- -
- 100%
- +
– Но как? Я здесь впервые!
– Зов крови поможет, – спокойно ответила королева.
После этих слов воцарилась тяжёлая, сдавливающая со всех сторон тишина. Все присутствующие внимательно следили за Вариным лицом, на котором ясно вырисовывалось смятение. И потому они с грустью представляли себе её дальнейшие действия. Сейчас она попросит открыть портал и уйдёт, оставив за плечами неизведанный, обречённый на погибель мир. Девушке незачем было рисковать собой, она не хотела что-то искать, кого-то убивать, тем более умирать сама. На то не имелось веской для неё причины. Это был не её дом.
Хелен обречённо вздохнула, обратив внимание воспитанницы на себя. Варя посмотрела на вожатую, затем на её супруга, на князя, Геру. Все они опасались, что их надежды не оправдаются, и с тревогой ждали просьбы о возвращении домой. Варя чувствовала, что все эти люди не осуждали её, они просто осознавали, что их последняя хрупкая возможность спасения таяла, как утренний туман над лугом, безвозвратно, неизбежно.
Варю пронзил острый укол совести, она почувствовала вину за несбывшиеся мечты своих новых знакомых. Но что она может сделать? Она – такая слабая, беззащитная. Что они от неё хотят? Как они могли подумать, что Варя справится? Как она их спасёт?
Не выдержав внутреннего напряжения, она выбежала вон из каменной комнаты, ощущая на себе безутешные взгляды друзей. Упёршись лбом в холодные струи, она на мгновение задумалась: не лезть же в толщу ледяной воды… Но тут же заметила в другой стороне тёмный проход. Не медля ни секунды, Варя бросилась во мрак, сама не понимая, куда и зачем бежит. В голове, как две кошки в схватке, бились совесть и страх, и одно никак не хотело уступать другому.
Девочка бежала и бежала, пока не вырвалась из пещерной тьмы. Неожиданно для себя Варя попала в просторную каменную комнату и наткнулась на гроб. Это был тот самый гроб из её сна. Внутри бездыханно лежала Матушка.
От неожиданности у Вари перехватило дыхание, она резко развернулась к выходу, но путь преградил Вайер, и девушка вскрикнула. Испуганная, потрясённая увиденным, Варя рывком бросилась князю на грудь и затряслась от слёз, вырвавшихся наконец наружу.
Вайерли, не ожидавший такого, сперва растерялся, но вскоре опомнился и приобнял девушку.
– Ну, ты чего? – он пытался отстранить содрогающуюся от рыданий подопечную, но она только сильнее прижималась, пряча в рубашке свои заплаканные глаза.
Тогда Вайер оставил попытки взглянуть Варе в лицо и стал просто гладить рукой её волосы, уговаривая успокоиться.
– Эй, подарочек, – сказал князь, когда её дрожь стала утихать, – слышишь? – Варя помотала головой из стороны в сторону. – А ты очень похожа на своего брата.
Тут же пересох родник нескончаемых слёз, и Варя отняла голову от груди.
– Ты знал моего брата? – всхлипывая, спросила девушка.
– Его все тут знали. Арт пытался убить Морлину… Но она его опередила, – Варя хотела разрыдаться снова, но слёз уже не было, только тупая, чуть заметная боль старой утраты вновь завозилась где-то между рёбер.
– Как она могла? Он же её внук? – недоумевала Варя.
Она отстранилась от Вайера и развернулась к нему спиной. Но, упёршись в пугающий гроб, тут же повернулась обратно.
– Варя, ты не знаешь, что это за человек. Она потратила всю жизнь на поиск во всех вселенных одной-единственной змеи, яд которой способен убить её сестру. Потом отравила её, свергла сына с трона, убила своего внука. Она без промедления повторит с тобой то же самое.
Варя сделала над собой усилие и, развернувшись, подошла к гробу, где лежала Матушка.
– Мы даже не были уверены в том, жив ли твой отец. Только недавно узнали, что Морлина отправила его в ссыльное королевство, – хмуро заметил Вайер. – Он ведь в ваш мир против материнской воли убежал. Но его потом нашли и... Ну, понимаешь.
– Ссыльное королевство… – задумчиво произнесла девочка. – А я смогу встретиться с отцом?
– Не думаю, – нахмурился князь, – никто не знает, где это королевство.
