- -
- 100%
- +
Все засмеялись, а она показала карточку с надписью "Мирный житель". Соня вышла из круга и отошла в сторону, наблюдая за игрой как зритель. Круг сузился.
– Обсуждаем, кто мафия? – спросил Андрей, и все снова с подозрением уставились друг на друга.
Я не могла назвать себя супер внимательной, но я заметила как один из Медведей стучит пальцами по колену. Возможно он был мафией. Это звучало бы странно, но я все же высказала эту мысль.
Все тут же бросились в обсуждение, каждый пытался оправдать себя. Мафия пока не проявляла себя, но мой взгляд постоянно возвращался к Медведю.
– Я думаю, это… Саша? – спросила я, указывая на подозрительного близнеца.
Они были абсолютно одинаковыми, и я не могла их различить.
– Это Лёша, – лениво ответил Кирилл, взглянув на меня.
Как он их различал? Для меня это оставалось загадкой.
– А может это ты? – спросила Лиза, сладко улыбаясь и смотря в мою сторону.
– Почему? – нахмурилась я.
– Ну правда. – Лиза пожала плечами. – Ты как-то тихо себя ведешь.
Кирилл рядом фыркнул и выпрямился, облокотившись на колени.
– Если бы Лебедева была в мафии, она бы сразу тебя, Морозова, пристрелила. Потом меня. Все строго по списку.
Я невольно усмехнулась. Он был прав. Я бы сделала именно так.
– Голосуем, – объявила Даша.
Половина людей выбрали меня. Я лишь пожала плечами. Показав им свою карточку, я удалилась к Соне.
– А я говорил, что она не мафия! – воскликнул Кирилл и весело потер ладонями.
В его глазах горел азарт. Такие игры он обожал, и проигрывать не любил. Даша объявила ночь, и все закрыли глаза, а мы с Соней могли наблюдать за игрой дальше.
Мафией оказались как не странно, Кирилл, Леша, Катя и Семен, парень из нашего отряда. Доктором была Тати, подруга Лизы, а шерифом – Данил.
Игра закончилась победой мирных. Все догадались, кто был мафией. Последним сдался Кирилл. Видимо, он устал и решил сам выйти из игры.
После игры вожатые предложили новое задание, надеясь, что оно нас сблизит. Но для меня и Волкова это было бесполезно. Мы знали друг друга с детства и понимали, что ничто не сможет нас изменить.
По их задумке – каждый должен был вытянуть имя того, кому нужно сделать сегодня что-то приятное. Я тянула листочек одной из последних, надеясь не увидеть два ненавистных мне имени. Долго думала, какой из трёх листочков выбрать, и наконец решилась.
Я сжала в руке бумажку с именем и чуть не взвыла, от несправедливости – “Кирилл Волков”. Судьба явно издевается надо мной.
– Кто тебе выпал? – Соня заглянула через плечо и увидев имя, закатила глаза. – Ох, ну конечно… Кто бы сомневался.
– Я ничего ему делать не буду. Тем более приятное, – прошипела я, посматривая в его сторону.
– Задание обязательно для всех! Мы проверим вечером! – громко объявила Даша.
Новость заставила меня недовольно застонать, и это привлекло внимание остальных. Соня лишь отмахнулась, показывая, что все в порядке.
На вечернюю тренировку я пришла одна, а Жуков тем временем работал с парнем из другого отряда. Но это не помешало ему оторваться и на мне. За первый день он получил новое прозвище тренер «абьюзер». Иначе я никак не могла назвать наши отношения.
Он давил на меня морально, заставляя работать в поте лица, а сам наслаждался этим зрелищем. А так поступают только абьюзеры.
На тренировке я старалась сосредоточиться на игре, отгоняя мысли о задании. Жуков хвалил мои подачи, но я почти не слушала. В голове крутился один вопрос: чем порадовать Волкова?
Честно говоря, мне не хотелось ничего делать, хотелось забыть об этом задании. Но получить выговор от вожатых не хотелось еще больше.
– Лебедева! – тренер резко хлопнул в ладоши прямо перед моим лицом. – О чем ты думаешь? На сегодня всё, до завтра. Завтра – без лишних мыслей. На корте думай только о теннисе.
Я кивнула и пошла к выходу из корта. Наконец-то эта пытка закончилась. Подобрав все свои вещи, направилась к домику, но вдруг услышала за спиной, что кто-то меня зовет.
– Слышала, тебе Волков попался?
