Пусть он уйдет

Глава 1

Не желая держаться на волосах, заколка-крабик отчаянно сопротивлялась её рукам, пытающимся уложить тяжёлые локоны. Всё, Лерино терпение лопнуло, рассердившись, она бросила непослушную заколку на трельяж. Причесала распущенные по плечам волосы, вполне! Да здравствует новая причёска студентки Валерии Тропининой! В конце концов, она совсем взрослая, пусть скажут спасибо, что сегодня эта взрослая девушка оделась строго. Белый верх, чёрный низ – и никаких коротких юбок! Только потому, что праздник, первое сентября.

Лера любила этот день, торжественный и важный, за долгожданную встречу с однокурсниками в пахнувшей свежей краской аудитории, за новенькие ручки и тетрадки с пружинным переплётом в такой же новенькой сумке, да много ещё за что. Это день астр и гладиолусов в шуршащих обёртках, приготовленных для любимых преподавателей, день полузабытого, энергичного и весёлого звонка, призывающего занять свои места за столами. Да и просто день хорошего настроения…

Она выглянула в окно. Так и есть, Лилька, её подруга, уже стояла у подъезда, бросая гневные взгляды на окна её квартиры. Надо бежать!

– Мам, я ушла, – крикнула из прихожей в сторону кухни, нащупывая ногами под вешалкой свои туфли.

Не удержавшись, боковым зрением Лера ещё раз взглянула на себя в зеркало – ну, хороша, ничего не скажешь – и весело захлопнув за собой дверь, сбежала по лестнице.

– Наконец-то! – Лиля нахмурила брови-ниточки, – опять мчаться придётся!

– Я тоже рада тебя видеть! – Лера чмокнула её в щёку. – Не переживай, без нас не начнут.

Она засмеялась. Потому что на небе яркое солнце, потому что тёплый, будто летний, день, потому что юная и симпатичная. Что ещё надо, чтобы любить эту жизнь и искренне радоваться ей?

Девушки быстрым шагом шли к метро. Ехать им всего ничего, несколько остановок до «Бауманской». Совсем рядом со станцией метро раскинулись великолепные корпуса их знаменитого вуза, куда недавним выпускницам, выдержавшим огромный конкурс, удалось поступить год назад без всяких знакомств и связей. Да откуда бы взяться связям? Просто взяли с боем, говорила Лилька. Оказаться в числе студентов престижного учебного заведения, облюбованного отпрысками чиновничьей элиты, само по себе было чудом. Здесь учились дети министров, директоров, новых русских, которые сейчас были повсюду.

– Как думаешь, увижу я Владислава сегодня? – Лиля шла рядом, с трудом попадая в размашистый шаг своей длинноногой подруги.

– Увидишь, и будет тебе маленькое счастье.

Ещё с первого курса Лиля была безответно влюблена в учителя физкультуры, красивого, спортивного телосложения молодого человека. Как-то на занятии, переусердствовав с прыжками в длину, она подвернула ногу, и Владислав Андреевич, ухватив девушку за талию, повел в медкабинет. То ли мускулистое тело, обтянутое красной футболкой, горячее и близкое, тому виной, то ли пряный, обволакивающий аромат молодого самца, густые нотки которого ударили ей в нос, но в эти минуты Лилькино сердце застучало сильней. Сердце полюбило.

– Смотри, вон министерского сынка привезли, – Ляля кивнула на чёрную Волгу, откуда выбирался коротко стриженый очкарик. – В такого не хочешь влюбиться?

– Ну, нет. Как представлю, что его губы тянутся к моим губам… Ужас!

– А вот в такого бы не прочь, да? Смотри, какой красавец! Наверное, новенький? Мы б такого не пропустили!

По дорожке, обсаженной с одной стороны зелёными, без признаков увядания, деревьями, вдоль широкой Яузы, они направлялись к зданию вуза. Шли мимо вереницы чёрных и серых Волг, Жигулей всех мастей, выстроившихся здесь. Похоже, родители первокурсников в первый учебный день решили проводить своих чад. Парень, которого заприметила Лиля, стоял у открытой дверцы автомобиля, прощаясь с человеком, сидящим за рулём. Захлопнув дверь, он поднял глаза на девушек и улыбнулся.

