Перерождение. Серия «Синдикат». Книга 4

© Дмитрий Дегтярев, 2023

ISBN 978-5-0059-8200-1 (т. 4)

ISBN 978-5-0051-4654-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Где-то на территории Южной Америки.

Точное местонахождение – неизвестно.

Точное время – неизвестно.

Говард Стайлз хмуро взирал с высоты полета на стелящийся далеко внизу плотный лиственный покров джунглей. Зеленый океан, простирающийся до самого горизонта – где-то ему уже приходилось подобное видеть. И не раз. И не десять. И, даже не сто. Потому глаза равнодушно скользили по проносящемуся пейзажу автоматически помещая увиденное в папку архив, находящуюся в самом далеком закоулке памяти. Собственно, а зачем засорять итак переполненное информацией сознание? Да, где-то там внизу обезьяны перескакивают с ветки на ветку, хватаясь за свисающие лианы; охотники прячутся в естественных укрытиях, высматривая желанную добычу; а местные туземцы пытаются продолжать привычный уклад первобытной жизни, переданный праотцами еще с доисторических времен. Вот только, Говарду Стайлзу, генеральному директору American Security Group, военизированному подразделению транснациональной корпорации Cromwell Global Group, и одной из крупнейших частных военных компаний в мире, было глубоко плевать, и на обезьян, и на охотников, и на местных дикарей. Густые, местами непролазные джунгли скрывали в себе кое-что еще… Куда более важное… Куда более интересное… И именно туда сейчас направлялся черный вертолет «Искандер» с красно-белым мальтийским крестом на борту, определяющий его принадлежность к корпорации.

– Время подлета три минуты, сэр. – прозвучал в наушниках механический голос пилота.

Говард кивнул и быстрым взглядом пробежался по сопровождающей его делегации. Ага, его. Эшли Паттерсон, невысокая блондинка с ледяными и почти прозрачными глазами, сидящая напротив него, вряд ли бы согласилась с подобной оценкой. Ну да, кто он? Всего лишь руководитель боевого крыла корпорации. Вполне себе заменимый винтик в огромном механизме. А, кто она? Главный научный гений не только корпорации, как таковой, но и Синдиката, по сравнению с которой, тот же выдающийся ученый профессор Филардо из «Зверинца» кажется зеленым первокурсником. Она незаменима, и знает об этом.

Говард недовольно скривился и поспешил отвести взгляд от вполне миловидной блондинки в строгом черно-белом костюме. На первый взгляд, очень привлекательная, открытая, располагающая к общению женщина. На деле же – сатана в юбке. Вот попадешь к такой на операционный стол, и… Бррр… Сколько людей прошло через ее эксперименты, по итогу либо изменившись до неузнаваемости, либо не выйдя из застенка лабораторий, вовсе? Пару тысяч? Слишком мягкая оценка. Речь идет скорее о десятках тысяч. Вообще, Говард мало чего боялся в своей жизни. Террористы? Боевики? Спецслужбы? Смешно. Однако такие персонажи, как доктор Паттерсон вызывали неприятные мурашки по телу. И такая внутренняя защитная реакция организма раздражала еще больше.

– Мы на месте. – сообщил голос в наушниках. – Начинаю спуск. Приготовьтесь.

Говард удовлетворенно кивнул и махнул рукой, подовая знак своей команде, состоящей из десяти элитных бойцов, прошедших не один десяток сложнейших спецопераций. Впрочем, в нем, в знаке особой нужды не имелось. Скорее, формальность – не более. Каждый член команды итак знал порядок действий при десанте, как на вражескую, так и на дружескую территорию. Сейчас, к счастью имело место последнее.

Говард механическим отработанным движением проверил закрепленное оружие и глянул в окно. Вертолет начал плавный спуск над огромной бетонной площадкой, сильно резонирующей с зеленым покровом джунглей вокруг. Исследовательский закрытый комплекс «Ковчег», о существовании которого за его пределами знали не более пары десятков человек, занимал территорию небольшого городка. Главный корпус, длинное вытянутое бетонное здание с двумя этажами над поверхностью и еще пятью под. Помимо него среди джунглей виднелись еще с десяток отдельных строений, соединяющихся с главным корпусом стеклянными переходами.

