Наполняющие до краев. Сборник повестей

Катя и Слава продолжали общение со своими друзьями, Мариной и Владиславом, в течение года они часто виделись, наведываясь в гости друг к другу по праздникам или выходным. В летний отпуск Марина любила отправляться куда-либо в путешествие и звала с собой и Катю. Слава не препятствовал Кате ездить с этими добрыми людьми, тем более, что ее отпуск как преподавателя совпадал с отпуском Марины и ее Владислава, которого, как правило, также отпускали с работы одновременно с женой.

Старт

«…Мы отправились в путешествие по степям Башкирии. Нас было несколько человек, умещавшихся в двух легковых машинах: «Соболь» и «Лада Калина». «Соболь» вел дальний родственник Владислава Сергей, а «Ладу Калину» — Владислав. Настрой держался приподнятый. Впереди нас ожидали впечатления, приключения и… наслаждение природой, водой, воздухом. Где-то еще остались чистые уголки природы или хотя бы не очень загрязненные. Вот именно за этим и поехали — хоть немножечко пожить в местах, мало «освоенных» человеком.

Мы ехали несколько дней, делая остановки то на придорожной поляне, то в поле, иначе говоря, там, где нас заставала ночь.

Все женщины, имея в виду себя, Марину и Валентину Степановну, были замужние, кроме одной, Инги. Она — девушка веселая, иногда словоохотливая, любила купаться. Все могла променять на купание.

И вот мы встали на берегу небольшой речки. Красиво, уютно и почти чисто. За ужином Сергей говорит:

— А что это у нас все замужние, а одна нет? Может быть ее замуж отдать?

Тут все зашумели, заговорили. В итоге жарких дискуссий наша компания решила выдать Ингу за выходца с горных равнин — работящего крестьянина-скотовода. Поговорили-посмеялись да и забыли об этом. А на следующий день к вечеру к нашему лагерю подъехали две машины.

Из машин вышли семеро мужчин. Дверцы одной машины распахнули настежь и включили магнитолу. Мужчины быстро соорудили костерок и начали жарить шашлыки. Им вторили звуки знакомых и приятных мелодий. Инга наша крепко задумалась.

— А может, выйти, познакомиться?

Тут же ей Валентина Степановна предложила посильную помощь:

— Мы сейчас все женщины выйдем с плясками русскими, притопами, прихлопами и представим тебя женихам. Ну как?

Марина, ответственная за провиант, мечтательно подхватила:

— Запросим за тебя двадцать пять баранов, и нам на всю оставшуюся дорогу хватит. Инга, как услышала про баранов, так сразу заволновалась:

— Ага, вы будете баранов есть, а я только облизываться! Ну, уж нет!

Ей такой расклад дел решительно не нравился, но все же заняла наблюдательный пост в кабине газели. Оттуда легкопросматривались все «женихи».

— Чтоб не пил, не курил и носки умел стирать, — комментировала Инга нам свои пожелания к будущему мужу.

Однако вышла неувязочка. Все мужчины с шашлычком водочку потягивали и смаковали при этом. Инга внимательно всех рассмотрела и вскоре вынесла вердикт: знакомиться с женихами она не намерена. Ее требованиям они не соответствуют.

А мужчины, поедавшие шашлык, ждали-ждали, а невеста к ним так и не вышла. Сами навязываться не посмели. Доев мясо, они уехали восвояси. Мы мирно переночевали, а наутро двинулись дальше.

«Кукла» на дороге

В тот день мы долго искали место для ночной стоянки.

Перед нами раскинулась река. Заехали с одной стороны реки, попали в непролазный лес, зато на другом берегу, как мы сумели разглядеть, раскинулся песчаный пляж. Развернули машины и поехали на другую сторону реки. Чтобы это сделать, следовало проехать по деревне. А это не так-то просто. Когда чужаки, да еще из другого региона, да еще по какой-то глухой деревне, вдали от центральных дорог проезжают по деревенской улице, полдеревни сразу узнает об этом. И всем интересно, кто и куда едет.

