- -
- 100%
- +
- И тебя устроили бы такие комплименты?
- Почему нет? Ненавижу комплименты, предпочитаю правду. Ведь «комплимент» переводится как то, чего нет. О, - спохватывается Мина, - ты еще можешь сказать, что я с каждым разом всё больше становлюсь похожей на панду.
- Почему на панду?
- У них очень милые черные круги под глазами. Еще немного моих стараний, и я приближусь к идеалу.
Я никогда не отличался особой чувствительностью. Психологом мне точно не стать. Но чем больше Мина говорила, тем больше мне казалось, что её веселье наигранно. Как если бы она изо всех сил старалась не разреветься, пытаясь при этом рассмешить себя. Поведение Мины сейчас в разы отличается от того, какое было в её офисе. У неё раздвоение личности? Или она просто уже в зюзю?
- Почему мы говорим о пандах?
- Их все любят.
- Почему мы говорим о пандах тогда, когда решаются наши судьбы? - чуть ли не рычу я.
Как же меня раздражает её непонятная игра!
- Не знаю, как там дела обстоят с твоей жизнью, а моя уже давно решена.
- Что это значит?
Я останавливаюсь, как вкопанный. Мои руки свинцом удерживают её на месте. Я заглядываю в её глаза, чтобы увидеть ответ. Её ресницы широко распахнуты. Мина сказала то, что не хотела и теперь жалела об этом.
Мина смотрит на меня молча, не двигаясь, в комнате отличное освещение, я пользуюсь всеми этими условиями, чтобы рассмотреть её лицо. Но, даже не смотря на отсутствие отвлекающих факторов, мне сложно различить, какая у неё кожа или цвет лица, бровей, губ. Я даже не могу понять, какой формы её нос. Слишком много косметики, она видоизменяет её черты. Единственное, что я четко вижу - это глаза. Теперь я понял, какого они цвета. Не просто голубые.
Светло-бирюзовые.
Может, это линзы? Разве глаза могут быть настолько яркими? Они как кристально чистая вода у берегов Атлантического океана.
Глаза Мины и пугают, и завораживают.
Я на минуту отключаюсь от реальности, будто передо мной не та, кто рушит мою жизнь; не та, которую я ненавижу больше всего; не Мина Жемчугова - богатая, расчетливая сука, готовая пойти на все, лишь бы остаться при деньгах своего папочки. А странная девушка в нелепом платье, с несмываемым слоем дорогой косметики и прилизанными волосами, но с невероятно красивыми глазами, в которых можно утонуть.
В какой-то момент Мина делает шаг назад, вырываясь из моих рук. Я качаю головой, смотрю в пол, чтобы вернуть самообладание, никогда раньше меня не покидавщее.
Эта девушка вызывает во мне целую гамму новых, никогда не испытанных мной, чувств. Я ненавижу её, презираю; и в то же время она пугает меня своей необъяснимостью.
- Песня закончилась, - говорит она, тоже уставившись в пол. - Мы выполнили свой долг - станцевали вместе - теперь нам можно не пересекаться.
Мина разворачивается быстрее, чем я нахожу, что ей ответить. Но она не успевает сделать и шага, замирает, глядя на сцену. Я повторяю за ней, видя, как на сцену выходят наши отцы. Они приветствуют присутствующих, говорят, как рады, что они посетили столь важное событие.
Я поворачиваюсь к маме, она скованно улыбается, закусывая губу. Я сразу чувствую неладное. И не только я. В чём подвох?
Спина Мины натянута, как тетива. Я вижу, как она заламывает пальцы. Что ж, наша богатая ледяная невеста тоже умеет волноваться.
- Мы хотим объявить вам радостную новость! - говорит мой отец.
Это не к добру. Кисти рук холодеют.
- Мы открыто объявляем, - подхватывает Максим Сергеевич, - что наши дети помолвлены!
Секунду никто не двигается, затем слышатся крики удивления, звон стекла и сразу за этим хор аплодисментов.
- Это еще ничего не меняет, - слышу, как Мина произносит это, обращаясь к самой себе. - Ничего...
- Давайте поднимем бокалы за свадьбу Мины и Влада! - Жемчугов поднимает бокал вверх, приглашая всех присоединиться. - За свадьбу, которая состоится через два месяца!
Мне кажется, или он сказал это, глядя на свою дочь? Мина делает шаг назад, натыкаясь на меня. Я, чертыхаюсь, отхожу в сторону. Но Мина не замечает этого. Она, не отрываясь, смотрит на сцену. Туда, где её папаша, выпив шампанское, обнимает моего отца. Её лицо приобрело странный оттенок.
