Покровитель. 1

Накануне Томас осматривал библиотеку и приметил, что от старинных книг ломились полки. Он затрясся от возбуждения, размышляя о том, что огромные ценности хранились не в банке, не в сейфе, а в обычных шкафах. В голове Томаса родился дерзкий план.

На другой день он как бы случайно встретил Мэри в парке, в укромных уголках которого собирались наркоманы. Он вежливо поздоровался с девушкой, которая пренебрежительно фыркнула в ответ. Лощёный юноша явно не пользовался её симпатией.

– Мэри! Милая Мэри! – окликнул Томас удалявшуюся от него девушку. – Не домой ли вы идёте?

– Не ваше собачье дело! – огрызнулась Мэри, настроенная весьма воинственно.

Она, однако, остановилась и, повернувшись к Томасу, спросила:

– Какого черта вам от меня нужно?

– Давайте присядем, – предложил Томас. – Я должен вам кое-что сообщить. Это касается вас и вашего друга.

– Я очень спешу, – буркнула Мэри, которой не терпелось принять дозу. – Выкладывайте своё сообщение. Ну же, я слушаю!

– Сегодня утром, – сказал Томас, принуждённо улыбаясь, – мы с вашей матушкой слушали по радио проповедь о пагубном влиянии алкоголя и наркотиков на молодёжь.

– Господи! – вскричала Мэри, теряя остатки терпения и хватаясь за голову. – У меня сейчас крыша поедет!

– Ну, мы с миссис Бишоп обсудили эту проповедь за чаем, и я имел неосторожность рассказать ей о новом методе лечения наркоманов.

– Все! – решительно заявила Мэри. – Я ухожу!

И она быстрым шагом устремилась в тень мрачной аллеи. Томас поспешил за ней, продолжая говорить.

– Хирурги разрушают часть головного мозга, ответственную за получение удовольствия от наркотиков, и наркоманы становятся нормальными людьми.

Мэри почти бежала. Томас не отставал.

– Я дал миссис Бишоп адрес клиники, где делают такие операции принудительно, по решению суда, и она тотчас туда позвонила. Я же не знал, что вы…

Мэри остановилась как вкопанная, Томас налетел на неё сзади, и они свалились в заросли акации. Они лежали на сырой земле, пахнущей гнилью, ошеломлённые внезапным падением. Около их голов ползали жёлтые личинки.

– О-о-о! – простонала Мэри, высвобождаясь из объятий Томаса. – Вы, случайно, не свернули себе шею?

– Вроде нет, – с сомнением сказал Томас, вставая на колени и старательно ощупывая себя.

– Жаль! – с чувством сказала девушка. – Ну не везёт, так не везёт!

Томас протянул Мэри руку.

– Позвольте, я помогу вам подняться!

– Спасибо! Вы и так очень помогли.

Мэри вскочила, осмотрела испачканную одежду и заскулила:

– У меня вот-вот начнётся ломка, а я тут в грязи валяюсь, как свинья!

Томас вытащил из внутреннего кармана куртки яшмовую бонбоньерку, открыл её и достал зелёный шарик.

– Примите это, – предложил он. – И почувствуете себя намного лучше.

– Что за дрянь? – спросила Мэри, попятившись.

– Отличная штука! – заверил Томас.

– Ну давайте скорее вашу пилюлю! Её надо глотать целиком или можно разжевать?

Сосите, как леденец.

Мэри проворно сунула пилюлю в рот и принялась энергично сосать. Не прошло и минуты, как на её лице отразилось радостное изумление.

– Здорово! – вскричала она. – Просто чудо! Чудо! Что это такое?

– Это… Это синтетический препарат, – неохотно ответил Томас. – Он действует как… Неважно! Он делает кожу эластичней.

– А как это чудо называется? – спросила Мэри, на лице которой заиграл румянец, и расцвела очаровательная улыбка.

– Право, не знаю, – отмахнулся Томас. – Я получил эту пилюлю как сувенир от одного оригинала, которому оказал незначительную юридическую услугу. Я вспомнил о пилюле только сейчас, когда увидел ваши мучения.

– Спасибо, милый Томас! Вы меня воскресили!

Благодарная Мэри поцеловала Томаса в щеку.

– Однако, – сказал молодой человек, – я хотел бы закончить рассказ о том, что происходило у вас дома утром, после того как вы ушли.