Обернувшись я увидела Лизу, в компании ее новой подружки Тати. Морозова подошла ко мне, со сложенными на груди руками, а на ее лице ядовитая улыбка.
– Дам тебе совет, по-дружески, – последнее слово из ее уст прозвучало угрожающе. – Он обожает шоколадные кексы из столовой. Но ты же станешь ему угождать, правда? – она подмигнула и схватив Тати за руку, скрылась за поворотом.
– Кексы значит, – сама себе сказала я и направилась к столовой.
Когда я вернулась в дом, все уже собрались у костра. Его разожгли вожатые недалеко от дома, но на безопасном расстоянии. Проходившая мимо старшая вожатая Алина удовлетворенно кивнула, напоминая о правилах безопасности.
Как есть, в теннисной форме, я уселась в круг, рядом с Волковым. И сунула ему завернутый в салфетку кекс.
– Что это? – он нахмурился, разворачивая угощение.
Он надел черную толстовку поверх футболки, потому что вечером стало прохладнее. А я была в одном топе, и невольно вздрогнула от холода.
– Задание, – коротко бросила я. – Только не фантазируй лишнего. Я все еще тебя ненавижу.
Я отвернулась в сторону, а он усмехнулся и отломил кусочек.
– Значит, Морозова тебе рассказала? Она единственная знает о моей слабости. Теперь и ты в курсе.
Я покраснела, понимая, что попалась в ее ловушку. Она знала, я не пойду против воли вожатых и использую ее подсказку, тем самым загнав себя в угол. Теперь они уверены, что я стану участвовать в их играх.
– Забавно, – вдруг бросил он, жуя кекс.
– Что забавного? – нахмурилась я.
– То, что ты вообще выполнила задание. Думал, скорее на спортивную площадку отправишься сто кругов бегать, чем сделаешь мне приятное.
Я скрестила руки на груди:
– А, так ты еще не знаешь? – я невинно похлопала глазами, указав на кекс. – Я немного его доработала.
Кирилл замер с кусочком кекса на полпути ко рту. Его брови поползли вверх, а в глазах вспыхнул тот самый опасный блеск, который обычно предвещал неприятности.
– Доработала? – он медленно провел языком по верхней губе. – Давай-ка уточним. Ты плюнула в него?
Я кивнула с довольной улыбкой. На самом деле я никуда не плевала, а кекс взяла уже готовый. Такие приготовили сегодня на завтраке и парочка еще осталась.
Кирилл внимательно посмотрел на меня, потом неожиданно рассмеялся – громко, искренне, так, что несколько человек обернулись.
– Знаешь что, Лебедь? – он с аппетитом откусил кусок. – Мы в детстве на один горшок ходили и ели с одной ложки, так что своими слюнями меня не напугаешь
Я фыркнула, не ожидая такой реакции. Это было не то, что я предполагала услышать. Вместо раздражения он, казалось, наслаждался моментом.
В этот момент между нами опустился небольшой сверток в синей бумаге. Даша, проходя мимр, подмигнулам мне:
– Для тебя. От тайного поклонника.
Я растерянно развернула подарок. Внутри лежала новая теннисная повязка – точно такая, какую я потеряла на прошлой тренировке. Но самое удивительное – в уголке было вышито маленькое серебристое перо, почти незаметное.
– Ого, вот это безвкусица, – Кирилл свистнул, заглядывая через плечо.
– Да иди ты, – буркнула я, оттолкнув его в сторону, отчего он чуть не свалился с лавки.
– Может, это Белов? – Кирилл скривился, как будто попробовал что-то кислое. – Вполне в его стиле.
Я хотела ему ответить, но меня прервало объявление Даши.
– Так, отряд! Пора начинать ночь страшилок! – крикнула Даша и села у костра, запахивая кофту.
Андрей опустился напротив нее, а остальные кто на бревна, кто прямо на землю. Все с интересом и воодушевлением ждали историй. Ночь страшилок началась с рассказа Даши.
– Ну, слушайте… – она наклонилась вперед, на ее лице появилась зловещая ухмылка. – Эту историю рассказали мне вожатые, которые работали здесь много лет. Один из них, его звали Сергей… исчез. Просто вышел ночью из душа, и все.
Огонь костра отбрасывал пугающие тени на лица, а где-то позади закричали птицы. – Нашли только полотенце. Мокрое. И следы… – она сделала паузу. – …которые вели обратно в душ. Но там никого не было.
Я невольно придвинулась к Соне, которая села рядом со мной, после начала истории. Хотя толку от нее не было никакого, сама она сжалась вся как лист и чуть ли не тряслась от страха.