А мы искали отворот в сторону реки. Вроде бы нашли, какой-то отворот нашелся сразу за деревней. Там же начиналось и поле подсолнухов. В них стояла одна — единственная корова. Она, видимо, никак не хотела расставаться с красивыми желтыми цветами. Корова отрывала часть головы подсолнуха и, закрыв глаза, с упоением ее зажевывала. Мы даже специально вышли из машин, чтобы посмотреть на нее.

Потом поехали дальше и, доехав до реки, поняли, что того пляжа, который нам приглянулся с другой стороны, здесь нет. Где же он? Скорее всего, есть другой отворот подальше от деревни. Мы проехали вперед, дорога снова привела на шоссейную дорогу, с которой попали в деревню. Почему-то не стали разворачивать машины, чтобы поехать назад в поисках другого заезда в деревню — вот тут-то мы и потеряли бдительностьи во второй раз заехали в деревню. Засветились на все сто. Ну, тут уж даже самый ленивый не мог нас не заметить.

На этот раз снова увидели ту самую корову, что уплетала подсолнухи. Она бежала (именно бежала!) впереди, а за ней хозяин с хозяйкой на мотоцикле «Урал» ее подгоняли.

— Замечательный метод скотину домой загонять, можно взять на вооружение, — подытожил Сергей.

Выехали из деревни дальше первого отворота и видим: справа по ходу движения стоит кукла — яркий платок, подвязанный на палке.

Слышали мы про таких кукол — придорожных. Их ставят, чтобы избавиться от семейных проблем. Каким образом? Подойдет человек, ничего не знающий, посмотреть, что за диво на дороге? Возьмет куклу в руки, а вместе с ней к нему прилепится и весь наговор, что на куклу сделан.

Кому-то плохо в жизни, семья рушится или что другое. Сам человек не способен свои проблемы решить, так он их другим желает передать. На куклу наговорит свою беду и выставит на дорогу. А какой-нибудь простак хвать ее, и беда чужого стала его, а изготовитель куклы — от беды своей избавляется.

При виде такой куклы у всех у нас возникло нехорошее чувство. Но ничего не поделаешь, поехали вперед. Надо же где-то было вставать на ночлег — время было уже позднее. Наконец-то выехали на искомый пляж. Мы все вымотались за целый день пути и, недолго думая, где разбить лагерь, встали недалеко от полевой дороги, на самом краю поля.

Все казалось хорошо, погода прекрасная. Легли спокойно спать. Утром благодатную тишину нарушил громкий звук. Дежурные по кухне били в крышку от кастрюли ложкой, срочно созывая всех. Оказывается, у нас ночью были посетители. Они прихватили два складных стула, котелок, поварешку с длинной деревянной ложкой, чехол от складного столика, сахар и соль. Все, что нужно для комфорта на рыбалке. Мы подумали сначала, что это местные жители похозяйничали — калым с нас взяли за постой на их территории.

После завтрака, когда начали собираться в дорогу, заметили двоих крестьян, походивших мимо нашего лагеря. От них мы узнали, что в их округе завелся преступный элемент, сбежавший из зоны. Мы пытались себя рассмешить и снять дискомфорт, который все испытывали: мы радовались, что он в палатки не полез. Все-таки побоялся привлечь к себе внимание — кто-нибудь бы да проснулся.

Понимаете, дело не в том, что пропали мелкие вещи. Дело в том, что мы ехали с хорошим настроением и настроем, желая всем вокруг добра и света, а к нам при всем при этом кто-то влез, словно кто-то грязной рукой хлеб взял со стола.

Вот тебе и кукла, вот тебе и проезд по деревне глухой.

Пастух

Едва сев в машины, чтобы продолжить путешествие, мы увидели пляску пылевых вихрей. Сначала первый вихрь закружился широким кругом и через несколько секунд растворился в воздухе. Следом на этом же месте поднялся второй вихрь. Он же вытянулся тонким столбом вверх и так же, как первый, быстро пропал. На прощание через дорогу закружился вихрь в третий раз. И совсем быстро исчез. Мы замерли в созерцании. Думаю, эта картина останется у всех нас в памяти надолго.

