Райдзин. Сияние

Глава 1

По случаю важного мероприятия арена школы «Аскольд» сегодня накрыта полупрозрачным куполом магической пелены. Только, похоже, что из собравшихся в амфитеатре я один интересовался этим самым куполом. Для остальных подобное в порядке вещей. Ну да, остальные – местные, им привычно, это я здесь проездом…

Проездом. Размеренное течение мыслей споткнулось, когда я зацепился за это слово. Задумался и чуть погодя вздохнул, признавая очевидное: нет, никак не получалось у меня все же ассоциировать свое будущее с этим местом.

Вот только пока не могу понять, что для меня есть «это место». Школа-резервация «Аскольд»? Японский архипелаг? Или вообще этот мир?

Мои свернувшие на серьезную дорогу размышления прервал звук корабельного ревуна, знаменующее начало основного действия. Я встряхнулся, возвращаясь в реальность и внимательно осматриваясь по сторонам. Мы сейчас – всем нашим немногочисленным классом Х6, вместе с мастером-наставником Прасковьей Богдановной, расположились на трибунах амфитеатра арены. Антураж здесь внутри античный, как в римском Колизее, даже размеры арены в форме эллипса соответствуют. Трибуны только небольшие – всего семь рядов скамей, и отдельная выделена под ложу для почетных гостей.

Заполнены трибуны едва наполовину, но, если судить по мундирам и регалиям присутствующих, «удельный вес» авторитета собравшихся гостей, несомненно, мог бы превзойти какой-нибудь заполненный под завязку легкоатлетический стадион стотысячник во время обычного мероприятия. Кого в списке приглашенных только не было – гости на трибунах не только из Восточного края и соседних областей и губерний, даже из Петербурга прибыла делегация, расположившаяся в ложе почетных гостей.

Повод соответствует: инициация Источника обучающихся второго курса.

Для проведения инициации на арене амфитеатра был возведен Круг Стихий. Однажды такую конструкцию мне в ходе объяснения схематично рисовала Надежда. Теперь же я увидел подобное вживую: на круглом постаменте из белого мрамора расположилось восемь каменных обелисков основных стихий. Каждый в верхней своей части имел сквозное отверстие, в котором тускло поблескивал энергетический сгусток силы. В самом центре круга находилось небольшое – не более полуметра в глубину и трех метров в диаметре, пологое углубление алтаря, наполненное водой. Именно туда во время инициации Источника со стихией будут заходить юные владеющие даром.

Сами готовящиеся к инициации тридцать девять девушек и семеро юношей, все в белых туниках, выстроились в шеренгу на одной из вершин эллипса арены – противоположной той, где находилась ложа почетных гостей. Прямо под нами выстроились – мы, наш класс, от почетной ложи на максимальном удалении сидим.

Да, мы сейчас не внизу среди шеренги второкурсников в белых туниках, а в парадной форме на трибунах. Официально мы здесь в качестве зрителей – наша инициация по плану будет проходить неофициально. После того, как мероприятие закончится и лишних глаз не останется.

Проводить инициацию должна Надежда Кудашова, встречу с которой я ждал с нетерпением уже несколько недель. Она уже в Нагасаки, это я знаю, вот только кавайную светлость пока не видел – прибыла она сюда, не афишируя приезд, так что на трибунах ее нет. Но все равно, по трибунам я то и дело скользил взглядом – вдруг увижу.

Атмосфера в амфитеатре прямо торжественная, хорошо чувствуется. Неудивительно – мало какое событие в этом мире может сравниться по значимости с инициацией владеющих даром. Съезжаются на такие мероприятия весьма важные и почетные гости. Профиль нашей школы, состоящей в проекте «Резервация», конечно, накладывает отпечаток на состав приглашенных: ни высших лиц государства, ни членов императорских фамилий Конфедерации не видно и не заявлено. Но и без них высоких чинов хватает.

Вдруг весьма ощутимо почувствовал рядом всплеск эмоций: Прасковья Богдановна явно возгордилась происходящим. Сначала не понял причины, а чуть погодя заметил, что мы в полном составе, весь наш класс, оказались в прицеле режиссера трансляции. Прасковья Богдановна увидела себя на изображении на большом табло, что ей прямо патокой на сердце – похоже, любит внимание. Надо же, как наслаждается происходящим. Коротко глянула на меня, в глазах счастье самое настоящее. А ведь недавно меня как огня боялась.

