- -
- 100%
- +
Пролог
Мир Клоропас умирал уже давно, но никто не замечал этого.
Когда-то здесь были высокие скалы, подпиравшие небо, и зелёные долины, где паслись стада диких горных козлов. Но сотни лет назад, когда Хаос впервые коснулся этих земель, всё изменилось. Небо затянуло ржавой пеленой, сквозь которую не пробивался солнечный свет. Воздух стал тяжёлым, пахнущим серой и гнилью. Даже камни под ногами казались больными — они хрустели, как пересушенные кости, и рассыпались в красноватую пыль.
Лес, который когда-то шумел зелёными кронами, превратился в Мёртвую топь. Деревья стояли чёрными скелетами, их корни тонули в жиже, испускавшей зловонные пузыри. В этой топи не водилось зверей — только твари, рождённые Хаосом: слепые, голодные, вечно ищущие живую плоть.
И посреди всего этого, в самом сердце Клоропаса, где скалы смыкались в каменную чашу, вырос Чёрный собор. Он не был построен руками людей — он вырос из земли, как нарыв. Его стены состояли из спрессованных костей — чьих, никто не знал. Говорили, что это кости самих демонов, убитых в древней войне. Другие шептали, что это кости тех, кто пытался остановить Хаос и был поглощён им.
Внутри собора не было окон. Свет здесь давал только алтарь — глубокая трещина в скальном основании, из которой сочился багровый свет. Он пульсировал, как живое сердце, в такт чьему-то медленному дыханию. Иногда из трещины доносились звуки — не то стоны, не то шёпот. Те, кто служил здесь долго, переставали их замечать. Но новички сходили с ума в первую же неделю.
Верховный Епископ Архонт стоял перед этой трещиной, и его лицо освещали алые сполохи. Он не был красив — худое, аскетичное лицо, глубоко посаженные глаза без зрачков. Он смотрел на Хаос, и Хаос смотрел на него. Так длилось уже несколько десятилетий.
— Ветвь Древа, — произнёс Архонт, не оборачиваясь. Голос его звучал как скрежет камня о камень. — Ты принесёшь её мне.
Маэль, Первая Тень, замер у входа в зал. Его чёрные доспехи не отражали света — они его поглощали, словно кусок ночи, принявший человеческую форму. Даже тени на стенах, когда он проходил мимо, вздрагивали и отступали, будто боясь прикоснуться к нему.
Маэль не был человеком — по крайней мере, уже не был. Те, кто знал его историю, шептали, что когда-то он был рыцарем Дориата, лучшим из лучших. Но после того, как Хаос коснулся его во время неудачного рейда, он изменился. Или не он, а его душа. Он перестал моргать. Перестал чувствовать холод, голод, страх. Он стал идеальным убийцей — без эмоций, без сомнений, без жалости.
Архонт же был не просто главой Чёрного собора. Он стоял над всеми Епископами Туманного края — в том числе и над тем, чья смерть от демона потрясла Альтаир. Для Архонта гибель подчинённого была лишь досадной неудачей, но не потерей. Он сам назначил того Епископа, зная, что тот слаб. И теперь он исправлял ошибку лично.
— Столица союза хорошо защищена, — голос Маэля был ровным, почти безразличным. — Четыре магических контура, два отряда стражей, личная охрана правителей. Проникнуть незаметно невозможно.
— Ты начнёшь не с кражи, — сказал Архонт, и в голосе его прозвучала металлическая нотка. — Сначала — хаос. Взрыв северной башни, где хранятся запасы магических кристаллов. Пока они будут тушить пожар, выпусти монстров из канализации. Я уже позаботился о том, чтобы в городе проснулись гулли — полусгнившие твари, питающиеся магией и человеческой плотью. Наша агентура заразила их ещё неделю назад.
— Гулли? — Маэль на мгновение замер. — Целый квартал?
— Два. Этого достаточно, чтобы стража растерялась. — Архонт усмехнулся. — Пока они будут гасить пожары, убивать монстров и спасать горожан — ты пройдёшь в сокровищницу. Восемь стражей четвёртой звезды. Для тебя — не препятствие.
Маэль не кивнул. Он просто стоял, и тени тянулись к нему, как псы к хозяину. Ему не нужно было задавать вопросов — он знал свою роль. Убивать. Быстро. Молча. Исчезать.