Спасибо духам воздуха, они подбодрили нас. Мы поехали дальше. Ехали целый день, пока не пришло время сделать следующую стоянку.

В поисках очередной стоянки мы обратились к пастуху, пасшему стадо коров и овец у реки. Пастух оказался дипломированным в прошлом инженером.

— Давайте, давайте, — с готовностью предложил он. — Поехали. Я покажу, где люди обычно останавливаются на отдых.

Радушный пастух без всяких долгих разговоров запрыгнул в нашу «Ниву», как только понял, что мы на ней собираемся ехать на разведку. Он и хлыст бросил к нашим ногам, и стадо оставил на нашу честь и совесть. А стадо-то частное, не колхозное. Эх, как все-таки важно человеческое общение. Все готов человек отдать взамен теплого живого слова. С коровами-то не слишком много наговоришь.

Пока машина-разведчик ездила в поисках стоянки, мы, оставшиеся со стадом, вдоволь нафотографировались и с хлыстом, и без. И лошадь пастуха покормили хлебом, и на коровушек насмотрелись. Хотели уж подоить, но пастух вернулся, и мы отправились на одно из указанных им мест.

Рядом с рекой, на берегу, на котором виднелись то тут, то там лепешки коров, мы были окружены старинными высокими ивами. Часть из них лежала на земле, преграждая выход к реке. Видимо, бобры решили заградить дорогу коровам, которые ходили на этот берег к ним и шлепали свои лепешки.

Если при встрече с пастухом на улице была жара досорока пяти градусов, то в том месте она опустилась до плюс пятнадцати. Это место, спрятанное в горах, нас удивило, поразило и даже ошеломило. Пока мы там находились, ивы качались и шумели так, как будто шумел прибой. Их ветки сгибались почти до земли, предвещая ураган. Мы не могли спокойно разговаривать. Постоянно приходилось перекрикивать этот шум. Кроме того, пришлось достать куртки и брезентовые штаны, чтобы не замерзнуть. Спалось нам плохо. Всю ночь палатки качались и рвались улететь. Но все обошлось, урагана не случилось.

Ночной вой

В эту ночь произошло событие из ряда вон.

Темнело. И вдруг пошел дождь. Нужно было срочно разбивать лагерь, пока совсем не залило.

Кстати говоря, я жила с Валентиной Степановной, Инга — одна, Сергей ночевал в своей машине. К слову сказать, она вообще была женщиной самостоятельной и справлялась с палаткой без помощи. Глядя на нее, я не роптала, когда приходилось собирать и складывать палатку, как и она, одной. Валентина Степановна часто уходила к Марине и общалась с ней. У нее всегда было много вопросов по разным темам. А поскольку стоянки длились не всегда подолгу, то она и пользовалась любой возможностью, чтобы пообщаться с Мариной.

Все на удивление быстро смогли поставить палатки, а мы с Валентиной Степановной замешкались и оказались последними. Валентина Степановна рассматривала травы и поясняла мне их свойства. Две палатки уже заняли место под величавым раскидистым кедром, а наша не помещалась.

Мы тоже захотели выгадать место и для своей палатки. Владислав, интеллигентный, но при этом дотошный в мелочах, заканчивал ставить свои растяжки. Он ставил боковую растяжку под прямым углом от палатки. Если бы натянуть ее параллельно палатке, то нам бы удалось втиснуть свою. Я поделилась своими наблюдениями со своей напарницей, и та осмелилась предложить это Владиславу:

— Вы бы, Владислав Васильевич, поставили бы растяжку в другую сторону.

— Нет, чтобы хорошо натянуть палатку, надо ставить только так, — услышали в ответ.

Поставили палатку, где пришлось: выше остальных. Ниже кедра ставить было нельзя, поскольку он рос почти над обрывом. Накрыв верх палатки пленкой, наконец-то и мы забрались внутрь. Переоделись, — дождь нас начисто промочил.

