Иди по моим следам

Глава 1

– Сделайте глубокий вдох, закройте глаза, расслабьтесь и представьте, что все ваши сокровенные мечты уже сбылись, – мелодичный женский голос вещал из плеера.

Я сделала всё, как было велено. Зажмурила глаза, набрала полные лёгкие воздуха, представила себя на яхте посреди средиземного моря и открыла конверт, который всё это время судорожно сжимала в руках. Слегка приоткрыв один глаз, в надежде увидеть уведомление о неожиданном наследстве, я аккуратно развернула листок и тут же с громким свистом разочарованно выдохнула. Эта была очередная из миллиарда бумажка, напоминающая о том, что скоро мне придется отдавать долг по кредиту натурой. Застонав от злости, я смяла счёт вместе с конвертом в большой комок и выкинула прямо в форточку.

– Пошло оно всё к чёрту! – в сердцах крикнула я и выключила лекцию популярного ныне психолога.

Залив кипяток в чашку, я уселась на стул, попивая коричневую бурду, которую от отчаяния называла утренним кофе, и начала свой ежедневный ритуал: открыла сайт с вакансиями и стала методично просматривать всё, что появилось за вчерашний день.

Как так вышло, что моя жизнь превратилась в мышиный лабиринт с ловушкой за каждым поворотом? Мне все наперебой твердят, что просто это я сама закрылась от мира и не впускаю в жизнь ничего нового. А кого впускать? Стоит открыть дверь, как ко мне ворвутся приставы и вынесут последнюю мебель.

Настёна, моя единственная оставшаяся подружка, вчера мне зачитывала отрывок из очередного бестселлера о том, что я своими негативными мыслями притянула себе проблемы в жизнь. Куда там? Ещё семь лет назад в моей голове, впрочем, как и в жизни, не было ничего негативного. Я была богатой наследницей с чётким планом успешного будущего.

До сих пор помню, как весь город твердил моей бабушке, что Викуся – красавица далеко пойдёт. А я далеко и собиралась. С самого детства знала, что хочу стать архитектором. Я восторгалась каждым домом, построенным в нашем небольшом городке. Некоторые здания были для меня совершенными произведениями искусства. Я с таким упоением изучала историю каждого дома. Как, когда и каким способом их строили. Архитектура была для меня всем. Вся моя жизнь складывалась по принципу строительства домов. Крепкий фундамент – это основа для всего здания. И я была уверена, что мой фундамент всегда будет крепко держать меня на ногах.

Но внезапная болезнь бабушки разрушила мой чёткий план и все мои мечты. Мы узнали об этом сразу после того, как я получила школьный диплом и уже собрала все вещи для скорого переезда в Москву, где собиралась поступить в лучший архитектурный вуз города. Диагноз стал для меня страшным ударом, ведь бабушка была для меня всем. Родителей я потеряла ещё в раннем детстве, можно сказать, что я их даже и не знала. Они разбились в автокатастрофе, когда мне было всего три года. Я же осталась на попечении у родственников. Но большинство из них польстилось лишь на деньги родителей, совсем забыв, что в нагрузку к богатству достаюсь и я. Только бабушка не воспринимала меня, как билет в богатую жизнь. Для неё я была единственным воспоминанием о её погибшей дочери. В итоге преодолев кучу наследственных и финансовых проволочек, она стала моим официальным опекуном и переехала в родительский дом из своей маленькой квартирки на окраине города.

Конечно же, не было и речи, чтобы я уехала и оставила её одну. Решив, что один год ничего не изменит, я приняла поистине эпохальное решение в своей жизни: забрала заявление из института, распаковала чемоданы и разбила сердце своему парню.

Я с тоской вздохнула, вспомнив его вечно грустные карие глаза. Вроде прошло уже почти семь лет, но в груди до сих пор щемило, когда в памяти всплывало его лицо.

