- -
- 100%
- +
После он попросил меня на правой руке засучить рукав рубашки до плеча. Я не спеша выполнил его требования. Он сказал мне опуститься на корточки. Я сделал и это. А потом велел засунуть руку в отверстие аппарата. Я сильно переволновался в этот момент. Он заверил, что всё будет хорошо, и я стану самым счастливым инвалидом без руки. Он помог мне просунуть мою правую руку в жерло чудо-машины.
Когда моя рука оказалась внутри этого аппарата, я не почувствовал ничего подозрительного. Незнакомец попросил не шевелить правой рукой. Я исполнил просьбу. После чего он нажал на кнопку и произнёс: «Вот и всё, ты теперь самый счастливый инвалид на земле».
Я так и не ощутил ничего необычного в своей руке. Он сказал, что уже можно вытащить руку из его аппарата. Я чувствовал, как моя рука выходила из этой адской машины, но я её не видел. Я осмотрел место, где виднелись остатки моей руки. Большая часть предплечья на месте. Вся остальная часть руки совершенно не проглядывалась. Но я чувствовал свою руку целиком, как обычно, в привычном состоянии.
В этот момент я испытывал чувства, ранее никогда не свойственные моей психике. Всё это походило на сон с мощным фантастическим уклоном. Незнакомец попросил меня поднять правой невидимой рукой упавшие с дерева листья. Я наклонился вниз, взял в невидимую руку черешок листа и стал поднимать листочек вверх. Всего этого хватило с лихвой, чтобы окончательно поверить его словам. Я с диким ужасом смотрел в сторону потерянной руки и слушал инструкции незнакомца по получению пенсии.
Он спокойно говорил, что всё это у него было, он пережил подобное. Сейчас мне нужно прийти в себя и сделать всё, как он сказал. Я был психологически подавлен при виде своей утерянной руки. Незнакомец сказал, что он сделал свою работу. И о том, что здесь произошло, надо молчать. Он пожал мою невидимую руку и попрощался. Я его поблагодарил за помощь и спросил, как его зовут, он ответил: «Феликс». Мы с ним ещё несколько раз встречались, пока я не получил первую свою пенсию по инвалидности. Он меня постоянно консультировал по поводу оформления инвалидной выплаты.
Скоро я без особых проблем оформил себе эту долгожданную пенсию, а с этим человеком мы больше никогда не виделись. Пенсионные деньги немножко улучшили положение нашей семьи, но здоровье мамы ухудшалось с каждым днём. Часто она находилась в беспамятстве. Когда она приходила в сознание, то она иногда спрашивала, почему на руках у меня перчатки. Я отвечал ей, что они выписаны врачами. Они необходимы в целях обеспечения санитарии в доме. Она осталась довольна моим ответом и больше не задавала подобных вопросов, так как здоровье уже не позволяло ей что-то говорить.
Дома я находился в рубашке с длинными рукавами и в перчатках. Перчатки я снимал, когда уходил к себе в комнату. На улице я тоже носил перчатку на невидимой руке. При расспросах знакомых о роли перчатки на руке, я утверждал, что у меня проблемы с кожей и ношение перчатки – это предписание лечащего врача. Людей, интересующихся моей рукой, было совсем мало. Наша семья уже давно вела отшельнический образ жизни. Поэтому моя невидимая рука мало кого интересовала.
А совсем недавно я на местном рынке покупал продукты. Как обычно я ходил вдоль рядов и выбирал что-то недорогое и съедобное. Часто продавцы делали мне небольшие скидки, так как я инвалид и постоянный покупатель. В этот злополучный день я выбирал апельсины. Я знал продавца, который продавал сладкие, вкусные фрукты. Когда я подходил к его прилавку, я заметил, что передо мной стоит богатая на вид женщина и покупает мандарины.
С левого её плеча свисала дамская сумка. Она была открыта, а внутри я заметил прелестный кошелёк, из которого торчали концы бумажных купюр. Меня очень заинтересовал этот объект. Я не удержался и автоматически запустил свою невидимую руку в сумку, а потом осторожно достал кошелёк. Но тут хозяйка сама полезла в сумку для того, чтобы достать деньги и расплатиться с продавцом. И каково было её удивление, когда она не нашла там кошелёк. Она сразу обернулась по сторонам и увидела меня. И, наверное, по моим испуганным глазам она быстро поняла, кто стащил её кошелёк.
