Шпаргалка для некроманта

Глава 1

– Вставай, сестренка, – мягко, но настойчиво сказал Квелд и коснулся плеча спящей девочки. Она уже давно проснулась и просто лежала с закрытыми глазами.

– Не могу. Живот болит, – вымученно ответила Натт.

– Верю-верю, – рассмеялся юноша.

– Я правду говорю, – протянула она, посмотрев на брата. – Такое ощущение, что кишки накручивают на огромную вилку.

– Фу, ужас какой, – Квелд сунул два пальца в рот, изображая приступ тошноты.

– Да ну тебя. Всегда ты так, – буркнула Натт и натянула на лицо одеяло.

– Ну чего ты, глупенькая? Я же пытаюсь тебя успокоить. Мне тоже очень страшно ехать в Тэнгляйх, – признался брат.

– Тебе-то чего бояться, ты уже пять лет отучился в академии. Остался всего год, и станешь дипломированным специалистом, которого оторвет с руками любая больница, – фыркнула Натт.

– Вот именно этого и боюсь. Последний год! Экзамены, выпускной и долгие собеседования. А моя любимая сестра даже не хочет меня поддержать и куксится почем зря, – Квелд принял обиженный вид и скрестил руки на груди.

– Хорошая попытка, только на меня это не действует! Ты прекрасно знаешь себе цену, заносчивый индюк! – глухо донеслось из-под одеяла.

– Все, с меня хватит, – строго бросил Квелд и рывком стянул одеяло с сестры. – У тебя двадцать минут на сборы. Подготовлю лошадей и проверю повозку. Родители и Абиенд ждут нас к завтраку. Нужно попрощаться с ними. Мы их до зимних каникул теперь не увидим! Имей совесть, они впервые отпускают тебя так надолго и будут сильно тосковать.

– Я тоже! – Натт села на край кровати и подняла на брата полные слез глаза. – Мама и папа останутся далеко. Абби научится читать без меня. Я все пропущу. Не хочу в Тэнгляйх!

– Абиенд всего два! Ничему она не научится за полгода. Двадцать минут! Я не шучу, хватит себя жалеть! Не соберешься вовремя, поедешь в пижаме!

Натт Мёрке подождала, пока в коридоре стихнут шаги брата, и побрела приводить себя в порядок. Она не врала: живот у нее действительно болел, а лицо приобрело зеленоватый оттенок. Девочка долго и остервенело умывалась холодной водой, пока наполнялась ванна. Лучше выглядеть Натт не стала. Сдавшись, забралась в купальню и погрузилась под воду с головой. Когда через минуту легкие зажгло от боли, девочка вынырнула, судорожно дыша.

Тэнгляйх, некроманты, учеба на ненавистном факультете темных искусств. Вот только без этого никак нельзя обойтись. Все вокруг твердят, что она сильный спиритуалист и ей нужен хороший наставник, иначе… Прогнозы неутешительны: от одержимости демоном до превращения в лича. С первым Натт уже была знакома, она чудом избавилась от паразита, запечатав его в парке развлечений Дорнфьола несколько лет назад. Страшно представить, что ей грозит, если еще одно темное порождение пожелает «подружиться» с ней. Да и перспектива стать отвратительным личем тоже не прельщала.

Натт с неохотой покинула теплую ванну, ткнула пальцем в кристалл на стене и активировала аппарат, в считаные секунды высушивший волосы девочки. Она расчесала и собрала пушистые, медного цвета, горячие пряди в небрежный хвост.

Вещи, учебники, многочисленные защитные и усиливающие артефакты, купленные родителями, были давно собраны. Квелд еще вечером отнес их в фургончик. Мёрке выглянула в окно и увидела, как брат впрягает Бьелке и Литу. Первый – гнедой жеребец Натт, подарок отца. Вторая – пегая кобыла брата. Лошади терпеливо ждали, пока юноша закончит колдовать над упряжью.

Девочка отошла от окна и начала одеваться. Длинная, до колен, темно-серая роба и теплые обтягивающие штаны. Она затянула потуже ремень, и тошнота вновь подступила к горлу. Натт непременно придется заниматься вскрытиями и бальзамированием. Она уже успела пролистать учебники и ужаснуться от обилия отвратительных картинок. Натт честно пыталась исследовать найденную недавно в подвале мертвую крысу, но в итоге выбросила ее вместе с мышеловкой. Девочка запихнула мерзкие учебники по некромантии для начинающих в самый низ дорожного сундука и завалила их одеждой.

