Колдовской замок. Часть VII. Исход

Глава 10. Лучше сейчас

– Странно!

Барбарус повторил это уже несколько раз.

– Очень странно! И совершенно непонятно, чем дело кончилось.

–Чем оно началось, тоже непонятно! – немного ворчливо добавила Фоллиана. – А ты уверен, что это они?

– Хм-м. Уверен ли я? – Капитан глубокомысленно погладил свою бородку клинышком. – Я, конечно, не следопыт, но расследовать дела связанные с разбоем приходилось и не раз. Взгляни сама!

Фоллиана и так во все глаза рассматривала следы, которыми пестрела дорожная пыль. Кроме следов здесь повсюду валялись стреляные гильзы, и, то тут, то там виднелись капли крови. В одном месте её была целая лужица, уже подёрнувшаяся корочкой и присыпанная пылью.

– Тут две пары следов от мужских ботинок, – пояснял Барбарус, указывая на то, что для глаза неопытного являлось сплошной мешаниной. – Большие следы, это, конечно, Драговски. Во время боя он перемещается танцующим шагом опытного фехтовальщика, даже когда идёт перестрелка, а не схватка на клинках. Маленькие следы, это Фигольчик. тоже танцующий шаг, но совсем другой! Этот – опытный боксёр и борец, мастер уличных боёв без правил. Никогда не забуду, как он меня вырубил там, на крыше «Пирамиды»… Следы огромных копыт принадлежат Быковичу. Значит, он опять превратился в быка! Я однажды это видел и могу с уверенностью сказать – это его размер. Ну и напоследок, маленькие женские следы, это принцесса! Она, как и ты разгуливает босиком, но края следов слегка сглажены. Возможно, на ней тонкие носки, чулки или просто ноги обмотаны тряпками.

– И ты говоришь, что ты не следопыт?

– Следопыт сказал бы, что они ели сегодня на завтрак. Я могу сказать лишь одно – здесь они с кем-то сражались, после чего все вместе рванули туда!

Он махнул рукой в сторону Запретного леса. Фоллиана посмотрела в этом направлении. Да, слово «рванули», больше всего подходило к тому, что она увидела – след на траве протоптанный несколькими парами ног, две сбитые кротовые кочки и отчётливо видимый пролом в подлеске.

– А кто же из них ранен? – спросила девушка обеспокоенно.

– Быкович, – уверенно сказал капитан Барбарус. – Смотри – он стоял вот здесь, когда в него попали. После этого он попятился и дёрнулся несколько раз, отчего кровь разбрызгалась. Видимо двое парней были заняты дракой, а потому не смогли помочь, но принцесса бросилась на выручку другу и встала между ним и противником. А потом она ударила, и это был очень серьёзный удар!

Капитан указал рукой в другую сторону, где в зарослях кактусов виднелось что-то вроде улицы, выжженной одним махом, а потому ровной.

– Теперь я понимаю, что имел в виду наш наниматель, – продолжал капитан. – Он сказал, что вы с принцессой подружитесь, если не сожжёте друг друга при встрече.

– Это зависит от её поведения, – заявила Фоллиана, зажигая искру между большим и указательным пальцами правой руки. – От этого сгорела Александрийская библиотека! Хватит, чтобы зажарить одну принцессу.

– Эй, эй, полегче! – замахал руками Барбарус. – Ещё мне не хватало женской драки! Лучше в одиночку схлестнуться с дюжиной разбойников, чем разнимать сцепившихся девчонок!

Фоллиана рассмеялась, но тут же стала серьёзной.

– Я сама ничего подобного не хочу! – сказала она. – Но давай вернёмся к делу. Что следопыт скажет об их противнике?

– Ничего.

– То есть, как?

– Очень просто – что бы на них не напало, оно не оставило следов. Ни одного! А ещё, я не понимаю, чем был ранен Быкович. Предполагаю только, что чем-то, что может поражать на расстоянии.