— Ветвь должна быть доставлена сюда нетронутой, — продолжал Архонт. — Наши жрецы начнут осквернение сразу после того, как ты вернёшься. С каждым днём связь между мирами будет ослабевать. Сначала Клоропас потеряют из виду. Потом начнут глохнуть порталы. А затем — он развёл руками, словно обнимая невидимую вселенную, — Хаос хлынет в каждый мир Туманного края. И тогда союз падёт.
— А если правители успеют сбежать? — спросил Маэль.
— Им некуда будет бежать. Серебряный Предел превратится в осаждённую крепость. Альберих Дориатский, главнокомандующий стражей и сильнейший воин сектора, будет рваться в бой. Арот Велизарийский, глава совета и опытный дипломат, станет предлагать переговоры. Они рассорятся. А мы мы нанесём удар, когда они будут слабее всего.
Архонт улыбнулся. Улыбка его не была жестокой — скорее мечтательной, почти благоговейной.
— Ты, Маэль, станешь не просто Первой Тенью. Ты станешь моей правой рукой, когда я сяду на трон, сотканный из корней Древа.
Маэль не ответил сразу. Он смотрел на Архонта, и в его пустых глазах не было ни надежды, ни страха, ни даже уважения.
— Мне не нужен трон, — произнёс он наконец. — Мне нужна цель.
— Она у тебя есть. — Архонт протянул руку к трещине. — Исполни приказ.
Маэль развернулся и шагнул во тьму. Доспехи его не скрипели, не лязгали — он двигался абсолютно бесшумно, как призрак. Через мгновение он исчез в коридоре, и только холодный ветерок напомнил, что здесь только что кто-то стоял.
Архонт остался один. Он приблизился к трещине и опустился на колени. Багровый свет омывал его лицо, и в этом свете он выглядел не злодеем, а святым — фанатиком, уверенным в своей правоте.
— Я не просто слуга Хаоса, — прошептал он, обращаясь к пульсирующему сердцу. — Я его апостол. Я принесу тебе этот мир, как обещал.
Из трещины вынырнул чёрный кристалл — искажённая частица того, что когда-то было ветвью Мирового Древа. Архонт взял его в руки, и кристалл запульсировал чаще, словно приветствуя хозяина.
— Скоро всё повторится, — прошептал он. — Раскол. Хаос. И новый мир, из пепла старого.
Стены собора, казалось, вздохнули в ответ.
А где-то далеко, за тысячи миров, в королевстве Альтаир, принцесса Элиссандра вздрогнула во сне, чувствуя, как холодная рука сжимает её сердце. Рядом, в соседней комнате, Каен резко открыл глаза и сел на постели. Во сне он видел не Лизу — он видел багровый свет и костяные стены. И он знал, что это только начало.
Но они ещё не знали, что их ждёт.
Глава 1
Столица Туманного края называлась Серебряный Предел.
Город раскинулся на вершине плоскогорья, окружённый тремя стенами, каждая из которых мерцала магическими рунами. Первая стена, самая низкая, была сложена из тёмного гранита — её построили ещё в те времена, когда люди только начинали селиться в этих землях. Вторая, повыше, была из белого мрамора, и на её зубцах стояли магические кристаллы, питавшие защитный купол. Третья стена, самая высокая, была сделана из чистого серебра — по крайней мере, так говорили легенды. На самом деле металл, добытый в глубинах Клоропаса, лишь отдалённо напоминал серебро, но на солнце он сиял так, что глазам становилось больно.
Между стенами вились широкие проспекты, фонтаны с кристально чистой водой и площади, вымощенные тем же серебристым камнем. Город жил своей жизнью: торговцы выкрикивали товары, дети бегали между ног прохожих, а на углах улиц уличные маги показывали фокусы за медные монеты.
Лиза никогда не видела ничего подобного.
В Альтаире было красиво, но по-своему — сурово, по-северному. Здесь же чувствовалась сила, богатство и уверенность в завтрашнем дне. Казалось, что этот город стоит вечно и будет стоять ещё вечность.
— В Альтаире тоже красиво, — сказал Илиен, заметив её взгляд. Он шёл рядом, чуть впереди, и держался с достоинством, подобающим регенту королевства. — Но здесь здесь чувствуется мощь.
— Дориат больше, — возразил Каен, шагая с другой стороны. Он держался чуть позади, привычно оглядывая толпу, проверяя каждого прохожего. — Но Серебряный Предел богаче. Сюда стекаются налоги с дюжины миров, и каждый правитель хочет иметь здесь дом.
— Ты здесь был? — спросила Лиза.
Каен замялся на мгновение.
