- -
- 100%
- +
— Хорошо. Но потом ты ответишь на мои вопросы.
— Договорились, — сказал Каен.
...
Бой продолжался ещё несколько часов — жестоких, кровавых, бесконечных.
Лиза помогала раненым, лечила тех, кого успели достать гулли. Силы её таяли с каждым прикосновением, но она продолжала, пока перед глазами не поплыло. В какой-то момент она потеряла счёт времени — только сменяющиеся лица, стоны, мольбы о помощи.
Она увидела Сиру у южных ворот — женщина-маг сражалась вместе с горожанами, прикрывая их щитом. Её плащ был прожжён, на лбу — ссадина, но она держалась.
— Сира! — крикнула Лиза.
— Принцесса! — та обернулась на мгновение. — Южные ворота прорваны, но мы их отбили. Потери — она не договорила, увернувшись от удара гуля и вонзив жезл ему в глотку. — Потери огромны!
— Ты ранена?
— Царапина. Идите, я прикрою!
Лиза кивнула и побежала дальше.
Вскоре земля под ногами снова дрогнула — на этот раз сильнее. Небо над головой стало багровым, как будто сама вселенная истекала кровью.
— Что это? — спросила она у Каена, который прикрывал её спиной.
— Они начали ритуал, — ответил он. — Ветвь оскверняют. С каждым часом связь между мирами будет слабеть. Сначала перестанут работать порталы. Потом начнут умирать маги. А затем Хаос хлынет в каждый мир Туманного края.
Лиза закрыла глаза. Внутри всё горело — не от огня, а от чужой боли. Древо кричало. И она слышала этот крик.
К вечеру хаос удалось подавить — ценой огромных потерь.
Лиза шла по улицам Серебряного Предела, и каждый шаг давался ей с трудом. Город, который ещё вчера был символом силы и процветания, теперь походил на гигантский морг. Горели дома, дым смешивался с туманом, повсюду лежали трупы — людей, гулли, стражей.
На центральной площади горожане сжигали тела. Костров было несколько — они чадили чёрным дымом, поднимавшимся к багровому небу. Женщины плакали, мужчины стояли молча, сжимая кулаки. Где-то ребёнок — мальчик лет шести, грязный, в порванной рубашке — бегал среди взрослых и кричал:
— Мама! Мама!
Никто не отзывался. Лиза видела его мать — она лежала у северной башни, с чёрной меткой на лбу.
Мальчик подбежал к Лизе, схватил её за плащ.
— Ты видела мою маму? Она в синем платье, у неё длинные волосы
Лиза сглотнула ком в горле.
— Иди к той женщине, — она указала на Сиру, которая помогала раненым. — Она поможет тебе найти маму.
Мальчик убежал. Лиза смотрела ему вслед, и внутри что-то переворачивалось. Он никогда не найдёт её. И когда узнает правду — это убьёт его.Но она ничего не могла сделать. Только продолжать идти.
У дворца поминальные службы шли без перерыва. Монахи в серых рясах пели на древнем языке, и их голоса смешивались с плачем и стенаниями. Альберих стоял у временного алтаря, скрестив руки на груди. Его лицо было каменным, но Лиза заметила, как дрожат его пальцы.
— Потери? — спросила она, подходя.
— Почти триста убитых. Половина — мирные жители. — Он не повернулся. — Мои генералы ранены, двое — тяжело. Маги истощены. А я я позволил этому случиться.
— Вы не могли знать.
— Мог. Каен предупреждал. Вы все предупреждали. Я не послушал. — Альберих наконец повернулся. В его глазах горела ярость — но не на врага, а на самого себя. — Восемь стражей четвёртой звезды убиты за секунды. Как такое возможно?
— Этот убийца — не человек, — сказал подошедший Каен. — Или уже не человек. Он служит Архонту, Верховному Епископу Чёрного собора. И его уровень — не ниже вашего.
Альберих посмотрел на него долгим взглядом.
— Ты знаешь его?
— Я знаю таких, как он, — уклончиво ответил Каен. — Это всё, что я могу сказать сейчас.
Альберих хотел надавить, но Лиза перебила.
— Они унесли ветвь в Клоропас. Если мы не вернём её до того, как осквернение завершится, мы потеряем весь сектор.
— Клоропас отрезан, — возразил Альберих. — Порталы не работают.
— Найдутся другие пути, — сказал Каен. — Магические щели, через которые можно пройти пешком. Я знаю проводника. Он проведёт нас.