– Почему?

– Он был самым большим, ему труднее всех было уйти от удара, и он единственный, кто не мог отстреливаться. Перед тем, как в него попали, он стоял здесь и рыл землю правым копытом. Видимо собирался ринуться на врага, но получил стрелу или пулю.

– Непонятно. Возможно, преследовали отступающего неприятеля или сами спасались.

Они замолчали, ещё раз оглядывая место схватки.

– Пойдём за ними? – спросила Фоллиана.

– Я бы не стал, если бы на то была моя воля, – вздохнул капитан. – Но, похоже, у нас нет выбора. Это незнакомый мир, пусть здесь и жили когда-то мои предки. Я здесь жить не умею, ты тоже. Единственный способ для нас выбраться отсюда, это выполнить контракт. И тогда, если наниматель будет с нами честен, то мы сможем поселиться в цивилизованном месте и построить там, э-э, свою библиотеку, как ты хотела.

– Аминь! – подытожила Фоллиана. – Только, прежде чем тронемся в путь, я хочу ещё кое-что.

– Что же ты хочешь?

– Любви! Вон под тем кустом растёт мягкая травка.

– Но…

– Что-то мне подсказывает, что некоторое время нам придётся потерпеть без этого, а потому, лучше сделать всё сейчас, чем потом жалеть, что не сделали, когда была возможность. Или может быть, я тебе уже надоела?

– Нет, не надоела! – улыбнулся Барбарус, обняв её за талию. – И всё-таки, до чего же развратная у меня жена! Это же настоящее чудо!

Глава 11. Озеро; услуга и плата

– Бык, миленький, потерпи, пожалуйста!

Слёзы, хлеставшие в три ручья, нечем было утереть – руки Анджелики были заняты. В одной она несла копье, на которое злилась, но не могла бросить, другой поддерживала голову Быка, тяжеленную, как кузнечная наковальня!

Держать его голову навесу приказал Фиг. Пока Бык не уронил голову, он мог ещё переставлять ноги, а значит, у него был шанс дойти до Целебного озера, которое находилось в глубине леса. Если же он не сможет удержать своё чугунно-рогатое вместилище интеллекта, то тогда всё – им не под силу будет сдвинуть его с места, даже всем троим.

Поэтому, они прилагали отчаянные усилия, чтобы не дать ему это сделать. Фактически они несли его голову, а заодно тянули своего друга вперёд. Драгис шёл справа, Анджелика слева, а Фиг обхватил морду друга и положил её себе на плечо, не обращая внимание на вываленный язык, и на то, что уже через минуту он с головы до ног был в бычьей слюне, пополам с кровью.

Морально тяжелее всех приходилось Анджелике. Именно с её стороны из груди Быка торчал зазубренный шип, длиной и шириной с клинок короткого меча. То, что его остриё ещё не достало до сердца, было чудом.

Всё случилось быстро, странно и непредсказуемо. Когда Драгис объявил, что на дороге кто-то есть, все приготовились к бою, но, разглядев, существо, очутившееся у них на пути, расслабились и переглянулись в недоумении. Прямо перед ними посреди дороги стояла… девочка! Милый ребёнок лет семи, одетая в простое деревенское платьице, белое с красными узорами. На белокурой головке венок из полевых цветов. На ножках аккуратные жёлтенькие лапоточки с лыковыми завязками до колена. В руках корзинка, из которой торчали головы двух белых кроликов. Она стояла и улыбалась солнечной лучистой улыбкой, и казалось, что синее небо смотрит сквозь её необыкновенно яркие глаза!

Путешественники встали в недоумении, глядя на это дитя, словно сошедшее с лубочной картинки. Но девочка вызывала лишь душевное умиление и они расслабились. Даже всегда бдительный и подозрительный Драгис вынул руки из карманов, где у него были пистолеты… И тут началось!

Собственно, сначала не случилось ничего особенного, просто у малышки из корзинки выскочили сразу оба кролика.

