- -
- 100%
- +
© Даце (Даша) Антоновна Ранцане, 2015
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Господин С
Раннее утро. Клара, еще сонная, очень торопится. Вбегает на кухню. Бросает унылый взгляд в окно. За окном осень. В тумане на черных ветвях деревьев дрожат мокрые желтые листья. Клара наскоро жадно выпивает чашку крепкого кофе. Потом стремительно направляется в коридор. Хватает ключи, сумку, покидает квартиру и быстро-быстро сбегает по лестнице вниз. Два пролета. Мимоходом заглянув в почтовый ящик, она достает оттуда белый конверт. На нем красивым каллиграфическим почерком написано: «От господина С» – и больше ничего. Загадочно весьма. Клара медлит мгновение, разглядывая странный конверт. Тонкие темные брови ее сначала съезжают к переносице, а потом удивленно подлетают вверх. Она красивая женщина невысокого роста, тоненькая, темноволосая. У нее немного вытянутое бледное лицо с большими темно-карими, как бы в вас проникающими глазами, с маленьким аккуратненьким носиком и очаровательными пухлыми капризными губками. Ей слегка за тридцать, но выглядит она лишь на двадцать пять. Клара прячет конверт в сумку и выбегает на улицу. Садится в машину. Едет, едет, едет, едет, стоп!
Громадное здание. Стекло и бетон. Широкие двери. Над ними вывеска: «Пам-парам-пам-пам, такой-то банк». Клара вбегает туда. Коридор. Лифт. Этажи, этажи. Снова коридор. Офис. «Привет, коллеги!» Ее рабочее место: стул, стол, компьютер. Еще одна чашечка кофе. Клара вскрывает загадочный конверт. Внутри небольшое письмо. Она его читает:
«Дорогая Клара, сегодня, ровно в восемь часов вечера, вам надлежит явиться по адресу: улица Бры-кры-мры-козяброва 102, квартира №6. Для чего и зачем вы узнаете там же.
К моему великому сожалению, мне придется вас немножечко шантажировать: иначе вы еще вздумаете и не прийти, а этого никак нельзя допустить. Поэтому я подержу некоторое время вашу уважаемую маму, Клавдию Гавриловну, у себя в заложницах. Волноваться не стоит, прошу вас. Как только мы решим это дело, я сразу освобожу ее. Не глупите и обязательно приходите. Жду вас с нетерпением.
г. С»
«Что за черт! Какая мры-кры?…» – Клару бросает в дрожь. Дрожащей рукой на своем мобильном она набирает номер. Несколько длинных гудков в трубке – и, наконец, мамин голос:
– Да, дочь моя, я тебя слушаю. Знаешь, я как раз сама собиралась тебе звонить.
– Мамочка, милая, привет! Ты как? Ты где?
– А что такое? Дочь, я сейчас в такси. Послушай, мы с Петром Семеновичем едем к нему на дачу. Сегодня у жены его, Нины Борисовны, день рождения – и вот мы решили устроить по этому случаю небольшой сабантуй. Петр Семенович передает тебе привет, – отвечает Кларе мама. Клара облегченно вздыхает: Петр Семенович их давний добрый друг, значит, всё будет хорошо. Она говорит:
– Ага, спасибо. И ему большой привет! И Нине Борисовне тоже! Ну, ладно, мам, удачно вам попраздновать!
– Хорошо, а что ты хотела-то? Зачем звонила, дочь? – спрашивает Клавдия Гавриловна.
– Ммм э-э-э… нет, ничего, просто так. Пока.
– Ну, пока.
«Так, всё это бред и глупости, чьи-то дурацкие шутки и больше ничего», – думает Клара. Кладет письмо в конверт, конверт – в сторону. Начинается рабочий день. И длится, длится. Стрелки танцуют по кругу; вот уже пять, а вот уже шесть; ну все, домой! Клара надевает плащ, берет сумку. Ее взгляд зачем-то снова натыкается на тот странный конверт. Она решает на всякий случай еще раз позвонить маме.