Внизу их уже ждали. Глава ЧВК насчитал семь фигур. Четверо из них, судя по черной форме, принадлежали к охранному персоналу – то есть де-факто являлись его же людьми, поскольку охрану всех важных объектов корпорации без исключения обеспечивало военное подразделение под его руководством. Трое оставшихся —главное начальство исследовательского комплекса. Оно и понятно: когда к вам прилетает в гости настолько важная персона, как доктор Паттерсон, не пошлешь же встречать мелкого куратора. Что ж, очень хорошо. Сегодня чрезвычайно важный день. А для кого-то еще и последний…

Когда шасси вертолета коснулись бетонной поверхности, двое бойцов сопровождения откатили дверь в сторону, освобождая проход. Первыми наружу вышло звено в четыре человека, за ними сам Говард, и только после, персона номер один, доктор Эшли Паттерсон.

– Стив Харрисон, глава службы безопасности «Ковчега»! – высокий широкоплечий темнокожий мужчина с блестящей на ярком тропическом солнце лысой головой, в черной униформе с красно-белым мальтийским крестом корпорации, протянул руку.

Говард ответил на рукопожатие. Ладонь у Стива, как и ожидалось была сухой и крепкой. Сам руководитель ЧВК представляться не стал. Не имело нужды. Его итак знали.

– Доктор Эшли Паттерсон прибыла для оценки результатов финального испытания. – Говард слегка качнул головой в сторону замершей рядом точно мраморное изваяние доктора. Та никак не отреагировала. Не удивительно.

– Да, конечно! – вперед выступил невысокий худощавый мужчина уже преклонного возраста. Волосы на голове практически отсутствовали, а на макушке темнели пигментные пятна. Старик протянул руку, заискивающе смотря в глаза, будто преданная собачонка. – доктор Хавьер Игуаин, директор «Ковчега». – представился тот.

Говард руки не протянул. Перед вылетом он подробно ознакомился с досье каждого, входящего в руководство исследовательского комплекса. Доктор Игуаин исключением разумеется не знал. Его досье руководитель ASG изучил вторым, после главы службы безопасности. Обнаружилась одна пренеприятнейшая деталь. Старый пердун, наделенный создателем высокими интеллектуальными способностями, любил себя ублажать. Как бы, его дело: хочется дергать свой хер, пожалуйста. Вот только, руки ему жать Говард не собирался.

– Доктор Паттерсон спешит. – не слишком заботясь о хороших манерах, руководитель ЧВК отодвинул тянущего руку ученого, освобождая проход к небольшой надстройке, у которой дежурили два бойца в черной форме.

– Я понимаю, конечно… У нас все готово… – директор «Ковчега» засеменил рядом. Его небольшие серые глазки за толстыми оправами очков перескакивали справа-налево, и наоборот. – Мы ждали только вас…

– Дождались. – Говард растянул губы в многообещающей улыбке. – Хватит болтовни. Проводите нас в зал испытаний, доктор проведет все соответствующие процедуры, после чего мы заберем образцы, и покинем вашу радушную обитель.

– Да-да… – профессор Игуаин повел рукой в сторону раскрывшейся при срабатывании электронного замка двери. – Прошу, за мной. Думаю, мы сумеем вас порадовать, доктор Паттерсон. Должен вам признаться, на самом деле мы не рассчитывали…

Дальнейшую болтовню двух гениев, чей совместный интеллект мог бы с легкостью покрыть нужды жителей небольшого городка, Говард не слушал. Ему было наплевать и на текущие исследования, ведущиеся в «Ковчеге», и на результат, и на связанные с проектами проблемы… Зачем думать о том, что не входит в твои задачи? Бессмысленная трата энергии. Два десятка лет в Синдикате научили Говарда не растрачивать ресурсы зря – может наступить момент, когда в них будет особая нужда. Он и не растрачивал. Пусть ученные болтают о своем, у него же совсем иные задачи…

Где-то на территории Южной Америки.

Точное местонахождение – неизвестно.

Точное время – неизвестно.

Исследовательский комплекс корпорации Cromwell Global Group – «Ковчег».

