Оставь страхи. Живи

Пролог

29 декабря 2006 года

Запись из дневника

Дорогой мой дневник, остались считаные минуты… Пишу буквально на сумках, ведь мы, я и моя семья, отправляемся в зимнюю сказку. Папа снял на Новый год загородный домик. Там все в снегу, во дворе стоит большая живая ель, которая ждет, когда мы ее украсим, в камине уже, наверно, весело потрескивают поленья и повсюду разносится приятный еловый аромат. А мы с сестренкой будем лепить снеговиков и ждать папу с рыбалки, ведь дом находится на берегу озера. Я так жду этого праздника. Мама приготовит огромный праздничный стол…

Я обязательно тебе опишу все в подробностях, как только мы прибудем на место, а пока… Меня уже зовут родители.

Пока мой дорогой друг и с наступающим тебя праздником.

Это была последняя запись. Я сидела на полу у кровати и читала потрепанную тетрадь. Не понимаю, как он сохранился? Видимо, когда я переезжала к своему дяде, тот просто покидал все вещи в коробки. И надо же было наткнуться на него именно сегодня. Прошло десять лет… Почти… Завтра будет десятая годовщина. А та ужасная картина не уходит из моей головы, каждую ночь мне снится один и тот же сон. Наша счастливая семья… Папа, мама, я и моя сестренка близнец – Яна. Мы такие радостные и беззаботные едем отмечать Новый год и Рождество загород. Кто бы мог знать, что жизнь может так кардинально измениться за пару секунд…

Я плотно зажмурила глаза, слезы снова были готовы политься из моих глаз, а грудь сдавило от непереносимой боли. В тот день я видела своих родных в последний раз.

Жуткая авария. Фура вылетела из-за угла… Какой-то дальнобойщик также спешил домой к своей семье, но на пути оказалась наша машина… Скользкая дорога, превышение скорости, жуткие заносы… Улыбающиеся мамино лицо вмиг сменилось ужасом… Резкий удар и темнота… Я очнулась в больнице, все тело ломило, но в голове был только один вопрос. Где мои родные?

Тогда на пороге палаты появился мой дядя. Его осунувшееся лицо, ссутуленные плечи и опущенный в пол взгляд… Комок снова подступил к горлу, я пыталась сдержать слезы, вспоминая тот день.

Мой дядя – Миша… Он должен был подъехать к нам тоже, но чуть позже. А получилось, что забрал только меня из больницы. Вся моя семья погибла. Они все ушли, оставив меня одну с этой болью. Из-за глупой аварии и спешки перед праздниками я лишилась сразу трех самых близких мне людей. Остался только дядя Миша и я. Это была моя новая семья.

Но я до сих пор не могла жить полной жизнью. Хоть дядя и делал все возможное для этого. Он стал моим единственным родным человеком. И я каждый день жила в страхе, что могу потерять и его.

Многочисленные психологи тогда работали с восьмилетней девчушкой, пытаясь восстановить мою психику, но им так до конца и не удалось этого сделать. Все мои страхи до сих пор присутствовали. Я боялась машин, особенно фур, боялась скорости, боялась дальних поездок. Если дядя долго не брал трубку, я панически сжимала телефон руками и переставала дышать. Друзей у меня также практически не было, я не желала их заводить. Зачем? Чтобы снова разбить свое сердце? Нет, мне это не нужно. О парне даже речи не шло. Единственной и верной подругой была до жути упрямая Ирка. Собственно так мы с ней и подружились. Она просто не оставила мне выбора… Впилась в меня как пиявка в первый же день учебы в новой школе.

Я снова бросила взгляд на злополучный дневник, схватила его и закинула обратно в пыльную коробку, отправив ее на антресоль. Нужно будет избавиться от нее потом.

– Аня, ужин готов, – послышался заботливый голос Миши. – Мой руки. И за стол. Сегодня у нас твое любимое жаркое. – напевал он себе что-то под нос. Давно я не видела его таким беззаботным. И это радовало, хоть кто-то из нас начал возвращаться к жизни.

– Уже иду, – крикнула, прочистив горло от болезненного комка, вздохнула пару раз, как учили меня психологи, выкинула все горькие мысли из головы, вытерла рукавом свитера две мокрые дорожки на щеках и пошла на кухню.

Глава 1

– Я не приму от тебя никаких возражений, – с этим категоричным заявлением подсела ко мне Ира за парту.