Она была не просто белая, как мел, скорее, с каким-то синим оттенком. Мне даже показалось, что Мина вот-вот закатит глаза и упадет в обморок. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но не произнесла ни звука. Её пальцы так сильно сжались, что на руках проступили жилы.
Я тоже силился что-то сказать. Слова утешения? Мне вдруг показалось, что Мина не такая, какой себя преподносит. Слишком живой была её реакция. Свадьба через два месяца? Эта новость шокировала её даже больше, чем меня.
Я протянул руку, чтобы зачем-то коснуться её. Было видно, что внутри неё происходит настоящая война. Мина то хмурится, то удивленно вскидывает брови. Она то закрывает глаза, то открывает их слишком широко.
Но её замешательство длится не так уж и долго. Я даже не успеваю ничего сделать или сказать.
Мина протянула руку к подносу, качнула бокалом с шампанским в мою сторону, смотря равнодушным взглядом. В её глазах уже не было той бури - полный штиль. Она словно пришла в себя. Теперь на меня смотрела та же Мина, которая в своём кабинете заявляла, что ей плевать на всех, кроме себя.
- Давай выпьем за нашу свадьбу, женишок!
Глава 6
POV Мина
- Он у себя? - спрашиваю я у секретаря-приложение-к-мебели.
Филипыча нет на месте, видимо, уже бегает сайгаком по - ну очень важным - делам отца.
- Максим Сергеевич занят и никого не принимает! - Она аж подпрыгивает на месте.
- Неужели? И чем же, интересно? - Я встаю перед ней, скрестив руки на груди. - Пофиг, сама узнаю.
Я поворачиваюсь на шпильках к двери, ведущей в кабинет отца.
- Я же сказала, что к нему нельзя! - заверещал естественный вентилятор, выбегая из-за стола, чтобы преградить мне дорогу.
- Уйди, на хер, с моей дороги! - рыкаю я ей в лицо.
- Не могу! Максим Сергеевич велел никого не пускать!
Я толкаю её в плечо, чтобы освободить проход. Секретарша, словно неваляшка, вернулась в исходное положение, я сжимаю челюсть.
- Ты не можешь не впустить меня! Я его дочь!
- Он сказал - НИКОГО!
- Да, что ж такое?! - взорвалась я. - Я просила по-хорошему!
Я дергаю рукой, чтобы схватиться за её висящие пакли. Ого, а волосы у неё на ощупь такие же искусственные, как и на вид. Они больше походили на сено или солому, чем на волосы. Владелица завизжала, словно поросёнок.
- Я знаю, что ты меня слышишь, папа! - закричала я, оттаскивая секретаршу в сторону. - Скажи своему питбулю, чтобы пропустила меня! Я ведь все равно войду, но прежде придётся повыдергивать ей гриву! Слышишь?!
Господи, что я творю? Я стою у кабинета отца, держу его секретаршу за волосы, дыша при этом, как огнедышащий дракон.
- Наталья, - голос отца приглушен увесистой преградой, но все равно четко слышен, - пропусти.
Меня потряхивает от нежданной утренней борьбы, я разжимаю пальцы. Наташа тут же отбегает. Блин, такое чувство, будто стометровку пробежала.
- Вот такую дочь я рад видеть, - отец лыбится так, словно заработал очередной миллион. - Я тоже хотел с тобой поговорить, собирался попросить Виталия Филипповича пригласить тебя в гости. Но ты пришла сама. Это удивительно!
Я не обращаю внимания на его слишком затянувшееся приветствие, сажусь в кресло перед ним, закидывая ногу на ногу. Сперва я хотела спросить, почему он не мог позвонить мне самостоятельно, но затем передумала. Я не хочу задавать вопросы, ничего для меня не значащие. Какая разница, почему он этого не сделал? Не сделал, и все.
- Как ты узнал? - спрашиваю я, не уточняя, но отец понимает.
Мой план был слишком простым и идеальным, чтобы стать реальностью. Я хотела потянуть время до того момента, когда придется идти к алтарю в белом платье и с веником в руках. Но вчера отец спутал мне все карты, объявив, что свадьба состоится через два месяца. Это слишком скоро, я не успею заработать достаточно, чтобы мы с мамой могли не зависеть от него.
- Ты забываешь, что я твой отец, поэтому знаю тебя лучше, чем кто-либо другой.
Мне захотелось истерически засмеяться. Мой отец - это человек, который знает обо мне меньше всего.