– Говорят, если ночью зайти в тот душ, – Даша понизила голос до шепота. – Можно услышать, как капает вода. Хотя все краны закрыты.
Повисла тишина, а Даша выпрямилась и передала эстафету дальше.
– Боишься? – шепотом спросил Кирилл.
Он остался сидеть рядом, подпирая подбородок рукой, и смотрел на меня с ленивой усмешкой.
– Нет, – соврала я, когда очередной скрип в кустах заставил меня вздрогнуть.
– Ладно тебе, – он неожиданно накинул на мои плечи свою толстовку. – Держи. А то зубы стучат громче, чем ваш Жуков орет на тренировках.
На толстовке была теплой и пахла его духами, а на спине надпись «Чемпион», я тут же накинула ее на плечи.
Андрей начал рассказывать жуткую историю. Он поведал о девочке, которая пропала в лагере и до сих пор бродит по лесу в поисках своей ракетки.
– Говорят, если ночью услышишь стук мяча по корту – значит, она выбрала тебя следующим, – вожатый зловеще улыбнулся.
В этот момент из темного донесся отдаленный звук. Тук-тук-тук.
Все вздрогнули, включая Кирилла. Он невольно придвинулся ко мне, наши плечи слегка соприкоснулись.
– Это… просто ветер, – сказал кто-то неуверенно.
Но звук повторился, теперь громче и четче. Я схватилась за край толстовки.
– Лебедева боится? – он шепнул мне на ухо, чуть усмехнувшись. – Не переживай, призраки теннисисток существуют только в твоем воображении. В отличие от…
Он не договорил. В кустах за спинами раздался шорох, и все вскрикнули, когда оттуда выскочил… парень из другого отряда с ракеткой и мячом.
– Вы не видели Вадима? – он растерянно огляделся. – Мы играли в…
Тут его прервал дружный рев возмущения. Но все выдохнули с облегчением. Никакой девочки не было и быть не могло.
После того как все немного успокоились, вечер страшилок продолжился. Каждый поделился своей жуткой историей, от которых по спине пробегал мороз.
Пожалуй, сегодня ночью я никуда не пойду одна. И, честно говоря, больше никогда.
Глава 5
Запись в личном дневнике.
«Я говорила, что в лагере нас никто жалеть не будет? Так и есть. На четвертый день нам объявили, что нас ждет кросс по лесу. Утренние пробежки – это просто цветочки по сравнению с ним.
Я была крайне недовольна этой новостью. Бег для меня по-прежнему был невыполнимой задачей, а кросс по лесу, за которым будет следить мой тренер, казался вдвойне сложным.
Выбора не было. Приходилось бежать. Если бы это был обычный кросс, всё прошло бы гладко. Но случилось нечто, что изменило моё мнение о человеке. Сейчас расскажу».
На следующий вечер нам объявили о восьмикилометровом кроссе. Маршрут проходил через лес, вдоль реки и по территории лагеря.
Мы стояли на старте, готовясь к забегу. Солнце скрылось за тучами, и мелкий дождь добавлял холода. На мне были толстовка, спортивные штаны и белые кроссовки, начищенные до блеска. Я знал, что к финишу они уже не будут такими.
Рядом со мной готовилась Соня, едва держа глаза открытыми. Всю ночь она ворочалась, вспоминая вчерашние страшилки. Ей казалось, что за ней могут прийти мертвый вожатый, исчезнувшая теннисистка или девушка, утонувшая от несчастной любви. Поэтому все утро она боролась со сном.
Я же спала отлично, несмотря на то что подруга не давала мне покоя. Она то просила сходить с ней в туалет, то заглядывала в окно, чтобы убедиться, что вокруг никого нет.
Я проверила шнурки на кроссовках и была готова к старту. Но тут Волков встал рядом и отвлек меня.
– Лебедь, ты уверена, что выдержишь серьезный забег? – пошутил он.
Стоящие рядом Медведи засмеялись.
– Отстань, Волков. Сам сначала не задохнись, – пробурчала я, отворачиваясь.
Свисток разорвал влажный воздух, и толпа рванула вперед. Я оказалась в хвосте, пропустив почти всех ребят. Через километр дыхание сбилось, а дождь усиливался.
Спина Кирилла мелькала впереди, но вдруг он отстал. Его друзья давно убежали вперед. Соня, почувствовав прилив сил, ускорилась и бежала наравне с ребятами.