Женщина подозвала охранников и сказала, что я украл её деньги. Они схватили меня, обыскали, но не нашли пропажу, так как я успел выбросить кошелёк на пол. Охранники подняли его с пола и отдали ей. Она немного успокоилась, но меня отвели в комнату охранников. Там меня допросили, но я всё отрицал. Потом охранник позвонил в полицию и меня доставили к вам. Дальше вы всё уже знаете.
– Поверьте, я не планировал эту кражу, всё вышло машинально. Отпустите меня, у меня мама парализованная, без меня она умрёт, – жалобно просил однорукий воришка.
Капитан Добров дослушал рассказ инвалида-карманника без особого энтузиазма. Добров являлся реалистом до мозга костей. В его медицинской практике он много раз видел подобных неадекватов. И ему без каких-либо обследований стало ясно, что перед ним типичный персонаж с психическим расстройством. И он, конечно же, не собирался искать таинственного человека по имени Феликс, о котором рассказал задержанный.
«Таких нужно держать в клиниках на лекарствах, но никак не в тюремной камере», – думал он, глядя на инвалида. Сейчас у государства нет средств на содержание огромного контингента психопатов. Поэтому они гуляют по белому свету до очередного правонарушения. Но в тюрьмы таких не сажают, их отправляют на принудительное лечение. Пичкают их там всякими препаратами, нормализуют их поведение до относительной стабильности и опять выпускают на волю.
Добров знал, что если даже вина этого инвалида будет доказана, то его всё равно не посадят по двум веским причинам. Во-первых, у него явные проявления психического расстройства, а во-вторых, он инвалид без руки.
Капитан запротоколировал рассказ задержанного и велел калеке подписать документы с пометкой «с моих слов записано верно». Однорукий молча поставил подпись в указанное ему место. Затем безрукого отправили в камеру до выяснения остальных обстоятельств этого дела.
Спустя примерно час в кабинет капитана вошли перевозбуждённая мадам Розенцвайг в сопровождении подполковника Майкопова. Если быть точным, то в кабинет Доброва вначале сквозняком ворвались ароматы духов Оксаны Владимировны, а лишь затем вошла она сама с подполковником. Дама без спроса села на стул, на котором ещё совсем недавно сидел однорукий рассказчик.
Первым начал подполковник:
– Николай, Оксана Владимировна хочет забрать своё заявление.
– Понимаете, господа офицеры, – начала Оксана. – Всё, что произошло, – это нелепая случайность. И я бы не хотела, чтобы люди говорили, что из-за меня посадили в тюрьму несчастного инвалида без руки. Мне вовсе не хочется, чтобы по городу шли слухи о моей кровожадности и бездушности. Я не такой человек. В общем, я хочу, чтобы вы отпустили этого несчастного. Заявление, которое было написано мной в эмоциональном порыве, я забираю.
– Ну, что скажешь капитан? – спросил Майкопов у своего коллеги.
– Вы же не держите зла на этого однорукого?
Добров пожал плечами.
– Я лично ничего не имею против того, чтобы его отпустили, – облегчённо признался капитан.
– Отпустите его прямо сейчас, пожалуйста! – произнесла Оксана Владимировна. – Я тогда со спокойной душой пошла бы к себе домой. А то мало что с ним может случиться здесь. Я вас очень прошу.
Капитан приказал дежурному доставить сюда задержанного однорукого. Через пару минут тот уже стоял в кабинете Доброва. Инвалид взволнованно смотрел на присутствующих. Калека сразу узнал женщину, у которой он стащил кошелёк.
– Ну что, – начал подполковник, – сегодня твой день. Оксана Владимировна сжалилась и решила не наказывать тебя. Она забирает своё заявление, и ты сейчас идёшь на все четыре стороны. Мы отпускаем тебя, но делаем тебе на прощанье устное замечание. Если ты ещё раз попадёшь к нам с подобным делом, то мы тебя уже не отпустим так просто. Ты понял, о чём я говорю?
– Да, я всё понял, – растерянно произнёс инвалид.
– Выпиши ему пропуск, и пусть гуляет, – сказал подполковник капитану. – Ну что, Варламов Серафим Эфестович, вы свободны.
