Порядок и Несправедливость

– В городе это распространено, а до нас только-только доходит сейчас, – грустно ответила она. – В ауле с этим намного проще, ведь мы друг друга знаем всех в лицо, и с соседями по дому общаемся тесно. А здесь в городе живут в одном подъезде и даже живя на одной лестничной площадке не общаются между собой и не ходят друг к другу в гости. Вот это меня удивляет больше всего. Это и раньше наверное так было принято в городе? – спросила она ненароком.

– Нет. Что вы, Назгуль! Я вот чисто родился и вырос в городе, и мы во дворе знали друг друга в лицо и ходили в гости. Бывало вечером хлеб закончится дома, и мы могли спросить у соседей взаймы до завтра, так как магазины уже не работали после 7 вечера. А сейчас – пожалуйста, целые сутки напролёт работают в чуть ли не каждом дворе, и уже хлеба не дадут, а отправят в магазин, – с иронией ответил Алибек.

– Да! – в такт ему кивнула Назгуль.

Незаметно они подошли к остановке «Типография», вблизи которой ожидали своих клиентов таксисты. Алибек подошёл к одной из машин и договорился с водителем. А потом спросил у Назгуль:

– Назгуль! А вы в каком районе города живёте?

– В микрорайоне Строитель, – ответила она.

– Ну, тогда я по пути следования такси слезу в районе остановки «Юбилейная», не против? – переспросил Алибек тут же.

– Да, конечно! – с улыбкой ответила она.

Усевшись поудобнее на заднем сидении такси, они тронулись по проспекту Достык в северном направлении, в сторону железнодорожного вокзала. Мимо проносились огни ночного города, автомобилей было уже не так много, как днём. Алибек, сидя на сиденье такси, анализировал сегодняшнее свидание с Назгуль, понравилось ли ей с ней?

Уже когда такси остановилось возле его дома, Назгуль тихо прошептала ему в ухо:

– Алибек! Спасибо вам за сегодняшний вечер! Мне было приятно с вами общаться!

– И вам спасибо! – улыбнулся во весь рот Алибек. – До свидания! Спокойной ночи вам, Назгуль!

И уже закрывая дверь автомобиля, он ей крикнул:

– Как доедете до дома, дайте мне знать! – и в приподнятом настроении пошёл по направлению к своему дому, предварительно оплатив за такси.

Как дверь захлопнулась, такси поехало дальше по объездной дороге в сторону омеговского моста, а дальше по улице Шолохова по направлению к ее дому. Назгуль, сидя на заднем сиденье автомобиля, была вся в восторге от сегодняшнего вечера, проведённого с Алибеком. При первом знакомстве с ним в офисе партии «Азат» она особо не придавала ему значение, и его внешность не вызвала у неё симпатию к нему при первой встрече, но ее сердце ёкнуло, когда он сидя в кафе спросил у неё о ее мечте. Она читала о том, что есть три основных вида восприятия партнеров: это зрительный – когда человек тебе нравится внешне, тактильный – когда нравится человек на ощупь и третий – с помощью обоняния. Внешне Алибек по ее мнению не был красавчиком, но и уродом его нельзя было назвать. А вот когда она с ним в баре танцевала медленный танец, она тактильно почувствовала в нём мужскую силу, словно была как маленькая девочка, которую в детстве так часто обнимал ее отец и в руках которого она чувствовала себя защищённой. Те же чувства она испытала и сейчас. В объятиях Алибека она почувствовала себя как бы в надежных руках, и те же чувства, которые она испытывала в далёком детстве, когда по-отцовски обнимал ее папа. Да и запах парфюма, которым пользовался Алибек, ей очень понравился. Этот запах чувствовался лишь на близком расстоянии, а не излучал своими ароматами всех прохожих в радиусе двух-трёх метров, как это делали многие ее знакомые парни-студенты, и девушки в то числе. Сама лично она никаким парфюмом не пользовалась, считая, что девушка должна прежде всего содержать себя в чистоте и следить за гигиеной лица и тела. Да и лишних денег не было у неё, чтобы покупать себе дорогие духи, а дешёвым парфюмом она пользоваться не любила, считая, что в них больше содержится спирта, так как аромат быстро выветривался.

