Ты всё ещё ждёшь его сообщение?
- -
- 100%
- +
— Спасибо, — ответила она. — Просто день такой... красивый.
— Согласен, — кивнул молодой человек. — Осень — моё любимое время года. Можно присесть?
Настя колебалась секунду. Обычно она отказалась бы — слишком занята, слишком спешит, слишком ждёт сообщения. Но сегодня всё было иначе.
— Конечно, — ответила она.
Они разговорились. Его звали Денис, он работал архитектором, гулял с собакой каждое утро перед работой. Он был лёгким, весёлым, интересным. Они проговорили полчаса — о книгах, о путешествиях, о жизни. Когда он ушёл, Настя поймала себя на мысли, что не вспоминала о Сергее целых полчаса.
Маленькая победа.
День тянулся медленно, но без телефона он оказался... наполненным. Настя успела сделать столько всего, сколько не делала за последнюю неделю. Она убрала квартиру, постирала, приготовила ужин, посмотрела фильм, дочитала книгу. И каждый раз, когда рука тянулась к телефону, она останавливала себя.
— Я сильнее, — говорила она вслух. — Я сильнее этой привычки.
К вечеру напряжение стало невыносимым. Тело ломило, голова гудела, в груди разрасталась тревога. Ей казалось, что она вот-вот сорвётся, что ещё минута — и она побежит к шкафу, схватит телефон, зарыдает от облегчения.
— 24 часа, — прошептала она, сжимая подушку. — Я обещала. Я должна додержаться.
Она включила музыку, попробовала танцевать. Не помогло. Включила фильм — не могла сосредоточиться. Села рисовать — руки дрожали.
В 23:00, когда до конца задания оставался час, она не выдержала.
Настя встала, подошла к шкафу, открыла дверцу. Телефон лежал на полке, чёрный, молчаливый. Она взяла его в руки, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Нажала кнопку включения. Экран засветился.
Уведомления: три пропущенных звонка от мамы, сообщение от Лены, уведомление из рабочего чата.
И одно сообщение от Сергея: «Привет. Как дела?»
Настя замерла. Он написал. Он вспомнил о ней. Он проявил инициативу — впервые за долгое время.
И она — провалила задание.
Чувство вины накрыло с головой. Она обещала Кате, обещала себе — и не сдержала слово. Но внутри разлилось облегчение — тёплое, всепоглощающее. Он написал. Он не забыл. Он думает о ней.
Настя открыла диалог, пальцы дрожали. Она напечатала: «Привет! Извини, был долгий день. У тебя всё хорошо?»
Отправила.
И тут же почувствовала пустоту. Не радость, не счастье, а пустоту. Потому что она снова попалась в ту же ловушку. Снова ждёт. Снова надеется. Снова зависима.
Телефон завибрировал. Ответ от Сергея: «Да, всё норм. Скучал».
Всего одно слово. Одно «скучал» — и она готова всё простить. Готова забыть все дни молчания, все часы ожидания, все ночи слёз.
Настя смотрела на экран и плакала. Плакала от облегчения, от стыда, от бессилия. Она провалила задание. Она не продержалась 24 часа. Она оказалась слабой.
Но в этой слабости было что-то важное. Что-то, что она поняла в этот момент.
Она больна. Это не любовь. Это болезнь. И ей нужно лечение.
Настя взяла телефон и написала Кате: «Я сорвалась. Не додержалась последний час. Написала ему. Он ответил. Я чувствую себя ужасно».
Через минуту пришёл ответ: «Настя, вы не провалили задание. Вы получили важный урок. Теперь вы знаете, как сильна ваша зависимость. Это знание — ваш первый шаг к освобождению. Завтра обсудим подробнее. Отдыхайте».
Настя перечитала сообщение несколько раз. Катя не ругала её. Катя не осуждала. Катя была на её стороне.
Она выключила телефон, положила его обратно на полку и легла спать. Слёзы всё ещё текли по щекам, но в груди зарождалось новое чувство.
Надежда.
Глава 4. Первая сессия — «Кто ты без него?»
Настя проснулась в 6:43 утра. Не от будильника, не от света, пробивающегося сквозь шторы, а от внутреннего толчка — того самого, который последние полгода выдёргивал её из сна, как крюком за ребро. Тело помнило ритуал раньше, чем мозг осознал, где она и что происходит: рука потянулась к тумбочке, пальцы сомкнулись в воздухе, нащупывая холодный корпус телефона.
Телефона не было.
Настя моргнула, приподнялась на локте и посмотрела на пустую тумбочку. Вчерашний вечер вернулся кусочками — Zoom с Катей, задание на 24 часа без телефона, её позорный срыв за час до финала. Она провалила задание, но Катя написала, что это не провал, а урок. Настя чувствовала себя иначе — не разбитой, не уничтоженной, а... задумчивой.
Она села в кровати и посмотрела на полку в шкафу, где лежал телефон. Чёрный прямоугольник, который управлял её жизнью. Она не взяла его в руки, а просто смотрела, изучая свои ощущения. В груди было пусто. Ни паники, ни тревоги, ни желания немедленно проверить сообщения. Только глухая, вязкая пустота — как после долгой болезни, когда температура спала, но тело ещё помнит жар.
