Старший лейтенант Зайка

Все персонажи и описываемые события являются вымышленными. Любые совпадения с реальными людьми или событиями – случайны.

«Самое важное – с первой секунды показать, что тебя следует уважать», – рассуждал новоиспеченный майор полиции Роман Мартьянов, паркуясь у здания Управления МВД города Краснодара. Отличник учёбы, боевой офицер и добросовестный сотрудник, Роман долго ожидал серьёзного назначения. И вот, спустя несколько лет, его самоотверженность, резвость и преданность профессии смогли оценить по-достоинству – сегодня он заступал в должность начальника отдела уголовного розыска по городу Краснодару. Безусловно, для него это был прорыв. Ещё в юности он дал себе обещание добраться до высокого поста, не злоупотребляя и не изменяя своим внутренним принципам. И вот Роману уже 35, и теперь настала его эра наводить порядок и бороться с системой. Конечно, служба в органах не могла не наложить отпечаток на судьбу мужчины. Несмотря на свою явную привлекательность – высокий рост, смоляные кучерявые волосы, резкий профиль, доставшиеся от отца-кабардинца, небесные глаза – от матери, паспорт не был запятнан штампом, равно, как и сердце. Оно и понятно – редкая женщина выдержит постоянное отсутствие супруга в доме, да и в жизни в целом. Роль офицерской жены с трудом подходила современным барышням, и Романа устраивало такое положение дел. Вниманием противоположного пола он не был обделён, а для всего остального, вроде семьи, борщей и совместных вечеров перед телевизором, приспособлен. Мужчина вырос без отца, рано пошёл работать, чтобы помогать измотанной матери, и понятия не имел, что такое настоящая семья, согласно общепринятым канонам. Но он ни о чём не жалел. Не будь в его жизни всего этого, не закалился бы характер, и не стал бы он тем, кем является сейчас.

Южная жара являла собой нечто непривычное и ошеломляющее для человека севера. Роман раздраженно одёрнул форменную рубашку, прилипшую к телу. Краснодар начал испытывать майора на прочность с самого приезда два дня назад. То проколотые шины, то пробки, то отсутствие горячей воды. Теперь ещё и сорокоградусная жара. «Нас этим не проймешь», – подумал Роман, – «мы договоримся». Этот день точно пройдёт идеально. Будучи отличным руководителем, Рома успел ознакомиться с личными делами подчинённых заблаговременно. В целом, всё было весьма многообещающе. Показатели в норме, сотрудники достойные, остальное – дело техники и времени.

В кабинете уже собрались коллеги. Роман зашёл в сопровождении Главы управления. После короткого представления и прочих формальностей, полковник покинул собрание, оставив майора для проведения первой летучки.

– Итак, раз все в сборе, то приступим, – начал Роман, но его прервал щуплый молодой человек, на вид лет двадцати с небольшим. «Ага, это, скорее всего, лейтенант Галушко Фёдор. Сразу после академии в пекло. Застенчив, но самоотвержен» – мысленно повторил слова из характеристики Роман, – что хотите сказать лейтенант Галушко?

Молодой человек удивился и зарделся.

– Товарищ майор, отсутствует старший лейтенант Зайко. Она предупредила, что скоро будет.

– Она? Хм…в характеристике не уточнили имени, не знал. Благодарю за информацию, но давайте сразу проясним, распорядок трудовых будней необходимо соблюдать. Дисциплина высшего – первое отличие настоящего офицера от солдафона. Всех прошу учесть. С Зайко проведу беседу. Продолжим.

Мужчины приступили к обсуждению текущих дел.

Глава 2

– Себе по голове посигналь, придурок лагерный, – Мила высунула руку, сложенную в кулак, из окна отцовского джипа. «Чёрт бы побрал меня за то, что я до сих пор введусь на манипуляции этих людей. Ещё родители называются».