Снаружи стояла какая-то необычная тишина, что даже зазвенело в ушах. Тишина настораживала и не давала уснуть. Вдруг через короткое время в глубине леса раздался вой.

— У-у!

— Валентина Степановна, вы слышали? — спросила я свою соседку.

— Да, кто же это? — зашептала она в ответ.

Над поляной еще сильнее и протяжнее снова пронеслось:

— У-у-у!!

В вой добавились нотки какого-то даже рычания.

— Рры-у-у!

Мурашки побежали по спине от страха. Следом зазвучал второй голос. Рычали или выли уже двое или трое животных.

— Нас окружают волки, — констатировала я. — А мы с вами ближе всех к лесу.

Послышался звук раскрываемой молнии на палатке или показалось. По крыше палатки все еще барабанил дождь.

— Катя, Инга, Валентина Степановна, вы меня слышите? — с трудом различила я голос Марины сквозь шум.

— Да, слышу, Марина, — отозвалась я, немного расстегнув вход и выглянув наружу.

— Что там происходит? — спросила Инга.

— Без паники, девочки. Видимо, волки или кто-то еще вышли на охоту. Близко они не должны подойти. Нас много, а запах людей они чувствуют издалека. Вы, главное, по одному из палатки не выходите. Поняли?

— Да, из палатки не выходить, — откликнулись мы.

— А мне как быть? — спросила Инга.

— Ты Катю кричи и только тогда выходи.

— Хорошо.

— Катя, слышала? — обратилась ко мне Инга.

— Да, конечно. Я подстрахую тебя, буди, если что.

— Все, всем спать.

— Спокойной ночи, Марина, — ответила Валентина Степановна, высовываясь из-за моей спины из палатки.

Сергей уже давно храпел в своей машине, — он быстро засыпал, — и беспокойство остальных его не коснулось.

Забравшись обратно в тепло палатки, мы еще послушали протяжный вой какое-то время, пока сон не унес нас в свои миры.

Байбаки

Все только начали вставать, а я решила пробежаться по этому интереснейшему местечку. Я всегда бегала по утрам, если к этому располагала местность. Мы же целый день находились в дороге, сидели в машинах тесно прижатые сумками со всех сторон, поэтому я пользовалась любой возможностью размяться.

В этот раз моя «беговая» дорожка лежала вдоль реки, у которой мы встали. Пробежав буквально несколько метров, прямо из-под ног послышался вскрик. Я резко отпрянула в сторону, испугавшись, что наступила на кого-то. При внимательном рассмотрении увидела под ногами всего лишь широкую трещину в земле, а в десяти шагах от меня — вырытую нору.

Это байбак!

Я побежала дальше. Крик повторился уже с другой стороны. Пока я бежала вперед, крики разносились от норы к норе, от трещины к трещине, от байбака к байбаку. Они предупреждали друг друга о чужаке на их территории. Повернув назад в сторону нашего лагеря, заметила, что байбаки изменили тактику. Свой предупреждающий сигнал стали издавать уже не из нор, а на поверхности. Они выскакивали из нор, вставали на задние лапки, как постовые перед начальством, вытягивались в струнку и отдавали честь. Но за несколько метров до моего приближения они исчезали в земле. Чем дальше бежала, тем любопытнее и смелее становились животные. Они подпускали меня к себе совсем близко. И все же успевали нырнуть вглубь за пять метров до меня. В одном месте «стояли в карауле» сразу пять байбаков: по два у двух норок и один у третьей. Все смотрели в одну сторону. Красиво, элегантно и почему-то трогательно. Такая пробежка останется в памяти надолго.

Вафли

После завтрака отправились в путь. Дальнейшая дорога завела нас в военный городок. Как нас пропустили без пропуска, нам не ведомо. Мы наивно и без всяких задних мыслей попросились покупаться и нас пропустили. Может быть, купаться пускали всех. Проехав КПП, мы углубились в лес и вскоре достигли реки.

Река и пляж, что открылись нашим глазам, превзошли все наши ожидания. Песочные барханы извилистой резьбой протянулись вдоль всей кромки воды. Они словно застывшие волны принимали на себя катившиеся воды реки.

