Мария. Страницы жизни

Глава 1

«Господи, как холодно», – Мария пыталась согреться, обхватив себя руками и сжавшись в комочек. «Потерпи моя крошка, мама знает, тебе тоже холодно», – она нежно погладила заметно округлившийся живот, – «Это не надолго, обещаю! Надо только дождаться утра. Утром выйдет солнышко и сразу станет теплее. Утром мы сможем уйти отсюда».

Мария устало закрыла глаза, прижавшись к холодной и сырой стене подвала. Сегодня у нее выдался совсем уж неудачный день. Сначала ее чуть не сдали в милицию, когда она на рынке хотела стащить пару яблок. Хорошо торговка пожалела ее, заметив живот. А теперь ей пришлось прятаться в подвале, так как на улице прохаживался патруль. Нет, она ни как не может снова попасть к ним в руки. Девушка до сих пор со страхом вспоминала прошлый раз. Сначала все было хорошо. Ее накормили, разрешили принять душ, а потом отправили в приют для таких, как она. Там Маша почувствовала себя как дома. У нее теперь была крыша над головой, подруги по несчастью – беременные бродяжки. Мария даже поверила, что все может наладиться, и они с малышкой даже смогут продержаться до конца апреля. О них ведь так хорошо заботились.

Приют располагался на окраине города в небольшом старом доме. Но, несмотря на ветхость постройки, внутри было чисто, тепло и уютно. Помещение состояло из трех спален, где жили по три девушки, кухни и ванной комнаты. Маша подружилась с соседками. Одна из них – Валя была ее одногодка. У нее тоже была своя печальная история. Полгода назад ее изнасиловал отчим, а затем в пьяной драке убил ее мать. Теперь у несчастной девочки не осталось никого на Свете. Маша очень сочувствовала подруге, так как помнила, что сама чудом избежала подобной участи. Сашка – вторая соседка, была старше, но от этого не более счастливой – ее парень на улицу выгнал парень, узнав о беременности.

Так они и жили: утешая друг друга, деля радость и боль, надежды и мечты. Их наставница – Наталья Петровна, женщина лет сорока, приходила дважды в день приносила продукты, вещи из секонд-хенда и вела с ними назидательные беседы. Это была немного строгая, но справедливая женщина. Единственное что она от них требовала – содержать дом в порядке, и девчонки установили график дежурств. Им разрешалось гулять в соседнем парке, но настоятельно не рекомендовалось уезжать в город. Так Маша прожила целый месяц. Осень выдалась на редкость холодная, и она была рада уюту и теплу приюта. В город ей совсем не хотелось. То время, что она провела на улице, надолго отбило охоту девушке блуждать по городу. Поэтому раз в день, завершив необходимые дела, она выходила в парк. Там однажды Маша и встретила ту девушку.

Это было странное создание. Очень худая девчонка лет восемнадцати, с усталыми и испуганными глазами. Одета она была не по сезону в легкую курточку, вязаную шапку и старые джинсы, которые висели на ней словно на швабре. Маша с подружкой сидели на лавочке, подставив уже слегка заметные животики последнему осеннему солнышку, когда она тихонько подошла к ним.

– Вы из «Маленькой мамы»? – тихо спросила девушка.

– Да! – ответила Маша, ведь именно так и назывался их приют.

– Вам нужно уходить оттуда, – прошептала девушка, нервно поглядывая по сторонам.

– Почему? – так же шепотом, хором спросили девушки.

– Они заберут ваших детей, и продадут за границу, как только вы их родите.

– Откуда ты знаешь? – девушки не верили в то, что слышали.

