Ангелов здесь больше нет...

Глава 11 Праздник Весны

1

Праздник Весны праздновали сзакатом солнца всю ночь. На нём заключались помолвки и браки, которыеосуществлялись по истечении оговорённого старшими родственниками срока.

Ирлайшла среди множества костров, которые олицетворяли собой весну. В руках у неёбыл кусок праздничного, зажаренного на костре мяса. Она отщипывала маленькиекусочки и не спеша их ела. Девушка шла, полностью погружённая в свои мысли,когда навстречу ей из темноты вынырнула толпа.

—Эй, Ирла, иди к нам! — крикнул кто-то из толпы.

—Нет, спасибо! — у неё не было желания веселиться. — Я тут постою.

Ониудалились, а Ирлай добрела до ближайшего бревна, заменявшего лавку, и приселана него, вновь погрузившись в свои думы. Заканчивалось её обучение у Гримхильд,к которой она за время учёбы прикипела, словно к матери. Да и та не чураласьдевушки, искренне окружив её заботой.

Очень скоро предстояло возвращаться в Зелёные Холмы. Атам — пара полных циклов, и будет Отбор.Пройдёт ли она его? Скольких они потеряют?Северный народ и Жрица научили её многому. Теперь она готова продолжатьобучение у Волка.Как он там?Девушка скучала по Зелёным Холмам, по бревенчатому, простому, уютному домику.Ей не хватало леса.

Здесьтоже было по-своему красиво. Суровая природа Севера скупа на краски, но Ирлайпривязалась к ней и к её немногословным жителям.

Ноюность берёт своё. Постепенно грустные мысли отступили. Зажигательная музыказвала и манила в пляс. Девушка сидела на бревне и притопывала ножкой в тактдоносившейся мелодии.

—А, вот ты где, рыжая!

Онаобернулась. Неподалёку стоял, улыбаясь, Болли — и рядом с ним — высокийтемноволосый незнакомец, чьё лицо скрывала тень костра.

—Бабка твоя рыжая! — буркнула Ирлай.

—Ну, что я говорил тебе? — обратился Болли к своему спутнику.

—Норов у неё, как у необъезженной кобылицы! — продолжал расхваливать на свойманер девушку Болли.

— Ты сам, кобылица! — не осталась в долгу Ирлай.Она не злилась. Ей нравилось задирать этого парня.

Изтени раздался голос — низкий, грудной, будто из самой земли:

—С таким характером сидеть тебе на пне трухлявом одной!

Девушкапоняла по его интонации, что он улыбнулся.

—Тебе не кажется, что невежливо вмешиваться в разговор двух людей, непоздоровавшись и не представившись? — отчитала незнакомца девушка.

Друзьярасхохотались.

—Прошу простить моё упущение! — сказал незнакомец. — Я Варди. Друг этого оболтуса.

— Пришли выбирать себе невест? — полюбопытствовалаИрлай.Себя она претенденткой на брачные узы не считала.

—Зачем? Нам и так хорошо! — ухмыльнулся Болли.

—Присаживайтесь, — она подвинулась вправо, освобождая большую часть бревна.

—Не хочешь искупаться? — предложил Болли.

—Тебе что, очень понравилась моя рубашка? — многозначительно произнесла Ирлай.

—О чём вы? — не понял Варди. — Причём здесь твоя рубашка? — он пристальнопосмотрел на девушку.

—У твоего друга есть тайная слабость, — Ирлай хмыкнула.

—Их у него много, — перебил Варди.

Боллифыркнул.

—И не совсем здоровое представление о том, как надо знакомиться с девушками! —продолжила Ирлай.

—Э-э-э! Вообще-то я здесь! — возмутился Болли.

—Теперь ты невежлива! — упрекнул девушку Варди. — Я-то представился. — онмногозначительно замолчал.

—Я Ирлай. Думаю, вы и так это уже узнали. Я такая, — она приподняла одну из косрукой и потрясла ею, — одна здесь.

Музыкантыприблизились к ним. Музыка весело играла, зазывая потанцевать.