Эта была такая любовь, о которой любят писать в романах. Заучка и бунтарь случайно встретились в коридорах школы и больше не расставались. Каждый момент наших отношений был пропитан страстью, нежностью и неимоверным желанием сбежать вместе из опостылевшего нам города. Омрачал нашу жизнь лишь верный друг моего Саши, нахальный и дерзкий Костя. Я ему откровенно не нравилась, точнее его совершенно не устраивали изменения, которые я принесла в жизнь его друга, и он никогда этого не скрывал. Но мы с Сашей так сильно любили друг друга, что ему пришлось смириться. В итоге последние классы школы мы проводили практически всегда втроём. Зато меня очень полюбили родители парней, ведь благодаря мне они смогли сдать выпускные экзамены. Если Косте я всегда просто делала шпаргалки, то Саша, проводя со мной все дни напролёт, не мог не загореться моей любовью к архитектуре. Он настолько погрузился в изучение нового материала, что принял решение поступать в институт вместе со мной. Конечно же, эта новость вознесла меня буквально на небеса. Еще один кирпичик плотно встал в фундамент моей счастливой жизни. Я летала от радости, представляя наше будущее в большом городе. Недовольным оставался только Костя, его план – покорять сердца столичных девчонок вместе с лучшим другом, полетел в тартарары. В итоге после сильной ссоры с Сашей, Костя один уехал в Москву, даже не попрощавшись.

В тот же день я и узнала о болезни бабушки. В одночасье все мои мечты перестали иметь хоть какой-то смысл. Мне нужно было только одно, чтобы бабушка выздоровела. Она была единственным родным мне человеком. И я была готова пожертвовать всем ради неё. Но только не будущим Саши. Мне понадобилось несколько дней, чтобы набраться смелости и сказать ему всё, что я придумала.

Когда я пришла к нему домой, он уже понимал, что ничего хорошего не услышит, так как последние дни перед нашим предполагаемым отъездом, я ходила чернее тучи. Но я не сказала ему правду, ведь точно знала, что тогда он останется со мной. Я не хотела этого. Тогда мне казалось, что я делаю это ради него. Но сейчас спустя столько лет понимаю, что испугалась того, что наши чувства могли не выдержать такой проверки суровой реальностью. Я сказала ему, что уезжаю за границу, что мне предложили учёбу за рубежом, и оставлять здесь школьные отношения незавершёнными не имеет смысла.

Я не знаю, как смогла сдержаться и не разреветься, глядя, как боль захватила любимые карие глаза. Но ждать его ответа не стала, а просто сбежала, не оглядываясь назад. До сих пор помню, как сидела на асфальте за местной забегаловкой и рыдала до обморока, пока меня не нашёл дядя Серёжа, старый бабушкин друг. Он привёл меня в чувства и отвёз домой. Я заблокировала свой номер телефона, чтобы Саша не смог до меня дозвониться и не выходила неделю из дома, чтобы не встретить его случайно на улице. Спустя несколько дней бабушка узнала, что он благополучно уехал в Москву.

А дальше начался ад. Клиники, анализы, химиотерапии и так по кругу два долгих и мучительных года. Когда мы поняли, что лечение не даёт результата, бабушка позвала меня к себе и сказала, что на этом мы останавливаемся. Она больше не видела надежды и не хотела последние дни проводить под капельницей.

К этому времени мы растратили все средства, которые оставили нам родители и даже залезли в долги. В итоге чтобы расплатиться хотя бы с их частью, мы переехали в старую бабушкину квартиру, а дом родителей продали.

Спустя ещё два месяца бабушки не стало, а я осталась одна. Бывшие подруги, прознав про мою наступившую бедность, перестали даже делать вид, что я их хоть сколько-нибудь интересую. Саша больше не появлялся в нашем городке. Может, до него и дошли слухи о моем бедственном положении, но, по всей видимости, это его уже не волновало.

Наверно, я бы потеряла и эту квартиру по собственной глупости, если бы неожиданно на пороге не появился Костя. Конечно, первой мыслью было захлопнуть перед ним дверь и притвориться, что это вовсе не я. Последнее, что мне хотелось в тот момент, это слушать его насмешки. Но очевидно было, что он приехал ко мне не просто так, и любопытство победило гордость.

Неожиданно для меня Костя не язвил и не зубоскалил, как он обычно привык со мной общаться в школе. Он сказал, что узнал о смерти моей бабушки и решил навестить меня. Слово за слово, мы договорились встретиться вечером кафе, хозяйкой которого была моя подруга Настя, где я подрабатывала официанткой на полставки. Стоит заметить, что это была та самая забегаловка, за которой я рыдала в самый ужасный день моей жизни.

В итоге мы просидели там весь вечер, вспоминали школьные времена, тактично избегая разговоров о Саше. Конечно, мне безумно хотелось спросить знает ли он что-нибудь о нём, но это принесло бы в наше только наладившееся общение огромную неловкость, поэтому я решила не торопить события. Костя же, не скрывая гордости, рассказал, как хорошо идут его дела в институте, что он уже нашёл себе престижное место в одной из крупнейших финансовых компаний в качестве стажёра. Мне, к сожалению, ответить ему было нечем. Конечно, я не сидела, сложа руки и, оставшись здесь, получала высшее образование в местном вузе, но мне это не приносило ни денег, ни профессионального удовлетворения. К концу вечера я смогла признаться ему, что нахожусь в бедственном состоянии, погрязла в долгах и не вижу путей спасения. Выслушав меня, он как-то по-детски погладил меня по плечу и пообещал помочь.

И помог. Его семья была довольно влиятельна в городе, и он смог поручиться за меня перед банком, чтобы они реструктуризовали мой кредит и дали отсрочку, чтобы я смогла найти работу с достойной зарплатой.

Сам же Костя так и продолжал навещать меня, приезжая практически каждые выходные в город. Забирал меня из моей тесной квартирки и вывозил в центр, где мы гуляли до самой ночи. Нам было хорошо вместе, это было необъяснимо странно. Я почувствовала, что меня тянет к этому мужчине. Хотя он был со всем не в моем вкусе. Его внешность полностью отражала его характер. Резкие черты лица, почти чёрные глаза, тяжёлый прожигающий взгляд и совершенно порочная улыбка, всегда доводившая всех девчонок в школе до нервной икоты. Я же была одной из тех, кто не реагировал на его шарм. В моем сердце всегда был лирический герой с кудрявыми волосами и карими глазами. Воспоминания о Саше, всё еще жили внутри меня, именно они и не давали мне переступить черту в общении с Костей. И вместо того, чтобы поддаться соблазну, я решилась задать вопрос, который мучил меня долгие годы. Я спросила его о Саше. Это вопрос и поставил точку в нашем общении. Костя в ответ пробурчал что-то невнятное и на следующий день уехал в Москву. Больше он не возвращался. Я однажды попыталась ему позвонить, признавшись себе, что мне не хватало его общения. Но телефон был недоступен. Я поняла, что Костя больше не желает меня видеть. Мне снова стало очень грустно, но в этот раз я не дала себе возможности упиваться печалью. Костя подарил мне шанс наладить жизнь, и я собиралась сделать всё возможное, чтобы вырваться из ямы, в которой оказалась.

Вот этим я и занималась до сих пор. Прошло уже четыре года после того, как Костя уехал. А я всё ещё сижу на своей старенькой кухне, попивая дешёвый кофе, и ищу дурачков, которые захотят взять меня на работу.

Поток моих печальных воспоминаний прервал телефонный звонок. Подскочив со стула, я понеслась в спальню в поисках трубки.

– Викуся, с бодрым утром! – в ухе раздался весёлый голос Насти, – Надеюсь, ты сейчас слушаешь аудиокнигу, которую я тебе подарила?

– Привет! Конечно, внимаю каждому слову, – пробурчала я в ответ.

– Ты абсолютно не умеешь врать – это первое. А второе – даже не хочешь постараться, чтобы изменить поток своих мыслей.

– Это неправда! – картинно возмутилась я, – Десять минут назад я в буквальном смысле слова выкинула главный негатив своей жизни… прямо в окно.

– Серьёзно?

– А то! Теперь жду, чтобы на него пописала соседская собачка, тогда я буду в высшей степени счастлива.

– Так, Вика, кого ты выбросила из окна? – разозлилась Настя, понимая, что я над ней откровенно издеваюсь, – Я сейчас к тебе Артёма отправлю.

– Успокойся, нет никакого преступления. Пусть твой Артем спокойно работает. Я просто выкинула свой юбилейный, миллиардный счёт по кредиту в форточку, тем самым освободив место денежному потоку, который должен пролиться на меня водопадом.

– Кстати, об этом, – заверещала подружка, – Ты меня совсем с мысли сбила. Тебе подкинули работку, так что открывай кошелёк, водопад на подходе.

– Правда? – я даже подпрыгнула от удивления.

– Конечно! А ты мне всё не веришь, что психология работает. Приходил дядя Серёжа, у него какая-то беда в новом отеле случилась, просил помощи. Так что ноги в руки и дуй к нему, а то он уже валерьянку кружками вместо чая пьёт.

– Бегу, – закричала я, – Спасибо тебе, дорогая! Ты лучик света в моих потёмках.

– Так и есть, – засмеялась Настя, – Вечером забегай в кафе, накормлю тебя ужином.

– Люблю тебя, – я чмокнула телефон и отключилась.

