Приключения Венеры

Правда

Все девочки в детстве о чём-то мечтают, кто-то удачно примерить свадебное платье и иметь семью, а кто-то стать популярной и успешной. Я была не исключением, правда, мечты были необычные, я мечтала править страной, и это в полтора годика. Папа, когда первый раз за ужином от меня это услышал, чуть не подавился. Уж не знаю почему и когда мне это в голову втемяшилось, но вылезать оттуда оно явно не хотело и с каждом днём всё сильнее там приживалось. Я с рождения была странным ребёнком, первые шаги сделала в 6 месяцев, а в 9 уже болтала без остановки, чем изрядно шокировала родителей и окружающих. Хотя, наверное, они сами виноваты, незачем было меня Венерой называть, а теперь приходится оправдывать своё имя, всё-таки в честь планеты так назвали. Родилась я 10 мая в полдень в далёком 1997 году в Москве, по гороскопу телец, всё бы ничего, если бы я не болела. Нет, чувствовала я себя отлично, но в год врачи поставили мне неутешительный диагноз, какой-то альбинизм редкой породы или степени, но как-то сами очень в нём сомневались, говоря, что нужно дождаться, пока я вырасту или подрасту. У меня белые волосы, брови, ресницы и кожа, жуть жуткая, зато голубые глаза, я всех просто пугаю, а что, вылитый вампир, сама проверяла, специально фильмы про них смотрела. Да и меня зеркальце пару раз чуть до инфаркта не довело, но я давно ему это простила. Папа поставил всех на уши, он у меня влиятельный и состоятельный человек, в общем, бизнесмен. Вот и возил меня на показы по всему миру ко всем врачам, как диковинную зверюшку, а те только руками разводили, мол, ничем помочь не могут, типа, гены такие. Вот скажите, про какие такие гены они говорили, у папы волосы чёрные, у мамы тёмные, если только я в бабушек и дедушек пошла, у них волосы тоже белые. Правда, не такие яркие, как у меня, а вот с цветом кожи у них всё в порядке, зато она вся в складочку. Позже я выяснила, что они просто постарели и в молодости были другими, а кожа – это морщины, но я то не могла постареть, я ведь только родилась и собиралась просто взрослеть. В общем, ответов мы так и не нашли, пришлось расти в таком виде и всех пугать, как меня только не обзывали, даже вспоминать не хочется.

Но скоро мне показалось, что мой внешний вид уже не так устрашает окружающих, и я решила перейти на другой уровень, что уже стала взрослая и мне в школу пора. Родители сначала приняли это за шутку, тогда я устроила истерику и доказывала, что вот именно сейчас и настало время туда поступать. В 4 года папа с большим трудом определил меня, как он сказал, в элитную гимназию за большие деньги, иначе никак. Правда, не знаю, что, кроме оплаты, там было элитное, но в 10 лет я с отличием её закончила и сдала их ЕГЭ, чем опять многих ошарашила. Комиссия долго это всё утверждала, а вот родители, похоже, уже привыкли ко мне и не так боялись перемен. Росла я, наверное, чуть быстрее своих сверстников, друзей и подруг у меня не было, не потому что я не хотела, просто на них всё равно не нашлось бы времени. Да и они сами вряд ли захотели бы дружить с такой – как я, может, боялись, что я их покусаю, и держались от меня подальше. Я постоянно училась и занималась спортом, я же президентом должна стать, хотя уже несколько лет подряд занимала эту должность в той элитной гимназии, но там мне это не понравилось, я о другом правлении мечтала. Вот мои 6 лет учёбы позади, за это время я легко освоила 11 классов и выучила два языка, французский и английский, владела ими, как русским. Папа сказал, что летом нужно отдохнуть, ближе к его концу мы поговорим, что со мной делать дальше, естественно, я согласилась. Мне предложили отдохнуть на море, у нас там есть вилла, или в загородном доме, я выбрала второе, меня отвезли туда с няней и мамой, я там каждое лето жила, бывала зимой, в выходные и праздники.

