Мама для мейн-куна

Улыбнувшись, вновь зажмурилась и попыталась уснуть, ведь сегодня Ирискин разбудил меня среди ночи, и сначала пришлось спасать его из ящика стола, а потом еще и убирать за безобразником весь бардак, что он умудрился развести. Хорошо, что сегодня был выходной, можно подольше понежиться в кровати, да и в принципе побездельничать.

Но только я стала засыпать, как раздалась мелодия телефона. На дисплее высветился номер Анастасии.

– Слушаю, – ответила я, очень удивленная ее звонком. С того момента, как я забрала Ирискина, мы созванивались всего пару раз. Настя очень переживала за своего подопечного и боялась, что мы с ним не поладим, ведь хвостатого террориста несколько раз возвращали обратно. Но мы нашли с ним общий язык, я привязалась к своему дорогому котику, а мелкие шалости всегда прощала, и даже если в сердцах угрожала ему приютом, то это были лишь громкие слова, сказанные в гневе, и не более.

– Алена, привет, – послышалось в ответ. – Не разбудила?

– Нет, я уже не сплю, – соврала я. – Как у вас дела?

– Нормально, – поспешила ответить женщина. – Я что звоню… В ветеринарной клинике «Мохнатые лапки» с сегодняшнего дня для жителей нашего приюта как настоящих, так и бывших, действует акция на кастрацию и стерилизацию. Ты не передумала кастрировать Ирискина?

– Да нет, – приподнялась на постели и посмотрела на кота, который словно поняв, о чем идет речь, сел на подушке и уставился на меня, будто гипнотизируя. – Вы же говорите, что это необходимо.

– В принципе данная операция, это на усмотрение хозяев, – Анастасия многозначительно замолчала. Она постоянно имела дело с брошенными котятами, и считала, что стерилизация – это обязательная процедура для тех, кто не хочет плодить бездомных животных, которые и так заполонили наш город. Ведь чтобы хотя бы одному подкидышу найти свой дом, приходится тратить много сил и времени, очень часто бездомыши нуждались в медицинской помощи, а еще их надо кормить, и им нужен наполнитель для лотков… Если подвести общий итог – волонтером быть весьма затратное и не очень благодарное дело.

– Так вас записывать? – уточнила Настя.

– Да.

– Тогда сегодня на двенадцать вас устроит?

– Ой, – от такого стремительного развития событий я даже растерялась. – Наверное, нужна какая-то подготовка.

– Главное – не кормить и не поить кота, – предупредила Анастасия. – И не забудь ветеринарный паспорт. Доктор сам решит, можно ли делать операцию сегодня или записать твоего котика на другой, удобный для вас день.

– Спасибо, большое спасибо, – поблагодарила я.

– Как все закончится, позвони, пожалуйста, мне, – попросила Анастасия.

– Хорошо, – и отключила звонок.

Я бросила взгляд на ошарашенного Ирискина и поставила его перед фактом:

– Видимо, сегодня ты лишишься самого главного!

Кот укоризненно посмотрел на меня и поспешил сбежать… в сторону кухни. Вспомнив о предостережении Насти, рванула за ним и отобрала миску с едой и водой.

– Мяууу, – раздался недовольный кошачий вопль.

– Хоть мяу, хоть нет, – развела руками в стороны. – Сказали нельзя, значит нельзя. Лучше идем, еще немного поваляемся в постели, пока есть время.

Но Ирискин мое предложение не поддержал. Он нервно заскочил на кухонный уголок, а затем перепрыгнул на подоконник, едва не уронив цветок в горшке.

– Если опять грохнешь мое денежное дерево – отлуплю, – предупредила я и потопала в комнату. Вслед мне полетело недовольное «мяу». Похоже, кот был не в восторге от перспективы посещения ветеринара. Если честно, я бы, и сама не поехала, просто Анастасия постоянно уточняла вопрос о кастрации кота, а раз в клинике акция, то почему не сделать это побыстрей и подешевле и, забыть о данной проблеме раз и навсегда.

Но только я легла и удобно устроилась, обняв в подушку, раздался звонок в дверь.

«Вот черт! – выругалась я. Пришлось вставать, натягивать халат и топать открывать. Но едва взглянула в глазок, чуть не взвыла. На пороге с охапкой цветов стоял мой бывший муженёк, собственной персоной. – Принесла же нелегкая. Ладно, сделаю вид, что меня нет дома».