Я только непонимающе наморщила лоб и по привычке стала рассматривать ее идеальную внешность. Прямые светлые волосы струились шелком по плечам, пухлые губки сейчас были сжаты, выражая непоколебимость ее намерений на мой счет, а ярко-голубые глаза, многие считали, что это линзы, сверкали голубыми искорками. Одета, как всегда, по последней моде и, главное, со вкусом. И на ее фоне я. Мышиный цвет волос, серые глаза и худое, даже тощее тело. Одета во все черное с неряшливым пучком на голове. Это мой пожизненный траур. Но на это уже никто не обращал внимания. Все принимали меня такой какая я есть. И уже никто не удивлялся, что такая яркая личность, как Ира, делает рядом со мной.

– Не понимаю, о чем ты, – решила притвориться, но с ней этот номер никогда не проходил.

– Серьезно? – посмотрела она на свои дорогие часы. Чтобы понять, сколько у нее в запасе времени и тем самым выстроить свои доводы в пользу того, что хотела мне предложить. Вернее уже заставить, ведь по ее же словам у меня просто не оставалось выбора. – Вечеринка. Новый год, – стала она как бы напоминать мне, тем самым подыгрывая. – Так вот, я и ты идем на эту вечеринку. Она будет проходить в загородном доме Стаса Елагина. Он вчера лично подошел ко мне и пригласил. А ты же знаешь, как он мне нравится. Анечка, пожалуйста, ты же не оставишь меня одну. – захныкала она, взяв самым мощным оружием. Но в этот раз я должна быть твердой к ее слезам. Тем более что они ненастоящие, напомнила сама себе.

Этот Стас стал просто ее напастью. Она могла говорить о нем хоть целый день, но при этом нужно отдать ей должное, Ира вела себя достойно в отличие от стада других девчонок, которые буквально не давали проходу этому парню. Понятное дело. Симпатичная внешность и упакованное будущее делали свое дело. А вот Ирка, за что я очень гордилась ей, никак не выказывала своей симпатии, чем, видимо, и зацепила золотого мальчика.

– Ир, сама посуди, – скрестила под партой руки наудачу. – Зачем я тебе там нужна. Если он сам к тебе подошел, значит и весь вечер посвятит только тебе, а я буду как пятое колесо в телеге… И ты сама сказала, что он пригласил только тебя. Про меня и речи не идет.

– Глупости. Никаких пятых колес. И ты тоже получила приглашение. Да, – закивала она на мое недоверие, – Он и тебя пригласил, – вцепилась она в меня своими наманикюренными пальчиками. – Я не смогу… Я же… Вот видишь, даже сейчас… Стоит мне только о нем подумать, как теряется вся нить разговора. Я и двух слов связать не могу. Аня, ты должна мне помочь.

– Нет. Нет! И откуда он, вообще, знает о моем существовании? – замотала яростно головой. – Я не могу. Ты же знаешь, что Новый год я провожу всегда с Мишей. Я не могу оставить его одного…

– Так, возьми и его с собой. Он не так уж и стар для таких тусовок, – тут же нашла выход подруга, пропуская мимо ушей мой вопрос. Когда Мише пришлось взять надо мной опеку, ему самому исполнилось только двадцать три года. Мы всегда были скорей как брат с сестрой, нежели отец и дочь. Но все же это вечеринка для студентов, а не для тех, кто десять лет назад окончил институт. Я знала точно, что он не захочет поехать и была полностью с ним солидарна.

– Ира, ты сейчас говоришь явные глупости. Миша не согласится на это.

– А ты у него даже не спрашивала. Я сама ему предложу, вот и посмотрим, – щелкнула она радостно пальчиками.

– Попробуй, но я тебя предупреждала, – я уже просто чувствовала запах победы и спокойного домашнего праздника.

– И попробую-попробую, – вот твердолобая! Только и помотала я головой, закатив глаза.

На этом наш спор был закончен, так как в аудиторию вошел преподаватель. Сегодня был последний зачет перед Новым годом, а после должна была начаться сессия. Он быстро раздал нам бланки, после чего каждый уставился с умным лицом в листок с вопросами.

– Жди моего звонка, – напомнила подруга, как только мы вышли из аудитории, сдав свои заполненные листки.

– Хорошо, – отмахнулась я от нее. Что толку спорить? Все равно вечером она услышит уже твердый отказ от самого Миши.

– А, хотя… чего тянуть, – улыбнулась она своим мыслям и достала телефон. – Я сейчас же ему и позвоню.