Дурака я там поваляла всего три дня, а потом погрузилась в сеть изучать, где у них учат на президентов, но, к сожалению, так и не нашла. И тут почему-то решила, что мне срочно нужно научится водить машину, так папе и сказала, он даже не удивился, но на всякий случай предложил освоить пони или лошадь. Немного подумав, я ответила, что лошадка пойдёт, на ней я тоже должна научиться скакать, но в начале машина. Папе отступать было некуда, и он мне выделил инструктора и малолитражку, это он её так обозвал. После небольших переделок в машине, через неделю я уже летала по посёлку и всех жителей сводила с ума, хотя до педалей доставала с трудом и из-за руля меня почти не видно. Но эта улитка меня никак не устраивала, я бегаю быстрее, чем она едет, папе пришлось выдать мне машину уже среднего класса. Инструктор придумал специальные вставки на педали и подушку, этот автомобиль, конечно, проворнее, но опять не то. Зато на автодроме меня познакомили с монстром или зверюгой, я так в этом и не разобралась, но мне удалось его приручить за пару кругов, чем я опять изрядно всех удивила и напугала. Особенно инструктора, который сидел рядом со мной, после поездок он перекрестился и куда-то ушёл, больше мы его не видели. Папа даже договорился, что я могу сдать экзамены на водительское удостоверение, правда, мне его выдадут, когда стукнет 18 лет, обойти это глупое правило никто не мог. Но я согласилась, теорию и практику знала на пять и всё сдала, чем опять поразила уже служивых.

А вот с лошадкой всё не так просто оказалось, ну никак они мне не давались, возможно, мой вид их страшил, наверное, они никогда не видели такое чудище. Я их меняла в конюшне, как перчатки, но результат был прежний, я так и не скакала, а они от меня просто сбегали. Мне выдали последнюю и сообщили, что других у них больше нет, я весь их табун опробовала и перепугала. Эта оказалась покладистая, я ей понравилась, конечно возможно, она просто старенькая и слеповатая, поэтому меня не разглядела, но ездить верхом я научилась, хотя и с трудом, со мной такое впервые. Время летело, а я взрослела, мне казалось, что каждое утро я становилась на годик старше, стала заглядываться на мальчиков, один такой как раз жил по соседству в ближайшей деревне. Я его частенько видела, когда мы мимо проезжали и даже любовалась, правда, через закрытое и тёмное окошко, не хотела его спугнуть. И вот в один прекрасный день мама как раз в город уехала, а я ушла в сеть изучать, что можно сделать со своим внешним видом и нашла, как мне показалось, выход. Решила покрасить волосы, а морду тональным кремом замаскировать, так и сказала няне, что ей нужно съездить и купить мне чёрную краску и тональный крем. Конечно, она меня выслушала, но сразу же отговорила, мол, не дело такие красивые волосы травить всякой химией. Да, ей хорошо, она то рыжая, а мне приходится башку два раза в день мыть, эти белые волосы очень быстро пачкаются. Я ей обрисовала свою ситуацию, но она нашла выход, оказывается, у неё есть то, что мне нужно, и это натуральное, естественно, я согласилась. А она оказалась хитрая и выдвинула условие, что поможет, но я не должна этого видеть, пока она не закончит. Да, умеет она запутывать, но я была согласна на всё, она велела вымыть голову и спуститься к ней.

Няню я знаю с самого детства, наверное, прямо с рождения, видела её намного чаще, чем родителей, в принципе, она и занималась моим воспитанием и обучением. Её зовут Юлия, на вид ей лет двадцать пять, и она почему-то не меняется, пусть остальные этого и не замечают, но я то всё вижу. Меня это всегда настораживало, я даже папе не раз об этом говорила, но он просто смеялся, конечно возможно, что мне это только кажется, мы же подруги. В отличие от родителей, она меня во всём поддерживает, даже в моём увлечении политикой, и только она называет меня Нериной, объясняя, что это имя мне больше идёт. Я даже в сети посмотрела, что оно обозначает, выяснилось, что это всё та же Венера. Ещё у нас свой язык есть, она меня с детства ему учила, он не совсем русский, а древнеславянский, на нём говорили в 600 годах, мы его использовали, чтобы родители нас не подслушивали, они ничего понять не могли. Она обещала позже и письменности меня научить, очень уж она мудрёная, но некоторые символы я знаю и могу перевести. Когда я спрашивала, зачем мне его учить, она объясняла, что в будущем он мне пригодится и подсовывала учебники с историческими материалами того периода. Как он мне может пригодиться в будущем, я не понимала, он же мёртвый, про него почти никто не знает и тем более на нём не говорит. И вот я в её комнате, усадив меня на очень неудобный стул и накрыв тряпочкой, она стала что-то делать с волосами, потом с бровями и ресницами, иногда даже щекотно было, но я терпела. Потом она сказала, чтобы я закрыла глаза и стала брызгать мне на морду и шею из баллончика, после чего послала мыть башку и лицо, предупредив не использовать никаких шампуней и мыла.

