Большой одинокий король 3

В моём королевстве тех, кто принуждает детей к сожительству, предают особой казни, перед которой всё, что напридумывали умельцы дестроеры, просто детские шалости. Не буду приводить здесь её описание, только скажу, что преступники, изобличённые в таком деянии, предпочли бы, чтобы с них живьём содрали кожу, сварили в кипящем масле и проделали бы что-то в этом роде. Так мягче и милосерднее, поверьте.

Я это говорю к тому, чтобы все поняли и запомнили раз и навсегда – Лани мне не любовница и не наложница, и никогда таковой не станет! Хватит распускать о нас грязные сплетни!! Эта девочка служит мне, как… Как солдат!!! Причём, её служение таково, что с ним не сравнится даже самая искренняя преданность слуг своему господину!..

Ффф… Дело в том, что маленькая Лани – зомби. Я сделал её такой, совершив грех, может быть, не меньший, чем сотворил тот мерзавец, который ударил двенадцатилетнюю служанку кинжалом в сердце. Но, негодяй уже получил своё, а мне ещё только предстоит заплатить за содеянное. К сожалению, иначе я не мог тогда поступить. Мне пришлось задержать это несчастное дитя на земле, потому что было необходимо разобраться с ситуацией с нападением на палатку королевы дестроеров посреди моего военного лагеря и исчезновением Её Величества.

Тогда наши королевства едва не были втянуты в войну, которая могла закончиться плачевно для обоих народов. Поэтому мне пришлось пожертвовать покоем невинного существа, и своим собственным.

Я стараюсь делать всё возможное, чтобы Лани не страдала. Она сама утверждает, что ноша псевдо жизни для неё терпима и что тяжесть, которую несёт её душа, обременённая не мёртвым, но и не живым телом, компенсируется моей заботой о ней и той любовью и лаской, которой я окружил её, приблизив к своей особе.

Я знаю, что маленькая зомби лукавит! Псевдо жизнь, это боль особого рода, несравнимая с муками страдающего тела и даже с душевными переживаниями. Самым горячим желанием любого зомби, не потерявшего разум, является избавление от такого существования…

Я давно бы уже «отпустил» бедную Лани, но не могу. Только она видела живыми убийц, напавших на королеву, и только она может их опознать. Идентифицировать их по останкам, заключённым в вакуумной сфере, с помощью которой Её Величество расправилась со злодеями, к сожалению не удалось. Хорошо ещё, что получилось доказать, что это не дестроеры и не демиурги. Такое открытие остановило войну, готовую уже начаться, а ещё между нашими народами произошло сближение, невиданное в истории! Даже после последней войны, когда было решено обменяться выбранными претендентами на престолы, это не вызвало таких масштабных совместных действий, как наличие общего врага.

Теперь усилия обоих королевств были направлены на поиск источника опасности. Правда, пока ещё результаты не слишком впечатляющи, но рано или поздно мы поймем, откуда взялись убийцы. Вот тогда-то и понадобится маленькая Лани, потому что нет ничего хуже, чем совершить ошибку и навалиться на кого-то ни в чём неповинного, в то время как настоящий враг в безопасности готовит новый удар.

А вот и моё наказание – я привязался к маленькой зомби, и теперь не знаю, что со мной будет, когда придётся её «отпустить». Я, наверное, с ума сойду…

Сейчас Лани живёт в моих восстановленных покоях. Здесь у неё свои комнаты со всеми удобствами. Девочку обучают лучшие учителя и обслуживают, как принцессу. Она почти всегда рядом со мной, так что злые языки уже прозвали её «куклой короля». (Поймаю за употреблением этого прозвища, языки повырываю лично! Имейте в виду – я теперь злой!)

Что касается Её Величества королевы дестроеров, то она жива и здорова, чему я очень рад. Но теперь королева врядли приедет ко мне официально, либо частным порядком. Всё-таки три покушения подряд, и всё на моей территории! То, что нас при этом хотели убить обоих, меня не оправдывает, ведь это я не смог в должной мере оградить гостью от опасности.