– Фыврень! – крикнул Фиг, выхватывая пистолет.

Драгис не знал кто такой «фыврень», но он привык доверять другу, испытанному во многих сражениях. Пистолеты тут же оказались в его руках, но он пока не понимал в кого следует стрелять. В кроликов? В девочку?

Между тем Бык сразу понял, что случилось на самом деле. Он рванулся вперёд, но успел сделать всего пару шагов, как получил в грудь зазубренный шип, предназначавшийся Анджелике.

В это время на дороге поднялась пальба. Оба кролика превратились в два пылевых столба, едва коснулись земли. Девочка так и стояла между ними, продолжая улыбаться, но при этом она подёрнулась рябью, словно была отражением в воде и стала расплываться. Три пули Драгиса прошли сквозь неё, произведя эффект мелких камешков, упавших на зеркальную поверхность озера – девочка не переставая улыбаться, пошла концентрическими кругами. Но Фигольчик стрелял не в фантомы и не в изображение ребёнка, так успешно усыпившее их бдительность. Он сосредоточил огонь на чём-то невидимом, и бил наугад поверх головы «девочки». Глядя на него, Драгис разразился канонадой из своих крупнокалиберных пушек в том же направлении.

В это время шипы, такие же, как тот, что поразил Быка, засвистели и завжикали, пролетая сквозь пылевые фантомы и разноцветную кляксу, в которую превратилась симпатичная девчушка. Пришлось уворачиваться.

Видимо, тот кто метал эти странные клинки, больше полагался на количество брошенных снарядов, чем на меткость. И всё же два таких шипа пробили плащ Драгиса, один снял шляпу с Фигольчика, и ещё несколько чиркнуло по холке и боку Быка, подавшегося назад и сейчас в шоке топтавшегося на месте. Было ясно, что если у неизвестного метателя таких шипов много, то он вскоре одержит победу над теми, кого решил убить.

Анджелика появилась на линии огня так внезапно, что никто не успел её оттолкнуть или оттащить. Рискуя превратиться в подушечку для булавок, девушка перевернула копьё золотым наконечником вперёд и…

Это была даже не молния. Полоса ослепительного света напоминала стамеску шириной в пять и длиной в двадцать пять метров. На долю секунды воздух распороло электрическое гудение, но тут же всё стихло. Всем показалось, что даже солнце убавило накал, не менее чем вполовину. Стало вдруг прохладно, и воздух наполнился запахом пыльного озона.

– Ты убила его! – воскликнул Фиг и от радости завертел свой пистолет на пальце. – Фыврень убит! Такого я ещё не видел.

– А кто он такой этот фыврень? – спросил Драгис, машинально перезаряжая оружие.

– Чудовище из Запретного леса, – ответил Фиг. – Его ещё называют «мимикрийный фыврень». Эта тварь обладает феноменальными гипнотическими и телепатическими способностями. Как он выглядет никто не знает, а убить его крайне сложно. Но даже если это удалось, тело его мгновенно распадается и исчезает, так что тушу искать бесполезно. Он создаёт голографические образы, списывая их из памяти жертвы, чтобы усыпить её бдительность, после чего внезапно нападает. Эх, какой же я дурак! Сразу надо было догадаться, что человеческой девочке не откуда взяться в Козляндии, тем более, здесь на дороге…

– Бык!

Анджелика первая вспомнила о раненом друге. Бык стоял, задрав голову кверху, и весь дрожал, готовый упасть в любую секунду. Друзья бросились к нему и подхватили с двух сторон, не давая это сделать. Анджелика, тем временем, тщетно силилась сдёрнуть золотой наконечник с целительного конца копья Ахиллеса.

– Не получается! – крикнула она и гневно отшвырнула копьё, которое сердито зашипело.

– Я смогу это вытащить! – сказал Драгис, протянув руку к шипу, торчавшему из груди Быка.