—Я хочу танцевать. Кто пойдёт? — заигрывающе улыбнулась обоим парням Ирлай. Онасама не понимала, почему себя так ведёт. Может быть, тому виной волшебствоПраздника?

— Осторожно! — шепотом предостерёг друга Болли. — Ей ещёне исполнилось пятнадцати полных циклов!

—Угу, — ответил Варди.

—Ну так что? Кто из вас идёт? — спросила девушка, вставая с бревна.

—Оба, — ответил за друга Болли.

— Чуть позже, — произнёс Варди одновременно с ним.Он видел, что друг положил глаз на девчонку, и не хотел мешать им. Повернулся ккостру лицом. Праздничный огонь осветил его обезображённое шрамом лицо.

—Ну что ж, пошли танцевать. — Девушка схватила Болли за руку и потащила вхоровод. Давно она не плясала.

Болли куда-то исчез.«Скорее всего, отправился следом за какой-нибудь симпатичной девицей,» —подумала Ирлай, наблюдая, как танцующие пары сменяют друг друга.Она вернулась к бревну, на котором сидела до их прихода.Несмотря на весёлый нрав Болли, его общество начало её тяготить. Поэтомудевушка не стала его искать.«Пусть развлекается», — решила она. — «А Варди, наверное, уже танцует скем-то…»Но, подойдя ближе, увидела: парень сидел там же, где остался, когда они ушли.Он смотрел в огонь. Задумчивый. Один.Ирлай подошла.

—Не помешаю? — спросила она.

—Нет, конечно, — он похлопал по бревну, приглашая присесть.

Она опустилась рядом. Молчали. Каждый — о своём.Но молчание не давило. Оно дышало.

2

Ирлайтянуло к этому немногословному человеку со шрамом на левой щеке. Несмотря нанедолгое знакомство, у девушки возникло ощущение, что она давно его знает.Ирлай украдкой его разглядывала: короткая борода аккуратно подстрижена.Внезапно в памяти возник смутный, размытый образ отца. «У папы была такая же,»— подумала она. Длинные тёмные волосы Варди были заплетены в косы, по местноймоде мужчин. «Интересно, какие у него цветом глаза? А улыбка какая?»

—О чём ты думаешь, Ирлай? — нарушил молчание Варди.

—Так. Ни о чём… — После небольшой паузы она продолжила. — Как хорошо вот таксидеть и не думать о том, что принесёт нам завтра.

—Не знаю. Я как-то о таком не задумываюсь, — он пожал плечами.

—А сколько тебе полных циклов? — спросила Ирлай. — Ты… не из учеников Гримхильд?

—Мне двадцать, — ответил он. — Болли — на два старше. А тебе?

—Летом — пятнадцать. Почти.

Онкивнул. Ничего не сказал. Но в его взгляде — не жалость, не насмешка, апринятие.

Девушкаположила голову ему на плечо. Парень не пошевелился. Этот смелый жест былнеожиданностью для обоих. И оба не шевелились, стараясь не испортить момент.

Вардивзял Ирлай за руку. Медленно провёл большим пальцем по ладони — как по лезвию,что может рассечь и сердце, и судьбу.

Емустрастно захотелось поцеловать её — в лоб, в губы, в шею, где пульс, чтобьётся, как сердце зверя, вырвавшегося из капкана. Но он сдержался.

«Почтипятнадцать — самый брачный возраст, — подумал он. — Но для меня она всё ещёребёнок, что не знает, как велика её сила».

—Кто ты? — голос Варди обволакивал. Убаюкивал.

Ирлайтут же почувствовала Силу, исходящую от него. «Вот же засранец!» — подумалаона. По коже шло лёгкое покалывание. Она возмутилась.

—Совсем охренел?!

— Кто ты, Ирлай? — проигнорировал её возмущение Варди.Но убрал Силу из голоса. Дальше продолжил обычным тоном.— Кто ты?

—Что значит, кто я? Ответов много. Тебе какой?

—Не пытайся играть со мной, девочка, — он пристально посмотрел ей в глаза.

—Я и не играю! — Девушка возмутилась. — Пользуешься тем, что мне нельзяприменять сейчас свои умения? — Она ткнула его пальцем в грудь.