Для меня так и осталось невыясненным, зачем Её Величество хотела в прошлый раз посетить мой двор инкогнито? Если бы знал, была бы надежда, что она приедет ещё раз. Можно было бы даже попытаться спровоцировать её на это. У меня была мысль опять создать ситуацию с перебором живых сфер на границе, но…

Я ведь придумал, как сделать так, чтобы на самом деле никакого перебора не было, а создавалась лишь видимость кризиса. Надо просто собрать сферы с части внутренней территории и привезти на границу, а когда дестроеры возмутятся, просто оттащить их обратно!

Однако я не только не сделал этого, но и не поделился ни с кем своими мыслями. Дело в том, что сам я попросту не верю в то, что попытка Её Величества проникнуть ко мне под видом младшего секретаря посольства, была вызвана той ерундой на границе. Цель у королевы была какой-то иной, а конфликтом, скорее всего спровоцированным не без её помощи, она тогда просто воспользовалась.

Если кому-то интересно, как мы тогда разобрались, то капитан Бальдерус придумал простой выход – я обратился к народу с просьбой, и тогда каждый житель страны выказал желание взять себе в хозяйство одну чужую сферу. Обычно демиурги так не делают, но ради любимого короля они смогли поджаться, и в результате сфер на всех даже не хватило. Потом вся эта история отошла на второй план, но не забылась. Я держу её в памяти, как не до конца разрешённую загадку, в которой, возможно кроется нечто большее, чем кажется с первого взгляда.

Вот так мы и живём уже чуть больше года. Новых нападений на мою особу не было, на королеву, насколько мне известно, тоже. И, тем не менее, Её Величество больше не проживает в собственном дворце, а предпочитает гостить у знатных дестроеров, и, как докладывают шпионы, у незнатных тоже. Боится новых покушений? Может быть. Но ведь частые переходы не гарантируют безопасность. Они затрудняют убийцам подготовку покушения в каком-то одном месте, но ведь сыграть можно как раз на смене мест. Здесь что-то не так! Неужели королева на самом деле знает больше меня?..

............................................................................................

С утра я охотился. Это времяпрепровождение не является моим любимым занятием, но оно необходимо. Я – дестроер по природе, а потому мне надо время от времени что-то разрушать, хоть это и не доставляет обычного для дестроера удовольствия. Твари, с которыми я вступаю в единоборство, лично мне ничего не сделали, но это опасные людоеды, отловленные там, где они успели натворить беды, а потому я убиваю их со спокойной совестью. Даже демиурги не осуждают меня за это занятие. Наоборот, они рады извлекать из своих сфер кровожадных монстров и передавать их королевским егерям, которые выпускают чудовищ в огороженном месте, где никто не живёт, зато есть леса и горы.

Сегодня я выследил и убил странное существо. Вроде похоже на волка, но на копытах, а размеры таковы, что человека может просто слизнуть и проглотить, не пережёвывая. Надо заглянуть в библиотеку и посмотреть, что это за чудо такое, а то как-то неудобно – сам не знаю на кого охотился!

Лани я на охоту не беру никогда. Это зрелище не для маленьких девочек, неважно, живые они или зомби. Ей самой охота совсем не интересна, тем более что она любит всё живое, независимо от того, насколько кровожадна та или иная тварь.

Соскучившись по своей подружке, я первым делом решил заглянуть к ней. Скорее всего, я застану девочку спящей, но может быть, мне повезёт и окажется, что Лани уже встала. Правда, в таком случае она будет сидеть без дела, так-как время для занятий ещё не пришло, а конкретных обязательств у неё нет. Увы, это дитя больше не играет в куклы и ничего не создаёт, даже ради обучения – Лани больше не демиург…

И всё же я прошёл в её комнаты на цыпочках. Когда надо я умею быть бесшумным, несмотря на размеры. Как и ожидалось, в комнатах «Королевской воспитанницы», (это её официальная придворная должность), было тихо. Я решил, что только загляну в спальню, посмотрю на девочку и удалюсь, чтобы ей не мешать. Если вдруг окажется, что я не вовремя, то меня остановит дежурная служанка.

До спальни я не дошёл, потому что увидел Лани в своей гостиной перед камином. (Маленькая зомби любит тепло, которого ей всегда не хватает, хоть она и не является холодным трупом. И всё же её температура ниже, чем у обычных людей, а потому у неё всегда жарко натоплено.) Девочка сидела в небольшом, специально для неё сделанном кресле и держала перед собой раскрытую ладонь, на которой что-то светилось и дрожало. Меня разобрало любопытство, а потому я, по-прежнему бесшумно подкрался к девочке сзади и заглянул ей через плечо.

