- -
- 100%
- +
© Авенир Декабрист, 2020
ISBN 978-5-0051-9603-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1 На высоком берегу на крутом
Солнце готовилось спрятаться за гору, а пока ласково заигрывало с бронзовой кожей двух девушек. Они стояли на пригорке, подставив лица прощальным лучам и лёгкому ветерку.
Соня ― высокая, худощавая, с каштановыми кудряшками ― закрыла глаза и мечтательно напевала одной лишь ей известную мелодию, возможно сочинённую самой. Света рассматривала пейзаж, простирающийся с высокого берега в далеко обозримое пространство. Она вглядывалась в каждую деталь рельефа, будто выполняя задание по точному описанию местности. Её чуть полноватая фигура, с одной стороны, контрастировала с фигуркой Сони, с другой ― дополняла зримый образ подруги. Видеть их вместе ― доставляло приятное чувство гармонии.
Их мужчины ― Тимур и Тимофей ― хозяйничали у палаток и у кострища. Из маленького магнитофона звучала мелодия Юрия Антонова. «На высоком берегу на крутом», ― подпевал Тимофей.
Крепыш Тимур по телосложению больше подходил Светлане, однако, любовь получилась с Соней. Худенький Тимофей составил семейную пару со Светланой. Все четверо крепко дружили, не раз совместно шутили на тему несоответствия, только отношения у пар от этих разговоров нисколько не ухудшались.
Молодые люди отдыхали на берегу реки. Место выбрали на самом высоком месте, точнее, метрах в пятидесяти от обрыва. Купаться ходили за полкилометра: нужно было спуститься по тропинке вниз вдоль берега и там, на будто специально отгороженном валунами участке, располагался небольшой песчаный пляж. Тропинка вела дальше, мимо пляжа в гору. Пологий склон протянулся на добрый километр. Именно по этому пути они пришли сюда. До ближайших мест проживания людей добираться приходилось долго. Но это и радовало: хотелось насладиться уединением.
– Красавицы, ― обратился Тимур в свойственной южанам манере поведения с женщинами, ― приглашаем на ужин!
– Сейчас, ― отозвалась Соня, не открывая глаз. Так приятно было ощущать нежное тепло солнечных, не жарких уже, лучей.
– А к нам кто-то идёт, ― сообщила спокойно Света.
Соня открыла глаза.
– Где?
– Вон там, с горы спускается… путник.
– Почему же к нам? Может, кто-то идёт мимо… в определённое место, не подозревая даже о нашем лагере.
– Дорога ведёт сюда, ― уверенно продолжила Светлана, ― и обрывается здесь у обрыва. Куда же идти?!
– Это не дорога, а тропа, ― решила поспорить Соня. ― А дорога, наверное, есть… где-то поодаль, за лесочком. И этот человек, возможно, знает о ней… поэтому идёт.
Заинтересованный разговором подруг, Тимофей приблизился к ним.
– О чём речь, похожая на спор? Быть может сгожусь на роль знатока и разрешу сомнения.
– Тим, смотри: видишь, с горы спускается человек… по тропе? ― сказала Света.
– Какая глазастая! Даже специально присмотревшись трудно заметить. Идёт, ну и пусть идёт. Нам-то что?! Он далеко, ещё сто раз свернуть можно, не доходя до нас.
– Не согласна! ― упорствовала Света. ― Дорога ведёт к нам. Значит, нужно подготовиться к встрече незнакомого человека.
– Правильно, ― заявил шутливо Тимофей, наклонившись подхватил подругу, так что она повисла у него на плече, понёс к палаткам. ― Поужинаем и потом приоденетесь.
Света притворно завизжала. Соня, улыбаясь, последовала за ними…
После ужина продолжали сидеть у костра. Ветерок, вопреки ожиданию, не ослаб, а усилился слегка и посвежел. Девушки накинули кофточки, оставаясь в шортах. Тимофей периодически ворошил прогоревшие сучья, подкладывал ещё из заготовленной кучи валежника.