Милана Зайко отличалась в корне от сложившегося стереотипа «золотого ребёнка». Мама – модель, папа – миллиардер. Отличные стартовые позиции для того, чтобы стать представителем «золотой молодёжи». Да вот только Мила никак не хотела и не вписывалась туда. С самого детства она шла против системы. Родители были заняты сами собой, а девочку окружало бесконечная вереница гувернанток. Круговорот людей, круговорот лиц. И не одной родственной души. Бунтарский характер и упорство Милана получила от отца, от мамы перешёл рост и копна рыжих вьющихся волос. Но при всём этом Милана считала себя гадким утёнком на фоне своей родительницы, которая ещё и постоянно напоминала дочери, что та «не оправдала надежд, потому что не родилась мальчиком или красивой девочкой». Обычно с этими словами мать вздыхала, отпивала мартини и картинно испарялась. Холодная и красивая женщина. Отец, конечно, с большим теплом относился к своему единственному чаду, но в силу своей загруженности, не мог залечивать душевные раны дочери, нанесённые его супругой. Милана с раннего детства предпочитала общество детей многочисленной прислуги обществу холёных маленьких избалованных копий друзей семьи. Ей по душе были посиделки у костра, догонялки по грязи, отлов лягушек из пруда соседа и прочие «плебейские замашки». Девочку пытались запирать, наказывая, но всё это лишь подталкивало Милану на новые бунты. Самым значимым протестом стало поступление в Академию МВД. Милана до сих пор с восторгом вспоминала,, какой концерт устроила мать, когда узнала, что её неудавшаяся дочь не отнесла документы в МГИМО, где проплатили место, а не только отправилась прямиком в Академию МВД в Нижнем Новгороде, но и уже проходила курс молодого бойца. Отец пытался образумить Милу, рассказывал, как они страдают, однако девушка не сдалась. По итогу все смирились, попросив лишь устроиться на службу после окончания в родном городе. Это условие Милана выполнила с удовольствием, тем более что Краснодар она обожала. Да, пришлось доказывать, что место ей досталось не по «блату», тем более что начальник управления МВД по Краснодару полковник Овсов Павел, а для Милы просто дядя Паша, был школьным другом отца. Но девушка привыкла, что у неё всегда всё наперекосяк, поэтому пахала, как лошадь, сутками пропадая на работе. Жизнь устаканилась. Мила ощущала себя комфортно в свои 25, находясь в полном одиночестве. Красавицей себя она не считала, стеснялась своего тела, а всё приправлялось буйным характером и острым языком. С мужчинами ей было проще дружить или работать, нежели заводить романтические отношения. Иногда, конечно, она позволяла себе увлечься кем-нибудь, но дальше пары свиданий и неловкого секса ничего не заходило. Дабы не убить окончательно в себе остатки женственности Милана временно приостановила такие вылазки и ушла в работу.

И всё протекало гармонично до вчерашнего дня, когда отец позвонил и сообщил об очередном сердечном приступе у матери, которые, надо сказать, участились. Хоть Милана не была близка с родителями, она не могла не любить тех, кто дал ей жизнь. Испугавшись, она бросила всё и примчалась в семейное поместье. Как оказалось, всё это было тщательно спланировано. Мать с порога забрала ключи от машины Милы, практически силой затолкнула её в свою комнату, где ожидал стилист. Девушку разрисовали, одели, как куклу, и выпихнули в гостиную, где отец и мать мило беседовали с каким-то английским лордом и его сыном. Сватовство очевидное. К счастью, этот сынишка оказался игроком другой цветовой лиги. Мирно пообщавшись наедине и договорившись, что сыграют заинтересованность, молодые люди разошлись. Вечер затянулся, Милане пришлось остаться в доме родителей. А с утра мать отказалась отдавать ключи, пока та не пообещает устроить свою личную жизнь с этим англичанином. В ответ Мила снова устроила мирный протест, забрав одну из многочисленных машин отца.