– Алло, Клара, – говорит в трубке приятный и совсем незнакомый мужской голос. У Клары мурашки бегут по спине. Она спрашивает:
– Кто это? Позовите, пожалуйста, Клавдию Гавриловну, мне нужно с ней поговорить.
– Клавдия Гавриловна теперь моя заложница, к вашему сведению, и я позволю вам с ней поговорить только после нашей с вами встречи. Вы же получили мое письмо, не правда ли? – слышит Клара в ответ, и ей становится совсем не по себе.
– Кто вы такой? Что вы с ней сделали? Что вам надо?! – почти кричит Клара в трубку.
– Успокойтесь, дорогушенька! С вашей мамой все будет в порядке. Я ее не обижу. Она сейчас веселится с друзьями, и ей хорошо. Вот, послушайте.
Клара слышит в трубке какие-то песни, чей-то веселый смех. Слышит, как Клавдия Гавриловна тоже весело смеется и как она радостно восклицает: «Ах! Это просто чудесно!»
– Что ж, жду вас в восемь, не забудьте, Клара, – говорит незнакомец строго и кладет трубку.
Клара некоторое время неподвижно сидит и хлопает глазами, недоумевая, что же теперь делать. На часах уже семь!.. С тяжелым сердцем Клара обреченно встает, выходит из офиса, из лифта, из здания, на улицу, идет к машине… И вдруг звонит ее телефон. «Что за непонятный номер: ноль, ноль, ноль?..»
– Не надо никуда заезжать по дороге. Возьмете двоих и сразу ко мне, – говорит тот же пугающий голос.
Клара молча садится за руль. «Кого возьмете?..» «И куда же мне ехать? – спрашивает она себя, – Где в этом городе Бррркозяброва улица?!..»
Машина вдруг сама трогается с места. Клара хватается за руль, но что толку? Руль ее не слушается. Машина мчится сквозь дождь, сквозь огни, по мокрой дороге. Светофор, поворот, потом прямо, фонари, фонари, и еще поворот, светофор. Какая-то пожилая дама с перепуганным лицом лихорадочно машет руками. Машина Клары останавливается перед ней. Дама открывает дверь и, тяжело дыша, заглядывает внутрь:
– На улицу Брыкрымрыкозяброва подбросьте, – отчаянно просит она.
– Я как раз туда и еду, – отвечает Клара.
Дальше едут вдвоем. В тишине. Сквозь огни. По черной дороге. Тут, в свете фар, возникает юноша, который тоже ловит машину. Клара будто тормозит, вернее, машина все делает сама.
– На улицу Брыкры… и так далее, пожалуйста, – произносит молодой человек. Клара и пожилая дама глядят на него с подозрением.
– Садитесь, – говорит Клара.
Едут втроем. У всех хмурый вид. Все молчат. Мокрая черная дорога и огни.
Ну вот и улица Брыкрымрыкозяброва 102. Красивый дом. Фасад в стиле модерн. Светлая парадная. Мраморные лестницы, ковры. Вот она, квартира №6. Всем троим, оказывается, нужно именно в эту квартиру. Они подходят к дверям, и вдруг двери бесшумно сами отворяются перед ними. Длинный коридор освещают несколько канделябров со свечами. Где-то там, очень высоко вверху, удивительной красоты, весь в белых каменных листьях и цветах потолок. Снова перед ними двери. Двери снова отворяются, и трое настороженных людей оказываются в большой торжественно-прекрасно-изогнутой и витой, лишенной всяких углов комнате, тоже освещенной свечами. Посреди комнаты овальный на двух резных ногах стол, накрытый к ужину на пять персон. У стола стоят еще два растерянных человека. Один – худой, высокого росту, остроносый и тонкогубый, с колючими глазками из-под мохнатых бровей хмурый старик, немного сутулый, в мокром от дождя светлом плаще и с серой мокрой шляпой в руках. Он совсем седой, почти белый, на вид ему, кажется, лет семьдесят пять, не меньше. Другой – мужчина лет сорока трех, может четырех, среднего роста, темно русый, с гладко выбритым лицом, мягкими чертами, и глазами необыкновенно зеленого цвета, яркими, ясными. Одет просто. Он уже снял свое пальто и держит его, перевесив через правую руку. Судя по всему, эти двое только что пришли. Клара и ее спутники подходят ближе к столу, и вдруг юноша неожиданно, с остервенением, набрасывается на старика, хватает его за грудки и начинает трясти:
– Это вы, вы, вы чертов господин С, что ли?! Да? Я спрашиваю! Отвечайте, чего вам надо?!