– Чем займёмся в сегодняшний вечер? ― спросила Соня.
– Так мы уже занимаемся: сидим и молчим, ― ответил Тимофей. ― Вчера напелись, пусть горло отдохнёт.
– Не горло, а связки, ― поправила спорщица Света.
Тимур встал и, не объясняя причины, удалился в палатку. Повисла тишина. В сознаниях молодых людей воцарилась умиротворённость. На лицах отображалось полнейшее спокойствие.
Внезапно лёгкий треск сухой ветки прервал тишину. Одна лишь Светлана отреагировала поворотом головы в сторону звука. Сумерки почти сменились ночной тьмой, но фигура человека ещё замечалась с двух десятков метров. К тому же вспыхнувшая ветка в костре добавила света. По направлению к костру медленно брёл человек, похоже, что мужчина.
– Я же говорила, ― тихо произнесла Света. ― Вот и он.
Тимофей и Соня подняли взгляды от костра в сторону пришельца. Все трое замерли в ожидании. Мужчина так же не спеша подошёл к костру, молча опустился на колени, посмотрел на угольки, поднял лицо поочерёдно на каждого. Соня инстинктивно прижалась к сидевшему рядом Тимофею.
На лице незнакомца непривычно отображалась какая-то детская наивная улыбка вперемежку с радостью. Даже говорунья Светлана не знала, как вести себя с таким непонятным человеком. В это время вернулся Тимур, надевший джинсы.
– Что, у нас гость? ― спросил Тимур, ещё не замечая странности в поведении незнакомца. ― Он отодвинул от Сони Тимофея, сел рядом, обняв девушку за плечи. ― Кто вы, откуда и куда? ― обратил взгляд в сторону гостя.
Незнакомец молча улыбался, глядя на Тимура, слушая его голос, порой какие-то мысли отображались в мимических подёргиваниях. Но он молчал!
– Тимур, ― сказала Светлана, ― этот путник, по-моему, какой-то странный… Улыбается чему-то… и зачем-то.
– На ребёнка похож, ― осмелела Соня.
– Гм! ― произнёс многозначительно Тимур. По его лицу проскользнула заметная тень недовольства. ― Этого нам только не хватало!
Молчавший до того Тимофей шумно выдохнул.
– Нельзя так. Некрасиво.
– А врываться в незнакомую компанию красиво?! ― произнёс Тимур чуть мягче.
– Я думаю, что он, наверняка, голоден. Нужно предложить ему еду, ― сказала Соня.
– Каким образом, если он не разговаривает? ― озадачилась Света.
– Я принесу бутерброд и кофе из термоса, ― решила Соня и встала, убрала с плеча руку Тимура и пошла к палатке. Тот зыркнул в сторону подруги, но промолчал.
Путник протянул руку к уголькам, ощущая тепло, слегка зажмурился на мгновение. Подошла Соня, присела рядом с гостем, тронула его за плечо. Незнакомец широко улыбнулся ей, поморгал глазами.
– Вот, возьмите, ― поспешно сказала Соня, подала бутерброд и кружку с кофе. Привстала, намереваясь отойти.
Гость задумчиво глянул на еду, осторожно взял кружку левой рукой, а правой погладил руку Соне. Тимур заёрзал, теребя подбородок, но высказывать недовольство не стал. Соня придвинула руку с бутербродом ближе к лицу незнакомца, чтобы он обратил наконец внимание. Вблизи рассмотрела мужчину: на лбу виднелся шрам, лицо давно не бритое, борода неухоженная. «Скитается», ― подумала Соня.
Путник взял бутерброд, и Соня тотчас отошла на своё место. Мужчина проводил её взглядом, лишь затем принялся за еду.
– Видно же, что давно не ел, ― тихо подметила внимательная Светлана, ― а ест культурно, не хватает, как собака.
– Тише, он может всё слышать, хоть и не говорит, ― урезонила подругу Соня.