Такси уже приближалось к ее дому в микрорайоне Строитель, и она попросила таксиста заехать во двор дома ко второму подъезду. Выйдя из автомобиля и зайдя в подъезд дома, она стала набирать номер Алибека, чтобы сообщить ему, что доехала до дома. Дозвонившись до него она ещё раз поблагодарила его за прекрасный вечер и пожелав спокойной ночи, открыв дверь квартиры своим ключом, прошла к себе в комнату. Дома уже все спали, и чтобы ненароком не разбудить никого, не включила свет даже в прихожей, ориентируясь в темноте квартиры при помощи фонарика на сотовом телефоне. Переодевшись в домашний халат, она по привычке перед сном прошла в ванную и почистив зубы, улеглась спать.

Утром следующего дня Алибек уже по привычке как всегда был первым, кто пришёл на работу. Бывали моменты, когда ночью он мог уснуть глубоко за полночь или вообще плохо спать, страдая от бессонницы, но по отношению к работе он был дисциплинирован. Ни разу не случилось такого, что он мог не выйти на работу вовремя, и если даже заболевал ненароком, то переносил болезнь на ногах. Хроническими заболеваниями он не болел и спиртным не злоупотреблял и вёл здоровый образ жизни. Тем более прошедшей ночью он хорошо выспался, потому, что накануне был такой замечательный вечер, проведённый с девушкой, которая ему нравилась. Крепкому сну также способствовало и то, что ему напоследок Назгуль сказала «спасибо» за вечер.

Сев за стол и перебирая руками бумаги на столе, он даже запел, негромко напевая любимую музыку. В это время в дверях офиса показался Серик Уразбаевич, и не выдавая своего присутствия, некоторое время наблюдал за Алибеком со стороны. Серик Уразбаевич с ностальгией вспоминал безвозвратно ушедшую молодость в его жизни, когда он был также молод, как Алибек сейчас. И хотя молодость у него прошла ещё в советское время, но он и его поколение были тогда уверены в своём будущем и завтрашнем дне. Нынешнее поколение молодёжи он в какой-то степени считал «потерянным», без уверенности в своём будущем и неуверенных в себе людей, которые не знают, что их ждёт завтра. К такому выводу он пришёл, беседуя много с молодыми людьми, часто заглядывающих к ним в офис партии. Так же у него самого уже было трое взрослых детей дома, за судьбу которых он тоже сильно переживал как отец.

В юности он как и многие мальчишки того времени, мечтал стать лётчиком и космонавтом. Сейчас же молодёжь мечтала стать юристом, кто-то экономистом или банкиром. О профессии лётчика теперь никто и не мечтал даже.

Но больше всего своим ответом его удивил младший сын, когда он спросил у него, кем бы он хотел стать в будущем. На что он ответил, что хотел бы стать «агашкой», который ничего не делает и зарабатывает деньги. Младшему сыну тогда только исполнилось 15 лет и он уже понимал что к чему и кем он хочет стать. А когда он спросил у него, почему он не хочет стать например строителем или начинать свой труд с простого рабочего, например, как когда-то действующий президент в юности. На что он ответил, что это западло сейчас работать физически и руками. Сейчас время тех, кто умеет работать головой.

Да молодёжь сейчас уже не та, что раньше. Парни хотят сразу разбогатеть, здесь и сейчас, без особого плана на этот счёт, а девушки с малых лет уже мечтают выйти замуж за богатого жениха и жить в большом двухэтажном коттедже с домашней прислугой в придачу. Сейчас уже девушки-казашки обленились до того, что даже лепешки для бешбармака покупают готовые в магазине, не то что раньше.

Он лично ругал своих старших дочерей когда они пытались то же самое сделать дома, заставляя их катать тесто вручную и брать пример с мамы и бабушки, которые даже в преклонном возрасте всё делали сами.

Особенно болела у него душа, когда он наведывался в свой родной посёлок в Акжаикском районе и видел разруху и неустроенность своих родственников и знакомых, которые решили там остаться жить. И день ото дня становилось всё хуже и хуже. Молодёжь, как только заканчивала школу в ауле, уезжала навсегда в город, стараясь больше не задерживаться в посёлке. Многие сельские парни, приезжая в город, слонялись без дела, а кто-то подрабатывал на рынке грузчиком или сторожем, снимая жильё в городе или живя на дачах круглый год. Лишь немногим удавалось устроиться на работу на месторождения нефти и газа в Аксае или соседней Атырауской области. А так в самом Уральске работы тоже не было особо и та не была высокооплачиваемой. Многие перебивались случайными заработками, кто-то подрабатывал таксистом, владея иномаркой старше десяти лет, которая постоянно ломалась от износа, а кто-то торговал на рынке.