Старик в ужасе глядит на белобрысого, кудрявого, розовощекого, пухлого, с выпученными голубыми глазами, молодого человека лет двадцати и слабым голосом произносит:
– Ннн-нет, нет, я – нет, я не знаю, кто такой господин С. Я не знаю, что ему нужно. Я ничего не знаю.
– Угомонитесь, молодой человек! Здесь пока еще никто не видел этого загадочного господина. Вы, я так понимаю, тоже не он, – говорит зеленоглазый мужчина. Оттаскивает юношу в сторону и усаживает его на стул. – Успокойтесь, прошу вас!
– Похоже, что господин С действительно существует на самом деле, и похоже, что он прислал эти странные письма нам всем, ведь так? – спрашивает мужчина, обращаясь как бы ко всем сразу и при этом криво усмехается, слегка покачивая головой. Присутствующие молча кивают ему в ответ. Внезапно двери со стуком захлопываются, вздрагивают свечи… Из воздуха вдруг появляется загадочный господин. Он статный, красивый, не слишком молодой, но и не очень уж пожилой, смуглый, черноволосый, с правильными чертами лица, с горящим гипнотическим взором очень черных глаз и обворожительной белозубой улыбкой. Одет он вполне современно, в дорогой, превосходно сшитый костюм, господин, умеющий держать себя легко и непринужденно, и с юмором, и с достоинством, – словом, удивительный, сногсшибательный тип. Он словно висит в воздухе, сантиметров пятьдесят над полом, широко улыбаясь во весь свой красивый белозубый рот, и с превеликим удовольствием разглядывает собравшихся. Потом, сделав небольшой поклон, он плавно опускается на пол и говорит:
– Добрый вечер, дамы и господа! Прошу всех сесть.
И все чувствуют, что какая-то неведомая сила усаживает их за стол.
– Даже не пытайтесь встать, – говорит загадочный господин, и все чувствуют, что у них нет никаких сил встать, что встать-то они теперь не могут. Господин масляно улыбается и говорит:
– Все в сборе, прекрасно! Сейчас поужинайте, познакомьтесь друг с другом, а ровно в полночь я снова появлюсь, и мы с вами совершим то, ради чего собрались здесь. Сказав сие, господин растворяется в воздухе. В комнате воцаряется тишина почти на целую минуту. Все застывают и молча глядят друг на друга. Потом господа и дамы, конечно, пытаются встать со своих мест, чтобы убежать отсюда, но тщетно. Осторожно они начинают знакомиться друг с другом. Пожилая дама лет, наверно, шестидесяти, весьма нарядно одетая, выкрашенная в блондинку и завитая крупными кудрями, очень ярко накрашенная, густо напудренная, со строгим широким лицом, печальными бледно-голубыми глазами и изогнутыми грустной дугой губами первая прерывает молчание и говорит:
– Послушайте, что все это значит? Кто он такой, этот господин С, как вы думаете? Чего ему может быть от нас нужно? Ох, была у меня жизнь, как жизнь, а тут вот, здрасьте-пожалуйста! Может он того… ну… смерть наша?.. Ах, Боже мой! Боже мой! Не дай Бог!
– Ну что вы нас пугаете! Нам и так страшно! – восклицает расстроенная Клара.