Молодые люди ненавязчиво наблюдали за незнакомцем в процессе его трапезы. Путник одобрительно улыбался всем по очереди; его улыбка, или просто такое выражение лица, не сходила ни на миг, словно он всё время пребывал в состоянии радости.
– Как будем ночевать? ― произнесла неугомонная Светлана.
– По очереди, ― хмуро высказался Тимур. ― Пусть спит у костра… если хочет, или сидит всю ночь. Кто-то должен оставаться рядом с ним… караулить.
– Я не думаю, что он вор, ― сказала Соня печально, видимо, появилось недовольство от слов Тимура.
– Я не о том! ― повысил голос Тимур. ― Сжечь может и палатки и нас… Или вдруг у него нож в кармане.
– Он скорей похож на юродивого, ― заметила Света. ― Опасности, конечно, не представляет. А посидеть рядом придётся всё же. Тут я согласна.
Тимур поёрзал, повернулся в сторону незнакомца.
– Послушай, вот я ― Тимур, она ― Соня, он ― Тимофей, это ― Света, а ты?
Путник молчал. В темноте при слабом свечении угасающего костра трудно рассмотреть выражение лица, поэтому сделать вывод о понимании со стороны чужака никто не брался. Компания ожидала. Наконец Тимур встал, подбросил в костёр валежника.
– Дохлый номер, ― пробурчал он с досадой, выражая недовольство и появлением гостя, и поведением подруги. Уж Соня-то понимала его по любой мелочи в действиях.
– Скоро спать ― думаю, не стоит разжигать большой огонь, ― сказала Светлана.
– А ты с ним в темноте будешь сидеть? ― с ехидцей продолжил выплёскивать негатив Тимур.
– Посижу, ― спокойно ответила Света.
В разговор вступил Тимофей:
– Тимур, какая собака тебя укусила?! Что такого случилось? Природный катаклизм?
– Я-то ничего… спокоен, ― утихомирился Тимур и сел. Только подёргивание плечами в отблесках воспламенившихся веточек выдавало иное.
– А давайте-ка на самом деле спать, ― решительно предложила Света. ― Мы с Тимой посидим, а вы идите. Когда наш гость заснёт ― останется кто-то один из нас… Можно по очереди.
Тимур посмотрел на сникшую Соню, склонившую голову вниз; её локти упирались в колени, а ладони держали подбородок с двух сторон, как обрамляющая рамка. Тимур прикоснулся к плечу подруги.
– Пойдём?
Соня встала, прошла несколько шагов, обернулась.
– Спокойной ночи! ― произнесла она тихонько.
– Добрых снов! ― напутствовала Света.
Когда Соня с Тимуром ушли, Тимофей завёл разговор о госте.
– Может, принести ему что-нибудь укрыться?
– Не знаю… А что?
– Хоть куртку мою.
– Она же лёгонькая, не согреет.
Тимофей помолчал и предложил затем более разумное по его пониманию:
– Вот что: иди-ка, Светочка, отдыхать, а я буду костёр поддерживать ― дров заготовили достаточно, ― так что будет тепло ему. Погляжу, как он поведёт себя. Если уляжется ― укрою… хотя бы скатертью. А что?! Подойдёт.
– Нет уж ― вдвоём посидим! Я тебя одного не брошу.
– Миленькая моя, тебе всё же лучше отдохнуть, а я… ого-го как много сил накопил.
– Ах, ты Геракл мой!
Парочка соединилась в сладостном поцелуе. Путник глянул на них и отвёл взгляд, затем медленно улёгся на правый бок, поджав колени к груди. Через минуту Света с Тимофеем, оторвавшись от губ друг друга, обнаружили гостя в ином положении ― удивились и одновременно обрадовались: меньше хлопот.
– Позже укрою, ― сказал Тимофей, ― сейчас ему ещё не холодно.