- Нет, - вот тут я бы поспорила, - ты меня совсем не знаешь. Твоя осведомленность появляется исключительно благодаря слежке за мной. Видимо, ты нанял кого-то еще, кроме Николая, ходить за мной по пятам? У Николая ведь не десять глаз.
Отец хмыкает. Он может думать, о чём угодно. Пусть контролирует, я всё равно добьюсь своего.
- Хотя, знаешь? Пусть работают, им же тоже нужны деньги. Они сейчас всем нужны.
И мне в том числе. Хотя запросы у нас у всех разные.
- Нет, кроме Коли и нескольких камер никого нет. Слишком хлопотно и затратно.
- Ах, ну конечно! Как я могла об этом забыть?
- Ты забыла, кто оплачивал твои занятия в художественной школе. И твои рисунки до сих пор висят по всему дому.
- Давно пора их выбросить, - признаться, тот факт, что мои детские картины еще не оказались в мусорном ведре, удивляет меня и бесит, потому что я не могу понять, для чего они ему.
- Это не тебе решать.
- Конечно, конечно. У меня нет права голоса, - я презрительно улыбаюсь. - О чём ты хотел поговорить?
Папа выпрямляет спину, затем откидывается на спинку своего хозяйского кресла.
- Как обстоят дела у вас с Владом?
Вот так сюрприз!
- Какие еще дела?
- Слышал, он тоже сопротивляется.
- Естественно! У него ведь уже есть любимая девушка! Еще бы он безропотно кивнул и бросил её!
- Девушка не проблема.
- Не проблема? Что ты имеешь в виду? - Я наклоняю голову, прищурившись. - Папа, давай оставим Аристовых в покое? В нашей стране полно влиятельных политиков. Ты можешь выбрать другого. И я выйду замуж за того, на кого ты укажешь. Можешь даже не искать политика с сыном, я выйду замуж даже за самого старпёра! Мне все равно. Но зачем портить жизнь другим людям?
- По-моему, я ясно выразился, когда сказал, что ты станешь женой Влада Аристова! - Отец даже ударил кулаком по столу, чтобы подчеркнуть то, что сказал, будто его баса было вовсе недостаточно. - И его невеста не проблема! Ты сможешь с ней разобраться в два счета, если захочешь!
- Что значит - разобраться?!
- То и значит! Ты ведь помнишь, как это делается? Я преподал тебе хороший жизненный урок. Надеюсь, ты не забыла?
Я сглотываю. Мои легкие наполнились водой, дышать стало сложно, практически невозможно. Я вскакиваю, словно мне в мягкое место воткнули гвоздь.
- Ты хочешь, чтобы я... - я запнулась, не смея произнести эту фразу до конца.
- Да, - отец тоже приподнимается, - ты сделаешь это. И чем скорее, тем больше шансов на успех.
Я повернулась, чтобы покинуть это место, воняющее гнилью, сочившейся из души моего отца.
- Ты же помнишь сумму? - крикнул он мне в след.
Я ускорилась, почувствовав, как от тошноты закружилась голова, чтобы успеть в туалет. Будет полным провалом, если меня вырвет в приёмной отца на глазах у всех сотрудников.
Чем больше я думала об этом, тем ужаснее себя чувствовала. Я превращаюсь в такого же монстра, как и отец. Но сейчас меня это не остановит. Я перешагну через любую голову, чтобы сохранить ту, что люблю больше всего в этой жизни. Даже больше самой жизни.
Я набираю номер своего секретаря.
- Ирина, свяжись с банком. Скажи, что с моего счета в скором времени будет списана крупная сумма денег.
- Э-э-э, - заблеяла Ирина, соображая слишком медленно, - хорошо, Мина Максимовна.
Я нажимаю на отбой, затем капаюсь в сумочке в поисках чековой книжки. Она ведь была где-то здесь, я ни разу не использовала её. Но, видимо, пришло время.
- Ты знаешь, где находится офис Аристовых? - спрашиваю я Николая, запихиваясь в машину.
На мне сегодня классический льняной костюм. Юбка карандаш ниже колен сковывает движения ног. Жакет мешает рукам двигаться и сдавливает плечи, а светлая водолазка душит. Ненавижу эту униформу.
- Да.
Краткость моего водителя временами угнетает. С отцом он так же скуп на слова?
- Поехали.
Мне трудно дышать, и всё ещё мутит. Я приоткрываю окно, чтобы глотнуть свежего воздуха, но вместо него получаю лишь чёрный дым из выхлопных труб и горстку песка, что моментом заскрипела на зубах.