Тропа петляла среди сосен, углубляясь в лес. Дыхание сбивалось, кроссовки скользили по мокрой траве. Толстовка промокла и прилипла к спине от дождя и пота.
Волков снова ускорился и пробежал мимо меня, успев при этом показать язык и крикнуть:
– Давай, Лебедь, на финише хлеб дают.
У меня не было сил ответить на его колкость. Я все вкладывала в то, чтобы не задохнуться и не упасть прямо здесь. Верхушки сосен немного скрывали нас от дождя, но тропа стала влажной и скользкой.
Волков замедлил шаг и на несколько секунд замер на месте, будто ждал меня. Когда я пробегала мимо, он слегка ускорился, но остался позади.
Он бежал так легко, что мне стало завидно. Его не смущал ни дождь, ни дорога превратившаяся в настоящее болото.
– Эй, Лебедь, – крикнул он из-за спины. – Ты специально бежишь так медленно, чтобы я смог полюбоваться твой мокрой спиной?
Я лишь закатила глаза. Не было никакого настроения отвечать ему, я хотела побыстрее добежать до финиша и наконец-то отдохнуть.
Волков остался где-то позади, видимо решил преследовать меня. Но я не обращала на него внимания.
Тропа привела нас к реке, которая протекала у леса и отделяла наш лагерь от ближайшей деревни. Уже много лет мы купались здесь ночью, сбегая от надзора вожатых.
Я не могла разделить их радость, потому что река пугала меня. Я никогда не заходила в неё далеко. За годы я так и не научилась плавать, поэтому не ходила в бассейны и аквапарки. На речке я только загорала.
Вдруг я перестала слышать Волкова. Он всю дорогу пытался вывести меня из себя, чтобы я наконец исполнила свою мечту и придушила его.
Деревьев у реки стало меньше, и тропа раскисла еще сильнее. Кроссовки тонули в грязи, скользили по тропе, бежать было все труднее. Но я упорно шла вперед, не желая сдаваться.
Пробегая мимо реки, моя нога вдруг поскользнулась на грязи, образовавшейся по всей тропе. Мир перевернулся, потеряв равновесие, я с громким всплеском рухнула в ледяню воду.
Холодная вода сомкнулась над головой, просочилась под под одежду. Спортивный костюм тут же пропитался влагой и потянул ко дну. Я инстинктивно открыла рот, чтобы вдохнуть, но вместо воздуха в легкие хлынула ледяная вода. Горло сжалось спазмом, в ушах зазвенело, перед глазами поплыли черные пятна. Я судорожно забилась, пытаясь найти опору, но ноги лишь болтались в воде.
Мысли путались, тут же вспомнились родители, с которыми я уже успела попрощаться. А еще со спортивной карьерой и всеми друзьями. В глазах уже темнело, когда сильная рука вцепилась мне в запястье и резко дернула вверх.
Я вынырнула, отчаянно кашляя и хватая ртом мокрый, дождливый воздух. Сквозь пелену воды в глазах я увидела знакомое лицо. Волков, с прилипшими ко лбу прядями, крепко держал меня за руку, не давая уйти ко дну.
– Ты специально ждал, чтобы я захлебнулась? – хрипло выкрикнула я, тут же схватившись второй рукой за его плечо, боясь снова уйти под воду.
Взгляд прояснился, черные точки исчезли и я наконец смогла хоть немного сфокусировать взгляд. Пальцы Волкова впились мне в талию, удерживая на поверхности.
– Да, мечта сбылась! – сквозь стиснутые зубы бросил он, и я заметила как напряжены его мышцы, как тяжело ему удерживать нас обоих на плаву в промокшей одежде. – Я годами мечтал вытаскивать тебя из воды. Ты же Лебедь, должна уметь плавать.
– Да пошел ты, Волков, – выплюнула я, зло посмотрев на него.
Лицо Кирилла изменилось. На нем появилась ухмылка, но совсем не веселая, как обычно.
– Хорошо, я пойду, – он резко отпустил меня и отплыл в сторону.
Мир снова перевернулся. Я успела вдохнуть лишь наполовину, когда вода снова сомкнулась над головой. Инстинктивно открыв рот от неожиданности, я наглоталась воды. Паника сжала грудь стальным обручем, руки беспорядочно забились, пытаясь вытолкнуть тело на поверхность.
Кирилл сжалился над моими попытками и вновь вытащил меня. Сильные руки обхватили меня под мышками, резко выдернув из ледяного плена. На этот раз он не отпускал, крепко прижимая к себе, пока я отчаянно кашляла, выплевывая речную воду.
