Колдовской замок. Часть IV. Драконы

Глава 7. Грабёж, погоня и разные странности

Дверь, вскрытая так аккуратно, с таким старанием, что не звякнула ни одна из отмычек, вдруг пронзительно заскрипела и завизжала, как скандальная базарная баба. От неожиданности Фигольчик уронил тяжёлый электрический фонарь себе на ногу и зажал обеими руками рот, чтобы не заорать от боли!

Всё! Они пропали! Вот сейчас послышится топот множества ног и изо всех дверей валом повалит вооружённая охрана! Потом раздастся вой сирен, налетит целая туча копов, копы запросят подкрепление и тогда… всё! Попались!

Фигольчик втянул голову в плечи и оглянулся так медленно, как будто боялся, что его ударят, если он оглянется быстро. Сзади стоял согнувшийся пополам от беззвучного хохота Драгис, а вокруг повисла прежняя звенящая тишина.

– Что ты увидел смешного? – спросил Фигольчик громким шёпотом, отдавшимся во всех углах этого гулкого помещения, и принял позу оскорблённого достоинства.

– Ви-видел бы ты свою рожу! – также "прошептал", на всю округу, Драся и, захлебнувшись булькающими звуками, прижал ко рту край длинного белого шарфа, которым было обмотано его горло.

– Хороши взломщики! Спасибо, что Бык ждёт в машине, а то так и ворчал бы до конца или вообще не дал идти дальше! – сказал он, немного успокоившись. – Ну ладно, пошли. Сторожа либо спят, либо побежали по девочкам! Коробочка, похоже, пустая!

– Ты думаешь? – с сомнением спросил Фигольчик, подбирая, чудом уцелевший, фонарь.

– Я бы почувствовал, – весомо заявил Драгис, и для убедительности с шумом втянул носом воздух.

Из лабиринта подсобных помещений с их узкими коридорами, железными лесенками, похожими на корабельный трап, тупиками, комнатушками уборщиц, электрическими и пожарными шкафами, они вдруг вступили в такой же лабиринт залов отделанных в неоклассическом стиле. Здесь, в полумраке немногих оставленных включёнными электрических светильников, таинственно играл разными оттенками мрамор, поблёскивала позолота, искрился хрусталь тяжёлых люстр, а шаги заглушал толстый пушистый ковёр, положенный, вероятно, специально, чтобы облегчить жизнь не слишком умелым взломщикам.

– Куда дальше? – спросил посерьёзневший Драгис, оглядывая этот дворец с нескрываемым презрением.

– Архив там, – ответил Фигольчик, кивнув в сторону указателя. – Прежде всего, нам нужен зал каталогов.

Они нашли зал каталогов очень быстро, но его тоже пришлось вскрывать. На сей раз обошлось без происшествий, но Фигольчик очень уж долго рылся в выдвижных ящиках с карточками, и Драгис совершенно потерял терпение.

– Слушай, Фиг! – обратился он к своему низенькому партнёру. – Если мы не поторопимся, то сюда явятся либо сонные охранники, либо невыспавшийся Бык, что ещё хуже.

– Ну, так помогал бы, что ли?! – раздражённо ответил Фигольчик, берясь за очередной ящик.

– Да не умею я! – с досадой ответил Драгис и покраснел от стыда, едва ли не в первый раз за всё время их знакомства.

– Вот те раз! Что и читать не умеешь?

– Читать умею! Но ты послушай, как я учился: страницы приходилось языком перелистывать! Если вдруг доведётся обратно стать драконом, ума не приложу, как я буду без рук обходиться? Привык!

– Страницы языком перелистывал! Хотелось бы на это посмотреть.

– Увидишь, когда с сестрёнкой познакомлю. Она тоже любительница книг. Только вместе со страницей может слизнуть кое-кого из читателей!

– Хорошие у тебя шутки! А откуда у вас книги-то, в драконьих пещерах?

– Все трофейные. Дракон даже не крадёт ничего, а просто берёт всё, что ему нужно, в том числе и книги. И всё же это редкость, и читать умеют немногие из драконов. Понятное дело, что о каталогах тут речи быть не может.

– Значит, в этом деле вы тащитесь в самом хвосте цивилизации?

– Зато у нас полно устных преданий. Побольше, чем у вас всех вместе взятых! Память у драконов, видишь ли, хорошая…

– Кажется, есть!