Некоторое время посидели молча, глядя на угольки. Из палатки приятелей раздался короткий недовольный возглас Сони. «Не настроена!» ― мысленно посочувствовал Тимофей приятелю. Света лишь чуть повернула голову в ту сторону, но озвучивать своё мнение не стала.
– Как думаешь, что случилось? ― спросила Светлана спустя минуту.
– Соне не до объятий… ничего особенного, бывает.
– При чём Соня?! Я про странника.
– А-аа!.. Какое точное определение ты озвучила ― странник!
– Мне интересно, что он за человек, куда идёт, что ищет?
– Сразу не поймёшь… с первого взгляда. Даже опытному психологу потребуется время. Думаю, он одинокий. А раз нет семьи и родственников ― решил постранствовать.
– Не подходит! Если человек не говорит, значит нечто произошло: какая-то травма, психическая или физическая.
– Светик, не будем гадать. Всё равно не узнаем истину.
– Но любопытно же.
– Ты неугомонная и любознательная… во всём!
– Плохо разве?
– Наоборот ― люблю за это!
Парочка вновь предалась поцелуям. Наконец Тимофей отпустил голову жены, вдохнул прохладный ночной воздух, выдохнул его, наполнив внутренней энергией жизнерадостности и счастья, словно желая поделиться со звёздным небом.
– Между прочим, когда я вечерком обозревала окрестности, то увидела за горой, откуда приходят сюда путники, довольно тёмную тучу.
– Выходит, мы тоже путники, раз пришли с той горы, ― воспользовался Тимофей паузой.
– Ха! Ну конечно… ещё какие путники, хорошо хоть, что не странники!
– Да, мы простые путешественники… А что ты хотела сказать, когда упомянула гору?
Света помолчала мгновение, подняла голову к небу, словно за подсказкой. Так и случилось: часть ночного неба без звёзд напомнила.
– Так вот: туча была за горой, только выползала, а сейчас закрыта треть небосвода. Как бы дождь не пошёл!
– Спрячемся! Делов-то!.. Ты беспокоишься о страннике?
– Человек ведь!
– Что ж, заберёмся в нашу палатку… посидим втроём.
– Ты отзывчивый!
– Слушай, согласно нашего предположения, возможно, начнётся дождь. Поспать не удастся: втроём места мало. Поэтому… ― Тимофей наклонился к лицу любимой и продолжил уговаривать как ребёнка, в назидательно-заботливой форме: ― пойди, милая, в палаточку и поспи. Если часа через три дождя не будет, я ― так и быть ― разбужу тебя, чтобы твоя забота обо мне имела воплощение.
– Тима, не смеши! От таких слов не то что не заснёшь, а больше возбудишься.
– Не время возбуждаться! Как-нибудь потом, ― продолжил шутливую манеру муж. Потом серьёзно добавил: ― Правда, иди… а я посижу.
– Что ж, логично. Пойду.
Света ещё раз прикоснулась губами к щеке мужа, встала и на прощанье посоветовала:
– Огонь поддерживай ― сонливости меньше будет.
– Ладно.
Светлана ушла. Тимофей наклонился над незнакомцем. «Пора укрыть», ― решил он. Подбросил в костёр веток, сходил под натянутый полог для вещей и продуктов, нашёл там скатерть для импровизированного стола. Когда набрасывал полотно, в свете разгоревшегося с новой силой костра заметил на лице бородача мимическое отображение неведомых переживаний во сне. «М-да! Непростая, видно, история с тобой случилась!» ― посочувствовал путнику.
Долго смотрел на небо. Звёзды наблюдались лишь на половине небосклона, впрочем, явных признаков ухудшения погоды не ощущалось.
