Исцеление ран

Анна стояла у окна своей съемной квартирки и смотрела на спящий городок. Он был маленьким, как игрушечный: несколько улиц, центральная площадь с военным мемориалом, да пара кафе, которые оживали только по выходным. В таком месте все друг друга знают, и все друг о друге всё знают. Особенно о таких, как Артем.

О нем говорили разное. Шепотом. «Рук не пожалеет», – предупреждали одни. «Бывший наркоман, а теперь вон какой, машина, бизнес», – с завистью и недоверием качали головами другие. Его автомастерская на выезде из городка была местом почти легендарным. Говорили, он мог починить всё что угодно, а его взгляд, тяжелый и прямой, прошибала насквозь.

Он лишь кивнул, и его глаза на секунду встретились с ее взглядом. В них не было ни заигрывания, ни тепла. Была стена. Глухая, серая, бетонная стена. И именно в этот момент Анна, тихая библиотекарь, которая всегда выбирала безопасные тропинки, поняла, что хочет пробить эту стену. Покорить это замкнутое, искалеченное прошлым сердце.Анна впервые увидела его, когда у ее старенькой «девятки» заглох двигатель прямо посреди главной улицы. Он шел мимо, в замасленной спецовке, руки в мелких ссадинах. Не сказав ни слова, он заглянул под капот, что-то пошевелил, и мотор с рычанием ожил. – Спасибо, – смущенно прошептала Анна.

Она начала с малого. Придумала повод заехать на мастерскую – «послушать стук в подвеске». Артем был вежлив, но холоден. Он говорил с ней только о машине, его ответы были краткими. Она видела, как он работает – яростно, с какой-то злой концентрацией, будто выбивал демонов из каждой гайки.

– В прошлой жизни, – усмехнулся он, и в его глазах мелькнула тень. – Было дело.Как-то раз, забирая машину, она «забыла» на столе у него в офисе книгу – сборник стихов Есенина. На следующий день он вернул ее ей, когда она выходила из библиотеки. – Твоя? – спросил он.– Моя. Спасибо. Он постоял в нерешительности. – «Не жалею, не зову, не плачу…» – вдруг произнес он тихо, глядя куда-то мимо нее. Анна аж подпрыгнула от неожиданности. – Вы читали?

Это была первая трещина. Ниточка.

Она не лезла к нему с расспросами. Не пыталась жалеть. Она просто была рядом. Приносила ему кофе, когда задерживалась на мастерской. Говорила о простых вещах – о том, как осень красиво раскрасила лес за городом, о новом фильме, который поставили в единственном клубе. Он сначала отмалчивался, потом начал вставлять редкие реплики.

– Да. Ложь.Однажды вечером она застала его одного в гараже. Он сидел на ящике из-под инструментов, и его руки дрожали. Он не видел ее. Он смотрел в одну точку, лицо было искажено внутренней болью. – Артем? – тихо позвала она. Он вздрогнул и резко поднял на нее глаза. В них был не просто испуг, а животный, дикий ужас. – Уходи, – просипел он. Но она не ушла. Она села рядом на корточки и молча ждала. Минуту, другую. Дыхание его выровнялось. – Иногда накатывает, – хрипло сказал он, не глядя на нее. – Как будто все тело помнит… А душа рвется на куски. Кажется, одна таблетка, один укол – и все пройдет. – Но это же ложь, – тихо сказала Анна. Он впервые посмотрел на нее по-настоящему, долго и пристально.

– Я отстроил все это, – он показал рукой на мастерскую, на свой дом виднеющийся вдалеке. – По кирпичику. Машину купил. Люди уважать начали. А внутри… внутри все еще тот парень из подвала. Холодно и страшно.После этого вечера стена дала первую серьезную брешь. Он начал говорить. Обрывками, с болью. О годах в аду, о друзьях, которых похоронил, о предательствах, о дне, когда он чуть не умер от передоза в грязном подвале и понял, что хочет жить.

Анна слушала. И в ее сердце, вместо страха или брезгливости, росла какая-то тихая, железная решимость. Она не хотела его «спасать». Она хотела просто быть с ним. Показать ему, что он не один.

– Я не из хрупкого материала, – улыбнулась Анна.Как-то раз они поехали на его машине к озеру за городом. Он был спокоен, почти расслаблен. И когда они смотрели на закат, отражавшийся в воде, он вдруг взял ее руку. Его ладонь была шершавой, сильной, но держал он ее бережно. – Знаешь, почему я выжил? – тихо спросил он. – Потому что в самые темные минуты мне казалось, что где-то есть что-то светлое. Какая-то другая жизнь. Тихая. С утренним кофе, с книгой на столе, с человеком, который… который не испугается. Он повернулся к ней. – Я так боялся тебя пустить. Думал, ты увидишь во мне монстра. Или сломаешься.

Он не сказал ей «я тебя люблю». Не было громких признаний. Но когда он обнял ее, прижав к своей груди, где под спецовкой билось израненное, но сильное сердце, она поняла – оно покорено. Не ее усилиями, не хитростью, а просто тем, что она оказалась тем самым светом, до которого он сам, через боль и отчаяние, сумел дошагать.

И они стояли вдвоем на берегу маленького озера, в маленьком городке, где у каждого было свое прошлое, а у них – общее, хрупкое и бесценное настоящее.

***

Они возвращались в город в полной темноте. В салоне его старенькой, но безупречно отлаженной иномарки пахло бензином, металлом и едва уловимым ароматом ее духов – капля, которую она утром случайно уронила на сиденье.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.