Родители уже сидели за столом и уговаривали крошку Абби поесть, предлагая блюда, приготовленные поваром семьи Мёрке, но ребенок капризничал, словно чувствуя настроение сестры, и отказывался от рисовой каши и куриных паровых котлеток.

– Мама, можно я? – попросила старшая дочь, подошла к малышке и погладила ее светло-рыжие кудряшки.

Натт зачерпнула ложку каши и принялась выписывать ею узоры в воздухе.

Абби послушно принялась есть кашу. Родители благодарно кивнули Натт и грустно улыбнулись.

– Сама хоть позавтракай, – мягко попросила мать.

– Не хочу. А еще меня в дороге сильно укачивает. Квелд сказал, мы остановимся отдохнуть, тогда и перекушу, – Натт продолжала кормить сестру.

– Волнуешься? – спросил отец, и девочка соврала:

– Нет, думаю, не забыла ли чего.

– Пиши нам, – голос матери дрогнул, и отец строго посмотрел на нее.

Она тут же вернула себе безмятежный вид, но продолжала нервно теребить салфетку. Натт уловила состояние родителей и расстроилась еще сильнее. Если они будут скучать и тосковать, к чему ей вообще куда-то ехать? У них наверняка хватило бы денег нанять персонального наставника. Только все в семье сошлись на том, что некроманту не стоит расти затворником и Натт непременно нужны друзья, которых у нее никогда не было. Никто не хотел водиться с будущим адептом смерти, и дело вовсе не в суеверном трепете. Зачем сближаться и привязываться к тому, кто либо умрет, либо сойдет с ума под давлением демонических голосов и духов?

Натт поцеловала сестренку в пухлую щечку, а затем обняла мать. Девочке не хотелось, чтобы прощание затянулось, потому что на глаза начали наворачиваться слезы. Зашел Квелд и стал ворчать о времени и опасности ночных путешествий. Девочка с облегчением расцепила руки и, не оборачиваясь, выбежала из столовой.

Она знала, что родители все равно выйдут на улицу и будут провожать взглядами маленький фургончик, ведь еще в прошлом году она так же смотрела, как уезжает брат, и начинала с тоской считать дни до зимних каникул.

Через полчаса пути стало немного легче. Квелд молча следил за дорогой, а Натт хотелось, чтобы он вновь стал веселым и заботливым братцем.

– Я не маленькая, смогла бы сама приехать к началу учебного года. Заодно провела бы лишний месяц с родителями дома, – подала голос девочка, а Квелд лишь устало покачал головой.

– Опять ты за свое? Управлять повозкой не так просто, и до академии путь неблизкий, – возразил брат.

– Ты как-то справляешься, я бы тоже смогла, – самоуверенно заявила Натт.

– Да я не спорю, но юной особе путешествовать в одиночку очень опасно: повозка выйдет из строя, лошадь захворает или зверь какой нападет. Что угодно может случиться! И что ты тогда предпримешь? – поинтересовался Квелд.

Девочка была согласна с братом, но от одной мысли, что целый месяц до начала учебного года ей придется провести в полупустом незнакомом месте, Натт хотелось спрыгнуть с повозки и побежать домой.

– Когда там начинается твоя практика в больнице? – удрученно спросила она.

– Через три дня.

– И как часто тебе придется мотаться в другой город?

– Двое суток в Рискланде, а на третьи буду возвращаться в академию. Даже соскучиться не успеешь! – пообещал Квелд.

– Значит, замок ты мне не покажешь? – буркнула сестра.

– Познакомишься с ребятами, они тебе устроят экскурсию и ответят на все вопросы. Глядишь, заведешь пару друзей.

– Неужели кроме меня там еще будут неудачники, которым летом больше делать нечего, как тухнуть в пыльном замке?..

Квелд проигнорировал очередную порцию нытья младшей сестры.

– Да, там будут ребята. Я специально написал письмо Гостклифу Анду, заместителю вашего декана, и он любезно предоставил мне информацию о твоих будущих однокурсниках. Кстати, один из новичков-некромантов уже живет в Тэнгляйхе с начала лета. Думаю, он с радостью составит тебе компанию.

– Дружить с некромантом? Фи! – картинно поморщилась девочка.

