Большой одинокий король 1

Томно поводя глазками, соблазнительно раскачивая бёдрами, мелко вздрагивая плечиками, девушка-бесёнок пошла по моей ладони в очаровательном, завораживающем танце! Её миниатюрное, но такое совершенное, такое ладное и гибкое тело, было едва прикрыто огненной тканью, напоминающей игривые язычки огня, скорее оттеняющие, чем закрывающие грудь и лоно.

Всё остальное оставалось обнаженным, и ничто не мешало мне любоваться гибким станом, стройными ножками и тонкими ручками, то взлетающими, то опадающими в странных и изящных фигурах танца. Её босые ступни были так легки, что я почти не чувствовал их прикосновения!

Пройдя по кругу, а затем по спирали, она оказалась в центре ладони, где вдруг исполнила что-то зажигательное, напоминающее трепещущий на ветру огонёк свечи! Милое создание притоптывало на месте так усиленно, что мне даже стало немножко щекотно.

Но я стерпел, боясь пошевелить рукой, чтобы не спугнуть эту лёгкую хрупкую сущность. А ведь другая рука так и зудела – потрогать, приласкать… Нельзя! При всей моей безграничной власти, мне можно только смотреть. Ведь я не хочу повредить маленькому очаровательному демону.

Я всё пытался понять, какого цвета у неё глаза, казавшиеся, то чёрными, то изумрудно-зелёными, то вишнёво-красными? Но она, не останавливаясь ни на секунду, всё посылала мне белозубые улыбки, которые нельзя было назвать иначе, как ослепительными. А потому, наполовину ослепший, я всё никак не мог сосредоточиться на предмете своего любопытства, тем более что волна её каштановых волос, длинных до пят, периодически закрывала ей лицо, особенно при круговых движениях.

– Ваше Величество!

Испуганный бесёнок стрельнул вверх огненной искрой и бесследно растворился в воздухе. Я медленно сжал осиротевшую ладонь в кулак и приложил немало усилий, чтобы подавить желание прибить на месте слугу-демиурга среднего уровня, подошедшего с докладом.

– Простите, Ваше Величество! Прибыло посольство от Её Величества королевы Дестроерных сфер. Прикажете принять, сир?

– Да, прикажу! – ответил я не без раздражения, но, уже успокаиваясь, ведь этот служака ни в чём не был виноват. Это мне следовало быть внимательным.

– Приём в обычном порядке, сир?

– В обычном.

Если бы они явились с объявлением войны, то сперва была бы какая-нибудь провокация. Если бы хотели заключить союз, то явились бы с большой помпой. Но посольство дестроеров прибыло без лишнего шума. Это означало, что вопрос, который они хотят обсудить, незначительный. Или, по крайней мере, не очень масштабный. Потому и приём в обычном порядке.

В таком случае я могу оставаться в домашнем наряде – пурпурной мантии, «львиных» мягких туфлях, коротком горностаевом плаще и в круглой бархатной шапке на которой закреплена лёгкая золотая корона. Вооружение тоже можно ограничить одним рыцарским кинжалом.

(В крайнем случае, королевский посох может служить копьём, а под троном у меня есть небольшой фехтовальный щит и боевой кистень армейского образца. Но это может понадобиться, только если падёт последняя линия обороны, а такое врядли случится.)

Вот если бы я хотел произвести на послов устрашающее впечатление, то явился бы в золотых латах и со стальной боевой короной на шлеме. Тогда оруженосцы вынесли бы большой королевский меч и положили бы его на специальный столик, стоящий по правую руку от трона. Причём, если бы я был склонен к переговорам, этот меч был бы в ножнах, а если бы собирался диктовать и требовать, то меч сверкал бы обнажённым клинком!

Там есть одна хитрость – на этот клинок с помощью специального зеркала направлены лучи, которые бьют отражённым светом в глаза тому, кто стоит перед троном. Нет, конечно, они не ослепляют его совершенно. Что бы это был за разговор такой, если бы посол, проситель или распекаемый придворный постоянно щурился и моргал глазами? Всё придумано так, чтобы обнажённый клинок грозно сверкал, обращал на себя внимание и наводил на мысли о королевском гневе.

