- -
- 100%
- +
— Не смог сказать, что мой отец жив? Или, что он особо опасный преступник? А может ты подумал, что я могу примкнуть к нему? — ее голос начинал срываться на крик.
— Тея, прошу… Я не видел подходящего момента для этого. Я собирался подготовить тебя к этому, а не вывалить на тебя все скопом. Я знаю, какого это, осознавать, что дорогой тебе человек не тот, кого ты хотела бы видеть. Но откуда ты узнала? Дэли сказала тебе это?
— Неважно, — недоверчиво буркнула она, не собираясь понимать и принимать его позицию.
«Он должен был сказать мне. Это мой отец. Это касается напрямую меня. Не его».
— Не дуйся, пожалуйста. Я думал, что у меня есть время, но наша жизнь похожа на сумасшествие. Я бы не стал скрывать от тебя такое. Веришь?
Она не нашла в себе сил ответить. Тея совершенно запуталась, кому можно и стоит верить. Замечая это, Кай предпринял очередную попытку.
— Я уверен, что Саер каким-то образом виновен в болезни моей матери.
— Что? Причем здесь Саер? — удивилась она.
— Я подслушал слова дяди в госпитале. Он с уверенностью заявлял о виновности Саера Николса матери, когда та лежала без сознания. Вся его сбивчивая речь была похожа на искупление. Я не знаю, какой смысл ему было врать, учитывая, что в палате он был один, — крупицы информации от Кая выглядели словно одолжение.
«Вот тебе капля новой информации. Остальное я продолжу скрывать»,— мысленно передразнила Радда Тея. На самом деле его слова стоило обдумать. «Какое отношение Саер имеет к Оливии? Конечно, они были знакомы ранее, наверняка еще до моего рождения, но как Саер мог быть виновен в ее болезни? Это ведь не Саер изобрел вирус… Или же…»— осознание настигло ее быстрее, чем она ожидала. Кай чуть склонил голову набок, замечая перемены на ее лице.
— О чем ты подумала? — твердо спросил он.
— Ни о чем, — соврала она, не желая делиться с ним своими мыслями. «Если Кай предпочитает многое утаивать, то и я не собираюсь идти ему навстречу».Кай разочарованно покачал головой и цокнул, понимая, что она что-то задумала.
На секунду повисло молчание, благодаря которому она смогла закончить свою мысль.
«Саер Николс изучал вирус и смог изобрести антидот. Он же мог приложить руку к ее созданию».
— О том, что ты станешь новым магистром, ты также решил умолчать? Скажи, Кай, а какую информацию ты можешь доверить мне? Сколько еще у тебя секретов? — Тея сложила руки на груди, не зная, куда их деть, а также желая побороть свою неуверенность. Кай не выглядел удивленным. Он также совсем не выглядел как человек, готовый обороняться. Его поза по-прежнему оставалась расслабленной.
— Не стану врать, что никогда не стремился к посту магистра, Тея.
«Он не отрицает. Спасибо и на этом».
— Был рад сместить дядю? Теперь все дороги открыты? — с сарказмом и обидой произнесла она. Этот разговор увел ее совершенно не в то русло. Она не собиралась портить с ним отношения. Планировалось лишь немного отрезвить его, и напомнить, что он в команде не один.
— Прекрати, — предостерегающе произнес он. — Это Дэли вбивает тебе в голову эти мысли?
— Я могу думать своей головой, спасибо, — ядовито ответила она. Кай поджал губы.
Снова повисло гнетущее молчание. Тея понятия не имела, сколько времени они проболтали.
«Должно быть Дэли скоро объявится».
— Ладно. Давай не будем ругаться. Хорошо? — примирительно предложил он. Тея напряженно продолжала молчать.
— Возможно, тебе стоит научиться доверять мне? — она потупила глаза, не желая смотреть на него. Знала ведь, стоит лишь посмотреть, и все обиды пройдут сами собой.
— А тебе мне, — продолжил гнуть в свою сторону Кай.
— И этот человек предлагал мне перемирие секунду назад, — горько усмехнулась она.
— Я серьезно, Тея. Мы ведем сложную игру, и возможно, тебе кажется, что я играю против тебя, но мы на одной стороне. Я хочу, чтобы ты знала, что я делаю, и буду делать все для нашего совместного будущего.
— Звучит поэтично. Учишься толкать магистерские речи?