И тут челюсть моя упала – на руке маленькой зомби танцевал огненный бесёнок! Это был мой бесёнок, которого я так любил!.. Нет, на самом деле я не владею огненной танцовщицей, а приглашаю её к себе, подманивая какими-нибудь подарками. Но на протяжении многих лет эта девушка была мне верна, а тут…

Ещё одно открытие – кажется, что танцовщица исполняет на ладони Лани что-то вроде медленного фламенко, но я вдруг понимаю, что на самом деле они… беседуют!

Я не слышал, что говорит маленькая зомби, и не слышал, что отвечает девушка-бесёнок, но они точно разговаривали. Интересно, о чём?

В это время танцовщица заметила меня и стрельнула вверх огненной искрой. Это не удивительно, ведь она очень пуглива и предпочитает исчезнуть при малейшем признаке опасности. Но, немного обидно – какую опасность она увидела во мне?

Тысячи вопросов закрутились у меня на языке. Дело ни в том, что я ревновал бесёнка к Лани, а Лани к бесёнку, любопытнее всего было узнать – как? Как она смогла вызвать мою танцовщицу? Ведь я не учил Лани подобным вещам, и здесь вообще мало кто это умеет. Но это только, во-первых, а, во-вторых – о чём беседовали две такие необычные сущности?

Я открыл, было, рот, чтобы расспросить обо всём Лани прямо сейчас, но тут девочка обернулась, увидела меня, тут же соскочила с кресла, подошла и обняла меня своими тоненькими ручками. Всё, я обезоружен! Она победила меня, не сказав ни слова…

Тогда я взял «воспитанницу» на руки и сел в своё кресло, стоявшее здесь же. Если бы в комнатах Лани была мебель только её размеров, мне пришлось бы сидеть на полу.

Мы часто так проводили время вместе, сидя перед огнём и ни о чём не разговаривая. Лани понимала моё одиночество, а я понимал её. Но это не значит, что два несчастных существа предавались при этом скорби. Нет, нам было просто хорошо вместе! Девочка-зомби согревалась в моих руках, а я, чувствуя её доверие и привязанность, не так страдал от угрызений совести.

Так я и задремал, обнимая прохладное тельце, когда моего сознания вдруг что-то коснулось. Это было похоже на призыв или оклик издалека. Меня кто-то звал, причём этот кто-то звал меня по имени, которое я давно не слышал, так-как некому было ко мне так обращаться.

Я открыл глаза и увидел, что нахожусь в каком-то сером коридоре. Собственно, коридором этот проход назвать можно было лишь условно, так-как он не имел ни стен, ни пола, ни потолка. Всё это заменяла аморфная серая хмарь, и всё же эта хмарь, каким-то образом держала форму коридора.

И шла по этому коридору ко мне женщина. Это было, как сноп света среди бесплотного серого мрака! Она вся светилась изнутри, и сама излучала свет. Она… Моя королева!

Её миниатюрная ладонь легла в мою, и она повлекла меня за собой, мягко, но настойчиво. Мы скользили вдоль коридора, не прикасаясь к аморфной поверхности, пока не оказались перед приоткрытой дверью. Когда мы приблизились вплотную, дверь распахнулась и пропустила королеву, но тут руки наши разъединились.

Её Величество остановилась и обернулась, глядя на меня с лукавой улыбкой. Она была по-прежнему приветлива, но больше не протягивала мне руки и не звала за собой. Я не мог понять, что это значит и что надлежит мне сделать сейчас – последовать за ней или уйти? Но всё же я сделал шаг к двери и снова протянул руку к той, кого люблю…

Дверь начала закрываться. Медленно, словно издеваясь, но неумолимо, как лавина, тронувшаяся со склона горы. Я рванулся, чтобы успеть проскочить в проём, либо схватить створку рукой и остановить её движение, но не тут-то было! Ноги словно вросли в серую хмарь, и почему-то оказалось, что я не рядом с дверью, а в нескольких шагах от неё, так что дотянуться нет никакой возможности.

Королева, стоявшая по ту сторону проёма, продолжала улыбаться такой же приветливой улыбкой, но не делала никаких попыток воспрепятствовать закрывающейся двери, либо помочь мне. Впрочем, она не просто улыбалась – её губы что-то говорили, только я не слышал что именно.

