Мент. Ростов-папа. Часть 2

Я – человек настойчивый и упрямый, а уныние – тяжкий грех. Надо что-то придумать, причём быстро, и я придумал.

Здесь нужен тот, кто в толкучке Старбаза чувствует себя как рыба в воде и знает все входы и выходы.

Кажется, я знаю, кто мне поможет.

У центральных ворот чумазые пацаны-беспризорники зарабатывали на жизнь, кто как умел: развлекали публику грустными песнями или «стреляли копеечку», выпрашивая подаяния. Мальцы посерьёзнее подряжались в грузчики и таскали на угловатых подростковых плечах тяжёлые узлы и мешки.

Да уж… сколько лет ещё будет решать советская власть эту проблему.

Я поманил одного из них, побойчей, пальцем. Моя физиономия в городе ещё не примелькалась, и мало кто знал, где я работаю, так что от меня не шарахались и за три версты не обходили.

Пацан спокойно подошёл ко мне и уставился пытливым взором, в котором не было признаков страха, а скорее обычное любопытство. Ну и желание подзаработать, куда без него.

– Тебе чего, дядечка? – солидным тоном спросил он.

Голос его уже начал ломаться, и подростковый басок то и дело сменялся детским писком.

– Дело есть, – в тон пацану ответил я.

– А мне с того какая корысть?

Я показал монету.

– Будет твоей, если найдёшь мне Лёньку Зубка.

Я не сомневался, что беспризорники, регулярно ошивавшиеся на рынке, прекрасно знают всю местную гопоту от урок до сявок, поэтому даже не стал уточнять, в курсе ли парнишка, о ком идёт речь.

– А если не найду? – усмехнулся мальчишка.

– Значит, деньги останутся при мне.

Пацан на секунду задумался, прикидывая потенциальные проблемы и собственные выгоды.

– А тебе он зачем? – для вида поинтересовался он.

– Тебе сказать, что с любопытной Варварой на базаре сделали? – улыбнулся я и шутливо потянулся к его носу.

– Не надо, – отпрянул пацан и вытер рукавом разодранного пальто чумазый шнобель. – Ты тут постой, а я сбегаю.

– Договорились.

Пацан исчез в воротах, а я принялся ждать.

Минут через пять меня дёрнули сзади за полу пальто. Я обернулся и с удивлением увидел своего посланца. Надо же, какой шустрый. И как это я его пропустил?

Через центральные ворота он не выходил, значит, воспользовался другим выходом.

– Нашёл?

– Нашёл, дядечка. Только ты б поспешил, если тебе Зубок сильно нужен, – встревоженно произнёс он.

– Что такое? – нахмурился я.

– Убивают его, – пояснил мальчишка.

– Чего?! – воскликнул я. – А ну, веди…

Беспризорник повёл меня какими-то окольными путями. Мы пропетляли мимо палаток, амбаров и складов и оказались напротив обшарпанной стены, вдоль которой лежали кучи мусора. Хватало здесь и человеческих экскрементов – понятно, куда нетерпеливая публика бегает справлять большую и малые нужды.

Запах тут стоял просто отвратительный.

– Там его бьют, за деревьями, – показал беспризорник.

Я присмотрелся.

Действительно, в небольшой рощице трое дюжих мужиков, судя по всему, деревенских, чистили морду Зубку, причём делали это в лучших традициях сельских драк: жестоко и кроваво. Если не прийти урке на подмогу, скоро от него останется отбивная, а это точно не входило в мои планы.

Что самое интересное, на помощь Зубок не звал, да и редкие свидетели делали вид, что ничего не происходит и спешили покинуть место. Похоже, тут действовал закон джунглей: каждый сам за себя.

Милиция тоже обходила закуток стороной, так что расправа могла длиться бесконечно долго.

– Жалко Лёньку, – внезапно всхлипнул беспризорник. – Он хороший, добрый…

Надо же, оказывается наш Лёня не такой уж пропащий. Только это не мешало ему разводить доверчивых граждан, и по идее сейчас он получал по заслугам.

Но, как ни крути, придётся вмешаться. Мне Лёнька ещё нужен. С информаторами у меня пока толком не сложилось, Зубок чуть ли не единственный, у которого я мог хоть что-то узнать.

– Держи, заслужил, – протянул я деньги парнишке. – И не переживай за Зубка, сейчас всё порешаем.

Я быстро пошагал к роще, прикидывая план действий: не думаю, что трое разгоряченных мужиков выпустят из рук добычу после моих словесных увещеваний, значит, придётся пустить в ход кулаки. Светить корочки уголовного розыска или угрожать наганом нельзя, после такого Зубку будет проще сразу купить мыло и верёвку: на базаре ему больше жизни не будет, как и в остальном городе. В его кругах связь с угрозыском, мягко говоря, не поощряется.