Поэтому он с упоением наблюдал со стороны за Алибеком иногда, когда он добросовестно выполнял свою работу и поручения, которые он давал. Ему нравилось в нём его целеустремленность в жизни, его видение на те или иные события в стране и то, что он имел свою точку зрения. А так же ему нравилось в нём то, что он с молодых лет так рьяно интересовался политикой.

Войдя в офис Серик Уразбаевич поприветствовал Алибека первым:

– Балам! Калайсын?

– Жаксы, Серик Уразбаевич! Сами как? – ответил Алибек и поинтересовался самочувствием у Серика Уразбаевича.

– Да вот болеть стал часто последнее время, наверное, возраст о себе даёт знать! – тяжело вздыхая, ответил Серик Уразбаевич.

– Вы сейчас в самом расцвете сил, Саке! – взбодрил словами его Алибек. – Просто вам надо курить бросать срочно и тогда болеть перестаните!

– Никак не могу бросить курить и отказаться от своей слабости, – вздыхая ответил он.

– Вот у меня отец до 80 лет прожил и ни разу не брал в рот сигарету и не злоупотреблял спиртным, и ещё обходится сейчас без помощи родных и сам себя обслуживает, – гордо заявил Алибек, вспоминая отца. – Да ещё и тростью не пользуется! – добавил он. – А вам только еще 60 лет, Серик Уразбаевич. Если бросите курить, то тоже до 80 лет проживёте! – взбодрил словами он Серика Уразбаевича.

– Да куда там мне до 80 лет, мне бы хотя бы до 70 лет прожить и успеть выйти на пенсию через три года, – тяжело вздохнул Серик Уразбаевич.

В это время в дверях офиса показался Сисенгали Нигметович и видя и слыша этот разговор, тоже взбодрил словами Серика Уразбаевича.

– Конечно Саке, доживёте до самой глубокой старости, если будете бережнее относиться к себе и своему здоровью.

Поприветствовал затем их кивком головы, и прошёл в свой кабинет. Через непродолжительное время из кабинета донесся его голос:

– Саке и Алибек! Зайдите ко мне!

Серик Уразбаевич и Алибек одновременно вскочили со своих мест и в предчувствии горячей новости (потому что их обоих одновременно шеф звал редко), пришли к нему в кабинет. Усевшись напротив стола Сисенгали Нигметовича, приготовились его слушать. Выдержав некоторую паузу, Гизатов произнёс, держа в руках бумагу:

– Пришла директива с центрального аппарата нашей партии «Азат» о созыве внеочередного съезда нашей партии и выбора общего кандидата на роль кандидата в президенты. В Алматы съезд пройдёт в начале октября, то есть через полмесяца, и наша делегация от нашей области должна уже быть за день-два до этого съезда. Кандидатуры на съезд готовы? – поочерёдно взглянув на Серика Уразбаевича и Алибека, спросил он вдруг.

– Да! Да! – поспешил ответить Алибек. – 30 человек из членов нашей партии готовы и ждут лишь звонка, точнее 28, так как двое из 30 – это мы, – улыбнулся Алибек.

– Прекрасно! Обзвони Алибек их всех и сообщи, чтобы они все принесли свои удостоверения личности для покупки проездных билетов на поезд и сними их ксерокопии документов, – обратился Сисенгали Нигметович к Алибеку.

– Хорошо, – ответил Алибек.

– Всё! Можешь идти и обзванивать всех, а мы тут с Саке ещё поговорим о текущих делах, – обратился Сисенгали Нигметович к Алибеку.

Алибек вышел из кабинета шефа и направился к своему столу, прихватив с собою радиотелефон. Прежде всего он хотел сообщить о дате поездки позвонив Назгуль, но так как уже было утро и ее не было наверняка дома, решил позвонить ей и обрадовать на сотовый телефон. Послышались долгие гудки и трубку Назгуль не поднимала долго. Алибек уже было хотел сбросить звонок, как трубку подняла Назгуль и первой тихим голосом прошептала:

– Алибек, привет! Я не могу сейчас разговаривать так как сижу на занятиях. Что-то случилось?

– Да, случилось, Назгуль! – улыбнувшись, произнёс в ответ, сказав это шёпотом. – Через две недели мы едим в Алматы и нужно срочно удостоверение личности твоё.

– Хорошо, я зайду сегодня или завтра и обязательно занесу к тебе в офис. Пока! – и бросила трубку.

Как только она положила трубку, Алибек неожиданно осознал для себя, что они незаметно перешли к друг другу на «ты».