Пока мылась, с меня стекало что-то странное, наверное, краска, я вышла из душа, как всегда, накинула полотенце на башку и подошла к зеркалу. То, что я в нём увидела, меня даже напугало, не сразу поняла, кто на меня оттуда так нагло таращится, я же себя впервые такой вижу. Вытерев волосы и сняв полотенце, уставилась на ту принцессу, нет, это точно не я, такое просто невозможно. Потом немного подумала и сама себе ответила, а что, если моя няня волшебница? Стала сушить волосы феном, по-другому с ними не справиться, они у меня очень длинные, почти до пояса. Это всех всегда пугало, а меня озадачивало, такой длины они стали, когда мне исполнилось два годика и больше не росли. Хотя, наверное, не так, они росли вместе со мной, но меня не опережали, в общем, всегда были одной и той же длины, и в салонах красоты я ни разу не была. С трудом расчесавшись и одевшись, стала собою любоваться и в то же самое время нервничать, до покраски меня ни с кем сравнить было нельзя, я же такая на свете одна, а вот сейчас поняла, что не похожа ни на маму, ни на папу и вообще ни на кого. Хотя, наверное, вру, теперь я похожа и очень на свою няню, это меня напрягло ещё больше, спустившись и покрасовавшись перед ней, я спросила:

– Я теперь всегда такая буду?

Та меня обняла, поцеловала и ответила:

– Нет, дурочка, это скоро пропадёт.

– Это ты что имеешь ввиду? Как пропадёт, куда?

А она возьми и напомни мне сказку про Золушку, я чуть не расплакалась, ей пришлось меня успокаивать:

– В отличие от Золушки, тебя можно опять покрасить, и всё-таки это пропадает не так быстро, как у неё и явно не в полночь.

Я немного успокоилась, а вот вечером, когда приехали родители, они чуть в обморок не попадали, и это не оборот речи, папа даже заикаться стал, а мама смотрела на меня с опаской, когда они вроде свыклись с новой мною, папа высказался:

– Мы даже не заметили, как ты в принцессу превратилась.

Я их комплименты приняла, зато всё испортила мама, которая задумчиво заметила:

– Дорогой, а ты не находишь, что она очень похожа на Юльку?

Папа сначала отмахнулся, что у нас нет ничего общего, но потом её позвал, нас поставили рядом, когда родители нас сравнили, просто переглянулись и притихли, а я потащила Юльку к огромному зеркалу. Раньше я с ним не дружила, но сейчас оно мне нравилось, точнее то, что в нём вижу, мне же тоже хочется узнать, почему родители так озадачились. И что вы думаете, я взглянула на нас и чуть плохо не стало уже мне, я маленькая копия своей няни, за исключением цвета глаз, у неё они очень тёмные. Почему мы так похожи, выяснять не стала, а вот папа привязался к няне с вопросами, меня отослали в комнату, интересно, что он хочет у неё узнать. Посидев в сети, я легла спать, утром за завтраком поинтересовалась у папы:

– Что ты делал с моей няней?

– Просто кое-что уточнял, сейчас это уже не важно, я ошибся.

Выходные пролетели, папа уехал на работу, а я полезла в сеть изучать, куда мне пойти учиться, нашла то, что показалось мне логичным, решила поступать в МГИМО на Факультет международных отношений на отделение Глобальная политика и международно-политический анализ. А что, мне подойдёт, языки я знаю, по баллам тоже прохожу, осталось сдать экзамены, немного подумав, отослала папе в письме своё хотение. Теперь это его проблема, как меня туда засунуть, он не заставил долго ждать и сам перезвонил:

– Ты что, спятила совсем?