– Нашёл?

– Да! Вот указание о месте хранения всей документации на этот небоскрёб. Тут должно быть всё – кто строил, когда строил, с чьей подачи, из чего, какими силами, кто украшал и так далее. Теперь надо просто пойти туда и просто взять то, что нам нужно!

«Просто пойти» оказалось легче лёгкого, а «просто взять» не вышло. Архивные документы на небоскрёб "Пирамида" оказались упакованными в дюжину объёмистых деревянных ящиков тяжеленных, будто там хранились кирпичи. Даже могучий Драгис не мог поднять сразу пару таких ёмкостей, а о том, что бы быстро перетащить их в машину не было и речи.

– Я пошёл за Быком, – заявил Фиг, сообразив, что сам он не в силах приподнять даже один такой ящик.

– Иди, иди, – задумчиво ответил Драся, явно думая о чём-то другом.

Фигольчик недоумённо оглянулся и увидел, что его странный товарищ внимательно разглядывает рыцарский доспех, стоящий в нише. Фиг презрительно и недоумённо пожал плечами и удалился, что-то недовольно ворча под нос. Через некоторое время он вернулся с очень раздосадованным Быком, который, как и все они, поначалу думал, что речь идёт о краже папки с бумагами.

Лишь только они вошли в хранилище, где стояли пресловутые ящики, Бык замер с открытым ртом, а Фигольчик сел прямо на пол, обхватил голову руками и издал нечленораздельное ругательство! Пока они шли, мистер Драгис Драговски напялил на себя большую часть доспеха, и сейчас прилаживал какие-то плохо поддающиеся детали.

– Ну, что встали, помогайте! – заявил он таким тоном, как будто речь шла о чём-то само собой разумеющемся.

Фиг с Быком переглянулись.

– Давай лучше ему поможем! – заговорщически прошептал Бык. – Меньше времени потеряем, чем просто спорить!

На это Фигольчик буркнул что-то неопределённое, но покорно пошёл помогать. Когда дело было сделано, Бык накинул на плечи Драгиса его чёрный плащ, от чего тот стал похож на стилизованного театрального рыцаря. Шлем Драся отверг, так как на него не налезала шляпа.

– Ну и зачем тебе это нужно? – осмелился поинтересоваться Фиг. – От пули не спасёт, а ящики таскать будет тяжелее!

На это Драгис неопределённо пожал бронированными плечами и взялся за ручку ящика. Тяжесть доспеха ему явно не мешала, и работал он ничуть не хуже, чем бездоспешный Бык.

Сделав несколько ходок, компания остановилась, отирая пот и отдуваясь, возле небольшого грузовичка, припаркованного в тихом переулке позади мраморного дворца, который они только что ограбили. Ящики заставили автомобиль просесть на рессорах, но по уверениям Быка он должен был выдержать такую нагрузку.

– Я конечно не Дунда, – говорил Бык, в то время как вечно недовольный Фигольчик устраивался в тесной кабине между ним и Драгисом, – но эту таратайку сам проверял, и за прочность ручаюсь! А вот скоростёнки у неё маловато…

В это мгновение не меньше пяти мощных прожекторов ударили световыми столбами, как из пушек, и маленький грузовичок с тремя ослеплёнными друзьями оказался в их перекрестье!

– Всем оставаться на своих местах! – заорал в мегафон невидимый полицейский. – Вы окружены! Сопротивление бесполезно! Выходите из авто с поднятыми руками!

Драгис брезгливо поморщился, будто эти стандартные фразы причиняли ему зубную боль.

– Как только я начну, поезжайте! – сказал он и вышел из машины.

– Что он начнёт? – спросил Фиг, зубы которого принялись выбивать дробь.

– Я думаю, мы это поймём! – тоскливо отозвался Бык и завёл мотор.

Драгис Драговски неторопливо шёл по направлению к полицейским машинам, перегораживающим вход в переулок. Руки он не поднял.

– Поднимите руки! – надрывался невидимый оратор в свой мегафон. – Я приказываю, или мы будем стрелять!

Все как будто забыли про двух других взломщиков, которые сейчас тряслись в своём грузовичке. Лучи прожекторов поймали в перекрестье одинокую фигуру в чёрном плаще, и вели её под аккомпанемент воплей из мегафона. Но вот этот человек, сквозь расстёгнутый плащ которого поблёскивала сталь, подошёл вплотную к машинам, стоящим поперёк дороги и остановился.