– А я и не уходила, – Мэри опустила глаза. – Я не ночевала дома, была у Джимми. Теперь мне хорошо, и мы можем поговорить. Здесь рядом есть пивнушка. Угостите меня пивом и гамбургерами? Умираю с голоду!

Мэри ухватила Томаса за рукав и потащила к маленькому круглому сооружению, которое Томас принял за карусель. Внутри было довольно неуютно. За стойкой мрачный здоровяк жевал устрашающего вида сэндвич и шумно прихлёбывал мутное пиво из треснутой кружки. В промежутках он затягивался сигаретой и пускал дым красивыми кольцами. В заведении было четыре столика и ни одного посетителя.

– Здравствуй, Марвин! – вкрадчиво сказала Мэри. – Нацеди нам по кружечке и дай три гамбургера.

Мрачный тип швырнул недоеденный сэндвич на тарелку, вытер руки бумажным полотенцем и проворчал:

– Гамбургеров нет. Пиво кончилось. И сколько тебе лет, конфетка?

– При чем тут это? – спросила обескураженная Мэри. – Мне кушать очень хочется!

– Бери мой сэндвич, – великодушно разрешил здоровяк. – Я им объелся. Такая мерзость! Или вот, завалялась коробка овсяных хлопьев. У них срок годности вышел. Ещё есть клубничный йогурт и сухарики с анисом.

– Дай нам йогурт и сухарики, – попросила Мэри, усаживаясь за столик.

Здоровяк принёс блюдечко с двумя сухариками и два стаканчика йогурта.

– А это кто с тобой? – спросил он, вернувшись за стойку.

– Не твоё дело! – равнодушно сказала Мэри, пытаясь разгрызть сухарик.

– Джимми это точно не понравится, – не унимался Марвин. – Да и мне этот хлыщ не по нутру. Он, что, голубой? Я таких не обслуживаю. Эй ты! Слышишь?

– Заткнись! – взвизгнула Мэри. – Мы хотим поговорить, а ты нам мешаешь!

– Сюда ходят пить пиво, а не чесать языками. Пришли, заказали какую-то гадость, и будут теперь разговаривать, место занимать! А когда ты отдашь должок? За тобой три фунта. И проценты.

– Позвольте, я заплачу, и пойдём отсюда, – подал голос Томас и достал кошелёк.

– Куда это ты собрался? – вознегодовал здоровяк. – Тебе ведь ясно дали понять, что хотят с тобой поговорить. Сиди и слушай, а то и схлопотать можно!

– Да ведь это я собирался кое-что сказать Мэри, – растерянно пробормотал Томас. – Но без посторонних.

– Вот как? Это меняет дело! – одобрил Марвин. – Говори!

Томас вопросительно посмотрел на девушку, увлечённо грызущую сухарик. У неё текла слюна изо рта, но она ничего не замечала.

– Валяйте! – разрешила она после того, как Томас тронул её за руку.

– Но он слушает! – прошептал Томас.

– Ничего я не слушаю! – возмутился здоровяк. – Ты говори, говори, не тяни кота за хвост!

– Раз так, – сдался Томас, – то я доскажу то, что начал.

– Эге! – обиделся Марвин. – Что значит – доскажу? Давай-ка по порядку и с самого начала. А то непонятно, о чем речь.

Томас решил не обращать на здоровяка внимания и, наклонившись к Мэри, вполголоса сказал:

– Ваша матушка сегодня договорилась с судьёй о помещении вас в специальную лечебницу для наркоманов, там вас прооперируют.

– Мамуля хочет, чтобы ковырялись у меня в мозгах? – не поверила Мэри.

– Она сказала, что скоро у вас мозгов вовсе не останется. Она ещё прочитала в Библии, что лучше отсечь руку, чем гореть в геенне целиком. Считайте, что вопрос о вашем принудительном лечении решён. Когда придёте домой, вас будут ждать.

– Верно! – поддакнул Марвин. – В Библии так и сказано.

– Кроме того, – продолжил Томас, – завтра будет выписан ордер на арест вашего друга. Ему грозит пожизненное заключение за торговлю наркотиками.

– Он торгует! – подтвердил Марвин. – Берет недорого, но товар… Б-р-р!

– Что же делать? – испуганно спросила Мэри. – Я ни за что не вернусь к мамуле!

– Вас найдут, – сказал Томас печально. – Завтра же!

– Схватят и изнасилуют! – предсказал Марвин и облизнулся.