И тогда я рванулся так, что чуть не оставил свои ноги там, где они увязли в серой хмари коридора! Но этого было мало – что-то невидимое упёрлось мне в грудь и отчаянно толкало меня и трясло, правда, не очень сильно.

Дверь захлопнулась со звуком, в котором явственно слышалось злорадство, и королева скрылась от меня… Я понял, что снова могу двигаться, но смысла в этом не было, потому что при взгляде на дверь, я вдруг понял, что она нарисованная!..

А вот толчки в грудь не прекратились. Кто-то невидимый тормошил меня и повторял голосом из иного мира – «Проснись! Проснись! Проснись!»

– Проснись! Проснись! Проснись! – кричала Лани, тормоша меня за грудки своими слабыми ручонками. (Россказни об огромной физической силе зомби – сказки!)

Я открыл глаза и захлопал ими, не понимая, что сейчас со мной происходит, сон или явь? Девочка перестала меня трясти, заглянула в глаза и погладила по лицу. Её ладошки после этого стали мокрыми.

– Ты плакал и стонал во сне, – сообщила она. – Видел госпожу?

Я, молча, кивнул. Лани была посвящена во все мои тайны. Возможно, легкомысленно было рассказывать ей то, что девочкам её возраста знать не положено, но, во-первых, они всё равно каким-то образом знают то, что им знать не положено, а во-вторых, Лани теперь всегда будет двенадцать лет, даже если пройдут столетия, так какая разница, когда она всё узнает, сейчас или потом? Что же касается сохранения тайны, то скорее я сам выболтаю врагам свои секреты, чем это сделает маленькая зомби. Лани нечем запугать. По крайней мере, я не знаю, чего бы она могла бояться.

– Я её не призывала, она сама ко мне пришла, – изрекла девочка после некоторого молчания.

– Кто? – не понял я, так-как мысли были заняты только что увиденным сном.

– Искорка, – ответила Лани. – Я так зову огненную танцовщицу, а она не против. Скажи, мужчинам обязательно нужна женщина?

– Обязательно! – ответил я с широкой улыбкой, решив перевести разговор в шутливый тон. – Так вы об этом говорили?

– Об этом, – ответила Лани совершенно серьёзно. – Искорка беспокоится, что у тебя давно не было женщины. Это плохо, что госпожа далеко, но ведь может так случиться, что она всегда будет далеко, и тогда ты останешься совсем без женщины, а это плохо. Надо найти тебе кого-нибудь, пока судьба не свела вас с госпожой снова.

Я чуть не расхохотался от такой заботливости. Мою личную жизнь взялись устраивать огненная бесёнок-танцовщица и маленькая зомби! Но в чём-то они были правы – после тех событий я как-то позабыл о радостях необходимых мужчине.

Раньше бывало, что в моей спальне каждую ночь появлялась новая девушка, неважно – горничная или придворная дама, пожелавшая сблизиться со своим властелином. Бывало и так, что иная из таких прелестниц задерживалась на месяц-другой, и даже на полгода, но не больше того.

Высшая любовь не объединила меня ни с одной из них, хоть, несомненно, среди этих женщин было немало тех, кто её достоин. Я старался обращаться с каждой мягко, как при встрече, так и при расставании. Немало из своих бывших пассий я выдал замуж, и вроде бы никого не обидел.

Но, что, правда, то, правда – вот уже год, как в моей постели никого не было. И это вовсе не от того, что я стал слабее, как мужчина. Просто… Я как-то перестал замечать женщин вокруг себя, я их словно не вижу. А ведь они никуда не делись – королевский двор полон прекрасных дам, а штат дворцовых служанок всегда пополняется новенькими молоденькими горничными. Как говорится – только свистни!

Однако я никогда не пользовался для таких дел властью и всегда старался очаровать женщину, как мужчина, а не как король. Ну, да, я понимаю, что моё высокое положение не могло не играть в этом определённую роль, но тут уж ничего не поделаешь! Для чистоты отношений я должен был познакомиться с девушкой под чужим именем, но в моём случае это невозможно – я настолько выделяюсь из толпы демиургов, и всем в королевстве так хорошо знакома моя физиономия, что я попаду в смешное положение, если попытаюсь появиться где-то инкогнито.