Я лишь с недовольным лицом уселась на стул возле аудитории в ожидании оглашения результатов нашего последнего зачета. И так продолжается уже девять лет. Когда я перешла в другую школу, она сразу же вцепилась в меня клещом. Постоянно что-то рассказывала, куда-то звала. Ее даже не смущало, что я первое время просто молчала, специально игнорируя ее присутствие. Только она смогла сломать мою стену отчуждения. Все сдавались сразу же при первой попытке. А Ира… Сейчас я так этому рада, но в то же время очень боюсь. Страшно будет потерять ее. Даже когда мы в этом году поступили в институт… Я думала наши пути уже здесь разойдутся. Ведь она всегда мечтала о карьере модели. А сейчас сидит со мной на кафедре бухгалтерского учета. Как она здесь оказалась? Сама Ира ответила просто: «Я без тебя никуда». И в итоге мы снова вместе. Я ее люблю. Очень. Посмотрела на подругу, которая набирала номер телефона моего дяди.

– Миша, привет. Как жизнь? Как дела? Аня? Нет с ней все хорошо, – затараторила она в трубку. Миша, как и я, всегда волновался за меня. Даже сейчас он расценил звонок подруги, как то, что со мной что-то случилось. А тем временем Ирка начала свою атаку на моего дядю. Я даже уже перестала слушать ее монолог, но она вдруг посмотрела на меня с виноватым лицом. – Сегодня? Прости… Не понимаю, как я могла забыть. Хорошо, пока. – отключила она телефон и подсела ко мне молча, просто, крепко обняв.

Сегодня была годовщина смерти моей семьи. После зачета я собиралась ехать на кладбище, чтобы увидеть их и поговорить. Первое время я, вообще, оттуда не уходила. Мишке приходилось силком забирать меня с холодной скамейки замершую и колотящуюся от холода, после чего я жутко болела. Сейчас я прихожу к ним только в этот день и еще на день рождения каждого из семьи. Самое тяжелое испытание – день рождение сестры и не только оттого, что это и мой день… Именно я виновата в ее смерти. Это я своими же руками убила родную сестру.

– Ань, прости дуру, – наконец, подала виноватый голос Ирка. – Сама не понимаю, как я могла забыть.

– Ничего страшного, – обняла ее в ответ. – Ты же знаешь, я не в обиде, – сказала я искренне. Теперь у меня есть только Миша и Ира. Два самых родных и надежных островка в моем мире.

– Вот же глупая, – все не унималась она. – Пристала к тебе с какой-то дурацкой вечеринкой.

– Я же сказала, все хорошо. Так что хватит уже ругать себя. Лучше скажи, волнуешься перед оглашением оценок? – решила я сменить тему разговора.

– Нет, – уверенно заявила подруга. – Мы же все выучили с тобой, да и вопросы были легкими. Только на парочку, я думаю, ответила неверно.

– Тест и вправду был легкий, – согласилась с ней. Для нас с Ирой большинство зачетов и экзаменов были простыми, так как мы всегда все делали вовремя, а не оставляли, как другие студенты, на последний день. И если мы с ней сейчас сидели спокойно, то другие метались из стороны в сторону, закусывая локти. В этот момент, как раз, вышел преподаватель. Он быстро продиктовал наши оценки. Не сдавших зачет оказалось очень мало. Мы с Ирой были в большинстве и со спокойной душой покинули институт. Она подвезла меня до дома.

– Созвонимся, – вышла я из ее машины, послав ей воздушный поцелуй.

– Хорошо, – лицо подруги было все еще виноватым из-за того, что она забыла про годовщину смерти моих родных.

– Эй, – нагнулась я обратно к машине. – Хочешь, приезжай сегодня ко мне, посмотрим фильм или сериал?

– Уверена? – появилась на ее лице слабая улыбка.

– Конечно. Не хочу сидеть одна в комнате и хандрить, – я действительно этого не хотела. Каждый год одно и то же. Пора уже как-то учиться жить без… Я не смогла проговорить это себе. Но мне нужно попытаться это сделать. Может, даже и стоило бы сходить на эту вечеринку… Хотя нет. Поморщилась я.

– До вечера, малышка, – послала мне ответный воздушный поцелуй Ира.

– Пока, малышка, – передразнила ее и закрыла дверь машины.

