Приживальцы

– Мам, ты такая добрая, всех животных подкармливаешь. Когда ты умрешь, я тоже буду их подкармливать в память о тебе.

Коля, 6 лет

Не разбойное проникновение

В нашей семье помимо детей всегда водилась живность. И держали мы исключительно представителей семейства кошачьих. Все любимцы относились к дворово-помойным породам, а значит были разноцветны, мохнощеки и умеренно упитанны. Некоторые принимали форму треугольника, когда усаживались в дверном проеме, кто-то форму нарезного батона, если полеживал на диване, а кто-то форму сарделек, когда приходил ласкаться на колени. Вне зависимости от формы все были одинаково любимы. Боевая подруга пристально следила за досугом питомцев, их здоровьем и регулярным питанием.

В лето, когда произошла эта история, нам впервые пришлось окунуться в омут одиночества. По естественным причинам в двадцатилетнем возрасте скрылась за радугой миниатюрная старушка Фиса. Рыжая нежная кошечка, последняя из четырех хвостатых могикан, населявших до недавнего времени нашу квартиру. Заводить нового питомца никто больше не планировал: должно было пройти время.

Фисушку похоронили в нашем деревенском саду. Мы обозначили ее могилку горшком с бархатцами. Пытливый сын Коля не раз, и не два настойчиво намекал, что пора бы могилку проверить. Ему очень хотелось убедиться в том, что Фиса улетела на небушко. К счастью, сам он по малолетству не пытался брать в руки лопату. А я на всякий случай переставил горшочек бархатцев чуть левее.

От навязчивой идеи Колю отвлек случай. Жизнь вообще полна сюрпризов, но такие с нами еще не случались.

Было лето. Мы горевали по своей пушистой утрате в деревне уже пару недель. Никто не встречал нас у порога. Кошачий лоток со свежим наполнителем, который боевая подруга не в силах была убрать, безмолвно напоминал лишний раз о том, что еще до недавнего времени мы были не одни. Однако в одно из поразительных летних утр под ворота нашей дачи пролез шерстяной шпион. Разведчик был молод, худ и нахален. Кот с гордостью носил физиономию печально известного немецкого лидера. Этот усатый иудушка нахрапом влез к нам в душу, а впоследствии остался у нас жить. Сам. Навсегда.

Кошки вообще загадочные твари. Даже Ною с ними было нелегко. Они постоянно устраивали ему сюрпризы. А башмаки после этого благоухали неделями. По данным древних апокрифов Ной задумывал выпустить первыми из ковчега в воду кошачью чету, а не ворона. Проверить далеко ли суша. Кошкам древний патриарх намекал, что их наполнитель в лотке закончился, а новый завезли куда-то на Арарат.

Я же до сих пор не могу найти объяснения последующим событиям. А дело начиналось вполне обычно.

Чей-то кот слонялся от безделья по деревне и увидел в нашем доме отсутствие жизни. Было принято стратегическое решение срочно навести здесь суету. В большинстве случаев суета заключается в безнаказанном похищении чего-то неразумного, например, курицы. Но в нашем доме все неразумные существа могут дать сдачи. Поэтому чем мы привлекли внимание гостя в шубе до сих пор остается загадкой. Юный шерстебрюх проник на нашу территорию практически беспрепятственно.

Жена и дети неожиданно пришли от него в восторг, хотя внешностью кот обладал безынтеллектуальной. Черно-белый, весь в пыли и каких-то травинках, с характерным пятнышком в виде усиков под носом, он с интересом наблюдал за нами, растянувшись вдоль забора. Естественно, внутри периметра. И весьма вероятно уже воспользовался нашими ягодными кустами по назначению.

Спустя пару дней даже я, самый толстокожий из всех, начал проникаться к нему симпатией за странное упорство. Кот являлся каждый день, как часы. Юноша гордо носил розовый противоблошиный ошейник, и был, очевидно, хозяйским.

От Фисушки у Иры остался мешок дорогого корма, поэтому пришелец каждый день был накормлен и напоят. Возможно, одной из целей его посещений было истребление премиальной трапезы.

