- -
- 100%
- +
"Главная проблема – во мне"
Ален Делон.
Рав
[Три]
Долго упирался, отказывался и сквернословил, но слово лучшего друга, а по совместительству – начальника, — закон. И теперь стоять мне целый день при параде листовки раздавать... Где я так накосячил!?
Оделся ещё так кричаще. Брючки, рубашечка, шляпка. Чем не Ален Делон, а? Красавчик, звезда Голливуда! Вот и стоит эта звезда в центре города, на перекрестке, недалеко от какого-то там собора, улыбается всем прохожим, спешащим по своим делишкам, впихивает листовки спортивного клуба. Где. Я. Так. Накосячил!?
На часах только семь утра.
Я стою минут пятнадцать, но уже готов швырнуть эту стопку в ближайшую урну. А в Аккорде на заднем сиденье, между прочим, ещё около тысячи! Как. Я. Мог. На. Это. Согласиться!?
Моя скорпионья натура скоро жалить начнёт, но нет, актер из меня и правда хороший – протягиваю листовку очередной женщине и улыбаюсь... как там Никита сказал? «Доброжелательно и располагающе». Только вот из нас двоих добренький точно не я.
Зачем ему новые клиенты, а? Почему не нанять промоутеров? Нашел, блин, тоже мне, бесплатную рабочую силу.
Ладно, хорош. О, точно, тут недалеко сестра у Ника жила с подругой, пока к мужу не переехала. А сейчас там кто? Сдают вроде кому-то.
В наушниках поёт Кобейн свою вечную «Smells Like Teen Spirit»:
"Hello, hello, hello, how low?"
[Привет, привет, привет, чего кислая?]
Утренний зной кочегарит открывающиеся магазины, выжигает подъезжающие троллейбусы и прогоняет автобусы с остановки через дорогу. Все проходят мимо, улыбаясь в ответ парню, танцующему под грохочущую из наушников "Нирвану", протягивающему листовки и улыбающемуся... как там? Доброжелательно и располагающе.
Рядом на асфальте сидит Стасик, прислонившись к серости дома середины прошлого века, лыбится беззубой улыбкой, потрёпанной жизнью. Ему скоро на работу – на паперти стоять через дорогу, а пока он смотрит на мои танцы и искренне хлопает в ладоши. Хороший мужик, жаль только, что без ног. Сегодня будем с ним компаньонами, хоть потрещим. Сколько лет я его тут видел, а мимо него всё пробегал, ни разу не остановившись...
О, впереди ко мне по разгоряченному асфальту бежит какая-то девчонка. Судя по всему, опаздывает на автобус. Впопыхах застегивает желтенькую косуху, не жарко? Поправляет каштановые волосы. Замечает наконец мой взгляд, изучающий её семенящую фигурку, и... перебегает дорогу в неположенном месте, не дойдя до пешеходного, который я торжественно оккупировал.
Быстро попрощался с одиноким одиннадцатым маршрутом, увозящим злостную нарушительницу, да и продолжил дальше.
"Hello, hello, hello, how low?"
На часах уже три.
Раз десять охлаждался в машине, но парящее солнце испепелило всю мою самоуверенность. К черту! Ещё и этот грёбаный костюм. Здесь бы в плавках одних плясать, авось и клиенток бы завтра в зале прибавилось.
Стасик через дорогу устало жуёт подогнанный мной пирожок с фаршем, изредка посматривает на меня и кивает в знак поддержки. Да, я чувствую себя как после двухчасовой пробежки, а всего-то стою весь этот грёбаный день на одном месте и гоняю по кругу Кобейна.
Ещё немного, Рав. Терпи.
О! Какая знакомая утренняя косуха вывернула из-за автобуса с гордой циферкой "Одиннадцать" на лобовом..
Ну привет! Эй, посмотри на меня! Я ещё бодр и свеж, как не вышколенный жеребец.