А дальше окрыленная неожиданной финансовой удачей рванула в ванну. Может, эта психология действительно работает? Или форточка у меня волшебная? Интересно, если я выкину из окна старый бабушкин диван, как быстро мне привезут новый? Хотя скорее после этого придётся раскошелиться на починку любимых клумб бабы Дуси, а, может, и её самой, так как она с утра до ночи сидит под окнами и рвёт сорняки.

Размышляя о том, как бы ещё в жизнь привлечь хоть немного удачи, я быстро оделась и собрала рюкзак. Перед выходом посмотрела в свое отражение. Стало немного грустно. Конечно, фигуру за эти годы я не потеряла, даже наоборот физическая активность и отсутствие денег на еду, сделали меня ещё более подтянутой. Но вот прежний лоск окончательно смылся. Волосы уже так не блестели, дорогой маникюр остался в прошлом, впрочем, как и макияж. Сейчас передо мной красовалась Вика в первозданном виде, так сказать. Вместо целого гардероба платьев теперь у меня в арсенале парочка проверенных временем джинс и несколько футболок. Есть, конечно, небольшой секрет, запрятанный под кроватью. Я нашла его уже после смерти бабушки. Оказалось, что когда я стала продавать все свои дорогие наряды, чтобы мы могли продолжить лечение, она успела спрятать два платья. Они грели мне душу, пусть даже за семь лет мне так и не выпало шанса надеть хотя бы одно из них. Но почему то сегодня меня не покидало чувство, что скоро всё изменится. И я, наконец, смогу вернуть свою прежнюю жизнь обратно, нужно только методично идти по её следам.

Я ещё разок покрутилась у зеркала, потом вспомнив слова из аудиокниги, закрыла глаза, сделала глубокий вдох и представила, как мои руки оттягиваются под тяжестью огромной сумки с деньгами. На душе сразу стало веселее, и я бодро побежала на улицу. У подъезда увидела, как мой счёт из банка неистово разрывает на куски бойкая такса. Не в силах сдержать улыбку, я рассмеялась на весь двор.

– Сегодня точно будет умопомрачительный день! – я повторила эти слова три раза, для надёжности ещё топнула ногой и с чувством полного удовлетворения рванула к автобусной остановке.

До центра города, в самом сердце которого возвели невероятной красоты отель, я добралась за полчаса. Ещё минут десять ушло на то, чтобы осмотреть фасад здания. Отель был прекрасен. Это не было современное, технологичное здание, сделанное из одного стекла. Такой зверь в нашем маленьком, уютном городке смотрелся бы совершенно нелепо. Этот же отель идеально вписывался в архитектуру города, хотя и был по качеству на уровень выше любого здания.

Территория отеля тоже была выдающейся. Здесь умудрились разбить настоящий королевский сад, практически как в Версале, огородив его высоким забором от шума города. Гуляя по узким тропинкам, создается впечатление, что находишься где-то в Провансе.

Но любоваться видами, у меня не было времени, так как у входа замаячил дядя Серёжа. Он чересчур эмоционально отчитывал одного из работников за то, что тот перепутал чемоданы постояльцев. Бедный паренек трясся, как листик на ветру, под грозным взглядом начальника.

Вообще дядя Серёжа, очень мягкосердечный человек, но об этом знают лишь избранные. Остальным же он представляется грозным, строгим и не знающим пощады стариком. Но если увидеть его вечером с тарелочкой яблочного пирога и чашкой чая, смотрящего мелодрамы на пару с моей бабушкой, то никогда в жизни не скажешь, что он может на кого-нибудь повысить голос.

Так и сейчас паренёк в полуобморочном состоянии побежал исправлять свои ошибки, надеясь больше никогда не попасться грозному боссу на глаза, и не увидел, как дядя Серёжа, закидывался очередной порцией валерьянки.

– Дядя Серёжа, выдыхай! А то скоро и успокоительное перестанет помогать, – я подбежала к входу.

– Викуся! Слава богу, ты приехала! – засиял старик и обнял меня, – У меня уже сердце начинает пошаливать.

– А что случилось то?

– Сегодня с утра, как гром среди ясного неба, раздался звонок из мэрии. К нам приезжает целая делегация из компании, которая и построила этот самый отель. Планируют здесь провести свадьбу своего сотрудника. Гостей будет тьма. Мэрия в восторге, для них же это приток туристов. А вот я в ужасе, мне же за ними за всеми нужно следить, – дядя Серёжа схватился за сердце и тяжело вздохнул.