— Давно. Очень давно. Город изменился до неузнаваемости.
Она хотела спросить, когда именно он был здесь в прошлый раз, но передумала. Каен и так раскрывался редко, а при посторонних — тем более. Рядом с ними ехали Лотар и его рыцари, и любопытные уши могли всё испортить.
— Принц Илиен Альтаирский, — произнёс Лотар, спешиваясь у главных ворот и склоняя голову. — Меня зовут Лотар, я командир первого рыцарского отряда Дориата. Король Альберих ждёт вас во дворце.
— Приятно познакомиться, — ответил Илиен. — Это моя сестра, принцесса Элиссандра, и наш союзник Каен. А где наши маги? Сира и её люди остались в лагере?
— Ваши маги размещены в казармах, — ответил Лотар. — Женщина по имени Сира сейчас с ними, проверяет защитные контуры. Она сказала, что хочет убедиться в надёжности укреплений.
Лиза кивнула. Сира была слишком осторожна, чтобы отдыхать в незнакомом месте.
Лотар мельком глянул на Лизу — с уважением, но без лишнего любопытства. Его взгляд скользнул по её простому дорожному плащу, по короткому мечу на поясе и остановился на амулете, который она всегда носила под рубашкой.
— Слышал о вашей обороне, принцесса. — В его голосе не было лести, только констатация факта. — Говорят, вы лечили раненых под огнём.
— Говорят правду, — ответила Лиза. — Но я делала только то, что должна была.
Лотар кивнул. Затем его взгляд перешёл на Каена — и задержался. Он смотрел на него долго, оценивающе, словно пытался понять, что скрывается за спокойным лицом и серыми глазами.
— А вы, Каен — начал Лотар.
— Союзник, — повторил Каен. — И только.
Лотар не стал давить. Он развернулся и жестом пригласил их следовать за ним.
Дворец Серебряного Предела оказался меньше, чем ожидала Лиза, но куда более величественным. Его стены были сложены из тёмного камня, добытого в глубинах Клоропаса. Лотар, пока они шли, рассказывал, что этот камень поглощает магические удары, поэтому дворец считался одной из самых защищённых крепостей в секторе.
— Клоропас — наш щит, — говорил он, поднимаясь по широким ступеням. — Его скалы и шахты созданы самой природой для обороны. Именно там проходят наши основные рубежи. Но теперь связь с ними ослабла, и мы не знаем, что там происходит.
— Поэтому нас позвали, — сказал Каен.
Лотар бросил на него короткий взгляд.
— Поэтому.
Они вошли в зал совета. Это было огромное помещение с высокими потолками, расписанными фресками, изображавшими древние битвы. В центре стоял круглый стол из полированного серебряного дерева. Вокруг стола — дюжина кресел, но заняты были только два.
В одном сидел массивный мужчина с золотистой бородой и добрыми, но цепкими глазами. Король Арот Велизарийский. Он был невысоким, но широкоплечим, и держался с достоинством человека, привыкшего к власти, но не кичащегося ею.
В другом кресле — человек, от которого веяло силой. Король Альберих Дориатский. Восемь звёзд. Единственный во всём Туманном крае, кто достиг такой мощи. Он не встал при их появлении — лишь кивнул. Его лицо было суровым, обветренным, с глубокими морщинами вокруг глаз — следствие долгих лет, проведённых в седле. Он не носил короны — на его плечах был простой, но дорогой плащ, а на поясе висел меч, который он, судя по потёртой рукояти, не снимал даже во время заседаний.
— Илиен. — Голос у Альбериха был низкий, спокойный, как дальний гром. — Рад видеть наследника Альтаира. Твой отец был достойным человеком. Мы сражались плечом к плечу тридцать лет назад в войне с кочевниками.
— Я помню, — ответил Илиен. — Отец часто рассказывал о вас.
Альберих усмехнулся — сухо, без веселья.
— Лучше бы он рассказывал о себе. Он был сильнее меня, хотя никогда этого не показывал.
Затем его взгляд перешёл на Лизу.
— Принцесса. — Он кивнул, и в этом жесте было признание, но не более. — Слышал о вашей обороне. Вы умеете больше, чем кажетесь.
— Я учусь, — ответила Лиза, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Но я здесь не как проситель. Я здесь, чтобы предупредить: культ «Ищущие истину» не уничтожен. Тот Епископ, что погиб в Альтаире, был лишь главой местного храма. Истинная угроза — Чёрный собор, который охватывает несколько миров.