Настя встала, налила воды, выпила большими глотками, глядя в окно. Осеннее утро было серым, но спокойным. Где-то вдалеке гудел город, но здесь, в её квартире, было тихо. Она привыкла к этой тишине.
Сегодня в 18:00 — вторая встреча с Катей. Настя думала об этом весь день — в душе, за завтраком, по дороге на работу. Она перебирала в голове, что скажет, как объяснит свой срыв, как расскажет о том, что почувствовала, когда написала Сергею и получила от него «скучал».
Рабочий день прошёл как в тумане. Она сидела за компьютером, отвечала на письма, участвовала в совещаниях, но мысли были далеко — где-то там, в пространстве между страхом и надеждой. Она ждала вечера, но этот раз ожидание было другим. Она ждала не сообщения от Сергея. Она ждала встречи с собой.
В 17:30 Настя закрыла ноутбук, налила себе зелёного чая и села в кресло у окна. Проверила камеру, микрофон, наушники. Всё работало. Она глубоко вздохнула и открыла Zoom за пять минут до начала.
В 18:00 Катя присоединилась к конференции. Сегодня она была в голубом свитере, с распущенными волосами, и выглядела ещё более уютной, чем в прошлый раз. На заднем плане горел торшер, создавая мягкий, тёплый свет.
— Здравствуйте, Настя, — улыбнулась Катя. — Рада вас видеть. Как прошли ваши сутки? Рассказывайте всё, как есть, ничего не утаивая.
Настя сделала глоток чая, собираясь с мыслями. Опустила глаза, потом подняла их — и встретилась взглядом с Катей через экран.
— Я провалила задание, — сказала она честно. — Не додержалась последний час. Написала ему. Он ответил. Сказал, что скучает. И я...
Она замолчала, подбирая слова.
— И я почувствовала облегчение, — продолжила она. — Такое сильное, почти физическое. Как будто мне дали кислород, когда я задыхалась. А потом пришёл стыд. Я обещала себе. Я обещала вам. И я не сдержала слово.
Катя слушала, не перебивая. Кивала в такт её словам, смотрела внимательно, но без осуждения. Когда Настя замолчала, Катя наклонилась ближе к камере и сказала:
— Настя, я хочу, чтобы вы кое-что поняли. Вы не провалили задание. Вы получили ценный опыт. Теперь вы знаете, как работает ваша зависимость. Вы знаете, в какой момент ломаетесь. Вы знаете, что ваша тяга к нему сильнее вашей воли — пока что. И это не стыдно. Это знание — ваше оружие.
Настя подняла глаза. В них стояли слёзы, но она сдерживала их.
— Мне так стыдно, — прошептала она. — Я взрослая женщина, а не могу продержаться один день без проверки телефона. Это же ненормально.
— Ненормально, — согласилась Катя. — Но это не делает вас плохой или слабой. Это делает вас человеком, который попал в ловушку. И мы будем искать выход из этой ловушки вместе.
Катя сделала паузу, отпила чай, и её взгляд стал серьёзнее.
— Сегодня я хочу задать вам один вопрос, — сказала она. — Вопрос, который может показаться простым, но на самом деле он самый сложный из всех, что я могу задать. Вы готовы?
Настя кивнула, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.
— Опишите себя, — сказала Катя. — Не упоминая Сергея. Не упоминая вашу работу. Не упоминая вашу роль — дочь, подруга, коллега. Просто — кто вы есть? Что вы любите? Что вас вдохновляет? Что делает вас счастливой?
Вопрос повис в воздухе, тяжёлый и одновременно освобождающий. Настя открыла рот, чтобы ответить, и замерла. Слова застряли в горле, потому что... она не знала ответа.
— Я... — начала она, и голос дрогнул. — Я не знаю.
Катя не удивилась. Она кивнула, будто ожидала этого ответа, и мягко переспросила:
— Совсем не знаете? Может быть, что-то всё же есть? Ваши увлечения, ваши мечты, ваши любимые занятия?
Настя напрягла память. Увлечения. Раньше она любила рисовать. Акварелью. Она ходила на курсы, купила хорошие кисти, дорогую бумагу. Но это было... когда? Два года назад? Три? После встречи с Сергеем она забросила рисование. Сначала просто пропустила одно занятие, потом второе, а потом перестала ходить совсем. Всё свободное время уходило на ожидание его сообщений.
— Я раньше рисовала, — сказала она медленно, будто пробуя слова на вкус. — Акварелью. У меня есть несколько работ. Но я... я давно не брала кисти в руки.
— Почему? — спросила Катя.
Настя задумалась. Почему она перестала рисовать? Ответ был простым и болезненным.
— Потому что я всё время ждала. Ждала его сообщений. Сидела с телефоном в руках и ждала. А рисование требует сосредоточенности. Я не могла сосредоточиться. Я думала только о нём.
— А что ещё вы любили раньше? — продолжала Катя. — До того, как встретили Сергея?
Настя закрыла глаза и попыталась вспомнить. До Сергея была другая жизнь. Она ходила в спортзал, бегала по утрам, читала книги — по две-три в неделю. Встречалась с подругами, ходила в кино, в театры, на выставки. Путешествовала — хотя бы раз в месяц выбиралась в другой город. Она была живой, активной, интересной.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.