И вот сейчас она плелась в огромном чёрном Эскалейде. Воистину на дороге равны, особенно в Краснодаре. Уж если стоишь, то стоишь – ни спасут ни статус, ни деньги. Милана жутко злилась. Она не привыкла опаздывать, тем более, когда прибыл новый начальник. И как доложили ребята, этот приезжий уже высказал своё «фи» по поводу опоздания и её половой принадлежности. «Очередной сексист», – выругалась она вслух, прочитав сообщение. «Ладно, разберёмся с ним потом. Раз уж опоздала, то хоть прикольнусь над ребятами». Подъезжая к управлению, Милана притормозила, нашла песню, врубила звук на максимум и вдавила газ в пол, машина взревела и рванула с места.

Роман курил во дворе управления с новыми подчиненными, когда на территорию влетел огромный чёрный джип, из окон которого на весь Краснодар раздавалось: «Ран, Вася, ран, не оставь шанса мусорам». Его коллеги начали многозначительно переглядываться и хихикать. Автомобиль остановился так же резко, как и появился. К удивлению Романа из салона выскочила высокая девушка с огненными волосами и изящными чертами лица. Она покачивалась в такт этой ужасной песни, махнула рукой Галушко, который уже семенил к ней с восхищенным взглядом. Рома огляделся. Магическим образом весь его отдел испарился из курилки и уже базировался около странной девушки.

– Приветствую вас, бандерлоги! Ну что, не сожрал вас новый понаех, пока мамочки не было? – Милана с радостью поприветствовала коллег, которые заменяли ей семью.

– Зайка, ты у кого отжала тачку? – усмехнулся секс-символ всего управления капитан Воевода Семён.

– Семён Семёнович, ну ты же шикарный опер, а аналитические способности на нуле. Экспроприировала у papa, – ответила Милана на французский манер, – матушка бесчинствовала, отняла ключи, привела мне выгодную партию, а он оказался этим, – Мила стала изображать одно известное пернатое. Все дружно рассмеялись.

– Старший лейтенант Зайко, – прогремел жёсткий бас, и толпа расступилась.

В поле зрения Миланы появился жгучий брюнет, ростом с водонапорную башню. От него веяло опасностью и сексуальностью. Голубые глаза, игравшие на контрасте с восточными чертами, в упор смотрели на неё. Впервые Мила почувствовала, будто её раздевают взглядом. Дьявол во плоти явился по её душу.

– Будьте любезны, объясните, на каком основании Вы нарушаете общественный порядок на территории управления и до кучи опаздываете.

– Виновата, товарищ майор, но…,– дьявол не дал договорить.

–Отставить «но». Как Ваш непосредственный начальник я запрещаю устраивать цирк по месту службу. Впредь, потрудитесь появляться надлежащим образом и в положенное время. У нас здесь не детский сад, а полиция. Коллеги введут Вас в курс дела. Всё ясно?

– Так точно, – отчеканила ошеломлённая Милана.

– Выполнять, – с этими словами мужчина скрылся в здании.

– Оп-па, Зайку новый начальник уделал, – кто-то хихикнул сзади.

– Ну-ка ша мне тут. Разговорчики, – Милана попыталась скрыть свою обиду за шуткой, – мы ещё посмотри. Юг так просто не сдаётся!

Рома частенько сталкивался с эпатажными дамами, но такой экземпляр видел впервые. О том, что эта рыжая бестия обладает дурным и взбалмошным характером понятно сразу, тут к гадалке не стоит ходить. Помимо этого весьма незаурядная внешность производит неизгладимое впечатление. Про таких говорят: «Красота неочевидная» – слишком большие зелёные глаза, непослушная огненная грива, крупные бёдра, внушительных размеров грудь, но всё это не отталкивает, а наоборот – цепляет. Однако, это – подчинённая, а, значит, существо бесполое. Роман не заводил интрижек на службе. Табу. Ещё и машина стоимостью явно больше годовой зарплаты обычного оперативника. Фамилия знакомая. Слишком много вопросов и так мало ответов.