А вот если бы я хотел поразить кого-нибудь своим великолепием… Впрочем, парадное одеяние я не люблю. Весит столько же, сколько доспехи, но до бестолковости неудобное. Его словно специально сделали так, чтобы в нём было трудно двигаться. Как будто надел на себя коробку усыпанную бриллиантами! При этом я похож на рождественскую ёлку, которая обрела способность двигаться самостоятельно. Эх, надо дать задание королевским портным разработать на этот случай что-нибудь иное. Попроще, поизящнее, поудобнее. И вовсе не нужно столько сверкучих блестяшек. Я же не ворона, в конце концов!

С такими мыслями я проследовал в малый тронный зал, предназначенный для повседневных приёмов. Рука всё ещё немного зудела, тоскуя о маленькой танцовщице, а в душе осталось нелепое чувство досады. Надо бы выкинуть это из головы, а то не миновать раздражения совершенно лишнего во время решения вопросов государственной важности, даже если они невеликого масштаба.

Но ничего! Когда вся эта ерунда закончится, я объявлю слугам, что отправляюсь отдыхать, а сам в тишине и уединении постараюсь ещё раз приманить бесёнка какими-нибудь сладостями. Ну вот, так-то лучше – я уже улыбаюсь!

Так что там понадобилось дестроерам? Начало церемонии прошло как надо – зычный, красивый голос церемониймейстера, звуки труб, моё торжественное восшествие на трон, общий поклон и всё в таком духе. Увидев улыбку на моём лице, придворные одобрительно зашумели. Ещё бы! Король в хорошем расположении духа, значит, никто не будет под горячую руку казнён и сослан. Шучу, я не тиран, а если что и было, то совсем немножечко – раза два или три, но никак не больше пяти за всё моё правление.

Думаете это много? Но ведь другие монархи позволяют себе угробить или обездолить от десяти до пятидесяти невиновных придворных и слуг в день! Про обычных подданных вообще молчу, что с ними делают, подумать страшно. Вот и сравнивайте! К тому же я всегда беру на себя заботы о семьях пострадавших.

– Величайшему и могущественнейшему Повелителю демиургов от Наиславнейшей королевы дестроеров, жалоба!

Надо быть повнимательнее, я слишком отвлекаюсь на собственные мысли, а посол уже начал зачитывать жалобу. А ведь из-за того, что этот приём идёт по сокращённой программе, (я сам на этом настаивал, когда вносил изменения в этикет), наши с королевой титулы сокращены до минимума. Она, кстати, полностью мои новации одобрила, вопреки возмущению консервативной части обоих наших дворов. Но это означает, что у меня основательно меньше времени, чтобы собраться с мыслями и сосредоточиться. Внимательней!

Суть жалобы проста – мои ретивые демиурги опять понаделали живых миров в сферах нейтральной зоны. Это придвинуло границы нашего королевства к границам дестроеров и сократило нейтральную территорию.

Понять моих «созидателей» можно – в королевстве давно всё застроено. Что-то новое можно сделать, только если умрёт какой-нибудь из старых миров, но это случается редко. Надо видеть, как они заботятся об этих дряхлых, едва живых сферах! Редко какой из демиургов решается прекратить страдания, практически впадающего в кому мира. Чаще всего такая сфера чахнет до конца, пока не исчерпает самоё себя до остановки последнего атома.

Вот тогда сначала поднимаются горестные стенания, а потом пустую сферу, начинают драть друг у друга, чтобы застроить и засеять новой жизнью. Чего только не выдумывают! Конкурсы устраивают – чей мировой проект лучше. Меня зовут в судьи. Подкупают друг друга и демиургов высшего ранга. Даже дестроеров нанимают. Не для убийства и разрушений, конечно, а для мелких пакостей, чтобы сбить соперника с толку, выставить его в нелепом виде, а тем временем, зацапать сферу себе и вырастить там новый невиданный мир. Как дети, ей же богу!

Немудрено, что у некоторой части моих подданных, особенно у тех, что проживают в приграничной зоне, возникает искушение взять да заселить какую-нибудь сферу на нейтральной территории. Пусть небольшую сферу, ну, прямо совсем крохотную.