– Я сама жила здесь полгода назад. – быстро заговорила девушка. – Потом меня отвезли в больницу в область рожать, сказали, что городские роддомы переполненные, а когда родилась моя малышка, потребовали написать отказ от ребенка. Они даже не дали мне взглянуть на нее. Я отказалась подписывать бумаги и устроила истерику. Тогда они связали меня и перевели в психиатрическое отделение. Только недавно мне удалось сбежать. Я до сих пор ничего не могу узнать о дочери. Один мужчина хотел мне помочь. Так вот он выяснил, что по документам в роддоме мой ребенок умер на следующий день, а меня, в связи со стрессом, положили в психушку. Так что теперь я и доказать ничего не могу. Но я знаю точно, моя малышка жива, я до сих пор слышу, как она плачет, – девушка вытерла рукавом слезы, – уходите пока не поздно.

– Но почему мы должны тебе верить? – тихо спросила Мария, все еще находясь под впечатлением от услышанной трагической истории.

– Можете не верить, но ведь они забрали у вас документы, правда? И запретили выходить в город и с кем-то общаться. Там, в больнице, я встретила еще одну такую же мамашу, у нее все было точно так же, только ее сразу же накачали лекарствами, и она даже не слышала, как закричал ее малыш. Я не могу ничего доказать. Но поверьте, мне от вас ничего не нужно. Я не могу вернуть свою дочку, хотя никогда не перестану ее искать, но пусть хоть ваши малыши избегут такой участи. Понаблюдайте за этой Натальей, и поймете, что я права.

Девушка развернулась и, не попрощавшись, стремительно убежала, оставив Машу и ее подругу в шоке от услышанного. С этого дня, девушки не могли спокойно находиться в приюте. Они с Валей рассказали остальным о услышанном. С тех пор все перебывали в состоянии тревоги и страха. Особенно переживала Сашка – срок ее родов был не за горами. Маша, чтобы подтвердить подозрения попросила, вернуть ее паспорт, она придумала объяснение, что хочет купить общую сим карту для мобильного, который был у одной из девчонок. Но заведующая ей грубо отказала. Затем она подслушала разговор. Наталья Петровна давала четкие указания кому-то по телефону, нужно было срочно забрать роженицу из больницы и отвести в какое-то странное по названию место. Она еще добавила, что если та будет сопротивляться, чтобы ей сделали укол успокоительного.

После этого Маша уже не смогла чувствовать себя в безопасности. Она поговорила с другими девчонками, и они разработали план побега. Сначала раздобыли ключ от сейфа, который стоял в коридоре, и забрали документы, которые там хранились. А затем дружно ночью покинули приют, прихватив с собой немного продуктов и всю одежду, которую нашли. Чтобы их труднее было отыскать, девочки решили разделиться и разойтись по разным районам города. Они слезно попрощались и, пожелав друг другу удачи, расстались навсегда.

Как не горько было Марии снова возвращаться на улицу, она не могла допустить, чтобы у нее забрали ее малышку. Ее ребенок – был для девушки всем. С тех пор прошло уже два месяца. Маша по-прежнему жила на улице, но теперь шарахалась от патруля, милиции и даже гаишников, стараясь не попадаться им на глаза. Сегодня ей как раз не повезло. Только Маша успокоилась, после происшествия на рынке, как она тем же вечером натолкнулась на патруль. Один из двух милиционеров успел даже схватить девушку за руку, но ей чудом удалось вырваться, и она постаралась быстро затеряться во дворах. Так девушка оказалась в этом сыром подвале. Решив, что лучше дождаться утра, Маша, стараясь не думать о холоде и об урчащем от голода желудке, опустила голову на колени и задумалась.

Очень хотелось есть. Ей так и не удалось сегодня раздобыть себе пропитание. Обычно девушка с утра отправлялась на рынок, где всегда можно было найти немного продуктов. В мусорных баках у магазинчиков она часто доставала просроченные продукты, подгнившие фрукты и овощи. А проходя мимо прилавков, ей иногда удавалось стащить что-то повкуснее. Девушку часто мучила совесть, ведь воровать нехорошо. Но она в самом начале успокоила себя, вспомнив древнее поверье. По которому беременным женщинам во все времена разрешалось заходить в чужие сады, рвать любые фрукты и никто не мог их за это наказывать. Помня об этом, Маша старалась брать только овощи и фрукты и только на больших, заваленных продуктами точках.