– Товарищ майор, Роман Айдарович, – грузный начальник управления прервал мыслительный процесс.

– Слушаю Вас, Павел Васильевич, – Роман принял привычную позу воителя.

– Я видел, Вы уже познакомились со старшим лейтенантом Зайко. Я забыл с Вами о ней поговорить.

«Понятно, очередная проплаченная девочка, которой захотелось полицейской романтики», – Роман про себя ухмыльнулся.

– Товарищ полковник, для меня все равны. Не имею привычки относиться к кому-то предвзято.

– Вы неверно поняли меня. Да, не секрет, Милана – дочь влиятельного человека и моего друга Рустама Зайко. Думаю, слышали о нём. Но она категорически отказывается от любого вида покровительства и привыкла добиваться всего сама. Я лишь хотел сказать, что характер у неё специфический, но опер она – первоклассный. Мы таких показателей, как при ней, не видели давно. И ребята из отдела за неё горой. Постарайтесь не судить о ней по первому впечатлению.

– Показатели ни одна она делает. Вы считаете нормальным, вот так являться, ещё и с опозданием?

– Знаете, в нашей тяжкой службе иногда должны быть моменты юмора. А что о делах. Вы читали материалы дела о маньяке в Карасунском?

Роман утвердительно кивнул, вспомнив одно из резонансных дел о душегубе, который держал в страхе весь город три года.

– Так вот, эта девочка сама вызвалась быть живцом. Мы тогда сильно проштрафились, упустили их из вида, нашли спустя два дня. Она спокойно позволила ему изрезать ей спину, а когда поняла, что осталась без помощи, скрутила этого мерзавца и вышла на связь. И, знаете что? Ни единого слова упрёка, ни единой слезы. Она даже отцу наплела, что по-пьяни в стекло упала. Такого Вы в сводках не увидите. Не спешите делать выводы. И прошу, не докладывайте ей, что я Вам это рассказал. Она взбесится, – полковник протянул руку, широко улыбаясь.

Выбитый из колеи историей Роман пожал руку начальника. Его сложно было удивить и сложнее – ошеломить. Однако, сама того не осознавая, Милана Зайко с лёгкостью справилась с поставленной задачей. За время службы в Чечне, потом в полиции, он слышал и видел достаточно шокирующих историй, но о том, чтобы девушка добровольно позволила себя искалечить. Такое в его практике встречалось впервые. Создавалось впечатление, что эта особа либо совсем сумасшедшая, либо помешанная на работе, как и он сам. Ясно одно – этот экземпляр точно не даст скучать. Как раз в этот момент Милана широко распахнула дверь в кабинет.

Глава 3

– Товарищ майор, разрешите войти, – громко и чётко проговорила она.

– Да, Зайко, войдите, – Роман подобрался в кресле, – и, пожалуйста, когда мы не на выезде, давайте просто Рома. Так проще. И на «ты», – девушка удивлённо кивнула, Роман продолжил, – тебя можно Милой называть?

– Да меня вообще как угодно можно, – Милана ухмыльнулась, – Мила, Милана, Милашка, но лучше Зайка. Короче, я не об этом. В дежурке кипишь, на Красной что-то подорвали, но несильно. Можно я на выезд? Чекисты уже у Овсова сидят. Я могу с собой Борщика взять, ну, то есть, лейтенанта Галушко.

– Так, стоп. Давай так. Сейчас я всё узнаю, и едем вместе. На твоей машине-то можно, а то моя не очень в себе.

Милана засветилась, глаза вспыхнули зелёным пламенем.

– Есть, сэр! – отсалютовала она, – жду внизу.

– Да-да. Стоп. А почему Борщик?

– Ну как. Галушка – галушка, их едят с борщом. Поэтому.

– Твоё изобретение?

– Так точно.

Роман улыбнулся едва заметно. Уже который раз за день. Странно. Очень всё странно.

– Ждите меня внизу, старший лейтенант Зайка.