—Не ври! Я не переношу, когда мне врут. Я же вижу, как ты заигрываешь с намиобоими! Зачем тебе это нужно?

—А. Ты об этом. — Она чуть слегка расслабилась. — Честно сказать?

Паренькивнул.

—Я сама не знаю, почему веду себя с вами так!

—Может, это признаки взросления? — предположил он.

—Хочешь сказать, что моё сердце ищет того, кто его согреет?

—Ну,… если ты говоришь так прямо… то да.

—Ты считаешь, что я тоже хочу замуж, как она? — Ирлай кивнула в сторонупроходившей мимо парочки.

—Мне делали много намёков! — Он улыбнулся. — Но чтобы вот так открыто предлагатьсебя для замужества…

—Корону сними! Я говорю вообще. — Как-то по-детски она обиженно надула губы.

Иему почему-то вдруг захотелось защищать её от всех и всего. От осознания этогоВарди растерялся.

—Расслабься. Я слишком люблю свободу. — Попыталась улыбнуться она.

—Не ври! — Подначивал её Варди. Ему нравилось её злить.

—О Великий Змей! — Она вздохнула. — Ты так и не понял? — Она обхватила своюголову руками. — Я практически не жилец! Ты это хотел от меня услышать? — Онапродолжала. — Не знаю, почему я говорю это тебе. Я никогда никому об этом неговорю.

—Болли знает?

—Нет, конечно. Я его знаю всего ничего. Да и он последний, с кем я бы поделиласьчем-то!

—Почему?

—Я не доверяю ему. Он… В нём есть что-то зловещее… там, на реке, когда язаглянула ему в глаза…

Онараскачивалась из стороны в сторону. Варди не прерывал её. Он понимал, о чём онаговорит. Болли не признавал отказов и был очень злопамятен. Хоть для всех ивыглядел добряком.

—Я увидела то, в чём он сам боится себе признаться.

—Что, что ты увидела? — нахмурился парень.

—Не важно. Но это заставило меня ему не доверять.

—Так кто ты, Ирлай? — Как бы невзначай повторил он вопрос.

Девушкасделала вид, что попалась на его уловку. Но ей почему-то захотелось хотьнемного открыться этому человеку. «Может, я влюбилась, как девчонки из селения?Ещё чего!» — одернула она себя. — «Потом ходи вздыхай и страдай. Тьфу».

—Я одна из Клана Волка. Я Страж! Тебе это о чём-нибудь говорит? — Она испытующена него посмотрела.

— О многом. Я сам Страж. Хотя больше Поисковик, есличестно. Болли об этом не знает. Я из клана Полярных Лис. Моя мать — верховнаяЖрица клана. Она давняя приятельница Гримхильд. Враги зовут меняПолярным Псом.

—Тогда ты не удивишься. Меня готовят в Воины.

—Я где-то слышал об этом. Страж-Воин… В пророчестве. — Он очень удивился. — Однодело Стражи, которые при необходимости могут пожертвовать собой. Другое —Страж-Воин. Они как Перекати-поле. Вечно в пути. И вечно «чистят» мир, пытаясьего сделать лучше. — Так ты выкормыш Ак Бери?

—Надо же! — Девушка хмыкнула. — Далековато бежит молва.

—Всё намного проще. Представитель матери был на твоём Посвящении. И мне, есличестно, стало любопытно посмотреть на тебя. Вот я и приехал.

Онизамолчали.

—Может, прогуляемся? — предложил парень.

Ирлайсогласилась.

3

Молодыелюди поднялись и не спеша побрели подальше от шумного праздника. Сами незаметили, когда взялись за руки. Шли молча. Варди нравился ей. Девушка незнала, как себя вести. Первый раз она вот так просто прогуливалась с парнем втемноте, держась за руки.

Ониснова присели на бревно, кем-то заботливо уложенное вдали от шума. Скореевсего, для таких вот, как они, парочек. Почти вся ночь прошла в разговорах.

Вечныймолчун Варди говорил, говорил, говорил. Ирлай его слушала. И тоже делиласьмногим.