- Мина Максимовна? Вы уверены, что вам следует идти туда? - в несвойственной ему манере спрашивает Николай.
От неожиданности я даже замерла. У меня слуховые галлюцинации?
- Вместо того чтобы вмешиваться, - я поправила жакет с лицом мегеры третьей стадии, - лучше позвони отцу и доложи, куда я направилась. Он только обрадуется.
- Мина Максимовна?
- Чему это ты так удивляешься? Думал, я не знаю? - Я достала пудреницу, чтобы проверить, не сполз ли макияж. Помада смазалась, я аккуратно подправила линии, с огромным трудом нанесла ещё один слой ярко-красной помады, пальцы отбивали чечётку.
Я убрала косметику обратно в мою маленькую не-помню-какого-дизайнера сумочку. Николай развернулся, чтобы посмотреть на меня не в зеркало заднего вида. Его глаза тревожно блестели, он нервно поправил свой галстук.
Николаю было лет сорок. Внешне он больше напоминал примерного семьянина, чем шпиона. Высокий, статный. На голове светлые кудрявые волосы, такого же цвета небольшая бородка. Он мне даже нравился первое время, пока я не поняла, для чего он здесь. Его тёплые карие глаза всегда внимательно наблюдали за мной, а прямой с горбинкой нос всегда чувствовал, когда я не в духе.
Вот и сейчас он тщательно силился понять, что происходит в моей голове.
- Но, не переживай, меня это не волнует. Можешь докладывать своему хозяину даже о том, сколько раз я сходила пописать.
Николай нахмурился.
- Мина Максимовна, ваш отец желает вам только добра. Он беспокоится, поэтому я приглядываю за вами.
- Не надо! - Я отмахиваюсь. Что за чушь? Добра? Какого еще добра? - Не строй из моего отца добродетеля! Только не при мне!
Я вышла и для пущего эффекта хлопнула дверью дорогого автомобиля. Хотя «кому» и «что» я пыталась показать? И я сама не понимала, с какой целью приехала в этот офис? Не могла же я спросить у самого Влада, где я могу найти его невесту. Ладно, разберёмся.
Как только я оказалась на нужном этаже, прошла людей, не отрывающих своих глаз от мониторов, поняла, что выиграла в лотерею.
- Здравствуйте, - произнесла та, которую я намеревалась отыскать. Она тоже не подняла голову, чтобы посмотреть на того, кто вошёл, - Владислава Александровича сейчас нет на месте. И когда он будет - неизвестно.
А вот это хорошая новость. Даже очень.
- А я пришла к тебе.
Она тут же вскинулась.
- Что ты здесь делаешь?!
Хм, как бурно реагирует эта Алина.
Я подошла к её столу. Почему рядом нет стула?
- Так, получается, ты секретарь Влада? Неожиданно.
- Я, кажется, спросила, для чего ты сюда явилась? Влада все равно нет!
- Я уже ответила, - я повертела головой, нашла стул в углу. Ну, что ж, раз мне не предлагают сесть, сама сяду. Я поставила стул напротив неё, спокойно опустилась на край, чтобы сохранить спину в напряжении. - Я пришла к тебе.
- Ко мне? - Она округлила глаза. - Почему ко мне?
- У меня к тебе дело, - я помедлила, собирая всю свою наглость в кулак. Не думала, что это будет так тяжело сделать. Но отступать уже некуда. - Скорее даже, предложение.
Алина молчала, вылупившись на меня. Она, и правда, очень красивая. Я не оценила её по достоинству ни на выставке, ни у себя в кабинете. Но всё в ней гармонировало. Загорелая золотистая кожа соперничала с бронзовым блеском пышных волос. Розовые губки выглядели так же соблазнительно, как глубокий вырез декольте.
- Так вот, - я достала чековую книжку, - во сколько ты оцениваешь ваши отношения с Владом?
- Что?!
- Не делай такое удивленное лицо, - я не знаю, как из моего рта полилась эта грязь. - И не говори, что ты не понимаешь, о чём я. Я задала вполне конкретный вопрос. Назови мне сумму. Сколько будут стоить ваши отношения? В долларах или рублях?
- Да как ты смеешь?! - Алина поднялась со стула, чтобы упереться ладонями в стол. - Пошла вон отсюда!
Я решила ещё пока немного посидеть.