– Летом нужно будет покрасить ограду, – поежившись от холода, проговорил Миша, осматривая потускневший заборчик с тремя могилками. После того как я приехала из института, мы практически сразу же отправились на кладбище с дядей, заехав только в цветочный магазин. Маме и папе купили по букету белых роз, а сестренке – белые лилии. Я как будто снова умерла вместе с ними. Тяжело было даже дышать. Где они сейчас? Как им там? Все ли хорошо? Нужно будет обязательно на обратном пути зайти в часовенку и заказать им службу и поставить свечки.

– Эй, малышка, – обнял меня Миша.

– Все хорошо, – выдохнула я белым паром. – А забор покрасим и лавочку заодно, – улыбнулась ему. Он только крепче сжал мою руку, согревая своими ладонями.

– Я хотел с тобой поговорить, – начал неуверенно Миша.

– Мм? – посмотрела на него. – Может, когда приедем домой? – указала я на то место, где мы сейчас находились, как бы говоря, что это немного странно говорить о чем-то постороннем на кладбище.

– Да уж, место не сильно подходящие. Но здесь и моя семья… Хочется верить, что они нас слышат… Я просто хочу поделиться со всеми вами… – было видно, что Миша не знает как сказать. – В общем, появилась одна девушка…

– Правда? – обрадовалась я за Мишу. Он, как никто, заслуживал любви и семьи. Настоящей семьи с женой и детьми. – Я очень рада за тебя. – обняла его.

– Ух, – выдохнул он с облегчением, как будто могло быть иначе. – Спасибо, Аня. Я так волновался и не знал…

– Перестань. Ты же знаешь, я тебя очень люблю и хочу, чтобы ты был счастлив. Поэтому даже не думай иначе. Лучше расскажи, кто она. Как выглядит? Как ее зовут? Какая она вообще? – засыпала его вопросами.

– Она… – задумался он, смотря на небо. – Она замечательная. Я скоро вас познакомлю… Ты не против, если Лера будет встречать Новый год с нами?

– Конечно, нет. Мы наготовим кучу вкусной еды, будем слушать Фрэнка Синатра и без конца есть мандарины… Ой, конечно, если Лера будет не против такой программы. – Неловко запнулась я. Ведь не знала, по душе ли Лере такое времяпрепровождение?

– Нет, она будет не против. Не поверишь, но все это нравится и ей.

– Я ее уже люблю, – улыбнулась ему от души.

– Я тебя люблю, малышка, – поцеловал меня в лоб. – Спасибо. Спасибо за то, что ты есть у меня. – мы крепко обнялись с ним.

– А тебе спасибо, что ты есть у меня. – это была наша маленькая мантра. Мы каждый год благодарили, что есть друг у друга и с нами все хорошо.

– А ты… – над чем-то раздумывал Миша. – Ты не хочешь принять предложение Иры и поехать с ней отмечать Новый год?

– Нет, – сразу же отвернулась в сторону.

– Ань, – присел на корточки рядом со мной дядя. – Я тоже хочу, чтобы ты начала жить, начала заводить себе друзей…

– У меня есть друзья. Ты, Ира… и сейчас я подружусь с Лерой. – поджала губы в протесте. Эта привычка осталась с детства.

– Ты же понимаешь, о чем я говорю. Сама сколько говорила мне. И вот я повстречал девушку и решил, что стоит рискнуть. Почему бы тебе…

– Нет. Я не хочу, – опустила глаза в замерзшую землю. Я не могла, я этого была недостойна, я этого очень боялась. – Я не могу.

– Попробуй, – настаивал Миша. – Поверь, не всегда так случается, – указал он на могилы родителей и сестры.

– Ты не хочешь, чтобы я встречала с вами Новый год? – задала вопрос Мише, чем явно обидела его.

– Даже не думай так. Я просто хочу, чтобы этот год стал для тебя другим. Стал чем-то большим, чем я, дом, учеба. Я хочу, чтобы ты выходила гулять, как делают все молодые люди в твоем возрасте. Хочу, чтобы ты начала встречаться с парнем… Хотя это странно наверно слышать от собственного дяди, но я просто желаю тебе счастья. Пойми Аня. Когда умерли твои родители… Твоя жизнь не закончилась и они не желали бы такого тебе. Ты когда-нибудь задумывалась над тем, что расстраиваешь их? Я думаю, что они бы хотели видеть тебя с улыбкой на лице, с горящими глазами от любви…

– Я… я не знаю, – растерялась от такого откровенного разговора. – Я не готова об этом говорить, – встала с лавочки. Мне хотелось поехать домой и зарыться под одеяло. Я не любила, когда на меня давили, а Миша сейчас именно этим занимался.