Хитрец брал нас измором и приручал по системе из «Маленького Принца». В начале он ложился вдали и лишь томно смотрел, как Ира предлагает ему пропитание. Есть не бросался. Ждал. Проверял боевую подругу на адекватность. Далее кот смотрел шоу, как дочь Вера крутит перед ним фуэте из спортивной гимнастики. В качестве булавы выступала бумажка и какой-то жгут. Так мелкий наглец понял, что здесь не только сытно, но и телевизор есть.

Через пару дней после принятия пищи юноша нагло пытался проникнуть к нам в дом сквозь дверную москитную сетку. Так как шуба на нем была пыльная и в репьях, я наотрез отказывался его пускать. Но боевая подруга в какой-то момент сдалась, и котейка вальяжно зашел в дом, где сразу же обосновался. Нужно отметить, что в туалет он исправно ходил на улицу, а затем возвращался обедать. Поэтому не пускать его нога не поднималась.

Прошло около недели. Как-то нам нужно было отъехать в город, так что мы выставили этого нахлебника за шкирку в сад и закрыли дом. Спустя пару дней мы вернулись. Уже на подъезде к нашим воротам, были слышны страшные кошачьи вопли. Монохромный юноша неистово семафорил нам возле печной трубы на крыше старого двухэтажного дома через дорогу от нас. В качестве флажка выступал хвост. Было очевидно, что он сильно рассержен тем, что мы уехали, а дорогой корм ему не оставили. От обиды кот нажрался у нас от пуза и заснул где-то на диване.

После этого случая мохнотелый приживала остался у нас ночевать. Вечерами этот затейник охотился и приносил нам живых мышей. Как-то поймал воробья, но до дома не донес. Кот явно был настроен очень серьезно. Появились опасения, что он останется с нами надолго. Мы надеялись, что у него под боком нет жены с пятью котятами. Впрочем, это ни на что бы не повлияло.

Несмотря на явное намерение прописаться у нас пожизненно, кот не всегда вел себя адекватно. Дома его можно было свободно брать на руки, он шел к тебе сам, ласкался и мирно спал на любой горизонтальной поверхности, включая мокрую от мяса разделочную доску на кухне. Но стоило ему выйти на улицу, как в крошечном кошачьем мозгу что-то перещелкивало. Он не давался в руки и не шел на зов, как нормальный кот. Единственное, что он признавал – миска с кормом, заботливо вынесенная боевой подругой наружу. Стоит ли говорить, что спустя годы мозги этой шубы не встали на место. В общем, у меня остались вопросы к Ною: как ты мог так поступить с нами!

Близилась осень, а с ней и наш отъезд в город. Вставал вопрос: брать ли кота, которого мы назвали Мурзилкой, с собой. Нам очень не хотелось, чтобы какая-нибудь соседская старушка, или дедушка, не чающий в этом комке шерсти души, приблизили себе инфаркт на почве душевных страданий от пропажи любимого питомца. Было решено написать о коте объявление и расклеить его по деревне, чтобы избавить себя от мук совести и не прослыть похитителем местной фауны. А похищать было что: к нам заходили и бенгалы и даже заглядывал девон-рекс два раза. Единственный, которого я как-то взял на руки. Но жить остался тот, кто понаглее и подешевле.

Люди у нас в селе простые, православные. В объявлении я решил обратиться к ним в понятной им манере. Также выбранная мною орфография внушала читателям сомнения в моей адекватности, что всегда играет на руку в обществе: неадекватных либо боятся, либо уважают.

Возможно, эти простые листки бумаги, которые мы расклеивали вместе с детьми на всех столбах и мусорках, а также раскладывали в сельских магазинах, предотвратили несколько преступлений на почве социальной напряженности. Возможно, кто-то даже бросил пить… а кто-то начал.

ОБЪЯВЛЕНIE

ВНИМАНIЕ! НАШЕЛСЯ КОТЪ! ПОМОГИТЕ!

Сего года iулiя 12-го къ намъ в домъ обманомъ проникъ и съ техъ поръ наотрѣзъ отказывается уходить Котъ.