Но мне и не было нужды это делать, так-как я не искал любви, ведь она у меня уже есть… Что же касается девушек, которые были со мной всё это время, то я не имею ничего против того, чтобы они преследовали какую-то цель, сблизившись со мной. Нет в этом ничего страшного, и не надо за такое никого осуждать! Мне не жалко, и даже наоборот, приятно отблагодарить красавицу, подарившую мне радость и ласку. Если она извлечёт из этого какую-то пользу для себя, то я только рад за неё!

Я поцеловал Лани и снял её с колен.

– Не беспокойся, – сказал я своей «воспитаннице». – Когда придёт время, я сам обо всём позабочусь. Скоро появятся твои учителя, но мне кажется, мы ещё успеем позавтракать.

– Я уже поела, спасибо! – покачала головой девочка. – Не думала, что ты вернёшься так скоро. Ты иди, а я лучше почитаю что-нибудь.

Она действительно пристрастилась к книгам в последнее время. Что ж, похвальное увлечение!

Я попрощался с Лани, условился встретиться с ней во время сегодняшнего приёма и вышел из покоев своей «воспитанницы». Пока шёл к себе, размышлял о том, что видел во сне и наяву. Надо же! Бесёнок подружился с Лани, и теперь обе они заботятся обо мне. Получается тайная домашняя коалиция, и это радует!

Интересно, что означает увиденный мною сон? Положим, дверь я узнал – та самая использованная дверь портала, через которую Её Величество покинула моё королевство. Во сне она была не против, чтобы я пошёл с ней. Во сне не против, а наяву? Королева всегда ко мне неплохо относилась, была приветлива, доброжелательна, дружелюбна. Причину такого отношения она не скрывала – я радел о королевстве демиургов, её родине, как она радела о моей. Но ведь моя симпатия к ней зиждилась не только на этом.

Думаю, что если бы надо было удирать, когда я находился рядом, она взяла бы меня с собой. (Вот бы её фаворит «обрадовался»!) Возможно, мой сон имеет именно такое значение, но почему-то мне кажется, что в нём есть что-то ещё, чего я не вижу или о чём пока не догадываюсь.

Завтрак был уже накрыт, но я прошёл мимо стола и направился в свою спальню. Там в шкатулке рядом с моей кроватью лежал артефакт, который был мне дорог. Я открыл крышку и достал разорванный белый конверт с вложенным в него листком. Извлёк листок и развернул его здесь же в спальне.

Вот она – нарисованная дверь. Портал, ведущий неведомо куда, сквозь который от меня ушла моя любимая королева. Вещь замечательная эффективная, способная дать человеку буквально исчезнуть, если он даже припёрт к стенке. Но это приспособление имеет один недостаток – оно одноразовое. Впрочем, этот недостаток работает и как достоинство – сквозь тот же самый портал невозможно ринуться за беглецом в погоню. А происходит это так – до использования, дверь на рисунке изображена приоткрытой, а после использования она закрывается навсегда. Собственно, хранить этот листок не было никакого смысла, но я держал его подле себя. Зачем? Наверное, потому что это единственное, что осталось мне от королевы на память.

Я спрятал эту свою драгоценность и вернулся к столу. Настроение почему-то ухудшилось. Мне приснился странный и не самый хороший сон, ведь в нём королева снова ушла, а дверь за ней захлопнулась. Это может означать, что мы разлучены навсегда, раз эта дверь с картинки не открывается, и нет такого учёного мага или алхимика, который смог бы с ней справиться.

Сон этот может не значить ничего, ведь бывают же просто сны, которые ничего не значат. Но если это не так, и сон значит хоть что-то, то может быть это вовсе не разлука? Зачем Её Величество вела меня к той двери за руку? Зачем стояла в проёме и что-то говорила? Что она говорила? Слов я не слышал, но видел движение губ. Разве они говорили – «Прощай навсегда!» Ничего похожего. Может быть – «Не ходи за мной!» Вроде бы тоже нет.

Я задумался, позабыв о жареном беконе и рагу с бараньими рёбрышками. Перед глазами стояло лицо королевы, и её губы говорящие что- то… Эх, не мастер я читать по губам! Вроде как фраза, состоящая из двух слов. Когда она говорила первое слово, то в нём кажется, содержался звук «а». Второе слово было коротким и в нём было «у» или «ю», которое возможно было также единственным гласным.