Пришлось настоять на своём, я же будущий политик и умею доходчиво убеждать или разъяснять, он ответил, что попробует всё разузнать, как меня им подкинуть или внедрить, мы попрощались, с чувством выполненного долга я пошла гулять по посёлку. Моя маскировка, видно, никого не впечатлила, люди по-прежнему на меня косились, пришлось вернуться домой, решила в зеркальце посмотреть, может, я уже опять в вампира превратилась. Но нет, я всё та же принцесса, пошла к няне и рассказала, что со мной произошло, как всегда, она меня обняла и поцеловала:

– Дурочка, они на тебя так смотрят из-за того, что такой красивой никогда не встречали.

Если честно, я ей не поверила, зато рассказала, где собираюсь учиться, вот она меня сразу поддержала:

– Отличный выбор.

Прошла пара дней, вечером папа сообщил, что завтра едем в институт, утром встала чуть свет, сложила всё, что считала нужным, в свой рюкзачок, мы поехали, но в начале заехали к папе на работу. Я любила там бывать, мне очень нравилось сидеть в его кабинете за столом, этот раз был не исключением. Усевшись в огромное кресло за стол папы, я в очередной раз подтвердила себе, что именно этого и хочу, быть мне президентом и точка. Через пару часов мы были в этом МГИМО, нас там уже ждали, я же не знала, что они там все соберутся, (это я про разных преподавателей). Скорее всего на меня поглазеть, до этого ещё никто не пытался туда пролезть в таком возрасте, скоро нужно будет с них деньги брать за просмотр. Но я никого не подвела, мы общались пару часов, даже устала, они недоумевали и никак не могли прийти в себя, а вот папа сиял, видно, мною гордился. Мне так ничего и не сказали, какое они решение приняли, мы поехали домой. На следующий день мне позвонили и огласили свой вердикт, они готовы принять меня на бюджетное место, конечно, если я сдам экзамены, но только на другой факультет. Я поинтересовалась, что мне предлагают, выяснилось, что это Международная журналистика, если я его закончу, то смогу сразу продолжить учёбу на том факультете, который выбрала, у меня очень много времени в запасе. Немного подумав, я согласилась, мне назначили день экзамена, в нужное время мы там были, ещё я няню с собой прихватила, а то что-то перенервничала, но напрасно, экзамены я сдала на отлично, чем всех удивила, меня зачислили.

Лето пролетело незаметно, я даже подросла, так мне родители сказали, ну, им виднее. И вот мой первый день учёбы, папа меня лично отвёз и сдал, кому следует. Видели бы вы эти рожи, (это я про своих одногруппников), они пару недель так и не могли поверить, что я тут взаправду, но потом привыкли. Учиться было прикольно, уж не знаю, как устроен мой мозг, но схватывала я всё на лету, мне постоянно было мало информации. Так прошло четыре года, осталось совсем немного осилить, если быть точнее, пятый курс, а шла я на золотую медаль или красный диплом. Мои преподаватели никак не могли на меня нарадоваться, такой прилежной ученицы у них не было, ещё они были очень довольны собою, что приняли решение разрешить мне учиться. Хотя у меня возникли проблемы с практикой, учёба – это одно, а вот на практику из-за моего возраста меня никто не брал. Но они нашли выход, я проходила её прямо в институте, а что, мне нравилось, там все условия для этого есть. И вот мне исполнилось 14 лет, вместе с паспортом мне преподнесли очень странный подарок, или у моих родителей такое чувство юмора или они захотели проверить мою психику. Вечером папа устроил грандиозную вечернику, друзей у меня теперь много, так что скучать не пришлось. Я уже год как перестала краситься и приняла свой обычный вид, опять стала вампиром, а что, сейчас мне это по душе, так уютнее себя чувствую. К тому же я такая одна, так что выделяюсь на фоне этой однообразной толпы, в институте все говорили, что мне так лучше и тихо завидовали. Кто-то даже решил в открытую под меня косить, а вот мальчики меня или моего папу пока побаивались и обходили стороной. Ну ладно, что-то я отвлеклась, когда праздник закончился и все разъехались, папа пригласил меня в свой кабинет в загородном доме и заявил:

– Ты уже взрослая и должна всё знать.

Так, что он хочет этим сказать? Я ушла в раздумья, перебирая в голове разные варианты, но как я ошибалась, всё оказалось намного хуже, чем могла себе представить. Налив бокал коньяка и сделав огромный глоток, он откашлялся и продолжил:

– Венера, ты не наша родная дочь, мы тебя удочерили, но для нас ты больше, чем дочка, ты наше всё.