Но сегодня ей удалось съесть только один слегка почерневший банан и пачку не очень свежего печенья. Поэтому к концу дня Маша чувствовала, что от голода уже начала кружиться голова. Можно было бы и сейчас пойти к супермаркету, там тоже иногда удавалось найти что-то съестное, если не прогоняли местные бомжи, но Маша, все-таки, решила потерпеть до утра. И сейчас, чтобы отвлечь себя от мыслей еде Маша стала вспоминать детство.

Глава 2

Ей было всего шестнадцать, но в данный момент девушка чувствовала себя намного старше. Казалось ее детство осталось в далеком прошлом. Слишком многое произошло с ней за последнее время. Мария устало заправила выбившиеся из шапки волосы и с грустью подумала, что еще полгода назад пришла бы в ужас от того, в каком плачевном состоянии находятся ее прическа. Теперь она с трудом могла вспомнить, когда она в последний раз нормально могла помыться. Обычно ее туалет ограничивался еженедельным душем на вокзале. Он был платный и поэтому, чтобы достать на него деньги, Маше приходилось хорошо постараться.

Да полгода назад у нее была ванна, теплая кровать и пусть не всегда модная и новая, но чистая одежда. Маша никогда сильно не волновалась о том, как она выглядит. Отчасти от того, что не считала это столь важным вопросом в жизни. Но больше потому, что с раннего детства была хорошенькой. Еще качая коляску, ее мать слышала отовсюду комплименты в адрес маленькой дочери. А с возрастом красота малышки только расцветала. В любой другой семье, конечно бы гордились этим фактом, но только не в Машиной. Мать не уставала повторять дочери, что ее хорошенькое личико не принесет ей счастья. И вскоре девочка и сама убедилась в правдивости этого утверждения.

Сколько себя помнила Маша, она жила вдвоем с мамой в маленькой однокомнатной квартире. Отца своего девочка никогда не видела. Но, по словам матери, он был «красивый негодяй». С раннего детства Маша привыкла, что мужчины в их доме явление приходящее. Они иногда менялись с такой частотой, что девочка не успевала даже запомнить их имена. Дядя Коля был после дяди Саши, после него был дядя Сережа и так далее. Мама Маши работала санитаркой в больнице, поэтому большого достатка в их доме никогда не было. Но поначалу, когда девочка еще была маленькой, а ее мать молодой им улыбалась удача в виде обеспеченных кавалеров матери. Тогда у них в холодильнике появлялась хорошая еда, а у Маши игрушки и одежда. Но с каждым годом положение ухудшалось. Любовники матери становились старше и беднее, пока ее мамочка не опустилась до простых алкоголиков и бродяг. Она сама давно начала пить и теперь подбирала соответствующую этому занятию компанию. Вот тогда девочка и поняла, что ее милое личико точно не принесет ей ничего хорошего. Очередной ухажер матери, будучи в не совсем трезвом состоянии, однажды подстерег ее в ванной и попытался развлечься с молоденькой добычей. Ей было только десять.

Еле избежав печальной участи, Маша усвоила урок и с тех пор старалась не попадаться мужчинам на глаза. Она даже стала носить просторную одежду, чтобы скрыть фигуру и совсем не пользовалась косметикой. Помня слова матери, о том, что с такой внешностью ей не светить ничего другого в жизни, кроме панели, девушка, как могла, старалась не привлекать к себе внимание. Хотя это было не просто. Уже к пятнадцати годам ее фигура вполне сформировалась, и Мария носила второй размер бюстгальтера. Девушка была среднего роста с правильными чертами лица, слегка полные губы притягивали мужские взгляды, а ярко-голубые глаза не оставляли ни кого из них равнодушными. Еще были светло пшеничные волосы, которые ложились на плечи слегка закрученными локонами. Но вся эта красота не доставляла девушке никакой радости. Наоборот, она старалась слегка сутулиться, чтобы спрятать грудь, а волосы всегда стягивала в пучок и прятала под бейсболкой. Она шарахалась не только от взрослых мужчин, но и от своих сверстников. Так продолжалось довольно долго, пока прошлым летом все резко не изменилось. Маша влюбилась, и впервые в жизни ей захотелось нравиться.