– Поднимите руки! – орал кто-то по ту сторону машин. – Последнее предупреждение! Внимание!

Но в это время человек в плаще вдруг согнулся пополам в непонятном поклоне. Все замерли в недоумении, и даже голосистый оратор удивлённо умолк. Странный взломщик стоял так уже несколько секунд, и в наступившей тишине было слышно его глубокое мощное дыхание. И вдруг он выпрямился! Выпрямился, поддев бамперы двух стоящих впритык полицейских машин, и резко вскинул руки вверх! Два бело-голубых автомобиля разлетелись в стороны, будто они были детскими игрушками подкинутыми ладошкой малыша, а не многотонными творениями технического прогресса!

Изумление от такого чуда дало странному гангстеру ещё секунду, и он от души плюнул на то место, где только что стояли злосчастные машины. Грохот заставил подпрыгнуть всё – и дома, и мостовую, и стоящих на ней людей! Когда на следующий день эксперты-криминалисты вместе со специально вызванными для этого сыщиками по особо запутанным делам, восстанавливали картину событий, то все единодушно решили, что, по-видимому, этот преступник бросил какую-то специфическую бомбу, которая расшвыряла автомобили, сбила с ног людей и сделала в асфальте мостовой приличную воронку. Правда, полицейские, прятавшиеся в ту ночь с оружием в руках за машинами, рассказывали совсем другое, но в их версию никто не пожелал поверить. Но всё это было утром, а сейчас посреди ночи невидимый голос заорал: Огонь!!!

Поднялась беспорядочная стрельба, но гангстера в чёрном плаще уже не было там, где он стоял секунду назад! Он появился совсем в другом месте, за спинами своих преследователей, как будто умел летать! Надо отдать должное людям в полицейской форме. Они тут же развернулись и обрушили на подозреваемого шквал огня, но опять не добились успеха! Странный гангстер снова исчез, зато пострадала мирно стоящая поодаль телефонная будка – её разнесло в щепки пулями всех имеющихся в арсенале полиции калибров.

В это время, забытый всеми грузовичок, взревел мотором и беспрепятственно выехал из ловушки! На него почти никто не обратил внимания, а две-три пули, посланные вслед, пролетели мимо. Погоня, запутавшаяся в суматохе, тоже опоздала, и грузовичок спокойно нырнул в бесконечную сеть переулков и тупиков рабочего района большого города.

Мирно гудя мотором, подпрыгивая на ухабах, которые почему-то случаются даже на дорогах самых цивилизованных городов, старенький тяжело нагруженный автомобиль петлял и петлял в лабиринте поворотов, узких проездов, между близко стоящими заборами и нескончаемых проходных дворов с неизменным бельем, сохнущим на верёвках, мусорными баками и кошками, выпрыгивающими из-под колёс.

Внезапно дорогу загородила высокая и широкая фигура, чёрной тенью вставшая напротив не слишком ярких фонарей. От неожиданности Бык едва не ударил по газам, вместо того, чтобы нажать на тормоз. Но он всё же остановился, и Драгис, как ни в чём не бывало, влез на своё сиденье, в очередной раз расплющив, слабо пискнувшего Фигольчика.

– Ну, ты!.. Ну, ты же!.. – давился словами Бык, и было непонятно восхищён он или пытается отругать Драгиса за чрезмерный риск и бесшабашность.

– Всё в порядке, – спокойно ответил Драгис, достал мятую пачку сигарет и предложил друзьям.

Бык, который отродясь не курил, только недовольно мукнул и открыл окно со своей стороны. Фиг сигарету взял, но курить не стал, а понюхал и заложил зачем-то за ухо. Драгис чиркнул колёсиком зажигалки и блаженно затянулся. Сигареты ему нравились!

Машина вынырнула, наконец, из лабиринта и выехала на широкую пустынную улицу, ярко освещённую, но с тёмными спящими домами по обеим сторонам. Теперь не было причины устраивать гонку, и Бык вёл грузовичок ровным деловитым ходом.