— Ох! Ну почему с тобой так сложно?! Я тут пытаюсь в любви признаться, а опыта не так много, — обессиленно протянул он. Тея удивленно посмотрела на него. Все желание язвить и ехидничать тут же испарилось в воздухе.
Повисло молчание, не такое гнетущее как до этого. Она не знала, что ответить на его слова, и густо покраснела. Любила ли она его? Она не знала, но совершенно точно испытывала к нему теплые чувства.
«Странно подумать, что мы знакомы столько лет, но из нас двоих только Кай ощущает это. Если бы Аандер не стер мне память, испытывала ли бы я тогда то же, что испытывает ко мне Кай?»
— Кай…
— Не отвечай, — отмахнулся он, будто слова, сказанные им, ничего не зачали.
— Но я …
— Не помнишь меня. Я понимаю. Мои слова не отчаянная попытка что-то изменить. Это обычная констатация факта. Я люблю тебя, Тея, и этого достаточно, чтобы выстоять в войне против всего мира.
— Прости, что не помню тебя… не помню нас, — стыдливо ответила она. После его слов она испытала некое воодушевление. Сомнения в нем медленно, но верно разрушались, вновь рисуя красочные образы счастливого будущего. Он одарил ее снисходительной полуулыбкой.
— Не извиняйся за то, в чем не виновата. Я буду ждать столько, сколько потребуется. Если мне понадобится вечность, чтобы создать новые совместные воспоминания, то что ж… так тому и быть, — Тея потупила взгляд, желая раствориться в его обещаниях.
Она почувствовала, что тонет, захлебываясь сумасшедшей лаской. Тело тоскливо заныло, захотелось ощутить его касания, его близость, но он был в миллиардах световых лет от нее. Тею отрезвили лишь приближающиеся шаги. Это Дэли должно быть пришла, чтобы поторопить ее. Внезапно ее осенило, что она забыла сказать Каю самое важное.
— Сопротивление планирует напасть на Орден. Будь осторожен, прошу тебя…
Его улыбка не пропала. Он едва заметно кивнул, и это снова ввело ее в тупик.
«Он знал. Кто-то уже доложил ему об этом. В его глазах ни малейшего удивления».Внезапно лицо Кая растворилось прямо перед ее глазами. Дэли прервала связь, настойчиво протягивая руку, чтобы забрать наноимитатор.
Взгляд Теи метался с прибора на подругу. Шпионка Кая стояла прямо перед ней. Сомнений не было. Он послал Дэли на Валтос вовсе не за ней. Всё сказанное им было лишь попыткой лишить ее бдительности, запутать, уверить, что он на ее стороне.
«Он не доверяет мне, и поэтому отправил сюда Дэли».
Из дневников Теи, 7-й курс
Записей в дневнике всё меньше, а между тем моя жизнь стала насыщеннее. Предпоследний год стал одним из самых запоминающихся за всё время обучения. Я научилась многому: выдержка, терпение, практические навыки и много часов, потраченных на учёбу, — оглядываясь назад, я удивляюсь, как сильно я изменилась за последние годы. Должно быть, взросление именно так и работает. До исполнения мечты оставалось совсем немного — последние рывки, немного усилия и я стану младшим хранителем.
Прошло два месяца с начала нового учебного года. Последнего года в кадетском корпусе!
Вчера я провела весь вечер в читальном зале и заполняла свои пропуски по предмету «Экология и выживание во вселенной Виндград», завалила тест по «Межгалактическим конфликтам с участием Ордена», (и теперь мне придется его переписывать), а сегодня отличилась на стрельбищах. Преподаватель Рен говорит, что я стала более сосредоточенной, и это, безусловно, приятно. Теперь я хожу на дополнительные занятия. Они стали давать плоды. Времени стало меньше, но я держусь из последних сил, чтобы не сойти с ума. Все ради своей цели. Физическая подготовка, без сомнения, все еще хромает. Мне приходится много работать, чтобы хоть немного приблизиться к уровню моих одногруппников. Поначалу меня выручал Риа, но теперь, с увеличением учебной нагрузки, мне приходится выкручиваться самой.