- Вот только давай без драмы, - я скрестила руки на груди, облокотившись на спинку стула. Мне самой стало тяжеловато, будто с каждым сказанным мной словом, на плечи падает невыносимая тяжесть. - Раз ты работаешь секретарем – значит, не из богатой семьи. Деньги не помешают. А Влад... он все равно женится на мне, - от этой фразы меня саму передернуло. - Ты в любом случае окажешься у разбитого корыта. И если сейчас подумаешь головой, то поймешь, что лучше взять деньги и исчезнуть. Даже если ты его любишь. Тогда тем более. Тебе ведь будет больно смотреть, как он женится на другой.
- Я уже ответила тебе! - взвизгнула Алина. Ну, что за привычка? Как можно так надрывать свои гланды? - Убирайся вон!
- Ты не можешь меня выгнать. Это не твой офис. Это офис моего будущего мужа, - фу, гадость какая. - Поэтому... это я могу тебя выгнать. Но, вместо этого, я предлагаю тебе выгодную сделку. Как насчёт миллиона? Рублей, конечно. Не думаю, что ваши отношения стоят больше.
- Ах, ты тварь! Как у тебя язык поворачивается говорить такое?
Я шумно выдохнула. Значит, придется потратить больше. Я встала, а то ноги начало покалывать.
- Хорошо, может, три миллиона? - Я выставила вперёд три пальца правой руки. - Подумай хорошенько. Сейчас ты можешь значительно облегчить свою жизнь. Женой Влада тебе все равно не стать. Только любовницей. Не знаю, насколько он будет щедр со своей любовницей. А я предлагаю тебе реальные деньги. Скажи «да», и я прямо сейчас выпишу тебе чек. Пару часов, и ты сможешь обналичить его, и станешь миллионершей.
Лицо Алины сравнялось с цветом её волос. Мне даже показалось, что она сейчас взорвется.
- А теперь послушай меня, сучка бесчеловечная!
Это она мне? Ого!
- Мы с Владом любим друг друга! И нашу любовь не купишь!
- Слишком громкие слова. Не стоит бросаться ими, - я прилагаю всё больше усилий, чтобы остаться равнодушной, хотя бы внешне. Внутри меня давно уже все перевернулось. Я чувствую себя так же мерзко, как выгляжу. Отец гордился бы сейчас мной. Я полностью копирую его. И от этого осознания в голове зажглась красная лампочка. - Вы можете любить друг друга сколько угодно. Это ничего не изменит. Бери деньги. Так хоть останешься не у разбитого корыта, когда всё закончится. Наш с ним спектакль только начинается, а для тебя скоро опустится занавес.
- Не нужны мне твои поганые деньги! Я не променяю Влада на деньги! Никогда!
- Ну, как знаешь, - я даже зауважала её в этот момент. Она гневалась так чертовски искренне. Возможно, она действительно его любит. Хотя, может, просто взыграла гордость. - Вот, - я взяла ручку и написала свой номер в уголке первой попавшейся бумажки, - это мой номер. Позвони, когда передумаешь. Три миллиона на дороге просто так не валяются.
Алина заскрипела зубами, а я удалилась, чувствуя, что еще немного, и мои ноги не выдержат их омерзительную хозяйку.
- Господи, Мина, скажи, что ты этого не сделала? - Катя со звоном поставила чашку на стол.
Я бы рассмеялась, глядя на выражение лица моей подруги, если бы не хотелось разреветься.
Я только кивнула, закусив губу и зажмурив глаза.
- Как так? Мина! - не унималась Катя, возмущаясь на всё кафе. - Не могу поверить, что ты могла так поступить!
- Катя, успокойся, - я поежилась под любопытными взглядами посетителей и сверлящим - подруги.
- Как я могу успокоиться, когда моя лучшая подруга творит такую херню? Ты стремишься стать такой же, как твой отец? Хочешь стать такой же равнодушной, расчётливой, холодной?
- Ты не понимаешь, - я закрыла лицо руками.
- Да? И чего же я не понимаю? - Катя ударила ладонью по столу. - Я не знаю, какая эта Алина, но она точно не заслужила, чтобы ей тыкали её положением в обществе! И что, что она секретарша? И у неё не богатая семья? Что с того?
- Ну, при чём тут её семья? - Я сжала переносицу. - Дело вовсе не в её положении!
- Да ну? Тогда для чего ты так унизила эту девушку? Тем более, меня шокирует, что это именно ТЫ! Ты же знаешь, каково это! Как это больно! Неужели ты забыла, что при этом чувствуешь?
- Катя! Да как ты не понимаешь?
- Объясни мне, девушке не из высшего общества! Может, я не разбираюсь во всех ваших светских штуках, но зато в моей душе все ещё есть хоть капля тепла!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.