Девушка останавливается у светофора, наконец смотрит по сторонам и замечает меня прямо напротив с другой стороны проезжей части.
Ну привет! Улыбнусь тебе.
Даже отсюда, блин, заметил, как вздрогнула и повернулась на девяносто градусов. Проследил за удаляющейся фигурой, что метров через двадцать вновь перебежала дорогу в неположенном. Ха, забавно!
Пять вечера.
Последняя стопка скоро закончится. Я уже еле держусь на ногах и мысленно дожариваю Никитку на костре. Мой аккорд манит к себе в прохладный салон, Стасика, минут двадцать как, забрала его свита – подсчитывать заработанный куш. Ещё нем-но-го!
Выбрасываю огрызок наливного яблока, что протянула мне сердобольная продавщица из соседнего ларька за красивые серые глаза и шуточки, искрящиеся из меня весь этот долбанный день.
Возвращаюсь на место и чуть ли не вскрикиваю от радости, надвигающейся на меня... Смотрит себе под ноги и не замечает ничего вокруг, убирает волосы в хвост, наматывая резинку. Снова куда-то торопится в своём сереньком облегающем платье... и проходит мимо моей вытянутой руки. Недолго думая, крикнул ей вслед:
— Вот мы где наконец-то встретились...
Сработало! Разворачивается и поднимает свои карие глазки с длинными ресничками. Всматривается в лицо и, не найдя во мне ничего важного, почти решается уйти.
— Вот мы где наконец-то встретились! Какую программу хочешь? Кардио, силовую, а может... меня?
Девочка нервно хихикнула и выдернула свою руку из моих цепких пальцев, поглаживающих её кисть и оставляющих на прощание свёрнутую листовку. Развернулась и, не говоря ни слова, качнув на прощание бедрами, перебежала дорогу... Да, снова в неположенном месте.
"Hello, hello, hello, how low?"
[Два]
Стою возле входа в одно популярное кафе, где за столько лет уже стал постоянщиком. Ощущаю источаемый аромат наваристого мясного бульончика, впитавшегося в мои волосы. Сушусь под вечерним солнцем, изучая случайных прохожих.
В следующий раз точно не буду заказывать суп, собираясь поставить на место очередную красотку. Снова еле выдержал неделю — снова ничего интересного. Я выгорел, как всегда, за два последних дня, насладившись вкусом победы в дешёвой игре, что она, как и все, посчитала за отношения... Смешно.
Кто-то бежит с работы, кто-то ругается, что не успел на мигающий зелёный, и чуть под колёса не бросается, вовремя одумавшись, а ждать до следующего почти две минуты. Дамочки спешат из соседнего торгового центра... о, смотри-ка, не дамочки.
Сегодня не в косухе? Только то самое серое платье. А неплохая фигура, неплохая... Девчонка несёт впереди себя пакет из не самого дорогого магазина брендовых конвейерных шмоток и снова сосредоточенно смотрит лишь себе под ноги. Как интересно...
Уже решаюсь идти, но, видимо, мои флюиды наконец-то доползли и до неё. Поднимает голову и замирает, встретившись с моим взглядом. Три, два, один..
Делаю шаг навстречу, снова дёргается и сиюминутно подносит откуда-то взявшийся смартфон к уху, стремительно зашагав в направлении пешеходного перехода. Правильно, только больная бы стала перебегать кольцевое.
Аж Кобейн опять запел:
"Hello, hello, hello, how low?"
[Один]
Слоняюсь туда-сюда от индивидуалки к индивидуалке, строю глазки и фальшивенько обворожительно улыбаюсь тренирующимся в основном зале клиенткам. Надоело уже, год от года одно и то же, вообще ничего нового и интересного. Ну разве что жена Никитки, появившаяся в прошлом году. К счастью, на жен чужих у меня табу, не считая одну выпотрошенную селёдку... да не будем об этом.