С этого года нам разрешается практиковаться в составе старших групп. Стоит ли упоминать, что стажировки оставались редкой роскошью, и что найти их было практически нереально? Несмотря на разрешения, которые выдавались наставниками, старший состав, будь то младшие или старшие хранители, не горели желанием брать под свою опеку стажеров-кадетов. Я знала это не понаслышке. Буквально каждый второй мой одногруппник подал заявку, но был беспощадно отвергнут. Среди них был и Риа, когда ему в пятый раз пришел отказ от отдела по предотвращению ЧС, он был безутешен.
"Мы благодарим вас за внимание, проявленное к работе в нашем отделе. К сожалению, на данный момент мы не имеем подходящей работы для стажера", — вместе читали мы отписку за отпиской.
Хуже было то, что через неделю в отделе по предотвращению ЧС действительно появился стажер! Они взяли Кола Маркса из нашей параллели. Превосходная успеваемость Риа меркла перед родственными связями Кола с магистром чувств. Я стажировкой не интересовалась, да и заявку не подавала, потому что не видела в этом смысла. На подготовку и сбор всех документов уходили недели, а я с трудом справлялась со всем этим объемом заданий и проверочных работ, которые свалились на нас, стоило лишь переступить порог последнего курса. Я была не лучшей в группе, и не видела ни одного варианта, при котором мою кандидатуру бы утвердили, а даже если бы и утвердили… то сделали бы это из-за моих приемных родителей, а не из-за моей «уникальности».
Все же в один из загруженных учебных дней произошло удивительное. Моя наставница Зои вызвала меня к себе прямо перед сном. Внутри закралась тревога. Я беспокоилась, что она начнет обсуждать со мной заваленный ранее тест и уже заготовила душещипательную речь, что все исправлю, и что мне безумно стыдно, и что я так нервничала перед тестом, что напрочь забыла всё о военном конфликте в Джонгленде в 13668 году от сотворения вселенной Лаптонии.
Зои ни словом не обмолвилась о заваленном тесте. Она завела меня в свой маленький кабинет, который больше напоминал каморку, нежели на кабинет, и в котором было весьма неуютно и тесно находиться вдвоем, и любезно поставила передо мной стакан воды, я, не задумываясь, осушила содержимое. Я хорошо помню наш диалог, потому как сразу после встречи записала его слово в слово:
— Вот, Тея, твой допуск и прочие документы для оформления стажировки, — протянула тонкую папку она.
— Но я не подавала заявку. Возможно ли, что произошла ошибка? — искренне удивилась я.
— Никаких ошибок точно нет. Утром мне пришёл запрос из магистрата силы. Ты официально оформлена на стажировку. Со следующей недели будешь стажироваться один день в неделю... — она сделала паузу, постукивая себя по губам, Зои пыталась вспомнить, что хотела сказать. — Ах да, мое главное условие никаких пропусков физических тренировок. Лекции и прочие занятия ты можешь пропускать, если будешь брать материалы после у одногруппников, — коротко обрисовала ситуацию Зои.
— Я совершенно точно уверена, что не подавалась на стажировку. Вы ведь знаете, это бессмысленно, в особенности девчонкам.
— Бывают и исключения. Риа не взяли, хотя он хотел. Зато взяли тебя! Разве это не повод для радости? — Зои мягко потрепала меня по плечу. Она была чересчур мягкой с нами, как часто упоминали другие наставники и другие группы кадетов. Я задумалась. — Не хмурься. Возможно, это Верховный хранитель походатайствовал, чтобы тебя приняли? Или миссис Радд? — уточнила она.
Я отрицательно покачала головой. Оливия не стала бы делать что-то за моей спиной, она бы сначала уточнила о моем желании. У нее не было привычки принуждать меня к чему-то. Ренс? Нет, он, конечно, любил меня по-своему, но считал, что дети в его семье должны добивался всего без помощи взрослых. Этому принципу он учил Кая и этому принципу он учил меня: никаких родственников при построении карьеры, только труд и самостоятельность.
— Ладно, узнаешь, кто замолвил за тебя словечко, когда придёшь на стажировку, — она неоднократно повторила время и объяснила куда подойти. На этом мы попрощались. А в голове у меня плотно засела мысль, что я очередной «Кол Маркс», не самый успешный кадет с самыми успешными связями.