– Да сволочь он, вот что это значит! Непременно что-нибудь неприятное выйдет! И что теперь?.. – сердится белобрысый юноша.
– А предположимте-ка, что он не злой господин. Ведь возможно же, что ничего страшного не произойдет. Давайте, что ли знакомиться, в самом деле. Меня Виктором зовут, а вас? – говорит мужчина сорока трех лет, сначала обращаясь к дамам.
– Я Лидия Васильевна, – отвечает пожилая дама грустно.
– А меня зовут Клара.
– Очень приятно, – улыбается Виктор тихо. – Ну а вас, юноша, как звать-величать? – спрашивает он молодого человека.
– Саша я, – отвечает тот неохотно и вдруг прибавляет с ухмылкой: – Господином С меня величать, хэ!
– Смешно, – говорит Виктор задумчиво. Никто не смеется. Все четверо, назвавшие свои имена, смотрят на старика.
– Владимир Алексеевич, – сообщает старик.
– Ну, вот и познакомились. Теперь давайте ужинать, – предлагает Виктор. – Я, кажется, проголодался.
Все принимаются за ужин. Кто-то невидимый и проворный обслуживает их, угощая самыми разными кушаньями, какие только имеются на столе, так что гостям не приходится беспокоиться, что им чего-нибудь не достанется, стоит только подумать: «А не попробовать ли вон того салатика», – и салатик тут как тут.
– Нет, нет, нет, нет, нет! Не буду я! Не хочу я это есть! Может Он возьмет да и отравит нас сейчас этим своим ужином?!.. Но, Боже! Я не могу не есть!.. О, Боже! Боже мой! Что здесь творится?!.. – причитает Лидия Васильевна и кушает, потому что руки ее сами берут еду и кладут ей прямо в рот. И надо заметить, что угощенья очень вкусны. Все кушают с удовольствием. Кушают и беседуют.
– Вот интересно, как вас всех сюда заманили? – любопытствует Саша.
– Ответьте вы первый на ваш вопрос. Вам что-нибудь предложили? – спрашивает у него Виктор.
– Да так, работу на пару часов какую-то предложили, не знаю какую, в письме не указывалось; там только говорилось, что я не смогу отказаться; ну и, конечно, денег предлагал мне этот господин С за работу, пять штук баксов! Чувствую, тут что-то не то, что-то совсем другое будет. Плакали мои денежки, – отвечает Саша. – А вы как попались? – спрашивает он у Виктора в свою очередь.
– Меня схватили и привели сюда силой. Мне угрожали, – говорит Виктор с усмешкой.
– Ого! – испуганно восклицает Клара. – Этот господин ужасный меня шантажировал – и в письме своем, и потом по телефону еще! Он взял в заложницы мою маму… но с ней, слава Богу, все в порядке. Ах! Все это так ужасно!.. и ужасно непонятно… Скажите, Виктор, как Он вам угрожал? – спрашивает она с большим интересом.
– Ну, я получил странное письмо. На конверте лишь: «От господина С» – и больше ничего. Внутри адрес: какая-то белибердовская улица, число и время встречи. Ниже приписано, что если я не явлюсь добровольно, то меня приведут. Никаких объяснений, зачем и для чего я должен явиться. Я прочел, рассердился, порвал письмо на кусочки и выбросил его с глаз долой. Я даже представить себе не мог, что все так обернется. Все это было так похоже на какую-то дурацкую шутку. Оказывается, в этом городе есть улица с подобным названием! После работы, по дороге домой, ко мне подошли двое очень несимпатичных, здоровых таких ребят и под дулом пистолета привели меня сюда, – отвечает Виктор и смеется.
– О, как круто! А пистолет настоящий? – допытывается Саша.
– Не знаю, я решил не проверять.
– А мне вот, знаете ли, прислали не письмо, а документ, в котором говорилось о том, что мне намерены повысить пенсию аж на целую тысячу рублей! Что необходимо явиться по этому вот несерьезному адресу, чтобы подписать какие-то там еще бумаги. И да, это забавно, на конверте действительно было написано совсем непонятное: «От господина С»… Все это по меньшей мере странно. Да уж! – вздыхает старик Владимир Алексеевич.