На большом табло между тем крупным планом показывали гостей в почетной ложе. Не в прямой трансляции, но во все хроники аккредитованных информационных агентств видеорепортаж попадет. Причем совсем не как дежурная хроника – информация о владеющих даром в этом мире разлетается как горячие пирожки в морозный день на полустанке, в этом мире суперзвезды отнюдь не деятели шоу-бизнеса. Потому Прасковья Богдановна и радуется, и гордится – у нее есть шанс стать объектом всеобщего внимания, если повезет.

Хотя, полагаю, Прасковья Богдановна – дама пробивная, из тех, кто «везет тому, кто сам везет». Коротко на нее посмотрел. Спина прямая, глаза блестят – да, наша мастер-наставник, похоже, настроена своего не упустить и воспользоваться возможностью.

В этот момент снова раздался звук горна, аж мурашки по спине побежали. Пробирает от важности момента. Инициация не случайно привлекает к себе всеобщее внимание: именно в этот момент происходит официальное взросление владеющего даром, каждый из которых часть, в том числе, военного потенциала государства. Можно сказать, вдруг свернула у меня мысль аналогией, мы сейчас наблюдаем военную приемку – когда с завода техника едет на армейский полигон на испытания. И именно поэтому тут же появилась догадка, руководящий состав нашей школы так неоднороден, будучи поделен на два лагеря. Гражданская и в большинстве одаренная силой часть администрации отвечает за «выпуск», а «армейская» часть…

«Флотская, а не армейская», – поправила меня Альбина.

«Ой все», – ответил я с легким раздражением оттого, что она сбила меня с мысли, выстраивающей такую стройную конструкцию.

В этот момент фамильяр появилась в поле моего зрения. В ином от обычного облике: на Альбине сейчас белоснежная тугая юбка, кокетливо расстегнутая белоснежная же рубашка с шевронами и золотым шитьем, небрежно наброшенный на плечи китель, а еще зеркальные очки авиаторы, которые сейчас Альбина изящно и кокетливо приподняла с чуть виноватым видом.

«Простите, шеф».

«Альбин, прекращай», – я только глаза закатил, снова уперевшись взглядом в накрывающее нас марево купола.

Вот странно, в последнее время Альбина все чаще появляется в поле моего зрения в дополненной реальности. В первые месяцы нашего знакомства таких случаев вообще практически не было, считанные единицы, а за последнюю неделю уже несколько десятков таких проявлений. Причем знает ведь, что я отвлекаюсь, Если на видеозаписи мою мимику будут анализировать, то смогут понять, что я или со своими внутренними демонами общаюсь, или же…

«Еще раз прошу простить, шеф, – раздался голос Альбины, которая уже исчезла из моего поля зрения. – Я не знаю, почему так. Со мной определенно что-то происходит, и это странно».

«Что странно? – спросил было я, но тут прозвучали фанфары и началось движение – церемония стартовала. – Ладно, давай потом это обсудим», – сказал я Альбине, обращая все внимание на происходящее на арене.

Смотрел с интересом – нам, нашему классу, тоже ведь инициация сегодня предстоит, пусть и в неофициальной части мероприятия.

Волнительно, как ни крути.

– Валерия Разумовская, – прозвучал голос исполняющего обязанности директора школы. Прошлый директор, так уж получилось, совсем недавно уехал в подвалы контрразведки. Да, с моей помощью. Да, ни о чем не жалею.

Мы сидим прямо за спинами выстроившейся шеренги готовых к инициации, так что взявшего слово исполняющего обязанности директора – на противоположной стороне арены, нам не очень хорошо видно. Зато хорошо видно, как несколько шагов вперед сделала высокая светловолосая девушка. Она, как и предполагает протокол мероприятия, в одной только белой длинной тунике, из-под которой видны босые ноги.

Красивая, машинально отметил я, когда Валерия Разумовская, будучи представлена публике короткой речью исполняющего обязанности директора, двинулась к Кругу Стихий. Тонкая ткань то и дело облегала фигуру девушки, так что наблюдал я за ней с интересом.