Хавьер Игуаин с самого детства пользовался своей внешностью. И дело даже не в том, что его нельзя было назвать красивым – это, мягко говоря. Речь о другом. С детства Хавьер, рожденный не только в до фанатичности католической, но и вдобавок аристократической семье последним, восьмым ребенком отличался простоватой внешностью. Ну не так выглядят отпрыски потомственных кофейных магнатов. Простое лицо, простой взгляд, простые повадки… В семье его стыдились, да и ровесники как-то предпочитали поскорее завершить нечастые контакты. Поначалу Хавьер искренне страдал от подобного отношения. Но потом… потом понял, что вкупе с блестящим умом, может использовать свою внешность совсем по-другому. Окружающие считают его слишком простым, в какой-то мере недалеким, двинувшимся умом ученым? Вот и славно. Пусть считают. Зачем им знать об ясном аналитическом уме гения, спрятанного за простоватую внешность? Правильно – незачем. Именно благодаря такому сочетанию, плюс способности хранить свою натуру за десятью замками, Хавьер сумел подняться до должности руководителя одного из флагманов самой влиятельной теневой структуры, управляющей миром, что прикрывала свою деятельность под ширмой транснациональной корпорации Cromwell Global Group. Да, ему уже под семьдесят, и он достиг своего потолка, и все же… Хавьер умел слушать, умел слышать, умел замечать незначительные на первый взгляд детали, умел анализировать, умел делать соответствующие, и самое главное, правильные выводы… Как сумел сделать их еще до визита двух важных гостей в лице главного научного руководителя Синдиката доктора Эшли Паттерсон, и руководителя боевого крыла Организации, Говарда Стайлза.

Кажется, какой подвох мог крыться в их появлении на пороге закрытого комплекса? Разве первый раз «Ковчег» посещает столь высокое начальство? Нет, не первый. Однажды, на одном из испытаний особо опасного патогена, присутствовали еще более высокие лица в иерархии Синдиката. Тем не менее, сегодняшний визит имел особую цель. Хавьер понял это еще задолго до того, как о нем объявили. И потому сумел к нему приготовиться. Хотя… Не к самому визиту, если быть точным – а к его завершению. Все должно пройти гладко. Не может не пройти. И руководитель ASG, и гений Синдиката доктор Паттерсон вновь не восприняли его фигуру серьезно, увидев немного свихнувшегося ученного, что по какому-то недоразумению управляет столь громадным исследовательским комплексом. Что ж, подобный расклад его устраивал. Полностью устраивал…

Где-то на территории Южной Америки.

Точное местонахождение – неизвестно.

Точное время – неизвестно.

Исследовательский комплекс корпорации Cromwell Global Group – «Ковчег».

Недовольно поморщившись, Эшли отодвинулась в сторону от крупного мужчины в слишком узком для его габаритной фигуры голубом халате. Помощник директора лаборатории доктор Фауст не вызывал у неё никаких иных эмоций кроме как глубинного отвращения. Жирный, потный и вонючий – если во вселенной все же существует сверхразум, именуемый в общих быдлядских массах, как Бог, то хочется задать ему вопрос: какого *** он наделил высоким интеллектом подобных животных? Ладно она, красивая, умная, умеющая себя преподнести, не заставляющая окружающих испытывать при своем присутствии дискомфорт… Но Игуаин, простодушный старикашка, и тем более Фауст, воняющее животное…

Господи, она на территории «Ковчега» неполный час, а уже хочется как можно быстрее выбраться наружу из бетонного саркофага…