– Ах, Боже мой! Ну что же это все такое?! Ну да, да, да, конверт был подписан очень уж чудно, это правда. Мне Он прислал приглашение на праздничный ужин, вот только я не поняла, какой праздник: там было написано что-то про рок и судьбу… Ох, теперь я, кажется, вообще уже ничего не понимаю! Он смеется над нами?.. А вдруг Он маньяк? – говорит Лидия Васильевна с ужасом в глазах.
– Какой-то сверхъестественный маньяк, по-видимому? – улыбается Виктор. – Вам, Лидия Васильевна, выходит, что-то похожее на правду в письме написали. Вот вам ужин, и скоро начнется праздник, – не то пугает, а не то успокаивает он ее. Остальные гости охают да ахают.
– Что вы говорите! Там было написано про судьбу? – спрашивает Клара у Лидии Васильевны, но вместо ответа…
Вдруг, в дальнем темном углу комнаты, старинные настенные часы начинают отбивать двенадцать страшных ударов. Все очень удивлены, ведь буквально только что было всего восемь часов вечера, а тут уже полночь. Ниоткуда в комнате перед гостями снова появляется загадочный господин С и говорит:
– Так, так, так. Теперь оставим вино и десерт, – со стола мигом исчезает все лишнее. – Ну, что ж, хорошо, приступим к делу! Сейчас я буду вас пытать! – радостно сообщает он.
– Что?! Что такое?! Как пытать?!! Вы что себе позв… – начала было возмущаться Лидия Васильевна, но господин С, скорчив смешную гримасу, делает быстрый жест вытянутой вперед рукой, как бы говоря: «Ну не перебивайте же меня! Тихо! Молчите, вы все!» – и Лидия Васильевна уже более ничего сказать не может, и никто из сидящих за столом не может говорить. С довольным оскалом господин С продолжает:
– Значит так, все молчат и слушают меня внимательно.
Он медленно движется, словно плывет по комнате, вокруг гостей и говорит:
– Я покажу вам кино.
Стены комнаты неожиданно раздвигаются, как будто исчезают совсем, в огромном темном пространстве остается лишь стол, за которым сидят гости. Перед ними появляется сцена и киноэкран, вернее, вместо экрана – пустое светлое пространство, уходящее в темную бесконечность, как в ночное небо. Такой вот чудесный кинозал. Господин С повествует:
– У всех у вас есть тайны, грешки, разные ошибки, что-то такое, о чем вообще не хочется вспоминать, но Бог с ним, со всем этим. Я собрал вас здесь вовсе не для того, чтобы лечить или спасать ваши заблудшие души, нет-нет, это не в моей компетенции. У меня совсем другие планы. Я сейчас заставлю вас вспомнить людей, которых вы забыли, не вспоминаете или не хотите вспоминать; которых вы не замечаете и замечать не желаете; которые не произвели на вас никакого впечатления, но в судьбе которых вы сыграли, или, быть может, еще играете особенную роль. Каждому из вас я покажу историю из вашей жизни, которая так никогда бы и не всплыла бы в вашей памяти и на которую вы бы никогда так не взглянули бы, как теперь, если бы не этот случай. Я вижу, вам не терпится узнать, кто я или что я. А я и есть этот самый случай, когда вы сможете посмотреть на забытую вами историю как бы со стороны. Вы спросите: «Для чего и зачем мне все это нужно?» Мой ответ – для равновесия! А в другой раз я соберу здесь пять других человечков, которые вас не замечают, и так далее. Все люди так невнимательны друг к другу. Почему пятерых? Всё для равновесия, дорогие мои, всё для равновесия, да и мне так удобней. Обычно я беру двоих старичков, двух взросленьких, и кого-нибудь юненького в придачу (детки не в счет, им не надо морочить голову) на один вот такой сеанс. Пробовал я раньше собирать полный зал – утомляет ужасно. Мне необходимо покопаться в ваших мозгах. Чтоб вам было проще думать, о чем вам думать, или, напротив, чтоб вам сложнее было думать, о чем вам вообще думать, – это уж как нам всем будет угодно. Надо заставлять вас иногда думать о том, о чем вы думать не хотите. Такая вот у меня работа – уравновешивать воспоминания. Вы кого-то не помните, а этот кто-то слишком часто вас вспоминает. Немного вас озадачить и слегка сбить с толку – вот и всё, что мне нужно.