Особыя примѣты:

– изъ драгоцѣнностей имѣетъ ошейникъ розоваго цвѣта (анти-блошиный)

– весьма наглый характеръ

– если не спитъ, то всегда голоденъ.

Втерѣвшись въ доверiе, уже на вторый день котъ съѣл больше своего вѣса и заснулъ на хозяйкѣ дома, смеживъ вѣки и согрѣвъ ейный бокъ. Затемъ его посѣщенiя приобрѣли регулярный характеръ.

Котъ постоянно внѣпланово столуется, похищаетъ ѣду со стола, спитъ на диванахъ, кроватяхъ и хозяевахъ, а также поетъ свои пѣсни. Отлучается только на краткiя ночныя променады, откуда возвращается съ трофеями (мышъ, жаба и проч.).

Если вы хозяинъ или хозяйка этого кота, просьба связаться съ нами по тел. +7 123 456 78 90 (Алексѣй).

Не вѣдаемъ бо, что съ нимъ дѣлать: если хозяевъ нѣтъ, то будемъ ѣхать къ себѣ в городъ и примемъ кота на полный пансионъ.

Сложностей с сочинением объявления практически не возникло. Камнем преткновения стала только буква «ѣ», ради которой мне пришлось проштудировать целую статью в интернете, чтобы правильно написать ее в корнях слов.

Расклеив объявления, мы приготовились ждать звонка от хозяина. Но почему-то звонили мне совсем не хозяева: звонившие смеялись в трубку, и, к счастью, никто не обещал забрать загулявшего на чужом пропитании мелкого прохвоста. Он уже стал семейным любимцем и успел поспать на моей подушке.

Наконец, в момент, когда я был на пике популярности (стоял на самой последней ступеньке раскладной лестницы и собирал сливы), мне позвонил хозяин кота, представившийся Вячеславом. У меня задрожали руки, так что я даже слез с лестницы. Хриплым взволнованным голосом Вячеслав спросил, когда Семена можно забрать домой.

Дело в том, что мольбу о помощи, кричащую в объявлении, он воспринял слишком буквально. Спустя пять минут душевного разговора хозяин понял, что у нас с котом все серьезно и глубокомысленно изрек: «не ты выбираешь кота, а кот выбирает тебя». Вячеслав благословил нам забрать себе Сеню насовсем. Бесплатно. Кстати, бывший хозяин оказался нашим добрым соседом, у которого мы когда-то покупали мед с его пасеки.

По словам соседа Сенечка и раньше мог уходить из дому и пропадать на несколько дней, но всегда возвращался питаться на двор. Время от времени с охоты он приносил с собой мышей и лягушек, которых зачем-то заворачивал в ковер в сенях дома Вячеслава.

Одним из катализаторов перехода Семушки к нам, вероятно, стал здоровый кот мамы соседа, которая жила на одной с нами улице. Жирный котяра следовал за мамой повсюду, а во время ее приходов в гости к сыну регулярно прописывал Сенечке леща. Сеня был молод и горяч и решил эту проблему ловко и кардинально. Возможно, все это время он бродил по деревне и искал себе новое пристанище.

Наше объявление заметил внук Вячеслава, приехавший погостить с родителями из города. По счастливой случайности мы наклеили листок на фонарный столб возле их дома. Семен до последнего времени спал на подушке внука и, внезапно, пропал, так что объявлению были очень рады.

Мы немного переживали, что фактически забираем кота у ребенка, но Вячеслав нас успокоил, сказав, что у него живет сестра Семена, копия этого иудушки, так что наши сердца совсем перестали волноваться по этому поводу.

Кот едет в город

На повестку дня теперь всплывало два животрепещущих вопроса. Брутальный альфа-котик был очевидно совсем не приучен к туалету. Как нам с ним ужиться на квартире? Вопрос номер два: как нам с ним вообще до квартиры доехать?

В деревенском доме Фисин кошачий лоток, который мы не решались убрать, Семеном брезгливо игнорировался. Но не выпускать его на улицу было себе дороже. Девиз моей боевой подруги: «главное ввязаться, а там все само собой устроится… или нет». Поэтому, в качестве плана А мы решили просто довезти мохнатое тельце Сени до города. Плана Б у нас не было.