Нападение произошло внезапно. Чёрный длинный автомобиль вылетел из боковой улочки и по борту грузовика резанули сразу две очереди! На счастье трёх друзей, во вражеской машине сидели «те ещё» стрелки, и никто не был ранен, грузовичок даже не потерял ход, но чёрный, похожий на акулу, автомобиль резко развернулся, выровнялся и погнал за ними, набирая обороты! Теперь преследователям было неудобно стрелять, но все поняли, что сейчас они пойдут на таран!

Фиг залопотал какую-то молитву, Бык оскалил зубы и сгорбился, надавливая на руль, как будто это могло увеличить скорость. Драгис усиленно искал что-то под сидением и вскоре вытащил на свет нечто похожее на короткую толстую трубу.

"Гранатомёт?" – подумал Фиг, с трудом удерживая сознание на грани паники.

Но он ошибся, это было совсем другое оружие. Бронзовая вертлюжная пушка, помнящая наверно лихие времена корсаров бороздивших моря под пиратским флагом, вот что это было! Прилаженная на грубое подобие ружейного ложа, она смотрелась нелепо, но от этого была не менее грозным оружием, чем когда-то. Драгис ударом кулака вытолкнул верхний люк и, наступив на многострадального Фига коленом, высунулся наружу.

Неизвестно успели понять их преследователи, что это на самом деле смотрит им прямо в лицо? Чёрный автомобиль подлетел совсем близко, его бампер вот-вот должен был ударить в зад грузовичка!

Драгис выпрямился во весь рост, взял под мышку деревянный приклад, выгнутый, как половинка цитры, левой рукой ухватился за широкое цевьё и, наведя пушку «на-глаз», поднёс к запальному отверстию тлеющий окурок…

Бадлануло так, что все на мгновение скорчились от резкой боли в барабанных перепонках, а Фиг всерьёз решил, что оглох навсегда! С обеих сторон улицы в магазинах обрушились витрины, а кое-где повылетали стёкла окон. Ядро угодило в радиаторную решётку чёрного автомобиля, раскололо двигатель и вместе с его обломками влетело в салон! Искромсав людские тела, раскалённые осколки достигли бензобака и через долю секунды, то, что недавно было гордым и наглым детищем технического прогресса, исчезло в столбе пламени и чёрного дыма!

Для грузовичка этот выстрел тоже не прошёл даром. Тело Драгиса швырнуло отдачей, так что он едва не выронил пушку. Машина клюнула носом, и при этом чиркнула брюхом по мостовой, высекая днищем и бампером фонтаны искр! Кроме того, что-то тяжко вывалилось из подпрыгнувшего кузова и осталось лежать на дороге.

– Чёрт! Мы потеряли один ящик! – сказал Драгис, принимая нормальное сидячее положение.

– Вернёмся? – спросил Бык.

– Нет, посмотри!

Бык взглянул в зеркало заднего вида, фыркнул и прибавил газ. В прыгающем перед глазами зеркале было видно, что рядом с горящим автомобилем остановился ещё один, похожий на первый, как брат-близнец. Из него высыпала целая куча вооружённого народа, но стрелять, по-видимому, им уже расхотелось, так же, как и продолжать погоню. Однако возвращаться под автоматные дула было глупо, и грузовичок покатил вперёд.

– Я ему сам голову оторву, когда поймаю! – простонал всеми забытый Фиг.

– Кому это? – не понял Бык, а Драся только ухмыльнулся.

– Дульери, кому же ещё! – Фиг явно решил закатить истерику. – Дуле! Мафиози этому клятому! Если попадётся вам без меня, уж вы его мне, пожалуйста, оставьте! Ух, я ему…

– Да, я ему не завидую, – спокойно сказал Драгис и достал ещё одну сигарету, но только собрался крутануть колёсико зажигалки, как вдруг опустил руку и начал беспокойно оглядываться вокруг.

Его друзья уже привыкли к таким приступам беспокойства. Бык и ухом не повёл, продолжая вести машину, а Фигольчик лишь вздохнул, достал свою сигарету из-за уха и снова принялся её зачем-то нюхать.

Глава 8. Мэгги

Увы, но это так! Анджелика проснулась в той же постели, и едва повернувшись, застонала от боли. Да, это так: то - был сон, а это - нет! Она снова оказалась побитая, слегка пожёванная, (теперь уже в прямом смысле), а ещё она в очередной раз осталась без одежды.