Мама дорогая! Широкие плечи и тонкая талия, в меру высокий, в меру худой, одет с лёгкой небрежностью, вон, пиджак слегка помят – таким Лера увидела его впервые. Красавец, тут не поспоришь. Но эти яркие синие глаза, которые достаются только избранным, которые счастливчики получают от бога по большому блату, это уже чересчур! Не может парень иметь таких удивительных глаз, несправедливо это. Зачем ему такое чудо природы?

– Видела, как этот новенький на Вячеслава Тихонова похож? – зашептала Лилька. – А как глянул на нас, заметила?

Лера заметила всё и даже больше, красавчик как будто удивился, увидев её? Или показалось? А ей, неужели есть дело до этого парня? Выкинуть из головы, и немедленно!

Выкинуть не получилось. В коридоре второго этажа, переполненном и шумном, подруги едва пробрались к своим. Ох, этот счастливый момент встречи после разлуки, Лера обожала его. Все дружно, как по команде, повернулись к ним. Радостно бросилась навстречу староста Анька Кириллова, девчонки полезли обниматься, сминая букеты в целлофановых обёртках, и Серый из-за спин тянул для рукопожатия руку, бормотал, привет, привет. И вот уже убежал, потому что замаячил на горизонте его закадычный друг Сашка.

Суматоха, вызванная их появлением, улеглась. Лера подняла глаза, и вот он, этот парень с синими глазами. Почему-то рядом. Сзади Таисия Андреевна, куратор, что-то говорила о нём, о новеньком, Лера слышала плохо, как сквозь вату. Да что это с ней?

– Алексей Громов прибыл к нам из Лондона, – продолжала преподавательница, – его папа-дипломат теперь переведен в Москву. Начнёт обучение со второго курса, многие предметы ему зачтутся по документам, предоставленным английским колледжем. Так, Алексей?

Парень кивнул. Открытое лицо, приветливый взгляд. Не растерялся в новой обстановке.

– Алексей говорит по-русски? – вдруг спросила Аня Кириллова.

Все засмеялись, парень тоже заулыбался.

– Сносно. Но, думаю, мы с вами поймём друг друга.

До самого звонка на первую лекцию Алексей так и остался стоять около Леры. Так близко, что она слышала его дыханье. Захотел быть рядом с ней, с Лерой? Или просто тут было свободное место? Как знать?

* * *

– Пап, до вечера! – Алекс захлопнул дверь автомобиля, вместе с другими студентами направился к величественному входу в его новое учебное заведение.

Сколько уже было в его жизни самых разных колледжей и школ! Кажется, эта шестое учебное заведение. Симпатичное здание, колоритное и нестандартное, Алексу понравилось сразу. Он был большим противником одинаковости, похожести, ценил особенность и уникальность. Его колледж в пригороде Лондона, красивый сказочный замок, окружённый парком с ухоженными, потрясающими своей геометрией газонами, тоже был хорош, это вам не посольская школа. По утрам, окутанный туманом, он казался призрачным виденьем, которое вот-вот исчезнет, испарится в воздухе, и только башенка с красной черепичной крышей позволяла не терять его из виду.

Жаль было расставаться с жизнью в этом необыкновенном колледже, с друзьями, которые появились там. Майкл, Джекоб, увидятся ли они когда-нибудь? Парни, что надо! А вот девчонки никакие, серенькие мышки, русские девчонки легко дадут им фору. Таких, как вот те две, вышагивавшие рядом, не было ни одной. Та, что повыше, быстро взглянула на него, сверкнув зелёными глазами. Симпатичная, просто картинка из журнала Esquire!

В деканате, куда Алексей заглянул, ему удалось застать своего нового куратора, приятную с виду женщину средних лет. Вместе они отправились в аудиторию. Алекс немного волновался. Каким окажется его группа, как встретят новенького ребята? Хотя ему должно быть всё равно, Алексей намерен думать только об учёбе. Никаких новых дружб, забирающих силы и время. Кровь из носу, через год он должен закончить вуз с красным дипломом, вот его великая цель на ближайшие годы.