Добров быстро оформил дозволение, позвал дежурного и выпроводил инвалида за дверь.
– Спасибо вам большое, – обратилась к стражам порядка госпожа Розенцвайг. – Я очень рада, что всё так благополучно закончилось. Теперь я со спокойной душой пойду заниматься своими делами. Если вам что-то понадобится от нас, то мы с мужем к вашим услугам. Ещё раз благодарю, я пойду.
Она не спеша поднялась со стула и направилась к выходу.
– Я вас провожу, Оксана Владимировна, – услужливо произнёс подполковник.
Было видно, что хозяйка продуктовых магазинов излучала довольство тем фактом, что ей сейчас оказывают такие знаки внимания полицейские её города. Этот город она давно считала собственностью их семьи. Такую уверенность ей давали многочисленные толпы, посещающие торговые точки, принадлежащие её драгоценному супругу. Каждого человека, который ел хотя бы раз в жизни колбасы из их магазинов, помидоры или даже кефир с нулевой жирностью, она автоматически причисляла к существам, обязанным их сердобольной семье. Каждый кусок мяса или колбасы, съеденный кем-то, проходя через желудочно-кишечный тракт едока, должен был напомнить ему, кого он обязан благодарить.
Капитан Добров стоял у окна и смотрел, как важно из их участка выходит кормилица, мадам Розенцвайг. Даже из окна можно было заметить, что она очень довольна собой. Ведь она только что спасла инвалида от тюрьмы. Берегиня города села в свою роскошную машину и умчалась прочь.
Рабочий день ещё не закончился, но Добров уже чувствовал себя очень усталым. Капитану сильно захотелось домой. Он ещё давеча забил свой холодильник продуктами, купленными в одном из магазинов семьи Розенцвайг. Ему дико захотелось истребить половину этого запаса. Потом лечь на диван, включить телевизор и посмотреть какой-нибудь спокойный фильм, где ещё в начале киноленты будет ясно, что в конце неизбежно восторжествует добро.
Он жил один, поэтому темп жизни задавал сам. Добров когда-то был женат, и у него есть взрослый, самостоятельный сын. Бывшая жена вышла замуж вторично за какого-то менеджера. Его мало интересовала судьба бывшей. Они никогда не любили друг друга, но это он понял не сразу. Добров много раз находил новых женщин, но все они со временем ему надоедали. Николай часто замечал, что он почему-то заранее может сказать, как будут развиваться события с новой пассией до самой смерти. Эта предсказуемость его сильно раздражала. В такие минуты Добров впадал в хандру. Унывать он себе позволял только в домашней обстановке, и такое состояние длилось у него недолго.
Время от времени он скрашивал своё одиночество случайной знакомой. Требования к незнакомкам у него были очень простыми: привлекательность и немногословие. Вот что он сейчас ценил. Добров не любил, когда какое-нибудь милое создание начинало промывать его мозг радостями совместной жизни. Общий быт его заочно тяготил, и ему постепенно стало нравиться ходить бобылём.
Недавно он познакомился с девушкой в автобусе. Незнакомка внимательно читала книгу Стивена Хокинга. Физик-инвалид, автор книги, которую читала незнакомка, был специалистом по космическим делам. Девушка не просто читала книгу, но пыталась произвести впечатление на окружающих. Она демонстрировала предмет её страстного увлечения. И это ей легко удавалось, так как имя автора книги занимало больше половины поверхности обложки бумажного издания. Вероятно, печатники выпустили эту книгу не только для читателей, но и для окружающей публики, которая просто обязана была восхищаться выбором столь молодой, но очень разборчивой женской особы.
Добров восхищённо разглядывал читательницу. Она сидела напротив опытного холостого полицейского без мундира. Рядом с Добровым разместились гости из Средней Азии, которые не проявляли никакого интереса к трудам известного физика. Поэтому Доброву пришлось одному восхищаться милой барышней за всех остальных пассажиров.
Девушка заметила любопытный взгляд неизвестного мужчины, но старалась не подавать виду. После того, как установился визуальный контакт, наблюдатель нагло подошёл к ней и разузнал всё о космологии автора книги и о милой читательнице. Благо этому способствовали его природная мужская красота и цепкий ум. Добров за словом не лез ни в карман, ни в толстенные толковые словари. Всё необходимое находилось при нём самом.