— Сколько времени у нас есть?
— Неделя. Может быть, десять дней. Потом будет поздно.
Альберих колебался недолго.
— Я соберу отряд. Мы пойдём с вами.
— Я пойду, — сказала Лиза, хотя внутренний голос шептал, что она едва держится на ногах.
— Вы ранены, — заметил Альберих.
— Я сильнее, чем кажусь, — ответила Лиза. — И без меня вы не сможете очистить ветвь, даже если вернёте.
Альберих посмотрел на неё, потом на Каена.
— Хорошо. Выступаем на рассвете. — Он повернулся к Илиену. — А ты, принц, останешься здесь. Нужен кто-то, кто займётся обороной города и похоронами.
Илиен не стал спорить — только кивнул, но Лиза заметила, как он сжал кулаки.
— Береги себя, сестра, — сказал он, обнимая её. — Вернись.
— Я вернусь, — пообещала Лиза. — Мы оба вернёмся.
...
Ночью, перед самым выступлением, Лиза стояла у окна в своей комнате.
Город затих. Пожары потушили, но дым всё ещё висел в воздухе, закрывая звёзды. Где-то внизу продолжались поминальные службы — монахи не смолкали.
— Ты готова? — спросил Каен, входя без стука.
— Нет. — Она повернулась к нему. — Я боюсь.
— Я тоже.
— Ты? — она удивилась. — Ты ничего не боишься.
— Боюсь, — повторил он, и в его голосе впервые прозвучала усталость. — Боюсь не успеть. Боюсь, что мы опоздаем. Боюсь потерять — Он замолчал.
— Потерять кого? — спросила Лиза.
Каен посмотрел на неё долгим взглядом. В его глазах отразился багровый свет — отблеск далёкого пожара или памяти.
— Тебя, — сказал он наконец. — Я боюсь потерять тебя.
Повисла тишина. Лиза не знала, что ответить. Сердце колотилось где-то в горле. Она сделала шаг к нему.
— Не потеряешь, — сказала она. — Я обещаю.
Она взяла его за руку. Каен не отстранился. Его пальцы были холодными, но когда они сжали её ладонь, Лиза почувствовала тепло.
— Тогда идём, — сказал он. — Время не ждёт.
Они вышли из комнаты, и дверь за ними закрылась.
Снаружи, на улицах Серебряного Предела, уже строился отряд — Альберих, его лучшие воины, Сира, наскоро перевязанная и хмурая, и несколько магов, чьи лица были бледными, но решительными.
Впереди был Клоропас — мир-рубеж, мир-кладбище.
Впереди была тьма.
Но Лиза не боялась. Рядом с ней шёл Каен, и этого было достаточно.
Глава 3
Отряд выступил затемно, когда звёзды ещё не успели погаснуть.
Серебряный Предел провожал их молчанием. Город, который ещё вчера гудел жизнью, теперь лежал в руинах. Над крышами поднимался редкий дым — дотлевали последние пожары. На площадях ещё не остыли костры, на которых жгли тела, и запах гари смешивался с утренним туманом, делая воздух тяжёлым, как свинец.
Илиен стоял у главных ворот, скрестив руки на груди. Он не спал всю ночь — разбирал доклады, организовывал оборону, хоронил павших. Его лицо было бледным, под глазами залегли тени, но он держался прямо.
— Возвращайтесь, — сказал он, глядя на Лизу. — Я не прощаюсь. Я говорю «до скорого».
— До скорого, брат, — ответила Лиза, обнимая его.
Илиен сжал её плечи. Его пальцы дрожали — он боялся, но не показывал.
— Береги его, — шепнул он ей на ухо. — И себя.
— Обещаю.
Она отстранилась и вскочила на коня. Рядом уже ждали Каен, Сира, Альберих и четверо его лучших воинов. Лотар остался в городе — он был нужнее там, с генералами. Вместо него с отрядом шёл молодой рыцарь Рейнар — и суровый ветеран, командир разведчиков, по имени Эрлан.
— Проводник ждёт нас у старой дороги, у развалин храма на границе миров, — сказал Альберих. — Он говорил, что знает тропу через магические щели. Если врёт
— Не врёт, — перебил Каен. — Я проверял.
Альберих бросил на него короткий взгляд. Напряжение между ними не исчезло, но сейчас было не до выяснений.
— Вперёд, — скомандовал Альберих, и отряд тронулся.
...