— Что задумался, аборигенчик? — Орет на всё Белинского новоявленная жёнушка лучшего друга, откидывая свою рыжую шевелюру назад и выпячивая свой шестой, вроде как, месяц вперёд, подпирая ручками с острым маникюром. Понятно, почему у Никитки спина разодранная...
— Сгинь, ведьма! — Улыбаюсь я Лесечке и машу рукой из своего закуточка. Она подходит к Лидке — местному администратору — и помогает пристроить кого-то, кого мне особо и не видно.
Подстрекаемый чистым любопытством выныриваю из-за колонны и узнаю неплохую задницу, что провожал взглядом всю эту неделю.
Леська, не почуяв пока неладное, (любит она от меня баб отваживать, ведьма — одним словом), спрашивает у, зуб даю, той самой девчонки её контактные данные.
И... та-дам... сквозь шум голосов, вздохов и бренчащих гантелей я точно слышу манящее, нежное, ненавистное:
— Екатерина...
Леся оборачивается ко мне, предчувствуя запах возможной крови, и орёт моим ликующим бабочкам:
— Фу! Равиль! Даже не думай! Не думай, я сказала!
Амбразурой своей грудной клетки закрывает новую цель, что, не подозревая о грядущем, ещё что-то спрашивает у администратора, но уже, блин, поздно... Отсчёт закончен.
Девочка влипла. Девочка попалась.
"Hello, hello, hello, how low"
Ноль
"И только имя твоё я в кармане ношу,
Никому не расскажу, не поведаю быль."
(Колизей – "Имя твоё")
Рав
Слышу, как Лидочка один за другим хвалит наших тренеров, пока Леся своими алыми губами беззвучно посылает меня куда подальше, но явно не к ним. Стану слушаться? Да не дождутся.
— Лид, а про меня не забыла?
Оказываюсь совсем близко, Леся шепчет проклятия, хватается за голову, разворачиваясь на 180 к названной ранее причине моего улучшающегося настроения.
— Забудешь про тебя... – кидает Лида, стараясь, как обычно, не зарычать на меня перед посетителями и сохранить на разрисованном лице располагающую улыбку, – Екатерина, это..
— Даже не думайте к нему идти! – Перебивает Леся и не даёт договорить Лиде, которая, как пить дать, этому очень рада.
Девочка тем временем наконец оборачивается ко мне, поднимает голову, едва заметно вздрагивает и отворачивается обратно.
— Между прочим, у меня нет плохих отзывов. — Улыбаюсь я всё сильнее. — Что бы Вы хотели, Екатерина? С какой целью пришли к нам? Может быть, — я хочу ещё больше съязвить, замечая, как напрягаются её плечики, но продолжаю как можно спокойнее, – у нас очень популярен пилатес, и, знаете, совсем недавно открылось новое направление – Poly Dance. Кстати, занятия ведёт одна из лучших танцовщиц нашего города. Не интересует?
— Равиль! – Шипит Лидка, прекрасно зная, зачем я предлагаю обычно посетителям поучиться акробатике на пилоне.
А это, между прочим, тяжёлый труд, где грация, изящество и просто красота движений оттачивается как минимум месяцами. Настоящее искусство, на результат которого простым обывателям можно смотреть часами... ну если бы я мог так долго просто смотреть на девушку, конечно. Пока вот не получалось.
— Не мешай нам работать, пожалуйста.
Новая знакомая снова не отвечает. Леся что-то шепчет ей чуть ли не на ухо, та в ответ явно поддакивает. Ну значит, говорить точно умеет, а то мало ли. Опираюсь о колонну и жду хоть какой-то развязки.
— Так, можете ходить только во вторник, среду и четверг?
Девочка кивает в знак согласия.
— Я в эти дни свободен! – Безбожно вру, получая в укор тяжёлый взгляд администраторши и жест ручкой от беременной мадамы.
— Вам в какое время было бы удобнее? – Уточняет дама-мадама.