Осторожно вернулась в комнату, и вдруг запиликал телефон, который в тишине, казалось, буквально гремел, и тут же раздалось несколько ударов по металлической двери. Стало понятно – отсидеться и отмолчаться, не получится. Зная упорство Артема, понимала, он будет тарабанить до тех пор, пока не поднимет всех соседей.

Вздохнув, с неохотой открыла бывшему и, окинув его недовольным взглядом, уточнила:

– Ну, и что тарабаним тут, с утра?

– Привет, – с широкой улыбкой на лице поздоровался Артем. – Вот, пришел поздравить с новосельем. Это тебе, – он протянул мне букет роз.

– Спасибо, – взяла цветы, подумав о том, что за несколько лет брака он так и не запомнил, что я люблю хризантемы. Все-таки моего «муженька» мало интересовали мои вкусы, желания, предпочтения, впрочем, как и мнение.

– Я войду?

Безумно хотелось сказать нет, но тут соседка, старушка божий одуванчик, из квартиры напротив, открыла двери, и с особой тщательностью стала подметать коврик.

– Здравствуйте, – поздоровалась я с ней и посмотрела на Артема. – Входи!

Как только мы оказались отрезанными от любопытного взгляда, я положила букет на тумбочку и, прислонившись плечом к коридорной стене, поинтересовалась:

– Откуда ты узнал этот адрес?

– Люди добрые подсказали, – раздалось в ответ. – А ты что скрывалась?

– Даже и не думала. Просто стало интересно, откуда ты тут взялся?

– Алена, ну мы же все-таки не чужие друг другу люди…

– Ты уверен? – усмехнулась я.

– Может, попьем кофе?

– Только недолго, а то мне надо уезжать, – сразу сообщила я и показала рукой на кухню. – Проходи.

Артем с любопытством оценивающе осмотрелся по сторонам и вынес вердикт:

– Уютная квартира.

– Мне тоже нравится.

– А где можно руки помыть?

– Вторая дверь, – показала я на ванную комнату, а сама пошла на кухню – греть чайник и готовить бутерброды.

Открыв холодильник, оглядела беглым взглядом полупустые полки и подумала, что не помешало бы сходить в супермаркет и пополнить запасы. Включив плиту, стала нарезать сыр и колбасу, когда услышала удивленное:

– А это кто?

Обернувшись, поняла, что это он о моем питомце, который по-царски развалился на сиденье кухонного уголка, и ответила:

– Кот. Не видишь, что ли?

– Откуда?

– Оттуда, – довольно резко рявкнула я. Если честно приход Артема меня совсем не обрадовал, расстались мы тяжело, со скандалом и обоюдными упреками, и этого человека я давно вычеркнула из своей жизни, и хотела только одного, чтобы и он обо мне наконец-то забыл раз и навсегда.

– Иди отсюда, – мой муженек самым бесцеремонным образом спихнул Ирискина на пол. Ошалевший от такой наглости кот шмякнулся с характерным звуком на паркет и недовольно мявкнул.

– Иди, иди отсюда, – Артем подпихнул его ногой. – Кошкам на кухне за столом не место.

И тут я взорвалась. Плюхнув на стол тарелку с нарезкой, подошла вплотную к бывшему и прошипела:

– Может, в моем доме ты не будешь указывать где и чье место?

– Ну, правда, что он развалился здесь… Посмотри, повсюду шерсть и в ней потом будут мои брюки.

– Ты можешь выпить свой кофе стоя, – я с грохотом поставила чашки на стол и усевшись на свободный стул, стала собирать себе бутерброд.

Артем демонстративно раз пять протер ладонью сиденье уголка, а потом пошел мыть руки. Ирискин в это время, недолго думая, вновь заскочил на свое место и вольготно развалился.

Я усмехнулась. Мохнатый явно давал понять, кто в доме хозяин. Артем вошел в кухню и завопил:

– Он издевается?

– Это просто его место, – пояснила я, скрывая улыбку за чашкой кофе. – Сядь на стул.

Укоризненно покачав головой, Артем наконец-то уселся на табуретку и как бы, между прочим, поинтересовался:

– Как у тебя дела?