Они ехали весь день, пока серебряные шпили Серебряного Предела не исчезли за горизонтом.
Дорога вилась между холмов, поросших чахлым кустарником. Чем дальше они уходили от города, тем беднее становилась земля — трава желтела, небо серело, а воздух становился холоднее, словно сама природа чувствовала приближение Хаоса.
К вечеру они добрались до развалин старого храма на границе миров. Каменные стены покосились, крыша провалилась, но алтарь — массивная плита из чёрного камня — уцелел.
Солан сидел на крыльце, точил нож и не поднялся при их приближении. Мужчина лет сорока пяти, с жёстким, обветренным лицом и цепкими глазами, которые видели слишком много. На плече у него висел лук, за спиной — колчан с длинными стрелами. Одежда была поношенной, но добротной, из кожи и грубой шерсти.
— Солан, — представился он, когда Альберих спешился. — Я вас проведу. Но сначала — плата.
— Получишь, когда вернёмся, — ответил Альберих.
— Золотом. И сразу. Я не кредитор.
Альберих помрачнел, но отсчитал монеты. Солан небрежно ссыпал их в мешочек и повесил на пояс.
— Зачем тебе золото в таком месте? — спросила Лиза. — Здесь оно не накормит и не защитит.
Солан усмехнулся — горько, без веселья.
— У меня племянник в долговой яме в Серебряном Пределе. Если я не выкуплю его до конца луны, его отдадут культистам на опыты. Я уже потерял сестру. Ребёнка не отдам.
— И ты рисковал жизнью ради этого?
— А у тебя, принцесса, есть другой проводник?
Лиза замолчала. Солан поднялся, отряхнул штаны.
— Дорога будет тяжёлой, — сказал он. — Щели, через которые мы пойдём, не любят живых. Если кто боится темноты — оставайтесь здесь.
Никто не двинулся.
— Тогда идём, — он направился к алтарю.
...Магическая щель оказалась трещиной в реальности, скрытой за алтарём. Воздух перед ней мерцал, как над раскалённым песком. Изнутри доносились звуки — не то ветер, не то чей-то шёпот. Иногда из глубины доносились крики — может, тех, кто потерялся раньше.
— Держитесь за руки, — сказал Солан. — И не отпускайте, пока не выйдем с другой стороны. Если потеряетесь — будете бродить там вечно. Я видел таких. Они до сих пор бродят — без глаз, без памяти, без лица.
Лиза взяла Каена за руку. Его пальцы были тёплыми, и это немного успокаивало. С другой стороны её схватил Рейнар. Молодой рыцарь был бледен, но не от страха. Лиза заметила, что под его глазами залегли чёрные круги — он не спал с того момента, как погиб его отец.
— Ты готов? — спросила она.
— Отец погиб вчера при взрыве северной башни, — глухо ответил Рейнар. — Прикрывал отход женщин и детей. Я иду, чтобы отомстить. Мне не может быть страшно.
Лиза не нашлась, что сказать. Она просто кивнула.
— Идём, — бросил Солан и шагнул в мерцание.
Мир перевернулся.
Лиза почувствовала, как её тело выворачивает наизнанку, как время замедляется, а затем ускоряется. Вокруг мелькали образы — чужие миры, обрывки воспоминаний, лица, которых она никогда не видела. Кто-то кричал. Кто-то плакал. Рука Рейнара дрожала.
Вдруг её пальцы начали скользить — не то Рейнар ослаб, не то сама тьма тянула их в разные стороны.
— Держись! — крикнул Каен, перехватывая её за запястье.
В этот момент Лиза увидела. Сквозь мелькающие образы прорвалось лицо — женщина в белом платье, та же, что в её снах. Она стояла у подножия золотого Древа и смотрела прямо на Лизу. Губы её шевелились, но слов не было. А потом образ сменился багровым светом, костяными стенами и белыми глазами без зрачков — Архонт.
Лиза закричала — и провалилась в темноту.
А потом всё кончилось.
Она упала на колени на холодную землю, её вырвало. Рядом матерился Эрлан, Сира тяжело дышала, опираясь на жезл. Только Каен стоял прямо, как ни в чём не бывало.
— Ты привык? — спросила Лиза, вытирая рот.
— Я привык ко многому, — ответил он, не глядя на неё, но руку её не отпустил.
— Где Рейнар? — спросил Альберих, оглядываясь.
— Здесь, — молодой рыцарь поднялся с земли, бледный как полотно. — Я я выпустил её руку. Простите, принцесса.