Альберих переглянулся с Аротом. Тот едва заметно нахмурился.
— Мы знали, что культ активен, — сказал Арот. Его голос стал жёстче. — Но ты говоришь так, будто они готовят нечто большее, чем локальные беспорядки.
— Они крадут ветви Древа, — вмешался Каен. Он шагнул вперёд, и теперь все взгляды обратились к нему. — В другом мире это уже произошло. Здесь — пока нет, но они готовятся. Если они доберутся до сокровищницы Серебряного Предела
— Сокровищница защищена восемью стражами четвёртой звезды, — перебил Альберих, и в его голосе прозвучала сталь. — Никто не может проникнуть туда незамеченным.
— Вы так уверены? — спросил Каен.
Альберих встал. Он был выше Илиена на голову, а Лиза чувствовала себя рядом с ним почти ребёнком. Но она не отступила.
— Ты сомневаешься в моей страже?
— Я сомневаюсь в том, что вы знаете истинную силу культа, — спокойно ответил Каен.
Наступила тишина. И тогда Илиен, который до этого стоял молча, шагнул вперёд.
— Ваше величество, — обратился он к Альбериху, и голос его звучал твёрдо, без тени подобострастия. — Мой отец доверял вам. И я доверяю. Но мы не понаслышке знаем, что культ способен на то, что кажется невозможным. Они убили отца. Они едва не убили мою сестру. Если они задумали удар по столице союза — они нанесут его, когда мы будем меньше всего готовы. Не дайте им такого шанса.
Альберих посмотрел на Илиена долгим взглядом. Затем медленно кивнул.
— Ты похож на отца. — Он повернулся к Ароту. — Завтра на совете обсудим усиление охраны сокровищницы.
Арот поднял руку, примиряюще.
— Давайте не будем спорить до начала совета, — сказал он. — У нас будет время обсудить всё завтра. А сегодня — отдыхайте. Лотар проводит вас в ваши покои.
Комнаты, которые им выделили, оказались просторными и светлыми. Стены были обиты тёмным деревом, пол — тёплым серым камнем. В углу стояла массивная кровать с балдахином, у окна — стол и кресло.
Лиза села на край кровати, глядя в окно на серебряные крыши города. Солнце клонилось к закату, и в его лучах город казался сказочным — каждый шпиль, каждая башня отбрасывали длинные тени, переплетающиеся друг с другом.
— Он не воспринимает угрозу серьёзно, — сказала она устало.
— Воспринимает, — ответил Каен, закрывая дверь. — Но он воин. Ему нужно увидеть, а не услышать.
— И что, мы будем ждать, пока культ нападёт?
— Возможно, они не станут ждать.
Лиза закрыла глаза. Внутри снова заныло — не боль, а предчувствие. Как перед грозой, когда воздух становится тяжелым и пахнет озоном, а птицы замолкают в ожидании бури.
— Что с тобой? — спросил Каен, подходя ближе.
— Не знаю. — Она потёрла грудь, где под платьем бился амулет. — С того дня, как мы победили в Альтаире что-то изменилось. Я чувствую Древо. Слабо, но чувствую. И оно болит.
Каен сел рядом на кровать. Его лицо было спокойным, но в глазах мелькнуло что-то, чего она раньше не замечала — тревога.
— Это будет усиливаться, — сказал он тихо. — Чем ближе культ к своей цели, тем хуже тебе будет.
— Откуда ты знаешь?
— Я уже видел такое. Тысячу лет назад. Мир был на грани раскола, и те, кто нёс в себе его силу, чувствовали агонию Древа.
Лиза повернулась к нему.
— Тысячу лет назад — она посмотрела прямо в глаза. — Когда ты был тем, кем был?
Каен не отвёл взгляда, но и не ответил. Он встал и отошёл к окну.
— Ложись спать, — сказал он, глядя на закат. — Завтра будет долгий день.
— Ты так и не ответил.
— Потому что ответ тебе не понравится. — Он усмехнулся. — Или понравится слишком сильно. Не знаю.
Он вышел, закрыв за собой дверь.
Лиза осталась сидеть на кровати, сжимая амулет отца. Внутри нарастала тревога — не её собственная, а чужая, древняя, словно само Древо говорило с ней через боль.
Он что-то скрывает. И это «что-то» страшнее, чем любой культ.
Она легла, укрылась одеялом и закрыла глаза. Сон пришёл не сразу, но когда пришёл, он был тяжёлым, полным багровых вспышек и костяных стен.
