Слияние двух океанов

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Шейх Загео бин Султан аль Фаррах был крайне недоволен. И не только совершенно возмутительным вторжением на территорию дворца его матери, но и тем фактом, что их частной гаванью на острове Занзибар посмел воспользоваться французский наркоторговец, пришвартовавший здесь свою яхту. Этот негодяй пытался откупиться от него, предложив… женщину.

Неужели этот жалкий, вульгарный тип мог подумать, что имеет дело с мужчиной, способным принять подобное предложение?

– Она совершенно особенная! – Похоже, наркодилер был еще и опытным сутенером. – Натуральная рыжеватая блондинка. Прекрасные голубые глаза. Роскошная грудь, тонкая талия, длинные ноги… – Руки француза нарисовали в воздухе песочные часы.

– И к тому же девственница? – насмешливо перебил шейх, все сильнее презирая этого человека, пытающегося выторговать свободу в обмен на свою шлюху.

– Да! Совершенно невинна! – тотчас ответил Жак Арно, при этом ни один мускул на его лице не дрогнул.

Каков лжец! Как может быть невинной сообщница преступника?

– И где же эта драгоценная жемчужина? – насмешливо протянул Загео.

– На моей яхте. Если вы прикажете своей охране, – француз нервно оглянулся на охранников, схвативших его на пристани, – проводить меня к яхте, они приведут ее к вам.

А сам он поспешит удрать. Отличная идея!

– Значит, на яхте… То есть вы проплыли по Красному морю, затем вдоль половины восточного побережья Африки, доплыли до Занзибара и ни разу не коснулись такой роскошной женщины?

Француз пожал плечами.

– Глупо портить такой высококлассный товар.

– И где же вы раздобыли этот высококлассный товар?

– На одном из курортов, где она работала тренером по дайвингу. Она согласилась помочь провести яхту до острова. – Француз цинично усмехнулся.

– Да, с ее стороны было глупо довериться вам.

– Женщины вообще глупы. Особенно те, кто чист душой.

– Меня вы тоже считаете глупцом? – Загео гневно изогнул бровь.

– Я говорю с вами откровенно, – быстро ответил Жак. – Вы можете получить ее. Без проблем. – Он выразительным взглядом окинул пышное экзотичное убранство гостиной. – При том, что вы можете предложить, вряд ли придется долго ее уламывать. Если, конечно, вы не предпочитаете брать женщин силой, – добавил Жак с отвратительной ухмылкой.

И тут гнев Загео прорвался наружу.

– Только что вы нарушили еще один закон, мсье. Работорговля была запрещена на Занзибаре больше века назад.

– Но человек вашего положения и влияния… Кто станет интересоваться, что вы делаете с женщиной, которую никто не знает и никогда не видел?! Даже если она сбежит…

– Довольно! – Загео подал знак охранникам. – Уведите его. Проверьте, есть ли на яхте женщина. Если она на борту, доставьте ее ко мне.

Жак Арно явно встревожился.

– Вы увидите, она именно такая, как я вам рассказал. Если вы будете удовлетворены… – быстро заговорил он.

– О, да! Я буду удовлетворен, мсье. Так или иначе, – пугающе бархатистым голосом произнес Загео и махнул своим людям, чтобы они выполняли приказание.

Он очень сомневался, что женщина существует на самом деле. Но даже если и существует, то вряд ли соответствует описанию. Загео подозревал, что француз попросту искушал его в расчете вернуться на свою яхту и сбежать. Несмотря на то, что охранники вооружены, неожиданность могла сыграть Арно на руку.

Однако если сообщница у него все-таки есть, она тоже должна быть арестована и передана властям. Даже если она непосредственно не участвует в торговле наркотиками, то в любом случае может сообщить важную информацию.

Загео расслабился, откинувшись на спинку кресла, похожего на трон. Протянув руку, он взял с плетеного столика стакан с соком манго и медленно, небольшими глотками стал пить. Гнев, вызванный попыткой француза использовать сексуальную «валюту» в торговле за свободу, перекинулся на Вероник, отказавшуюся сопровождать его в этой поездке. «Ты будешь занят делами, дорогой, – мило посетовала она. – Тебе будет не до развлечений».