– Замечательно, – улыбнулась в ответ, специально не задавая встречный вопрос, прекрасно зная, что Артему только дай повод, и он начнет жаловаться на жизнь, родителей, которые его не понимают, злобного начальника, ворчливую хозяйку съемной квартиры, да и на весь белый свет.

– Я рад за тебя.

Кивнула, делая вид, что услышала. Повисла тишина. Ирискин сел и теперь партизанил из-за стола, сверкая большими желто-черными глазами. Уши были воинственно прижаты к голове – мой грозный хищник вышел на охоту, и мышкой сейчас выступал Артем.

– Может, вечером сходим поужинать?

Я внимательно посмотрела на бывшего мужа и довольно резко ответила:

– Нет!

– Мррряу, – поддержал меня Ирискин, и для пущего эффекта ударил лапой по столу.

Артем бросил на него скептический взгляд, а потом тихо спросил:

– Почему?!

– Потому что битую чашку не склеить, пойми это наконец. Прошлого не изменить, и уже ничего не вернуть. Наши отношения закончились, а ты все этого никак признать не хочешь.

– Аленка, ты по-прежнему для меня много значишь, – Артем вздохнул. – Я сожалею о сделанном. Давай попытаемся попробовать все сначала?

– Это невозможно, – покачала головой. – Я тебя больше не люблю, пойми ты это. И переключи свое внимание на какую-нибудь другую девушку. Поверь, как только у тебя начнутся новые отношения, ты обо мне забудешь.

– Нет! – упрямо возразил он.

– Да, – я решительно поднялась. – Артем ты зря пришел, правда. А еще мне пора.

Я стала убирать со стола, отметив, что мой хвостатый проныра куда-то помчался с деловитым видом, задрав пушистый хвост. Если честно даже стало интересно – куда.

– Куда ты так торопишься?

– Нам надо к ветеринару. На кастрацию.

Артем аж передернул плечами, а потом как-то осторожно произнес:

– Нет, я, конечно, догадывался, что ты испытываешь потенциальную ненависть к мужскому полу. Но зачем же так мстить коту?

– В смысле? – я обернулась на бывшего мужа и вопросительно подняла брови.

– Ну, ты же его хочешь лишить самого ценного. Нельзя быть такой стервой.

– Слушай, – вздохнула поглубже, мысленно считая до десяти, чтобы не взорваться и не перейти на крик. – Думаю, тебе пора. А мы тут уж как-нибудь разберемся сами.

– Может, вас отвезти?

– Не надо! – я шлепнула на сушилку нож.

Артем вздрогнул и потопал в коридор. Я выключила воду, вытерла руки и тут услышала отборное ругательство. Выскочив из кухни, увидела бывшего с перекошенным лицом, держащего за шнурки ботинок, с которого что-то капало.

– Он… Он… Он… Он испортил мою обувь!

Я, едва сдерживая смех, посмотрела в комнату. Ирискин безмятежно растянулся на моей кровати, спрятавшись под одеялом, и явно делал вид, что крепко и давно спит.

– Видимо, ты ему «очень понравился».

– Алена, вот что теперь делать?! Как я пойду домой?!

– Ну, ты же на машине. Насколько я помню, ты всегда с собой возишь спортивную форму. Переобуйся в кроссовки, – предложила я.

– Под светлые брюки? – Артем был в ярости.

– Ну, тогда босиком, – развела руками в стороны.

– Издеваешься?!

– Нет, – как можно серьезней ответила я. – Но запасной мужской обуви у меня нет. Поэтому лишь предлагаю тебе возможные варианты.

– Ай, – психанул он и вылетел в подъезд в одном ботинке. Закрыв дверь, я по стене сползла на пол и расхохоталась. Маленький хвостатый партизан отомстил за нас двоих и просто задал мне хорошего настроения на весь день.

В ветеринарной клинике было довольно оживленно. Очередь по записи почему-то задерживалась, и нам пришлось ждать. Поставив переноску на соседнее кресло, села рядом с ней и вздохнула:

– Ирискин, ты не кот, а слон. Я еле тебя дотащила. А ты еще промышляешь ночным жором и воровством. Вот точно надо посадить тебя на строгую диету, и никак иначе.

И тут из переноски стали раздаваться душераздирающие вопли:

– Мяууу, ууууу. Мяяяууу!