Сделав еще один шаг в сторону от помощника директора, Эшли быстрым взглядом окинула помещение, в котором они находились. Ничего необычного. Вполне себе стандартный пункт управления, откуда осуществлялся контроль и наблюдение за процессами, происходящими в испытательной зоне. Такие помещения имелись практически в каждой лаборатории такого уровня. От самой зоны испытаний, занимающей круглый зал, пункт управления отделяло толстое пуленепробиваемое стекло. Да какие там пули – Эшли точно знала: его не возьмет и гранатомет. Меры безопасности в лабораториях корпорации на высочайшем уровне, что помогало избегать нежелательных инцидентов. Они конечно-таки случались, но крайне редко. В самом пункте управления ничего сверхъестественного. Стандартная планировка со стандартным оборудованием. Слева, вдоль полукруглой стены, упирающейся в стальную серую дверь с огромным красно-белым мальтийским крестом корпорации, тянулись рабочие ряды с десятками мониторов. Часть из них отводилась под видеонаблюдение, часть под постоянный мониторинг рабочих систем. Справа, в противоположной от рабочих мест стороне, располагались высокие под человеческий рост сервера, обеспечивающие работоспособность не только пункта управления, но и всего исследовательского корпуса лаборатории. Дополнительным штрихом в общей чрезвычайно спокойной атмосфере помещения, являлся мягкий приглушенный голубоватый свет, исходящий даже не с потолка, как полагается, а с расположенных на стенах лампах, позволяя полностью сосредоточиться на происходящим за стеклом. Ну да, именно там обычно происходило все самое интересное. Экспериментальный зал представлял собой круглое помещение, с равноудаленными друг от друга проемами, что на данный момент были закрыты стальными щитами серого цвета. Стены же ослепляли своей белизной – казалось, спустись внутрь ангел, и то выглядел бы довольно грязно на общем фоне. А вот потолок и пол являлись близнецами, имея одинаковую многослойную решетчатую конструкцию, позволяющую обеспечивать при необходимости, как стандартную вентиляцию воздуха, так и тотальную дезинфекцию. Ну или, заражение. Тут уже от цели эксперимента зависит.

На данный момент помещение пустовало, а над каждым из закрытых проемов горела красная лампочка. Эшли прекрасно знала предназначение проходов – именно оттуда в экспериментальный зал заводили подопытных. Ну или они сами заходили, на своих двоих. Тут уже от случая, к случаю. Сегодня, скорее всего будет второй вариант.

Посмотрев на наручные часы, доктор раздраженно выдохнула сквозь плотно сжатые губы, и резко повернулась к пыхтящему справа помощнику директора.

– Мы скоро начнем? – она даже и не пыталась убрать из голоса недоброжелательные нотки. А, перед кем, собственно стараться? Перед жирным упырем, пусть тот и имеет докторские регалии? Ну, еще чего.

– Доктор Игуаин завершает последние приготовления. – второй человек по должности в исследовательском комплексе ответил вполне миролюбиво. Было видно, ему совсем не хочется идти на конфронтацию.

– Я не собираюсь торчать здесь целый день! У меня очень плотный график!

– Да, но…

– Никаких, но, доктор! – Эшли добавила в голос звенящий металл, отчего жирный помощник директора даже отступил на шаг назад. – У вас должно было быть все готово к моему приезду, понятно?

– Я…

– Запускайте подопытного!

– Но…

– Живо! Или уже завтра, и ты, и твой начальник окажитесь за этим самым стеклом! – Эшли ткнула пальцем в прозрачную перегородку, служащей разделителем между экспериментальным залом и пунктом управления. – Понятно?

– Сейчас! – доктор Фауст провел рукой по взмокшему лицу и кинулся влево к рабочим рядам. Схватив трубку телефона на ближайшем столе, он яростно затыкал по приборной панели.

Эшли усмехнулась. Вот так всегда, пока не дашь хорошего пинка под зад, людишки не хотят шевелиться, из-за чего множество прекрасных проектов в итоге закончились полнейшим провалом. Она такого допустить не могла. Вот, и приходилось принимать экстренные меры.

И, они подействовали. Причем очень быстро.

Спустя меньше минуты – наверное, секунд сорок прошло, – в пункт влетел запыхавшийся директор, сопровождаемый сразу тремя сотрудниками в голубых халатах. Их Эшли не знала. Да и не хотела узнать – обычные лаборанты – не интересно. Кинув обеспокоенный взгляд в сторону главного ученого корпорации, доктор Игуаин отдал какие-то распоряжения одному из кураторов рабочей группы, после чего засеменил к наблюдательному посту, где и находилась все это время Эшли.

– Мы готовы. – доложил директор слегка дрожащим голосом. Старость, чего тут взять. Очень скоро, старикашка отправится на пенсию. Гораздо раньше, чем сам планирует… Уж это Эшли знала доподлинно.

Несколько секунд никаких изменений не наблюдалось. В пункте управления царило приглушенное оживление, а за стеклом вакуумное спокойствие. Потом раздался короткий, но очень резкий сигнал, после чего один из стальных щитов, закрывающий проем, начал медленно уходить в пол. Губы стоящего рядом Игуаина искривились в злобной гримасе. Его помощник довольно хрюкнул. Эшли же никак не проявила внутренней реакции. По той простой причине, что ее не было. Она просто ждала, наблюдая за развитием событий. И, дождалась.