Тимофей глядел на бегающие сполохи угольков; мыслей оставалось всё меньше. В итоге воцарилась единственная ― виртуальный голос исполнял застрявшую с вечера в памяти мелодию: «И с тобою вдвоём мы всю жизнь проживём на высоком берегу на крутом». «Проживём, ― вторил голосу Тимофей, ― только не на берегу… крутом». Потом возникла Света: она бегала вокруг, ускользая из рук, и напевала ту же песню: «Весна какая выдалась, какие дни настали!» Наконец Тимофей перестал вообще что-то осознавать, только ощущения органов чувств напоминали дремлющему мозгу о внешней среде, и тело человека реагировало лёгкими подёргиваниями…
Внезапно сигнал настороженности, а следом и опасности, заставил Тимофея вздрогнуть, открыть глаза. Сильный вихрь поднял пепел с потухшего костра, швырнул в глаза, на одежду. Раздался грохот кухонной утвари под пологом. «Чёрт возьми! ― воскликнул Тимофей, когда пылевую завесу прорезал зигзаг молнии. Сразу же громыхнул треск. ― Гроза! Права была Света».
Тимофей вскочил, бросился в сторону палаток. Оттуда уже раздавались голоса Светланы и Тимура. Вновь чиркнула молния. Тимофей успел разглядеть Соню, зажимающую на груди одежду, Тимура, бегущего к сорванному пологу, Свету, показавшуюся из палатки. Она открыла рот, но грохот заглушил её отчаянный крик. Тимофей интуитивно развернулся и глянул в сторону костра. Ничего не видно! Подскочил к месту, где лежал странник ― пусто. Новая вспышка высветила силуэт незнакомца на краю обрыва. Тимофей сорвался в том направлении. Практически в темноте каким-то чудом тормознул на самом краю, едва не свалившись вниз, возможно из-за грохота, словно пригвоздившего его к месту. Опять вспышка. По краю сползала рука путника, а тело его уже находилось на склоне. Тимофей успел схватить руку незнакомца, упал на землю, уцепился за кисть и второй рукой. «Держись!» ― выкрикнул он, понимая, что держать нужно самому. Позади раздавались окрики друзей. Двое мужчин, тем не менее, сползали в овраг, медленно, но неуклонно. Тимофей сжал зубы, силясь преодолеть вес странника и задержаться. В последний момент, когда стало очевидным, что свалятся оба, Тимофей сообразил, что самому лучше остаться: меньше хлопот будет для приятелей. Он отпустил руку бродяги.
В свете молнии блеснули на миг глаза на внешне невозмутимом лице, затем человек закувыркался по склону. Последняя вспышка помогла Тимуру увидеть Тимофея и задержать его падение.
Направились к палаткам. Светлана прижалась к Тимофею. Он обнимал её за плечо.
– Тима, что произошло? Как он оказался на обрыве?
– Не знаю. Гроза началась. Я отвлёкся на грохот кастрюль, на ваши возгласы. Потом в свете молнии увидел его на краю… К сожалению, не смог удержать.
– Жаль человека! Нужно помочь ему каким-то образом, ― сказала Соня.
– А каким образом?! ― не то с иронией, не то с раздражением громко заявил Тимур. ― Мы его сейчас не найдём! Может, он в воду скатился… и утонул. Нам следом, что ли, прыгать?!
– Пойдём и проверим! ― твёрдым и спокойным тоном произнесла Света. ― Соня останется здесь, а мы втроём спустимся по тропе на пляж, затем влево вдоль берега пойдём. Соня сверху будет фонариком сигнализировать как маяк, указывая на вот это место… чтобы мимо не прошли.
– Я одна боюсь, ― тихо заметила Соня. ― Может, мы со Светой тут, а мужчины пойдут?
– Сонечка, возможно, там вдвоём не обойтись. Допустим, он лежит без сознания; тогда парни будут нести, а я ― освещать дорогу.
Соня вздохнула:
– Разумно.
– Разумней отправиться, когда рассветёт… да и гроза закончится, ― снова недовольно буркнул Тимур.
– Нет сейчас! ― возразила Света.
– Тимур, она права, ― заявила Соня.
Тимур замолчал и даже отпустил руку Сони.