– Они же не цыплята в курятнике. Зачем за ними следить? – сочувственно посмотрела я на старичка, – Скажи лучше, чем я могу помочь?

– Возьми на себя люксы. До сегодняшнего дня их никто не заказывал, и мы особо там не поддерживали торжественный вид. А никого из своих отправить не могу туда, у всех дел выше головы.

– Не вопрос. Сделаю всё в лучшем виде, – я кивнула в знак согласия.

– Спасибо тебе, внучка! Сходи к Ларисе она тебе выдаст форму.

– Форму? А можно как-нибудь без неё? – я недовольно скривилась.

– Зайка, никак. А если тебя начальство увидит? Всё должно быть по правилам, – дядя Серёжа жалобно на меня взглянул и добавил, – Плачу двойной тариф в виду крайней необходимости.

– Ого! Вы сегодня необыкновенно щедры, – засмеялась в ответ, – Что ж, тогда бегу перевоплощаться.

– Спасибо, – улыбнулся дядя и снова потянулся к валерьянке.

– А это я, пожалуй, заберу с собой, – я вырвала из его рук маленькую бутылочку, – А вот тебе точно не помешает сходить к Ларисе, у неё целый ящик успокоительных чаев и наверняка есть тортик. Это тебе поможет расслабиться.

– Может, ты и права. Сейчас проверю двор и зайду к ней.

Я махнула рукой вслед уходящему старичку и поспешила в комнату для персонала.

Для города новый отель стал главной темой обсуждений. Старожилы ругали, на чём свет стоит, всех, кто принимал участие в его строительстве. Молодёжь наоборот грезила попасть сюда на работу, ведь это место должно стать центром притяжения богатых и влиятельных туристов. Правда, я никогда не понимала, что богатым и влиятельным делать в нашем городе. Наши места довольно живописные, но в общей картине мы ничем не выделялись из сотни других таких же городков.

Вообще раньше на этом месте, стоял небольшой мотель, принадлежащий дяде Серёже. Но в какой-то момент власти решили, что пора облагородить центр города и воздвигнуть нечто туристически привлекательное. И после долгих переговоров дядя Серёжа продал свой участок и мотель строительной компании, а мэрия в свою очередь пообещала ему, что назначит его управляющим нового отеля, так как никого другого в нашем городе, знающего эту кухню, не было. Дядя Сережа был доволен, как слон, потому что ему совершенно осточертело общаться с любителями уединиться на пару часиков с чужой женой и им подобным представителями. Но сегодня был решающий день, если дядя не справится со своей работой, то возможно ему найдут замену из Москвы.

Лариса же была правой рукой дяди Серёжи уже много долгих лет, естественно, что он взял её с собой на новое место работы. Но к печали многих он совершенно не замечал её влюблённых глаз, направленных в его сторону. От этой неразделённой любви страдали все, кто находился рядом во время очередного обострения, особенно доставалось горничным, которые были у неё в подчинении. Но главным раздражающим фактором для Ларисы была я. Так уж получилось, что дядя Серёжа был всем сердцем предан моей бабушке и даже, когда она заболела, не бросил её. Соперничество Ларисы и бабушки продолжалось, сколько я себя помню. В итоге получилось то, что получилось. Жизнь расставила всех по местам.

Видимо сегодня Лариса с самого утра была не в духе, что даже не захотела видеть и слышать меня, для этого она повесила пакет с униформой на ручку двери и прикрепила большую записку:

"Для Царевой. Испортишь, вычту из зарплаты".

Я дурой не была и на рожон лезть не стала. По-тихому забрала пакет и поднялась на лифте на седьмой этаж отеля, где располагались три номера люкс. Переодеваться пришлось в подсобке, я оставила свои вещи на вешалке и покатила огромную тележку со всеми принадлежностями для уборки по коридору. Дальше время полетело со скоростью света. Номера были в три раза больше обычных, а предметы интерьера в три раза дороже, поэтому приходилось быть невероятно аккуратной, но при этом не сбавлять скорости, ведь гости то и дело прибывали в отель.