Это, конечно запрещено, но там, где запреты, там и нарушения. Да, я об этих нарушениях знаю. Да, я имею полное право, точнее, это моя прямая королевская обязанность – покарать ослушников и выжечь незаконно застроенные сферы без всякой жалости! Но я чаще всего закрываю глаза на эти мелкие нарушения. Дело даже не в том, что я не хочу прослыть среди подданных тираном, а в том, что не хочу я вот так – без жалости…

Они же живые! Там же внутри каждой, даже самой крохотной сферы, любят, страдают, ненавидят, строят, рождаются, умирают, на что-то надеются и разочаровываются, в общем, живут существа, которые по сути такие же, как мы, будь то демиурги или дестроеры.

Не так-то просто взять и хладнокровно уничтожить, хоть я и король. Они ведь не знают, что незаконно появились на свет. Потому-то я и делаю вид, что ничего не вижу. Со своей стороны ничего не вижу и с чужой тоже. Дестроеры ведь тоже не без греха – натворить миров, наполненных смертью, их любимое занятие.

Так и живём. Они со своей стороны помаленьку безобразничают, мы со своей, но пока это не угрожает безопасности обоих королевств, беспокоиться не о чем. Королева дестроеров тоже прощает им мелкие грешки, лишь бы не сходили с ума и не устраивали глобальных вселенских катастроф, беря на себя роль камикадзе. А то они это могут!

Мои тоже кое-что могут в этом отношении. Например, слиться с миром или с мирами, прорасти в них так, что ни один дестроер такой мир не выжжет. Усилия сразу многих понадобятся. Но это грозит развоплощением личности самого демиурга, что в нашем случае является эквивалентом смерти.

Во время последней войны так и было – могущественнейшие дестроеры ухитрялись прорваться в самый центр королевства демиургов и там принести себя в жертву разрушению, уничтожив попутно от нескольких сотен, до десятков тысяч прекраснейших миров! Демиурги тоже не оставались в долгу – проникали в самое сердце вражеского королевства и там оживляли, наполняли собой полыхающие злом мёртвые сферы…

Кстати, последнее слово осталось за демиургами, хоть официально была защитана ничья. А всё потому, что наши «животворцы» заново наполнили жизнью все опустевшие сферы. Даже налитые до краёв ядом и те освоили. А вот в королевстве дестроеров до сих пор ничего не могут поделать с несколькими очагами жизни, наполненными сущностью пожертвовавших собой демиургов.

Их там травили всем миром, и жгли, и топить пробовали, и смертельные болезни подселяли, а они живут! В общем, работа – высший класс! «Мори их не мори, им трын-трава!» – как сказал кто-то из умных дестроеров, давая характеристику одному такому миру.

Но в этом не было моей заслуги. Тогда демиургами правил другой король. Увы, он был одним из тех, кто «пророс» в самом сердце королевства дестроеров.

Итак, что там этакого натворили мои «творцы» на сей раз?

Признаться, когда посол развернул передо мной карту, на которой был изображён участок границы и нейтральной территории, на которую покусились приграничные демиурги, у меня сердце упало! От нейтральной полосы осталась узенькая тропинка, по которой я сам врядли смог бы прошагать, чтобы не задеть границы с той или другой стороны.

Конечно дестроеры тут же отреагировали на столь вопиющее нарушение. На их стороне выстроились тесными рядами крупные и зловещие миры смерти! При этом они не заходили за предписанную линию, хоть и вовсю переливались чёрно-красным светом, находясь в полной боевой готовности.

Но, как бы то ни было, наступающей силой были переливающиеся зелёным, голубым, розовым и перламутрово-белым живые сферы. Их было больше, хоть они и уступали дестроерным убийцам в размерах.

Казалось, ещё немного и обе противоположные силы соприкоснутся. А тогда даже мы с королевой не сможем остановить будущую войну. Кошмар!

Первой моей мыслью было – мчаться туда во весь опор и карать придурков демиургов, а их изделия предавать уничтожению! Дурная мысль, гадкая. Нет, нужно придумать другой выход, иначе можно так увлечься, что потом не остановишься.

И тут меня что-то слегка толкнуло в затылок, я даже подумал сперва, что это шапка с короной отчего-то съехала. Но нет, с шапкой всё было нормально. В затылок меня толкнуло предчувствие. Тот самый «сторожок», который не покидает хищника даже тогда, когда он спит. А я как раз не спал, значит, бдительность должна работать на полную катушку.