– Хорошо, – расстроено поднялся он. Мы прошли к часовне, где заказали молебны, а после в полной тишине отправились домой. По дороге я думала, что сильно обидела Мишу. И все это не стоит того. Может действительно сходить с Ирой на вечеринку? А если мне не понравится, я вызову такси… Или как-нибудь доберусь до дома. А может, там будет не так уж и плохо… Я набрала побольше воздуха в легкие.

– Хорошо, я пойду с Ирой… – сказала на выдохе, пока не передумала. – Но день и встреча Нового года по старой программе, а после мы с ней отправимся на эту дурацкую вечеринку.

– Почему дурацкую? – спросил Миша, но на его лице я видела явное облегчение. – Если ты так будешь думать, она такой и окажется. Мысли позитивно…

– Да-да, знаю. Они имеют свойство материализоваться. Но я ничего не жду… Потому что… Потому, – стала нервничать я и даже не заметила, что мы стоим уже возле нашего подъезда. – Мне представляется это каким-то пьяным бедламом. – закончила угрюмо повесив нос.

– Об этом я не подумал. Послушай, если так будет… Давай сделаем так. Если тебе что-то там не понравится, ты сразу же наберешь меня и мы с Лерой заберем тебя. Договорились? – вытянул он руку для пожатия.

– Обещаешь? – потянулась к его руке.

– Честное пионерское, – схватил он мою руку и пожал ее.

– Тоже мне пионер, – пихнула его, выходя из машины. – Но я на всякий случай предупрежу твою Леру. Хоть я ее еще и не знаю, но доверяю больше ей. – показала язык и побежала в подъезд, так как Миша уже скатывал в руках большой снежок.

Глава 2

Когда Ира узнала радостную для нее новость, она переворошила весь мой гардероб. Естественно, там ничего подходящего для нее не нашлось. Весь мой шкаф и комод был забит черными джемперами, водолазками, рубашками и джинсами. Все это она просто выгребала в одну большую кучу на полу и громко возмущалась. Да так, что Миша оказался вовлечен в разбор моей никуда не годной одежды.

В итоге этими двумя диктаторами было решено, что мы с Ирой отправляемся за новым гардеробом. Миша выдал мне внушительную сумму, сказав, что это будет его подарок на Новый год, так как я не хотела принимать деньги. В моей шкатулке была накоплена и так хорошая сумма. Каждый месяц дядя давал мне деньги на личные расходы, но я просто никуда не ходила, чтобы тратить их. Но даже это его не остановило, он сказал, что те деньги я смогу потратить и потом.

Поэтому сейчас я стояла в примерочной с кучей вешалок разнообразной одежды, а Ира продолжала что-то носить. Из моей же одежды было решено оставить малую часть, так как все выкинуть отказалась уже я.

– Ну что? – бесцеремонно вторглась в мое и так небольшое пространство подруга с ворохом новой одежды. – А ну-ка, покрутись. – начала она сама меня раскручивать. – Очень хорошо, – появилась на ее лице довольная улыбка. – Именно в этом платье ты и поедешь на праздник.

– Нет, – вцепилась я в яркую ткань платья. Для меня было непривычным уже то, что это платье, да еще и длина его чуть выше колена, а цвет, темно-розовый просто резал глаз.

– Что тебя не устраивает? Посмотри, я учитываю твой вкус. Ничего необычного и короткого. Это приличная длина, руки закрыты и грудь тоже. А юбочка. Только взгляни, – распушила она ее. – Словно колокольчик. Наденешь высокие сапоги, сделаешь прическу…

– Сапоги? Я не умею ходить на каблуках, – в моих глазах был явный ужас. Да еще она что-то говорила про прическу! Я не хочу делать на своей голове этот жуткий начес и заливать все лаком.

– Так, успокойся! – строго посмотрела на меня подруга. – Ты что мне не доверяешь? По-твоему, я могу нарядить тебя в наряд пугала?

– Нет, – пришлось мне признать, что Ира хорошо разбирается в моде.

– Вот и отлично. Во-первых, сапоги мы тебе купим просто на плоской платформе, сейчас мода допускает множество различных направлений, во-вторых, туфли будем смотреть на удобном невысоком каблуке или, как выход, есть балетки. Все постепенно. Ты сама не заметишь, как не сможешь жить без шпилек.

– Очень сомневаюсь, – еще раз придирчиво посмотрела на себя в зеркало.