– Нет! – крикнул Фигольчик. – Так ты его убьёшь! Сделаем по-другому – в Запретном лесу есть Целительное озеро. Его вода лечит любые раны. Если сможем его туда довести, то Бык спасён!

– Пошли! – крикнула Анджелика, подбирая копьё.

И они пошли. Запретный лес не выглядел ни мрачным, ни зловещим. Лес, как лес. Деревья, кусты, тропинки, муравейники. А ещё, комары, которым не было никакого дела до бед и забот тех, кого они считали своим законным ужином. Бессовестные созданья!

Ветви нещадно хлестали по лицу, сучки царапали кожу, иголки и какие-то колючки впивались в подошвы, на которых снова изодрались тряпичные обмотки. Но Анджелика терпела. Ей не очень-то верилось в существование озера, вода которого может исцелить колотую рану такой глубины, но она будет тащить Быка, пока сама не упадёт без сил!

– Мы хоть правильно идём? – спросил Драгис. – Ты точно знаешь направление?

– Вопрос не в том, знаю ли я направление или нет, – ответил Фигольчик, – а в том, насколько нам требуется помощь. Целебное озеро милосердно. Если оно почувствует, что нам не под силу добраться самим, то перетечёт поближе!

Больше вопросов не последовало. Вода заблестела за деревьями, когда Бык захрипел и окончательно закатил глаза.

Непомерная тяжесть навалилась на их руки, а на пути, как на грех, рос густой подлесок. И тут Анджелику осенило! Она снова развернула копьё золотым наконечником вперёд, и световая «стамеска» вычистила последние полтора десятка метров пути, сделав перед ними ровную, слегка дымящуюся просеку.

И всё равно было слишком далеко! Кроме того, Бык встал, и никакими силами они не могли заставить его сделать ещё, хотя бы один шаг. Передние ноги его подкосились, и он опустился на колени. Даже до предела напрягавший свои могучие мускулы Драгис, не мог заставить умиравшего друга встать и шагнуть ещё несколько раз.

Анджелика тоже опустилась на колени. Она всё ещё продолжала тянуть голову Быка вверх, понимая, что бой проигран. Краем глаза она видела, что Фиг совсем скрылся под грудью Быка, рискуя быть погребённым под его неподъёмной тушей. И тут земля ушла у них из-под ног…

Девушка едва успела вдохнуть поглубже, когда волна накрыла её с головой. Впрочем, она сразу почувствовала дно под ногами, и когда встала, то обнаружила, что воды здесь всего лишь по грудь. Рядом барахтались её друзья, но самым главным, от чего её сердце подпрыгнуло, было то, что Бык стоял на этом же мелководье на собственных ногах, и глаза его не были закатившимися.

– Вот теперь этот шип можно вытащить! – объявил Фигольчик, с фырканьем выныривая на поверхность.

Драгиса не надо было просить дважды. Он ухватился одной рукой за тупую часть шипа, а другой покрепче сжал рог друга и рванул! Бык вздрогнул, подался назад, но не издал ни звука.

Спасён! Анджелика вдруг почувствовала страшную усталость, и если бы не облегчающая сила воды, наверное, не удержалась бы на ногах. Но она устояла и даже нашла в себе силы оглянуться по сторонам.

Озеро действительно придвинулось к ним, и даже сейчас не остановило своё движение, мягко тесня лес и формируя берега.

– Что дальше? Спросил Драгис, по голосу, которого чувствовалось, что он тоже устал.

– Мы можем выйти на берег, – отозвался Фигольчик, – а он пускай ещё постоит, пока лечение закончится. Сам поймёт, когда надо выходить.

– Ой! Фиг? – вдруг воскликнула Анджелика, обернувшись к тому, кого уже привыкла воспринимать, как Фигольчика.

Драгис даже рот раскрыл от изумления. Посреди одежды друга барахталось и путалось в штанах и куртке, знакомое по пребыванию на неведомом острове меж мирами существо, смахивающее на гигантскую картофелину с баклажаном вместо носа.