Неужели глубина их отношений определяется количеством развлечений? Его трехмесячная деловая поездка была связана с инспекцией сети отелей и роскошных курортов в прекрасных экзотических местах Африки. Какие еще развлечения нужны Вероник, чтобы быть довольной?

Загео отдавал себе отчет, что для весьма востребованной французской модели марокканского происхождения жизненные удовольствия заключаются в безделье, развлечениях и шопинге. И его любовницей она является только по той причине, что он может все это ей обеспечить.

Похоже, пора с этой ситуацией заканчивать. Он и так слишком долго потакал ее прихотям. Вероник, безусловно, была роскошной женщиной, она умела одеться так, чтобы подчеркнуть свою экзотическую красоту смуглокожей мулатки. Но на этот раз Загео глубоко задело ее невнимание к его желаниям и потребностям, и даже хороший секс не способен окупить это.

Отец прав – пора заканчивать это слишком затянувшееся холостяцкое существование и связи с женщинами чужих культур и найти подходящую жену. Ему тридцать пять, и настало время задуматься о создании семьи. Следует порвать с Вероник и заняться поиском невесты – какой-нибудь образованной девушки из влиятельной семьи, которая станет его надежным тылом, разделит его жизнь не только в постели, но и в повседневных заботах. Сейчас мысль о продажном бездушном сексе была особенно противна Загео, и он решил дать это понять сообщнице Жака Арно, той особе, которая якобы находится на его яхте.

Загео очень захотелось, чтобы женщина существовала на самом деле. Он надеялся, что его люди найдут ее на борту, и уже предвкушал, какое получит удовольствие, продемонстрировав ей, что вся ее хваленая привлекательность абсолютно не трогает его.

ГЛАВА ВТОРАЯ

– Я выберусь отсюда! Обязательно выберусь!

Эмили Росс повторяла эти слова, продираясь через мангровые заросли. Бормотание, выражающее горячую решимость, перемежалось всплесками самобичевания.

– Какая же я дура! Только последняя идиотка могла довериться Жаку! Нужно было не пожалеть денег и добираться сюда самолетом. Надежно и безопасно…

Она слишком поздно поняла, что Жак не из тех, кто держит свое слово. Подняться на яхту Жака невзирая на его незаконный бизнес ее заставило желание поскорее оказаться на Занзибаре, добраться до Стоун-Тауна и увидеться с Ханной.

Осознав же всю опасность своего положения, Эмили вплавь решила добраться до берега, сложив свои вещи в водонепроницаемый пакет. Можно сказать, что ей повезло – на нее не напали акулы, ее ноги не были изрезаны раковинами, кораллами и острыми подводными камнями. Осталось найти выход из этих мангровых джунглей.

– Я не дам обстоятельствам сломить меня! Я обязательно выберусь!

Освободившись из паутины корней мангрового кустарника, Эмили выбралась наконец на сушу, которая оказалась, увы, лишь прибрежной насыпью у небольшого залива. Опять вода! Но за ней несомненно была цивилизация – Эмили видела вдалеке большой и ухоженный участок земли. Худшее позади!

От полного изнеможения у Эмили дрожали ноги. Она рухнула на прибрежную насыпь и позволила себе заплакать облегчающими слезами. Но через несколько минут выработанная привычка к самоконтролю возобладала – пусть главные трудности позади, до конца путешествия еще ой как далеко.

Но она свободна!

Эта мысль придала ей сил. Свободна от Жака Арно… Свободна от коварных мангровых зарослей… Свободна идти куда и когда захочет!

Эмили успокоилась и попыталась реально оценить свое положение. На другой стороне залива виднелась высокая каменная стена. Наличие жилья порождало надежду на то, что где-то неподалеку должна быть и дорога.

Она шла по берегу залива, пока каменная стена не оказалась прямо напротив нее. Эмили подумала о том, что как только она преодолеет эту последнюю водную преграду, то сможет привести себя в порядок и переодеться в юбку и футболку, которые лежат в непромокаемом пакете. Бикини вряд ли подходящая одежда для встречи с местными жителями, а ей так или иначе придется общаться с ними, чтобы выяснить дорогу до Стоун-Тауна.

По пояс в воде, увялая в грязи и ненавидя каждый метр своего пути, Эмили была полностью сосредоточена на том, чтобы не упасть, как вдруг услышала повелительный окрик:

– Стоять!

