Пять сказок о котах

В начале этого лета, а если быть точным, то в разгар июня, в нашем дворе вдруг, откуда ни возьмись, появился крошечный котёнок. Притом никто, ни соседи, ни разгуливающие по двору голуби с грачами, и даже пронырливые воробьи ни представляли себе, откуда он взялся. Вот просто появился откуда-то и всё тут, прямо как по волшебству. Впрочем, слишком большого секрета в его появлении не таилось, как выяснилось чуть позже, всё было предопределено заранее.

Но в данный момент никто об этом толком ещё ничего не знал и не ведал, а потому во дворе поднялся самый настоящий переполох. Увидев, бесцельно бродящего между лавочек крохотного котёнка, мои маленькие соседи, мальчики и девочки, сразу взялись устраивать ему домик. Нашли какую-то старую картонную коробку, принесли из дома разные тряпицы, постелили их на дно коробки и всё, домик готов. Следующим шагом стало кормление котёнка.

Разумеется, тут же появилось блюдечко с молоком, кусочки вкусной «Докторской» колбасы, и даже баночка с жирной аппетитной сайрой. В общем, всё, что полагается в таких случаях. Это мамы моих маленьких соседей расстарались, выделили из семейных съестных припасов. Ребята быстро нашли укромное местечко в закутке у подъезда и разместили там домик новоявленного жильца. Иначе говоря, устроили котёнка по всем правилам гостеприимства. Однако столь замечательная инициатива местных ребятишек и их мам, не утихомирила споры и пересуды крылатых представителей нашего двора. Им такое гостеприимство только добавило разговоров и обсуждений.

– Ну, вот зачем нам этот котёнок!… от него лишь забот прибавиться!… Это он сейчас маленький и беспомощный, а как вырастит, что тогда будет!?… – недовольные его появлением, задались вопросом всполошённые голуби.

– Это точно!… Вырастит и начнёт за нами гоняться!… Знаем мы этих котов,… никакого спаса от них нет,… бегают, шныряют везде,… лазают по деревьям, гнёзда разоряют!… Жить мешают!… – вполне резонно возмутились сойки со щеглами.

– Ой, ну подумаешь, будет одним котом больше!… Лично мне всё равно, я таких пройдох не боюсь!… Если что, я ведь и клюнуть хорошенько могу!… – важно выпятив грудь вперёд, бесстрашно заявил дятел.

– А мы вообще шустро летаем,… нас ему никогда не поймать!… Подумаешь кот!… Что мы котов не видели, что ли!?… – хвастливо и, ни в пример другим самонадеянно, прочирикали воробьишки. Короче говоря, спор по поводу появления котёнка не утихал ни на минуту. Шум и пререкания стояли с самого раннего утра и до поздней ночи. В какой-то момент к этой птичий перепалке подключились даже утки с соседнего пруда.

И тут надо сразу пояснить, что пруд этот находится прямо напротив нашего дома. От нашего двора его отделяет небольшая скромная дорога, проходящая вдоль берега. Проще говоря, элементарная набережная, по которой лишь изредка проезжают легковые машины. Пруд этот старинный и называется Архиерейским, раньше на его противоположном берегу располагалась летняя резиденция московского архиерея. Впрочем, она и сейчас там есть, но только уже другая, заново отстроенная, старая-то случайно сгорела. А недалече от резиденции и церквушка имеется, небольшой, но достойный храм Ильи-пророка.

И всё это располагается в живописной рощице. В ней даже одно время кинотеатр был. Правда, сейчас от него остались лишь одни воспоминанья. А чуть в сторонке, на пригорке, возвышается большой и светлый, выстроенный из красного кирпича, красавец Дворец Детского Творчества. Множество местных ребятишек посещают его разнообразные кружки и секции. А совсем недавно, года два назад, через пруд выстроили пешеходный мост. Новый, высокий, современный он сразу понравился всем без исключения. Теперь стало намного проще ходить на занятия во Дворец Творчества. По мосту перешёл, и сразу уже там, на той стороне. Не то, что было раньше, все в обход ходили. В общем, в таком замечательном месте с новым мостом, с роскошным прудом, и перелётными утками на нём, и поселился маленький котёнок.

И кстати, вот эти самые утки наравне с прочими пернатыми представителями округи приняли активное участие в обсуждении создавшегося во дворе положения. Без них никак не обошлось, ведь они тоже были частью дворового сообщества и также боялись пострадать от нового соседа.