Когда вспомнил про завтрак, то все кушанья были совершенно холодными. Что ж, сам виноват! Можно было бы приказать подать себе что-нибудь ещё, но не хотелось ждать, и возиться с лишней мелкой проблемой. В походе обхожусь холодными закусками, обойдусь и здесь.

Подмёл всё с тарелок и кликнул лакея, чтобы тот помог мне переодеться для дальнейших мероприятий. В регламенте была встреча с министрами, которые должны были зачитать краткие отчёты по текущим делам, после чего следовал приём в тронном зале, о котором я говорил Лани.

Процесс облачения в костюм для деловых бесед почти закончился, когда меня скрутило. Так скрутило, что я даже подумал, что неизвестные убийцы нашли-таки способ подсыпать мне в еду классического яда. Но после первого облегчения я решил, что во всём виновата жирная подливка, которую следует, есть горячей, либо не есть совсем. Нда, наказал себя сам! Теперь разговор с министрами придётся перенести, а может быть и приём тоже.

О втором я совсем не жалел, что же касается первого, то лорды-демиурги могут собраться прямо здесь, когда мне станет легче. Слуги забегали вокруг, как мыши в подвале, где неожиданно зажёгся свет. Раньше всех примчалась Лани, бросившая занятия и теперь стоявшая надо мной с видом храброй пичуги, готовой сражаться за своё гнездо, хоть с кошкой, хоть с ястребом. За ней явился королевский лейб-медик с юной помощницей, который сразу уложил меня в постель и выгнал набежавших в покои придворных, оставив только Лани и нескольких слуг.

Не буду описывать все процедуры, которые он со мной проделывал, но в итоге я почувствовал себя действительно больным, хотя речь шла об обычном несварении. Когда он, наконец, ушёл, оставив молоденькую помощницу в качестве сиделки, я вздохнул свободнее, но и был определённым образом смущён. Было неудобно оказаться в обществе молоденькой девицы, когда такое делается с моим королевским брюхом! Стыдно за себя и за её смущение тоже. Впрочем, насчёт её смущения я беспокоился зря. Девчонка была профессиональной медичкой, и её невозможно было смутить чем-то подобным. Кроме того, она моментально нашла общий язык с Лани, которая не отличалась общительностью в течение последнего года. Здесь же они разговорились, как две старые знакомые, и даже я присоединился к этой беседе. Будущую врачиху, (оказывается, она была особо одарённой ученицей моего придворного эскулапа и его родственницей; я потом выяснил, какой именно), живо заинтересовала девочка-зомби, ну а я, как её создатель, просто не мог остаться в стороне.

Мою сиделку звали – Николетта, и, конечно, я очень быстро начал называть её «Никой». Она происходила из очень почтенной семьи демиургов-целителей, что сразу вызвало во мне глубокое уважение. Дело в том, что это демиурги высшей категории. С ними могут сравниться только демиурги-учёные и демиурги-маги. Но последние почти, что стали легендой, а целители тесно связаны с учёными, хоть и не так высоко среди них почитаются, как высокие лбы академической братии.

Но это я так, к слову. Скажу откровенно – я этой девушкой любовался! А ведь она вовсе не могла называться красавицей. Личико скорее миловидное и немного детское. При этом она умела взглянуть с такой строгой, но не грозной, а спокойной настойчивостью, что даже у короля отпадала охота возражать. Вся фигурка её была тоненькая и хрупкая, почти такая же, как у Лани. Женские формы, (может быть благодаря одежде медика), едва намечены, но в движениях чувствуется грациозность и уверенность. Вообще, держалась Ника с непередаваемым достоинством, лишённым чопорности и надменности. Видимо, это свойство было у неё врождённым, а не заученным, как у многих, и потому выглядело намного естественнее, чем у высокородных придворных дам.

Одно только присутствие этой девушки приносило облегчение, и мне жаль было отпускать её, когда стало ясно, что услуги сиделки мне больше не нужны. (Ну, не приказывать же ей остаться без всякой причины! Я это могу, и никто мне слова поперёк не скажет, но позволить себе что-то такое, значит уронить себя, как рыцаря в глазах короля. Меня, то есть, а мнение моё обо мне для меня значит очень много, представьте себе!)