Французский глагол в повелительном наклонении был явно адресован ей. Сердце Эмили бешено заколотилось от испуга, когда она увидела двух высоких и крепких мужчин с оружием в руках. В белых рубашках и брюках с черными поясами и кобурой они походили скорее на полицейских, чем на гангстеров из наркомафии, но Эмили не знала, хорошо это для нее или плохо. Если они поймали Жака и считают ее причастной к его криминальному бизнесу – не случайно же они обратились к ней по-французски. – она вполне может оказаться в тюрьме.

Один из мужчин достал мобильный телефон и что-то быстро проговорил по-арабски, другой жестом приказал Эмили приблизиться. Нацеленное на нее оружие исключало неповиновение, и ей оставалось только надеяться на то, что эти люди были все-таки представителями закона на этом острове и закон будет к ней справедлив.

Когда она добралась до берега, один из мужчин подошел к ней и выхватил из рук водонепроницаемый пакет с вещами.

– Подождите! В нем все, что у меня есть! – панически запротестовала Эмили.

В пакете были ее паспорт, деньги и одежда. Наверняка эти люди подумали, что в пакете контрабандный товар или наркотики, поэтому она сама попросила проверить его содержимое.

– Посмотрите! Там только личные вещи!

Никакой реакции. Мужчины полностью проигнорировали ее отчаянные попытки вступить с ними в контакт сначала на английском, а потом хоть и на плохом, но все-таки французском. Вместо ответа ее подхватили под локти и быстро повели прямо по подстриженной лужайке к огромному трехэтажному белому зданию. По крайней мере оно не похоже на тюрьму, подумала Эмили, отчаянно пытаясь унять страх, с новой силой охвативший ее.

Все этажи здания были опоясаны верандами с колоннами и балюстрадой в виде изящных железных кружев. Эмили подумала, что это строение – образец британской колониальной архитектуры… и вполне может оказаться зданием суда!

Господи, неужели Жак торговал наркотиками прямо под носом судебной бюрократии?!

А вдруг это насквозь коррумпированная бюрократия? Эта мысль испугала Эмили еще больше. Она была иностранкой, к тому же полураздетой, а единственное удостоверение личности – паспорт – у нее отобрали.

Высокие, около четырех метров, зловеще черные, окантованные витиеватой резьбой и рядами больших латунных кнопок двери, у которых они остановились, вызвали у нее очередной приступ страха. А когда они начали медленно открываться, Эмили подсознательно почувствовала, что сюда принято входить только со склоненной головой и потупленным взором.

Первое, что она увидела в просторном холле, был роскошный персидский ковер на полу из темного дерева. Боковым зрением Эмили отметила прекрасные вазы, смахивающие больше на музейные экспонаты. Такая обстановка дарила надежду на то, что ситуация, возможно, не столь безвыходна.

Эта вспыхнувшая надежда позволила Эмили поднять глаза, чтобы осмотреться получше. Ее привели в просторный атриум, обставленный как королевская приемная.

Широкая галерея, ведущая в остальные помещения первого этажа, была углублена на две ступеньки относительно холла и имела выходы на веранду. Высоко вверху здание венчал купол, по окружности которого свисали фантастической красоты люстры из цветного стекла, образуя причудливые каскады.

Как бы Эмили ни была потрясена увиденным, ее взгляд сразу же остановился на мужчине, который был, безусловно, главной достопримечательностью даже среди этой роскоши. С величественным достоинством он поднялся с красного кресла-трона. Его одежда – длинная белая туника, поверх которой была надета безрукавная, по-королевски пурпурная мантия, отделанная золотым галуном, – говорила о его арабском происхождении, но он в большей степени походил на испанского аристократа, чем на араба. В чем у Эмили сомнений не возникло, так это в том, что в своей жизни она еще не встречала такого потрясающе красивого мужчину.

Впрочем, слово красивый не отражало полностью того, как выглядел этот человек. Черты его лица были безупречны, словно созданы резцом талантливейшего скульптора. Густые черные волосы были откинуты со лба и прядями ниспадали за уши. Такое необычное и смелое обрамление лица подчеркивало разлет бровей, глубину темных глаз, классическую форму прямого носа. Верхняя губа была чуть тоньше и резче очерчена по сравнению с нижней, более полной и чувственной.