Так что же случилось? Покушение? Вполне возможно. Пока я тут королевствую, на меня было уже не менее двадцати покушений. Причём, только четыре из них были делом рук дестроеров. Остальные организовали демиурги ультра-созидательной группировки, не желающие мириться с новыми порядками. Фанатики, короче говоря.

Почти всех их удалось остановить моим телохранителям, но один всё же прорвался через последнюю линию обороны, и мне пришлось успокаивать его самому. Нет, для этого не потребовалось доставать из-под трона кистень, я просто врезал ему в челюсть кулаком и передал в бессознательном состоянии подоспевшей охране. Недаром же меня называют – Большой король!

(Если кому-то интересно, что за наказания постигли неудачливых убийц, то насчёт дестроеров не знаю – я их передал, их же королеве, а что она с ними сделала, это уже её забота. Своих олухов я приговорил к ссылке в их собственные миры на правах рядовых жителей, сроком на одну жизнь в каждом из этих миров. Последнему назначил кое-что дополнительное – наделил его локальным бессмертием и запретил обитателям его творения упоминать его имя всуе. Пусть помается! По крайней мере, некоторое время я никого из них не увижу.)

Не отрываясь от карты и делая вид, что поглощён её изучением, я бросил поверх бумаги взгляд на тронный зал для малых приёмов. В толпе придворных вроде всё было в порядке. Немного отлегло от сердца – не люблю, когда на меня покушаются свои.

Тогда что же? Посольство? Если так, то это тоже скверно! Ужасно не хотелось портить отношения с королевой. Те дестроеры, что жаждали моей крови, не были её агентами. Все они относились к ультраправой оппозиции, и, разоблачив их, я оказал услугу не только себе, но и ей. Однако никто из них не имел отношения к посольским делам. Если же теперь среди дипломатов королевства дестроеров притаился убийца, то это бросит тень на наши отношения, даже если королева здесь не причём.

И тут моё сердце подпрыгнуло! Того кто мне нужен я нашёл практически сразу. Дело в том, что всех разрушителей и уничтожителей высшего ранга, присутствующих здесь, я знал не первый день. А вот невысокого стройного юношу закутанного в простой чёрный плащ с капюшоном, видел впервые…

Больше я не сомневался. Сунув карту обратно в руки послу, я решительно встал с трона и широкими шагами направился через зал, раздвигая по дороге посольство дестроеров. Не доходя до новенького дипломата всего шаг, я… опустился на одно колено, галантно взял нежную руку «юноши» и прижал её к губам!

Наградой мне был мелодичный смех той, кого я почитал выше всех женщин обеих королевств, причём её высокое звание не играло в этом никакой роли. Толпа придворных единодушно и радостно ахнула, когда капюшон был, откинут, и по чёрному простому сукну плаща рассыпались золотые волосы! Даже суровые терминаторы посольства заулыбались. Королеву дестроеров любили все, а доказательством тому было то, что покушений на неё случилось ровно в пять раз меньше, чем на меня. То есть, всего четыре. Причём, в отличие от тех, кто хотел убить меня, этим мерзавцам не удалось так легко отделаться – толпа придворных разорвала неудачливых убийц на куски, не дожидаясь, когда королева их помилует.

Её Величество чуть присела в реверансе, более игривом, чем церемонном, и тут же подняла меня, а то я встал бы, наверное, на оба колена! Любопытно – она предполагала, что я раскрою её инкогнито? И ещё кое-что любопытно…

С каким бы огромным удовольствием я усадил бы её рядом с собой на трон! Нет, вы меня неправильно поняли… Хотя, нет, правильно. Видеть её подле себя ежедневно, ощущать тепло её тела, обнимать за талию, тесно прижавшись друг к другу, разделять власть, заботы и радости… Как часто я жалел, что она королева, а я король! Да ещё в двух таких королевствах, слияние которых невозможно.

Мои придворные вышколены лучше служебных собак. Нет, лучше ассистентов фокусника, практикующего смертельно опасные трюки. Когда я подвёл свою гостью к трону, рядом уже стояла скамеечка с такой же бархатной подушкой, какая предназначалась для моего седалища. Конечно, эта скамеечка была ниже трона и не имела спинки, чтобы совсем не походить на трон. Глупейший предрассудок!