– Ну, что уставились? – заговорил Фиг с ворчливой весёлостью. – Я не успел сказать, что озеро за свои услуги берёт плату. Посильную плату, не кабальную. Сейчас оно подлечило не только Быка, но и всех нас. И у каждого забрало что-нибудь, что он может отдать безболезненно. У меня вот – человеческую форму реквизировало. Вы сами поймете, с чем расстались. Что же касается Быка, то его плата будет самой высокой, но я ума не приложу, в чём она может заключаться.

– Тогда, пошли сушиться, – сказал Драгис. – Надеюсь, что здесь можно развести костёр?

– Мои спички промокли, – развёл руками Фиг.

– Не проблема! – ответил Драся, и из его губ показался язычок пламени.

– Для меня проблема, – вздохнула Анджелика.

– То есть?

– Кажется, озеро забрало у меня драконьи способности, – виновато улыбнулась девушка. – Я больше не могу изрыгать огонь.

Драгис привлёк её к себе и снял со лба промокшую повязку. След, оставленный рогом Рогелло Бодакулы, остался на месте. Видимо теперь это было частью Анджелики навсегда. Тогда он обнял любимую и без слов прижал к себе.

– А ты? – обеспокоенно осведомилась Анджелика. – Ты ничего не чувствуешь?

Драся пожал плечами.

– Я чувствую прилив сил и чувствую голод, – ответил он. – Что же касается платы за услуги, то, если озеро взяло что-то от меня, то это нечто такое, о чём я даже не догадываюсь. Поживём – увидим! Может мне это совсем не нужно?

С такими разговорами они вышли на берег. Всё было тихо и мирно. Больше никакое чудовище Запретного леса не пыталось их съесть. Трое из четырёх путешественников занялись устройством лагеря, время от времени поглядывая на Быка, который так и стоял, молча, в протоке образованной озером.

Глава 12. Новая тревога и огуречное определение

Злорик Медная Голова: У-у-у-у-у-у-у!

Чикада: Что здесь происходит? Сэр Злорик, это вы?

Злорик Медная Голова: О-у-а-а-а!

Чикада: Так! Немедленно прекратите завывать и расскажите, в чём дело?

Злорик Медная Голова: Зло-о-ся!

Чикада: Злося? Эта девушка? Молодая супруга сэра Злоскервиля? А что с ней?

Злорик Медная Голова: Пропа-а-ла!

Чикада: Пропала Злося? Час от часу не легче! А ну-ка, давайте, рассказывайте с самого начала и во всех подробностях.

....................................................................................

Злинда: Да ты что? Вот радость-то! А муж знает?

Злуша: Дык, похоже, она сама, ишшо не знает! А я вот знаю – у меня глаз-то видючий!

Злинда: И что ж ты такое увидела?

Злуша: Я ж сначала не поняла. Гляжу, чавой-то наша Злоська задумчивая какая-то? Вроде говорит с тобой, а у самой глаза, как будто, не здесь. Словно смотрит на что-то, чего нет. Ну, думаю – не выспалась девка, муженёк, (хи-хи!), не дал. А потом, когда увидела, как она огурец трескает…

Злинда: Какой огурец?

Злуша: Солёный, жёлтый такой. Самый большой выбрала! Где ж это видано, чтобы молоденькая девчонка, такие огурцы целиком хряпала? Нешто она мужик?

(обе смеются)

Вот, я, как увидела, что она с таким огурцом пошла, тут для меня всё яснее ясного стало!

Злинда: А куда она пошла-то с огурцом?

Злуша: Известно куда! В библиотеку…

Злинда (вскакивает, заламывая руки): Что?!

Злуша: Ой! Вот же я глупая баба! Сама всё разболтала…

Злинда: Вот что, подруга – я тебя потом убью! А теперь – дуй правду-матку, говори, как дело было!