– Это что же делается!?… Зачем нам тут кот!?… Мало что ли здесь пришлых собак слоняется,… пугают наших утят, да и нам покоя не дают!… А теперь ещё и кот!… – как и все птичьи мамочки законно возмутились они. И действительно, утки были правы, им спасу не было от наглых пришлых псов. Примчатся откуда-то со старого болота, что расположено по другую сторону Черкизовской улицы, и давай по прибрежным кустам шастать да всякую снедь выискивать. Летом много разных людей на берегу пруда отдыхает, и каждый приносит с собой что-нибудь перекусить. Ну а что доесть не смогут, то тут же в кустах и бросают. Вот и повадились псы по кустам объедки собирать.

Да уж, нет ещё у наших отдыхающих культуры поведения на природе. Чем нагло пользовались псы, бессовестно шастали по кустам и, конечно же, наводили ужас на уток и их детишек. Страшно себе представить, несётся этакий громадный, ощеренный пёс, слюнки из пасти льются, а тут маленькие пушистые комочки утят в прибрежных кустах схоронились. Разумеется, сразу паника. Кто успел, тот в пруд попрыгал, а кто нет, тем уж извините, не суждено выжить. Одним словом беда с этими болотными беспризорными псами.

И что ещё интересно, появлялись они именно в то время, когда на улице отсутствовали местные, гуляющие со своими хозяевами собаки. А таковых в районе имелось немало, ну а как же в доме без собаки. Притом выводили всех собак на прогулку примерно в одно и то же время. Утром и по вечерам, в одни и те же часы, уж так заведено. А днём никого, того и жди нашествия диких псов. А тут ещё и кот прибавился. Потому-то все и возмутились его появлению.

Прошла уже неделя, как он поселился, а споры по его поводу всё так и не утихали. Кто-то даже предложил ночью напасть на котёнка и прогнать его. Но такое предложение не нашло поддержки у пернатых мамаш. На удивление все они высказались единодушно против изгнания котёнка. Мол, он совсем ещё ребёнок и неизвестно, кто из него вырастет, может добрый лежебока получится, а потому трогать его теперь никак нельзя. И надо сказать многие с ними согласились, ведь материнское сердце не обманешь, оно чует, как надо верно поступить. Так что на какое-то время дворовое сообщество успокоилось.

А меж тем время шло, и пока все занимались своими делами, котёнок заметно подрос, окреп и расправил свою пушистую шёрстку. Ну, ещё бы, при таком-то питании и при таком уходе, какой оказали ему местные ребятишки, грех не поправиться. Шёрстка его заблестела, бока округлились, мордашка приняла благообразный вид, и он тут же стал любимцем всей детворы. Многие детишки, а особенно девочки сразу захотели забрать его к себе.

– Ой, какой хорошенький!… Я возьму его домой, будет жить у меня!… – в порыве нежности прижимая котёнка к себе, категорично заявила Машенька с третьего этажа.

– Нет-нет!… Нельзя!… Я тебе его не отдам!… Он мой!… Я его больше тебя кормила!… – веско возразила Алёнка из седьмой квартиры.

– Да вы обе неправы!… С чего это вы взяли, что он ваш!?… Он мой, и только мой!… – сердито вскликнула Танечка с десятого этажа и потянула котёнка к себе. Ох, и что же тут сразу началось. Девочки каждая старались ухватить бедняжку покрепче и не отдать другой. Честно говоря, они чуть было все в пух и прах не переругались. Благо их мамы были неподалёку и, заметив этот спор, поспешили вмешаться.

– Тихо-тихо девочки!… Прекратите!… Вы так ему только ещё хуже сделаете!… Да разве ж можно живого котёнка делить,… оставьте его в покое!… Вы ещё не готовы стать для него добрыми хозяюшками,… пусть он так и дальше здесь в коробке остаётся,… а как подрастёт, так сам решит, где ему лучше жить,… сделает свой выбор!… Лишь добротой и лаской можно заслужить его доверие!… А вы что творите?… Нет, так не годиться,… нехорошо это!… – справедливо рассудили мамы девочек, да так и порешили, оставили котёнка во дворе. И всё бы ничего, но вот только после такой делёжки бедный котёнок занедужил, приболел.