Всю ночь я не могла уснуть, гадая, кому я могла понадобиться на стажировке, и как теперь объяснить Риа, почему взяли меня, а не его. Как теперь в целом объяснять свое отсутствие на занятиях? Ведь стажировка в магистрате силы была мечтой любого кадета. Одногруппники и так делились на два лагеря: те, кто избегал меня, потому что мой приемный отец глава Ордена хранителей вселенной и те, кто проявлял ко мне пристальное внимание, по той же причине. Новость о моей стажировке стала бы самым обсуждаемым событием. При этом я уверена, что недовольных этим было бы куда больше тех, кто испытывает благоговение перед Верховным и его семьей…
12 Глава. Кай и Тея
Хотя Тея была уверена в обратном, Кай доверял ей больше, чем кому либо. За годы знакомства Николс вполне доказала, что заслуживает доверия. Причина была в другом: он всеми силами старался защитить ее, даже когда она упиралась своими короткими ножками и делала все наперекор ему. Кай понял, что эта ее бунтарская фаза проходит, стоит лишь дать ей крупицы информации. За время их тандема она научила Кая главному — терпению и осторожности. Ведь одно дело руководить целым взводом хранителей, другое неугомонной девчонкой, которая напоминает заряженную гранату. Каждую минуту он сдерживал себя, чтобы не сорваться, вернуть девчонку домой, и запереть на все замки в квартире, пока сам не завершит дела с Россом Раддом и осточертевшим сопротивлением. Он понимал стремления Теи помочь, но принять не мог. Слишком многое стояло на кону, и слишком опасно было для неопытной девчонки лезть на рожон, ее память и так уже пострадала, а Кая и без того до сих пор мучали кошмары, где дядя сочувственно хлопал его по плечу и говорил, что Тея погибла на задании.
«Нет уж! Пусть уж лучше продолжает злиться на меня. Лишь бы не попадала в истории».
Историями Кай называл любые ситуации обескураживающие его в той или иной степени. Как правило, это слово распространялось лишь на Аандера. На его счету историй было больше всего, но у Теи были все шансы нагнать бывшего лучшего друга.
Радд тряхнул головой, отгоняя прочь минувшую ночь. Из-за Теи он совсем не выспался. Сфокусироваться на работе было даже труднее, чем обычно, и все же он делал все возможное. Итон внимательно изучал предоставленные им программы и меры поддержки, которые Кай разработал для жителей Ликиндера. Он не собирался начинать свое правление в роли магистра с кровопролития, но если сопротивление того требует, то он ответит на нападение во время выборов в Ордене.
— Переселение из аварийных домов и помощь при трудоустройстве лишь начало. Я собираюсь продолжить работать в этом направлении. Ликиндер — это необычный район и подход должен быть аккуратным, — сухо прокомментировал свои наработки Кай.
— Твой дядя считал их отвратительными нищебродами, разрушающими наше общество. Он говорил, что принижение и травля поспособствуют улучшению ситуации в Тотсворде, и в конце концом Ликиндер загнется, а население иммигрирует в другие города, где более развито сельское хозяйство, — усмехнулся Итон.
— Да, знаю. Наверное, я был такого же мнения раньше…
«Если бы не был знаком с Дэли и не видел всего этого изнутри. А Росс не был там и подавно». Но вслух Кай ничего не сказал. Дядя давил Ликиндер санкциями не только от мысли, что Тотстворд станет лучше, как столица, когда все отбросы покинут его, но и из личной неприязни. Дядя презирал нищих, слабых и не подходящих под рамки. В этом Кай был уверен.
— Как продвигается твоя предвыборная кампания?
— Обычно, — Кай отстраненно пожал плечами. — Во многом помогает магистр Воймби.
Итон кивнул. Не поднимая глаз, он продолжил вносить правки в предоставленный Каем свод нормативно-правовых документов.
— Вы с ним близки? — между делом спросил судья.
— Не сказал бы, но он отчего-то заинтересовался мной.
— Это неудивительно. Он ведь является хорошим другом твоего отца, Кай.
— Не думаю, что дело в этом. Воймби не меньше моего желал Россу Радду заточения под стражу…
— Возможно дело и в этом.
— Вы что-то знаете об их взаимоотношениях?
— Я собирался привлечь Воймби к наказанию за стрельбу в Росса Радда, но твой отец встал на его защиту. Верховный редко вмешивается в дела суда, но не в этот раз, — Итон замолчал, внимательно наблюдая за реакцией Кая. Радд сделал вид, что не замечает такого пристального внимания, и все же от судьи не ускользнуло, как напряженно он сжал ладони в кулаки. — Как думаешь, вступился бы он так за своего сына? — Итон словно сканировал его, желая увидеть хоть один дрогнувший мускул на лице, но Кай лишь устало вздохнул.