Взрослые кошки ездили с нами в древней скрипучей переноске. Сделана она была из старой пикничной корзины. Во время движения переноска ставилась либо на задний диван авто, либо на колени к Ире. В один из погожих денечков уходящего лета мы вероломно поймали Сеню за шкирку прямо во время кормежки и жестоко заточили в переноске.

Переноска орала благим матом практически всю дорогу, пока терпение Иры не лопнуло. Она выпустили иудушку на свободу прямо во время движения, а гордый хвост трубой прошелся прямо к торпедо. Там он уложил свои телеса на вентиляционные отверстия под лобовым стеклом, подвернул лапы под себя и затих.

Сначала кот с интересом наблюдал за асфальтовым полотном, уносящемся под колеса, а затем повернулся ко мне мордой и заснул. Главное было в таком виде не попасть под радар сотрудников дорожной полиции. К тому же всегда оставалась вероятность, что Семен от скуки вцепится мне в лицо, и мы весело поедем в кювет. Но, к счастью, сорванец тоже хотел жить, поэтому так и катался на торпедо несколько месяцев, пока Ире не надоело протирать приборную панель от шерсти. Сене была куплена новая просторная переноска, из которой он уже не пытался выбраться.

История проказ шерстяного приживальца на этом не закончилась: им посвящена отдельная глава. А ниже приведена хроника событий, поведанная нам самим Семеном. Орфография и пунктуация автора сохранены. Стиль рассказа специфический. Возможно, на пасеке Вячеслава его покусали пчелы, и это все логично объясняет.

Рассказ Семена

«И был глас Семену: восстани и изыди из дома хозяина твоего, дойди до коричневого забора и просунь морду свою и лапы свои под него и жди.

Так было трижды, пока не завершил Семен заворачивать мышь свою в ковер хозяина своего. И был вечер, и было утро.

И встал Семен и шел долго, и когда сорок метров закончились, встал перед Семеном забор. И просунул он морду свою, и лапы свои под забор. Гласа же своего из боязни не подавал.

И увидел морду его сын хозяина дома и донес матери своей, Семен же, убоявшись, бежал, бежал от восторга задыхаясь. И был вечер, и было утро.

И пролез Семен под забор целиком и лежал, и стрелял глазами своими.

Хозяйка же дома сего была сердобольна весьма и наполнила миску Семену брашном сверх меры. И стало ему хорошо.

Дочь же хозяев дома сложила лист пергамента, привязала к нему вервие и играла с ним. И клал Семен тело свое на лестницу дома сего и на порог его и бил хвостом своим и в исступлении вопиял, обнажая пузеню свою.

Хозяйка же кормила и поила Семена изобильно, но в дом не пускала. И был вечер, и было утро.

И умолив хозяев, пущен был Семен в дом. И клал он тело свое на хозяйкины колени и с детьми хозяина скакал, спал же на хозяине, постеле и столе и от такого добра сладко пел.

Ночь же каждую уходил Семен на охоту. И приносил он с охоты мышей диких и жаб малых и клал их на ковер хозяев, но заворачивать его не дерзал. И был вечер, и было утро.

И предложены были Семену яства доселе нееданные, трапеза калорийная, кров и постель висячая. И пущен был он в дом насовсем.

Печаль же снедала хозяйку дома, и терзалась она в мыслях об отправлениях Семена естественных. И делилась она кручиною своею с мужем своим: как кот жить в квартире то будет.

Ибо Семен с рождения своего не ведал сортиров диковинных в домах устраиваемых, кусты любые за цель почитая, а особливо у забора растущие.

И встал хозяин и, шед, купил сортир невиданный, никем еще не нюханный.

И ел Семен на квартире два дня и две ночи, наполняя чрево свое, как не в себя. И стала пища проситься наружу, дверь же дома была затворена. И бросился Семен в сортир, и… возрадовались все.

И стал Семен свободно в квартире жить, песни петь и хозяев благодарить.»