Против ума и красоты вряд ли кто может устоять, ну разве что безграничная тупость некоторых людей. Девушка не относилась к таковым. Она всю ночь говорила не только о физике, но и о других интересных ей вещах. Утром зазвонил будильник полицейского, и он отправил новоиспечённую знакомую домой к её маме, а сам встал и открыл окно. С улицы подул свежий ветерок. Мозги полицейского начали работать в привычном режиме. «Надо почаще открывать окна, ибо тогда человек начинает лучше думать», – размышлял про себя капитан полиции Николай Добров.
Во дворе завели свой спор местные воробьи. Они никак не могли поделить кусочек хлеба. Эти воинственные птицы напоминали сонному капитану людей.
Применение невидимой руки
Экспериментатор сегодня стоял возле окна и думал о жизни. Феликс радовался тому, что помог Серафиму получить пенсию. Физик вспоминал те радостные минуты, когда считал себя счастливым человеком. Но таких мгновений, к большому его сожалению, он вспомнил немного.
Недавно он похоронил свою мать. Феликс вспоминал о ней, как о женщине, которая постоянно работала. Он редко посвящал её в свои повседневные дела. На её вопросы он отвечал коротко, но не точно. Такая манера общения не нравилась ей. Она всё время спешила на работу, поэтому не могла долго беседовать со своим взрослеющим сыном.
Вся окружающая обстановка в квартире Феликса напоминала частную библиотеку, которая изобиловала книгами. Иногда в книгохранилище, где работала мать, списывали малоценные издания, и она приносилась их домой.
Феликс подошёл к шкафу с книгами и стал про себя читать их названия. Сейчас его внимание привлекла книга с фокусами. Хозяин квартиры начал листать списанную литературу. Из короткого содержания бумажного издания молодой читатель узнал, что принцип фокусов основывается на ловкости рук и на оптических иллюзиях, которыми фокусник искусно пользуется себе на славу.
Он пролистал всю книгу, отбросил её в сторону, подошёл к окну и глубоко вздохнул. «Иллюзия – это очень интересно», – радостным голосом проговорил вдохновлённый читатель. Мысль о карьере иллюзиониста привлекла его внимание. Он прикинул, что для демонстрации фокусов с иллюзиями ему сейчас даже не потребуется больших стараний и годы тренировок. Ему также не надо будет никого обманывать. Зрители будут очень удивлены и рады тому, что может его невидимая рука. Читатель предался мечтаниям.
По крыше напротив стоящего дома важно передвигалась большая серая ворона. Она напоминала отставного бравого военного, потерявшего работу и не знавшего, чем заняться теперь.
Феликс воодушевлено приступил к иллюзионистскому ремеслу. Книгу «Занимательные фокусы» начинающий иллюзионист-любитель дочитал до последней страницы, но он не увидел в этих трюках того, что могло его удивить. А ему очень хотелось удивить и ошарашить этот слабо удивляемый мир. Для задуманного требовалось изучить наиболее эффектные трюки с исчезновением различных объектов нашего материального мира.
Он знал, что современного человека всё труднее и труднее удивить, удержать его в подобном состоянии ещё сложнее. Но экспериментатор упорно искал такую возможность. Начинающий авантюрист перелопатил всевозможные источники информации, но ничего интересного для себя пока не нашёл.
Классическая музыка настраивает на особый лад. Только человек может создать шедевры, которым не одна сотня лет, а они по-прежнему радуют слух и душу. Перед ночным сном Феликс любил слушать расслабляющую классическую музыку. Музыкальные произведения дарили ему спокойствие, возможность уноситься в другие миры, где нет натиска повседневных забот и проблем, требующих своего решения. Иногда Феликсу казалось, что человек пришёл на Землю для выполнения двух миссий: поиск ответов на бесчисленное множество вопросов и стремление к удовольствию.
«Человек по сути своей – объект, стремящийся к удовольствию. Переживание удовольствия может быть очень приятным моментом для человека как живого существа. Но если смотреть на него как на объект социальный, то можно увидеть, что он чаще старается скрываться в лоне удовольствия от возрастающих ежедневных проблем. Чем больше возникает стрессовых состояний, тем больше тяга к удовольствию. Стрессы подстёгивают к получению максимальной порции удовольствия.