Он-то вроде уже во дворе обживаться стал, и даже к пруду бегать начал, а тут для него такая душевная травма случилась, просто стресс какой-то. Загрустил он, поник головой, и при появлении детишек стал заметно волноваться, нервничать. Притом до такой степени, что принялся как-то странно мяукать. Едва его детишки на руки возьмут, как он тут же вместо «мяу-мяу» чихать начинает. И ведь главное видно, что он промяукать старается, а у него лишь «чих» получается.

Эх, прямо беда с ним. Его ласкают, гладят, милуют, а он всё «чих», да «чих», и никакого «мяу». Чихает бедняжка, остановиться не может. Однако как только детишки по домам разойдутся, так у него весь «чих» проходит. Он перестаёт волноваться, нервничать, и начинает опять мяукать. По двору бегает, веселиться, с бабочками играется и мяукает себе на радость. Но стоит ему вновь ребятишек заметить, как в нём снова чих просыпается. Вот такой странный нервный тик у него приключился.

Ну а поэтому, вскоре все окружающие, и взрослые, и дети, и даже голуби с грачами, включая сюда, разумеется, и прочих пернатых обитателей нашего двора, стали называть его не иначе, как котёнок «Чих». Вот так просто, «Чих» и всё тут. Не ахти конечно какое имя, но всё лучше, чем вообще никакого. Ведь до этого-то все спорили, какое имя ему дать. Кто-то предлагал Мурзиком назвать, кто-то Фунтиком, как поросёнка из мультика. А тут всё вышло прямо, как по заказу, весь двор согласился на «Чиха». Ну что поделать, «Чих» так «Чих». Никто возражать не стал.

И вот оглянуться не успели, как прошла ещё неделя и все привыкли к этому слегка странному и смешному имени. Теперь уже никто не сомневался, что из Чиха вырастет вполне добропорядочный и благонравный кот. Ну не может же котейка с таким смешным именем стать злобным разбойником. А оттого отношение к Чиху резко переменилось. Теперь уже практически все обитатели двора поняли, что он абсолютно безвреден и полюбили его таким, каким он есть – весёлым, беззаботны, чихающим котёнком.

Прошло ещё пару дней и все неожиданно установили причину его чихания. Разобрались и определили, что он чихает именно в тот момент, когда очень волнуется. Естественно все восприняли это как собственное упущение, и постарались впредь Чиха не волновать. Но что ещё замечательно, эта его особенность вскоре стала приносить ощутимую пользу для всех пернатых обитателей двора, и даже для уток на пруду. И вот почему. Прекрасно известно, что у котов и кошек превосходно развита интуиция. Они чуют любую опасность за версту.

Вот и Чих обладал таким же чутьём. Минуло всего несколько дней, и он вполне уверенно научился определять, кто ему друг, а кто враг. И, разумеется, реагировал на них по-разному. Например, соек, голубей, уток, воробьёв и даже местную детвору он стал причислять к друзьям. Они ему ничего плохого не делали, наоборот играли с ним в догонялки, подкармливали его, короче говоря, обращались с ним мягко и ласково. А потому Чих в их присутствии перестал волноваться, и когда ему хотелось, он без проблем мяукал, а не чихал.

Однако когда во дворе появлялись незнакомые ему птицы или животные, допустим те же дикие псы или залётные вороны с их привычкой всё подряд воровать, то он тогда начинал усердно чихать. Притом делал это нарочито громко и заранее, когда налётчиков ещё даже на горизонте не было видно. Таким образом, он научился превосходно предчувствовать опасность и моментально предупреждать о её приближении.

Едва псы с болота соберутся совершить налёт на пруд, а он уже чует это, и сразу начинает громко чихать. Разумеется, все обитатели двора и пруда слышали его, и немедленно прятались в своих убежищах, пойди, найди их, нет никого. Птицы на деревьях затаятся, кто в дуплах, кто в гнёздах, а утки с выводком на другую сторону пруда уплывут, и не достать их там. Болотные псы налетят, обнюхают всё вокруг, обыщут, пасти свои пораскрывают и понять ничего не могут.

– Куда это все подевались!?… Что за чудеса!?… Всегда было чем поживиться, а теперь все исчезли куда-то!… Видать предупредил кто!… бежим отсюда, тут делать нечего!… – постоят псы, недоумённо полают друг на друга да понесутся дальше, так никого и не тронув. Вот какую ощутимую пользу стал приносить котёнок всему дворовому сообществу, такого полезного использования чихания ещё свет не видывал. Одним словом Чих сделался спасением от многих бед.