То, что было на ней накануне, стояло колом от драконьей слюны. К сожалению, у неё не было никакой возможности простирнуть свои вещи, даже если бы хватило сил на стирку. Но превозмочь себя было просто необходимо. Нельзя же, в самом деле, валяться в кровати и стонать? Это, может быть, хорошо, когда есть, кому тебя пожалеть, а так, это просто глупо и скучно!

Девушка встала и, как могла, осмотрела себя на предмет повреждений. Синяки от драконьих зубов были основательные, но кожа нигде не была прокушена. Что ж могло быть и хуже, намного хуже! Будем надеяться, что на спине та же картина, что на животе и груди, по крайней мере, наощупь всё в порядке. Окончив медицинский самоосмотр, Анджелика принялась за сочинение гардероба.

Собственно выбор был небольшой. Проделав дырку для головы в запасной простыне, девушка получила импровизированное пончо, которое перехватила на поясе скрученной в жгут наволочкой. Аховая одёжка, ничего не скажешь, но всё же лучше, чем ходить по острову нагишом. Припомнив, что нечто подобное носили женщины в древней Спарте, отчего остальные греки называли их "показывающими бёдра", Анджелика улыбнулась и подумала, что Драся, конечно же, расхвалил бы на ней и этот наряд…

Всё переменилось в один миг! Окружающие предметы потеряли свои очертания, мир в глазах потемнел, её внезапно затошнило так, что справиться с собой не было никакой возможности, и она упала на четвереньки! Желудок спазматически сжался и неудержимо выбросил то немногое, что в нём осталось от вчерашнего обеда, и тут же резкой болью скрутило горло, почти перекрыв дыхание!

Хорошо, что под кроватью оказался ночной горшок, который в это время был пуст. С трудом поднявшись на ноги, Анджелика прилегла на свою постель, часто дыша, и с готовым выпрыгнуть из груди сердцем.

Что же это такое? Неужели драконьи зубы повредили, что-нибудь внутри? Не похоже. Внутри вроде ничего не болит. А это ещё что?

Вслед за тошнотой возникло страшное, давящее и раздирающее чувство голода! Зубы девушки непроизвольно залязгали, а глаза сами по себе принялись обшаривать комнату в поисках съестного. Она вскочила с кровати. Забытый на тумбочке неизвестный фрукт, моментально исчез в поющей на все лады утробе, вместе с жёсткой зелёной кожурой. На мгновение мелькнула мысль, что если бы паук в этот момент находился рядом, то ему бы точно не поздоровилось! Но, на их счастье ни сэра Арахнуса, ни летучих мышей в комнате не было.

Анджелика ещё обшаривала вытаращенными глазами углы комнаты, как вдруг наваждение исчезло. Она вновь опустилась на кровать. Дальше что? И что это было? Может теперь нам захочется солёненького?

Что-о!!!

Но ведь ничего не было! Или было? А вдруг что-то было, но стёрлось из памяти? Девушка сдавила виски руками, насилуя память, но та, как это всегда бывает при грубом с ней обращении, ответила полнейшей чернотой. А если всё-таки, что-то было? Но как? И когда? Оставался единственный способ проверить.

Воровато оглянувшись, и ещё раз убедившись, что паука и его летучей гвардии поблизости нет, Анджелика просунула руку между ног и тщательно исследовала своё тело. Через некоторое время она облегчённо вздохнула, убедившись, что и впрямь ничего не было.

"А жаль!" - ехидно сказал ей внутренний голос.

– Иди ты… знаешь, в какую сторону?! – рявкнула она ему в ответ, и прикусила губу, сообразив, что разговаривает сама с собой.

"Кого я здесь обманываю?" – подумала девушка, и к её глазам подступили злые горькие слёзы. – "Жаль! Чертовски жаль! Глупый Драся! Я готова была принадлежать ему по первому зову, потому что любила его, как никого и никогда, а он… Венчаться ему захотелось! Да что я, против что ли! Потом могли бы и обвенчаться! Одно другому не мешает. А теперь… Где он, а где я? И доведётся ли ещё увидеть друг друга?"

Конечно, после таких мыслей, слёзы хлынули градом, и девушке вдруг захотелось убежать из этой тесной гробницы, куда угодно, лишь бы на воздух!

И она вышла оттуда.