Но королева, ни в какой спинке не нуждалась. Она присела на подушку с грацией, имевшей видимо врождённое свойство, таким непринуждённым было это простое движение. Её спина осталась прямой, а вся поза была величественной, несмотря на лёгкость всей её фигуры. Она выглядела королевой даже в обычном чёрном плаще, когда из всех монарших атрибутов при ней был только лёгкий серебряный венец чистейшей пробы, поддерживающий волосы.

После обмена любезностями надо было приступить к обсуждению проблемы, которая на поверку оказалась гораздо более сложной, чем это виделось сначала, раз королева сама решила проконтролировать ситуацию. Однако мне так не хотелось говорить сейчас о делах!

Хотелось сыпать любезностями, шутить, хвастаться, петь… Если бы речь шла не о ней, а о ком-то не столь высокого звания, я бы так и сделал, и наплевал бы на государственные проблемы! Но она не дала мне шанса, хоть прекрасно понимала моё состояние и настроение.

Прежде всего, королева извинилась за свой обман и незаконное вторжение. (Какие пустяки! Но это было чистой правдой – согласно законам обоих королевств, я мог бы арестовать её, как шпионку, несмотря на королевское достоинство. Честно говоря, такая соблазнительная мыслишка стучалась в мой висок, но я отбросил её. Не по политическим соображениям, а по личным. По тем же самым, по которым хотелось этот арест осуществить. Ведь он бы заставил царственную узницу задержаться у меня на неопределённый срок. Это было бы восхитительно, но я не хотел её обидеть. И – да, это вызвало бы войну.)

– Что же нам делать с досадным недоразумением на границе? – спросила королева, поднимая на меня глаза, при виде которых пришлось сделать усилие, чтобы вспомнить о каком недоразумении идёт речь.

– Я немедленно займусь этой проблемой, Ваше Величество! – пообещал я. – И клянусь, что всё будет исправлено в кратчайшие сроки…

– Но я умоляю вас, Ваше Величество! – почти вскричала королева. – Не наказывайте виновных слишком строго! Не надо уничтожать живые миры. Ах, если бы я только могла уступить, но мои подданные дорожат своими сферами, как ваши своими!

Кто бы сомневался в такой её позиции? Она не изменяла себе, несмотря на должность. Это я перестроил своё сознание, но не сущность, став королём демиургов. А значит вся ответственность на мне.

– Ваше Величество! – заговорил я мягко, как с ребёнком, которого не хотят расстроить, но всё же не дают ему съесть мороженое лютой зимой на улице. – Я бы всей душой хотел сохранить эти миры, но моё королевство переполнено, благодаря стараниям моих подданных! Нельзя втиснуть два мира в одну сферу – будет взрыв. Это касается одинаково, как живых миров, так и мёртвых…

– О, я знаю! – перебила меня королева. – У нас та же проблема. И так же невозможно соединение в одном месте двух сфер. Верховный дестроер показывал мне… На макете. Две деструктивные сферы слились и бах! Обе погибли.

– Хорошо, что это был макет! – не удержался я от замечания, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

– Да, хорошо, – согласилась королева. – У нас делают великолепные макеты. Полная имитация, отличить почти невозможно. При этом, заметьте – это макеты как неживых, так и живых миров.

– Вот как? – спросил я, действительно заинтересовавшись. – Ваши технологии продвинулись дальше наших, поздравляю! Увидеть бы их, хоть одним глазком?

– Я как раз привезла с собой несколько! – радостно сообщила царственная плутовка. – Если будет на то воля Вашего Величества, то можно приступить к демонстрации немедленно.

Воля моего Величества была такова, что, прежде всего королева дестроеров была размещена в покоях соответствующих её положению, в то время, как её посольство отправилось в специально отведённый для таких целей флигель, где смертоносным дипломатам было удобно.

Затем следовал торжественный обед в честь моей драгоценный гостьи, а через некоторое время приём, где мы ещё раз могли обсудить наши проблемы. Вечером я, конечно, рассчитывал на ужин, где присутствовали бы только я и она. (Слуги не в счёт.) Интересные опыты с макетами миров можно было вполне отложить назавтра.