А ещё через недельку он определился с теми девочками, которые всё никак не могли поделить его меж собой. Они осознали свои ошибки, прекратили беспрестанно тянуть и тискать его. Тем самым вновь заслужили его доверие и относились теперь к нему бережно и нежно. А Чих перестал на них обижаться, и они стали для него такими же привычными и добрыми обитатели двора. Можно было смело сказать – во дворе воцарилась идиллия. Птички весело порхают, растят птенчиков, подкармливаю их, ласкают. А на пруду утки плавают, выводок нырянью учат, показывают, как вкусных жучков добывать. Всё чинно и складно, кругом одна благодать. Все уже привыкли к Чиху и даже удивлялись, как это они раньше без него обходились. Уже думали, что всё так и дальше пойдёт, но не тут-то было, случилось непредвиденное.

Вот уж действительно, порой и не знаешь, с какой стороны ждать беды. Только установилось спокойствие, и все приспособились отражать нашествие извне, как вдруг внутри самого двора появился негаданный враг. Да ещё и какой враг – хитрый, злой, изворотливый, пронырливый, и очень опасный. Если диких псов можно было заметить заранее и предсказать их вторжение, то эти серые, зубастые, и почти неприметные твари, обитали уже тут, во дворе. Более того, они и выросли-то тоже здесь, прямо под ногами у всех жителей, притом в буквальном смысле «под ногами». А если быть точным, то под землёй. Да-да, всё это серое, злобное племя скрывалось именно под землёй, в глубоких и хитро устроенных ходах-норах. И как уже можно догадаться этим подземным племенем были никто иные как городские мерзкие крысы.

А всё началось ещё весной, когда первые робкие отдыхающие только-только потянулись на берег пруда. Солнышко пригрело, кое-где уже пробилась травка, появились крохотные островки зелени. И, конечно же, люди устав от зимних холодов старались, как можно больше свободного времени провести на природе, на окутанных свежим теплом полянках. Ну а где «свободное время» там, разумеется, возникают и первые пикники. А, как уже известно, где пикники там и остатки еды, иначе говоря, просто объедки.

Притом очень много, настолько много, что их даже не успевали подъедать пришлые псы с болота. Кусочки хлеба, овощей, фруктов, псов вообще не интересовали, ведь все знают, псам кроме мяса ничего не надо. И вот этим их пристрастием с лихвой воспользовались крысы. Для них кусочки хлеба и остатки овощей с фруктами, были просто как манна небесная. Вполне естественно, что поначалу крыс на берегу водилось немного, всего-то пару случайно забредших семей. А еды для них было, хоть отбавляй. Вот они и давай отъедаться. Затем, узнав о таком изобилии пищи, на пруд подтянулись и другие крысиные семейства.

А тем временем теплело прямо на глазах. Вчера ещё дул прохладный ветерок, а сегодня уже чуть ли не загорать пора. И чем теплей становилось, тем больше народа приходило на пруду. И все шли с полными сумками еды, тут тебе и шашлычок, и чипсы, и картошка, и сдобные булочки, в общем, всего хватало. А всё что не доедали, бросали тут же, даже не удосужившись убрать за собой. А это в свою очередь повлекло бурный рост поголовья крыс.

Разумеется, если бы отдыхающие проявили элементарную чистоплотность и прибрали за собой, то никаких крыс не было бы. Но что уж теперь говорить, так вышло. И ведь поголовье крыс увеличивалось со страшной силой, каждый день прибавлялось по несколько десятков. И это даже не за счёт вновь прибывших, нет, а за счёт размножения уже проживающих здесь, на пруду. Одна пара крыс за раз даёт по десять, а то и больше крысят. Притом проблем с питанием для них не возникало. Только протяни лапку, и всё тебе само собой на неё упадёт.

И такое мощное размножение случилось буквально за месяц. Как раз в то время пока котёнок Чих обживался и учился своим чиханием предупреждать обитателей двора о приближении болотных псов и залётных ворон. Одним словом, крысы плодились с молниеносной скоростью. Вскоре их стало целое полчище. И что интересно, эти хитрые твари так же, как и все во дворе приспособились прятаться от набегов диких псов. Едва котёнок начинает своим чихом оповещать всех о приближении опасности, как крысы мгновенно бросались в свои глубокие норы. Шасть и их уже нет. Но едва псы пробегали мимо, как они тут же выскакивали на поверхность и опять продолжали поглощать остатки человеческой трапезы.