Спустя полминуты стальной щит исчез в полу, полностью освободив проход. Раздался еще один резкий сигнал, а затем… Затем из проема наружу выскочило жуткое на вид существо: громадный рост, под семь футов; распухшие до омерзительного вида руки, больше походившие на пережаренные сосиски; обезображенное опухолями лицо, искаженное злобной гримасой; полностью лысая голова, где вместо волос виднелись буро-коричневые наросты, придающие макушке форму гребня. В общем, менее всего появившееся из проема существо походило на человека. Однако, Эшли знала точно – перед ней человек. Во всяком случае, в прошлом.

– Подопытный STX-24. – будничным голосом доложил директор Игуаин, хищным взглядом наблюдая за перемещениями мутанта. Тот, оказавшись на залитой ярким белым светом площадке экспериментальной зоны, замер, тревожно озираясь по сторонам. – До заражения Алехандро Гонсалес имел следующие параметры: рост – шесть футов два дюйма, вес – чуть больше двухсот футов, телосложения – довольно худощавое.

– Хм… – Эшли сделала шаг вперед, сокращая дистанцию между стеклянной стеной до одного ярда. То, что она наблюдала в экспериментальной зоне разительно отличалось от озвученных доктором параметров. Впрочем, не удивительно. Вот, ни разу. Вирус KJ-серии, разработанные директором одной из ведущих секретных лабораторий Синдиката, профессором Филардо, если приживался в организме, очень быстро и очень сильно менял его структуру. И нынешний подопытный под кодовым обозначением STX-24, не стал исключением.

Директор Игуаин, точно услышал ее мысли:

– Мы ввели в его организм KJ-2 неделю назад. Три дня понадобилось организму на усвоение… – доктор пожевал губами, водянистыми глазами наблюдая за происходящим в соседнем помещении. – Около двух часов организм STX-24 находился на грани, но все же сумел приспособиться к новым условиям. Кстати, STX-24 единственный из группы, кто сумел преодолеть критическую точку.

Эшли нисколько не удивилась услышанному. А, чему собственно удивляться? Смертоносность серии KJ-вирусов стабильно превышала отметку в 90 процентов, что полностью соответствовало планам Синдиката, под которые доктор Филардо и разрабатывал вирус. Вот только по ходу дела возникло несколько проблем. Одна из них – острый дефицит подопытных. Имеется в виду, живых подопытных, сумевших выжить при заражении. Ну, а вторая проблема… Доктор Филардо разработал вирус, но не успел создать вакцину… Весьма печальная история. И вот теперь, именно ей приходилось заниматься доработкой, поскольку в противном случае, Синдикат не сумеет начать проект «Перерождение» в запланированные сроки. А, отцы-основатели, ой как не любят задержки… Особенно в таких глобальных вещах…

– Сейчас, спустя чуть более ста часов после точки Х, мутации достигли своего предела. – доктор Игуаин махнул рукой с зажатым в ней планшетом, где похоже и находились все данные по пациенту. – Больше изменений в организме происходить не будет. – директор лаборатории перестал размахивать планшетом и на секунду задумался. Потом добавил. – Во всяком случае, заметных изменений.

– То, что нам требуется. – Эшли удовлетворенно кивнула, наблюдая, как мутант, пережив первый шок от произошедших изменений, начал кидаться из стороны в сторону, в явной попытке отыскать выход из замкнутого помещения. – Мы готовы?

– Готовы. – подтвердил директор комплекса и коснулся закрепленного в ухе наушника. – Выпускайте газ.

Выслушав ответ, доктор Игуаин повернулся к высокой гостье.

– Десять секунд.

Эшли, не отрывая взгляда от экспериментальной площадки, где продолжал бесноваться подопытный, подняла большой палец вверх. Десять секунд отделяет ее от… Чего? На самом деле, ответа всего два. Либо от очередного провала. Либо от триумфа. О первом варианте даже думать не хотелось. Высшее руководство Организации итак в последнее время довольно косо смотрит в ее сторону. Вполне возможно несмотря на все былые заслуги, при провале ее попросту спишут. Как именно списывают в Синдикате? – ну, не на курорт отправляют, это уж точно. Особенно, таких как она. Таких, которые много чего знают. Слишком много…

– Пошел! – голос директора Игуаина подскочил на пару тонов выше обычного.