Да, я в жизни не испытывала таких чувств, впервые у меня пропал дар речи, не могла сформулировать даже примитивное предложение, а просто молча на него глазела, по щекам у меня текли слёзы. Мама, скорее всего, решила не участвовать в этой экзекуции, доверив всё папе, через несколько мнут я из себя выдавила:

– Отлично, а раньше что, слабо было мне это сказать?

– Ты маленькая была.

– Ага, а сейчас прямо выросла? Ну давай, рассказывай, где вы меня подобрали или у кого отобрали.

– Нет, мы тебя не подбирали, а наоборот, долго боролись за тебя, сейчас всё объясню. Мама не могла иметь детей, мы всё перепробовали, после чего решили заняться усыновлением или удочерением. Подали заявку куда следует, приложили документики плюс небольшую премию и стали ждать. Прошла пара лет, детей по нашим критериям так и не появилось, но 10 мая 1997 года в час дня мне позвонили и сказали, что только что родилась девочка, нужно срочно решать, брать или не брать. Мы с мамой рванули в больницу, когда нам тебя показали, мы сразу влюбились и согласились, но там было что-то странное с документами. То ли их не было, то ли потеряли этот отказ, мы так и не поняли, мне пришлось прилично заплатить за них, иначе не получалось, а маме лечь в больницу, ты же кроха была, к тому же тебя чем-то кормить нужно было. Так что мама с тобой с первых часов твоего рождения, и ты наша дочка, пусть и не биологическая.

Немного подумав, я ответила, что он прав, но скрывать это от ребёнка не следовало, и я их прощаю. А что, других то родителей я не видела, мне мои нравятся, я к ним привыкла и искренне люблю. Папа аж засиял, допил свой коньяк и продолжил рассказ:

– Через месяц вас выписали, вы вернулись домой.

– Теперь понятно, откуда все эти фотки в роддоме и при выписке.

– Кстати, твои бабушки и дедушки, как и другие родственники, не знают, что мы тебя удочерили.

А вот это уже интересно, подумала я и высказалась:

– Как вам девять месяцев удавалось маму скрывать или прятать?

– Раньше мы встречались только на Новый год, так что даже конспирация была не нужна.

– Да, тут не подкопаешься, а няня знает?

– Нет, я же сказал, ни единого человека, кроме теперь нас троих.

– А как же врачи в больнице?

– А там просто мистика произошла.

Я потребовала подробностей, в особенности про то, кто мои настоящие родители, и он мне их дал:

– Пока я возился с документами и главврачом, тебя передали маме, вы лежали в отдельной палате, врачи нашли девушку, которая тебя кормила, точнее, молоко давала. А вот когда я получил все документы, мы тоже захотели узнать, кто твои родители, но сколько врачи ни копались в своих записях, так ничего и не нашли. Главврач устроил допрос всем, кто мог принимать роды в то время, но ни один врач или медсестра этого так и не вспомнили. Пришлось друзей просить из органов, чтобы они с этой аномалией разобрались, они с экспертами приступили к работе. Заключение не заставило себя долго ждать, мне доложили, что никто не знает, как ты родилась и вообще откуда взялась.

– Что значит – никто?

– То и значит, они проверили все записи с камер, правда, в то время их не так много было, как сейчас, но всё же. Все записи были только до 9 мая, а вот с нуля часов 10 мая и до нашего появления в больнице записи отсутствовали, к тому же везде.

– В каком смысле – везде?

– Они проверили все камеры в нескольких кварталах вокруг больницы, какие сумели найти, а там как под копирку этот отрезок времени был нерабочим, так что на этом расследование закончилось.

– Я тебя правильно поняла, что вы так и не нашли моих родителей и не знаете, как я родилась?

– Всё верно.

Немного подумав, я вспомнила, что из больницы звонили, про это ему и напомнила, он кивнул:

– Конечно, мы эту медсестру первой и допросили, все женщины и новорождённые сразу заносятся в журнал, но она так и не вспомнила, что звонила, а по журналу всё сошлось, лишних не было, как и тебя.

– Да, ты прав, прямо мистика какая-то.

Вот сейчас у меня всё сошлось, мне стало понятно, почему я другая и ни на кого не похожа, мне в голову пришла мысль, я её и высказала:

– А может, я инопланетянка?

