Ведьма для ректора, или Контракт с Чудовищем

Глава 15

Сухонькая дряхлая старушка с прозрачными глазами удивительно крепко держала меня за руку. Я попыталась отдернуть, но она не дала, продолжая снова и снова повторять слова “чудовище”, “беги” и “следующая”. И вроде среди нас двоих я была ведьмой, и стоило бояться меня, а не мне, но страх ледяными потоками растекся по венам, вынуждая замереть и продолжать вслушиваться в слова безумной старухи.

Наконец, она расцепила пальцы, замолкла и попятилась от меня.

— Есть спасение. Только он один поможет, — пробормотала она напоследок и скрылась между палатками, оставив меня в растерянности и неуверенности.

Я оглянулась. Эдгарн вышел из странного вида магазинчика и стоял, пропуская экипаж. Карета попала колесом в глубокую лужу, обрызгав идеально сидящий по фигуре чёрный плащ ректора. Тот не отреагировал, только лишь щелкнул пальцами, очищая себя от грязных капель, и поправил белый шарф.

Чудовище. Теперь это прозвище заиграло для меня другими красками. Может, он не женат только из-за того, что женщины рядом с ним умирают? Но ведь Серена всё ещё жива.

Или это умирали его любовницы, с которыми он изменял ей? Но тогда, если старуха сказала правду, и я следующая, то… Обойдётся!

Эдгарн подошёл ко мне и обеспокоенно осмотрел:

— Сона Ирис, вас задело рикошетом одно из ваших хитроумных проклятий? — нахмуренно спросил он. — Вы что-то больно бледная.

— Хотите предложить мне свой уникальный кулон? — с усмешкой предположила я.

— Нет, — резко ответил Эдгарн, беря меня под локоть. — Сами со своими проклятиями разбирайтесь. Мне их тоже хватает.

Я хмыкнула, забирая руку, но он не выпустил, и мне пришлось идти быстрее, чтобы успевать за длинноногим ректором.

Да что же это за день такой! Все, кто ни попадя, за руки хватают.

Хронокристалл на ратуше показывал без пяти минут десять. Я с тоской подумала о том, что не успела даже строчки написать Ч, чтобы извиниться и предупредить, что не приду. Что он подумает обо мне, когда не дождётся? Всё из-за Чудовища!

— Ваша задача посмотреть, качественный ли товар мне предлагают, и стоит ли он своих денег, — открывая передо мной дверь, инструктировал ректор. — А то эти гоблины часто любят подсунуть не то, да ещё и содрать втридорога. Предыдущий артефактор плохо разбирался в деталях.

Конечно, ведь ему не приходилось собирать деньги три месяца на то, чтобы купить одну крошечную деталь. Я ухмыльнулась ректору:

— И у академии недостаточно средств, чтобы купить дороже, но надежнее?

— Финансирование хорошее. Но я предпочту сделать ремонт в общежитии, чем переплачивать, когда в этом нет необходимости.

Я была обескуражена, настолько неожиданным оказалось это заявление. Не думала, что Эдгарн может задумываться о комфорте студентов. Может, всё же не просто так, за хорошее родство, его назначили на должность?

Мы сели в ресторане, в который раньше не то что зайти, я на его двери посмотреть боялась, потому что там стоял вылощенный охранник и отгонял зевак. Таких, как я.

А теперь мне подвинули стул, как настоящей леди, передо мной был сервированный серебром и дорогущим фарфором стол, да и смотрели на меня теперь с уважением и желанием угодить.

Гоблины быстро поняли, кого с собой притащил ректор, когда я вытащила из кармана увеличитель и уловитель магических помех. Поэтому они нервно потирали свои большие заострённые уши и приглаживали те три волосинки, которые росли у них не голове.

— Этот накопитель лучшего качества, — немного гнусавя, ткнул крючковатым пальцем тот, что постарше, с глубокими морщинами на лбу.

— Да, я вижу. А ещё я знаю, что он отдаёт энергии меньше, чем накапливает. А значит, его конструкция предполагает утечку, что будет требовать дополнительных расчетов при конструировании чего-то сложнее очистителя одежды, — заявила я. — Он не стоит этих денег.

Гоблин помоложе заскрежетал зубами.

— Вы лучше не найдёте, — попытавшись изобразить учтивость, возразил он.

— У вас настолько плохие осведомители? Я на днях в лавке «У Мартина» видела такие же, но в два раза дешевле. В розницу! — пригвоздила я. — А учитывая, что у нас оптовая закупка, то мы готовы заплатить… треть от указанной вами суммы.