Каен стоял в коридоре, прислонившись к стене.
Он не спал уже третьи сутки — не потому, что не хотел, а потому, что боялся снов. В последнее время они стали слишком яркими. Слишком реальными.
Он видел багровый свет. Чёрные стены. Женщину в белом платье, которая лежала у корней Древа и умирала.
И каждый раз он просыпался с криком, но крик застревал в горле, потому что кричать он разучился тысячи лет назад.
Я не могу потерять её снова, — подумал он. Но как мне удержать то, что никогда не было моим?
Он закрыл глаза и прислонился головой к холодной стене.
Завтра начнётся совет. Послезавтра, возможно, они узнают, что такое настоящая война.
А сегодня — сегодня он просто постоит здесь, на страже её сна, как делал уже много ночей подряд.
И никому не скажет об этом.
Никогда.
Амулет на груди Лизы нагрелся.
Она не проснулась — сон держал её крепко, но тело отреагировало. Брови сдвинулись, дыхание участилось.
Где-то далеко, под землёй, в недрах Серебряного Предела, послышался глухой гул. Словно огромный зверь перевернулся во сне.
Каен, стоявший в коридоре, вдруг выпрямился и повернул голову в сторону, откуда донёсся звук. Его лицо окаменело.
— Слишком рано, — прошептал он. — Они не должны были начать так рано.
Он шагнул к двери Лизы, но замер. Нельзя её будить. Ей нужны силы.
Вместо этого он положил ладонь на дверь и закрыл глаза.
— Я здесь, — тихо сказал он. — Я не дам тебе умереть.
Гул повторился — ближе, громче.
И где-то в северной башне, где хранились магические кристаллы, загорелся первый алый огонёк.
Глава 2
Совет начался на следующее утро, когда солнце только поднялось над серебряными шпилями.
Лиза сидела за круглым столом между Илиеном и Каеном. Мест для правителей было двенадцать, но заняты оказались только девять — три мира не прислали представителей, сославшись на внутренние распри. Лиза заметила, как Альберих поморщился, услышав это известие, но ничего не сказал.
Арот вёл заседание с привычным спокойствием. Он перечислял вопросы: торговые соглашения, перемещение войск, спортивные территории. Лиза слушала вполуха — её голова снова начала болеть, амулет на груди едва заметно пульсировал, а где-то на периферии сознания билось смутное беспокойство. Она не могла объяснить его природу — просто чувствовала, что воздух стал тяжелее, а тени — длиннее.
— А теперь, — Арот перелистнул страницу, — вопрос о положении дел в Альтаире. Принц Илиен, вам слово.
Илиен встал.
— Королевство Альтаир понесло тяжёлую потерю. Мой отец, король Эрхард, был убит культом «Ищущие истину». Мой брат Эдгард пал жертвой их тёмных ритуалов. — Он помолчал. — Я, как регент, принял на себя временное правление. Совет должен утвердить мои полномочия и признать законность борьбы с культом.
Альберих кивнул.
— Никто не сомневается в твоём праве, Илиен. Твой отец был героем. Но культ — он понизил голос, — они стали активнее в последние месяцы. Нападения на границы, исчезновения патрулей. На прошлой неделе пропал целый отряд у Клоропаса.
— Поэтому мы здесь, — сказала Лиза, не выдержав. — Культ не просто бандиты. У них есть иерархия, ресурсы, и они готовят нечто большее.
— Что именно? — спросил один из правителей, сидевший в дальнем конце стола. Лиза не запомнила его имени — невысокий, с рыжей бородой, представитель одного из горных миров.
— Они крадут ветви Мирового Древа, — ответил Каен. — Чтобы ослабить связь между мирами и выпустить Хаос.
В зале повисла тишина. Арот нахмурился.
— Ветви Древа хранятся в сокровищницах каждого из миров. Наша — в этом дворце, за восемью печатями. Её невозможно украсть незаметно.
— Не говорите так, — тихо сказал Каен. — Вы приглашаете беду.
Альберих усмехнулся, но усмешка вышла натянутой.
— Я распоряжусь усилить охрану. Но сейчас давайте вернёмся к
Он не договорил.
...
Взрыв разорвал тишину.
Пол под ногами дрогнул, стены заходили ходуном. С потолка посыпалась штукатурка. Кто-то закричал. Лиза инстинктивно пригнулась, закрывая голову руками.
— Что это было? — крикнул Илиен.