– Постойте, православные! – закричал я на ходу. – Вы ж его убьёте!

– А тебе какое дело? – на секунду отвлёкся от увлекательного процесса экзекуции дородный крестьянин с круглым и красным лицом.

Сдаётся, что незадолго до инцидента, он успел изрядно принять на грудь, да и его напарники тоже были подшофе.

А вот это плохо, нетрезвые граждане не очень-то расположены выслушивать чужие доводы, даже если те полны логики. Тут нужен другой подход, вот только вряд ли успею его найти.

– Не хочу, чтобы грех на душу приняли, – привёл я первый попавшийся довод и, видать, не самый удачный.

– За него-то? – хмыкнул краснолицый. – Ошибаешься, паря. За этого гада как раз сто грехов сразу спишут.

И, показывая что ему моё мнение на хрен не сдалось, он двинул несчастному Лёньке под дых. Зубок сразу согнулся и выблевал на грязный снег содержимое желудка.

Такими темпами скоро рыночный жулик начнёт ходить в туалет кровью, мужики работали как заправские мясники, отбивая и печень и почки.

– Граждане! – дружелюбным тоном заговорил я. – Отпустите его и расходимся миром. По-хорошему прошу.

– Никак ты его дружок? – склеил глаза в узкие щёлочки красномордый.

Эта догадка показалась ему очень похожей на правду.

– А ну, ребята, давайте-ка оприходуем и этого гада! – предложил он. – Да тут одна шайка-лейка собралась!

Поскольку Лёнька уже не мог дать отпора, внимание всех троих полностью переключилось на меня. Их взгляды не предвещали ничего хорошего, да и вообще, сдаётся мне, в данный момент им уже было всё равно, кого лупасить.

Теперь в воздухе запахло не только человеческим дерьмом, но и приличной дракой.

– Бросайте вы это дело, мужики, – всё так же миролюбиво произнёс я. – Не по-людски это, не по-христиански! Сами ж потом пожалеете!

– Это ты у нас сейчас пожалеешь! – многозначительно пообещал красномордый.

Они стали заходить с трёх сторон, беря меня в клещи.

По всем правилам бойцовской науки самым логичным способом будет смазать лыжи и удрать отсюда как можно подальше, или заорать «пожар». В драке против троих у обычного человека мало шансов, даже если ты неплохо подготовлен. К тому же противники мне попались достойные, явно с большим опытом боёв деревня на деревню. Такие легко не сдаются и прут напролом.

Я снова с сожалением подумал про спрятанный в невидимой кобуре наган. Эх, как бы он сейчас уравнял мои шансы… Но, нельзя и точка!

Одно радовало: не было финок и прочего «холодняка», то есть на перо меня точно не посадят.

– Трое на одного? – с презрительной миной спросил я. – Как-то нечестно, мужики!

– Да пошёл ты! – ругнулся красномордый и кинулся на меня первым, разжигая драку.

Подвела его хмельная башка и плохая координация движений. Я сбил увальня подсечкой и, когда он оказался на спине, нанёс короткий и мощный удар в нижнюю челюсть, гарантированно отправляя в отключку.

Одним желающим набить мне морду стало меньше, хоть какой-то позитив.

– Ещё есть желающие?

Желающие нашлись.

Нет, будь его товарищи потрезвее, скорость и лихость, с какими я расправился над их корешем, заставила бы пейзан действовать гораздо осторожней, но… не зря говорится: все беды в нашей жизни от алкоголя.

Разгоряченные самогоном «колхозники» только сильнее взбодрились и, как по команде, ринулись на меня, желая отмщения. Действовали они спонтанно и потому только мешали друг дружке.

И всё равно, двое против одного, расклад не в мою пользу.

Эх, разойдись рука, раззудись плечо!

Первого пинком отправил на землю, уложив возле красномордого. Теперь тому хоть не так скучно будет.

Тяжёлая зимняя поверженного мешала ему быстро встать на ноги, поэтому на какое-то время у меня остался всего один противник: не хлюпкий, но всё-таки и не богатырь. Обычный мужик, среднего роста и телосложения.

Он попытался заехать мне в скулу, немного не рассчитал, и его кулак мелькнул у меня перед носом, впустую пробороздив воздух.

А вот и ответка. Я изловчился и двинул ему снизу вверх, целясь в подбородок. Бум. Голова крестьянина дёрнулась, он явно потерялся во времени и в пространстве, зашатался и тут же получил дополнительную порцию горячих.

Закончилась процедура тем, что гражданин тоже отправился баиньки.

Полная победа! Вот только сердце моё по вполне понятным причинам не пело. Я прекрасно понимал, что лупцевали они Лёньку не за то, что тот отказался перевести старушку через дорогу, и потому были в своём праве, так что старался никого не калечить. Да, бил резко и больно, но не так, чтобы переломать руки, ноги или челюсть.