Это было обычное, слегка прохладное лето. Девушка закончила девятый класс. Маша никогда не была домоседкой. По понятным причинам ей не хотелось находиться в родных стенах. Поэтому она всегда придумывала себе занятия. После школы это были спортивные секции и кружки, а на каникулах, когда ее сверстники разъезжались по морям и курортам, она старалась занять себя, хоть чем-нибудь. В то лето девушка случайно узнала о неформальной молодежной организации по защите природы, которую организовали в их городе.

«Зеленая планета» – состояла из десяти членов и считала себя филиалом «Гринпис». Машка сразу и со страстью вовлеклась в их деятельность. Она с детства была неравнодушна к кошкам и собакам, и хотя мать не разрешала ей приносить домой живность, девочка всегда старалась подкормить и пристроить в хорошие руки бездомных найденышей. Теперь же ее обостренное чувство заботы могло приносить большую пользу. Не раздумывая, девушка записалась в добровольные члены организации и сразу потеряла голову, увидев их идейного вдохновителя и наставника. Николаю было девятнадцать лет. Это был высокий и красивый юноша с пронзительными карими глазами и темной, как смоль, слегка вьющейся шевелюрой. У него был взрывной и непредсказуемый характер, благодаря которому он вдохновлял подопечных на подвиги.

За прошедшее лето они устроили несколько демонстраций и пикетов. Один с требованием открыть приют для бездомных животных, другой против загрязнения промышленными отходами протекавшей вдоль города речки. Маша с энтузиазмом рисовала плакаты и писала речевки, а в то же время влюблялась все сильнее и безнадежнее. Николай, казалось, не замечал терзаний девушки, хоть она сменила мешковатую одежду на обтягивающие шорты и майки и даже стала подкрашивать глаза и губы.

Лето подходило к концу. Деятельность организации, несмотря на неформальный статус, неожиданно стала давать результаты. Их услышали в Мэрии и заставили завод начать строительство очистного сооружения для стоков. Николай, по-прежнему, равнодушно относился к вздохам влюбленной девушки, и наверное, все бы так и закончилось, если бы не случай.

Был конец августа. Николаю удалось узнать, что кусочек леса, который находился на окраине их города, отдали под застройку. На его месте должна была вырасти многоэтажная парковка. Эту нетронутую человеком часть природы очень любили окрестные жители. Здесь гуляли мамы с колясками, встречались влюбленные парочки, а весной и осенью заядлые грибники выходили на свою «тихую охоту». Николай решил, что они должны сделать все, чтобы помешать уничтожить хвойную красоту. Обращения к властям не дало результата. И тогда в назначенный для вырубки день, они собрали как можно больше неравнодушных горожан и решили своими телами не дать свершиться варварству.

Став нерушимой стеной, активисты тем самым хотели воспрепятствовать проходу строительной техники. Николай для пущей убедительности, приковал себя цепью к самой высокой сосне вначале леса. Но неожиданно, их протест вызвал ответное противостояние. Был вызван наряд милиции и самых активных увезли в отделение. Маше удалось сбежать. Когда спустя какое-то время она рискнула вернуться, уже садилось солнце. Противоборствующие стороны разошлись, и в лесу остался только их лидер, все еще прикованный к дереву. По какой-то, непонятной для девушки причине, власти не захотели с ним связываться.

Это лето было на удивление холодным и поэтому, с заходом солнца сырость стала заползать под одежду. Маша тихо подошла к Николаю.

– Тебе не холодно, – как всегда смущаясь в его присутствии, спросила девушка.

– Пока не очень, – ответил парень.

– Хочешь, я принесу что-то из одежды или поесть, – не глядя на любимого, шептала девушка.