И он ощутил, что это был первый шаг к их сближению. Обычно он сам в общении с противоположным полом никогда первым не предлагал девушке перейти в общении на «ты», и всегда считал, что это должна предложить сперва девушка, а не парень. И он всегда старался оставаться галантным до последнего. В любом случае переходить на «ты» стоит тогда, когда один из собеседников предлагает это, а второй соглашается. Если со стороны девушки поступает предложение к парню перейти на «ты», то это однозначно говорит о ее желании дружить с тобой. Иногда бывает и так, что парень и девушка могли ненароком перейти при общении на «ты», что говорило о симпатии друг к другу. И что заканчивается вступительный период их знакомства и начинается новый этап в развитии их отношений, более близкий и более углубленный, который стирает границу между ними и подталкивает их в объятия друг друга.

Алибеку, если ему по настоящему нравилась девушка и он хотел бы с ней в дальнейшем строить отношения, нравился долгий этап завоевывания объекта своей любви. Как поговаривал известный кинорежиссер Андрей Кончаловский «влюбиться можно на уровне ангела, а можно влюбиться на уровне животного. И очень трудно совмещать сразу обе эти ипостаси». Эта фраза как нельзя кстати характеризовала его отношения с противоположным полом.

Поразмыслив немножко об этом, Алибек начал по очереди обзванивать других однопартийцев, которые согласились поехать делегатами на съезд партии в Алматы. А в это время в кабинете Сисенгали Нигметович беседовал с Сериком Уразбаевичем.

– Саке! – тихо прошептал Сисенгали Нигметович, чтобы в соседнем кабинете не слышал их речь Алибек. – Приходил Морозов, лидер коммунистов, и он сообщил мне что Алибек работает на КНБ!, – с умным видом сказав это, он посмотрел на Серика Уразбаевича.

– Не может быть этого! – громко возразил ему в ответ Серик Уразбаевич, – Я Алибека знаю хорошо и доверяю ему, чем твоему коммуняке! Это всё ложь и не правда! – стукнул по столу кулаком Серик Уразбаевич и далее продолжил свою речь. – Методы Морозова я знаю хорошо и наслышан об этом, что он неугодных себе людей подставляет и выкидывает из своей партии. А теперь что? И до нас добрался? – с жёсткостью в последнем предложении он посмотрел на Гизатова.

– Да нет! Что ты! – замешкавшись, трусливо ответил Сисенгали Нигметович. – Это я так сказал к слову, – поторопился закрыть этот разговор он, считая невозможным переубедить такого человека как Серик Уразбаевич.

Далее обсудив детали поездки, второстепенные вопросы в филиале партии и текущие вопросы, они, закончив беседу, вместе вышли из офиса партии, и так как уже время близилось к обеду, поехали каждый по своим домам обедать.

Алибеку до обеда удалось дозвониться лишь до половины делегатов. У кого-то был отключен сотовый телефон, кто-то не поднимал трубку городского стационарного телефона. Как только вышло из офиса его начальство, он решил тоже сходить пообедать в столовую «Дастархан», которая находилась на Арбате, на улице имени Дины Нурпеисовой. Уже закрывая на ключ двери офиса, он заметил, что его кто-то окрикнул издалека. Посмотрев по сторонам, Алибек заметил, что со стороны проспекта Достык, возле здания Национального банка ему махала рукой Назгуль, а рядом была ее подруга Анар. Закивав им в ответ рукой, он стал их ожидать возле двери. Они обе шли в хорошем расположении духа, о чём-то смеясь и жестикулируя руками. Когда до их офиса оставалось несколько метров, Алибек не выдержав, пошёл им навстречу. Сравнявшись с ними, он первым поприветствовал их:

– Здравствуйте красавицы! Сразу видно, что у вас хорошее расположение духа. Смеётесь так, что вас слышно издалека.

– А как же нам не быть радостными и счастливыми, Алибек, ведь мы обе в первый раз едим в Алматы благодаря тебе! – улыбнувшись, произнесла Анар и посмотрела сперва в сторону Назгуль, затем в сторону Алибека.

– Да! – стеснительно кивнула Назгуль и с укором посмотрела в сторону подруги.

– А удостоверения личности с собою у вас? – спросил у них Алибек. – Если да, то давайте я сниму их ксерокопии на ксероксе.