В коридоре, не слишком просторном, но с высоченными, сводчатыми потолками, настоящее столпотворение. Девушки с букетами цветов, парни в строгих костюмах. Удивительно. В Англии такого нет, там всё просто, без пафоса, там первое сентября – обычный учебный день.

Ну вот, кажется, перед ним его новые однокурсники, дай бог, чтоб эти парни и девчонки, с любопытством разглядывающие сейчас Алекса, не испортили ему жизнь. Зеленоглазая тоже тут. Приятный сюрприз, теперь молодой человек уверен – ему понравится новый коллектив.

До звонка он простоял рядом с этой девушкой, потому что лучшего места было не найти, стоял молча, прислушиваясь к лёгкой болтовне своих новых одногруппников. В аудитории нашёл глазами свободное место, прошёл туда и сел рядом с белобрысым, в веснушках, пареньком с хитрыми живыми глазами. Тот сразу протянул ему руку:

– Сеня. Местный хулиган.

Алексей засмеялся. Ему понравился новый сосед, можно не сомневаться, у них сложатся хорошие приятельские отношения.

– А меня все зовут Алексом, – он с удовольствием пожал протянутую руку.

Оглянулся, разглядывая кабинет. Большой, но обычный, ничего особенного, стенды и плакаты на свежевыкрашенных стенах. Ребята, возбуждённые встречей, шумно рассаживались по местам. Зеленоглазая опять оказалась рядом, шла от дверей, как будто прямо к нему. Но нет, она бросила сумку на соседний стол и села перед ним, аккуратно подогнув чёрную юбку. Вот так, жизнь иногда бывает чертовски хороша.

Вечером, за ужином, когда отец спросил Алекса, как ему первый учебный день, тот, заулыбавшись, показал большой палец.

– Рад, рад… Хотя, погоди, может, это ошибочное впечатление? А через неделю жаловаться начнёшь. – Никита Александрович поставил на стол бокал, который осушил одним махом.

Отец ещё никак не мог прийти себя после стремительного отъезда из Лондона. Из прекрасной английской столицы на обломки российской империи, в непонятную, непредсказуемую, хоть и любимую Москву, как так? Что там произошло, Алексей так и не узнал. Разногласия с послом – это было единственное объяснение, которое дал ему отец.

– Жаль, что ты не смог закончить колледж, – мама, обращаясь к сыну, успела бросить быстрый укоризненный взгляд на мужа. – Теперь получишь обычный российский диплом о высшем образовании.

– Елена, не начинай, – поморщившись, отец снова потянулся к бутылке крымского хереса, налил себе рюмку.

Да, упущена отличная возможность при случае козырнуть фразой об окончании элитного английского колледжа. И предъявить, если надо, нужный документ. Алексей это понимал. Ну, и что ж теперь, застрелиться? Чтоб разрядить обстановку, протянул пустую тарелку бабушке.

– Бабуль, картошка у тебя сегодня – объедение. Внук требует добавки.

Получив новую порцию картошки с мясом из рук бабушки, обрадованной его словами, Алексей подумал, что несмотря ни на что, нет ничего лучше своей страны, где всё привычно и понятно. Та английская жизнь требовала от него постоянных усилий, там были не всегда понятные нормы и правила, под которые приходилось подстраиваться, хочешь ты этого или нет. А здесь, здесь Алекс чувствовал себя своим. Здесь он точно дома.

Молодой человек окинул взглядом гостиную, где Громовы иногда ужинали, собираясь вместе. Немецкая стенка сверкала хрусталём, разбавленным то тут, то там, маленькими фарфоровыми фигурками, их цветные вкрапления удачно оживляли общую картину. Напротив стенки разместилась пара книжных шкафов, соединённых вместе и плотно заполненных книгами. Диван и два кресла в углу создавали уютную зону, где под жёлтым торшером так любил сидеть он, листая книгу, поглаживая вскочившую на колени Муську, сибирскую красавицу.

Всё-таки нет места милей родного дома, где родился и вырос…

* * *

Лере не спалось. Стыдно признаться, но новый однокурсник лишил её покоя. Впрочем, не только её. Лялька Салова, директорская дочка, вчера из кожи лезла, чтобы обратить на себя внимание. Затеяв умную беседу с Алексеем, она старательно выгибала ему навстречу внушительных размеров грудь, наклоняла голову, стремясь подать свою улыбку в лучшем ракурсе. Все девчонки затаили дыхание, наблюдая за атакой Ляльки, ждали результата. Кажется, Алекс остался равнодушным к заигрываниям девушки, и даже её магический жест – медленное накручивание локона на палец – не возымел действия.

К Лере он обратился только один раз, чтобы что-то спросить, выслушав ответ, благодарно улыбнулся. И от этой улыбки у неё захватило дух… Ну, вот, кажется, чувство, называемое влюблённостью, о котором они часто говорили с Лилей, пришло к ней в ту самую минуту. Пришло, когда ему вздумалось. Впервые. На радость или на горе, непонятно.

Да, похоже, ей не заснуть сегодняшней ночью. У него такие красиво очерченные губы… И широкие плечи, которые хочется обнять… Вдруг бешено забилось сердце, пытаясь вырваться из груди. И тело в странном напряжении, и будто кто-то сильный завязал в тугой сладострастный узел низ её живота. Ставшее чужим тело просило ласки, неги, любви, положенных ему природой, требовало нежных мужских рук там, там и там. Лера потрогала напрягшуюся грудь и ощутила внутри себя темную, неподвластную ей силу, которая и пугала, и томила, и звала куда-то, обещая неслыханное наслаждение…

Она села в постели, прислонившись к старому коврику на стене, накинула одеяло на плечи. Так нельзя, надо успокоиться, надо попытаться заснуть. Разгладила мятую подушку, легла, начала считать, раз, два, три… Безотказный способ, которому научила её мама, подействовал, и спокойный сон вскоре смежил веки.

– Ну-ка, посмотри на меня? – протягивая дочери тарелку с творожной запеканкой, попросила мама. Не выспавшаяся, разбитая, Лера сидела за столом, обхватив руками чашку с какао. – Ты что, накрасила глаза? И губы?

– Мам, да что такого?! Все девчонки давно красятся, и ничего, – вилкой она начала ковырять запеканку, безуспешно пытаясь разбудить аппетит.

– Все да, но ты раньше не красилась, – мама укоризненно покачала головой. – Учиться надо, раскрашиваться потом будете, как индейцы пауни. – Мама любила историю и в своей речи нередко использовала колоритные образы прошлого. – Но чтоб не каждый день такой боевой раскрас, обещаешь? – она обняла дочь за плечи, поцеловала в макушку.

Лера кивнула, пожалуй, помада на её пухлых губах в самом деле смотрится вызывающе.

Выйдя на улицу, она остановилась у подъезда, поджидая Лилю. Двор их пятиэтажки, усыпанный золотыми листьями, был странно тих, лишь парочка грустных бездомных котов, вылезших из подвала, оживляла картину. Пестрели увядающие, но ещё яркие астры на клумбе, разбитой дворничихой Аней, притягивали взгляд. А вот и Лилька.

– Ого, тушь на ресницах! Это ради него? – спросила та, едва приблизившись к подруге. – Верной дорогой идёте, товарищ!

– Не говори ерунды, – разозлилась Лера, – выдумала тоже!

– Кандидатура, что надо! Лер, да ты в девках засиделась у нас, – продолжала Лиля. – Вперед, я благословляю тебя, подруга!

У Лили уже был бесславно завершившийся роман с парнем – студентом МГУ и статус познавшей любовь девушки, хотя до Этого пока не дошло.

– Ещё одно слово… – Лера угрожающе подняла сумку, демонстрируя, как она может опуститься на чью-то ветреную голову.

Девушки прибавили шагу, боясь опоздать на занятие по английскому языку. Виолетта Евгеньевна, преподаватель старой закалки, будет долго и нудно ворчать, если это случится.

Опять! Опять у самого входа в главный корпус они встретили Алекса. Он стоял, красивый и одинокий, как будто кого-то ждал. Лётная кожаная куртка делала парня неотразимым, уверенным, взрослым. На него оглядывались старшекурсницы, улыбались, перешёптываясь между собой. Увидев девушек, Алексей направился к двери, открыл перед ними тяжёлую створку. Поздоровавшись, просто пошёл рядом. В такт Лериным шагам, в такт её встревоженному сердцу. И весь мир неожиданно стал для неё ярче и привлекательней в сотни раз, мир, в котором хочется жить, наслаждаясь каждым мигом, творить добро, любить. О, боже, пусть будет длинным-длинным этот короткий путь до кабинета английского на втором этаже университета…

Глава 2

Всё, чего так жаждало Лерино сердце, случилось на октябрьские праздники. В университете вместо ставших привычными дискотек объявили осенний бал. Совсем как в недавние комсомольские времена. В студсовете вдруг кто-то вспомнил этот полузабытый вид досуга, и группка энтузиастов рьяно принялась за подготовку мероприятия.

Узнав об этом, Лера схватилась за голову, потому что вопрос с нарядным платьем встал так остро, что она лишилась покоя. Не надевать же ей старое с горохом, хоть мама и говорила, что в этом платье Лера просто красавица. Но у неё другое понимание красоты. И она не наденет ни кислотного цвета лосины, ни варёнки, ни ангорский свитер, так будет выглядеть каждая вторая девчонка в зале. Тогда что?

Вечером, готовясь к факультативу по истории, Лера сидела за столом в жёлтом круге света, отбрасываемого настольной лампой, листала учебник истории России. Новой истории, совершившей не так давно крутой вираж. До сих пор она помнит состояние шока от мгновенного распада СССР, огромной страны, в которой прошло её счастливое детство. Все ждали лучшего, а тут пустые полки магазинов, дефицит, невесть откуда взявшиеся новые русские, появление кучи партий, много чего непонятного, странного, не принимаемого душой…

От долгого сиденья застыло тело, Лера встала, окинула взглядом свою маленькую комнату. Любимую комнату. У неё всё просто, стол, диван, тумбочка с лежащей на ней скрипкой и полки до самого потолка с книгами и грампластинками. Она взяла в руки конверт с пластинкой Сандры, последнее её приобретение. Симпатичная, яркая певица с ямочками на щеках, в белой блузе с эффектным чёрным поясом. Кстати, блузка более чем хороша, ей бы такую. В такой не стыдно пойти на осенний бал и чувствовать себя уверенно и комфортно.

С пластинкой в руках она отправилась на кухню, откуда доносился запах жареной картошки.

– Мам, как думаешь, тетя Лиза может мне такую кофту сшить? – Лера протянула ей грампластинку.

– Это уж надо у неё спросить, – мама мельком взглянула на фото. – Симпатичная. На дискотеку, что ли, собираешься?

Лера кивнула, обняв маму, шепнула ей в ухо, чтоб позвонила тете Лизе и попросила заняться её блузкой. Очень-очень попросила. Иначе, плохи Лерины дела…

Мамина знакомая портниха выручила, не подвела, блузка получилась точь-в-точь, как на картинке. Объемная, пышная, с прямыми плечами и длинным рядом мелких чёрных пуговок на рукавах, в сочетании с простой чёрной юбкой она смотрелась великолепно. Широкий чёрный пояс девушка позаимствовала у Лили.

– Ну, как? – в долгожданный день праздника Лера предстала перед подругой в новом образе.

– Вижу, что боец готов к бою, – засмеялась Лиля. – И кто-то будет повержен и сдастся на милость победителя. Я даже догадываюсь, кто.

– Ты опять за своё? – Лера сердилась, но не всерьёз, уже давно не тайна, что Алексей Громов смотрит на неё особенным взглядом.