— Ты её удержал? — спросил Каен.
— Нет. Это это вы схватили её первым.
Каен ничего не ответил. Он отпустил руку Лизы и отвернулся.
Солан поднялся с земли, отряхнулся.
— Добро пожаловать в Клоропас.
...
Мир, который они увидели, был мёртвым.
Небо здесь навсегда затянуло ржавой пеленой, сквозь которую не пробивался солнечный свет. Вместо солнца — тусклое багровое пятно, похожее на кровоподтёк. Воздух был тяжёлым, пах серой и гнилью. Даже камни под ногами казались больными — они хрустели, как пересушенные кости, и рассыпались в красноватую пыль.
— Клоропас, — сказал Солан, оглядываясь. — Мир-рубеж. Мир-кладбище. Когда-то здесь были шахты и военные посты. Теперь — только тьма и те, кто в ней живёт.
Вдали виднелись скалы — острые, чёрные, они уходили в небо, как клыки. Между ними темнели провалы ущелий. Кое-где на склонах виднелись руины — сторожевые башни, казармы, укрепления. Все они были разрушены или заброшены.
— Где Чёрный собор? — спросил Альберих.
— В глубине, — Солан махнул рукой куда-то на восток. — Два дня пути через Мёртвую топь. Если повезёт.
— Что значит «если повезёт»?
— А то, что в топи водятся твари, которых вы не видели даже в кошмарах. И они голодны.
...
Они двинулись в путь.
Земля под ногами была рыхлой, ноги увязали в пепле. Лиза чувствовала, как амулет на груди пульсирует в такт её сердцу — и ещё в такт чему-то далёкому, огромному, что билось глубоко под землёй.
— Ты слышишь? — спросила она у Каена.
— Сердце Древа, — ответил он. — Оно умирает.
— Или борется?
— И то, и другое.
Вскоре они вышли к лесу — если, конечно, можно было назвать лесом то, что осталось от прежних зелёных массивов. Деревья стояли чёрными скелетами, их корни тонули в жиже, испускавшей зловонные пузыри. Это была Мёртвая топь.
Солан шёл первым, аккуратно ступая на кочки. За ним — Рейнар и Эрлан, потом Лиза и Каен, а замыкали Альберих и Сира.
— Тише, — шепнул Солан. — Они чувствуют шаги.
— Кто? — спросил Рейнар.
Ответ пришёл сам собой.
Из жижи вынырнуло нечто — серое, склизкое, с множеством глаз и щупалец. Хаосит. Оно зашипело и бросилось на Рейнара. Каен среагировал первым — меч сверкнул, и тварь распалась на две половинки.
Но не умерла. Половины продолжали извиваться, пытаясь соединиться. Одна из них вцепилась в сапог Эрлана, другая — в плащ Рейнара.
— Рей, добивай! — крикнул Эрлан, отшвыривая тварь ногой.
Молодой рыцарь вонзил меч в голову твари несколько раз, пока она не затихла. Но её предсмертный крик разнёсся над топью, и вдалеке послышались новые звуки — шуршание, шипение, топот множества лап.
— Они идут! — закричал Солан. — И каждую тварь нужно убивать дважды, иначе она восстанет. Бежим!
Альберих приказал ускориться. Отряд побежал, перепрыгивая через кочки и трупы деревьев. Позади слышалось всё больше шороха — десятки, сотни тварей просыпались и тянулись к ним, привлечённые криками погибшей.
— Сюда! — крикнул Солан и нырнул в расщелину между скалами.
Они забились в узкий проход, где монстры не могли их достать. Твари копошились снаружи, шипели, скребли когтями по камню, но войти не решались — боялись тесноты.
— Это только начало, — сказал Альберих, тяжело дыша. — До собора ещё далеко.
— Мы дойдём, — ответил Каен. — У нас нет выбора.
...
Тем временем, глубоко под землёй, в сердце Чёрного собора
Архонт стоял перед оскверняемой Ветвью.
Она больше не походила на священный артефакт — её серебряная кора почернела, с неё свисали капли чёрной смолы, а свет, который она излучала, стал багровым, пульсирующим.
— Ритуал идёт по плану, — доложил Маэль, появляясь из тени.
Архонт не обернулся.
— У нас гости?
— Отряд Альбериха. Они уже в Клоропасе. Через два дня будут здесь.