– Оно тебе очень идет, – с теплом в голосе произнесла Ира.

– Спасибо, – только и ответила, смутившись, так как сама понимала, что платье действительно мне подходит. Даже мое вечно бледное лицо преобразилось.

– А вот это уже что-то, – обрадовалась она моей благодарности. – Так, все. Давай примерять остальные вещи. У нас еще поход в обувной и салон…

– Салон? Зачем? – снова приняла оборонительную сторону.

– Все не спорь. Так надо. Сегодня я наполовину твоя фея крестная. – стала сама снимать с меня платье.

– Почему наполовину?

– Потому что оплачивает все Миша, – натянула она на меня следующую вещицу цвета индиго.

После того, как новый гардероб был одобрен Ирой, мы купили еще несколько пар обуви, а затем она насильно усадила меня в кресло к стилисту. Единственным моим условием было не обрезать волосы. Ира была солидарна в этом вопросе со мной. Она только попросила освежить прическу и немного добавить цвета. В итоге в зеркале на меня смотрела совершенно незнакомая девушка. Вроде бы это я, но эти светлые прядки… И распущенные волосы с легкими локонами. А косметика… ее было немного, но я никогда до этого ей не пользовалась.

– Боже! – появилась Ира после маникюра. – Какая же ты у меня красотка. – обняла меня за плечи.

– Спасибо, – смутилась ее похвале.

– Сейчас еще купим здесь же косметику и домой, все разложим по полочкам, а завтра я помогу тебе с макияжем.

– Хорошо, – не стала я спорить с Ирой. Ей так нравилось быть феей, да и мне мой новый образ стал нравиться. Можно ведь допустить в свою жизнь немного красок? В голове стал точить червячок сомнения и вины. Если бы только Яна была жива… Мы бы вместе с ней вот так ходили по магазинам, посещали салоны красоты… По щеке потекла слеза.

– Что это за слезы? Ты не рада? Не нравится? – забеспокоилась подруга, вытирая мое лицо салфеткой.

– Нет, все хорошо. Это слезы радости, – решила не портить ей настроение своими грустными мыслями. Она так старалась.

После магазина Ира помогла мне разложить новые вещи и уехала домой. А я пошла на кухню, чтобы приготовить ужин, сегодня он был за мной. Миша приехал через час с множеством пакетов для завтрашнего праздника.

– Ты скупил весь магазин? – раскладывала я продукты в холодильник, даже не обращая внимания на разглядывание Миши.

– Малышка, ты сделала прическу? – улыбнулся дядя. – Еще и… что это? – подошел он ближе, рассматривая мое лицо. – Косметика?

– Да, – ответила коротко, не выказывая эмоций, и прошла к столу, чтобы поставить чайник. Как будто он раньше не видел накрашенных девушек. Тоже мне новость. – Будешь кофе с молоком?

– Да, – решил он подыграть, перестав, наконец, сканировать мой новый образ. Но у него это плохо получалось.

– Ну, хорошо – хорошо. Признаю, мне тоже очень нравится, – повернулась к нему. Это хитрое самодовольное лицо мне еще надоело от Иры.

– А что я такого сказал? – сделал он невинные глаза. – Разве я что-то говорил? – повторился Миша, смешно дернув плечами.

– Лучше садись есть, – подвинула ему тарелку с жареной картошкой и отбивными.

– А ты со мной не поужинаешь? – уселся Миша за стол.

– Я не голодна, мы с Ирой перекусили. Выпью только кофе. Во сколько завтра Лера приезжает?

– Мм, – пережевывал он еду. – В первой половине дня, – отвлекся на неожиданный звонок в дверь. – Ты что уже успела подцепить ухажера? Или, может, там уже целая очередь собралась? – решил затесаться в шутники мой дядя.

– Никого я не цепляла и не собираюсь, – надулась.

– Боже, эти надутые губки. Ты становишься настоящей кокеткой, – скорчил рожицу Миша, вставая чтобы открыть двери.

Я сразу же поджала губы, стрельнув в его спину злым взглядом, и стала убирать пустую посуду со стола в раковину. Вот, от кого – от кого, а от Мишки совсем не ожидала такого внимания к моей внешности. Хотя с другой стороны, а кому еще обращать на меня внимание? Кроме него и Иркы больше и нет никого.

– Лешка? – раздался изумленный, но в то же время и радостный голос дяди.

– Привет, дружище, – послышался, как мне казалось уже давно забытый голос.