Мила кивнула и вылетела из кабинета.

«Почему я вообще так реагирую? Все меня так называют. Бред душный» – Милана пнула колесо отцовского джипа, сдавила зубами сигарету.

– Ну что, малышка, покажем северянина, что такое юг? – обратилась девушка к машине. Та не ответила.

– Да кто тебя спросит, железяка, – непонятные чувства в душе заставляли Милану свирепеть. Ей не нужны эти проблемы. Она влюблялась пару раз, и оба раза – безответно. Понятное дело, какому нормальному мужчине может понравится широкоплечая каланча с веснушками. Она – не дочь своей матери, вот если бы… «Так, стоп!» – Милана затормозила поток мыслей, который грозил новой волной отчаяния и депрессии.

Роман понял, что сейчас будет очередная порция сюрпризов слишком поздно. А ведь его изначально даже не смутило, как коварно улыбнулся полковник в ответ на сообщение, что Зайко всех довезёт. Казалось бы, что может произойти за пятнадцатиминутную поездку в разгар дня. «Разумеется ничего», – думал Роман ровно до того момента, пока Мила не врубила на полную громкость «Highway to Hell» и крутанула машину в полицейском развороте. Руки сами по себе потянулись за ремнем безопасности, тело непроизвольно вжалось в дорогую кожу внедорожника. На заднем сидении криминалист замер в немом испуге, а водителю было комфортно. Милана подпевала, трясла кучерявой головой и сильнее разгоняла машину. На светофоре какой-то странный бородач из соседней машины жестом пригласил Милу сойтись в соревновании. Зажегся зелёный, Эскалейд упылил далеко вперёд, оставляя оппонента позади. Девушка выставила из окна средний палец.

– Зайка, что это сейчас было? – проорал Роман, вылезая из салона, – ты вообще адекватная? Тебе права подарили на День рождения?

– Товарищ майор, Вы – необъективны. Во-первых, мы торопились. А, во-вторых…

– Никаких вторых. Ты – представитель власти, а на дорогах устраиваешь вакханалию. Ещё и жесты эти твои неприличные. Тебя нельзя за руль сажать, – Рома дрожащими руками пытался поджечь сигарету, Мила отрешённо поднесло зажигалку.

– Лучше бы спасибо сказали. Приехали раньше этих, важных. Хоть успеем поработать. И вообще, это – юг, товарищ майор. Привыкайте, – с этими словами девушка скрылась в полуразрушенном здании.

Дело обещало быть не из лёгких. Как возможно подложить взрывчатку в закрытое кафе, а, главное, зачем? Роман отлично разбирался в этом вопросе ещё со времён чеченской компании. Налицо домашняя заготовка из подручных средств. Больше звука, чем разрушений. Разумеется ни камер, ни свидетелей. Парочка зевак. Возможно, хозяина здания. «Нужно бы с ним поговорить», – Рома краем глаза выхватил Милану, которая уже сцепилась с едва вошедшим сотрудником ФСБ. «Только с ними проблем не хватало. Дурная женщина».

– В чём проблема? Начальник отдела уголовного розыска по городу Краснодару майор Мартьянов Роман, – механически проговорил Рома, предъявляя удостоверение.

Холёный и самодовольный сотрудник спецслужбы смерил его высокомерным взглядом. Роман стойко выдержал лицо под этим рентгеном.

– Приятно познакомиться, майор. Подполковник Филатов, – сверкнула ксива, – объясните своей сотруднице, кто и что значит в этом суровом МУЖСКОМ мире.

– Слушай, Филатов, ты меня не драконь, а то я припомню, как ты в моём отчем доме пред моим тятенькой стенал, – Милана выпятила грудь колесом и почти припечатала чекиста к стенке. Тот с нескрываемым отвращением и испугом задёргал губами.

Рома, про себя, добавил парочку баллов в личный рейтинг Миланы Зайко, а вслух проговорил:

– Зайко, дуй опрашивать вон тех неформалов.