Стоило нам вылезти на берег, как я упав на колени, чуть не расплакалась от счастья, наконец-то оказавшись на твердой земле. Я рухнула на землю, дрожа всем телом, чувствуя как зубы стучат, а пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки. Кирилл тяжело дышал рядом, вытирая лицо мокрой рукой.
Дождь лил не переставая, струи воды стекали по его лицу, но выражение глаз было не таким, как обычно – ни насмешки, ни злости… Что-то другое, чего я не могла понять сквозь дрожь и остатки паники.
Кирилл отжал толстовку, которую вчера дал мне, а я вернула ее ему за завтраком. Его усилия были тщетны: вода стекала с волос и затекала за воротник, а я все еще не могла унять дрожь в руках.
– Ну что, Лебедь, – он хрипло рассмеялся и посмотрел на реку. – Теперь ты официально водоплавающая птица.
Я хотела возразить, но вместо этого неожиданно всхлипнула. Слезы смешались с дождем, и Кирилл это заметил. Его ухмылка исчезла.
– Эй, ты серьезно? – нахмурился он. – Ты же не…
– Заткнись, – резко перебила я, вытирая лицо, чтобы он не увидел слез. – Просто замолчи.
Он замолчал. Я не хотела, чтобы он видел меня слабой. Не должен. Слабость я могу позволить себе только дома, выплакаться в подушку, но не на людях.
Молчание Кирилла затянулось надолго. Настолько, что я уже начала нервничать.
Он встал и протянул мне руку:
– Вставай. Мы тут сидим, а все уже на финише.
Я проигнорировала его ладонь и поднялась сама. Но тут же поскользнулась на мокрой траве. Кирилл успел схватить меня за плечо, но я тут же вырвалась.
– Не надо! – буркнула я, отталкивая его руку. – Я сама!
– Да ладно тебе, – он вздохнул и отошел в сторону. – Я же не заразный.
– Для меня заразный!
Его лицо исказилось. Видимо, эти слова задели его за живое. Он отступил еще на шаг, лицо стало каменным.
– Понял. Тогда можешь тонуть дальше, если желаешь.
Он прошел мимо меня, нарочно задев плечом. А я вдруг поняла, что осталась одна в лесу, в насквозь промокшей одежде, с трясущимися коленями. Все спортсмены убежали далеко вперед или нашли короткий путь.
Только Волков, чья спина все больше удалялась, и я вдруг осознала: он только что спас мне жизнь. Несмотря на нашу вражду и ненависть.
Не знаю, как бы я поступила на его месте, но его поступок был героическим, а мой – эгоистичным.
– Кирилл! – крикнула я ему вслед.
Он остановился, но не обернулся.
– Спасибо, – произнесла я, кажется, впервые в жизни.
Наступила пауза. Затем он кивнул и молча пошел дальше. Я поспешила за ним, стараясь держаться на расстоянии, но больше не падая.
Пока мы шагали по лесу, я обдумывала происходящее и не заметила, как мы вышли на финишную прямую, где нас уже ждали.
Вожатые и тренеры выдохнули, увидев нас, а затем ахнули, разглядев наш внешний вид.
– Что с вами случилось? – спросила Алина, подбегая к нам, пока Даша побежала за полотенцами.
– Лебедь решила проверить водичку, – буркнул Кирилл. – А я ее спасал.
– Он вре…
– Так, все! – нас прервал старший тренер, загоняя Алину под зонт, пока она полностью не промокла. – Быстро в медпункт.
После его слов нам на плечи накинули полотенца, а в руки сунули зонты. Мы поплелись в медпункт. Я размышляла о том, что, возможно, ошиблась насчет Волкова.
В медпункте нам дали теплый чай, а вожатые освободили от вечерних занятий, отправив по комнатам. Они сопроводили нас и убедились, что мы в порядке.
Ребята из отряда пытались узнать, что случилось, но вожатые их не подпускали. Когда я наконец оказалась в комнате, переоделась в сухую одежду и достала из-под подушки дневник, то укуталась в одеяло. В комнате была только я. Девочки все еще были на занятиях, о которых позже расскажут, вернувшись.
«Сегодня был самый странный день. Волков спас меня. Правда, потом чуть не утопил снова. Но все же спас. Никогда не думала, что скажу это, но я ему благодарна. Он мог просто убежать, но совесть не позволила бы. Я уверена, что именно она подтолкнула его ко мне.