Глядяна Ночных Небесных Стражей, оба вспомнили предание о том, как много тысячциклов назад на планету, по Лунным Путям, прилетали на своих небесных корабляхчужаки. Как строили они вокруг путей свои заставы. Как воевали друг с другом замолодую зелёную планету. Воевали и не заботились о том, что несли местнымжителям боль, смерть и разрушения.

Итогда Собрался Великий Совет. И тянули Жребий. Тридцать Великих Мужейотправились к Дольмену. Ценой своей жизни они навсегда закрыли чужакам ЛунныеТропы. Один из них, Великий Змей, вошёл в Дольмен и остался там, на границе,навечно. Лишённый по собственной воле возможности перерождения. Ни живой, нимёртвый. И говорят, он до сих пор стоит там и охраняет Лунные Тропы. Позже дваночных светила стали называть Стражами — в честь ушедших в вечность. Знания современем превратились в предания. Но их помнили и рассказывали детям передсном.

Светало.Темы для общения не иссякали. Варди нравилась эта девчонка. «Если подождатьпару циклов, с ней можно будет не только разговаривать», — поймал он себя намысли. «Была не была», — он завозился с поясом, отстёгивая его. Затем протянулего Ирлай.

—Ты возьмёшь его? — Он почему-то боялся отказа.

Ирлай опешила, увидев в его руке ритуальный пояс.«Она — Страж-Воин. Её дом — не печь и не полог. Но… может, домбывает и в сердце другого?»

Онапосмотрела ему в глаза и, внезапно поддавшись порыву, кивнула. Затем протянуларуку и приняла дар. Вот так просто. Без лишних слов.

—Ирлай…

—А?

—Назад пути нет.

—Угу. — Она уткнулась ему лбом в грудь.

—Когда?

—Через два полных цикла приезжай в Зелёные Холмы. — Она смутилась.

—Приеду. — Пообещал он.

Девушказнала, что это не простые слова. Она вздохнула:

—Мне пора.

Ирлайсобралась уходить, но Варди притянул её к себе и крепко обнял. Так они стояли,обнявшись, какое-то время. Он хотел проводить её, но она настояла на том, чтобыне провожал. Ему пришлось уступить ей. Ирлай ушла. Парень смотрел ей в след,пока она не скрылась из вида.

4

—Сука! Сука! Сука! — Болли ударил кулаком по стволу берёзы. — Я же первый с нейпознакомился!

—Ты ушёл за первой попавшейся девицей, что махнула тебе глазами, — возразилВарди, не отрываясь от воды. — А я остался.

—И что с того? Поболтал бы с девчонкой, пока я не вернулся! Первый раз что ли! —зло рявкнул Болли.

—В том-то и дело, что не в первый! Зная тебя, не в последний! А я к ней серьёзноотношусь! Я ей пояс отдал свой!

—Ты ей что?! Пояс?! Вот так вот, ВЗЯЛ И ОТДАЛ? Тот, который твоя мать заговорилана свадьбу? Отдал первой встречной?! — Болли возмутился. И было уже непонятно —то ли он злится, что Варди отдал пояс именно Ирлай, то ли что отдал его, едваувидев девушку.

— Ты сраный идеалист! Да у неё таких… таких, как ты,толпы могут быть! — продолжал злиться он. — Ты… ты даже не видел,какая она без рубахи. А я — видел. Видел, как вода стекала по её спине… по темшрамам, что оставил кнут.

Онхрипло засмеялся.

Вардимедленно повернулся.

— Ты видел её спину? — тихо спросил он. — А я видел еёдушу. И мне всё равно, сколько у неё шрамов.

Онположил руку на плечо Болли — не как друг, а как судия.

—Но я знаю одно: если бы она лежала в пропасти без дыхания, ты бы прошёл мимо,думая: «Не моя женщина».

—Она первая встречная девка… — зарычал Болли.

—Язык прикуси! — осадил друга Варди. — Сам как кобель! Прыгаешь и дерёшь почтивсё, что шевелится, и других по себе судишь!

— Ну не верю я в чувства! — взорвалсяправедной тирадой Болли. — Я верю в крепкий меч и горячую плоть — вот что девкиценят! А в любовь — не верю!