— Воймби — важная часть механизма. Я всего лишь солдат. Разве можно делать выбор в пользу меньшего? — Кай гордился тем, с каким безразличием произнес это.
— По правде говоря, меня всегда удивляло, с какой самоотверженностью твой отец отдается работе. Не знаю, смог ли бы я так, будь у меня дети. Тебя это не обижает? Прости, если так, — Итон продолжал психологически давить, но Кай прекрасно знал этот прием. Ему самому не раз приходилось использовать его, чтобы добиться своих целей.
— Мой отец умер, когда Ренс Радд занял пост Верховного хранителя. Вам это известно, — холодно посмотрел на него Кай.
— Не стану более ходить вокруг да около. Мне донесли, что в Росса Радда стрелял вовсе не Тойвикус Воймби. Источник проверенный, да и я склонен больше верить ему, нежели хранителям Воймби с промытыми мозгами. Я не собираюсь арестовывать тебя и тем более сеять панику накануне выборов.
— Чего же вы хотите? — незаинтересованно спросил Кай.
— Чтобы ты ускорился. Росс Радд — крупное дело, и от меня требуют незамедлительно принять меры. Про стрельбу в магистра все забудут, как только будет вынесен приговор.
— Адвокаты Росса не забудут.
— Оставь эти нюансы мне. Займись делом.
— Свобода в обмен на более значимого преступника. Звучит как сделка.
— Называй это как хочешь, — Итон деловито пожал плечами, собрал документы в кучу, и поспешно попрощался.
Когда Кай вернулся в свой кабинет, он, наконец, смог в тишине обдумать все, сказанное Итоном. Все происходило как нельзя не вовремя. Стоило отпустить на время мысли о Россе Радде, как Итон тут же включился в игру. Проблем доставляли и приближающиеся выборы. Необходимо было усилить охрану и все держать под контролем. А еще в груди сдавливало от тревоги. То была тревога за Тею. Ему казалось, что он способен сгладить любой угол в их отношениях, но Тея совершенно не желала примиряться с новой реальностью. Он понимал ее и не осуждал за это, но ему хотелось, чтобы и она пошла ему на встречу и немного потерпела. Еще более настораживали ее размышления и сомнения. Казалось, что Тея стоит на границе и не знает, чью сторону ей принять. Он жутко переживал за нее.
Вновь отложив предвыборную речь в сторону, он вдруг резко сорвался.
«Томпсон ведь говорил, что нашел информацию об отце Теи в архивах. Стоит заглянуть туда».
Архив встретил его затхлым запахом и не лучшим освещением. Впрочем, жаловаться он не собирался. Напечатав Томпсону парус трок, он принялся за осмотр стеллажей.
«Стоит смотреть стеллажи, начинающиеся с 13784 года. Тогда я увидел первые упоминания имени Саера Николса», — прислал сообщение Томпсон.
Кай нашел нужную дату и начал неспешно листать папку за папкой. Годами позднее уже начали активно использовать накопители, и бумажных папок больше не встречалось. Он подключил один файл к воспроизводителю и ввел поиск по имени. По запросу нашлась одна статья: «Гемотоксичность[6] и воздействие гемолитиков[7]», ниже подпись — С. Николс, Р. Радд. В следующем году было несколько статей, также посвященных свертываемости крови. Авторский состав оставался неизменным. Затем было несколько черновиков с изучением аутоиммунных заболеваний, почерк менялся с каждой страницей, было сложно сказать, кому он принадлежит. Больше всего совместных записей было в 13786 году, но ни у одного нет завершения. В какой-то момент исследования резко прерывались…
«либо страницы были вырваны»,— додумался Кай. «Исследования шли настолько успешно, что не было смысла оставлять их Ордену. Вот только в какой момент они решили заняться нелегальной транспортировкой? В тот же, что и вырвали страницы?»
С 13790 заметок и упоминаний нет. А в 13794 идут заметки и исследования одного лишь Саера, где он выводит идеальную формулу вакцины от ветрянки. Записи выглядят словно шифр, и Кая совсем не смущает, что он не может их понять. Очевидно, Томпсон работал именно с этими заметками и формулами, чтобы вывести верную формулу.