— Утром. – Доносится трепет арфы до моих перепонок, подавая идею для нового комплимента этой малышке.
— Я свободен, Лид. – Повторяю, получая в ответ ту же реакцию.
— Даже не надейся. – Добавляет к жесту Леся. – Я уже нашептала, что с тобой лучше дел никаких не иметь, особенно ей. Правда, Екатерина?
Девочка наконец прерывает нашу небольшую перепалку.
— Простите, но я тороплюсь, не могли бы мы уже закончить? Запишите меня, пожалуйста, на занятие по боксу во вторник в девять часов, хорошо? Ещё, если можно, плаванье в среду и, так уж и быть, пилатес в четверг. Сколько с меня?
Ух, какая длинная симфония. Так бы слушал и слушал её.
Лида быстро подсчитывает, распечатывает план занятий на месяц, где в каждой строке вторника черным по белому отпечатано «Светошев Никита Федерович», получает оговоренную сумму и любезно прощается с девушкой, что уже засеменила к выходу. Куда это она так спешит?
Отдаляюсь от колонны и получаю тычок в грудь от рыжей ведьмы, верящей в то, что просчитала все возможные ходы.
— Ты даже не надейся подговорить Никиту и поменяться с ним во вторник! Вы у меня тогда оба за уборщиков до конца года будете, понял? Я буду следить за тобой, макака ты местного разлива.
— Я же говорил, что не местного. – Уточняю и увожу её на кухню пить чай.
Достаю из холодильника тортик, проношу прямо перед её носом, ставлю на стол. Вскрываю упаковочку и подвигаю к ней, пока она старается грациозно упасть на рядом стоящий стул.
— Даже не думай, что задобришь меня таким образом!
Протягиваю ей одинокую ложку, включаю чайник, достаю две кружки.
— А ты? – Налетает на сметанное нечто.
— Я на сушке с сегодняшнего дня.
— Курица и кефирчик? Так вот почему Никита..
Кивнул.
— Ты его своими пирогами раскормила..
Улыбнулась... наливаю кипяток, ставлю на стол, приземляюсь рядом, поджимаю ногу к себе и постукиваю подушечками пальцев по стеклянной столешнице, выбивая ритм той самой песни, что не даёт мне покоя уже с неделю.
— Рав. – Обрывает ход мыслей Леся, заставляя вспомнить о её существовании.
— Что опять?
— Когда ты уже отпустишь её?
Отпиваю глоток, в очередной раз зарекаясь больше не пить горячий. Потираю обожженную губу. Улыбаюсь тому, как этот пирожок уплетает торт. Стану к осени дядей, и что тогда?
— Я давно уже забыл и отпустил.
— Кому ты врешь? Ты бы своё лицо видел сейчас.
— Может, просто девушка эта понравилась. Нет такого варианта?
Леся кривит губы, отламывая ещё один кусочек и спокойно произносит:
— Пойми уже, что не все такие, как твоя бывшая.
— Которая из? – Шучу, не желая больше ворошить прошлое. – Ладно, Лесь, ты отдыхай. Никита как раз скоро освободится, я пойду пока..
— Я предупредила Лиду, чтобы та даже не думала давать тебе её контакты.
Рассмеялся.
— Вот же ведьма, а!
— Равиль. – Смотрит в глаза. – Это всё ради тебя. Перестань уже мстить прошлому и отыгрываться на всех, кто попадет тебе под руку.
Встаю из-за стола, выливаю чай в раковину, ополаскиваю кружку, намереваясь уйти.
— Лесь, не забывай, я сеанс психотерапии не заказывал, извини.
— А стоило бы уже.
Выхожу из кухни и как можно спокойнее иду к выходу. Стараюсь не хлопнуть дверью и также тихо дойти до машины и сесть внутрь.
Тихо. Спокойно, Рав.
Телефон как раз удачно зазвонил, подключаю к USB и вывожу звонок на экран. Принимаю вызов, полностью совладав с эмоциями.
— Да, мам.
— Ты не занят?
— Нет, уже освободился.
— Хорошо, я что звоню... ты не мог бы заехать к нам в субботу, я для Лесечки вещи нашла твои.
— Мама!
— Ну, не упрямься. Она не против их взять, они в тот выходной заезжали с Никитой, а от тебя я похоже не скоро внуков дождусь в твои-то почти 27..
— Всё, отключаюсь.
Скинул звонок. Недолго думая, набрал СМС, соглашаясь заскочить в выходные. И зачем, скажите мне, Светошевым нужно это старое тряпьё? Всё равно же всё новое решили покупать.
Только развернулся на встречную полосу, как впереди у остановки заметил мельтешащую девчонку, активно жестикулирующую и чуть ли не кричащую что-то в трубку. Опаздывает, значит, ну-ну, заметно. И как быть?
Проехать мимо или застать врасплох? А что я, собственно, теряю? Правильно. Ничего.
Подъезжаю к обочине и оставляю машину на аварийке, стараясь не сильно хлопнуть дверью и не испугать явившееся видение. Она вновь хватается за голову и резко оборачивается ко мне. Улыбнулся, перепрыгивая через высокий бордюр.
— Екатерина, Вас подвезти?
Девушка сжимает губы, опускает замершую возле лба руку и отключает звонок, даже не попрощавшись. Любит она, кажется, уходить по-английски.
— Нет, спасибо.
— Неместная?
Приподнимает бровь. Судя по всему, опять прав.
— Все в округе знают, что днём здесь автобус не дождешься. Пару рейсов пускают только на утренние и вечерние часы, ты сюда, наверное, как раз на последнем автобусе и приехала... тебя подвезти?
— Нет, спасибо. – Заладил её полненький ротик, набирая в телефоне что-то. Такси? Ну, конечно. – Девушка, здравствуйте, остановка на Белинского в сторону центра. На Красную..
О, какой знакомый адрес. Тот самый дом, возле которого раздавал в начале недели листовки, куда пару раз по юности после тренировок заходил с Никитой на чай с плюшками.
— Садись, подвезу.
— Нет, спасибо. И я на «ты» с Вами не переходила.
Улыбнулся. Отошёл немного, сел на скамейку. Смотрю на неё. Совсем юная же еще. Сжимает руки на груди в явной нерешительности, хочет так спрятаться и старается вообще избегать моего прямого взгляда, едва уловимо вздрагивая от каждой проносящейся мимо машины. Хоть и старается казаться сильнее, чем есть, но нет в ней ещё напускного безразличия ко вполне невинному происходящему, что поголовно встречается у более опытных девушек. Неужели... неопытная... девственница поди? Усмехнулся. Ну не впервой в принципе.
— Сколько тебе?
Упрямится.
— Так и будешь молчать?
Кивнула. Рассматриваю черный брелок с серебряным логотипом любимой марки – английская «H» с едва заметными скруглёнными краями. Просто и лаконично. Посмотрел на неё.
— Думаешь, съем тебя?
Поджала губы в полной решимости не отвечать.
— Снимаешь квартиру здесь?
Опять молчит.
— Судя по потрепанным кроссовкам деньги особо не водятся, а на такси тратишься...
Отвернулась в противоположную движению сторону и делает вид, что рассматривает стенд с выцветшими объявлениями.
— Кать.
Дрогнула. Ждёт, что буду также дистанцию держать? Вот ещё. Как же... ненавижу это имя. Сколько лет прошло, столько воды утекло. А до сих пор каждую Катеньку хочется перемолоть и выплюнуть.
— Сколько тебе? Восемнадцать, девятнадцать?
— Двадцать один. – Удостоила ответа, недалеко ушёл. – И перестаньте, пожалуйста, со мной разговаривать...