– Я уеду за границу, – воодушевилась напуганная Мэри. – Джимми меня увезёт!

– Но как? – удивился Томас. – Нужны документы и деньги!

– А мы давно всё оформили. Хотели ехать с болельщиками во Францию. Да билеты пока не оплатили. Марвин! Когда фанаты едут?

– Завтра ночью, – отозвался здоровяк, сверившись с календарём. – Как раз успеете. Деньги-то у вас есть?

– На билеты хватит, – сказала Мэри, помедлив.

– А вернуть долг? – оживился Марвин.

– Хватит, – заверила Мэри.

– Но мне кажется, – заметил Томас Марвину, – что у вас прошлогодний календарь!

– В прошлом году дела шли лучше некуда, – объяснил Марвин. – Зачем же менять коней на переправе?

Мэри разгрызла-таки сухарик и забавлялась тем, что разными способами прикладывала одну половинку к другой.

– Однако, – сказала она, – я не могу так просто уехать. Мне надо взять из дома вещи и ещё кое-что.

Она поразмыслила и обратилась к Томасу.

– Вы должны мне помочь. Это же из-за вас у меня неприятности. Разве не так?

– Я сразу понял, что этот гад способен на любую подлость, – заявил Марвин. – Врезать бы ему!

– Конечно, я вам помогу, милая Мэри! – поспешно отозвался Томас. – Что я должен делать?

– Ночью, когда все уснут, вы откроете балконную дверь в своей комнате. Я влезу на дерево и переберусь к вам. Вы пропустите меня в коридор, а с вещами я выйду через заднюю дверь.

– А почему через неё нельзя и войти? – заинтересовался Томас.

– Потому! – рявкнул Марвин.

– Я просто об этом не подумала! Ключи от задней двери только у прислуги, но вы что-нибудь придумаете.

В одиннадцать часов вечера в доме миссис Бишоп всё затихло. Светились только окна в комнате Томаса да у экономки, имевшей обыкновение до полуночи играть в фанты с садовником, к которому она становилась весьма неравнодушна с наступлением темноты, хотя днём демонстративно презирала.

Томас сошёл вниз и отпер заднюю дверь ключом, который позаботился сделать заранее. Он приоткрыл дверь, и в дом ворвался ветер с брызгами дождя. Было темно, лишь в дальнем конце буковой аллеи, возле ворот, светился фонарь, подвешенный к столбу. Фонарь мигал, раскачиваясь на ветру, и в аллее метались причудливые тени.

Мэри появилась из темноты внезапно, испугав Томаса. Сердце у него забилось сильно и часто. Девушка была в куртке с капюшоном, из-под которого торчали рыжие кудри. Томас посторонился, пропуская её. Она немедля отправилась в свою комнату, попросив сообщника предупредить её, если кто-нибудь появится в коридоре. Томас послушно занял пост напротив лестницы, за искусственной пальмой. Миссис Бишоп никогда не покидала спальню после того, как ложилась в постель, и стоило опасаться лишь появления прислуги.

Мэри пробыла у себя недолго и выскользнула в коридор с большим черным чемоданом и спортивной сумкой. Она попросила Томаса отнести чемодан к задней двери, а сама поднялась по лестнице на второй этаж. Томас быстро доставил чемодан в указанное место и поспешил вслед за девушкой.

Как он и предполагал, Мэри была в библиотеке. Она без разбору хватала книги и засовывала их в сумку. Набив сумку, Мэри не смогла оторвать её от пола.

– Как же вы её унесёте? – удивился Томас. – Она весит добрых сто фунтов!

– За воротами ждёт машина. Вы поможете мне?

– Само собой! Давайте вначале утащим сумку, а после вы вернётесь за чемоданом.

Они поволокли сумку к воротам, за которыми стоял «Форд» с погашенными огнями. Мэри открыла багажник, и они перевалили в него тяжёлую ношу. Из кустов выскочил парень в кожаной куртке. Он курил, и огонёк сигареты освещал его физиономию, которая показалась Томасу отвратительной.

– Джимми, миленький! – защебетала Мэри. – Сейчас я сбегаю за чемоданом, и можно будет ехать.

– Какая дура! – прогнусавил парень. – Ты что, не могла принести его сразу?

– Сумка тяжеленная, – оправдывалась Мэри. – Мы еле её дотащили. Да я мигом, только не сердись, пожалуйста!

– А это ещё кто? – спросил Джимми, сплёвывая Томасу на ботинки.