Зашли в палатки, чтобы одеться по-другому. Неожиданно хлынул дождь.
– При таком ливне мы рискуем поскользнуться на тропе и свалиться, ― громко выразил опасение Тимофей, чтобы слышали в соседней палатке.
– И я о том же, ― поддакнул Тимур.
– Сами мы не свалимся, а вот если нести тяжёлого человека, то сложнее окажется, ― согласилась Светлана. ― Переждём. Вдруг гроза быстро кончится.
– Хорошо, ― ответил Тимур.
Следом громыхнуло. Тимофей продолжил одевание. Света уже была готова.
– Тимура не узнаю, ― сказала она тихо. ― Чем ему не понравился чужой человек?! Не век же с ним жить!
– Тише, услышат!
Тем временем у соседей длилась напряжённая пауза. Наконец Тимур промолвил:
– Близко к краю не подходи: скользкая земля.
– Понимаю.
Дождь вскоре ослаб настолько, что выглянувшая из палатки Светлана оценила его, как «слабенький».
– Выходим! ― скомандовала она громко. ― Не забудьте надеть дождевые накидки!
Тимур и Соня за ним появились через пять минут ожидания. Света скрыла недовольство за отвлечённой фразой:
– Такое ощущение, что рассвет начинается.
– Судя по времени, так и есть, ― сказала Соня. ― Уже пять часов.
Фонариков нашлось только два, пришлось один (послабее) оставить Соне. Сначала вчетвером приблизились к краю обрыва метров за пять. Проверили, насколько скользкая почва, чтобы Соня уверенно стояла вблизи края.
– Тебе лучше лечь и подползти к краю, ― подсказала Светлана подруге.
– Вымажусь вся.
– Зато безопасно.
– Вообще-то, фонариков нужно два, как минимум… там, внизу, ― высказался Тимофей. ― Поэтому Соне лучше пойти с нами. Искать придётся везде, а не только возле этого косогора. Он может отползти, отойти…
Посовещались несколько минут, поспорили и решили идти вчетвером. Тимур опасался оставлять без присмотра палатки, но его вскоре переубедили. Или он сам понял: лучше не спорить, и так отношения с Соней натянуты.
Двинулись в путь. Впереди шла Света, как самый инициативный член коллектива. За ней выстроились цепочкой Тимофей, Соня, Тимур. Тропа, действительно, представляла собой скользкий путь. Несмотря на предосторожности, каждый не раз падал. У Светланы треснуло стекло фонарика ― он перестал работать. Пришлось Соне отдать свой идущей впереди подруге.
Спустились к валунам. Дождь ещё моросил, однако, приближающийся рассвет подсветил тонкую облачность, и небо казалось тускло светящим огромным светильником-ночником.
– Скоро станет светло, так что и без фонариков справимся, ― заметил Тимофей.
– Сумерки здесь длятся минут сорок, поэтому ещё помучимся, ― отреагировала Света.
Вышли на пляж. По мокрому песку двигались с трудом, поэтому на каменистый участок берега вышли изрядно обессиленными. Но и по гальке идти не проще: ноги скользили на мокрых крупных камнях.
– Пора всматриваться, ― решил Тимур проявить хоть какую-то инициативу, ― метров сто прошли в обратном направлении.
– А я давно гляжу по сторонам, ― сказала Светлана, ― с самого пляжа.
Света водила фонарём по сторонам, вверх по склону, по воде. Друзья вертели головами вслед за лучом.
Соня заметила метрах в десяти от берега тёмное округлое пятно, напоминающее спину человека.
– Что там? ― встревоженно спросила она.
Светлана сразу направила туда луч.
– Я видела: это не человек, а валун. Наш странник сюда бы не упал, мы ведь не дошли до того обрыва. Видите, ― Света провела лучом по краю берега слева направо, ― берег всё повышается, а у нас там высшая точка. Но сюда он мог дойти, если в состоянии. Так что смотрим внимательно!