Придворная жизнь кажется пустым и лёгким времяпрепровождением только дураку. На самом деле от неё так устаёшь!.. А самое главное – государственные дела здесь не отпускают ни на секунду. Например, я продолжал играть радушного хозяина, по уши счастливого от неожиданного нашествия гостей, а у самого тревожными сверчками застрекотали в голове не самые радостные мысли.

Самая первая – меня не пригласили в гости, чтобы продемонстрировать на месте чудесные макеты, хоть я и намекал на это не настолько уж прозрачно.

Второе – макеты, которые мы посмотрим завтра, королева привезла с собой. Но зачем, если она собиралась пребывать у меня инкогнито? Значит моё предположение о том, что это всё игра, справедливо. Она знала, что инстинкт хищника меня не подведёт, и её маскарад будет раскрыт. Это означает, что в данный момент я пляшу перед ней на задних лапках, как комнатная собачка, которую хозяйка дразнит кусочком сахара, поднятым вверх на вытянутой руке.

Иными словами всё идёт по разработанному плану. Разработанному, естественно её стороной. Та-ак!..

Ну, а теперь ещё одна догадка – вся эта ерунда с огромным количеством незаконных сфер наполненных жизнью, её рук дело! Может быть не только её, но без умненькой, коварненькой королевы дестроеров здесь не обошлось.

Сейчас я жду результатов разведки, которую приказал осуществить во всех направлениях, а сам подумываю – а не арестовать ли мне её на самом деле?

Собственно, я мог бы не распоряжаться насчёт разведки, потому что лично у меня сомнений в причастности королевы к кризисной ситуации, нет никаких. Возможно, она думает, что я не помню, откуда она родом? Из того самого приграничного района она родом! Там несколько разнокалиберных деревень, сплошь её родственники. Это их рук дело, а в совпадения я не верю!

Удивлены? Да, королева дестроеров – потомственный демиург самого простого звания. Босоногая девчонка из приграничного села! И, тем не менее, она была признана лучшей из лучших, чтобы взойти на трон соседнего государства. Справедливо признана!

Я так думаю, что теперь не надо объяснять дополнительно, что я – дестроер? Вот так – король демиургов – дестроер! Я не способен творить живые миры, но у меня отлично получается их разрушать. Даже более того – я в этом деле один из лучших.

Так было решено после той войны, когда оба королевства, едва не уничтожили друг друга. Тогда погибли оба монарха, рвущиеся к победе любой ценой. Тогда же противоборствующие силы смогли остановиться на грани взаимного истребления, и даже смогли принять меры для недопущения повторения такого опасного конфликта.

Одной из таких мер было создание широкой нейтральной полосы наполненной пустыми сферами, которая отделяла бы оба государства друг от друга. Другой мерой был обмен кандидатами на престол, где учитывались не родословная или какие-то связи, а личные качества претендента.

Сумасшедшая идея, но она сработала! Итак, трон королевства дестроеров заняла никому не известная девушка-демиург, а трон демиургов достался мне.

В отличие от неё, я, между прочим, не простолюдин. Конечно, аристократами нашу семью не назовёшь, но мы рыцари, а какие-то предки принадлежали к знати древних дестроеров. Впрочем, это обстоятельство не играло никакой роли при выборе претендентов на трон. Я тогда мечтал стать дестроерным рыцарем, но с обучением у меня были проблемы… Впрочем, не стоит об этом.

Каждый из нас сел на трон подростком. Я её старше года на два или около того. Конечно, всё было непросто. Чужие люди, обычаи, нравы. Но, для того чтобы переход в противоположный лагерь, (хоть он и был добровольным), не показался слишком тяжёлым, обстановка вокруг нас была сохранена прежней.

Я, например, продолжил обучение рыцарскому искусству, как будущий рыцарь-дестроер. При этом совершенно честно исполнил свою мечту – получил золотые шпоры и был посвящён по всем правилам. Но теперь я не был врагом демиургов, я был их повелителем!

И постепенно я стал частью этого королевства. Оставаясь дестроером, я стал думать и действовать, как демиург, и это принесло свои плоды. Теперь многие говорят, что я в большей степени соответствую демиургам, чем они сами иногда соответствуют своим принципам.