Варя безотрывно всматривалась в черты лица Матушки, её волосы, складки платья. И в её душе стал вскипать ураган эмоций: жалость, боль, страх, сострадание. Что-то немыслимое творилось вокруг. Как могло случиться такое, что у неё, совершенно обычной земной девочки, отец из другого мира, как мог погибнуть её брат здесь, если она сама лично видела его мёртвым там, у себя, как она могла быть внучкой самого злобного существа на свете, стремящегося развернуть войну, и как, наконец, она могла помочь людям, которых знала не больше двух дней, а кого-то и вовсе не знала? Где она свернула не туда? Когда успела вляпаться в такую поистине невероятную историю?
Князь подошёл к Варе.
– Что станет со мной в том мире, если я погибну здесь? – задумчиво спросила девушка.
– Как и Артёма, тебя найдут с разрывом сердца.
В воздухе повисла тишина. Варя продолжала внимательно смотреть на спящую в гробу женщину. От напряжения губы девочки превратились в тонкую струнку, она даже забыла, что нужно дышать. В голове всё ещё шла жестокая борьба двух кошек, но победу начала одерживать та, что звалась Совесть. И теперь к ней присоединились сострадание, обида, мстительность. Ох, как много чувств сейчас кипело в груди Вари! И кто был всему виной? Морлина! Она заточила в тюрьму её отца, убила её любимого брата и хочет сделать ещё много ужасных вещей. Кто ей дал право творить зло? Нужно было остановить этот беспредел. Нужно завершить дело Артёма.
– Я помогу тебе, Матушка, – Варя осторожно дотронулась до руки женщины. – Обещаю, Морлина получит по заслугам.
Грудь девочки наполнилась уверенностью и отвагой. Тысячи, миллионы ни в чём не повинных людей ждут чуда, и она просто не имеет права не попробовать совершить его. Варя повернулась к выходу и твёрдой походкой направилась к своим союзникам. Девушка точно знала, что рискует не зря. Теперь это и её дом.
Войдя в оставленную прежде пещеру, девушка увидела, как Гера зачерпывает из маленького глиняного горшочка сухую траву и добавляет её в невысокую деревянную ступу, размешивая что-то киселеподобное. Рядом, сидя на единственном старом табурете, Хелен задумчиво разминала толкушкой зелёную кашицу. Денея с ними не было. На вошедшую не сразу обратили внимание. Только когда Варя шмыгнула слегка покрасневшим носом, женщины повернулись в её сторону.
– Снадобье почти готово, – обратилась к девочке Гера, закрывая и устанавливая книгу на полку к другим таким же переплётам. – Хелен, давай сюда аконит. Сейчас закончу, и ты окажешься дома.
Вожатая передала размятую жижу женщине. Было видно, что они обе были совершенно расстроены.
– Я помогу вам, – раздался вдруг тихий голос.
Хелен и Гера, уставившись на девушку, на минуту замерли.
– Я не смогу жить спокойно, зная, что имела шанс помочь вашему миру, но не воспользовалась им, а убежала, как трусливая собака.
– Но ты ведь можешь погибнуть, – осторожно напомнила Гера, – я не хочу, чтобы ты думала, что мы тебя заставляем. Это твой выбор и...
– Да, и я его сделала. Моя родная бабушка убила своего внука, покусилась на жизнь сестры… И вы считаете, это можно оставить безнаказанным?
Лица женщин озарились едва уловимыми улыбками, а в глазах снова заиграл огонёк надежды. Королева продолжила делать зелье, добавляя перемолотую помощницей траву в общую ёмкость. Не поднимаясь с места, Хелен потянулась к полке, где стояло множество пустых и полных пузырьков разного размера и формы, и достала с неё маленький пузатенький флакончик. К его серебряной крышечке был приделан шнурок. Этот своеобразный кулон она передала Гере.
Вошли Деней и Вайер. Оба были спокойны, но хранили немую радость на лице. Ден подошёл к супруге и положил руки ей на плечи. Вайерли, скрестив ноги и руки, облокотился на своеобразный каменный косяк. Никто из присутствующих не издавал ни звука. Все боялись разрушить хрупкий купол надежды, что навис над ними.
Наполнив с помощью воронки и ложки пузырёк мутно-зелёным снадобьем, Гера повернулась к гостье и протянула ей кулон.
– Я не вправе тебя неволить, Варвара, – сказала женщина, – ты сможешь помочь только по доброй воле и никак иначе. А это зелье вернёт тебя в твой мир, как только ты его выпьешь.
Нахмурив брови, Варя взяла флакон и, повертев его в руках, произнесла:
– Зачем Вы мне даёте это? Разве не в ваших интересах моё присутствие в этом мире?
– Конечно, Варя, но только по доброй воле. Если мы тебя принудим, что мог бы сделать каждый из нас, победы нам не видать.
Объяснение королевы не дало ответа на Варин вопрос, или она просто не поняла его смысл, но она решила оставить в покое эту мысль и молча повесила кулон на шею.
– Отлично, – прервал затянувшуюся паузу Деней, – теперь нужен план.
Глава 4
– Что мы имеем? – спросила Хелен, когда все нашли удобное место вокруг стола.
– Нет, сначала скажем, что мы должны найти, – поправил князь.
– Во-первых, в королевстве Бахар надо найти старца, который знает место расположения частей меча Смерти и цветка, – начала Гера.
– Почему бы Морлину не убить чем-нибудь другим? Ну, целым мечом, например? – спросила Варя.
– Это невозможно. Хранительниц почти ничем нельзя убить, – ответила Гера.
– Это как?
– Понимаешь, изначально прародительницы были бессмертны, они жили очень долго, а когда им это надоело, то они решили убить друг друга, потому что никто иной это сделать не смог бы. Хранительницы создали смертельные артефакты друг для друга: Смерть создала змею с необычным ядом, а Хранительница Жизни – меч. Только эти два предмета могли убить их. Но смерть прародительниц, как я уже говорила, повлекла бы уничтожение всего мира, потому они оставили своих дочерей вместо себя, а те, хоть и были смертны, но умирали не раньше отведённого срока. Этот срок одинаков для всех хранительниц – триста лет. И был он установлен первыми праматерями.
– Вау, – удивилась Варя и стала медленно переваривать информацию. – Но почему вы сказали про части меча? Это какой-то конструктор?
– Нет, – улыбнулся Денис, – дело в том, что одна из хранительниц Смерти в третьем или четвёртом поколении – не помню точно – так боялась своей преждевременной кончины, что попыталась уничтожить меч. Но ей удалось лишь отколоть кусок от лезвия. Этот осколок впоследствии бесследно исчез, а основную часть меча спрятали в неизвестном месте. Меч-то матушка нашла и перепрятала, но не успела рассказать, куда.
– Так, значит, нужно найти меч и его осколок? – уточнила Варя.
– Верно. И цветок.
– А что за цветок?
– Цветок Виво. Он нужен для приготовления противоядия, которое спасёт Матушку, – Пояснила Гера. – Тоже единственный в своём роде.
– И тоже спрятан непонятно где, – договорил Деней.
– А что спасает хранительниц смерти?
– Живая вода, – ответила Хелен.
– Как же всё сложно и непонятно! – вздохнула Варя.
– Да, непонятно, где всё это искать, – сказал Деней, – ведь, никто не знает, где спрятаны предметы.
– Никто, кроме старцев, – вклинился в разговор Вайер. – Как гласит легенда, прародительницы доверили двум мужчинам спрятать воду, кинжал, змею и цветок в разных частях света. И с тех пор их никто не видел.
– Но где же нам искать этих старцев? И как много у нас времени? – осведомилась Варя.
– Матушка с каждым днём всё слабее, – угрюмо ответил Деней, – ей осталось жить месяц-полтора. А про старцев достоверно ничего неизвестно, есть только догадки. Один из них, судя по сомнительным предсказаниям колдуна, находится в Бахаре.
– Мой звездочёт не ошибается, – с вызовом в голосе сказала Хелен. – Если Ведагор сказал, что старец в Бахаре, значит, там его и нужно искать.
– Да, только, королевство Бахар – не эта пещера, и старец, к сожалению, не гора Таут'эя, – в тон супруги вторил граф.
– Прекратите! – Вайер строго сверкнул глазами на обоих друзей. – Это наши с Варей проблемы. Доберёмся до столицы – решим.
– Хорошо, но что потом? – поинтересовалась Варя.
– До «потом» слишком много неясного. Судьба позволит – найдём старца, кинжал, затем цветок добудем, Матушку спасём, войну предотвратим… –Мечтательно вздохнул князь.