—Вот и проверим! К тому же… — Варди помолчал и добавил. — Я не давал обетвоздержания!

Боллипосерел.

— Надеюсь, ума хватило не лезть к ней, — процедил он.Помолчав, добавил уже тише:— Если девчонка так тебе запала — дерзай.

Онпохлопал Варди по плечу — но в глазах плескалась тень обиды.

«На самом деле Болли, пряча браваду, знал: Ирлай и емузапала в сердце.Но Варди — Варди. И если он дал пояс… значит, так было суждено.„Ну ничего, — думал он, уходя к потешному кругу. — Через два цикла всёзабудется…“Он ошибался».

5

В те дни, что остались до отъезда, Варди приходил кизбушке Гримхильд каждый вечер.Жрица хмыкала и уходила, давая молодым возможность побыть наедине.Вечером они гуляли вдвоём по берегу, молча, держась за руки — будто навёрстываято, что у них отнял этот мир.

А через пару седьмиц Ирлай стояла на пристани.Провожали её Гримхильд и Варди.Болли отсыпался после бурной ночи и ему никуда не хотелось вставать.

—Я тебе в сумку упаковала всё самое необходимое. Передавай привет Ак Бери,детка! — Жрица обняла девушку.

Вардипомог поднять ей на корабль вещи. Мешок не был тяжёлым. Этот предлог ониспользовал, чтобы подольше побыть с девушкой. Капитан их торопил. Корабльдолжен был вот-вот отчалить.

Онис Варди обнялись. Ирлай чмокнула робко его в щеку и побежала по трапу на борт.Она обернулась и, махнув рукой Гримхильд, крикнула:

—Прощай, мама!

—Прощай! — Жрица смахнула рукой, так некстати навернувшиеся слёзы на глазах.

Впередиу Ирлай было долгое возвращение домой.

Героиня подросла. Ирла на Празднике Весны.

Варди

Болли

Гримхильд

Глава 12 Яра

1

Ирла сошла на берег два дня назад и все это время пешком добиралась до дома, останавливаясь, что бы отдохнуть и поесть. Наконец-то она дома! Увидит Старика, как он там без нее? Как изменились Зеленые Холмы за то время, что она отсутствовала! Она и не представляла, что так сильно соскучилась: по лугам, лесу, цветам, что пестрым ковром окружали селение. Ирла остановилась, раскинула руки в стороны и вдохнула воздух полной грудью. Она опьянела от разнообразия запахов ударивших ей в нос, закружилась на месте и закричала:

- Я до-о-о-ма! Я вер-ну-у-улась! - И засмеялась заливисто.

Шла не спеша. Погруженная в свои размышления. Девушка не заметила, как вышла к последнему лугу, лежащему перед пролеском, за которым находилось ее селение.

Ирлай увидела у небольшой речки делящей луг на две части, белокурую девчушку, циклов десяти от роду. Девчушка подоткнула подол светло-серой юбки за пояс и стоя в воде по щиколотку полоскала не многочисленное белье. Рукава ее белой рубашки намокли по локти. Когда Ирла подошла поближе, то увидела что, девчушка несколько старше, чем показалось сначала. Она являлась примерно одного с Ирлай возраста.

Ирла поравнявшись с девушкой спросила:

-Ты, кто?

- Ой, - девушка от неожиданности подпрыгнула на месте и обернулась. Рассмотрев Ирлу, она улыбнулась. - Ой, какая ты рыжая!

- Бабка твоя рыжая! - Привычно ответила Ирлай.

- Ой, а как ты узнала? - Девушка смутилась.

- Что узнала? - Не поняла Ирла.

- Что моя бабка рыжей была?

- Да так. - Она пожала плечами.

- Ты не обижайся на меня за рыжую! - Завиноватилась незнакомка. - Знаешь, когда солнышко вот так светит на тебя, то твои волосы кажутся золотистыми! И ты не чуточки не рыжая!

- А вот и нет. Они каштановые, как глина, что по ту сторону от селения.

- Ну не знаю, я там не была. - Растерялась немного девушка. -А как звать тебя?