Чудовище сидел довольный, как кот, объевшийся сметаны. Ещё бы. Я ему только что втрое уменьшила траты на эту закупку.

Гоблины переглянулись и протянули ректору договор. Значит, я все правильно рассчитала. Их обдирать, как липку, мне тоже не хотелось, но и свои интересы отстоять надо было.

Пока ректор подписывал и обсуждал пункты контракта, я выглянула в окно. Оно выходило как раз на фасад кондитерской «Буше в душе». Я посмотрела на свой хронокристалл. Мы разговаривали уже больше получаса.

Вряд ли даже мой терпеливый Ч стал бы столько времени ждать. Я скользнула взглядом по дверям кондитерской, когда оттуда вышел молодой эльф в чёрном плаще и… белом шарфе. Это он!

Эльф осмотрелся по сторонам и пошёл вдоль по улице. Его надо догнать!

Глава 16

Я, как можно незаметнее, пока ректор отвернулся, вышла из-за стола и пошла к выходу. Ему же будет неважно, что я отлучилась. Ну, носик попудрить решила. Чем ближе я была к выходу, тем быстрее шла. Каблучки гулко постукивали по мраморному полу.

Я смогла незамеченной выйти из ресторана и уже почти бросилась в том направлении, куда ушёл эльф, как меня схватили за талию и, притянув, тихо спросили:

— Куда-то торопитесь, сона Ирис? — дыхание ректора щекотало шею. — Кажется, мы ещё не закончили с работой.

— Пирожных хотела! — воскликнула я, стараясь сдержать дрожь в коленках от его прикосновений, слишком откровенных для отношений начальник-подчиненная. — Я думала, что свою работу уже сделала.

— Нет, уважаемая сона, — продолжал испытывать мою выдержку Эдгарн, не обращая внимания на мои попытки вырваться. — Сначала дела, а потом десерт.

На последнем слове я невольно облизала губы. Пока мы болтали, спина эльфа окончательно скрылась в толпе.

— Ар-р-р! — я, наконец, вырвалась из кольца его рук. — Ненавижу вас!

— Я знаю, — обыденно ответил он и открыл передо мной дверь. — Заходите скорее, а то на улице холодно, вдруг простудитесь.

— Боитесь, что академия разорится на моём лечении?

— Боюсь, что, чихнув, вы проклянете пол-академии разом, — усмехнулся он, пока мы возвращались к столу.

Гоблины подозрительно посмотрели на нас, но ничего не сказали. Вот наверняка же подумали невесть что.

Обсуждение и утрясание всех тонкостей продолжалось еще около часа. У меня даже голова начала болеть от их разговоров и споров об организации закупки. Наконец, документы были подписаны, сроки поставлены, цены обговорены. Гоблины допили вино, вытерли губы салфетками, которые, скомкав, бросили на стол, и откланялись.

— Всё? Теперь я могу быть свободна? — совсем не по этикету облокотившись на стол, спросила я своего мучителя.

Он с трудом оторвал взгляд от моего декольте и, выгнув бровь, с ухмылкой произнес:

— Нет, конечно. Нас ещё ждёт десерт.

Я возмущенно нахмурилась. Десерт? Какой десерт? А он насладился моей реакцией и указал пальцем в окно — на “Буше в душе”.

— Спасибо, я откажусь. Нас и в столовой неплохо кормят, — отказалась я, вставая из-за стола.

Ректор долго это терпеть не стал. Пока я надевала свою накидку, он легким движением перекинул через руку свои плащ с шарфом, взял меня за руку и потащил в кондитерскую. Нахал. Ещё бы он понимал, что мне уже туда не надо. Я хотела туда попасть с моим Ч, а не с этим наглым Чудовищем.

На языке вертелась пара смачных проклятий, но я понимала всю их бесполезность.

Мы зашли в кондитерскую, и нас сразу же окружило разнообразие невероятно вкусных ароматов. Корица, ваниль, шоколад… Даже слюнки потекли.

— Я уже сказала, что не буду есть, — категорично отказалась я, когда меня почти силой усадили на плетеный стул за круглым стеклянным столиком.

— А что конкретно ты не будешь? — рассматривая меню, спросил он. — Буше или трубочку с заварным кремом? А, знаю, от бисквита с суфле ты точно откажешься.

Я сидела, сжав пальцами юбку, чтобы удержаться и не согласиться на всё и сразу. Этот невыносимый дракон перечислял мои самые любимые пирожные, которые я позволяла себе всего раз в год — на свой день рождения. И то только тогда, когда выпустилась из пансиона.