А надо отметить, что одна взрослая крыса за день съедает почти две трети собственного веса. И как следствие этого, еды вскоре стало не хватать. Меж крыс начались драки за еду. И тогда самая плодовитая самка, а вернее сказать королева всего крысиного выводка, повелела хватать и поедать всё, что попадётся в лапы, при этом не жалеть никого и ничего. О, это была очень злобная, коварная и многоопытная самка, как раз та самая, что в составе двух первых семей, пришла на берег пруда. Из всех тех крыс лишь она одна выжила, других ещё весной задрали болотные псы. А эта крыса была наиболее хитра, проворна и изворотлива, потому-то и сумела спастись.

И теперь она по праву матери практически всех местных крыс заняла престол королевы. Абсолютно все крысы и крысята беспрекословно подчинялись ей. Её авторитет был непререкаем. И только благодаря её хитрости и опытности весь выводок крыс смог к середине лета вырасти и расплодиться до таких огромных размеров. Крысы захватили почти всё побережья пруда. Сама же королева сидела глубоко под землёй и лишь изредка выходила на поверхность. И вот в очередную такую вылазку наверх, она приказала своим подданным сменить тактику кормления.

– Ну что вы сюсюкаетесь с этими утятами и прочей птичьей мелюзгой!… Нападайте на них, воруйте яйца,… вот вам и еда!… И не бойтесь взрослых птиц, они глупые и ленивые,… пусть они вас боятся!… Наша крысиная армия сейчас достигла таких размеров, что нам никто нестрашен!… Мы завоюем весь пруд, и даже болото!… никому от нас не будет пощады,… и даже псы не смогут нам противостоять!… Мы с ними рассчитаемся за всех наших товарищей, которых они погубили!… А если захотим, то мы и людей поработим!… Но это потом, а сейчас вперёд кормиться!… – скомандовала королева и сама повела крыс на просторы двора учить их разорять птичьи кладки.

Можно сказать, что с этого момента в округе началась необъявленная война между крысами и прочими жителями побережья. Крысы воровали, грабили и поедали всё, что попадалось им на пути. Они лазили, где хотели и когда хотели. И, конечно же, в первую очередь от них страдали птицы. Крысы их бессовестно обворовывали. Если болотные псы не могли лазить по деревьям, то крысы делали это с большим успехом. Притом они научились взбираться на деревья так ловко, что их практически никто не замечал. Только какая-нибудь птаха сделает новую кладку, как эти хитрые, пронырливые бестии уже прогрызают гнездо снизу и нагло крадут яички прямо из-под несушки. А главное, делают это так осторожно, так аккуратно, что птицам и в голову не приходило, что их обкрадывают.

– Ну, надо же,… только утром снесла яичко, а после обеда его уже нет,… что за чудеса… – рассеяно жаловалась подругам какая-нибудь щеголиха или сойка, и тут же бралась вновь откладывать яички. И таких примеров масса. Даже уток это коснулось. Но что интересно, многие из уток оставшись без первых яичек, так и продолжали откладывать новые. А крысы в свою очередь, так и продолжали обворовывать их. В общем, получилось что-то навроде хитрой птицефермы. Несушки откладывают яички, а крысы их собирают. Одним словом замкнутый круг, иначе говоря, сплошная несправедливость.

И кто знает, может и права была королева крыс, говоря, что птицы глупы и ленивы. Может да, а может и нет, пока неизвестно, но только такое бесчинство никак не затихало. А в результате, крысиное поголовье, на столь питательной яичной диете, выросло как на дрожжах. И вот они уже начали с берега пруда проникать в жилища людей. Осаждать подвалы с припасами, забираться на балконы, где было чем поживиться, и даже стали делать набеги на отдыхающих. И такое безобразие началось сразу после повторного призыва королевы.