Спустя полтора часа у меня остался один неубранный номер. К моему счастью как таковой грязи в люксах не было. Они раньше не использовались и находились в полном порядке только под плотным слоем пыли, с которой я и пыталась всячески справиться. Занятием это было весьма утомительным, поэтому чтобы хоть как-то взбодриться, я включила на телефоне музыку и бодренько пританцовывая, заскользила по комнате с тряпкой. Полностью погрузившись в процесс, не сразу заметила, что за мной уже какое-то время пристально наблюдали. И в момент, когда я мужественно попыталась взять самую высокую ноту в любимой песне, увидела смотрящие на меня глаза. Те самые грустные, карие глаза. Моя высокая нота потерялась в испуганном крике, а потом и вовсе зазвенела в обрушившейся на нас тишине.

– Вика, это ты? – Саша неуверенно спросил, осматривая меня с ног до головы.

– Нет! – чересчур громко крикнула я, нервно одергивая юбку униформы и приглаживая растрепавшиеся волосы мокрой тряпкой, – Точнее, да. Привет!

– Что ты здесь делаешь? – Саша всё ещё осматривал меня со всех сторон, видимо, пытаясь найти схожие черты с некогда знакомой ему девчонкой.

– Я… здесь… – в голове как назло не было ни одной гениальной идеи, чтобы соврать, да и это дурацкое платье не оставляло мне выбора, – Убираюсь, готовлю номер к приезду гостей. А ты здесь какими судьбами? – спросила я, делая вид, что ничего ошеломительного сейчас не происходит.

– А я и есть гость.

– Вот как! – только и смогла выдавить я.

– Санёк, ты, конечно, знатно постарался. Отель выглядит по высшему разряду, – за дверью послышался голос, и затем на пороге появился Костя.

Мой самый страшный кошмар превратился в реальность.

Мужчине потребовалось несколько минут, чтобы осознать и оценить сложившуюся ситуацию.

– Ничего себе! Я как будто в прошлое попал. Ты умудрился сделать в люксе временной портал? – присвистнул Костя и посмотрел на меня своим знакомым колким взглядом, – Привет, Викуль! Давно не виделись.

– Привет! – проблеяла я, как обезумевшая от ужаса овца, на которую идут сразу два голодных волка, – В каком смысле знатно постарался? – я непонимающе уставилась на мужчин.

– Я сделал этот отель, – ответил Саша, – Но и представить не мог, что ты будешь здесь работать горничной, – он прошёл к дивану и кинул на него свою дорожную сумку, – Как же Европа? – в голосе появились металлические нотки едва уловимой обиды.

– Так вышло, – я начала трусливо оправдываться.

– Так, а давайте сейчас не будем устраивать разбор полётов. Вика всё-таки на работе, а нам с тобой нужно поехать по делам, – резко прервал меня Костя и громко хлопнул в ладоши, подзывая друга к себе.

– Ты прав, – нахмурился Саша, – Не будем мешать.

Тяжело вздохнув, он ещё раз посмотрел на меня, всё ещё пытаясь поверить, что перед ним действительно я, и вышел в коридор вслед за другом.

А я так и осталась стоять с мокрой тряпкой в руках, не в силах пошевелиться.

Неужели это правда? Или я просто сплю, и сон предательски не хочет заканчиваться? Я, конечно, мечтала встретить Сашу, но представляла это совсем иначе. Мне хотелось наткнуться на него случайно в Москве, спеша на важную деловую встречу. Но никак не в форме горничной в его отеле. Ещё и Костя здесь. Как так получилось, что эти двое спустя столько лет опять вместе? Если же Саша был полностью обескуражен, увидев меня, то Костя будто обрадовался, что нашёл новую причину для издевательств. Он смотрел на меня так, будто это вовсе не он мне помог вырваться из нищеты. Но раз Саша так удивился, значит, Костя все же не разболтал ему о моем бедственном положении. Хотя сейчас даже и не ясно кем мне лучше быть: эгоистичной неудачницей, которую выгнали с позором из заграничного вуза или просто несчастной нищенкой.

Я со всей злости кинула тряпку прямо в стену и поспешила к выходу. Но вспомнив, что на такие вольности я больше не имею права, вернулась, собрала все свои тряпки и губки и аккуратно закрыла за собой номер. Затем побежала со всех ног в подсобку, чтобы стянуть ненавистную форму и затем спустилась на цокольный этаж на лифте. Мне уже совершенно ничего не хотелось. Настроение было испорчено, даже пухлый конвертик, выданный бухгалтером, не смог вернуть мне радость. Я добрела до кабинета Ларисы, хотела просто повесить обратно пакет с формой на ручку двери, но дверь была распахнута, а из кабинета доносился её наигранный, мелодичный смех и причитания дяди Серёжи. Я легонько постучала по косяку, чтобы не застать их врасплох.