Открыв дверь офиса и пропустив девушек, Алибек предложил им присесть на стулья, а сам взяв у них удостоверения личности, стал снимать их на ксероксе. Сняв их ксерокопии и вручив им документы, Алибек обратился к ним:

– Ну всё, можете заранее готовится и паковать чемоданы. Я тут собирался пообедать, если вы не против, то хочу и вас пригласить со мной пообедать. Вы не против?

– Нет, конечно! У нас уже учёба закончилась и мы свободны! – первой ответила Анара, даже не спросив Назгуль, которая даже засмущалась. – А куда мы пойдём? – никак не угомонялась Анар.

– Вот тут рядом через квартал есть столовая «Дастархан». Мне там нравится как там готовят национальные блюда. Вы там были? – спросил Алибек.

– Я там ни разу не была, – смеясь ответила Анар и улыбнувшись тут же произнесла: – А вот вы вчера с Назгуль сходили в бар «Элис», который к ним относится и Назгуль там очень понравилось, – с этими словами она посмотрела на покрасневшую Назгуль.

– Да! Мне там очень понравилось! – со смущением ответила Назгуль, и все вместе затем отправились в столовую «Дастархан».

Пройдя во внутрь столовой, Алибек попросил девушек занять свободный столик, так как во время обеда здесь практически могло не оказаться свободных мест. Обычно к началу обеда здесь собиралось много желающих вкусно и недорого пообедать. В основном это были сотрудники городского акимата и маслихата, которые находились неподалёку. А также много было работников коммерческих банков, которых здесь рядом было несколько. Но и те, и другие быстро пообедав, уходили затем на работу. Часами здесь могли сидеть студенты, занимая свободные столы и заказывая еды по минимуму, сидя за столом и просто разговаривая между собою, пропуская занятия и пары.

Алибек с девушками когда зашли сюда, на часах висевших в столовой уже показывало полвторого, а к этому времени народу уже становилось меньше, так как час пик в это время уже начинал спадать. Спросив у девушек, что бы они хотели заказать, он, простояв, некоторое время в очереди с подносом, присоединился к ним за столик, сделав аж два рейса, чтобы всё принести на стол, так как все тарелки не поместились на один поднос. Алибеку пришлось на себе примерить роль официанта, которая явно была не завидна, чтобы поухаживать за девушками. Разложив все тарелки на стол и пожелав друг другу приятного аппетита, все молча, принялись обедать.

Закончив есть и приступив к чаепитию, первой не выдержала Анар, похвалив кухню и блюда:

– Здесь очень вкусно готовят, мне лично понравилось. Спасибо тебе, Алибек!

– И мне тоже понравилось, Алибек! Что и вчера, что и сегодня блюда были замечательные и вкусные, – улыбнувшись, произнесла Назгуль.

– Приятного аппетита вам! Я рад, что вам здесь понравилось. Мне тоже нравится здесь обедать. Во-первых, недалеко от места работы, во-вторых, очень вкусно и недорого, в-третьих, в вашей компании самых красивых девушек Уральска мне было сегодня приятно вдвойне, – с восхищением глядя на них, произнёс Алибек.

Выйдя из столовой, Алибек посмотрел на часы в сотовом телефоне. Время уже показывало на них два часа.

– Ну, мне пора на работу, девушки, – произнёс он, посматривая на часы. – Ещё увидимся, надеюсь!

– Спасибо тебе за обед, Алибек! – почти одновременно произнесли сразу обе. – Нам очень понравилось.

– Ну, готовьтесь к поездке! – радостно сказал он. – До свидания!

– Пока! Пока! – по очереди сказала Назгуль, а затем Анар. – Мы прогуляемся по Арбату ещё, а потом по домам разойдёмся.

С этими словами они пошли в сторону торгового дома «Атриум», а Алибек поспешил к себе на работу в офис.

Дни до поездки пролетели быстро. На улице уже сильно похолодало, и за коротким «бабьим» летом в середине сентября наступили холода, и почти каждый день шёл дождь, не переставая. Наступило утро 2 октября 2005 года. Поезд сообщением Уральск-Алматы отправлялся рано утром и в пути должен был находиться почти трое суток и 4 октября поздно вечером должен был быть уже в городе Алматы.

Накануне вечером всех ехавших делегатов собирали в офисе партии «Азат», где каждого делегата персонально проинструктировали, что с собою везти можно и как себя вести в дороге. Двое делегатов, кто по семейным обстоятельствам, а кого-то не отпустили с работы, отказались от поездки, и поэтому вместо 30 человек в Алматы ехало их всего 28 делегатов.