Да сладкая какая...
— Снимаешь квартиру? Какой подъезд?
— Отстаньте, пожалуйста.
— Садись в машину - учись экономить и не отказываться от бесплатной помощи.
Резко разворачивается, уже решаясь съязвить, но захлопывает ротик, верно считав мою довольную улыбку.
— Либо садишься сама, либо еду за тобой.
— Отстаньте.
— А то что?
— Больше не приду.
Не сдержал смешок.
— Тоже мне угроза. Будто напугала этим. Садись, я не обижаю маленьких девочек.
Рядом притормаживает белое такси с желтыми шашечками, девочка срывается с места и уже через пару секунд захлопывает за собой дверь. Слишком сильно. Слишком громко.
Провожаю машину взглядом. Медленно встаю со скамейки, иду к мигающему фарами "Аккорду". В конце концов, я предупреждал.
Катерина
Водитель насвистывает какую-то мелодию, включает кондиционер и косится на меня.
Я стараюсь держать спину ровнее, но внутри всё сейчас готово выпорхнуть наружу. Если у меня и есть инстинкт самосохранения, то это именно он сейчас и всю эту неделю запускает в моем организме цепочку ответных реакций на каждое приближение этого сумасшедшего.
— За нами машина какая-то едет прямо с остановки, это за Вами? — Немного притормаживает.
— Не останавливайтесь, пожалуйста.
Водитель кивает и продолжает плестись, собирая на своем пути откуда-то взявшиеся пробки.
Как этот Равиль вообще понял, что я неместная? И кроссовки у меня нормальные... тоже мне, сыщик.
— Простите, а я похожа на иногороднюю? – Спрашиваю дедушку пенсионного возраста, прекрасно усвоив за весь свой опыт работы, что в большинстве случаев таксисты очень любят поговорить.
Тот даже свистеть перестал, придирчиво осмотрел моё лицо, улыбнулся и произнёс:
— Да вроде нет. А ты, это, откуда?
Перевела тему, спросив, много ли заявок сейчас и как давно таксует. Тот, конечно же, начал рассказывать, что бывало и лучше, поочередно сообщая о всех своих детях и внуках, что только благодаря ему одному и держатся. Так и доехали с ним до дома. Расплатилась, оставив ему небольшую сдачу на мороженое. Вышла из машины. Только ступила пару шагов, как позади раздался звук шаркнувшего обо что-то железа. Оглянулась, та самая машина собирает все кочки и ямы нашего двора. Ещё и мигает мне дальним.
Нет, это уже сталкер какой-то! Этого мне ещё не хватало. Сбежать сейчас? Да, ноги в руки и вперёд, Катя!
Но вместо этого я отхожу к тротуару, давая возможность таксисту наконец развернуться и уехать отсюда, и смотрю на водителя Хонды почти немигающим коченеющим взглядом.
Глушит машину прямо посреди двора, выскакивает и несётся на меня. Уже только от одного этого готова подорваться до дома, но, думаю, он и погнаться следом сможет. И едва ли я смогу далеко убежать, судя по реактивной скорости его приближения.
Встаёт рядом, излишне радостно оглядываясь по сторонам.
— Никогда больше не садись в такси на переднее сиденье.
Упираю руки в боки, чем ещё больше смешу его.
— Уезжайте немедленно!
Стараюсь не поднимать лишний раз голову и смотрю на ошмётки асфальта под ногами.
— Это такой спектакль сейчас для меня?
Ничего себе самомнение. А губа не лопнет?
— Что?
— Строишь из себя недотрогу?
Удивлённо хлопаю глазами и перевожу взгляд на него... Стереть бы с лица это выражение. Какой он высокий всё-таки. Он же на самом деле симпатичный. Точнее... знающий об этом и наслаждающийся тем трепетом, что может вызвать его обманчивая внешность. Серые глаза, скулы, выверенные черты лица..