Итак, часть первая —
«Мелодраматическая»
– Начнем с вас, Александр.
Неведомая сила подхватывает Сашу и несет. Через мгновение он оказывается стоящим на сцене.
– Начинайте вспоминать! – приказывает Саше господин С.
– Откуда я знаю, что я должен вспоминать, что именно вы имеете в виду?!.. – Саша пытается сопротивляться, но тут вдруг он будто впадает в некий транс. Экран сам собой вспыхивает и на нем появляется изображение. Саша волшебным образом попадает туда, прямо на экран. Все смотрят и видят, что это Сашина жизнь проходит у них перед глазами.
На экране девушка, хорошенькая, очень юная, лет семнадцати, с длинными светло-русыми, заплетенными в косу волосами и прелестными темными глазами. Она стоит в коридоре какого-то учебного заведения; сплошь двери, двери, ведущие в разные аудитории и кабинеты. У одной из таких дверей она ждет свою подружку, Ольку, и молча глядит на парня, который с кем-то разговаривает, чуть дальше по коридору (это Саша). Он ей очень нравится, она какое-то время наблюдает за ним. Тут из кабинета выходит Олька. Оказывается, что Олька и Саша уже знакомы. Олька машет ему рукой, подзывает его к себе, он подходит ближе. Теперь Лена знакомится с Сашей. Потом все расходятся. Лена и Оля направляются в общежитие. По дороге Лена с большим интересом расспрашивает свою подружку о Саше: на каком он курсе? какой он? чем увлекается? и т. д., и т. п. Потом разные встречи по разным поводам в их общей большой компании. Саша нравится Лене всё сильней и сильней, но он не проявляет к ней интереса. Он совсем не замечает ее. Очевидно, Саше нет до нее никакого дела – это ей очень обидно. Лена горько плачет по ночам в подушку, ото всех прячет свои робкие чувства и ждет, ждет чего-то от Саши, а всё зря.
Господин С взмахом руки выключает действие на экране, экран гаснет, снова становится пустым. Саша стоит на сцене, молча склонив голову, он удивлен, задумчив. Гости пристально глядят на Сашу.
– Немного неожиданно, правда? – спрашивает Сашу господин С.
– Да… Удивительно, я совсем ее не помнил… Как я мог ее не заметить?! Вроде симпатичная девчонка эта Лена, – отвечает Саша смущенно.
– Возвращайтесь на место, посидите пока, – говорит господин С.
Взгляды гостей устремляются на Лидию Васильевну. Она стоит на сцене, испуганно озираясь по сторонам.
– Что конкретно вас интересует, многоуважаемый господин С? – спрашивает она.
– О, как давно это было… – произносит господин С мечтательно.
Из темноты выходит старшеклассница Лидочка. Она подходит к пожилой Лидии, берет ее за руку и говорит: «Не бойся, пойдем со мной!» – и они обе уходят в темноту…
Через мгновение на экране и вокруг 1966 год. Школа. Шумная перемена. Гриша, со светлой широкой улыбкой проходя мимо Лиды, слегка дергает ее за косичку. Лида корчит недовольную рожицу. Грише очень нравится Лида, а ей все равно.
Вот они стали старше. Уже закончили школу. Гриша ходит за Лидой повсюду, как тень, но она по-прежнему не замечает его.