Довольно хмыкнув, Чудовище встал из-за стола:

— Постарайтесь не сбежать, сона Ирис, — сказал он. — Я скоро вернусь.

Я закатила глаза. А толку-то бежать куда-то? Во-первых, не за кем, а во-вторых, догонит же. Я откинулась на спинку кресла и, закусив губу, старалась не думать о том, что с утра не позавтракала, надеясь поесть пирожных вместе с Ч.

— Нет, ну ты представляешь, — донесся женский голос от соседнего столика, — зажал он, значит, меня у стенки. Начал, ну… сама понимаешь, что, и тут как икнет. Потом ещё и ещё. Короче, он так ничего и не смог. Вот уже неделю так. Как мы остаемся одни, наступает ответственный момент, так он вечно икать начинает…

Я прыснула. Кажется, я знала, про кого она рассказывала. Неудавшийся “покупатель” моего тела всё же получил по заслугам. Хорошее у меня получилось проклятие. Только вот девушку жалко.

Ректор вернулся с тремя видами пирожных и имбирным чаем. Всего было по два. Буквально захлёбываясь слюнями, я постаралась сделать независимый и гордый вид, кричащий о том, что я верна своему слову и есть не собираюсь. И пить тоже.

Он подвинул к себе одну из тарелок, взял вилку и отломил кусочек, отправив его в рот. То, что я пялюсь на то, как он ест, я поняла не сразу. Вилке на пятой, когда его губы растянулись в улыбке. Наверное, самой обворожительной из всех, что я видела. И самой наглой. Я нервно сглотнула.

— Может, попробуете все же, сона Ирис? — Чудовище-искуситель кивнул на нетронутые пирожные. — Здесь отличные кондитеры.

— Спасибо, я не голодна, — ответила я, а мой живот громко заурчал. Предатель.

— Как хотите, — пожал плечами ректор и подвинул все остальные пирожные себе.

Наверное, я всё же надеялась, что он меня поуговаривает, и я смогу пойти на сделку со своей совестью. А он… Чудовище, одним словом.

Взяв чистый прибор, он отломил кусочек буше, покачал его на вилке и протянул мне со словами:

— Если вы не хотите есть сами, мне придется вас заставить. Не могу позволить своим лучшим специалистам падать в голодные обмороки.

Пирожное было всего в паре сантиметров от моих губ, его запах щекотал мои ноздри и дразнил аппетит. Я издала стон бессилия и отобрала у Эдгарна вилку, отправив кусочек в рот. И снова застонала. От невероятного, божественного вкуса.

Пирожное буквально таяло во рту, распадалось на тысячи разнообразных оттенков, обволакивало язык сладостью и легким привкусом коньяка.

Когда я открыла глаза, увидела, что ректор пристально смотрит на меня потемневшим взглядом и самодовольно улыбается. “Напыщенный индюк”, — подумала я и взяла в рот ещё один кусочек, запивая ароматным чаем.

На удивление, проклинать Эдгарна мне пока не хотелось. Пирожные смогли поднять настроение, и я даже почти смирилась с тем, что не смогла встретиться с Ч. В конце концов, не последний раз. А вот узнать поближе человека, которого терпеть не можешь — редкое удовольствие. В нём я не смогла себе отказать.

— Могли бы разрешить мне вас покормить, — уже в конце беседы заметил ректор. — Вас что, в детстве с ложечки мама не кормила?

Неожиданно аппетит пропал. Несмотря на то что моё счастливое детство оборвалось уже почти двадцать лет назад, воспоминания о родителях были для меня священны. Не очень хотелось, чтобы какое-то Чудовище запускало в них свои грязные лапищи.

Он очень хорошо почувствовал изменение моего настроения, попросил собрать оставшиеся пирожные с собой, и мы вернулись в академию.

Ректор, как и в прошлый раз, следовал за мной по пятам до самой комнаты. У двери он хотел что-то сказать, но я поспешила скрыться внутри. Пирожные были вкусные, а послевкусие — не очень.

Весь оставшийся день я провела в своей комнате, даже не выходя в столовую. В первую очередь, я написала письмо Ч с извинениями и надеждой, что ещё раз сможем найти время и место для встречи. Он, к сожалению, не ответил, чем зародил во мне мысль, что обиделся. Хотя вряд ли. Это же мой Ч.

Потом я полистала устав академии, ничего не поняла и забросила это дело.