– Нет, не нужно, думаю, когда стемнеет, можно будет уходить, сегодня они уже ничего не станут делать. Завтра, первым делом выясним, что стало с арестованными, а потом снова придем сюда.

– Хорошо, – ответила Маша, и поняв, что ее помощь не требуется, присела с другой стороны дерева, обхватив колени руками, чтобы согреться, стала ждать заката. Она понимала, что может уйти домой, но ей так хотелось хоть немного побыть рядом с таким дорогим для нее человеком. Они молчали, и Маша только слышала в надвигающейся темноте его дыхание. Она закрыла глаза и представила себе, что Николай обнимает ее своими сильными руками и со страстью целует в губы. От представленной картины у девушки перехватило дыхание.

– Ты можешь мне помочь?

Его голос вывел Машу из страны грез, и она вздрогнула.

– Да, – она поднялась и подошла к Николаю.

– У меня в кармане ключ от замка, достань, пожалуйста.

Мария вздохнула и, пытаясь справиться с охватившем ее волнением, опустила руку ему на бедро. Запуская пальцы в карман его брюк, девушка испытывала доселе неведомые ощущения. Близость их тел взволновала ее, и девушка, порывисто дыша, издала легкий стон. Когда, наконец, в ее руке оказался ключ, Маша трясущимися руками попыталась открыть замок. Это вышло у нее только с третей попытки. Николай оказался на свободе, она вздохнула с облегчением и замерла, не решаясь сдвинуться с места.

– Ты вся дрожишь, замерзла? – прошептал юноша, подходя ближе.

– Нет, – только и успела прошептать девушка, прежде чем оказалась в его объятьях.

То, что происходило потом, Маша помнила смутно. Все смешалось, осталось только чувство радости и блаженства – в один миг сбылись все ее мечты и фантазии, и девушка сама не могла поверить в то, что это происходило на самом деле, а не в очередном прекрасном сне.

Потом Николай проводил ее до дома. Всю дорогу они не проронили ни слова. Но Маше и не хотелось разговаривать – она была счастлива. Но на следующий, же день ее счастье разлетелось на мелкие кусочки.

Сначала, увидев равнодушие в глазах любимого, когда она радостно влетела с утра в их офис, девушка подумала, что Николай просто решил не показывать на людях своих чувств. Но постепенно, шло время, а его отношение не менялось, и Маша стала понимать, что прошлая ночь, только для нее имела значение. Это открытие сломило девушку. Она забросила все общественные дела и с головой ушла в свои переживания. Пару раз она еще пыталась увидеться с любимым, но каждый раз, убеждаясь в том, что для него она стала лишь очередным развлечением, девушка прекратила свои попытки к сближению.

Наступил сентябрь, начались занятия в школе, и Маше хоть немного удалось отвлечься от своих переживаний. Разбитое сердце кровоточило, оставляя в душе горький след разочарования.

В конце сентября девушка поняла, что не только разбитое сердце осталось у нее на память после той ночи. Маша узнала, что беременна. Это открытие сначала сильно испугало девушку. Ей ведь всего пятнадцать, и наверное рано становиться матерью. Но потом, подумав немного, Маша прислушалась к своим чувствам. Она хотела этого ребенка, и как только осознала, что в ее теле уже зарождается новая жизнь – полюбила его всем сердцем. По непонятной для девушки причине, она точно знала, что у нее будет дочка. Она просто это чувствовала и уже с первых дней стала мысленно общаться со своей малышкой. Осознав ответственность перед новым существом, которое она должна была произвести на свет, через восемь месяцев, Маша сразу повзрослела. Рассудив по взрослому, она решила, что, несмотря на то, что Николай вряд ли обрадуется перспективе стать отцом, она все же должна будет сообщить ему об этом. Возможно он все же захочет разделить с ней последствия их неразумного поведения.