Мужчина притягивал, интриговал и был, по мнению Эмили, очень красив, но в то же время в нем безошибочно угадывалось врожденное мужское высокомерие, которое рождало в ней примитивную женскую тревогу, ускоряющую ток крови. Да, выглядел он потрясающе, но был очень… иностранцем и явно оценивал ее женские достоинства.

Поскольку мужчина находился на чуть более низком уровне пола, у Эмили вдруг возникло странное ощущение, что она перенеслась в то время, когда Занзибар был самым крупным мировым центром работорговли, и почувствовала себя пленницей, выставленной на помост, где продавался живой товар.

Незнакомец заговорил с одним из охранников, державших Эмили, на арабском. Вдруг с ее головы резко сорвали шарф, которым она удерживала волосы, а затем грубо выдернули заколки. Освобожденная масса волос рассыпалась по ее плечам, и спине.

– Эй! – закричала Эмили в испуге, что с нее сорвут и бикини. Чувствуя себя крайне уязвимой, она с ужасом ожидала дальнейших приказаний.

То ли араб, то ли испанец вдруг бегло заговорил по-французски, при этом взгляд его был весьма циничным, а усмешка – сардонической. Хотя Эмили за время своих путешествий и приобрела некоторые поверхностные знания разных языков, она ничего не поняла из этого стремительного потока французских слов.

– Послушайте, я не француженка, понимаете? – взмолилась Эмили. – Вы случайно по-английски не говорите?

– То есть… – одна из черных бровей незнакомца поползла вверх, демонстрируя скептическое недоверие, – вы хотите сказать, что вы – англичанка?

– Не совсем. Я из Австралии. Мое имя – Эмили Росс. – Эмили кивком указала на свой пакет, отобранный охраной. – Мой паспорт удостоверит…

– При данных обстоятельствах это не столь важно, – сухо перебил ее мужчина.

Эмили глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями и оценить сложившуюся ситуацию.

– Тогда могу я спросить, что для вас важно, мсье?

Но мсье заговорил совсем о другом.

– К моему большому удивлению, Жак Арно описал вас абсолютно точно. – В голосе мужчины отчетливо слышалась насмешка, а в глазах сквозила издевка. – Любопытно выяснить, насколько правдив он оказался и в остальном?

– Что он вам наговорил? – спросила Эмили и стиснула зубы, готовясь выслушать поток лжи.

– Например, что вы – девственница. Девственница?

Эмили прикрыла глаза, в ее мозгу молнией сверкнуло ужасное подозрение. Разговор о девственности мог означать только одно.

Жак Арно… Этот негодяй, обманом заманивший ее на яхту… Этот хитрый, беспринципный наркоделец, который ради собственных интересов готов на все… Жак наверняка предложил сделку – его шкура в обмен на Эмили в качестве секс-рабыни.

– Нет! – Эмили едва не задохнулась от яростного негодования, враждебно глядя на потенциального рабовладельца. – Конечно же, нет!

– А я и не поверил этому, – небрежно пожав плечами, ответил мужчина. Его холодный тон резко контрастировал с ее горячностью. – Это с вашей-то профессией исполнительницы танцев живота! Уверен, у вас отбоя не было от клиентов.

– Танцев живота? – неожиданно высоким голосом переспросила Эмили.

Мужчина бросил на нее раздраженный взгляд.

– Среди прочего багажа на яхте были найдены ваши костюмы, которые вы в спешке бросили, удирая с яхты, чтобы избежать поимки и ареста.

Поимки!

Значит, Жак арестован за торговлю наркотиками, и его яхту обыскали. Вот что навело этого человека на мысль о том, что она, якобы осознав безвыходность своего положения, бросилась в воду во избежание ареста.

– Я убежала с яхты не из-за страха ареста, мсье. Я бежала из плена, в котором находилась на этой яхте.

– Жак Арно удерживал вас против воли?

– Да. А костюмы для танцев живота, найденные вами при обыске, принадлежат не мне, уверяю вас, – продолжала горячиться Эмили, негодуя на то, что ее буквально в лицо назвали шлюхой.