Щепетильная тема

«Хорошо быть кисою, хорошо собакою!..» Стишок смешной, но реалий жизни, к сожалению, не отражает. Это только кажется, что им, нашим питомцам легко: присел и дела сделаны. Или, если ты собака, вышел на улицу, и тебе можно все, везде и сразу. Нет. Жизненный опыт отражает другую картину.

Пока у нас не было Грейси, рассказ о ней в следующей главе, я и не подозревал, что для того, чтобы элементарно пописить, нужно дождаться парада планет. Хорошо, это гипербола. Парад планет требуется для более выстраданного… большого дела. Еще нужно выбрать место, и не абы какое. Здесь травинка мне щекотит, здесь какой-то слон проходил уже, «фу, не буду здесь, я не такая!», а здесь скучно что-то. Лучше затаиться, потерпеть пару дней…

Наблюдая, как питомец выбирает жизненно важное место, можно подумать, что в голове у него спрятана карта пригодных для целей локаций. В них определенно есть своя система, и расположены они в виде лабиринта. К сожалению, эту полезную карту никто не раскрывает. Но с кошками еще сложнее.

В случае с Сенечкой мы многократно пытались усаживать его в чистый лоток. Ира пела ему песенку, я угрожал, дети хором подбадривали: «давай, ну, давай!». Даже с такой поддержкой иудушка смотрел на нас, как на душевнобольных и сидеть в туалете отказывался.

Боевая подруга заподозрила, что причина Семушкиных страданий кроется в его неприязни к старому лотку. Коту нужен был новый, капсульного типа с аквариумом во всю стену. «А пожалуйста», – сказал я и пошел в магазин.

В магазине было познавательно, как в музее. Взирая на все многообразие приспособлений для отправления кошачьих надобностей, мне тоже захотелось в туалет от ценника на них. Я выбрал что-то среднее между спасательной капсулой с марсианского корабля и чукотской ярангой. Аквариум решил не брать. «Главное, чтобы был купол над головой», – пояснила мне продавец. Замкнутость пространства должна была обеспечивать Сене необходимую приватность, чувство защищенности и связь с космосом. Я встретил ремарку продавца со скепсисом.

Спустя двое суток на квартире Семушка начал подозревать, что пища сама собой не рассосется. Аппетит и объемы принимаемой пищи при этом не снижались. В какой-то момент мы обнаружили кота в космическом лотке. Ему хватило одного посещения, чтобы потом начать ходить по своим делам по расписанию.

В деревню пришлось покупать вторую спасательную капсулу…

Оглядываясь назад, с высоты опыта владельца пятерых котов, я понимаю, что покупка космических капсул была правильной. Со временем мы сняли с них купол, так как Семушка понял, что его приватности ничего не угрожает. Остальная живность никакого дискомфорта вообще не испытывает.

Проблема с походами на мокрое дело сохраняется только у мелкого Умпа-Лумпа, камышарика, который появился в нашей семье через пару лет после Сени. Мелкий полосатик повадился вставать на край лотка и во время процесса вытягиваться вверх практически вертикально. В результате он опрокидывал лоток себе на спину уже несколько раз. Со всем содержимым. Я планирую купить ему настоящую катапульту и отправить куда-нибудь далеко к поясу астероидов. Но такие туалеты еще не изобрели.

– Сначала я не знал, что это конкурс. Но когда воспитатель сказала, что это конкурс, я понял – это конкурс!

Коля, 5 лет

Укус мягких тканей

Когда-то в детстве я мечтал о собаке. Собаки тоже очень мечтали обо мне: одна из них, очевидно, от счастья укусила меня за попу.

А дело было так. Зимой мы с другом Сашей как обычно шлялись в гаражах. Вместо школы нам хотелось движухи, поэтому уроки прогуливались без фанатизма, но с удовольствием. Слоняться по улицам, пустырям, помойкам и гаражам было интересно и познавательно. Мы подолгу разглядывали грязные металлические двери в рядах гаражных кооперативов. Ворота, покрытые ржавчиной, и несколькими слоями облупившейся краски. Было интересно заглядывать в скважины причудливых замков, размышляя какой бы к ним мог подойти ключ. Гадать сколько времени уйдет у преступника, чтобы отпилить толстую дужку замка. Если гараж выглядел, как коробка из металла, то по его стене нужно было обязательно пнуть или шарахнуть кирпичом, чтобы по вибрации оценить толщину металла.