Все присутствующие в узком коридорчике, одновременно повернулись в нашу сторону, а женщина с маленьким пёсиком со смешным хвостиком на макушке, жалостливо поинтересовалась:

– Болеете?

– Да вроде нет, – растерянно произнесла я.

– Маууу, мяу, мяу, мяу…

– Малыш, ты чего? – тут уж я перепугалась не на шутку, открывая пластмассовую корзинку. – Что с тобой?

Ирискин сел, ударил лапой по переноске и снова мявкнул. В его черных глазах отчетливо виднелся страх, а усатая мордочка была такой несчастной, что мое сердце дрогнуло.

– Малыш, ты чего? Не паникуй, все будет хорошо, – ободряюще чмокнула его в нос и погладила по мягкой шелковистой шерстке.

Но Ирискину мои жалость и поддержка не помогли, потому что он, сделав ловкий маневр, просто выскочил из переноски и рванул в сторону двери, которая, к моему счастью, была плотно закрыта.

– Ой, – только и успела вымолвить я.

– Ловите вашего беглеца, – воскликнул мужчина с толстым черным котом в переноске.

Ну, я и сама уже рванула за Ирискиным, который, видимо, сообразив, чем ему грозит попытка побега, нырнул под кресла.

– Стой, – разозлилась я. – Ты куда?

– Мяяяя, – Ирискин шарахнулся к мужчине и спрятался за его ногами…

Вскоре все клиенты клиники ловили моего «маленького», но весьма шустрого питомца, который проявлял невероятную ловкость, прозорливость и смелость. Когда же мне все-таки удалось схватить его за лохматый загривок, я уже была весьма рассержена.

С трудом запихав кота в переноску, плотно застегнула ее и, проверив каждую застежку, с облегчением вздохнула.

– Никогда не думала, что мейн-куны такие ловкие, – заметила женщина, сидящая напротив меня. – Надо же, такой крупный, и такой шустрый.

– Девушка, а вы котят не продаете? – поинтересовался седовласый старичок. – Я бы внучке в подарок купил.

– Нет, – покачала головой. – Вот, наоборот, приехали на кастрацию.

– Углы метит? – он сочувственно посмотрел на кота.

– Нет. У нас все дела строго в лоток.

Сегодняшнее утро было не в счет, потому что Ирискин явно мстил Артему за пренебрежительное отношение к его персоне. И кстати, я кота за эту выходку даже ругать не стала, потому что мой бывший это заслужил.

– Буйно себя ведет? – последовал очередной вопрос.

– Нет.

– Орет по ночам?

– Нет, – покачала я головой.

– Мяу, мяу, мяу, мяу…

Кот стал мяукать, заставляя мое сердце просто сжиматься от жалости. И мохнатого крикуна пожалела не только я, но и все присутствующие.

– Маленький, вон как боится, – пожалела Ирискина женщина с собачонкой на руках. – А говорят, животные ничего не понимают.

– Еще как они все понимают, – мужчина вздохнул и бросил сочувственный взгляд на кота. – Он страдает. Ведь, по сути, хозяйка решила лишить его самого ценного.

– Не утрируйте, – вздохнула я. – Эту процедуру проходят множество котиков, и говорят от нее одни плюсы.

– Согласен, – мужчина кивнул. – Вот только животных никто не спрашивает, а хотят ли они этого?

Словно в подтверждении его слов Ирискин стал биться о стенки переноски, будто желая их выбить. От кошачьего воя стало не по себе и, видимо, не только мне.

Когда очередной клиент с маленьким котёнком покинул кабинет ветеринара, женщина, поудобней перехватив своего терьера, сочувственно предложила:

– Вы проходите. Ваш котик так страдает, пусть его мучения закончатся побыстрее.

В этот момент я себя чувствовала палачом. Подхватив переноску, вошла в кабинет и увидела миловидную сероглазую девушку.

– Добрый день, – поздоровалась я. – Нас записала на прием Анастасия.

– Добрый. Вы по поводу кастрации? – улыбнулась она.

Я кивнула.

– Давайте посмотри нашего пациента.