Все живые существа на Земле необходимы друг другу. Одни служат пищей другим организмам, растения обогащают атмосферу кислородом. Все они вписываются в общую гармоничную систему нашей планеты. Но миссия человека на Земле до сих пор неизвестна. Голубая планета может легко обойтись без него. Возможно, она даже облегчённо вздохнёт после чудесного исчезновения представителей homo sapiens с её истерзанного им тела», – так думал он.
Поток его умозаключений остановил бог сна Морфей. Молодой мозг физика с радостью предался ночному отдыху. На следующий день после завтрака он вплотную приступил к изучению искусства иллюзионизма. Были рассмотрены множество трюков с исчезновением и благополучным возвращением их обратно. Но начинающий трюкач остался неудовлетворённым полученными знаниями. Он захотел вживую увидеть несколько хитроумных иллюзионистских трюков.
Феликс купил билет в цирк. Последний раз он посетил это заведение, когда он был ещё совсем маленьким. Тогда больше всего его удивили слоны своими слишком необычными и огромными носами. Тогда удивлённый мальчик не вспомнил ни одного живого существа, похожего на слона. Для Феликса он так и остался фантастическим живым созданием, которое смогло поразить его до глубины детского сознания.
Он повзрослел, появился интернет. Окружающий мир перестал будоражить его воображение так ярко и неожиданно, как первое живое знакомство со слоном. Клоунов он не любил, и в детские годы они ему показались совсем не смешными. Клоунада и сейчас ему кажется искусством, которое изжило себя. Его убил интернет.
Феликс купил билет на пятый ряд, напротив выхода артистов на арену. По совету бывалых эти места идеально подходили для просмотра циркового представления. Зрительские ряды в цирке в основном занимали родители со своими детьми. Одиноких посетителей встречалось совсем немного.
Представление началось выступлением воздушных гимнастов. Потом стали выступать дрессировщики, но почему-то слонов не оказалось в программе. Затем появились клоуны. Дети начали смеяться при виде этих уморительных разукрашенных взрослых дядь. Потом уже появился иллюзионист. Он демонстрировал несколько трюков с исчезновением различных объектов. Фокусник виртуозно проделывал свои номера, и чувствовалось, что он занимается этим не первый год. Все его движения были отточенные до полного автоматизма. Людям нравилось то, что он показывал. Многие с восхищением наблюдали за его манипуляциями. В их взглядах читалось только одно: как он это делает?
Феликс заворожённо смотрел на происходящее. Его очень впечатлило искусство этого человека в чёрном смокинге. Ему вдруг пуще прежнего захотелось стать иллюзионистом и тоже удивлять благодарную публику.
Представление продолжалось. Теперь на арену вышли жонглёры, но они Феликса уже не интересовали. Он уже видел себя в роли известного иллюзиониста, которого с нетерпением ждала признательная публика. Его взгляд переместился на руку, которая смогла исчезнуть.
Феликс недавно стал свидетелем поразительного случая. Всю зиму он носил на руках перчатки. Они спасали его конечности от мороза, но основное их предназначение заключалась в том, чтобы перчатка на левой кисти возвращала привычные многим очертания руке. В один злополучный день Феликс вышел на улицу. Природа готовилась к приходу весны. Снег начал таять под натиском тёплых лучей солнца. Феликс решил погулять по парку.
Когда он зашёл в парковую зону, птицы начали громко петь, словно долго ждали его прихода. Повседневный репертуар пернатых его города отличался завидным разнообразием и насыщенностью новыми весёлыми нотками. Дышалось очень легко. Феликс заметил недалеко от себя дерево, с которого свисала огромная сосулька. Ледяная масса своим весом прогнула ветку. Тяжёлая замёрзшая водяная стрела держала веточку в своём ледяном плену.
Феликс слепил снежок и запустил его в сосульку. Он попал в неё, но она лишь слегка пошатнулась, удержалась на прежнем месте. Тогда он запустил следом ещё пару тяжёлых, пропитанных водой снежков. Сосулька не выдержала такого обстрела и рухнула на землю, превратившись в мелкие безобидные куски льда. Веточка качнулась, словно кланяясь Феликсу за то, что он освободил её от ледяного заточения, которое длилось, возможно, не один месяц. Физик-экспериментатор остался доволен таким благополучным исходом.
Но сейчас больше всего начинающего фокусника волновали мысли о карьере иллюзиониста. Он начинал понимать, что может демонстрировать людям города более захватывающие номера с исчезновением его руки. Единственное, что ему не нравилось в программе иллюзиониста – это то, что он показывал в конце трюка исчезнувший объект. Принцип фокуса заключался в мастерском исчезновение какого-то предмета с последующим его возвращением на прежнее место.
Феликс мог бы показать трюк с перемещением какого-либо тела с помощью его необычной верхней конечности. Но он пока не мог вернуть видимость своей руке. Он полагал, что публике будет совсем необязательно знать, что рука действительно физически невидима, и что это вовсе не хитроумный цирковой трюк, а физическая реальность.
Солнце скрылось за огромным облаком. Сразу стало прохладно, птицы перестали петь. Феликс заметил, что его вязаные перчатки промокли насквозь. Руки стали мёрзнуть, особенно, невидимая. Он снял мокрые перчатки и положил их в верхние карманы куртки, а в нижние засунул свои окоченевшие от холода руки. Конечности выражали благодарность хозяину за этот гуманный поступок.
Утром Феликс почувствовал в руках острую боль. Кожа на кистях лопнула. Авитаминоз и игра в снежки сделали своё чёрное дело. Феликс достал из тумбочки крем для рук и намазал им обе руки. И кожа, как горячая пустыня, ожидающая живительную влагу, стала жадно впитывать целительные слои крема. Боль в кистях прошла.
Феликс лежал на диване, закрыв глаза. Он сейчас думал о многом. В это время в голове звучало многоголосье. Эта картина напоминала базарный день в самом разгаре. Жаль, думал про себя молодой физик, что художники ещё не создали картину с одноимённым названием. Феликсу захотелось увидеть огромную панорамную картину с обилием базарных персонажей, эмоции южных продавцов, восхваляющих свои продукты.
Усилием воли Феликс остановил ход мыслей. Он открыл глаза и стал осматривать свои руки. Его взору открылось удивительное явление. Невидимая рука стала абсолютно видимой. Он снова закрыл глаза и вновь открыл их – обе руки-трудяги стали отчётливо видны, как будто с ними ничего и не происходило. Феликс радовался этому событию, как ребёнок. Экспериментатор очень долго рассматривал руку-невидимку, боясь потерять её снова из виду. Но конечность нисколько не собиралась играть с ним в прятки. Напротив, она словно говорила: «Неужели всё это время ты меня не замечал?! Странно! Обидно даже как-то».
Иллюзионист с восхищением осматривал свою руку. Потом Феликс тихо произнёс: «С возвращением, мой работящий собрат!» И он крепко обнял одну руку другой. Две руки ухватили друг друга в плотные тиски. Возвращение в видимый мир своего собрата было восторженно встречено второй верхней конечностью. Феликс переживал непередаваемое чувство. Он снова видел свою родную руку, которая была рядом всё это время и выполняла все возложенные на неё обязательства.
Феликс поднялся с кровати, аккуратно придерживая руку-невидимку. Голод напоминал ему, что необходимо съесть что-нибудь. Он решил посмотреть, как будет готовить ему еду некогда потерянный друг. Экспериментатор очень осторожно включил её в процесс готовки жареной картошки и котлет. Феликс очень любил и то, и другое. Вначале он занялся мясом. Через некоторое время котлеты уже жарились на горячей сковороде. Во второй сковороде с шумом готовилась сочная картошка. По кухне распространялись животворные ароматы любимых блюд.
Обе руки выполняли рабочие манипуляции чётко и слаженно. С особой радостью Феликс наблюдал за действиями некогда невидимой руки. Она нисколько не капризничала из-за повышенного внимания и заботы о ней. Феликс пытался не перегружать её излишней работой. Наконец и пышные котлеты, и сочная картошка стали окончательно готовы к горячему и сытному потреблению.
Феликс набил свою тарелку картошкой, а сверху накрыл её пухленькими, ароматными котлетами. Из холодильника он достал зелёные крепкие солёные помидоры, огурцы и капусту. Сегодняшнее меню иллюзионист решил сделать праздничным в связи с возвращением на место утерянной руки. И это меню говорило: «Мои съестные составляющие самодостаточны, и больше ничего не надо». И Феликс в этом убеждался, вкушая каждый ингредиент столь простой, но такой сытной еды.