Жар, с которым она говорила, постепенно охватывал все тело под бесцеремонным взглядом незнакомца, медленно и дерзко скользившим по изгибам ее женственного тела – полной груди, тонкой талии, округлым бедрам и безупречной формы ногам с изящными лодыжками.

– Ваши физические данные наводят на иные мысли, мисс Росс, – иронично заметил ее потенциальный хозяин.

– Я – профессиональный инструктор по подводному плаванию. У меня сертификат, удостоверяющий это. Он находится среди документов в пакете, который отобрали ваши люди.

Ее мучитель улыбнулся, продемонстрировав ряд белоснежных зубов, но что-то в этой улыбке подсказало Эмили, что ему хочется разорвать ее на мелкие кусочки и полакомиться ими.

– Мой опыт говорит, что люди могут быть весьма… разносторонними, – насмешливо заметил он.

– Да, в этом вы не ошибаетесь, – резко ответила Эмили. – Но я думаю, что вам пора назвать себя и объяснить, по какому праву вы обращаетесь со мной подобным образом.

Эмили злилась из-за того, что находится в таком зависимом положении. Мысль о склоненной голове и потупленном взоре давно покинула ее. Она смотрела прямо на мужчину, требуя ответить на свой вопрос.

– Вы задержаны потому, что вторглись во владения моей семьи, и потому, что тесно связаны с человеком, занимающимся криминальной деятельностью в этих самых владениях, – отрезал тот.

– У вас нет доказательств! Мужчина презрительно закатил глаза.

– Клянусь, я не замешана в делах Жака, – настаивала Эмили. – А костюмы, которые вы нашли, принадлежат женщине, которую он выдавал за жену. Меня же обманом заставили остаться на яхте.

– Обманом?

– Мне очень нужно было попасть на Занзибар. Жак сказал мне, что плывет до Мадагаскара и высадит меня здесь, если я помогу…

– …в его наркобизнесе.

– Нет, в качестве члена экипажа. Я не знала о его делах до тех пор, пока не проснулась на борту яхты в открытом море, напичканная наркотиками.

– Значит… – Вдруг в его глазах что-то вспыхнуло, заставив Эмили напрячься еще сильнее, пока он заканчивал фразу. – Вы настаиваете, что являетесь невинной жертвой?

– Я и есть невинная жертва, – подтвердила она. – Предполагалось, что я стану компаньонкой его жены и еще одним членом экипажа.

Черная бровь презрительно взметнулась вверх.

– И где же эта самая жена?

Эмили глубоко вздохнула. Вероятно, ее история кажется неправдоподобной, но она такова. Ей больше нечего было сказать в свою защиту.

– Я не знаю. Она исчезла. Когда я пришла в себя утром, ее не было на борту яхты.

– Ушла, значит, – протянул он. – Даже не взяв свои костюмы? – язвительно уточнил он.

Эмили отчаянно пыталась найти хоть какое-то правдоподобное объяснение.

– Может быть, она бросила их, чтобы незаметно сбежать от Жака. Я тоже была вынуждена оставить много своих вещей на яхте.

– При попытке сбежать?

– Да.

– Сбежать от чего, мисс Росс? – вкрадчиво спросил мужчина. – Вы должны признать, что Арно выполнил свое обещание доставить вас на Занзибар.

– Он обещал доставить меня в гавань Стоун-Тауна, мсье.

– Эта частная гавань находится как раз на пути в Стоун-Таун, мисс.

– Я не была в этом уверена. После завершения своих дел здесь, Жак мог направиться прямо на Мадагаскар, продолжая насильно удерживать меня на яхте.

– И поэтому вы решились на опасный заплыв в незнакомых водах? А потом в темноте пробирались через непроходимые мангровые заросли? Это был шаг отчаявшегося человека, мисс Росс…

– Это был шаг решившегося человека, мсье, – поправила его Эмили, чувствуя себя действительно отчаявшейся.

– …отчаявшегося человека, готового на все, лишь бы избежать тюрьмы. Я бы сказал, виновного человека…

– Я не сделала ничего плохого! – закричала Эмили. – Я пообещала своей сестре, что приеду к ней в Стоун-Таун…

– Сестра? Кто она?

– А кто вы?! – парировала Эмили, устав от этого одностороннего допроса. – У нас с сестрой важное личное дело, но я не собираюсь рассказывать о нем первому встречному незнакомцу.