– Это? Никто! Просто-напросто гость мамули, – ответила Мэри. – Он предупредил, что за нами охотятся.

– Чушь! – с презрением возразил Джимми. – Охотятся только за тобой.

– Ты же не бросишь меня во Франции? – испугалась Мэри.

– Посмотрим, – уклончиво ответил парень, пиная колесо.

– Я бы на вашем месте поехал в Малайзию, – подал голос Томас.

– А что там хорошего? – недоверчиво спросил Джимми.

– Пограничники проверяют туристов и багаж только для вида. Законы в стране либеральные. Кури, колись, нюхай, продавай дурь – всем до лампочки! Кроме того, жизнь там дешёвая, даже в столице. К англичанам относятся как к высшим существам. Одним словом, рай земной!

– Хватит трепаться! – прорычал Джимми. – Через пять минут я уезжаю.

Мэри стрелой полетела к дому, рискуя переломать ноги в темноте. Томас еле поспевал за ней. Он вынес ей чемодан и пожелал удачи. Мэри чмокнула его в нос и побежала к машине. Томас вернулся в дом. Дверь он не запер и вставил ключ в замок с наружной стороны. Он проскользнул в свою комнату, сбросил плащ, шляпу и ботинки, надел халат и сунул ноги в шлёпанцы. Затем спустился вниз и постучался к экономке.

– Что случилось? – спросила та, открыв дверь и увидев перед собой встревоженного гостя.

– Мне послышалось, что кто-то ходит по дому, – сказал Томас. – Возможно, в доме грабители. Надо разбудить миссис Бишоп и вызвать полицию!

– Разбудить хозяйку? Что это вы надумали?

За её спиной возникла долговязая фигура садовника.

– Не стоит поднимать шум. Сначала я всё проверю, – заявил он.

Садовник вооружился фонарём, который вполне можно было использовать как палицу. Все трое осторожно двинулись по коридору в направлении вестибюля. Садовник по пути осматривал окна. Они добрались до короткого коридорчика, ведущего к чёрному ходу, и тут экономка вскрикнула:

– Сквозняк! Глядите-ка, а дверь-то открыта!

Они подбежали к приоткрытой двери. Садовник выскочил на улицу, и ослепительный луч заметался во все стороны.

– Смотрите, смотрите! – завопила экономка. – Кто-то бежит к воротам! Боже! Да это наша Мэри! С чемоданом! Что это значит? Бедняжка снова удрала! Мэри, между тем, миновала ворота. Вспыхнули фары, и машина, набирая скорость, понеслась к шоссе.

– Поднимайте миссис Бишоп! – настаивал Томас. – Она не простит нам, если мы не известим её о побеге.

– Она не простит нам, если мы её потревожим, – возразил садовник. – Глядите-ка, девчонка открыла дверь поддельным ключом, да забыла его вынуть.

– Она услышала, как я спускался по лестнице, – предположил Томас. – Испугалась, что её застанут, и убежала.

– Иначе и быть не могло! – согласилась экономка, опуская ключ в карман.

– Может, все-таки стоит вызвать полицию?

– Да ведь Мэри убегает не в первый раз! – отрезала экономка, захлопнув дверь. – Но всегда возвращается самое позднее через неделю. К чему пороть горячку?

– Чемодан у Мэри был тяжеленный, – припомнил Томас. – Она его едва тащила.

– Верно! – согласилась экономка. – Я это заметила.

– Чемодан как чемодан! – проворчал садовник. – Набит тряпками.

– Комната Мэри внизу, – сказал Томас задумчиво. – А я услышал шаги на втором этаже. Интересно, зачем она поднималась наверх, рискуя быть застигнутой врасплох?

– Я знаю, зачем! – вскричала экономка, бросаясь к лестнице. – Скорее за мной!

Все трое взбежали наверх и ворвались в библиотеку. Экономка включила освещение и охнула.

– Боже милосердный! – крикнула она, указывая на одну из книжных полок.

На полке сиротливо стояли два томика в кожаных переплётах. Несколько книг валялись на полу. Томас поднял их и бережно поставил на место.

– Вот это уже действительно неприятно, – пробормотал садовник, почёсывая подбородок. – Но тут ничего не поделаешь. Утром хозяйка примет меры.

– Что ж, – сказал Томас, – поскольку вы считаете, что не время поднимать тревогу, я пойду спать.

– Спокойной ночи, сэр! – хором пожелали слуги.