Они вошли в ярко освещённый, нарядный зал, взявшись за руки. Вечер уже начался, из динамиков громко звучала песня Андрея Губина про мальчика-бродягу, который ищет что-то в забытой богом стране. Студенты танцевали, кто как умел, стремясь двигаться под музыку, уловить её ритм. Забавное зрелище! Потом зазвучала медленная, нежная мелодия.

Медленный танец… Тут всё просто – девчонки либо любят, либо ненавидят его. Как не любить, если от приглашений отбоя нет, но, если стоит она, ненужная, невостребованная, прижавшись к стене, с какой лёгкостью получается у девчонки возненавидеть этот танец. Лера огляделась, повернув голову в сторону совсем чуть-чуть, чтоб не засмеяла насмешница Лилька. Алексея не было видно. Может, он вообще не придёт? И все эти хлопоты с блузкой и с волосами, красиво забранными в конский хвост, напрасны?

– Смотри, твой, – Лилька толкнула её в бок.

Да, она тоже увидела молодого человека. Серый костюм, тонкая голубая рубашка, с ума сойти, до чего хорош! Алексей разговаривал с Антоном, их бессменным ди-джеем, это звучное слово совсем недавно появилось в России. Кажется, они о чём-то договорились, Антон кивнул и снова наклонился над магнитофоном. Пара минут – и зазвучала другая музыка, нежно и трогательно запел о синеглазой девочке кумир молодых Женя Белоусов. У Леры замерло сердце: пригласит-не пригласит?

Алекс шёл к ней через весь зал, прямо по центру, пробираясь сквозь танцующие пары. Да к ней ли? А вдруг… Волнение до дрожи, до сердечного приступа охватило Леру. Казалось, все, буквально все окружающие смотрели только на них… И почему-то стало страшно, очень страшно. Если он пройдет мимо, что станет с ней?!

– Можно пригласить тебя на танец, – спросил ставшим вдруг хриплым голосом Алексей, глядя ей в глаза.

Вместо ответа Лера просто протянула ему руку. Они танцевали, не сводя глаз друг с друга, хотя иногда, опомнившись, она смущенно опускала взгляд, чтобы через минуту снова взглянуть за своего партнера. И было в их танце, в их поглощённости друг другом что-то глубоко личное, даже интимное… Лера старалась держать дистанцию, чтоб не коснуться его грудью, но получалось плохо. Её не слушалось собственное тело, просило нежных прикосновений, просило любви.

Как-то само собой получилось, что они незаметно продвинулись среди танцующих к выходу и выскользнули из зала. Шли быстро, почти бежали по коридору неизвестно куда, главное – вместе. Её рука в его руке, от этого и радостно, и странно. Остановились в маленьком коридоре перед входом в столовую. И вот уже его руки за Лериной спиной, и он прижал её к себе, как драгоценную находку, глубоко вздохнул. Алекс гладил девичью спину, плечи, шею, быстро, беспорядочно, нежно. Лера закрыла глаза, наслаждаясь его быстрыми прикосновеньями, но вдруг какое-то озорство проснулось в ней, заставив обнять парня в ответ, обвить руками, как лиана обвивает дерево. Девушка подняла лицо, потянулась к нему губами, замерла, ожидая поцелуя.

Первый поцелуй… Она хотела, чтоб длился вечно этот долгожданный первый поцелуй. Какое наслаждение чувствовать его тёплые губы на своих губах, ощущать его язык, проникший в рот, заставивший задохнуться. И мужские руки на её груди, трогают, гладят, нежат… Удивительные, неизведанные ощущения…

Сзади послышались чьи-то шаги. Испугавшись, Лера быстро отвела его руки, сделала шаг назад. Они стояли молча, глядя друг на друга, медленно приходя в себя.

– Знаешь, так я не целовался ни разу, – наконец произнёс Алексей. – Не потому, что правильный… Просто не было рядом такой, как ты…

Лера кивнула, соглашаясь, в её маленькой жизни тоже не было ничего похожего на эти фантастические минуты наслаждения. Теперь она понимает, почему из-за любви начинаются войны, тут есть, за что биться.