– Хорошо бы, – улыбнулась Гера. – Но чует моё сердце, войны не миновать.
Когда Варя и Вайерли возвращались в замок, солнце уже склонилось к горизонту, одев небо в пурпур и позолоту. Птицы, что бороздили воздух в поисках мошкары, спустились ниже к земле, а тени (особенно в лесу) стали глубже и непрогляднее. Хелен и Деней, попрощавшись с друзьями, отправились домой, Гера решила остаться у матери в пещере до прихода ночной стражи.
Перед отъездом союзники дружно обсудили план действий, уточнили задачи каждого. На карте, расстеленной на столе, королева и Вайер отметили несколько ключевых пунктов, через которые и проложили маршрут. Конечно, все нюансы обсуждали Гера, князь и граф с графиней, но Варя внимательно их слушала и старалась вникнуть в каждое слово.
В момент, когда все стали собираться, Хелен, под предлогом «пошептаться» вывела Варю наружу и всунула ей в руки маленький кошель. Девушка сперва немного растерялась, начала отказываться, пытаться всунуть деньги обратно, но графиня твёрдо отрезала:
– Не упрямься, Варвара. Вайерли, конечно, берёт с собой некую сумму, но, согласись, тебе не помещает самодостаточность.
Варя благодарно улыбнулась. Девушка и не задумывалась над финансовым вопросом. Как бы она ни старалась не остаться в должниках, избежать этого было невозможно.
В этот момент вышли остальные, и, распрощавшись друг с другом, все разъехались по своим домам.
По прибытии в замок Варя и Вайер стали собирать дорожные сумки. Так как путь предстоял долгий и трудный, следовало взять всё самое необходимое, но так, чтобы тюки не оказались неподъёмными. Варе, в общем, нечего было собирать, потому что всё самое важное (полотенце, чистая рубашка, нижнее бельё, кусок мыла и тёплый свитер) уже лежало на постели – горничные постарались. Оставалось только уложить вещи аккуратной стопкой в суму. Закончив, девушка спрятала среди белья кошелёк и подошла к умывальнику, чтобы сполоснуть и освежить лицо.
В этот момент раздалось тихое частое постукивание в дверь. Затем, не дожидаясь ответа, появилась маленькая курчавая голова девочки лет семи.
– Голубушка, князь ожидает, – пропищала она серьёзно.
Варя даже немного опешила от такой неожиданности.
– Откуда же ты такая? – спросила она, вытирая полотенцем лицо.
– Мне тётка Агафья сказала учиться, меня скоро графине отдадут.
Девушка вышла в коридор и направилась вслед за маленькой проводницей, спрашивая её:
– Отдадут? Разве так можно с живыми людьми?
– Со всеми можно. Мою маму тоже отдали, когда я у неё в животике была.
В столовой за накрытым столом сидел Вайерли и ждал девушку. Первой в комнату вошла маленькая Фая и с серьёзным лицом жестом руки указала Варе на её место у стола, а затем скрылась за кухонной дверью. Вайер молча наблюдал за движениями ребёнка, оценивая её действия.
Варя улыбнулась и сказала:
– Почему ты такой серьёзный?
– Она не поздоровалась и не извинилась за опоздание, – дал оценку князь. –Ей ещё рано уходить к графине.
– Она же ещё ребёнок!
Князь ничего не ответил. Он встал и подошёл к стулу, отодвигая его, чтобы усадить девушку. Затем из ребристого графина наполнил Варин и свой бокалы и уселся на прежнее место.
– Сегодня у тебя был трудный день, – сказал он, поднимая фужер, – но с завтрашнего дня будет ещё тяжелее. Постарайся выспаться как следует.
Варя опустила глаза и с виноватым видом, будто её ругали за невыполненное домашнее задание, стала обдумывать услышанное.
– Не могу поверить, что это не сон, – задумчиво произнесла она, вращая кистью фужер с нетронутым напитком. – Может, всё-таки я сплю?
Она взглянула на князя, умоляя того сказать именно то, что ей хотелось. Но Вайерли только опустил взгляд и помотал головой. Девушка тяжело вздохнула и, сделав небольшой глоток, стала выходить из-за стола. Вайер посмотрел на неё и на нетронутый ужин и нахмурился. Он понимал, что Варе тяжело принять мысль о другой реальности, осознать, что она не дома, не с мамой. Князь очень хотел поддержать её, как-то утешить, но, что говорить, как себя вести, понятия не имел.