К вечеру в обход нас пошли БТРы. Они ехали на учебный полигон. Всю ночь нас подбрасывало в своих палатках от грохота орудий и автоматной пальбы. Представлялось, что мы, словно лазутчики в стане врага, забрались в тихое местечко, откуда все слышали, хотя и не видели.

Позавтракав, как всегда вкусно и сытно — продукты закупали в придорожных деревнях, — мы продолжили наше путешествие.

Удивляла красота пейзажей, восхищала красота, опрятность домиков. Даже в деревнях, которые находились в глубинке, где редко кто бывал, домики стояли чистые, крепкие, выкрашенные, с резными наличниками. Иной раз наличники выглядели как произведения зодчества.

С одной стороны, домики отличала простота форм, без изысков новых веяний в архитектуре малых строений. С другой стороны, искусно вырезанные наличники, а также свисающие с крыши деревянные кружева по периметру дома радовали глаз и питали эстетические чувства.

Остановились в придорожной деревне, чтобы уточнить дорогу к ближайшему магазину, который давно не встречался на пути.

Напротив нас стояло несколько деревенских ребятишек лет трех-четырех. Они жались к забору и во все глаза смотрели на нас. Мы захотели запечатлеть их на видео: они были очень милы. Владислав направил на них камеру. Вдруг со стороны дома из широко распахнутых ворот со всех ног выбежала к ним бабушка. Она явно была напугана. Ее волосы растрепались, но ей было все равно. Она выбежала на улицу, что-то резко сказала детям на местном наречии. Дети скрылись во дворе дома и закрыли ворота. А нам ничего не оставалось, как спросить у нее, где магазин. Женщина заметно расслабилась, разглядев наши дружелюбные лица. Вздохнув с облегчением, она ответила на наш вопрос.

Мы уже заметили, что дети и вообще все местное население очень подозрительно и с большой опаской относились к проезжающим. Наверно, настрадались от них и не доверяли.

Проехав буквально метров десять вперед, увидели магазин. Марина и Инга ушли за покупками, а я обратила внимание на группу из пяти-шести ребятишек, стоявших на углу того самого забора. Один сидел на заборе, другие стояли кучкой, перед ними стоял детский велосипедик. Среди детей выделялась девочка, самая старшая на вид — может быть, лет семи.

Я надумала пообщаться с ними немного, если получится. Взяв из машины пять вафель по числу ребят, приблизилась к ним. Не совсем вплотную, боясь, что они разбегутся. Все же один малыш, сидевший на заборе, юркнул в кусты и спрятался за пышную яблоню. Спрашиваю: «Хотите вафли?» Молчат. А старшая девочка помотала отрицательно головой. Я снова: «Вы любите вафли?» Они снова молчат. Только старшая девочка вновь помотала отрицательно головой. Глядя на их немного грязные личики, я подумала, что им, конечно, хочется вафель, только они мне об этом не скажут. Как же им их отдать? Вафли были ароматные, свежие. Оценив обстановку, положила вкуснятину башенкой на сиденье велосипеда, который разделял нас.

— Ешьте, они вкусные, — сказала я и вернулась к машине.

Когда оглянулась, вафли исчезли.

Тут нельзя не упомянуть один печальный факт. Марина закупила сладости в магазине, чтобы угостить всех в связи с днем рождения ее мужа.

Отмечу мимоходом, что с мужем у нее сформировались прекрасные отношения. Взаимопонимание и любовь сквозили во всех их словах, взглядах, обращенных друг на друга. Они заражали всех своим спокойствием и дружелюбием.

Когда мы отъехали от деревни на несколько километров, она вдруг обнаружила, что пакет со сладостями остался в магазине. А там и конфеты разного сорта, и печенье. Видимо, сладости были нужнее кому-то другому в этой деревне. Возвращаться в магазин не стали, помня о «кукле» на дороге.

Зубная щетка

Среди нас есть очень добрый и безобидный человек. О нем или, вернее, о ней хотелось бы рассказать одну маленькую историю.