У Лиды есть сосед Степка. Знакомы они с детского сада и в школе сидели за одной партой. Степка и Лида всегда всюду вместе. Родители их давно решили поженить. А Гриша тихонько вздыхает, тайком дарит Лиде всякие подарки. Вот букет цветов (а внутри два билета в кино) оставит у нее под дверью.
– Степка, это ты принес? – удивляется Лида.
– Да, Лидусик, конечно, я, а кто ж еще! – заявляет Степка в ответ.
А Гриша ей в другой раз коробку конфет и стихи про любовь. Опять Степка утверждает, что это никто иной, как именно он, ее любимый Степушка, ей вот только что принес. Лида верит и про Гришу не догадывается.
Время идет. Вот Степка взбесился совсем: то под поезд бросится, то из окна выпрыгнуть норовит, замучил Лиду: «Если не выйдешь за меня, я умру!» – угрожает Степка. В конце концов Лида за Степку замуж выходит. А Гриша горюет и Лиду не может забыть. Вот уже Лида и не молода, и зовут ее теперь Лидией Васильевной. И Григорий тоже уж не молод, а все как тень за нею ходит.
Господин С щелкает пальцами – и снова пустой экран. Лидия Васильевна стоит на сцене вся в слезах:
– Ах, Боже мой! Боже мой! Ах, бедный Гришенька! Надо же, как все печально-то сложилось! – сокрушается она.
– Ступайте на место, голубушка, – повелевает господин С.
Лидия Васильевна послушно возвращается на место.
– Ах, Господи! Ну как же так?! Почему же я тогда не поняла, как он ко мне относится?! Что ж теперь? – плачет она.
– Заткнитесь теперь, пожалуйста, дорогая моя, – отрезает господин С с кислой миною. – Так, следующий! – командует он, и на сцене оказывается старик Владимир Алексеевич. Пока старик нерешительно топчется у экрана, господин С брезгливо разглядывая его фигуру и тихо, как бы в раздумье, прибавляет:
– Ну-с, посмотрим что тут у нас.
Лето. Солнце. Море. Пляж. Чуть в стороне, на больших теплых камнях сидят трое: девушка двадцати лет и двое братьев – одному двадцать пять, другому двадцать семь. Старший брат скромный, молчаливый, задумчивый молодой человек с тихими голубыми глазами, высокий и стройный, он ростом повыше своего младшего брата. Смуглый, загорелый, с темной, почти черной густой шевелюрой на голове – это Владимир Алексеевич. Младший брат его, Павел, очень похож на своего брата Володю и фигурой, и лицом, но во всем несколько меньше красоты и благородства: он, напротив, нескромен и ужасно болтлив. Девушка с ними вовсе не красавица, хоть и стройная блондинка с пышной грудью. У нее довольно милое лицо, но, пожалуй, слишком длинный нос. Она всё время смеется, обнаруживая ровные белые зубки, и украдкой поглядывает на Владимира своими хитрыми глазками, хлопая темными ресницами. Очевидно, ей больше нравится старший брат, а флиртует она с младшим. Возможно, Владимиру нравится эта девушка, но ведь и Павлу она нравится тоже. Володя во всем привык уступать брату. А девушка что-то мудрит, и хитрит, пытаясь выяснить, испытывает ли Володя к ней хоть какие-то чувства, и мучает Павла, себя и Володю, и ничего не может понять, и не знает, как быть. Так, какое-то время, они встречаются втроем.
Однажды Володя внезапно уезжает прочь, в другой город, к младшей сестре, помочь ей по хозяйству. У сестрицы, благо, всегда и проблем, и забот хватает. Там, кстати, еще и подружка ее запуталась совсем, связалась с бандитом каким-то – надо спасать подружку. Предлагает сестра Володе фиктивно жениться на подружке на этой, чтоб спасти… Володя не думает долго, он соглашается. Вот так и живут. Брак этот из фиктивного как-то незаметно превращается в фактический. Ну а брат, Павел, тогда же, разумеется, женится на той самой девушке, о которой Володя и думать забыл.