Злуша: Злиндочка, пощади! Отпусти душу на покаяние! Всё скажу, как на духу, ничего не утаю, только не губи меня грешную!

............................................................................................

Злоскервиль: Как это ты не знаешь, где твоя госпожа?

Злоримор: Да вот как-то так, сэр, не знаю! Вроде дома была, а глядь – нету её. Может пошла за падре Микаэлем?

Злоскервиль: Может и так. А где в таком случае падре Микаэль?

Злоримор: Кто ж его знает, милорд? Известно ведь, что добрый ваш гость, по слабости здоровья, далеко не ходит. Правда, если нужда заставит, то за ним и молодой, да здоровый не угонится. Я доподлинно не знаю, но может он отправился за сеньором Барбарусом и миссис Фоллианой?

Злоскервиль: И эти куда-то ушли? А ведь верно, я их давно не видел. Интересно, куда они-то пропали? Только не говори – «Кто ж их знает?»

Злоримор: Не скажу, барин, не скажу! А всё потому, что доподлинно знаю – они отправились в замок Злорда, чтобы посетить тамошнюю библиотеку. Миссис Фоллиана на этом деле, на библиотеках, то есть, малость того. Ну, вы же знаете, сэр!

Злоскервиль: Верно, верно. Правда я не нахожу в увлечении очаровательной Фолли ничего предосудительного. Она дама умная и образованная. Вот только мне не нравится, что вслед за ней из дома исчезает моя жена, к тому же не сказав мне ни слова! Вот что, голубчик вы мой – отправьте в замок Злорда кого-нибудь, узнать там ли миссис Злоскервиль и все остальные, кто так странно пропал за последнее время. Нет, стойте, не надо! Лучше я сам туда поеду и сам всё узнаю, а то я здесь изведусь, пока буду ожидать известий.

Злоримор: И я с вами, сэр! Я хоть и старый, а всё же, какая-никакая подмога.

Злоскервиль: Добро, старина! Отправляемся немедленно!

Глава 13. Возможно, он его убил…

– И как они только продирались сквозь такую чащу?

– Не просто продирались, а шли уверенно, явно стремясь к определённой цели.

– Ай!

– Что случилось?

– Ничего особенного! Просто одно дело идти по дороге, а другое по шишкам.

– Ну, вот…

– Не переживай – привыкну!

По следу искомой четвёрки они шли уже битых два часа. При этом создавалось впечатление, что банда Фигольчика/Драговски и принцесса, двигались по этому лесу, если не как по ровной дороге, то с гораздо большей лёгкостью, чем Барбарус и Фоллиана. Тех лес, как будто пропускал, а этих пытался задержать и запутать.

– Давай-ка сделаем привал! – заявил капитан, останавливаясь. – Нам нужно выполнить задание, но это не значит, что ради этого стоит загнать тебя до смерти.

– А тебя? – спросила Фоллиана лукаво.

– Я бы тоже отдохнул, – ответил её муж, сообразив, что если речь будет идти только о ней, то Фолли не остановится.

Они остановились на живописной поляне, отметив, предварительно направление движения тех, кого они пытались догнать. Здесь было полно земляники, и Фоллиана тут же принялась её собирать. Набрав горсть, она принесла эти ягоды супругу и стала его ими кормить, не слушая шутливых возражений.

Всё случилось с невероятной быстротой, с какой стрела или дробь настигает ничего не подозревающую птицу. Со стороны чащи вдруг раздался треск, словно сквозь подлесок ломился обезумевший танк, и на поляну с рёвом вылетело что-то огромное, чёрное, рогатое!..

Капитан схватил жену поперёк туловища и в последний момент выхватил её из-под копыт чудовища, грозивших растоптать женщину, словно спелый плод, оброненный на дорогу. Фоллиана пискнула и рассыпала землянику. Чудовище, между тем проскакало на край поляны и развернулось. И тогда они увидели, что это огромный чёрный бык испанской породы, который не мог быть никем иным, как…