Ближе к вечеру ко мне постучалась ведьма-палка. В её руках был поднос с рагу и имбирный чай.

— Сона Ирис, не заставляйте всех переживать о вашем здоровье, — она без разрешения прошла и поставила на стол еду. — Вам нельзя голодать, а ему нервничать. Приятного аппетита. Я заберу посуду чуть позже.

Хотела спросить её, о чем она говорит, но ведьма ушла быстрее, чем я смогла сформулировать вопрос. Я поела, очистила посуду и уже собиралась готовиться ко сну, когда снова услышала стук.

Но гостю я была удивлена: это был маг, Арол, с огромной стопкой книг в руках.

— Я выяснил, кто ваши родители! — восторженно, с сияющей радостью улыбкой сказал он.

Глава 17

— Добрый вечер, дон Галло, — удивлённо пробормотала я, разглядывая довольного белого мага.

Он без особого стеснения протиснулся мимо меня и зашёл в комнату, положив книги на стол.

— Прошу прощения за вторжение, — мягко произнёс он, когда я закрыла дверь и, ожидая объяснений, наклонила набок голову. — Но я посчитал, что эта информация вам будет интересна, поэтому решил не дожидаться утра.

Он подошёл ко мне и галантно поцеловал руку, чуть улыбнувшись, когда я вздрогнула при прикосновении его губ. Я порадовалась, что не успела переодеться в ночное платье. Иначе было бы совсем неудобно. И так чужой мужчина в спальне незамужней ведьмы. И так пристально рассматривает…

— Я полистал свои книги, — маг переключился с меня на самый верхний фолиант. — Тут было про сам взорвавшийся артефакт.

Арол, с горящими от восторга глазами, провёл рукой над книгой, и она открылась на нужной странице. Там действительно был изображён тот самый шар. Я подошла ближе, чтобы рассмотреть описание.

— Вот, смотрите сами, — маг ткнул на абзац в середине страницы.

Книга была написана на устаревшем диалекте. Я пыталась его изучить самостоятельно, но практики было очень мало, поэтому текст могла разобрать через слово. Но суть была примерно в том, что этот шар помогал оценить способность матери передать силу мужа своим детям. Значит, я не совсем правильно запомнила.

Чем темнее артефакт становится, тем больше силы отца передастся детям. Я вспомнила то, что перед тем, как взорваться, шар потемнел. Ну, хорошо, что я хотя бы силу отца смогу передать, раз своей мне боги недодали.

Но ответа на вопрос, почему артефакт разрушился, в книге не было. Я нахмурилась.

— Это всё хорошо, дон Галло, — я отошла на шаг назад, потому что маг оказался подозрительно близко ко мне. Я даже почувствовала его запах, смесь кедра с чем-то горьковатым и острым. Щёки вспыхнули от смущения. — Но тут нет ничего о моих родителях, а вы меня заинтриговали именно этим.

— Да-да-да, — маг убрал эту книгу и открыл следующую. — Вот тут, читайте.

Когда он передавал мне книгу, наши руки соприкоснулись. Арол открыто улыбнулся, а я, кажется, покраснела ещё больше. Я посетовала: "Веду себя как ученица пансиона, а не взрослая ведьма. Пусть и неопытная".

Я поспешила уткнуться в справочник особо опасных артефактов. Почему-то среди них был и этот шар или, как его тут называли, Сфера Наследия. О нём была запись, что в некоторых случаях артефакт взрывался по непонятным причинам. Наиболее часто это происходило в руках у представительниц суалийской народности.

Не дожидаясь очередного моего вопроса, Арол подсунул мне следующую книгу — с кратким описанием суалийцев. Темноволосые, тонкокостные, с низким магическим потенциалом и необычным тёмным родимым пятном в форме полумесяца на пояснице.

Я хмыкнула вслух и чуть было не потянулась, чтобы потрогать то самое пятно. Ну, нет, пожалуй. Пока подтверждать или опровергать предположения мага не буду. Может, это просто совпадение.

А Арол воодушевлённо во все глаза смотрел на меня, ожидая, что я скажу. С одной стороны, меня подкупала его увлечённость в помощи мне. А с другой — что-то было не совсем так.

— Ну как, сона Ирис, похоже на вас?

Вопрос почему-то показался более напряжённым, вынуждающим ответить. Поэтому во мне подняла голову ведьминская вредность. Может, ему ещё и поясницу мою показать? Я громко закрыла книгу и передала ему.

— Я первый раз слышу про такую народность, — вот в этом я честно могла признаться.