– Спасибо, всё было вкусно, – вежливо улыбнулась Варя.
– Но ты ничего не съела!
Девушка кинула смущённый взгляд на служанку, которая незаметно стояла в стороне, дожидаясь момента, когда можно будет убрать приборы. Варя, будто извинилась за то, что не оценила старания повара, но день действительно выдался слишком тяжёлым, и желудок отказывался принимать какую-либо пищу. Вайерли решил оставить гостью в покое. Молодой человек вышел из столовой вместе с Варей и остановился возле перил.
– Если что-нибудь понадобится, дёрнешь за шнур у постели и придёт служанка. Через час тебе принесут молоко и что-то съестное. Пожалуйста, поешь хотя бы это. Завтра утром выдвигаемся с первой ласточкой. А теперь отдыхай, – чётко и лаконично, точно давая указания, инструктировал князь.
Несмотря на его молодость, в нём чувствовались некая опытность, умение формулировать свои мысли, распоряжаться подчинёнными. «Наверное, Вайерли был неплохим полководцем», – подумалось Варе.
Она пожелала хозяину дома спокойной ночи и отправилась к себе в спальню. За Варей следом вошла знакомая ей горничная с большим глиняным кувшином кипятка. Возле умывальника стояло широкое позолоченное блюдо, в которое служанка налила горячей воды и затем разбавила её холодной.
– Раздевайся, голуба, князь тебе умыться приказал.
– Простите, а как Вас зовут? – с помощью женщины Варя стала послушно стягивать одежду.
– Агафья, милая, Агафьей величают.
– Агафья, можно у Вас попросить листок бумаги и что-нибудь, что пишет? Карандаш, например.
Служанка налила в воду настой ромашки и, поливая из кувшина, помогла девушке хорошенько умыться. Затем Варя переоделась, дождалась пишущие принадлежности и уселась за стихи.
Раньше она часто писала, а после смерти брата забросила это дело. Сейчас же в голове крутились нестройные строки. Неловко, непонятным почерком ложились они на бумагу, зачёркивались, переписывались и наконец складывались в мелодичные строфы.
Вскоре принесли второй ужин. Кое-как заставив себя выпить тёплое молоко и съесть медовый кекс, Варя улеглась в постель, снова схватила карандаш и… сразу же уснула. Сон был тяжёлым, тревожным. Ей снилось многое: то мама, то собрание у круглого стола, то брат... Все истории были какими-то рваными, а голова – даже во сне – кружилась и разбухала от круговорота сюжетов. Последний, кто приснился Варе перед пробуждением, был князь. Он лежал на каменном полу незнакомого зала и истекал кровью, вокруг было много раненых и убитых. Но девушка не замечала никого, кроме князя. Её охватило безнадёжное отчаяние, она захотела подойти к нему, помочь, но вдруг её остановила внезапно появившаяся мама. Со слезами на глазах она умоляюще взглянула в лицо дочери, как будто пыталась узнать в ней кого-то из знакомых, но не узнавала.
– Сына потеряла и дочь потеряю, – дрожащим от всхлипывания голосом обречённо сказала женщина.
Она будто бы винила девушку в том, что та хотела помочь другу.
– И дочь потеряю... – содрогаясь от рыдания, повторила мама Вари.
А в следующее мгновение всё исчезло – девушка открыла глаза. Приходя в себя после ночных кошмаров, она не сразу поняла, где находится. Варя обвела комнату цепким взглядом, пытаясь узнать во мраке стены родного дома, но спустя секунду поняла, что она… по-прежнему находилась в Вивиолоне.
Девушка села и оглянулась по сторонам. Рассвет пробирался сквозь шторы бесшумно и очень быстро, как кот сквозь щель в кухонной двери. Было так тихо, как бывает лишь в самые последние часы перед пробуждением. Но в Вариной голове упорно звенела последняя фраза матери: «И дочь потеряю». Девушка повертела в руках подаренный Герой флакончик, искушая себя возможностью поскорее вернуться домой, но, пристыдив саму себя, тут же отбросила приятные мысли.