– Ну, вот всё!… Наше терпение кончилось!… Мы долго прятались и не решались занять первостепенное место!… Но теперь это в наших силах, ступайте и покажите всем кто здесь хозяин!… – повелела она, и тут началось такое, что у многих моих соседей волосы встали дыбом, и кровь застыла в жилах. До этого крысиное племя ещё как-то держалось и побаивалось нападать на людей. А тут осмелели до такой степени, что буквально за считанные дни осадили весь двор и почти всё ближайшее побережье. Уже и спасу от них нет, а они всё наглеют и наглеют. Жильцы нашего дома поначалу думали, что это временно и крысы скоро уйдут. Но чем дальше, тем становилось только хуже.

Единственным кто бы мог противостоять этому нашествию, был котёнок Чих. Ведь он хоть и маленький, но всё же кот. А, как известно, у крыс существует врождённый страх перед кошками. Кошкам и делать-то ничего особо не надо, стоит лишь показаться и в рядах крыс моментально начинается паника и смятение. Однако наш Чих настолько увлёкся выслеживанием болотных псов, что ему сейчас было совершенно не до крыс. Он их просто не воспринимал как опасность. Складывалась чрезвычайно сложная обстановка.

А меж тем вылазки крыс участились. Если ещё неделю назад они нападали в основном ночью или поздно вечером, то сейчас совсем страх потеряли, и лазили уже посредь дня, притом открыто, ни с кем не считаясь. Возникла угроза жизни даже тем птенцам во дворе, что вопреки крысиным набегам успели вылупиться и теперь под прикрытием своих матерей успешно подрастали. То же самое касалось и утят на пруду, ведь крысы, как оказалось великолепные пловцы и в воде от них тоже не скрыться, это вам не собаки, которым лень в пруд лазить.

Одним словом возникла катастрофическая ситуация, притом в глобальном масштабе. Ведь чем меньше птенцов выживет, тем больше расплодиться вредных насекомых. А это уже повлечёт за собой гибель деревьев, кустарников, зелёной травы, одним словом, всего растительного мира. Ну а когда не станет растений, тогда уже невозможно будет спасти пруд от палящих лучей солнца. Он просто высохнет, а на его месте образуется пустыня. А пустыня, это уже конец всему, конец жизни.

И всё это может случиться по вине отдыхающих людей, оставляющих после себя мусор, который дает питание крысам, кои затем уничтожат птиц. Вот такая губительная взаимосвязь обнаруживается. Впрочем, так оно в природе всегда и бывает, стоит только выбить одно звено в цепочке жизни, как всё остальное сразу само собой распадается. В общем, нависла смертельная угроза всему живому. Разумеется, первыми забеспокоились птицы, ведь наибольшая часть крысиных нападений приходилась на их долю. Им стало очень страшно, и они обратились к единственному дворовому коту в округе, к Чиху. Слетелись к коробке, где он обычно дремал, и сходу давай наперебой галдеть.

– Чих, дружочек ты наш!… Ну, сколько же можно спать!… Разве ты не замечаешь, что у нас во дворе делается!… Крысы всех просто со света сживают!… кладки разрушают!… Корм воруют!… На птенцов нападают!… – раскричались, расщебетались щеглы.

– Гоняются за нами!… Ни крошки не дают склевать!… все наши запасы сгрызли!… Ни корочки, ни сухарика не оставили!… – расчирикались воробьи.

– Ох, совсем обнаглели крысы,… сгоняют нас с насиженных мест,… не дают нам по двору ходить!… А ты позволяешь им так себя вести!… вступись, защити нас!… – закурлыкали в один голос голуби.

– А за нами так прямо по воде гнались!… хотели моих утяток к себе норы утащить!… хорошо ещё, что мы успели на середину пруда заплыть,… туда крысы пока боятся забираться, а то бы нам конец пришёл… – пожаловалась одна молоденькая уточка.

– Но это пока они боятся,… а на самом деле крысы быстро учатся, и скоро от них и на воде спасенья не будет!… С каждым днём они становятся всё сильнее и умнее!… Помоги нам, вступись, прогони бессовестных тварей!… – жалобно крякая, настойчиво запросили уже взрослые, бывалые утки. И таких жалобщиков собралось со всего пруда. Столько понабежало, что хоть отбавляй.

– Но как же я смогу справиться с целой армией крыс?… Против них я бессилен,… ведь я их даже учуять не в состоянии!… У меня всё моё чутьё теперь только на болотных псов настроено,… вот их я замечаю, а крыс нет… – как-то неуверенно попытался оправдаться Чих.