– Я – шейх Загео бин Султан аль Фаррах, – высокомерно произнес мужчина.

Шейх! Или султан? Эмили показалось, что прозвучали оба эти слова. Впрочем, вместе или по отдельности они объясняли роскошь этого потрясающего места. Но какова его власть здесь?

– Насколько я знаю, Занзибар уже давно не под властью султаната и островом управляет правительство Танзании, – заметила Эмили не без ехидства.

– Несмотря на это Занзибар сохранил собственное правительство, – резко ответил шейх. – И у меня здесь достаточно власти и влияния. Вместо того чтобы перечить мне, вам следовало бы вести себя более почтительно, мисс Росс, чтобы завоевать мое расположение.

– А что мне даст ваше расположение?

Глаза шейха опасно блеснули, и нервы Эмили напряглись до такой степени, что она почувствовала себя сжатой пружиной, готовой вот-вот разжаться. Если он имеет в виду секс… если он только посмеет опустить взгляд ниже… Эмили чувствовала, что проиграла, но была готова драться, как дикая кошка.

– Я думаю, вам нужно время, чтобы обдумать свое положение, мисс Росс, – вкрадчиво произнес шейх, – осознать, что только чистосердечное признание может облегчить вашу участь.

Эмили уже поняла, что ей не следовало прибегать к наступательной тактике, а предпочесть самоуничижительную манеру поведения.

– Давайте продолжим наш разговор, когда вы немного отдохнете и почувствуете себя более комфортно. Примите горячую ванну, переоденьтесь, подкрепитесь…

Эмили не верила своим ушам.

– Я прикажу своим людям сопроводить вас на женскую половину.

Сейчас Эмили не волновало, что «женская половина» вполне может оказаться гаремом, полным жен и наложниц. Она просто снова хотела оказаться среди женщин, погрузиться в горячую ванну и вымыться, а потом переодеться, чтобы почувствовать себя более защищенной от слишком мужского взгляда шейха Загео бин Султан аль Фарраха.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Загео быстро осмотрел содержимое непромокаемого пакета Эмили. Паспорт… Согласно этому документу, если он, конечно, подлинный, Эмили Росс была гражданкой Австралии, родилась в городе Каирнс. Судя по указанной дате, ей сейчас 28 лет.

– Ты слышал о таком месте… Каирнс? – спросил он своего самого надежного помощника Абду-ла Хаджи.

– Это город на восточном побережье Австралии, в северной части Квинсленда, второго по величине австралийского штата, – немедленно ответил Абдул, вновь продемонстрировав свою незаменимость на службе у шейха.

– Так… Документ, удостоверяющий, что мисс Росс является инструктором по дайвингу, – продолжал Загео. – К нему прилагаются, – он указал на стопку документов, – рекомендации работодателей, которые, по всей видимости, пользовались ее профессиональными услугами. Их, конечно, трудно сразу проверить из-за разницы во времени, но через несколько часов…

Сертификат был датирован шестью годами раньше. Значит, Эмили работала инструктором по дайвингу с двадцати двух лет.

– Тот курорт на Красном море, где Арно, по его словам, подобрал эту женщину…

– Этот курорт знаменит своими коралловыми рифами, – тут же отреагировал Абдул. – Однако там также много всякого рода развлекательных заведений, где исполняют танец живота.

На лице Загео появилась ироничная усмешка.

– Очень скоро мы узнаем, как на самом деле обстоят дела. – Он указал на небольшой сверток с одеждой. – Это выглядит как… спасательный набор.

– Его можно легко пополнить – приобрести все необходимое в ближайшем магазине, – резонно заметил помощник.

Загео взял в руки небольшую пачку американских долларов.

– Здесь совсем немного.

– Наверняка мисс Росс рассчитывала воспользоваться кредитной карточкой.

Карта Visa лежала тут же. По ней можно легко проследить денежные операции, что крайне рискованно, если занимаешься преступной деятельностью.

– Если она преступница, наличных денег должно быть больше, – произнес Загео.

Абдул пожал плечами.

– На самом деле у нас нет никаких доказательств о ее соучастии. Я склонен верить, что она договорилась с Арно о том, что он доставит ее сюда в обмен на работу на яхте.

– Точнее, в его постели.