Эшли итак все видела. Экспериментальная зона начала быстро заполняться зелеными клубами газа, поступающего с вентиляционных шахт пола и потолка. Инстинкты подопытного, обостренные вирусом сработали молниеносно – он сразу же почувствовал что-то неладное. Мутант издал яростный рык, и с разбегу налетел на стекло – как раз то, перед которым стояла Эшли. Доктор никак не отреагировала. А вот, помощник директора взвизгнул точно перепуганная девственница, которую впервые схватили за мягкое место. Сам директор лишь недовольно крякнул. Потуги мутанта, который продолжил биться о стекло ничем не увенчались. Несколько секунд, и его фигура полностью скрылась в зеленых клубах газа.

– Антивирус добавлен в смесь усыпляющего газа. – прояснил детали общей картины директор «Ковчега». – Общая доза в семнадцать раз превышает стандартную, на одного нормального человека.

– Почему именно семнадцать? – вопрос Эшли задала машинально. Для того, чтобы просто хоть о чем-то спросить. Ответ по факту ее не сильно волновал. А если быть точнее – совсем не волновал. Ей было как-то плевать на дозировки. Главное, конечный результат.

Доктор Игуаин начал отвечать, однако почти сразу же был остановлен раздавшимся криком со стороны рабочей зоны. Там, где происходил мониторинг всего происходящего.

– Есть первые результаты!

Пока старый директор, и его жирный помощник соображали, Эшли оказалась рядом с мужчиной, оповестившим руководство о первичных результатах.

– Показывай!

– Эмм… – специалист замялся, в нерешительности переводя взгляд с доктора на спешащее начальство.

– Живо! – Эшли добавила в голос изрядную порцию металла. Обычно действовало. Сработало и сейчас. Мужчина немного ссутулился, его пальцы забегали по клавиатурам, и через несколько секунд он ткнул пальцем на боковой монитор.

– Вот! – специалист указал на подсвеченную красным цветом появившуюся структуру. Схематично она отображала человеческое тело. Собственно, так оно и оказалось. – На подопытном установлены датчики, в тело вживлены специальные микрочипы, а в самой экспериментальной зоны происходит постоянное сканирование.

– И? – Эшли выжидающе подалась к экрану, жадно вглядываясь в быстро изменяющееся изображение.

За специалиста ответил подоспевший директор. Не слишком вежливо отпихнув ее от стола, Игуаин ткнул пальцем в монитор.

– Темно-красным цветом обозначен KJ-2 вирус, желтым искусственные антитела, генерируемые вакциной TORPK-9445. Как видите, последнее с легкостью уничтожает первое. И если при прошлых попытках, и CRX-777, и Orion-220, не имели достаточной устойчивости, то здесь с подобным не возникает никаких проблем. При прошлых испытаниях TORPK-9445 понадобилось три часа на полную нейтрализацию вируса. Единственное, физические изменения уже необратимы, но тут уж… – директор исследовательского комплекса развел руками. – извините, ничего не поделать. Однако, при введении вакцины до заражения, вирус не способен прорвать защитные барьеры в течение трех недель. Затем следует вводить дозу заново, поскольку антител TORPK-9445, к сожалению, вырабатывает крайне мало для постоянной защиты от нападок KJ-вируса.

– Поняла. – Эшли обернулась назад, отыскивая взглядом генерального директора ASG. Встретившись с ним взглядом, она коротко кивнула. Тот в ответ едва качнул головой, подтверждая получение условленного сигнала. – Хорошо, директор Игуаин. – Эшли одарила старика самой теплой из имеющегося арсенала улыбкой. – Вы проделали отличную работу. Уверена, наше начальство будет вам весьма и весьма признательно. Вы сумели сделать то, что не успел покойный Филардо, тем самым подтвердив свой высокий уровень и статус полезности для Синдиката. Теперь, я должна забрать все имеющиеся образцы TORPK-9445, для переправки их в соответствующее место. Надеюсь, у вас уже все подготовлено для предстоящей транспортировки?

Где-то на территории Южной Америки.