков и продолжила: – Здесь клумбы, дорожки, парки, озерцо в разных вариантах… В общем, мои идеи.

– Ты могла бы мне это оставить на один день? Сохранность гарантирую.

– Ладушки. Оставляю. Ой! Мне же к строителям надо! Всё! Пока! До завтра! Приеду вместе с бригадой – грунт проверим, – уже на бегу, бросила она.

Вечером, внимательно разглядывая рисунки, Иван Александрович делал у себя какие-то пометки, что-то чертил. Просидел полночи, но остался доволен.