— Альберих — Архонт усмехнулся. — Самонадеянный глупец. Он думает, что его восьмизвёздная сила что-то значит перед лицом Хаоса.
— С ним идёт та, кого вы приказали привести, — добавил Маэль. — Принцесса Альтаира.
Архонт наконец повернулся. Его белые глаза вспыхнули.
— Принцесса. — Он произнёс это слово так, будто пробовал его на вкус. — Богиня Жизни была растерзана в древней войне. Её кровь разлетелась по мирам, словно семена. Одна из капель — в этой девчонке. Она сама не знает, что носит в себе. Но я знаю.
— Прикажете убить её?
— Нет. — Архонт покачал головой. — Приведи её ко мне живой. Я хочу выпить её кровь — и тогда частица Богини станет моей. Я сольюсь с Древом и перепишу эту реальность заново.
Маэль кивнул.
— А остальных?
— Остальных — Архонт улыбнулся. — Оставь Хаосу. Он справится.
Маэль растворился во тьме. Архонт снова повернулся к Ветви.
— Слышишь, Древо? — прошептал он. — Твоя дочь идёт ко мне. И когда я выпью её кровь, я стану сильнее тебя.
Ветвь пульсировала в ответ — не то мольба, не то предупреждение.
Но Архонт не слушал.
...
Отряд выбрался из расщелины только на рассвете.
Твари исчезли — может, ушли на охоту в другие места, может, испугались дневного света, которого в Клоропасе почти не было. Вместо солнца — багровая пелена, вместо неба — ржавая мгла.
— Нам нужно найти укрытие, — сказал Солан. — Дальше — открытое пространство, а там нас заметят культисты.
— У меня есть карта старых постов, — сказал Эрлан, разворачивая пергамент. — Ближайший — в часе ходьбы. Там должны быть припасы и защитные контуры.
— Если они ещё работают, — заметила Сира.
— Проверим.
Они двинулись дальше. Лиза шла молча, перебирая в голове сцены прошедшего дня. Ветвь оскверняется. Хаос наступает. А мы — маленький отряд в мёртвом мире, и от нас зависит, выживет ли Туманный край.
— Ты слишком много думаешь, — сказал Каен, поравнявшись с ней.
— А ты слишком мало говоришь.
— Мы оба придерживаемся своих ролей.
Она хотела ответить, но в этот момент впереди раздался голос Рейнара.
— Пост! Я вижу пост!
...
Это была старая сторожевая башня, вросшая в скалу. Её стены покрывала паутина трещин, но в целом она держалась. Внутри сохранились нары, очаг и даже небольшой запас дров.
— Я разведу огонь, — сказал Солан. — В этом мире любой свет — защита. Твари не любят огня.
— А люди? — спросила Лиза.
— Люди здесь давно уже не люди.
Они расположились на ночлег. Сира наложила защитные руны на вход, Альберих выставил часовых. Эрлан и Рейнар осматривали окрестности, но вокруг была только тьма и тишина.
Лиза села у стены, прижав колени к груди. Амулет почти не грелся — но боль внутри оставалась.
— Держи, — Каен протянул ей флягу с водой. — Пей.
— Спасибо.
Она сделала глоток. Вода была тёплой, с металлическим привкусом — всё здешнее было отравлено Хаосом.
— Мы успеем? — спросила она.
— Должны.
— Это не ответ.
Каен сел рядом.
— Я знаю. — Он помолчал. — Я не могу обещать, что мы все выживем. Но я обещаю, что сделаю всё, чтобы ты осталась жива.
— А ты?
— Со мной не бойся. Я уже умирал. Один раз — хватило.
Она посмотрела на него. В тусклом свете очага его лицо казалось чужим — не старым, нет, просто выцветшим. Как будто он носил в себе тысячи лет, и каждый из них оставил свой след, невидимый для посторонних.
— Каен кто ты на самом деле?
Он молчал долго. Потом взял её руку, переплёл пальцы.
— Тот, кто когда-то любил. И потерял. И теперь пытается любить снова.
Она хотела спросить больше, но не стала. Впервые она почувствовала, что он готов раскрыться — но не сейчас. Не здесь, среди мёртвых деревьев и багрового неба.
— Когда вернёмся, — сказала она. — Ты расскажешь мне всё.
— Хорошо, — ответил Каен. — Когда вернёмся.
Он не отпускал её руку. И она не отпускала его.
Снаружи выл ветер — или, может быть, это был Хаос, предвкушающий добычу.
Н
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.