- Ирлай.

- А тебя как?

- Яра.

- Красиво!

Яра положила последнюю выжатую юбку в корзину с остальным бельем.

- Давай я помогу тебе. - Предложила Ирла. - А то тебе тяжко нести будет. - Она подошла поближе, Яра была на полголовы ниже ее. - Ты в юбке запутаешься. - С этими словами Ирла ослабила шнуровку жилета, чтобы он так сильно не стягивал. И закатав рукава белой полотняной рубахи, взялась за ручку корзины. Яра обрадовалась помощи и новому знакомству.

- Кто твоя семья? - Поинтересовалась она у Яры.

- У меня нет родителей. Я живу у тетки Гислы и ее мужа. У меня есть еще старший брат. Он меня принес к тетке, когда маму убили. - Они шли по тропинке к селению.

- А отец?

- Его убили еще раньше. Он был торговцем. Не заплатил дань. Йон принес меня тетке, а сам ушел. А у тебя кто здесь? - Яра свободной рукой перекинула толстую косу через плечо.

- Из родных никого, их тоже всех убили, а живу я у Белого Волка. - Пояснила девушка.

- Так ты… - Яра осеклась.

- Да. Я пришлая. - Ирла поджала губы.

- Знаешь, а мне плевать пришлая ты или нет! Ты мне нравишься! Пойдем ко мне в гости!

- А тетка?

- Ее сейчас нет дома, она ушла в соседнее селение со своими товарками продавать пряжу.

- Ну ладно, пошли. Мне не к спеху. К тому же, Волк придет только вечером.

- Откуда ты знаешь?

- Сейчас лето, он в лесу бродит до заката. Насколько я знаю, он своих привычек не меняет.

4

Они по дороге болтали обо всем. У них оказалось много общего. Не смотря на не легкую жизнь, каждый вспоминал, и рассказывал другому что-то веселое. Разговаривая, девушки дошли до Зеленых Холмов.

Но их ожидал сюрприз. Гисла вернулась раньше, вернее она не дошла и до половины пути, так как ей сильно прихватило живот. Поэтому женщине пришлось вернуться домой.

- Зачем ты привела ее к нам, Яра? - Нахмурив брови, и глядя исподлобья на девочек, строго спросила Гисла. - Ты же знаешь, что этому отродью здесь не место, она пришлая… и через несколько весен все равно умрет!

- Но тетя…

- Ни каких но, - Перебила Гисла тоном, не терпящим возражений. - Ты, - указала она пальцем на Яру. - марш в свою комнату! А ты, - обратилась она к Ирле. - не смей больше здесь появляться! Проваливай отсюда! И не подходи к Яре больше никогда! Вон от сюда!

- Хорошо, - Ирла кивнула и обратилась к Яре. - За меня не волнуйся. - И прежде чем выйти прошипела Гисле: - Я ухожу, но ты когда-нибудь прибежишь ко мне! И я также тебе отвечу, дочь шакала!

- Вон отсюда! - Голос женщины сорвался в визг.

- Не ори так, а то прохватит! - Ирла развернулась и выскочила за дверь, прежде чем Ярина тетка успела отреагировать.

Солнце светило ярко и Ирлай пришлось на миг зажмуриться, выходя из бревенчатого домика Волка на улицу. Она знала, что Гисла непременно прибежит сюда затем, чтоб нажаловаться Старику. Девушка вздохнула. Она прекрасно понимала, что перегнула палку. Ей надо было сдержаться. Но кровь привыкших повелевать, дала о себе знать.

Старик высечет ее, а затем спросит. Ирлай знала, что виновата еще больше, так как нарушила не писаные законы: «Не оскорбляй того, кто по возрасту годится тебе в родители. Если ты пришлый, то тебе нельзя входить в жилище местных, так как каждый пришлый носит на себе печать смерти, а это оскорбляет Духов Хранителей домов. Что несет за собой несчастья в роду».

Но ей было все равно. Она сделала то, что хотела. Эта стервозная баба не заслужила другого. Ну и пусть Старик выпорет ее, на душе у нее было легко.