— Так и будешь молчать?
Кивнула.
— Запомни тогда ещё одно – если тебя кто-то преследует, надо драть со всех ног, а не стоять истуканом. – Говорит он, растягивая на лице явно не доброжелательную улыбку. – Дай свой телефон.
— Вот ещё, а ключи..
— От квартиры, где деньги лежат? Можешь пока оставить себе. Но судя по всему, сбережений там нет, верно?
Вот же...
Собственно, а что я хотела-то, остановившись сейчас? Он похоже совсем ничего не понимает. Разворачиваюсь и ухожу. Но шагов через десять меня догоняют и нагло разворачивают за руку.
Выдергиваю ладонь, ощущая зашкаливающую от резкого притока крови пульсацию, отдающуюся рикошетом в уши.
— Да что Вы себе..
Он ухмыляется, смакуя каждое брошенное слово.
— Ты. Мне. Понравилась.
Попятилась, уткнувшись в калитку из черных железных прутьев.
— Поэтому лучше дай телефон сама. Иначе залезу в личное дело.
— Отстаньте, пожалуйста.
Снова улыбнулся и слегка приблизился ко мне.
— Я ещё даже не приставал. – Даже не думает взгляд поднять с губ. – Приходи во вторник, иначе буду сутками караулить. Договорились?
Точно! Ненормальный. И что делать? Упираться дальше? Нет, лучше просто кивнуть. Не стоит лишний раз его провоцировать.
Да, именно так. А теперь разворачиваемся и пытаемся открыть несчастную калитку. Тихо, спокойно, не дергаясь под его чёрствым взглядом. Просто доходим до двери спокойным шагом, ищем ключи, открываем подъезд, залетаем внутрь, не оборачиваясь и хватаемся наконец за перила у лестницы... Тихо. Спокойно. Такие подолгу не задерживаются, найдет себе цель интереснее, красивее и умнее и исчезнет. Всё закончится. Так что... тише. Не боимся.
Рав
Подъезд, кстати, тот же. За столько лет ничего не изменилось. Слишком много совпадений на один квадратный метр. Может, она же и снимает? Надо у Никиты спросить, вдруг знает что-нибудь.
Возвращаюсь к машине, о, я её даже не заблокировал, сажусь внутрь, раздражаясь от мысли, что снова сейчас задену защитой все эти дурацкие выбоины. Ну, сам знал, на что шёл, покупая машину с таким низким клиренсом.
Интересно, как быстро она сдастся и перестанет строить из себя не пойми что? Посмотрим.
Набираю номер друга, тот уже должен был освободиться. Из трубки почти сразу раздается:
— Эй, ты уехал что ли? Тут Леся про какую-то девушку рассказала..
На заднем плане кричит великий рассказчик: "Не какую-то, а Екатерину. И даже не думай, Равиль, на неё смотреть, Сансу спущу!"
Вот же рыжая ведьма. Грозится ещё пастью своей собачатины, что в первый день знакомства мне чуть... ой, да неважно, что она мне там чуть не откусила.
— Скоро буду. Никит, слушай, у тебя сестра на Красной жила, да?
— Ну?
— А Аня её ту квартиру сдаёт сейчас?
— Вроде. Она же как-то осенью ещё говорила, что студентку к себе пустила. Не помнишь? Хотя куда тебе...
"Студентку", значит... Ладно, разберусь.
— А что? Квартиры своей стало мало? — Острит счастливый будущий папаша, пока на заднем плане смеётся причина его вечно хорошего настроения.
— Да нет, просто мимо проезжал, вспомнил... Ладно, Ник, скоро буду. Спроси у своей, надо ей что-нибудь в магазине купить...
— Докторскую купи! — Выкрикнула Леська под разрастающийся смех лучшего друга. Ну докторскую, так докторскую.
Отключился, выворачивая из закутков дворика этого дома, посещать который явно придется ещё далеко не раз.