Можно было бесконечно долго ковырять потрескавшуюся штукатурку стен пальцем или найденным тут же на земле костылем от железнодорожного рельса… В случае большого везения с угла строения удавалось влезть на крышу гаражного массива, используя дверные петли, как подножки. Потом важно было быстро распластаться на крыше, дабы не привлекать лишнего внимания окружающих. Если лежать на спине, то можно разглядывать ближайшие деревья через зеленое бутылочное стекло или искать птичьи гнезда, одинокой копной застывшие среди голых ветвей. Лежа на животе, можно было следить сверху за прохожими. Проходящие мимо граждане расценивали такое времяпрепровождение, как вредное. Поэтому если нас замечали, то обещали сходить «за милицией». Но, дальше угроз дела не доходило.

В тот день Саня шел прямо по середине дорожки между одноэтажными строениями гаражей и сараев. Я плелся сзади. Мы проходили мимо очередной открытой двери, возле которой на привязи заливалась лаем какая-то беспородная псина. Морда острая, метр в холке и не в настроении. Привязью служил тонкий шнурок. От стыда на нем взвыл бы и флегматичный «водолаз».

Хозяйка острой морды мирно копалась в гараже, гремя пустыми банками, никак не реагируя на лай. Собаку мы счастливо миновали. Однако никто не мог подозревать, что псина в приступе ажитации порвет свой шнурочек. Идущему впереди Саше было важно не дать мне перегнать себя, что он с успехом и сделал, а я, даже не успев оглянуться назад, получил укус в сочную ягодицу. После этого собака успокоилась и вернулась в свой гаражик. Если вашему питомцу нужно успокоительное – вы всегда знаете, где его найти.

Ягодица, к счастью, оказалась практически целой. На ней проступал лишь овальный кровавый засос. Его я высмотрел уже дома, в зеркале. А на улице решил проанестезировать укус снегом. Действовал наощупь, когда мы отошли от гаражей на безопасное расстояние. Саша, морщась давал советы, где мазать: «правее, левее, выше, еще выше». Собака поскуливала вдали. К хозяйке мы решили не возвращаться.

Сколько я себя помнил, в случаях укуса незнакомой собакой бабушка обещала мне гарантированных сорок уколов от бешенства в живот. Пугало не количество, а «в живот», произносимое тихо и печально. Поэтому родителям об инциденте я признался далеко не сразу, а на третий день обработки раны зеленкой. До этого они были уверены, что я на территории школы упал попой на кучу металлической стружки возле кабинета труда… Такое уже было, когда я свалился на эту кучу голыми руками вперед и насажал себе на ладони острых совсем не деревянных заноз.

Странно, но, узнав правду, родители меня даже не заругали. Усталые папа с мамой вечером после работы пошли в гаражи, где произошла атака на мои мягкие ткани. Они опросили местную интеллигенцию преклонного возраста на предмет любительницы детских филейных частей. Удивительно, но они не только нашли хозяйку собаки, но и сходили с ней в местную ветеринарку и сделали тест на бешенство [очевидно, собаки]. Результат теста был для меня обнадеживающим, после чего угроза болезненных уколов в живот меня миновала.

Однако вместо тревоги о негуманном лечении пришел страх. Я начал панически бояться собак. Не бежать при виде мирно дефилирующей кобылы без поводка и намордника было особенно тяжело. А в нашем районе такие псины могли бродить стаями.

Страх мой закончился внезапно, как и начался. За мной по пустырю нашего микрорайона, образовавшегося после слома ветхого здания школы, гналась большая собака. Особь была огромна и выглядела как проклятие рода Баскервилей в популярном советском фильме про Шерлока Холмса. Я, конечно же, бежал от нее мимо кустов и сараев, нечленораздельно крича. Какой-то мальчик из ближайшего двора крикнул мне, чтобы я остановился. Я вдруг послушался. Собака понюхала мне [барабанная дробь] попу и ушла.