В пансионе об этом не рассказывали, а я особо не интересовалась географией и народонаселением королевства. Артефакторика занимала всё моё свободное время. Я даже понятия не имела, что когда-то понадобятся такие странные знания.

— Это очень интересные люди, — Арол медленно стал перекладывать книги на столе, будто расчищая пространство для работы. — Предлагаю вместе поискать про них информацию.

Это звучало скорее как свершившийся факт, чем предложение. Меня смутила подобная настойчивость, тем более в столь поздний час. Но вроде бы он пришёл меня порадовать и помочь узнать, кто мои родители…

В дверь постучали. В голове мгновенно промелькнула странная мысль:“Это же донна Солони. И она увидит у меня в комнате дона Галло, а потом передаст Чудовищу. Ох… Хотя какая мне разница, что он об этом подумает?”

Я открыла, и ведьма-палка сразу же кинула взгляд на белого мага. Точно расскажет.

— Сона Ирис, я пришла за подносом. Дон Фавори просил напомнить, что завтра с утра он вас ждёт у себя в кабинете. Вам стоит пораньше лечь спать.

Она забрала посуду и ушла, оставив нас с магом опять наедине. Мне вдруг стало совсем неуютно. Но, казалось, Арола нахождение в тёмное время в чужой комнате не смущало.

— Ректор заставляет вас работать по выходным? — удивлённо-возмущённо спросил он. — Безобразие! Вы можете написать на него докладную…

— Спасибо вам за сопереживание. Но у нас с ректором есть определённые договорённости, — отрезала я.

“Дожила. Защищаю Чудовище”,— аж захотелось закатить глаза от абсурда.

— А сейчас я хотела бы лечь спать.

Белый маг потемнел. Видимо, рассчитывал на другое предложение от меня. Обойдётся. Арол вернул себе улыбающееся выражение лица и коснулся губами кончиков моих пальцев.

— Доброй ночи, сона Ирис. Надеюсь, завтра мы сможем продолжить наши поиски, — он собрал книги и покинул комнату.

Я осталась одна и устало опустилась в кресло. Горевшие на стенах магические свечи мерцали, отбрасывая длинные трепещущие в ритм мерцанию тени. Через чуть приоткрытое окно залетал ночной прохладный ветер, принося запах сырой земли, недавно скошенного сена и далёкого хвойного леса.

Почему-то я никогда не хотела узнать про своих родителей. Я точно знала, что их больше нет. И что их убили. Я думала, что если не буду ковыряться в своём прошлом, оно никогда не догонит меня. Но вот… Я сидела и размышляла о том, чего же такого необычного в том народе, к которому, как оказалось, принадлежала.

Достаточно. Я закрыла окно на щеколду, переоделась и легла спать.

И снова я в клетке. И снова она неприятно раскачивается подо мной, заставляя голову кружиться. Только теперь передо мной в темноте глаза. Совсем светлые, почти белые и жутко холодные. Такие, от которых пробирает дрожь.

Они пристально следят за мной. Появляется дракон, взмахивает своими крыльями, закрывая меня от взгляда этих глаз, а потом выдыхает на меня пламя…

Вздрогнув, я проснулась оттого, что громко хлопнула створка моего окна, которое я точно вечером закрывала.

Глава 18

Демоны! Сердце бешено колотилось, а дыхания не хватало, словно я убегала от вурдалаков. Я кинулась к окну и выглянула. Никого, лишь пара светлых ниточек, зацепившихся за оконную раму. То ли белых, то ли серых — непонятно.

Замечательная академия! То я странным образом попадаю в комнату к ректору, то в окна влезает кто-то. Я сразу же заглянула в верхний ящик стола проверить, на месте ли оставшаяся часть аванса. Все монеты были нетронуты, и артефакты тоже.

Но спокойнее на душе от этого не стало. Кто-то. Был. В моей. Комнате. Пока я спала. Самое ужасное, что я даже не почувствовала этого. По спине пробежал холодок. Мне нужен был охранный артефакт.

Раздался громкий недовольный стук в дверь, отчего я подпрыгнула на месте. Заикой с такой жизнью стану.

Накинув халат, я открыла и была пригвождена к месту бирюзовым взглядом. Ректор прожигал меня глазами:

— Доброго утра, сона Ирис, — сказал он так, будто это у него утро испорчено непонятно чьим присутствием в комнате. — Надеюсь, ваши поздние гости не помешали вам выспаться?

И почему я не удивлена? Ведьма-палка явно его глаза и уши в академии. Надо всегда помнить об этом.