Алибек встав рано утром, помывшись и позавтракав, пешком пораньше вышел из дома, благо до железнодорожного вокзала было всего пройти две остановки от его дома. Зайдя во внутрь здания вокзала, где и договаривались заранее о месте сбора, он уже увидел, что там присутствовало уже больше половины числа делегатов, во главе с Гизатовым и что-то громко обсуждали. Алибек всмотрелся в эту толпу присутствующих в зале, в надежде увидеть среди них Назгуль, но ее как и Анар, не было видно среди них. Хотя среди тех двоих, кто отказался, их не было. Да и они вчера при собрании всех в офисе ничего об отмене поездки с их стороны не говорили. До отъезда поезда оставалось около получаса и уже по громофону в зале ожидания объявили о посадке на поезд. Подойдя поближе к присутствующим делегатам и со всеми поздоровавшись, Алибек уже доставал сотовый телефон с кармана брюк, чтобы позвонить Назгуль, когда в дверях вокзала увидел Назгуль и Анару, весело разговаривающих между собою и громко смеющихся.

Завидев их, Алибек обрадовался от души, подбежав к ним, от радости не скрывая улыбки, вырвал из их рук огромные чемоданы на колесиках, чтобы помочь им.

– Ооо! Да у вас чемоданы такие огромные и тяжёлые! Вы случайно не кирпичи в них положили? – с улыбкой воскликнул он, попытавшись сперва без колёсиков поднять их.

– Всё самое необходимое для поездки только взяли с собою в дорогу! Мы же трое суток почти будем в дороге, вот и взяли с собою еды побольше, – ответила первой Назгуль и в ее глазах была видна радость от первой долгой поездки одной, без родителей.

– И личные вещи, – добавила со смехом Анара. – Самые необходимые. Доброе утро, Алибек!

– И вам того же, девушки! – с этими словами он взял два чемодана и направился в сторону толпы ожидающих делегатов в правом углу зала ожидания.

К этому моменту все люди уже были в сборе и полном составе и Гизатов посмотрев на часы, висящие в зале, произнёс речь:

– Уважаемые партийцы! Доброго всем утра, кого не видел сегодня! Мы все те, кто должен был поехать, собрались. Сейчас объявили посадку пассажиров в вагоны, у нас купейный вагон №6. Все дружно спускаемся в тоннель и идём дружно к нашему вагону. Всем вам я там раздам проездные билеты с указанием мест в вагоне, а затем рассаживаемся и располагаемся на своих местах! Всё поняли? – с этими словами он, посмотрев на собравшихся и получив утвердительные ответы, взял свой чемодан и первым начал спускаться вниз в тоннель. За ним все остальные тоже начали спускаться вниз, взяв в руки свои чемоданы и сумки.

Отдельно надо сказать о здании железнодорожного вокзала в Уральске, которое было построено в 1983 году на месте старого здания железнодорожного вокзала. Алибек минимум два раза в год пользовался услугами поездов, добираясь до Атырау через город Актобе с пересадкой, так как добираться на автобусе с Уральска до Атырау было тем ещё испытанием (на тот момент трасса республиканского значения Уральск-Атырау только-только реконструировали и надо было ехать по бездорожью более 12 часов). И его всегда удивляло, почему чтобы попасть в вагон на поезд, надо было для этого спускаться в тоннель вниз, даже если поезд прибывал на первый путь?! Ладно ему, здоровому парню не составляло труда спускаться и идти к вагону по тоннелю и то тогда, когда не было тяжелой ноши с собою. А для престарелых людей и людей с ограниченными возможностями это наверное было очень трудно.

Был ещё один способ пройти на перрон – это пешеходный мост, что рядом с вокзалом, но он тоже считался неудобным, особенно в плохую погоду, в дождь или снег.

Вот и на этот раз Алибек закинув за плечи свою дорожную сумку, взял в руки два тяжелых чемодана, спустился вниз вместе со всеми остальными.

В этом тоннеле полы, стены и потолок были из бетона и даже в знойную жару здесь было прохладно, а сейчас осенью особенно, по телу с ног до головы прошла какая-то дрожь в теле. Пройдя по тоннелю, вся толпа впереди идущих повернула направо, по неудобным ступенькам без ската подниматься наверх к перрону. Выбравшись наверх, Алибек словно рыба на суше, жадно глотнул воздух ртом и надышавшись вдоволь воздухом, таща на колёсиках чемоданы, поспешил за остальными, которые уже стояли возле своего вагона и им всем раздавал проездные билеты Сисенгали Нигметович.