Альберих уже был на ногах, выхватывая меч.
— Северная башня! — прорычал он. — Там хранятся магические кристаллы!
Второй взрыв — ближе, громче. Сквозь окна Лиза увидела столб чёрного дыма, поднимающийся над городом. В стекле отразилось багровое зарево — горело уже несколько кварталов.
— Это культ, — сказал Каен, и его голос был ледяным. — Начинается.
Они выбежали из дворца на площадь — и Лиза замерла.
Город, который ещё утром был спокойным и величественным, превратился в ад. Пламя пожирало дома, дым застилал небо, превращая солнце в тусклый багровый шар. Повсюду бежали люди — одни с криками, другие с оружием, третьи тащили детей и узлы с пожитками. Над крышами кружили чёрные тени — крылатые твари, которых Лиза никогда не видела.
— Гулли, — прошептал Каен. — Полусгнившие твари, питающиеся магией и плотью.
Они вылезали из канализации, из подвалов, из трещин в мостовой — десятки, сотни. Их кожа была серой, покрытой язвами, глаза горели алым, а из открытых ртов сочилась чёрная слизь. Стражи пытались их остановить, но гулли были быстры и неуязвимы для обычных мечей — только магия или серебро могли их убить.
— Лиза, за мной! — крикнул Каен, хватая её за руку.
Они побежали к северной башне, откуда доносились крики и звон оружия. Илиен и Альберих уже пробивались сквозь толпу, рубя монстров. Вокруг падали люди — одни в доспехах, другие в обычной одежде. Кровь смешивалась с грязью на мостовой.
Внезапно Лиза споткнулась о тело. Она посмотрела вниз — это был стражник в доспехах Дориата. Его лицо застыло в удивлении, но причина была не в ране — он был мёртв мгновенно, без единого пореза. Только чёрная метка на лбу, похожая на отпечаток пальца.
— Смотри, — сказал Каен, наклоняясь. — Это не монстры. Это работа убийцы. Один удар — и человек мёртв, даже не поняв, что произошло.
Они подняли головы. Впереди, у входа в сокровищницу, лежали ещё семь тел. Все с такими же метками. Двери были открыты настежь.
— Ветвь, — выдохнула Лиза. — Они украли её.
Она хотела рвануть вперёд, но Каен схватил её за плечо.
— Стой. Если убийца ещё внутри
— Я чувствую, — перебила Лиза, и голос её дрожал. — Я чувствую Ветвь. Она была здесь. Только что. Я вижу — она закрыла глаза, и перед внутренним взором вспыхнул образ: багровый свет, костяные стены, пульсирующая трещина в полу. — Я вижу её. Её несут туда, где тьма и кости.
— Чёрный собор, — сказал Каен. — Они уносят её в самое сердце Клоропаса.
Лиза открыла глаза. Боль в груди усилилась, амулет раскалился так, что обжигал кожу. Она пошатнулась, и Каен поддержал её.
— Держись. Мы ещё успеем.
Они выбежали наружу как раз в тот момент, когда к сокровищнице подоспели Альберих и Илиен с отрядом стражей.
— Украли, — констатировал Альберих, глядя на открытую дверь. Его лицо было белым от ярости. — Как? Как они прошли восемь стражей четвёртой звезды?
— Быстро и без шума, — ответил Каен, указывая на тела. — Это работа профессионала. Убийца уровня не ниже седьмой звезды. Возможно, восьмой.
Альберих посмотрел на него долгим, тяжёлым взглядом.
— Откуда ты знаешь про убийц седьмой звезды, Каен? — В его голосе прозвучала сталь. — Ты не воин Дориата. Ты не маг союза. Ты никто. А говоришь так, будто сам был среди них.
Каен выдержал его взгляд.
— Я был там, где убивают таких, как вы, — тихо сказал он. — И я видел, как работают мастера. Этого достаточно?
— Недостаточно, — отрезал Альберих. — Я требую
— Вы требуете? — Каен шагнул вперёд, и в его фигуре вдруг проявилось нечто, заставившее Альбериха замереть. Не угроза — сила. Древняя, нечеловеческая. — Вы потеряли ветвь Древа, ваша столица горит, а вы требуете ответов от человека, который пытается вас спасти. Не сейчас, Альберих. Потом. Когда мы вернём то, что потеряли.
Напряжение повисло в воздухе. Илиен положил руку на плечо Каену.
— Он прав, ваше величество. Сейчас важнее догнать культ.
Альберих сжал зубы, но кивнул.