Не только красивая, кстати, но и достойная – по результатам первого года обучения Валерия Разумовская заняла первое место в рейтинге школы. Потому и получила право открывать мероприятие. Сейчас она уже обходила по краю широкого круга-постамента.

Вот миновала обелиск с оранжевым отблеском пламени наверху, прошла мимо следующего, на вершине которого яркое сияние Света. Дежурная интрига – стихия, в которой каждый из владеющих даром будет инициировать Источник, в программе мероприятия не обозначалась.

Зрители загомонили, когда выбор стал ясен: Валерия ступила на каменный постамент рядом с обелиском, наверху которого сияло магическим отблеском голубое пламя стихии Воды.

Школы стихи Воды, а их девять вроде на выбор – это надежно, стабильно, традиционно. Беспроигрышный и не рискованный выбор. Может быть, от девушки с такими неплохими способностями ждали чего-то более резкого и дерзкого, но она, скорее всего, еще и умная, поэтому уже прислонила к камню обелиска ладонь.

Примет ее выбор стихия, или нет? Я слышал, что бывали случаи, когда стихия отторгала владеющего даром. Бывали, но очень редко и не сейчас – голубое пламя вспыхнуло ярче, по белому мрамору Круга Стихий от обелиска к алтарю в центре загорелась ультрамариновым сиянием дорожка.

Валерия несколько секунд задержалась на месте. Мне кажется, я даже увидел, как приподнялась у нее грудь в глубоком вздохе. Да, волнительно – даже мне отсюда, представляю, как ей приходится. Пара мгновений и, расправив плечи, отняв ладонь от обелиска, по высвеченной сиянием дорожке Валерия направилась к бассейну-алтарю. Углубление в центре круга также уже засияло голубым пламенем, а вода в нем окрасилась в цвет стихии. Да и не вода это, а чистая, концентрированная энергия.

Я вдруг понял, почему сам так волнуюсь и переживаю: силы под куполом пелены в амфитеатре столько, что горы можно свернуть. Эхо отзвуков магического возмущения настолько ощутимы, что я невольно начал весьма глубоко проникаться масштабом мероприятия.

Валерия Разумовская уже подошла к алтарю и остановилась в ожидании. В этот момент раздался голос, представляющий собравшимся князя Михаила Новикова, генерал-губернатора Восточного края.

Традиция – на инициацию, для участия и помощи в процессе приглашаются люди состоявшиеся. Они становятся негласными покровителями тех, кого провели за собой в мир магии. В Резервациях, конечно, не всегда так, иногда процесс организуют сотрудники школы в дежурном порядке. Но не в этот раз, сегодня для школы «Аскольд» знаменательный день: высоких гостей приехало невероятное количество. И одна из таких персон – глава клана Новиков, который открывал мероприятие.

Князь уже почти дошел до центра Круга Стихий, оказавшись по другую сторону алтаря, у которого стояла сейчас Валерия Разумовская. Едва подойдя и даже не до конца остановившись, он сразу создал аватар стихии Воды: чистая энергия алтаря начала видоизменяться и превратилась в водный элементаль. Аватар стихии, поблескивающий в мареве концентрированной энергии и выглядящий, как манекен.

Именно эта поспешность – вызванная уверенностью в своих силах, стала причиной казуса. Обычный ход инициации Источника предполагал, что сначала над алтарем ставится купол невидимости, накрывающий инициируемого и его патрона. Потом только уже создается аватар стихии – в который и заходит инициируемый, сливаясь с выбранной стихией. Купол невидимости нужен потому, что погружается в аватар стихии, инициируемый нагим, сбросив предварительно белую тунику.

Вот на этом моменте программы неувязка и произошла.

Князь Новиков, явно не лишенный позерства, был настолько уверен в своих силах, что сначала – прямо на ходу, создал аватар стихии. После, остановившись, он сделал небольшую паузу, словно предлагая оценить зрителям свои возможности. Оценивать было что – если купол размытия можно выставить и забыть, не тратя на него силы, то для поддержания аватара стихии нужна серьезная концентрация. Это непростая задача, мало кто может делать это долгое время, а тем более действовать с такой концентрацией, чтобы в процессе поставить над аватаром еще размывающий купол.