Маша попыталась с ним встретиться, но узнала о том, что организация приостановила свою деятельность, а ее лидер просто уехал в столицу учиться в университете. Тогда девушка стала наводить справки о своем несостоявшемся возлюбленном и неожиданно выяснила удивительные факты. Во-первых, он был студентом и приезжал в родной город только на лето. Во-вторых, его отец был заместителем мера города, и создание экологической организации было скорее протестом против желаний его отца приобщить сына к миру политики. Теперь для девушки стало понятно, почему местные власти так лояльно относились к их деятельности, и почему самого Николая не арестовали в тот счастливый, как тогда казалось девушке, день.

Узнав его адрес, Маша, все-таки, решилась. Прогуляв в будний день школу, она отправилась на вокзал и через несколько часов уже стояла возле огромного здания университета, с тревогой вглядываясь в лица студентов. Наконец Маша увидела Николая. Девушка, чтобы окончательно не поддаться панике, решительно пошла в его сторону.

– Нам нужно поговорить, – она, не мигая, смотрела в удивленное лицо юноши.

– Маша, что ты здесь делаешь?

– Нам нужно поговорить? – как робот повторила она.

– Хорошо, пойдем, присядем.

Они подошли к лавочке и девушка неуверенно сев с краю, сразу выпалила все свои новости.

– И что ты хочешь от меня? – После непродолжительного молчания тихо спросил Николай, – Надеюсь, ты не думаешь, что я на тебе женюсь?

– Нет, я просто решила, что ты должен знать об этом, – прошептала Маша.

– Я думаю, ты должна знать, что делать, – он достал из кармана бумажник и протянул девушке несколько банкнот, – вот это все чем я могу помочь, думаю этого должно хватить.

Мария недоуменно уставилась на купюры. Мысль об аборте никогда не посещала ее голову и вот теперь она с ужасом осознала, что именно Николай предлагает ей сделать.

– Нет, спасибо, – она резко вскочила и спрятала руки за спину, – мне ничего не нужно, я просто хотела, что бы ты знал, – почти выкрикнула она и развернувшись зашагала прочь.

Только сидя в автобусе и невидящими глазами уставившись в окно, она смогла, наконец, успокоиться и обдумать все. Буквально час назад ее мир рухнул еще раз. Она так верила Николаю, так была захвачена его энтузиазмом, разделяла все его убеждения. Сколько раз она слушала его пламенные речи о святости всего живого на планете! Последние месяцы она просто прониклась идеей охраны окружающего, даже стала вегетарианкой. Ведь это преступление – поедать себе подобных. А теперь она с ужасом осознала, что для человека, который открыл ей этот мир, все это было не больше чем игра. Он утверждал, что ценна каждая хоть и микроскопическая жизнь на планете, и при этом, совершенно равнодушно, предлагал ей убить их уже сформировавшегося в ее животе ребенка. Маша не могла поверить в то, что могла так глупо влюбиться в этого человека.

Обдумав все, девушка решила, что постараться забыть о своих чувствах и посвятить себя своей малышке. Она была уверенна, что справится. Ведь, несмотря ни на что, ее мать вырастила дочь одна. Так почему бы ей не поступить также? Тогда девушке казалось все простым и логичным. Она не стала «радовать» маму раньше времени, мудро рассудив, что чем позже она об этом узнает, тем будет лучше. Однако долго скрывать свое состояние Маше не удалось. На втором месяце у девушке начался токсикоз. Не успев открыть утром глаза, ей приходилось пулей нестись в ванную комнату, и конечно, это обстоятельство не могло остаться незамеченным.

– Ты…, ты что беременна? – мать с ужасом смотрела на выходящую из ванной бледную Машу.

– Да, – тихо ответив, девушка опустила голову.

– Я так и знала, – женщина развела руками, – яблоко от яблони, а я ведь тебя предупреждала! И что ты собираешься с этим делать?

– Рожать, – еще тише прошептала Маша.

– Ну уж нет! – резко вскрикнула женщина, – Как я понимаю, виновник жениться не собирается?

– Нет.

– Тогда вот что я тебе скажу, я не дам тебе испортить себе жизнь. Завтра же ты идешь в больницу. Я договорюсь, не беспокойся, никто ничего не узнает.