Валентина Степановна — старейший член нашего экипажа. Заботливая, верная соратница и друг всех сирых и обделенных, Валентина Степановна никак не могла найти свою зубную щетку. Она искала ее уже пару дней, но она не находилась, и Валентина Степановна решила купить новую. Для этого Валентина Степановна заходила во все магазины, которые попадали нам на пути. Она никак не могла определиться с выбором. Выбирала, выбирала, но что-нибудь да не нравилось ей в щетке. Ну, это же не супермаркеты. Лежат, например, на прилавке деревенского магазина две щетки, одна — длинная, другая — малюсенькая с желтой щетиной. Трудно, согласитесь, выбрать. Но вот, в один из вечеров Валентина Степановна с гордостью продемонстрировала нам за ужином свою покупку. Это была щетка, конец ручки которой венчала миниатюрная машинка, скоростное авто на колесиках. Пожилая, почти беззубая женщина и гоночная машина на щетке в комплексе представляли собой невероятно смешное зрелище. Все хохотали от души, сдержаться не было никаких сил.

Как только новая щетка была куплена, на следующий день, как обычно бывает, нашлась старая щетка. Но и это бы еще ничего. У Валентины Степановны была особенность.

В самый первый день нашего путешествия, перед тем как пойти спать, наливаю я себе в ковшик воды, чтобы почистить зубы, и от чистого сердца предлагаю Валентине Степановне: «Вам налить воды?» «У меня чистить-то нечего, всего один зуб», — отвечает та. Столько усилий было приложено, чтобы щетку найти, а чистить-то приходилось и не зубы вовсе, а протезы.

Праздничный ужин

В тот день наш путь пролегал по каменистой и немощеной дороге. Мы ехали очень долго, тряслись на ухабах, глотали пыль, клубами залетавшую в окна, обливались потом, текшим в три ручья. Дороге не было конца. Вокруг возвышались высокие сосны и ели, и нигде не было видно и следа какого-нибудь жилья. Просто дорога, и все. И вдруг за очередным поворотом, из сотни таких поворотов показалось строение. А на нем надпись «Серебряный ручей».

Не сговариваясь, мы выпрыгнули из машин, не веря своим глазам. Источник с холодной и чистой водой весело стекал вниз. Он наполнял собой большой алюминиевый котел, или цистерну, где можно было даже окунуться.

Ощущения от приседаний с головой в ледяной воде после пятидесятиградусной жары и семи слоев пыли на теле, пропитанных и закрепленных потом, трудно поддаются описанию. Это можно только испытать. Купание оказалось бесплатным, хотя и проходило на территории частного банного комплекса. Это нас весьма порадовало. Мы бы и деньги не пожалели за горно-водные процедуры. После купания дальнейшая дорога пошла веселее. Оставалось подыскать место для очередной ночевки и проведения дня рождения Владислава.

Признаюсь, мы искали особенное место и нашли. Заехали в горный массив, где среди высоких шапок зеленых холмов приглядели пологое место, там и расположились.

После установки палаток и организации общей территории взялись за приготовление праздничного ужина.

Женщины нарезали вкусный салат, богатый по количеству овощей в нем, сварили плов и даже приготовили… торт из печенья. Делать его доверили Валентине Степановне. Она складывала печенье на печенье, промазывая каждый слой сгущенным молоком.

К торту также выставили фрукты, которые были выложены красивой горкой. Среди них лежали и виноград, и персики, и сливы. Арбуз подавался отдельно. Вообще арбузов в поездке ели много, покупали почти каждый день, если находили в магазине.

Пришло время поздравлять Владислава с днем рождения. Сидя у костра, спели несколько песен, пожелали хорошего и счастливого года имениннику. Как только полностью стемнело, вокруг залетали летучие мыши. Они пролетали низко над головами, иногда задевая своими крыльями чью-то голову, чьи-то уши, например, у меня. Как только костер догорел, мыши внезапно исчезли. Все разошлись по своим палаткам.