Валерия Разумовская, готовящаяся к инициации, явно серьезно волновалась. И, похоже, она мало что видела и воспринимала, глядя сейчас только на аватар стихии – не видя кроме ничего и никого. Такое бывает, когда получается отрешиться от происходящего – и у Валерии, похоже, это получилось, она просто не воспринимала происходящее за пределами Круга Стихий. И как раз сейчас девушка повела плечами, сбрасывая с себя тунику и делая шаг вперед. В этот же момент изображение Валерии – в полный рост, появилось на большом экране арены.

К наготе в этом мире относятся вполне сдержанно – особенно среди одаренных. В некоторых высше-магических учреждениях даже нет отдельных раздевалок, например, а обнажиться среди своих вполне обыденное дело. Я сам убедился в этом, когда Надежда передо мной спокойно переодевалась. Но раздеваться полностью на публике все же не принято, что и ознаменовалось масштабным «ахом» от зрителей.

Кадры явно не попадут в прессу – среди заезжих корреспондентов отчаянных дураков нет, но вот само событие явно станет темой для обсуждения не только на русской территории Нагасаки, вполне может и до салонов Владивостока или Екатеринбурга докатиться. Или даже до Петербурга, кто знает – здесь уж как Валерии повезет. Но одно ясно – теперь среди владеющих даром она точно будет известна.

«Может, она специально так сделала», – предположила Альбина.

«Может», – согласился я.

Вполне может. Пусть клан Разумовских довольно силен, Валерия явно в нем не на первых ролях. Она не проклятая, сюда за какой-то залет попала. Так что, если не обладая проклятым даром, смогла оказаться в резервации, значит и привлечь к себе внимание таким образом вполне могла, импровизируя по ситуации.

Князь Новиков между тем поставил купол, скрывая от взглядов и раздевшуюся Валерию Разумовскую и созданный для нее аватар стихии.

Одна за другой – медленно, неторопливо, прошло несколько минут. Чисто технически инициация много времени не занимает: впустить в себя стихийную силу, делая выбор – секундное дело. Но, как говорят, первое полное единение с элементарной стихией (если это не Огонь) – настоящий восторг. Поэтому инициируемым позволяется наслаждаться первым опытом подольше.

Только через семь минут купол размытия исчез, и мы все увидели Валерию Разумовскую – глаза ее ярко, очень ярко сияли ультрамариновым блеском. На ней сейчас была заранее приготовленная туника лазурного цвета, символизирующая стихию Воды.

Появление состоявшейся элементарной одаренной собравшаяся публика встретила приветственными криками и аплодисментами. Громкими, все же собравшаяся публика увидела много больше, чем рассчитывала от первой инициации. Да Сильва и рядом с нами, как и многие другие, активно свистел и хлопал, поднявшись на ноги. Зрителям явно увиденное понравилось.

Валерия коротко поклонилась приветствующим ее инициацию трибунам. В этот момент ее выхватила камера, показывая крупным планом – девушка явно взволнована, щеки залиты краской смущения. Но на губах улыбка – или эйфория, или совсем не расстраивается.

С ярко сияющими ультрамарином глазами Валерия подошла к князю Новикову с дежурной благодарностью за помощь. Он в этот момент, вопреки всякому протоколу, шагнул вперед и неожиданно поцеловал девушке руку, еще большее ее смутив. Я при этом ощутимо почувствовал неприязнь. Эмоции не со стороны Прасковьи Богдановны. Скосил взгляд – надо же, Ангелине крайне не нравилось происходящее.

«Ангелина принцесса клана, шеф. А у князя Новикова нет официальной жены», – тут же прокомментировала Альбина.

«И?» – не сразу осмыслил я сказанное.

«Если князь Новиков женится, его дети от нового брака могут…»

«Все, понял, не продолжай. Не наши проблемы».

Да, владеющие даром живут не просто долго, а очень долго – я давно держал в уме слышанное выражение «техническое бессмертие». Так что даже будучи обычным человеком, рассчитывая жизнь в обычных сроках, у Ангелины мог быть повод для волнения. В ее нынешнем же состоянии неудивительно, что она так напряглась. Тоже, кстати, проблема – долгая жизнь несет изменения бытия владеющих даром не меньшее, если не большее, чем дисбаланс полов.