В какой-то момент я взглянула на него под другим углом. Кирилл Волков хотел мне помочь, успокоить. Но я не позволила. Я так привыкла видеть в нем врага, что даже его доброту восприняла как издевку. А когда он ушел, оставив меня одну на берегу, я вдруг поняла – он ведь мог просто не подходить ко мне с самого начала.
Не дразнить, не провоцировать, не бежать рядом, когда все уже давно умчались вперед.
И уж точно не бросаться в реку за мной.
Я знакома с Кириллом практически с рождения. Наши отцы дружат с юных лет. Но, честно говоря, я не знала его как человека. Он казался мне наглым, самоуверенным и постоянно насмехающимся. Сегодня к этому списку добавился пункт «герой».
Это не означает, что я прощаю его, и наша вражда на этом закончится. Но сегодня он заслужил этот статус своим поступком».
В дверь постучали. Я быстро спрятала дневник под подушку и разрешила войти, гадая кто это может быть. Девочки бы не стали стучать, а влетели в комнату как ураган.
Вошел Данил, в руках он держал термос и пакетик с едой.
– Чай, – пробормотал он, ставя термос на тумбочку. – С мёдом. И бутерброды. Ты не завтракала.
Я уставилась на него, не понимая, почему именно он здесь.
– Спасибо, но не стоило.
Данил пожал плечами, избегая моего взгляда.
– Все говорят, что ты устроила незапланированное заплыв, – он чуть усмехнулся. – Решил, что тебе нужно согреться и подкрепиться.
Я взяла термос. Чай оказался обжигающе горячим, но после ледяной воды это было именно то, что нужно.
– Еще раз спасибо тебе, – благодарно улыбнулась я.
Данил посидел со мной несколько минут, и сославшись на тренировку, убежал.
С чего такое проявление заботы, я не понимала. В голове тут же всплыли предположения Сони, о его симпатии ко мне. Но тут же отогнала эти мысли.
Дверь в комнату снова отворилась, на этот раз вошли девочки.
Они с ходу потребовали подробного рассказа. Я начала с самого начала.
– Кто принес тебе чай? – хитро спросила Аня, сидя на моей кровати, когда я закончила.
– Это Данил, – чуть смутившись, ответила я.
– Стойте, Белов сейчас не так важен – перебила Соня, энергично жестикулируя. – Волков тебя спас, потом утопил, нагрубил, а ты сказала ему спасибо? Ты точно не заболела?
– Я вежливая! – возмутилась я, вызвав у Ани и Кати улыбки.
– А может он тебе нравится? – хитро спросила Соня, за что получила от меня подушкой по голове, под общий хохот и мои возмущения.
Глава 6
На следующий день тренер объявил, что нас ждут круговые тренировки. Эту новость сообщили после завтрака, когда мы собрались на главной площади. Круговые тренировки были традицией лагеря: каждый спортсмен по очереди пробовал разные виды спорта.
Нам предстояло пройти все виды тренировок. Это испытание называли «девять кругов ада», ведь в лагере было именно столько видов спорта.
Тренеры распределили, кто за какую тренировку отвечает. Каждый участник должен пройти тренировку и получить жетон от тренера. В конце дня все жетоны складывали в общую копилку отряда. На них можно было приобрести фишки для отряда.
В прошлом году мы уговорили вожатых разрешить нам запрещённые вкусности и просмотр телевизора вечером.
Тренера выдали вожатым маршрутные листы, которые те сразу раздали нам.
– На каждом листе в углу есть цифра, обозначающую вашу команду, с которой вы будете передвигаться по кругу, – объявил главный тренер со сцены.
Из-за командных видов спорта нам всегда нужно было объединяться в группы, и это решалось жребием.
– О, я третий, кто тоже? – радостно воскликнул Кирилл осматриваясь по сторонам.
Я в очередной раз подняла глаза к небу, надеясь, что кто-то услышит мои молитвы чтобы этот клоун не оказался в моей команде.
– Хоть бы не третий, хоть бы не третий, – шептала я, опуская глаза к маршрутному листу.
– О, Лебедь, ты тоже в третьем, – раздалось совсем рядом и я подпрыгнула от испуга.
Возле меня стоял Волков с самой довольной из улыбок, какие только у него есть в арсенале. Как из девятнадцати человек, мне в команду достался именно он.
Я сама посмотрела на лист и увидела красную цифру “три”. Да еще и такую жирную, что явно не перепутаешь с любой другой.
Оттолкнув Волкова в сторону, я нашла Дашу, которая о чем-то переговаривалась со старшей вожатой Алиной.