Милана скорчила гримасу и картинно провела пальцем себе по горлу.

– Старший лейтенант, задача ясна? – в этот раз Рома уже придал голосу более серьёзный тон. Наконец-то она послушалась.

– Идиотка, – прошипел Филатов.

– Я попрошу Вас не выражаться в подобном ключе о моих сотрудниках. Это не красит Вас ни как представителя власти, ни как мужчину. Давайте уже займёмся делом, – Рома приглашающее задрал руку прямо перед носом грубияна.

До самого вечера продолжались следственные мероприятия, а ясности так и не прибавилось. Мила сразу почуяла, что здесь явно что-то более сложное, нежели запугивание хозяина здания. Ашот, конечно, был человеком не самой чистой руки, но не до такой же степени, чтобы подкидывать ему взрывчатку. Чутьё подсказывало, что копать надо в другую сторону. Народ почти разошёлся. Здание опустело. Филатов укатил на своей новенькой Мазде, кинув на Милану презрительный взгляд.

Вскоре показался заметно уставший Роман. Под голубыми глазами залегли тени, лоб наморщен от непрекращающегося мыслительного процесса. К удивлению Милы, он оказался не таким уж и противным начальником, да и человеком в целом. Работать не мешал, а наоборот. Все её идеи выслушивал и тщательно прорабатывал. Видно, что его раздражало постоянное вмешательство мухи по фамилии Филатов, однако мужчина мастерски сдерживал себя, не поддаваясь на провокации. «Наверное сработаемся», – подумала Милана с улыбкой.

– Товарищ майор, Вас подкинуть, – крикнула она ему, когда тот прощался с оставшимися сотрудниками.

– Зайка, давай без майоров и на «ты», – устало отозвался мужчина, приближаясь.

– Как скажешь. До управления, говорю, довезти?

– Если только без AC/DC и лихой езды. Я сейчас этого не вынесу.

– Даю слово. Я и сама не в настроении.

Они уселись в автомобиль и тронулись с места.

– За что ты так Филатова ненавидишь? – начал разговор Роман, пристально наблюдая за девушкой. Было в её лице что-то такое, что постоянно притягивало взгляд. Ночной свет фонарей кидал блики на её веснушки, от чего казалось, будто они оживают в танце на носу своенравной хозяйки.

– Знаешь, он тот ещё, – Мила сдержалась от крепкого словца, – мало того, что без мыла влезет, сам понимаешь куда. Так ещё и вор чужих заслуг. Год назад Сёма Воевода раскрутил дело, так этот все лавры себе забрал, по всем сводкам героем проплыл. А, по-сути, ничего из себя не представляет.

–Мда. Но тебя он, мягко говоря, не очень жалует.

– Ха, ещё бы. Я – единственная, кто видел, как он перед отцом моим выплясывал. Не может же он мне язык отрезать или память стереть, как Уилл Смит, – Милана улыбнулась, её лицо приобрело вид подростка, – короче, он – редиска.

Рома не смог сдержать смех. Эта беседа его, прямо сказать, расслабила.

– Я тоже не в восторге от этого товарища, но давай сдержись в следующий раз. Я понимаю, что сложно.

– Как скажешь, начальник. Дома смастерю его куклу и буду втихаря иголки втыкать. Можно?

– Без проблем. Парочку от меня засандаль.

Они синхронно рассмеялись. Атмосфера приобрела приятный оттенок. К своему разочарованию, Мила въехала во двор управления. Роман неспешно стал выбираться. Девушка молчала, но тут её глаза расширились.

– Това…то есть, Ром, а ты сильно торопишься, жена там ждёт или ещё что-то? – выпалила она.

– Если это такой оригинальный способ узнать, свободен ли я, то сообщаю, я – не свободен, я женат глубоко на своей работе, – Роману явно пришёлся по вкусу этот вопрос. Он небрежно облокотился на открытую дверь машины.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.