Между тем Валерия Разумовская, которую князь Новиков взял под руку – Ангелина за этим очень пристально наблюдала, удалялась от нас к противоположной стороне трибун. Каждый из инициируемых сегодня должен проделать этот путь, пересечь арену через Круг Стихий и занять место в ложе почетных гостей.

Князь Новиков и Валерия Разумовская вскоре поднялись в ложу, где – у самого парапета, в первом ряду было приготовлено полсотни мест для инициированных. Но снова протокол мероприятия оказался нарушен – князь провел Валерию и усадил рядом с собой, на местах почетных гостей.

Ангелина сидела ровно, выпрямив спину и сложив руки на коленях. Краем глаза я увидел, как сжимаются ее кулаки. Да, для нее происходящее приятным не назовешь – князь Новиков, не сомневаюсь, целибат не соблюдает. Но то, что сейчас происходит – демонстрация, просто так князь бы не стал привлекать внимания подобными действиями.

Похоже, прекрасное видение сейчас узнала, что ее будущее отнюдь не безоблачное. Я вдруг увидел, как сидящая с рядом с Ангелиной Бертезен взяла ее за руку и ободряюще сжала. Да, Эмилия – которую родственники приговорили на смерть, знает толк в неожиданных поворотах судьбы.

После вызвавшей ажиотаж инициации Валерии Разумовской дальнейшая церемония проходила свои чередом, без отклонений от протокола. Один за другим в Круг Стихий выходили второкурсники в белых туниках, навстречу им шли состоявшиеся владеющие. Таких высоких гостей, как князь Новиков, больше не было, но персоны довольно известные. Среди присутствующих я отметил титулованных капитанов фрегатов Аврора и Паллада – тех самых кораблей, что не так давно охраняли нас на тропическом острове.

За мероприятием присутствующие зрители наблюдали с деятельным интересом. В обычных высше-магических заведениях, как правило, есть свой профиль – одна, максимум две стихии. В резервациях же, собранных не по стихийному, а по территориальному признаку, работают со всеми стихиями, поэтому на мероприятии загорались сиянием самые разные обелиски. В большинстве своем второкурсники выбирали к инициации в стихии Воду, Землю и Жизнь, несколько человек выбрали Воздух, двое Огонь. Инициация владеющего даром в Смерти вызвала отклик у присутствующих зрителей; не негативный – некромантов в мире магии не так много, направление вполне уважаемое. Опасное, но и трудоустройство и положение в обществе с такой специализацией гарантированно. Главное только душу не потерять, как говорил нам об этом недавно один из преподавателей.

Как раз сейчас снова проходила инициация в стихии Огня. Наблюдали за ней с неослабевающим интересом: опасная стихия. Шанс, что после того, как инициируемый шагнет в аватар огненной стихии и станет пеплом, есть. Не русская рулетка, но шанс неиллюзорный. Остальные три элементарные стихии – Вода, Земля и Воздух, по сути, безопасные. Максимум неприятного – стихия может не принять, не откликнувшись. Сама инициация весьма приятный процесс, повелевать этими стихиями ими легче. Три этих стихийных элемента – это стабильность.

Огонь же – в перспективе гораздо более сильная стихия, может принести настоящее могущество, вот только на пути к нему можно серьезно оступиться. Сгореть на работе – как пошутил я недавно в ходе обсуждения. Шутка не очень зашла – как раз тогда мы узнали, что да Сильва принял решение проходить инициацию именно в стихии Огня.

Вообще, смертность среди одаренных на пути освоения дара явление обыденное. Я-то думал, что один такой, награжденный проклятым даром иду по лезвию бритвы. Оказалось, что даже в стабильных элементах между первым и вторым совершеннолетием владеющие часто вылетают с пути освоения на обочину, и хорошо если дело заканчивается только элиминацией Источника. Гибель же владеющих, выбравших стихию Огня, не говоря уже о темных искусствах, явление обыденное. А ведь еще есть Смерть, и Свет – в Смерти можно потерять душу, Свет ее может просто выжечь. В общем, молодежь здесь – владеющая, вполне себе по краю ходит.

Я и не знал, сюрпризом стало.

Мероприятие между тем длилось уже больше двух часов. Расположившиеся под нами инициируемые в белых туниках стояли без движения, но среди них напряжение все нарастало. Неприятно быть последним – в конце ведь инициацию проходили те, кто не преуспевал в учебе. Или залетчики.