– Всё может быть, ты же отличаешься от других, когда мы анализ ДНК проводили, все говорили, что это просто генетическая ошибка или аномалия, и потом твоё имя.

– А с ним что не так? Вы же мне его сами дали.

– А вот и нет, оно вместе с тобой шло.

– Что значит – шло? Как бонус, что ли?

– Когда ребёнок рождается, заводится карточка, туда всё записывают, время рождения, рост, вес, анализы и имя, если родители готовы его озвучить, ну и самих родителей, а мы решили его просто оставить, мне оно понравилось.

– А эту карту кто заполнял?

– Медсестра, мы её нашли, но она не помнила, что это делала, там было всё, кроме родителей.

– Да, умеешь ты удивлять, мне эту информацию теперь неделю обрабатывать.

Он обнял меня и поцеловал, и тут вошла вся заплаканная мама, скорее всего, она подслушивала и стала на коленях просить прощения, я её подняла и твёрдо объявила:

– Всё, этого разговора не было, забыли, будем жить, как и раньше.

Я же умею убеждать, они согласились, лето опять пролетело, началась учёба, конечно, я пыталась в этом разобраться, но везде были тупики, решила оставить на вырост, стану совершеннолетней, тогда и займусь журналистским расследованием. Про мой подарочек никто больше не вспоминал, эта тема была у нас под запретом. Когда мне исполнилось 15 лет, я защитилась и закончила институт с золотой медалью и красным дипломом, меня сразу перевели на другой факультет, как и обещали, а вот с практикой опять проблемы возникли, пришлось её в институте проходить. И тут случилось непоправимое, летом 2012 года моя мама попала в автокатастрофу, не знаю, что там произошло, меня не посвящали, но они с водителем, как сказали врачи, погибли на месте. Я с трудом это пережила, мне хоть няня помогала, а вот папа так и не оправился, он полностью ушёл в работу, забросив меня. Время летело, я училась и двигалась к своей цели, даже в партию пыталась вступить, но мне говорили, что рано, ладно, я упрямая и не гордая, могу и подождать. В 2015 году мне исполнилось 18 лет, этого дня я ждала с самого детства, на этот раз меня задарили. Во-первых, я получила свои права, которые нечестно заморозили на столько лет, а папа подарил очень красивую машинку, мы подходили друг другу, она под цвет меня, а крыша под цвет моих глаз. Я досрочно получила второе высшее по международным делам и решила ещё три годика поучиться, чтобы точно всё знать, поэтому пошла в аспирантуру.

А вот с няней пришлось расстаться, хотя наши квартира и дом пустовали, но я настояла, чтобы папа купил ей квартиру и продолжал платить зарплату, так он и сделал. Виделись мы уже совсем редко, зато созванивались часто и долго болтали, теперь я всё свободное время практиковалась то в МИДЕ, то на телевидении. Я надеялась, что мне будут доверять что-то стоящее, но меня загружали ширпотребом, обещая, что через пару лет я получу всё, что хотела. Я опять вернулась к политике, меня все партии пытались перетянуть к себе, хотя, скорее всего, им нужна была не я, а мой папа со своими деньгами. Но мне их программы были чужды, а про мою они и слышать не хотели, в один голос утверждая, что это утопия, в итоге я на всех обиделась и решила создать свою партию и идти на выборы. Так как в 2016 году я уже не успевала это провернуть, решила отложить до следующих, к этому времени точно буду готова. Поставила папу перед фактом, что мне нужно, на этот раз он даже не возмутился и предложил ему напомнить, когда это время подойдёт. Ну я и стала потихоньку набирать своих сторонников и спонсоров, оказалось совсем немало тех, кто разделял мои взгляды, за это время я окончательно закончила учиться и в 2018 году получила ещё один диплом. Летом решила провести пару недель на море, давненько там не бывала, хотя у нас по всему миру домики, но решила ехать в Сочи, там дом в шаговой доступности от пляжа. Так и поступила, хотела няню с собой взять, но она отказалась, отдых пошёл мне на пользу, только, как всегда, я даже не загорела. Там я задумалась о личной жизни, нужно же когда-то её начинать, и так всё своё детство посвятила учёбе, но на горизонте пока никого достойного нет, если и появлялись, от меня они старались держаться как можно дальше.