– Что ж ты творишь, ирод! – закричал с холодной земли тот, которого я уложил возле красномордого. – Эту сволочь защищаешь?! Да он же – упырь! Честной народ обманывает…

– Так, мужчина, мне с тобой спорить некогда. Собирай своих приятелей и вали отсюда, покуда я добрый. А насчёт него, – покосился я на Лёньку, – не переживай. Разберёмся.

– Разберётся он! – буркнул мужик, но спорить не стал, подхватил обоих дружков и старательно попёр к торговым палаткам.

Будет хреново, если сейчас он встретит кого-то из сочувствующих и вернётся с подкреплением.

Пора сматываться.

Я склонился над Лёнькой, потряс его за плечо.

– Зубок, ты как?

– Как – как! Голой ж… об косяк! – отозвался тот, еле шевеля разбитыми губами.

– Идти сам можешь?

– Не знаю. Щаз попробую.

Он сделал шаг, другой и тут же выругался.

– Сука! Чтоб этим гадам ни дна ни покрышки!

Я закинул его руку себе на плечо.

– Потерпи чуток. Сейчас я тебе помогу.

Лёнька кивнул.

Вместе мы двинулись к выходу с рынка, причём каждые тридцать секунд Зубок шипел от боли и матерился.

– Может тебя в больничку? – предложил я.

Он скривился.

– Не надо в больничку. И так заживёт. Думаешь, мне в первый раз досталось?

– Да уж что-то мне подсказывает, что с твоей профессией тебе частенько прилетает. Как же тебя угораздило так обмишуриться?

– Один из них узнал меня. Я в прошлом году его на деньги выставил, а сегодня случайно на его знакомого нарвался. Вот и понеслась нелёгкая, – криво ухмыльнулся он. – Если б не ты, харкать мне юшкой до конца лет. Дюже серьёзно за меня эти мужички взялись.

– Если не в больничку, куда тогда?

Лёнька махнул рукой.

– Туда. За забор выйдем, я там отдышусь.

– Как скажешь.

Когда мы покинули территорию рынка, Зубок окинул меня задумчивым взглядом:

– Только не говори мне, что случайно мимо проходил…

– Не скажу, – ухмыльнулся я. – Тебя искал.

– Зачем?

– Про ограбление поезда слышал?

– Весь Ростов о нём только и говорит. Лихо паровоз подломили…

– Кто это сделал, знаешь?

– Догадываюсь, – важно произнёс он.

– Рейка?

Зубок попытался улыбнуться, но в результате зашипел как рассерженный гусь.

– Суки, все губы разбили! – пожаловался он.

– Ты не ответил: Рейка при делах или нет?

– Само собой, при делах. Только не он был за главного.

– А кто?

– Медик всё провернул.

Про Медика, в миру Ивана Менникова, я уже как-то слышал краем уха, но ещё не сталкивался в своих расследованиях, поэтому захотел узнать о нём побольше.

– Что ещё за Медик? Действительно – врач?

– Из него такой же врач, как из меня сельский учитель. Прозвище у него такое: Менник – Медик, – пояснил Лёнька. – Молодой и борзый. Ещё и тщеславный. Через то и помрёт.

– Раздобудь мне информацию, где скрываются Рейка и Медик.

– Не пойдёт, мент. Если кто-то из них узнает, что это я вас навёл – мне крышка.

– Никто ничего не узнает.

– Э, не ты, так другой сдаст! Наверняка у Рейки или Медика есть кто-то из ваших прикормленных.

– С тобой будем общаться только я или Михайлов. Гарантирую, что твоё имя нигде не будет фигурировать, ни в одном из материалов. Ну и мы в долгу не останемся, можешь не сомневаться. Ты это, приходи, если что, – голосом волка из знаменитого мультика произнёс я.

– Ага, к вам придёшь, а назад не выйдешь.

– Выйдешь, не переживай, – заверил я. – Так что, Лёня, поможешь найти Рейку и Медика?

– Я поспрошаю потихоньку. Обещать – не обещаю, но сделаю, что могу.

– Договорились. И да, как насчёт больнички?

– Я лучше дома отлежусь, мне там лучше будет.

– Дело твоё.

Простившись с Зубком, я отправился в угрозыск. Если информатор не подведёт, рано или поздно мы обязательно выйдем на след обоих бандитов.

Войдя в кабинет я сразу почуял что-то неладное: повсюду царила тягостная атмосфера и уж больно печальный и удручённый вид был у моих коллег.

– Что-то стряслось? – с порога спросил я.

– Стряслось, – подтвердил Паша Рыженко. – Реязова убили.