Меня зрелище понемногу начало утомлять. Эффект новизны пропал, последние инициации я уже наблюдал вполглаза. Все больше смотрел по сторонам, высматривая Надежду. По-прежнему ее не видно, но вдруг.

Все, последний пошел, наконец-то. Заключительная речь, завершение мероприятия – все прошло мимо восприятия, потому что волнение нарастало: приближалось наше время.

Инициированные покинули почетную ложу (время банкета), зрители потянулись на выход. Амфитеатр стремительно пустел, вскоре на трибунах остались считанные единицы.

Все, наше время.

Глава 2

Магический купол, накрывающий амфитеатр, вдруг исчез, стало видно темное небо. Почти тут же включилось освещение, разгоняя темноту. На трибунах арены лишних людей больше не было. Все свои: кроме нашей шестерки и Прасковьи Богдановны, я видел неподалеку Патрика О’Брайана с женами; в руке, даже отсюда вижу, пузатая бутылка виски. Кроме того, на нашей трибуне несколько бойцов из группы Соколова в штатском делают вид, что никого не знают и вообще происходящее их не касается.

В почетной ложе я знал – должны остаться исполняющий обязанности директора школы и еще несколько чинов, похоже, ответственных за нас. Среди нескольких белых мундиров я заметил темную парадную форму – отсюда не видно лиц, но Никонов и Кононов наверняка.

Ярко вспыхнувшее поначалу освещение между тем чуть приглушили, экраны табло погасли, двери выходов закрылись.

– Ребят, пора, – негромко произнесла уже напряженная от волнения Прасковья Богдановна, поднимаясь с места.

Встретившись с ней взглядом, я вдруг подмигнул ободряюще – даже для себя неожиданно получилось. Для нее тоже, Прасковья Богдановна от меня подобного явно не ожидала, мы до этого максимально официально общались. Сейчас же она несмело улыбнулась, заметно успокоившись. И первой прошла в проход между трибунами, спускаясь вниз, на площадку арены.

План по нашей инициации, несомненно, был, но никто из нас пока с ним не был ознакомлен. Все происходящее, похоже, завязано на Надежду. Ее, кстати, так и не видно. Зато, когда спустились вниз и подошли в Кругу Стихий, в ложе почетных гостей я заметил знакомое лицо – надо же, Павел Иванович Байков, заместитель начальника интендантской службы морского порта русской территории города Нагасаки. Тот самый добродушный бородатый добряк, который устроил в нашем особняке уютное любовное гнездышко. И подписанный которым акт с повинной до сих пор лежит у меня в письменном ящике стола. Дожидается, когда я о нем вспомню.

Судя по колыхнувшимся эмоциям Прасковьи Богдановны, присутствию господина Байкова она оказалась совершенно не рада. Павел Иванович же, даже с такого расстояния видно, пожирал глазами Прасковью Богдановну. Интересно, чего это он? Впрочем, интерес мелькнул и тут же пропал – из подтрибунного прохода появилась знакомая фигура в черном с золотом мундире.

Княгиня Надежда Геннадиевна Кудашова, собственной персоной. Приветствовав нас коротким кивком, она сначала поднялась в ложу для почетных гостей, где задержалась на несколько минут, что-то обсуждая с присутствующими. После того как кавайная светлость закончила, спустилась обратно – легко сбежав по лестнице, подошла к нам. Вскользь мазнула взглядом по нам по всем, задержалась вниманием на Прасковье Богдановне.

– Вы можете занять место в ложе, – показала Надежда себе за спину.

Прасковья Богдановна кивнула, явно стараясь справиться с эмоциями и удалилась – ступая на деревянных ногах. Ну да, в ложе кроме остальных высоких гостей находился и князь Новиков, подобное соседство для Прасковьи Богдановны раньше считалось недосягаемым уровнем. Но справилась, в обморок вроде не упала от волнения. Когда Прасковья Богдановна покинула арену и поднималась по лестнице, Надежда обернулась к нам.

Лицо бесстрастное, взгляд отстраненный, холодный. Ни на меня, ни на остальных – прямо, в глаза не смотрит. Заговорила она спокойно и ровно: