Варлорд. Путеводная звезда. Том I

Глава 7

– Ну и на хрена мне был нужен этот бутерброд? – забывшись, что у меня уже давно новая жизнь в новой реальности, от удивления я даже вспомнил не особо приятный момент из прошлого.

Будь сейчас в обычном состоянии, несомненно промолчал бы и сохранил спокойствие. Но меня до сих пор накрывала эйфория от успешного одновременного использования силы темных искусств и владения элементарной стихией, так что бившие через край эмоции было не удержать.

– Что за бутерброд? Ouch!.. – заглянул в мой ассистант оказавшийся рядом Валера. – Good luck, – пожелал он мне удачи и торопливо отошел в сторону, мягко увлекая за собой заинтересовавшуюся, даже встревожившуюся моим напряженным состоянием Эльвиру. Не дав ей при этом, молодец какой, заглянуть в экран моего ассистанта.

И кому ответить?

Без сомнений, дело срочное – у обеих. Иначе не стали вот прямо так вызывать, отправили бы запрос или сообщение. И самое печальное – ведь не сделать вид, что вызова я не вижу: и Анастасия, и Саманта сейчас наблюдают по моему статусу, что я не только доступен, но и вижу их вызов.

В принципе, долго не думал. Анастасия на меня (пока) не обижена, а еще сильнее расстраивать черную принцессу, с которой мы к тому же одной крови, не хотелось. Да и не думаю, что у нее сообщение длиннее пары фраз. И более того, я даже хорошо представляю, что Саманта мне хочет сказать.

– My lady, – ответил я на вызов принцессы.

– My lord, – сверкнула голубыми глазами смуглянка.

– Приятно удивлен.

– Я тоже, – перешла Саманта на русский. – И, признавая ошибку, теперь боюсь, как бы уже мне самой не пришлось тянуться до небес, – улыбнулась принцесса, намекая на наш первый разговор под сводами Республиканского дворца.

«Думаю, через несколько лет будешь достоин того, чтобы я обратила на тебя внимание», – скучающим тоном во время нашего танца сказала она мне тогда, начиная весьма занимательно продолжившуюся беседу.

Сейчас же, еще раз улыбнувшись, Саманта согнала устроившегося у нее на коленях пушистого кота – который при этом возмущенно мявкнул. Не обратив на животное внимания, принцесса послала мне чувственный воздушный поцелуй. После чего, подмигнув, отключилась.

Ну… если честно, думал, будет просто «спасибо». Но я-то человек простой, не то что эти царерожденные, так что просто сказать «спасибо» ей, видимо, показалось недостаточным.

А говорить спасибо было за что: Адольф, отправленный мною прочь из Москвы, еще вчера утром был в Архангельске. Кот Муся, который не мой, а ходит сам по себе, вернулся вместе с Адольфом в Архангельск и сразу после этого направился в небольшую деревянную англиканскую церковь, что находится на берегу Северной Двины. Туда, где действовал контролируемый англичанами портал в Инферно.

Как дальше демон Мархосиас доберется до принцессы, я не знал, дал указание действовать по обстоятельствам. Которые явно сложились благоприятно, и кот добрался до принцессы вовремя.

Мне показалось это лучшим из возможных вариантов предупредить Саманту о, возможно, грозящей ей опасности. О том же, что опасность угрожает и ей, у меня присутствовали вполне обоснованные подозрения. Потому что все больше кажется, что весь этот турнир не только способ показать превосходство дисциплины и технологии над одаренными на поле боя, но и завуалированная пока атака на сильных одержимых. А Саманта, как и я, потенциально одна из самых сильных в мире из владеющих темными искусствами.

И не воспользоваться возможностью ее предупредить я не мог. Все же мы с британской принцессой, во-первых, одной крови; во-вторых, она в сложный момент пришла нам на помощь; ну а в-третьих, мы с ней еще не дотанцевали.

Обдумал я все это гораздо быстрее действий – потому что уже принял звонок Анастасии.

– Привет, – едва исчезло интерактивное окно вызова Саманты, появилось следующее.

Успел.

Княжна, в отличие от благожелательно расслабленной Саманты, была предельно собранна и, по-моему, серьезно напряжена.

– Артур. Привет.

Случилось что? Да наверняка.

Причем сразу много всего случилось и уже давно – понял я, когда княжна посмотрела на меня. В ее взгляде прекрасно прочитал – проблема не одна, а много, на любой вкус. Просто Анастасия, видимо, уже, как и я, живет в постоянном напряжении.

– Настя. Неожиданно, привет.

Анастасия даже вздрогнула, когда назвал ее Настей. Княжна хотела было что-то сказать, но сразу не нашлась и просто пожала плечами.

– Артур, у меня к тебе просьба. О помощи.

– There’s no case too big, No case too small…

– Что?

– …When you need help just ca-all. Ch-Ch-Ch-Chip ‘n’ Dale, к вам спешат, Чип-Чип-Чип-Чип и Дейл, лучше всех… Хм, прости, у меня остаточное после…

После чего – не смог сразу сформулировать. Но до сих пор меня накрывал душевный эмоциональный подъем после того, как немного поджег – в прямом и переносном смысле, все вокруг себя.

– Поздравляю, это было красиво, – кивнула Анастасия, заполняя возникшую паузу.

– Спасибо, – довольно серьезным усилием вернул я себя в рабочее состояние. – Так о чем речь?

– Твои прогнозы по состоянию дел…

– Какие прогнозы?

– Санкт-Петербург, гостиница Астория, – напомнила княжна.

– Санкт-Петербург, гостиница Астория, – повторил я задумчиво, совершенно не понимая, о чем речь.

Даже нахмурился, собирая мысли в кучу между бровей. Как ни странно, помогло – практически сразу же вспомнил: Санкт-Петербург, гостиница Астория и ночь в ней перед тем, как мы с княжной на желтом феррари гоняли по улицам города.

Тогда я, пользуясь полученным от озаренной сестры Анны Николаевны доступом, изучил состояние княжеского рода. А после немного рассказал Анастасии об особенностях умелого эффективного управления.

– Вспомнил. И что мои прогнозы?

– Начинают понемногу сбываться. У нас проблемы на Терминале Мокрый Батай.

Хорошо, что я на звонок Саманты сначала ответил. Анастасия, увидев, как я только руками развел, быстро повернулась к меню рабочего пространства и отправила мне метку на карте.

Терминал Мокрый Батай. Крупный узловой транспортно-логистический комплекс, находящийся рядом с одноименным городком в Области войска Донского, как в этом мире непривычно называлась привычная мне Ростовская область.

Беглый взгляд по поясняющим показателям статистики, и я понял, что в этом мультимодальном терминале концентрируются основные маршруты перевозок компании Юсуповых-Штейнберг на Юге России. И понял, почему до этого момента информация о терминале обходила меня стороной: складской комплекс являлся частью транспортной компании, которая до недавнего времени находилась под внешним управлением имперских чиновников – когда Анна Николаевна находилась под следствием.

– Что за проблемы?

– Завтра утром профсоюз организовывает забастовку.

– Чем я могу помочь?

– У рода Юсуповых-Штейнберг сейчас… эпоха перемен, так скажем. Времени на все не хватает. Ни я, ни Михаил Сергеевич не сможем быть завтра в Ростове-на-Дону, у нас важные протокольные мероприятия. Ты можешь завтра утром отправиться в Батайск и договориться с профсоюзом о том, чтобы работа не останавливалась?

Надо же. Анна Николаевна, получается, настолько занята, что возможность ее прибытия на терминал вообще не рассматривается. Но это я подумал мельком, а из услышанного удивило лишь только то, что Власов уже в устах княжны стал Михаилом Сергеевичем. Еще месяц назад Анастасия сказала бы «мой новый управляющий».

В остальном все довольно рутинно. И объяснять, зачем срочно договариваться с бастующими, тоже не было нужды: после освобождения Анны Николаевны транспортная компания была возвращена роду из-под внешнего управления. И сейчас любая задержка очень серьезно может отразиться на репутации. Тем более что именно через этот терминал идут грузы по имперским господрядам.

Мыслей отказать Анастасии в просьбе даже не мелькнуло – как-никак, это, вообще-то, и мое имущество, и мои доходы (пусть и будущие), и моя репутация. Но после начала тренировок с Николаевым я полностью уже себе не принадлежу, поэтому сразу ответ дать не могу.

– Я готов прибыть в Батайск. Но ситуация такова, что обстоятельства могут быть сильнее. Для ответа мне нужно несколько минут.

Кивнув, Анастасия отключилась.

Полковника я нашел довольно быстро и изложил ему обстоятельства, кратко требующие моего присутствия. Секундная задумчивость, и он пожал плечами.

– Быть в Глазьеве до двадцати одного ноль-ноль, – только и ответил Николаев.

«Глазьев?» Значит, мы в Архангельск не летим, а возвращаемся на полигон Сарай-Джук. Интересное кино, хотя и предсказуемое.

Перед тем как выйти из номера Николаева, я чуть задержался. Ожидал, что, может быть, он скажет о событиях в других поединках. Ведь все стыковые матчи проходили в одно и то же время. И если не мы одни были кандидатами на заклание, значит, запланированное убийство уже должно было случиться.

Еще ожидал, что Николаев задаст мне вопрос насчет того, что я в срочном порядке отослал в Архангельск Адольфа, а кота-демона в Инферно. Но полковник молчал и лишь вопросительно глянул на меня. Словно спрашивая, что я еще здесь забыл.

После того как переговорил с Николаевым, отправил Анастасии сообщение, что завтра утром в Мокрый Батай прибуду, и отправился искать остальную команду. Обнаружились все в ресторане. Ильи только не было, а так остальные в сборе – даже Ольга присутствует. Очень, кстати, в тему.

Присев за стол, я попросил Ольгу немного нас закрыть, после чего она легким жестом поставила купол завесы. Едва мы оказались отделены от всего мира подернутым маревом куполом, из-за его границы послышался глухой звук удара и сдавленный вскрик.

Обернувшись, мы все увидели, как от пелены завесы, держась за нос, пятится человек. Видимо, в момент постановки Ольгой купола он быстрым шагом стремился к нашему столу. И немного не успел. Интересно, а мог его купол на несколько частей разделить, если бы незнакомец оказался чуть быстрее? – мелькнула у меня мысль.

– Этот-то что здесь делает? – удивилась Эльвира.

– Господи боже, – в тон ей произнес Валера.

Созданный Ольгой купол напоминал стекло, по которому стекает вода, но за маревом все же были заметны очертания. И когда я присмотрелся, узнать Дариуса Орбакаса, который врезался в защитный купол, труда не составило.

– Опять этот долбак… – в сердцах вздохнула Надежда. И тут же смутилась под нашими взглядами.

– Артур, так что ты хотел сказать? – отвлекая наше внимание от потирающего нос коллежского секретаря, обратилась ко мне Ольга.

– Завтра утром команда отправляется на полигон Сарай-Джук, – сообщил я.

– Оповещения еще не было, – удивилась Ольга.

– Будет. Я к чему – в Глазьев по плану прилечу только вечером.

– По плану? – интонацией совершенно недвусмысленно обозначила Ольга все, что думает об особенностях моего планирования.

– Обычная рабочая поездка, – уверенно сообщил я.

– То есть существует надежда, что ты вернешься бодрым, свежим и невредимым?

– Определенно.

– Мы можем не волноваться?

– Да, за меня можно не волноваться, – уверенно кивнул я.

С собой намеревался взять Иру и всю группу Измайлова, так что никаких эксцессов не ожидал. Добираться до Мокрого Батая также намеревался вполне цивилизованно, а не как обычно. И поэтому тем более никаких проблем не планировалось.

– Будем надеяться, – только и кивнула Ольга.

Пристально посмотрев на меня и увидев по ответному взгляду, что все, что хотел сказать, я сказал, она сняла защиту.

Несколько минут мы просто обедали, переговариваясь обо всем и одновременно ни о чем. До того момента, как нас отвлек Орбакас.

– Добрый день, дамы и господа, – мелкими шажками приблизился к столу пришедший в себя коллежский секретарь, явно опасаясь вновь удариться о выставленную защиту.

– Вы что-то хотели? – холодно поинтересовалась Эльвира. Орбакас при этом вздрогнул – царевны он, после ее давнего предупреждения, видимо, до сих пор всерьез опасался. Но раз осмелился подойти, да еще отвлечь, значит, повод действительно есть.

– Спешу доложить, что по распоряжению Татьяны Николаевны Зориной, директора императорской Арктической гимназии имени Петра Пахтусова, с сегодняшнего дня я имею честь быть приписанным к штату сборной команды гимназии по практической стрельбе.

«Та-атьяна Николаевна! А вот это очень грязный прием!» – мысленно расстроился я. Понятно, что коллежский секретарь ей наверняка душу вынул, но подбрасывать нам такую свинью… это… не знаю, что это, но точно ничего хорошего в этом нет. Видимо, я недооценил степень обиды на меня Татьяны Николаевы.

«А из-за чего она на тебя обиделась?» – поинтересовалась Эльвира.

«Я слишком громко подумал, да?»

«Есть такое», – сообщил мне Валера.

Едва он это сказал, мы втроем переглянулись. Так легко общаться мыслеречью у нас получалось лишь после инициации кровавого союза и после ритуалов Магии Крови. Сейчас же мыслеречь шла еще проще и легче.

Отчего – от победной эйфории или от того, что мы с Эльвирой сейчас с заполненными энергией Источниками, а работа со стихийной силой усиливает ментальную связь?

«Думаю, второе», – произнесла царевна.

Как оказалось, последнюю мысль я тоже слишком громко подумал.

«Так из-за чего Зорина именно на тебя обиделась?» – переспросил Валера.

«Действительно, это Валера же ее тогда уработал, а не ты», – добавила Эльвира, явно отправив ему шпильку.

«Некоторые обстоятельства того, как она согласилась нам помочь, так скажем», – обтекаемо пояснил я.

О том, где, когда и какими аргументами убедил Татьяну Николаевну помочь нам с гуркхами и сэром Галлахером попасть на Малую арену, я ни Валере, ни Эльвире не рассказывал. Как-то в череде последовавших после визита в Инферно событий не до того было.

В этот момент я вспомнил, как только что разбуженная и испуганная Татьяна Николаевна сидела на кровати, поджав под себя ноги и прикрываясь одной лишь простыней. Судя по эмоциям Валеры и Эльвиры, они тоже этот мыслеобраз увидели.

«И что такого? Брось, Артур. Она же этого долбака не к тебе, а к команде прислала», – пожала плечами Эльвира.

– Господин Орбакас? – практически мгновенно посмотрел на коллежского секретаря Валера.

Весь наш обмен мыслями, кстати, уложился буквально в доли секунды – разговор мыслеречью гораздо быстрее обычной беседы. Так что, переговариваясь, мы даже внимания не привлекали, настолько все быстро происходило.

– Да? – между тем резко, как галка, повернул голову коллежский секретарь к Валере.

– А вы, по замыслу Татьяны Николаевны, зачем нам нужны?

– Госпожа директор назначила меня личным ассистентом Артура Сергеевича ввиду того, что…

«Артур, а ты потом расскажешь все то, что и, самое главное, как ты это делал с нашим директором?» – уже мысленно обратился ко мне Валера, не слушая Орбакаса дальше.

«Артур, я тебя недооценила», – одновременно произнесла Эльвира. «Ты ее реально что ли потом…»

«Не было ничего такого. К тому же я потом случайно ее кота забрал, может из-за этого еще злится».

«Кстати, Артур», – это Эльвира.

«А где твой кот?» – это одновременно с ней Валера.

«А где твой художник?» – практически сразу же добавила вопрос и Эльвира.

«Ну… думаю, вы уже догадались где», – признал я очевидное.

«Ты отправил их предупредить Саманту Дуглас об опасности?»

«Да».

«Артур, мне кажется неправильным то, что ты не поставил нас в известность».

«Вы были бы против?»

«Нет», – ответила Эльвира.

Валера промолчал.

«Валер?»

«Нет».

«Нет и нет. Вот именно поэтому, не видел смысла грузить вам голову лишней информацией».

В этот момент, отвлекая, рядом раздался грохот. Синхронно обернувшись, мы увидели, как господин Орбакас машет руками. Коллежский секретарь только что в попытке отойти от стола зацепился за пол каблуком и свалил стул. А сейчас пятился назад, пытаясь победить гравитацию и не упасть.

– Н-нет, – негромко проговорил Валера.

Коллежский секретарь его не послушал – размахивая руками, господин Орбакас все же попытался схватиться за край соседнего стола, мимо которого уже пятился. Не нужно быть Астеротом, чтобы предугадать последствия – очередная порция разбитой посуды, испорченных блюд и настроения посетителей.

«Не в этот раз», – могла бы сказать Эльвира.

Но не сказала, а только сделала – быстро, но изящно вытянув руку, царевна заставила чужой стол отодвинуться на десяток сантиметров. Рука Дариуса схватила воздух, и он упал на пятую точку без нарушения гармонии окружающего пространства.

– До свидания, господин Орбакас, – между тем ангельским голосом произнесла Ольга. Коллежский секретарь заполошно закивал, суматошно поднялся и сначала снова попятился, а после развернулся и практически побежал в сторону выхода из зала.

Интересно, что ему Ольга сказала? За всей мыслеречью с Валерой и Эльвирой я как-то пропустил. И действенно ведь получилось – увидел я торопливо скрывшегося из ресторана коллежского секретаря.

Надо будет потом у Модеста или Наденьки поинтересоваться. Чувствую, подобный метод мне скоро может пригодиться.

– Артур, – отвлек меня Валера.

– А?

– Что за бутерброд?

– Какой бутерброд?

«Когда ты… – чуть покосился на Ольгу Валера. – Когда ты разговаривал недавно, ты упомянул ненужный тебе бутерброд…»

– Ну, тот бутерброд, который не был тебе нужен, – вслух продублировал Валера.

– А, ты про это. Это очень страшная и взрослая история, я не могу тебе сейчас ее рассказать.

– Тогда потом?

– Да. Потом. Может быть, после твоего второго совершеннолетия…

В ресторане засиделись хорошо. Можно сказать, душевно – собралась вся команда, все несколько десятков человек. Отмечали преодоление отборочного этапа. Причем отмечали спокойно и степенно – без каких-либо намеков на дух недавних посиделок в ресторане Стрельна. Лада тоже присутствовала – но она удивительно умная девушка, сегодня ко мне даже близко не подходила. И на произошедшее между нами недавно не намекала ни жестом, ни взглядом.

Как это часто бывает, большая компания разбилась на множество маленьких. Подавляющее большинство из сопровождающего нас состава вполне освоилось и веселилось без зажатости. Все же формально в собравшейся компании, кроме меня, не было ни одного аристократа. Эльвира Зарипова, Алина Нелидова, Валера Медведев – маски. Один я здесь настоящий представитель знати – Артур Волков, барон Делашапель, вписанный в 1-й раздел Дворянской родословной книги Российской Империи. Правда, титул у меня тоже на маске, но все же.

Поэтому атмосфера царила довольно демократичная. С Эльвирой и Валерой мы частенько переглядывались, теряя нить общих бесед. Ждали громких новостей с полей других стыковых матчей. Но громких новостей все не было.

Записи прямых трансляций – которые могли ответить на вопрос, если смотреть внимательно, пока были недоступны. Лезть в глубокую сеть сейчас и отсюда, чтобы найти нелегальные записи, слишком необдуманно, можно ненужные следы оставить. В доступных хайлайтах же намеков на то, что кто-то в ходе стыковых матчей погиб, не было. Поэтому совершенно неясно – случилась ли запланированная смерть или нет.

Засиделись почти до полуночи, после чего разошлись по номерам. Утром, как обычно, проснулся за минуту до звонка, в 04:29. Приняв душ, употребил армейский завтрак – брикеты с ароматизаторами, запил все это приторно-пластиковое дело чашкой чая.

Зоряны рядом нет, допускать к себе посторонних людей не хочется, а Ира телохранительница – просить ее организовать завтрак в корне неправильно. Заказать же заранее в кухне отеля я вчера, конечно же, забыл.

Хорошо еще, что вчера не забыл напечатать в принтере одежду, подходящую случаю. Так что, позавтракав, без спешки и суеты оделся в черный, с красными вставками костюм службы безопасности рода Юсуповых-Штейнберг.

Выходя из номера, на миг приостановился, оглядывая Иру. Индианка также уже была в костюме службы безопасности рода, в котором выглядит точь-в-точь как охотница на джедаев. Да и вообще обтягивающая униформа с красной окантовкой воротника и наплечников очень уж ей к лицу. И не только к лицу.

Бойцы группы Измайлова ожидали нас у машин, на площади перед отелем. Все, как и мы с Ирой, в черной с красным форме службы безопасности рода Юсуповых-Штейнберг.

Сам Измайлов в костюме подобном моему – он все же заместитель руководителя службы безопасности рода, а вот остальные бойцы с оружием и в бронекостюмах. Прямо элитные имперские штурмовики – осмотрел я их. Только по боевой эффективности означенным штурмовикам тысячи очков форы дадут.

Дальнейшие несколько часов дороги я провел в полудреме, изредка вставая и пересаживаясь – из микроавтобуса, который подвез нас прямо к трапу, в самолет, из самолета, опять же не покидая посадочную полосу, в конвертоплан. В приметной черно-красной раскраске, указывающей на принадлежность к роду Юсуповых-Штейнберг.

Машина была военно-транспортная, и иллюминаторы в салоне отсутствовали. Но на заменяющем интерактивном экране, создающем впечатление прозрачного борта, я хорошо наблюдал картинку бегущей снизу земли. Вскоре показался и логистический терминал Мокрый Батай.

Комплекс впечатлял размерами – на окрестных полях раскинулись расходящиеся на десятки сортировочных путей линии железной дороги, вдали виднелась взлетно-посадочная полоса с несколькими грузовыми бортами у перронов. Многочисленные складские здания, над которыми мы уже пролетали, их стоянки, вернее, были забиты фурами и автопоездами.

Посадочную площадку для высоких гостей логистического комплекса – расположенную неподалеку, находящийся за штурвалом поручик Файнзильберт проигнорировал. Он направил машину прямо к площади перед зданием административно-хозяйственной части, где уже собралась толпа не менее чем в пару сотен человек. Двести двадцать девять, если быть точным, – посмотрел я в управленческом меню рода. Доступа к которому – выданного еще озаренной Еленой Николаевной, меня так никто и не лишал.

Наше эффектное появление оказалось для бастующих серьезной неожиданностью. Собравшаяся толпа во время посадки конвертоплана подалась в стороны, как живой организм. По-моему, многие даже едва не разбежались от испуга. Было отчего – конвертоплан упал с неба с пронзительным свистом двигателей и грацией брошенного булыжника. Лишь на последнем десятке метров машина погасила скорость и мягко опустилась на асфальт, цепко проскрежетав металлическими посадочными лапами.

– А-атлична! – только и высказался я о приземлении. Хорошо еще дуги ручек кресла вовремя перехватил и носом с окружающим интерьером не поздоровался.

Произошедшее напомнило мне о том, что всегда – если хочешь, чтобы получилось хорошо, нужно держать происходящее на контроле. Файнзильберт, без сомнений, умеет водить летательные аппараты с плавностью вряд ли худшей, чем пилоты императорского летного отряда. Только ему необходимо было напомнить, что у нас не прелюдия к штурмовому десантированию на враждебной территории, а вполне обычная деловая рабочая поездка.

Судя по прозвучавшей почти сразу короткой реплике-комментарию Измайлова, штабс-капитан принял мое высказывание на свой счет. И я по его тону понял, что Файнзильберту за подобное гарцевание будет хорошо накачено, так что о случившемся забыл, сосредоточившись на решении возникших проблем. Тем более что градуса напряженности наше появление добавило – собравшиеся явно испугались самых разных последствий.

Под многочисленными взглядами мы – я, неотлучно сопровождающая меня Ира и пять бойцов в бронекостюмах, попрыгали на бетон площади. Штабс-капитан задержался. «Да я всегда так делаю!» – успел услышать я оправдательный возглас Файнзильберта, который место пилота не покидал. Капитана я не расслышал, но по эху его эмоций, прорвавшемуся даже через ментальную заглушку, ощутил – поручику явно сейчас прилетит так же эффектно, как он только что машину на площадь опустил.

Накамура и Семенов остались у конвертоплана, а мы – я, Ира и остальные трое бойцов, вместе с догнавшим чуть погодя Измайловым, двинулись к крыльцу администрации, где и происходило основное действо.

Время уже было 11:01. Стачка, по информации от Анастасии, была назначена на 11:00 – так что собраться все успели, но пока ничего по делу сказано не было. Мы прибыли вовремя. Как, впрочем, и планировалось.

Толпа разошлась перед нашей группой как Красное море перед Моисеем, ведущим к светлому будущему евреев. Прянули в сторону и несколько человек из администрации, которые до этого группой стояли напротив собравшейся толпы. Дойдя до крыльца, я поднялся на несколько ступеней и обернулся к настороженным работникам.