Квелд внезапно разозлился и едва не бросил поводья.

– Довольно! Я пообещал после той истории с демоном никогда не оставлять тебя, но сейчас высажу посреди дороги – и иди куда хочешь! Не знаю, защитная реакция у тебя такая или что, но я просто пытаюсь помочь. Ты не одна родилась некромантом, и не нужно перекладывать на себя страдания всего мира, – выпалил Квелд и раздраженно стегнул лошадей.

Лита и Бьелке перешли на бодрую рысцу, а Натт стыдливо уползла вглубь повозки. Брату тоже было нелегко, как и всем в семье Мёрке. Шокирующее открытие о таланте любимой сестры он перенес тяжело, а когда узнал, что она вдобавок одержима демоном, лишь бессильно сжимал кулаки. Рассказать такое кому-либо казалось невозможным. Родителей бы это основательно подкосило, а девочку могли подвергнуть болезненному обряду изгнания нечистого духа, что нередко приводило к смерти самого человека. А еще Натт могли упечь в закрытую лечебницу, а то и отправить в печально известный город инквизиторов Скьерзилден. От мысли, что его маленькая сестренка окажется в чистилище, Квелд сходил с ума.

Юноша перечитал горы старых фолиантов, пока не нашел простой ритуал крови. Брат оставил книгу в комнате Натт, надеясь, что сообразительная девочка разберется во всем, а демон не почует подвоха. И она смогла! Самолично избавилась от паразита, связав его проклятием. Но даже после освобождения от власти духа Натт не стала счастливее, а лишь больше замкнулась в себе.

Через пару часов Квелд остановил фургончик и заставил сестру поесть. Натт сначала упиралась, но едва брат открыл пару коробочек, которые собрал повар семьи Мёрке, как девочка сдалась и с удовольствием запустила зубы в сочный мясной рулет, запивая его горячим чаем. На какой-то миг ей даже почудилось, что они сидят не в фургончике, а дома. Она с удовольствием облизала пальцы и блаженно прикрыла глаза. Дуться на брата больше не было желания, по телу разливалось приятное тепло, а в повозке все еще витал аромат травяного чая.

– Как зовут того студента-некроманта? – небрежно спросила Натт, стараясь, чтобы вопрос прозвучал как можно равнодушнее.

– Имя не помню. А вот фамилия его на слуху: Форсворд, – оживился Квелд.

– Это не те самые Форсворды, которые находятся на службе у наместника западной провинции? – поинтересовалась Натт.

– Да вроде они.

– Тогда неудивительно, что их сынок прохлаждается в академии все лето. Его же явно сослали куда подальше. Хотя не проще ли было держать свое чадо поближе, в академии Штернвест, например? – хмыкнула Натт.

– Тэнгляйх – лучшая академия в стране, – твердо заявил Квелд, но в глубине души он был согласен с сестрой.

Очень похоже, что высокородная семья сплавила ребенка с неугодным даром в соседний регион. Даже удивительно, что отпрыск Форсвордов не отправился учиться за море. С глаз долой…

– Ага, как же! Именно поэтому, а не из-за того, что он адепт смерти. Но мне уже нравится этот Форсворд. Так и быть, попробую завести с ним знакомство, – снизошла юная Мёрке.

Квелд едва сдержал улыбку от напыщенного тона младшей сестры. Его изрядно утомила дорога, да и бессонная ночь давала о себе знать. Тревога за Натт вкупе с собственными переживаниями свели его попытки уснуть на нет, и теперь усталость навалилась с утроенной силой.

– Слушай, Натт, ты вроде говорила, что могла бы доскакать до Тэнгляйха в одиночку? – припомнил юноша.

– Говорила, а что?

– Я бы вздремнул полчаса. Дорога будет прямая еще очень долго, последишь немного? – попросил Квелд, и девочка с радостью взяла у него поводья.

Ей нравилось править лошадьми. Конечно, с верховой ездой это было не сравнить, но ощущения того, что целая повозка находится у тебя под контролем, были непередаваемые. Несколько раз мимо них проносились экипажи, и девочка гордо приосанивалась, встречаясь взглядами с кучерами.

Постепенно становилось темнее. В северной провинции, откуда были родом Натт и Квелд, вечер наступал рано, но, в отличие от других регионов, ночи в Форкелелсе не были непроглядными. Заснеженные пики гор, словно гигантские фонари, дарили округе тусклое сияние. Иногда девочке хотелось настоящей черной ночи с небом, усыпанным звездами, но здесь оно всегда было затянуто белесой пеленой.

Натт задрала голову вверх. Без изменений. Она обязательно наведается в зал астрономии в Тэнгляйхе и рассмотрит ночное небо во всей красе! Может, даже в первый день по приезде попросит этого самого Форсворда. Наверняка он за лето уже излазил весь замок вдоль и поперек.

На сердце стало веселее, и девочка понемногу расслабилась. Ей все еще было стыдно перед братом за свое поведение, и она решила не будить его, когда дорога вывела их фургончик к большому указателю. Натт без труда нашла направление на Тэнгляйх и свернула с центрального тракта. Как назло, по обеим сторонам дороги раскинулось кладбище. Она сильнее сжала поводья и старалась не обращать внимания на оживившихся духов.

Среди них были в основном неупокоенные: одни желали мести, другие соскучились по родным, которые в одночасье перестали посещать могилы. Девочка еще не научилась полностью закрывать свой разум от непрошеных гостей и потому перепугалась, когда призраки накинулись на нее со своими просьбами. Они не желали некромантке зла, а лишь умоляли о помощи. Натт не заметила, как из ее глаз потекли слезы от печальных историй, которые нашептывали ей духи. Она принялась вытирать лицо рукавом и случайно выпустила поводья, когда фургончик подскочил на очередной кочке. Лошади явно нервничали, оказавшись на земле мертвых, а почувствовав внезапную свободу, понесли.

– Квелд! – закричала Натт.

Брат тут же бросился на подмогу. Он пытался магией успокоить взбесившихся скакунов, но они не слушались его.

– Ухватись за что-нибудь и держись крепко! Не знаю, что это на них нашло, – растерялся брат и продолжал колдовать.

Юная Мёрке вцепилась в каркас навеса фургончика и зажмурилась. От нее уже ничего не зависело, вся надежда была только на брата.

Повозка неслась все быстрее, и лошади вдруг стали сильно забирать вправо. Фургон начало кренить, и на девочку скатились сумки и сундуки. Натт прижало к бортику, и она едва не взвыла от боли, когда на ногу навалился бочонок с водой. Центр тяжести заметно сместился влево, и Натт почувствовала, как два правых колеса оторвались от земли. Всего через мгновение повозка рухнула на бок, и девочка выкатилась наружу. Она пролетела несколько метров, сдирая в кровь локти и коленки.

Когда Натт наконец решилась открыть глаза и осмотреться, то увидела, что лежит на плите старого надгробия. Она попыталась встать, но камень под ее ногами треснул и начал стремительно осыпаться. Натт не успела ни отпрыгнуть, ни схватиться за уступы и провалилась в темную яму, слишком глубокую для обычной могилы.

Холодная ладонь нежно гладила Натт по голове. Сквозь звон в ушах девочка слышала не то женское пение, не то плач. Она попыталась разобрать слова, но так ничего и не поняла. Юная некромантка открыла глаза – со всех сторон подступала темнота, и лишь откуда-то сверху тонким бледным лучом пробивался свет. Чья-то рука порхала у самого лица, а голос становился разборчивее:

Не дай ему случайно оступиться, м-м-м…

Девочка медленно вспоминала, как оказалась в этом мрачном сыром месте.

– Луны обманчив бледный лик, м-м-м…

Упущенные поводья, повозка, падение. Квелд…

– Квелд! – истошно закричала Натт и вскочила на ноги.

Ее перепуганный голос глухо отразился от сводов пещеры, куда она угодила.

– Квелд, – уже шепотом повторила Натт.

– Его здесь нет, – ответила незнакомка, прервав свои тоскливые завывания.

– Кто ты? Где мой брат? Где я нахожусь? – девочка дрожала от страха, глядя на размытое серебристое сияние перед собой.

– А ты осмотрись.

Натт обвела взглядом пространство. Свет, исходящий от грустной певицы, выхватывал из темноты земляные стены и потолок. Вокруг торчали старые серые кости и полусгнившие доски с ржавыми гвоздями. Сердце девочки забилось в ужасе. Словно почуяв ее страх, зашевелились и останки. Некоторые были настолько древними, что при движении превращались в муку и осыпались с потолка вместе с землей.

– Не тревожь усопших, заклинательница смерти. Они так долго мечтали о покое. Оставь их, – ласково попросила незнакомка. В ее голосе не было ни тени тревоги, словно огромная земляная пещера не грозила похоронить их заживо среди старых костей.

– Это не я! – возразила девочка.

– А больше некому. Успокойся, тебе никто не навредит, милая Натт, – призрачная женщина по капле вытягивала из девочки страхи, и понемногу стены переставали шевелиться, а потолок больше не осыпался.

– Откуда ты знаешь мое имя? – некромантка недоверчиво разглядывала сияние, в котором постепенно начала угадываться фигура прекрасной девы.

– Твой брат звал тебя полчаса назад, когда ты свалилась сюда, – ответила незнакомка.

– Где он сейчас? – у девочки сжалось сердце от тревоги за Квелда.

– Уехал за помощью. Он очень любит тебя и волнуется. Но не переживай, я забрала и его тревоги. А еще ответила ему, притворившись тобой. Квелд знает, что с тобой все в порядке, – заверила женщина.

– А со мной все в порядке?

– Ты скатилась по земляной стене. Но духи были благосклонны и смягчили падение. Ты отделалась лишь парой ушибов и неглубокими царапинами, – дева вытянула бледную руку и указала на колено Натт.

Девочка только сейчас почувствовала, как саднит правая нога, и посмотрела вниз. Штаны были разодраны и перепачканы кровью и землей.

– Кто ты? – повторила свой вопрос Натт.

– Если ты про имя, то его у меня нет. Я не совсем человек, – сияние вокруг девы стало слабее, и Натт смогла лучше разглядеть говорящую.

Длинные серебристые волосы почти достигали земли и при каждом движении женщины мерцали и переливались. Огромные серые глаза были полны скорби и тоски, и казалось, что из них вот-вот потекут слезы. Тонкими пальцами незнакомка поглаживала подол невесомого белого платья.

– Не человек? – переспросила девочка.

– Именно. Разве маленькая адептка смерти не знает про таких, как я? – она склонила голову набок.

– Я только еду учиться. Занятия начнутся через месяц, – как бы оправдываясь, проговорила Натт, и женщина грустно улыбнулась.

– Тогда советую почитать побольше о тех, с чьим миром ты будешь часто соприкасаться: демоны, фейри, духи. Некромант должен быть хорошо знаком с ними, чтобы всегда быть начеку.

– А с такими, как ты, нужно быть начеку? – Натт на всякий случай попятилась, а незнакомка улыбнулась шире.

– Даже не знаю. Я вреда тебе не принесу. Напротив, могу забрать часть твоих тревог и страхов. Хочешь? – дева облизала губы.

– Что мне за это будет?

– Ничего! Никакого подвоха. Честная сделка, – белокурая положила руку на сердце.

– Тогда какая-то односторонняя сделка, что с этого выиграешь ты? – нахмурилась Натт.

– Подпитаюсь твоими страданиями, так что я тоже останусь довольна, – подмигнула женщина.

– Странно, что никто не ищет таких, как ты, чтобы отдать свою боль, – хмыкнула Мёрке.

– На самом деле, не все хотят расставаться со своими страхами и тревогами, потому что без них можно стать опасно беспечным, а болью не делятся, чтобы не забывать любимых, месть и самих себя, – пояснила незнакомка.

– Тогда, пожалуй, тоже оставлю свои страхи при себе, осторожность не повредит!

– Мудрое решение, – похвалила дева. – Хочешь, выведу тебя наружу и покажу, где стоят ваши лошади?

– Пожалуйста! – попросила Натт.

Загадочная дама протянула руку девочке и повела ее по мрачным подземным коридорам.

– Почему мертвые здесь молчат? – нарушила тишину Натт. – Там, наверху, они набросились, едва я очутилась на кладбище.

– Это из-за меня. Помнишь, я сказала, что не все любят делиться своей болью? Страдания – это все, что есть у неупокоенных. Они избегают меня, боясь потерять то немногое, что составляет их естество, – рассказала дева.

– Значит, когда мы расстанемся, они вновь пристанут ко мне? – помрачнела девочка. – Есть способ отогнать их?

– Нет-нет! Нельзя их прогонять! Некромант не должен обижать мертвых, но и потакать им не стоит.

– Что же делать? Мне страшно!