Солнце ударило в глаза, отразившись мириадами росинок, покрывающих небольшой луг и опушку джунглей вокруг него! Трава, в прошлый раз, едва доходящая ей до щиколоток, теперь вымахала по колено, и Анджелика вошла в неё, словно в море! На миг забылись все беды и несчастья, и девушка испытала чувство неизъяснимого блаженства от наполняющей её энергии, которая, поднимаясь снизу от босых ступней, достигала самых кончиков волос и выходила через пальцы рук, которые в солнечных лучах казались прозрачными!

Постояв так с четверть часа, она глубоко вздохнула, возвращаясь в реальный мир, и оглянулась на то место, где лежали её вещи, неосмотрительно оставленные во время предыдущей незабываемой прогулки. Всё оставалось нетронутым, но сквозь кольчугу проросла трава, перевёрнутый шлем был наполовину наполнен водой, и в нём сидела лягушка. Сапоги вообще лежали в луже, а всё остальное совершенно скрыла растительность. Девушка со смехом выуживала одну вещь за другой и раскладывала для просушки на скале. Самой большой потерей оказались сапоги, из которых вылилось немало воды. Теперь о походе к пляжу можно было на время забыть. Правда, если солнце будет так жарить, и снова не пойдёт дождь, они вполне могли просохнуть через три – четыре часа, и тогда…

Длинный, горячий и шершавый язык обвился вокруг её тела и резко вздёрнул вверх.

"Опять?!"

Но, через секунду Анджелика поняла, что язык был не тот, не грубый и сдавливающий. Напротив, он держал её аккуратно, почти нежно, но бесцеремонно.

"Тогда кто же это?"

Хорошо, что её хотя бы не тащили в пасть! Подержав некоторое время девушку навесу, её осторожно поставили на высокий выступ скалы и отпустили.

Анджелика открыла зажмуренные с перепугу глаза, и тут же вжалась в скалу, понимая впрочем, что бежать некуда! Перед ней возвышался великолепный дракон, и с первого взгляда было понятно, что это самка. Несмотря на свой страх, девушка залюбовалась этой новой драконессой. Она была изумрудно-зелёного цвета, ростом больше Драсиного отца, но поменьше матери, а её янтарно-жёлтые глаза, с широкими щелевидными зрачками, смотрели изучающе и задумчиво.

Девушка решила не двигаться, и только надеялась, что её не проглотят и не поджарят на месте. Так прошло несколько минут.

– Теперь я понимаю своего братишку! – первой нарушила молчание драконесса, обнаружив красивый мелодичный голос, слегка похожий на звук колокола. – Ты действительно красива, для человека, а он всегда питал слабость к вашей породе. Ну, что ж, давай знакомиться! Меня зовут Мэгги!

– Ан-нд-джелика! – пролепетала девушка и протянула руку. – Оч-чень п-приятно!

Её кисть была деликатно пожата кончиком языка, который, как она давно уже догадалась, заменял драконам руки. Потом этот язык снова обвился вокруг её тела и девушку аккуратно поставили на землю.

– Ты меня извини! – вежливо объяснилась Мэгги. – Просто очень хотелось рассмотреть тебя поближе, а вижу я плоховато. Близорукость! Ты не будешь против, если я надену вот это?

При этих словах, Мэгги извлекла откуда-то громадные очки и водрузила их с помощью языка себе на нос. Конечно, Анджелика не была против! Но драконессе этого оказалось недостаточно.

– Только обещай, что никому не скажешь! – сказала она, сделав таинственное лицо. – Меня братья до смерти засмеют, если узнают, что я пользуюсь очками! Об этом вообще знают только мама и Драся.

Анджелика тут же пообещала хранить этот секрет, но сама внутренне посмеялась над тем, какой забавный был вид у Мэгги в очках. Прошло не более десяти минут, а они уже вовсю болтали и смеялись, как старинные подружки. Странно, но в том мире, откуда Анджелика пришла, друзей у неё было мало, и всё какие-то не те, а тут…

Её скрутило тошнотой и болью так же внезапно, как и в прошлый раз. Правда теперь приступ был не такой сильный, и девушка быстрее пришла в себя, но чувствовала огромную усталость и… снова голод! Обеспокоенная Мэгги принесла откуда-то связку бананов, и пока Анджелика поглощала их, начала задумчиво принюхиваться.