Лучшее Имя Бога. Свами Ванкханди Махарадж: интервью, сатсанги, указатели, притчи

Ванкханди Махарадж живет в потоке. И говорит он тоже в потоке. В бурном и в то же время размеренном. Поток этот совершенно невозможно как-либо контролировать или направлять. По этой причине представленные здесь три беседы — это не совсем интервью.

Кажется, Махараджу достаточно всего одного истинного вопроса, чтобы его ответ превратился в длинный монолог. Даже если ответ по существу спрошенного уже прозвучал, Махарадж продолжает погружаться все глубже и дальше в какие-то смежные с заданным вопросом сферы. Подобно дереву, которое молниеносно растет у тебя на глазах, тут и там выпуская все новые и новые ветви… И очень трудно прервать этот поток, чтобы задать следующий вопрос, когда он возникает в процессе ответа. Да и не хочется прерывать.

Однако Махарадж, продолжая говорить, часто каким-то непостижимым образом сам начинает отвечать на возникшие по ходу его монолога, но так и не озвученные вопросы, если они действительно требуют ответа.

Разговор Первый. От дживы к Атме

Ануприя, которая согласилась поехать со мной в ашрам, чтобы переводить мои вопросы с английского на хинди, а затем ответы Махараджа с хинди на английский, представила меня, сообщив Махараджу, что я хочу задать ему вопросы, чтобы потом опубликовать ответы на русском языке. «Ти́ке»2, — без видимого энтузиазма, но с готовностью согласился он. Не то чтобы ему было все равно, но, кажется, чтение газеты, от которой мы его таким образом оторвали, было для него в тот момент более актуальным, чем разговоры.

Сидарт: Махарадж, я хочу задать вам несколько вопросов. Меня на это вдохновил ваш русский ученик Ниранджан. Он полагает, что такое интервью вызовет большой интерес и принесет пользу людям, особенно русским людям, которые вас окружают. Я уже взял много интервью у самых разных духовных учителей, некоторые из этих бесед впоследствии сложились в книги. Ниранджан читал эти интервью и книги и предложил создать подобную книгу и о вас, чтобы распространить ваше учение. Вот поэтому я здесь.

Ванкханди Махарадж: Вы будете писать книгу для русских людей? Здесь сейчас живет много русских, они приезжают делать садхану, заниматься практиками. Я им все время говорю: главное — это доброта. Относитесь ко всему с добротой. Делайте севу с добрым отношением к миру и с большой любовью ко всему окружающему. Но без привязанности. Не ссорьтесь, не враждуйте. Не держите зла в сердце. Ни на кого не надо гневаться. Часто люди не сдерживаются, раздражаются, изливают злобу друг на друга. Но со злобой и раздражением по жизни идти нельзя, этим ты ничего не добьешься. Наоборот, только себе навредишь. Раздражение и гнев опустошают человека, лишают его энергии. Энергия внутри такого человека иссякает.

Очень важно научиться жить в состоянии сантоши, полной удовлетворенности и согласия с действительностью — такой, какая она есть. Что есть, то есть, как складывается, так складывается — не надо дергаться и желать в одночасье изменить ситуацию. Принимай с благодарностью то, что имеешь, что досталось тебе — еду, воду, все что угодно, — довольствуйся и радуйся тому, что пришло к тебе на данный момент. В твоей душе не должно быть пустых метаний: «это есть я буду, а это не буду, это хочу, а это не хочу». Метание от одного каприза к другому, от одного желания к другому — это неправильное отношение к жизни.

Сидарт: А что самое важное в жизни?

Махарадж: Самое важное в жизни — это взять под контроль манас, обыденный ум, основу которого составляют мысли и реакции, идущие от чувств и эмоций. Обыденный ум, манас, надо взять под управление, успокоить, победить, обуздать. Победив манас, надо все свое внимание направить на то чистое, вечное, неизменное и неуничтожимое, что всегда присутствует в нас, — кто-то называет это Атмой, кто-то Истиной, кто-то Брахманом. Неизменную, неуничтожимую, вечную константу надо в себе отыскать. Это требует внутренней самостоятельной работы, глубокого изучения и наблюдения себя, созерцания, размышления. Кто мы? Откуда взялся этот внешний мир? Как мы в нем оказались? Где же конечная, абсолютная Истина? Ведь это тело не есть Истина. Оно изменчиво и преходяще. То, что подвержено изменениям, не может быть абсолютной Истиной. Истиной может быть только то, что никогда не меняется. Надо разобраться, что в нас меняется, а что остается нерушимым и вечным. Это Атма3. Или абсолютная Истина. Кто как называет. Она никогда не меняется. Ни при каких условиях. Она в тебе остается неизменной в любых состояниях — и когда ты был ребенком, и сейчас. Истина была здесь до рождения тела и останется после его смерти.

Вот эту Истину и надо пытаться нащупать, распознать. Поиск Истины — это особый путь. Чтобы пойти по нему, нужно определенным образом нацелиться, настроить себя, поменять свой образ жизни, соблюдать дисциплину, создать для себя правила и выработать новый стиль поведения. Надо принять саттвический образ жизни, питаться только саттвической пищей. Твое поведение, общение с миром и людьми — и это главное — должно стать саттвическим. Простым и скромным. Ты должен быть ровен, спокоен, вежлив, терпелив. Это саттвическое поведение. У тебя должно быть равное, беспристрастное отношение ко всему. Никакого отторжения, нелюбви или, наоборот, пристрастия к кому-либо или чему-либо.

В «Рамаяне» сказано: «Тот, кто отречется от желаний, страха, горя и радости, найдет пристанище в сердце Моем». В идеале ты должен стремиться выработать в себе состояние самдарши — ровного отношения ко всему происходящему, отстраненного взгляда на вещи, способности смотреть на все явления в жизни одинаково, будь то радость или же горе. Самдарши — это отсутствие эмоциональной привязанности к событиям и явлениям.

Из твоей души должны уйти желания и связанные с этим мысли. Самдарши — вот на что должна быть направлена твоя садхана. Никаких желаний. Ты спокоен и ровен — и в печали, и в радости.

Сидарт: Почему так важно победить свой ум? И что в точности это означает?

Махарадж: Все, что мы совершаем в этой жизни, связано с деятельностью манаса. На нем завязаны все реакции и мыслительные процессы. Мы смотрим на мир через него. Мы думаем через него. Он объединяет в себе наши чувства, мысли, эмоции и эго. Через него наше тело входит в контакт с окружающей действительностью, образуя привязанности. Он — наш инструмент взаимодействия с миром. Дальше все зависит от того, как ты пользуешься этим инструментом. Куда ты приложишь его, куда направишь свое внимание, там и возникает связь. Его можно направить на самсару, на еду, на мирские цели и удовольствия. А можно направить на познание Истины, на укрепление его связи с Божественным.

Сидарт: Несомненно, направить ум к Богу куда важнее, чем на мирские дела и удовольствия. Но как это сделать? Нужно ли каким-то образом сформировать в уме привязанность только к Богу? Или же лучше, чтобы у нас не было вообще никаких привязанностей, даже к Богу?

Махарадж: Манас может соединяться с чем угодно. Над мирским умом, манасом, стоит высший ум — буддхи, который дает нам вивеку, встроенную в нас изначально способность отличать добро от зла, истинное от ложного. Вивека и буддхи есть в каждом из нас. У манаса нет глаз. Нет зрения и нет осознанности. Он, словно маленький ребенок, хватается за все, что притягивает его. Он не понимает, что здесь может упасть, а здесь обжечься. Ребенок тянет руки в огонь, потому что не знает еще, что обожжется. Но буддхи — это наша накопленная за многие жизни мудрость, внутреннее знание, опыт и способность принимать решения. И если манас передать в руки буддхи, то высший ум-буддхи [разум, интеллект] выведет манас на правильную дорогу. Далее все уже зависит от того, какая цель стоит перед тобой — хочешь идти по дороге в рай, буддхи выведет тебя на дорогу, ведущую в рай. Хочешь пойти в самсару, по пути карьерного роста и зарабатывания денег, буддхи поможет тебе в этом.

Ну а если манас не отдать в управление буддхи, то он будет предоставлен самому себе, будет прыгать и метаться между разными желаниями, страстями и крайностями. Но такое метание ума только истощает твою энергию. Чем больше мечется и блуждает твой обыденный ум, тем слабее энергетически ты становишься.

Индрии, наши чувства, можно сравнить с лошадьми, запряженными в колесницу. Что управляет ими, держит их в узде и не дает разбежаться в разные стороны? Вожжи. Наш манас и есть эти вожжи. А вожжи кто держит в своих руках? Возничий, буддхи. Стоит буддхи-возничему ослабить вожжи, лошади побегут врассыпную и потащат за собой манас — мысли, эмоции, эго. Если ум находится в крепких руках буддхи, ты будешь двигаться верной дорогой. Не сойдешь с пути. Поэтому очень важно, чтобы ум твой находился в твердых и надежных руках вивека-буддхи. Если даже эго-эмоции-мысли (манас) и попытаются метнуться в бок с дороги, буддхи своим волевым решением и осознанной мыслью вернет их на верный путь.

Перед каждым мудрецом-муни в Индии всегда стоял двойственный выбор — шрей или прей. Шрей — духовная радость, прей — мирская радость. Либо идти в сторону самсары и стремиться к благополучной жизни в физическом мире, либо идти к Богу, Ишваре4, Атме. Два главных пути в жизни, два направления. Нельзя идти сразу по двум дорогам или срединным путем. Надо выбрать что-то одно. Можно стремиться только к одной цели. Здесь нет середины. Сразу в два яблочка попасть невозможно. Если у тебя в стакане чай, а тебе несут молоко, то, чтобы выпить молока, надо будет вылить из стакана чай. В один стакан в чистом виде чай и молоко на поместятся. От чего-то придется отказаться. А что-то принять бесповоротно и окончательно. Хочешь жить в самсаре, пойдешь дорогой самсары. Это будет твоя практика. Хочешь пойти дорогой, ведущей к Ишваре, надо отвернуться от самсары и приступить к духовной садхане. Какую садхану выберешь, той и надо заниматься. Отступать от нее нельзя. Две разные дороги. А манас один.

Сидарт: Как развить в себе вивеку? Как использовать свой интеллект, буддхи, чтобы выбрать правильный путь?

Махарадж: Буддхи уже с самого начала знает, что истинно, что ложно. Что правильно, а что нет. Буддхи изначально знает, что огонь горячий, и твое тело может получить ожоги. И он говорит нам об этом. Наши органы восприятия, глаза, например, показывают нам то, что снаружи. А буддхи показывает и раскрывает знания, которые у нас уже есть внутри. Но для этого надо научиться вслушиваться в него, вдумываться, улавливать его послания. Для этого необходимо использовать свою силу исследования — отрешиться от внешнего, закрыть глаза, сфокусироваться, сосредоточиться на своем внутреннем «Я»: «Кто я? Откуда я?»

Сидарт: А как научиться слышать именно свой буддхи, высший ум, а не манас? Как сфокусироваться внутри, каковы ваши практические рекомендации? Как сфокусироваться внутри себя и действовать с позиции буддхи, а не с позиции изменчивого ума, манаса?

Махарадж: Для этого в йога-сутрах прописаны определенные правила. Ты ставишь цель, принимаешь решение добиться ее и неукоснительно следуешь правилам, дисциплине. Прямой выход на общение со своим буддхи требует постоянной абхьясы — тренировки, практики и еще раз тренировки. Это так же, как в занятиях спортом или музыкой. Без постоянных упражнений, тренировок и занятий ты ничего не добьешься. Все приходит только с настойчивой практикой. Ты принимаешь для достижения своей цели необходимые правила, даешь себе зарок, усваиваешь определенный алгоритм действий и неукоснительно придерживаешься этого алгоритма. Очень важна ритмичность, регулярность выполняемых тобой занятий.

Знаменитый музыкант Устад Бисмилла Хан, исполнитель на индийской флейте шехнаи, был удостоен премии Бхарат Ратна. Это высшая гражданская государственная награда Индии, знак признания заслуг перед обществом высшего уровня. Так вот, даже после получения наивысшего признания Устад Бисмилла Хан все равно продолжал ежедневный рияз — до конца своих дней каждый день по утрам он садился за инструмент и оттачивал свое мастерство. Он уже ушел из жизни. А перед самой смертью он выразил только одно желание: чтобы флейта до самого конца оставалась лежать в его руках. Он достиг международного признания, у него было много учеников, но он никогда не прекращал свою абхьясу.

Помимо абхьясы нужно подчинить свою жизнь определенному распорядку, режиму дня. Медитировать нужно с ритмичной регулярностью в определенное время и в определенном месте. Потребуется войти в четко отлаженный ритм жизни — в одно и то же время утром вставать, в одно и то же время принимать пищу, ложиться спать.

Большое внимание нужно уделять тому, чем ты питаешься. Питание влияет на состояние здоровья, ума и психику. Правильное саттвическое питание дарит нам состояние ровного покоя и способность сосредотачиваться. Резкая пища, например, слишком острая, соленая или кислая, приводит к возбужденному, взвинченному состоянию психики. Вам трудно будет собой управлять. Питайтесь саттвической пищей — ешьте больше фруктов, овощей, пейте соки, молоко. Такое питание будет поддерживать вас в состоянии спокойного ясного ума и сосредоточенности. Будет содействовать абхьясе, практике.

В «Бхагавад Гите» сказано:

Придерживайся в своей садхане правил, способствующих достижению намеченной цели. Подбери соответствующую диету. Очень важно время, в которое ты встаешь по утрам. Лучше всего вставать рано утром, в 4 часа. За десять минут до восхода солнца. Если мы хотим установить контакт с Божественным, надо вставать до того, как Бог твой проснулся. Как писал поэт Ваншидхара Шукла:

Нельзя допустить, чтобы твой Бог проснулся, а ты еще спишь. Встань до рассвета. Умойся. Сделай пуджу6 и погрузись в медитацию-дхьяну. Придерживайся такого распорядка. А если тот, кого ты любишь всей душой, уже проснулся, а сам ты еще пребываешь в темноте сна, то кто ж виноват?

Далее по поводу количества пищи, которое мы должны принимать. В человеческом желудке три отсека. В любой машине имеется двигатель, бак для бензина, масла и воды. Так и в желудке есть место для пищи, воды и воздуха. И желудку требуется равное пространство для этих трех составляющих. Если же мы набьем желудок до отказа пищей, то не останется места для воды и воздуха. Поэтому употреблять еду надо только на одну треть желудка, не более, оставляя место для воды и воздуха. Если вы будете принимать умеренное количество пищи, вас не будет одолевать сонливость и лень. На полный желудок концентрация сознания невозможна.

Сидарт: Я слышал об этих правилах, читал о них, но хочу уточнить, насколько действительно здесь все зависит от человеческих возможностей? Как далеко простираются здесь реальные силы человека? Ведь все мы ограничены нашими кармическими условиями. Например, Вы объясняете, как правильно нужно питаться, но в нашей жизни у нас у всех есть определенные привычки, предпочтения, влечения. Кроме того, нас связывают разные обстоятельства. Например, кому-то часто приходится есть вне дома, а кто-то не может переломить традиции своих семей и вынужден питаться так, как это принято там. В общем, иногда не так уж просто изменить свой образ жизни, даже если мы этого хотим. Что вы посоветуете в этом случае?

Махарадж: Надо твердо определить для себя, что Я — это не тело, Я есть Атма. Надо утвердиться в этом знании. Карма предыдущих жизней влияет на складывающиеся события и обстоятельства в этой жизни. Но ты должен утвердиться в сознании: Я не есть тело, Я есть Атма. Вечная, неразрушимая и неизменная. Пребывай твердо в этом сознании, и обстоятельства перестанут влиять на тебя. Карма не будет влиять на тебя. Часто от обидных слов, сказанных кем-то, мы вспыхиваем от гнева. Но тот, у кого есть это знание и твердая убежденность, не испытает гнева. Он не почувствует обиды. Пребывая в этом сознании, он не обращает внимания на голод и холод. Все его внимание сосредоточено на Атме. Атма не ест и не пьет. Не спит и не бодрствует. Она непоколебима. Для нее все одинаково. Она неизменна. Она вне кармы. Ей не страшны ни жара, ни холод. Она хоть и связана с телом, но обстоятельства никак не затрагивают и не меняют ее. Она не испытывает мучений. В ней нет желаний и сомнений, нет капризов — это я съем, а это не буду. Это все внешнее, наносное. И когда человек пребывает в твердом знании, что он есть Атма, он самым естественным образом принимает ровно и спокойно все, что попадается ему на пути — что Бог послал, то и хорошо. Бог голодным никого не оставит. Каждому своя роти достанется.

Мы говорим: «моя рука», «моя нога», «мое тело». Мы же не говорим: «я есть рука» или «я есть нога». То есть, моя рука или нога — это нечто отдельное от меня, часть моего тела. Так кто же это говорит «моя»? Тело не говорит, что я есть тело. Значит, я — это что-то одно, а мое тело — это что-то другое, отдельное от меня. Если человек говорит «это мой дом», то разница между «домом» и этим человеком очевидна, они отдельны друг от друга.

Свами Ванкханди, 2015 г.

Только тот, кто ищет себя, имеет шанс познать другого. Сначала найди себя, пойми, кто ты есть. Кто я — Атма или тело? Вот, например, моя рука. Что значит «моя»? И чья это на самом деле рука? У меня болит нога. Чья нога? Моя. Хорошо, а ты кто? Нога — это ведь не ты, если ты говоришь «моя». Тот, кто говорит «моя», это и есть ты.