Миллиарды жителей, десятки миров нуждаются в её помощи. И даже те, кто не знал о Варе и обречённо ждал своего последнего лета, всё равно надеялись на чудо. Поэтому она просто не имела права не совершить это чудо. Она не может позволить всяким бредням лезть к себе в голову. Нет, раз она вызвалась помочь, она сделает всё возможное, каким бы ни оказался финал её истории.
С этими мыслями Варя плюхнулась обратно на подушку и через мгновение снова крепко спала. Девушку вновь посетил сон, но он не был похож на предыдущие и мешал в себе реальность и грёзы. Варя шла во мраке, ступая по тёплой траве, где-то вдалеке раздавалось едва уловимое журчание воды. Абсолютно ничего не видя перед собой, она ориентировалась только по звукам и на ощупь. Аккуратно переступая, она шаг за шагом прокладывала себе путь. Варя двигалась в совершенно неизвестном ей направлении и ловила себя на мысли, что совсем не испытывает страха.
Пройдя так ещё несколько метров, девушка заметила, что рядом с ней стали появляться маленькие искорки. Они зажигались на долю секунды, освещали выступы камней и, отрываясь от своих мест, растворялись где-то в воздухе. С каждым шагом этих искорок становилось всё больше и больше. И вот огоньков стало настолько много, что они смогли осветить большое, в человеческий рост, овальное зеркало. Обрамлённое красивой рамой и ничем не прикреплённое ни к скалам, ни к земле, оно висело в воздухе. Возле него взлетало и испарялось большое количество оторвавшихся от скал искорок, от чего становилось достаточно светло. В зеркале девушка, естественно, увидела своё отражение, но вдруг за её спиной появилась чья-то фигура. Похолодев от ужаса и неожиданности, Варя резко обернулась и увидела перед собой женщину, что утром лежала в гробу.
– Здравствуй, Варвара, – сказала Матушка мелодичным бархатным голосом. – Я рада, что ты наконец попала в Вивиолон.
Варя молча обводила силуэт женщины испуганным недоверчивым взглядом, каким смотрит ребёнок на незнакомого дядю, подошедшего на улице.
Матушка догадалась, в чём причина замешательства её гостьи, и мило улыбнулась:
– Девочка моя, не пугайся, это всего лишь сон, ты проснёшься, и я снова буду лежать в своей пещере.
– Но… Как? А сейчас?
– А сейчас, это всего лишь сон, – по-матерински ласково повторила Матушка, но через мгновение приняла тревожный вид. – Нам нужно торопиться. Ты не просто так оказалась в этом месте. Много лет назад я спрятала здесь первый обломок меча Смерти и наложила защитное заклинание, чтобы пронырливые шпионы Морлины не овладели им. Только ты сможешь его забрать.
– Как?.. – ничего не понимая, спросила девушка.
Вдруг послышался стук в дверь. Варю посетило чувство, будто их заперли в небольшом чемодане. Казалось, будто все каменные стены вокруг были всего лишь муляжом, мастерски нарисованными декорациями.
– Варя, скорее! Время на исходе! – Матушка суетливо и испуганно стала подталкивать девушку к зеркалу. – Ныряй, Варя! Скорее. Меч тебя узнает!
Не совсем понимая, что она делает, Варя прыгнула в самый центр зеркала. Серебряная гладь слегка колыхнулась и, скрыв внутри себя гостью, снова превратилась в холодное стекло.
Выскочив с обратной стороны портала, девушка оказалась в абсолютно белом невесомом пространстве. Не было ни пола, ни потолка, ни стен, только необычайно яркий свет слепил непривыкшие после мрака Варины глаза. Щурясь, девушка судорожно стала соображать, что же ей нужно сделать и где найти этот меч. Хотя Варя и не знала, что должно было случиться через энное количество времени и почему Матушка так резко заторопилась, она была полностью уверена, что нужно спешить. Времени мало!
Кружась на одном месте, Варя пыталась что-то разглядеть в идеально белом пространстве, и вот она зацепилась взглядом за маленькую чёрную точку вдали. И едва она обрадовалась, как вдруг почувствовала какое-то «землетрясение». Только тряслось всё не снаружи, а внутри девушки. Ей казалось, что она меняет своё положение, переворачивается кверху ногами, потом возвращается в прежнюю позу. Девушке даже поплохело. И она снова услышала чьи-то далёкие голоса, будто они доносились из соседней комнаты. Через секунду всё снова нормализовалось, и Варя тут же со всех ног рванула к маленькой точке вдали.