«Но что могло произойти между 13790 и 13794 годами между Саером Николсом и Россом Раддом?» — Невзначай Кай вспомнил Аандера.—«Да много чего...»
Больше полезной информации не было.
«Думай, Кай, думай!» — приказал он себе, сжимая ладонями виски. «Росс Радд служил в отделе предотвращения чрезвычайных ситуаций до того, как стал учеником магистра. А Саер Николс? Чем он вообще занимался в Ордене?»
«Мне нужно знать, какую должность занимал Саер Николс в Ордене?» — сообщение матери получилось достаточно информативным и коротким. Она ответила быстрее, чем он предполагал.
«Отец Теи? Почему ты спрашиваешь?»
«Не делай вид, будто не понимаешь», — он чуть было не отправил сообщение, но вовремя себя остановил, поспешно перепечатывая содержимое, «Просто ответь на вопрос!» Оливия молчала добрых минут пять, и Кай уже подумал, что придется обращаться к Зои, наставнице Теи, и вскрывать ее дело в архиве, но все же мать пошла на уступки.
«Он был старшим хранителем в отделе контроля перемещений в другие вселенные»
— Значит, вы вместе увлекались экспериментированием в химии, исследовали опаснейший вирус, сделали его дубликат, а затем попытались создать вакцину от него. Все шло хорошо, на какое-то время она действительно снимала симптомы и замедляла болезнь, и вам казалось это успехом. Но в Ордене на этом не заработаешь, все вакцины, созданные в этих стенах, остаются строго в них. Вы стираете все упоминания о своих исследованиях, словно ничего не добились в этом направлении, ищете перекупщиков и создаете свой завод? — Кай начал измерять шагами архив, проговаривая всю последовательность вслух. Ему казалось, что он двигается в верном направлении, но все же что-то его смущало.
— И перекупщиком оказывается Орден, не способный создать вакцину своими силами? — Кай вздрогнул, услышав за спиной чужой голос. Томпсон стоял на входе, выглядывая из-за стеллажа.
— Прошу прощения, что напугал и прервал ход мыслей. У меня выкроилась минутка, и я подумал, что могу быть полезен, — Томпсон подошел ближе, одаривая Кая понимающей улыбкой. Ученик магистра рассеянно кивнул, продолжая измерять шагами узкое пространство.
— Ордену и не нужно было создавать свою вакцину. Подумайте сами, Росс получает свой процент, Ларсен свой. Все в выгоде. Росс сам же успешно покрывает свое производство от надзора других хранителей, вроде бы все легально: заводы Ордена, никто ими не интересуется… Ларсен получает лекарства и расплачивается за них баснословными средствами, грабя Орден.
— Неужели никто и дальше не стал бы интересоваться непонятным заводом? — удивился химик.
— Не стал бы. Вылазки организовывает лишь магистрат силы, а магистр сам вправе решать, где они будут проходить. Росс знал, что пока он жив, никто не залезет на его территорию. Он не случайно выбрал Терраград и Даркленд. Это достаточно отдаленные и неблагоприятные вселенные. Связь с Орденом плохая и в случае чрезвычайной ситуации помощь подоспеет не сразу. Для учений обычно выбирают более стабильные и безлюдные места.
— Но тогда они выбрали Терраград, — оспорил Томпсон.
— Кадетский корпус курируется нашим магистратом. Мы решаем, где проводить экзамены кадетов, но тогда Росс узнал об их вылазке внезапно. Я помню, он был в смятении. Мы ложно полагали, что это из-за самоуправства Воймби, но теперь-то я понимаю, что дело было в другом.
— Магистр Воймби что-то подозревал? — уточнил Томсон.
— Полагаю, что так. Он ничего не сказал мне о дяде, но словно пытался намекнуть, что знает куда больше моего.
— Интересно…
— По мне все логично. Местные стали часто жаловаться на тлетворные запахи, исходящие от завода. Никто здесь даже понятия не имел, что там есть какой-то завод Ордена до этого. Росс закрывает на жалобы глаза, прекрасно зная, что никто туда не сунется, но каким-то чудом они доходят до Воймби, который в свою очередь решает проверить…
— Направляя на задание детей?
— По сути они уже не дети, а готовые младшие хранители так что…
— Одного не понимаю, как ему удалось скрыть все улики. Он ведь был в Ордене, когда завод подорвали. Неужто и правда контрабанда?