Света продолжила шарить лучом во всех направлениях, остальные молча разглядывали пустынный берег и воду, испещрённую падающими сверху мелкими каплями.
Когда добрались до подножия самого высокого места ― Светлана высветила верхний край, и все согласились, ― уже изрядно рассвело. Можно было ориентироваться и без фонаря.
– Ищем хоть какие-то следы! ― напутствовала Светлана.
Напарники безропотно шарили взглядами по камням, по склону, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. Повезло Соне. Промелькнувший луч на мгновение отразился искоркой среди мелкой гальки.
– Свет, ну-ка сюда… посвети.
Светлана отреагировала быстро, направила свет, куда указала Соня.
– Что тебя заинтересовало?
– Что-то сверкнуло. Галька так не отражает свет. Блестящее…
– Ищем. ― Света наклонилась совсем низко к камням.
– Давай по-другому, ― попросила Соня. ― Встань, где стояла… чуть левее и дальше… Теперь проведи лучом туда-сюда.
Светлана послушно исполняла команды. Соня сама изменяла положение тела и сдвигалась влево-вправо. Мужчины приблизились помогать.
– Задержитесь, ― попросила их Света, ― можете затоптать.
– Стоп! ― Соня резко наклонилась. ― Света, сюда!
Светлана встала рядом и обе они внимательно вглядывались в каждую песчинку в свете луча.
– А что нам даст какая-то блестяшка?! ― сказал Тимофей. Странника нет. Его надо искать, то есть двигаться дальше, куда он, скорее всего, пошёл.
– Если он пошёл, то мы его уже не догоним, потому что прошло много времени, ― заявил Тимур.
– Пошёл-то пошёл, ― протянула Света, занятая делом, а не размышлением, ― только вопрос в том, насколько хватит сил. Может сгоряча рванул, а потом травма дала себя знать… и свалился!
Соня тем временем молча подняла мелкий предмет и поднесла к лицу. Света тут же осветила руки подруги.
– Это золотая коронка… зубная, ― определила Соня.
Света осторожно взяла блестящую штучку своими пальцами и тоже рассмотрела.
– Да. Согласна… Ударился о камни, коронка слетела. Мог даже зуб потерять, но его вряд ли найдём. Просто чудо, что Соня случайно заметила проблеснувший камешек. Следов крови тоже не обнаружить: дождь смыл, если и были. Пройдём немного. Если поблизости не обнаружим, то смысла нет идти дальше ― в этом Тимур прав: много времени прошло.
Прошли метров двести. Когда уже совсем рассвело, нашли клочок ткани, скорее всего от брюк.
– Брюки разорвались при падении, клок болтался, может даже мешал идти ― волочился по земле, ― а дядька его оторвал, ― предположила Соня.
– Возможно, ― в задумчивости произнесла Света. Потом она приободрилась и озвучила свои мысли: ― Думаю, пора нам закончить наше путешествие. Как только подсохнет, сворачиваем лагерь. В ближайшем населённом пункте нужно рассказать о страннике.
Глава 2 Находка и потеря
Глаза запечатлели лицо сверху; оттуда же требовательно и властно, как подсказало сознание, раздался призыв: «Держись!» Свет, мелькнувший на мгновение, пропал. Всё вокруг закружилось; тело стукалось о невидимые во тьме предметы, отдаваясь болью и непониманием происходящего. Это казалось ужасным, злым, потому что сопровождалось кратковременным грохотом сверху. Внезапно, словно отголосок на услышанное, где-то внутри головы возник иной образ ― другое лицо, не похожее на только что увиденное, ― который также призывал: «Держись…» Тот давний, почему-то безликий, но всё же похожий внешне на него самого, крикнул ещё что-то после этого требовательного «держись». Догадался, что тот называл его, обращался именно к нему. «А кто я? ― озадачился человек, уже лёжа без движения на спине. ― Как меня обозначают другие, похожие не меня, которые умеют издавать понятные звуки?»