Я сначала достала из сумочки ветеринарный паспорт и положила его на край стола, а потом открыла переноску и стала доставать кота. Но он уперся всеми четырьмя лапами, всем видом показывая, что не желает выходить. Я пробовала и так и так, а потом была вынуждена отстегнуть верхнюю часть «укрытия» и только так смогла достать хвостатого пациента, который явно не жаждал встречаться с доктором.

– Какой красавец, – воскликнула девушка, но едва протянула руку, как Ирискин угрожающе зашипел.

– Ты чего? – ошеломленно спросила я.

– Ух, какой грозный, – ветеринар ловко схватила его за шкирку и прижала к столу. Раздалось рычание, и хвостатый партизан стал пытаться вырваться, но силы были неравны.

– Как зовут этого тигра? – уточнила девушка, начав осторожно второй рукой поглаживать кота по усатой морде.

– Ирискин.

– Какое интересное имя, и котик красивый, и совсем нестрашный, просто немного нервный и от этого агрессивный…

Так поглаживая, она осмотрела Ирискина и сообщила:

– Кот полностью здоров. Можем сделать кастрацию прямо сегодня, после обеда. Держите вашего тигра.

Я обняла нервного хвостатого, а ветеринар стала смотреть наш паспорт:

– Ну что, вы остаетесь на кастрацию?

В этот момент кот лизнул мою руку и так жалобно посмотрел на меня, будто человек. И я поняла, что не смогу… Не сегодня. И поэтому солгала:

– Мне уже надо на работу. Если что, запишемся к вам в следующий раз.

– Хорошо, – девушка вернула мне паспорт. – Там подошла очередная дата прививки.

– Давайте сделаем сегодня, если можно. Раз уж все равно приехали.

Мой питомец с невероятным терпением выдержал все малоприятные манипуляции, а потом сам залез в переноску. Знаете, у меня возникло ощущение, что если бы он мог, то сам закрыл дверцу. На его усатой морде читалось явное нетерпение. Ирискин хотел побыстрее покинуть это место, впрочем, как и я.

В коридоре нас встретили словами:

– Ну как?

И при этом все сочувственно смотрели на Ирискина.

– Решили пока отложить процедуру, – сообщила я, и тут мне показалось, что все дружно с облегчением вздохнули.

– Повезло тебе, малыш, – улыбнулся мужчина. – Будешь себя хорошо вести, может, хозяйка тебя пожалеет и больше не станет заговаривать об этой противной операции.

Женщина же просто рассмеялась:

– Ох уж эта мужская солидарность…, – и вошла в кабинет.

…Всю дорогу до дома Ирискин вел себя тихо-тихо. Я даже несколько раз заглядывала в переноску, искренне переживая за него.

– Малыш, ты как? – приоткрыв дверцу, засунула ладонь и погладила усатую морду.

В ответ мне лизнули руку.

– Ты же мой хороший. Мой маленький.

У кота был жутко несчастный вид и, если честно, я уже пожалела, что сделала ему прививку.

– Потерпи, сейчас приедем домой, – шепотом постаралась успокоить кота, – ляжешь под одеяло, поспишь и все пройдет.

Внезапно в зеркале заднего вида поймала на себе любопытный взгляд водителя.

– Что-то не так? – поинтересовалась я.

– Вы с ним так разговариваете, будто он понимает вас.

– Понимает. Еще как, – улыбнулась в ответ.

Мужчина неопределенно пожал плечами, видимо, подумав, что его пассажирка большая чудачка. Но, а мне было все равно, ведь я просто переживала за своего питомца.

Забежав домой, первым делом, открыла переноску:

– Ирискин, мы дома. Выходи!

Кот осторожно высунул усатую морду, принюхался и крадучись выполз из переноски. Секунда и он скрылся из виду в сторону кухни, а потом раздался недовольный мявк. Хвостатый партизан был, как всегда, голоден и требовал кормежки.

Насыпав от души корма и наполнив миску свежей водой, отправилась переодеваться, но тут мой взгляд задержался на букете, подаренном Артемом. О нем я совсем забыла, и прекрасные бутоны стали увидать. Увы, цветы были ни в чем не виноваты… Наполнив вазу водой, поставила их на столик и вздохнула.

Артем – мое прошлое, которое нельзя было исправить. Нас многое связывало как хорошее, так и плохое. Когда-то мы вместе с ним, делили одну постель, один дом, и были очень близки. Мои чувства прошли…, да и были ли они, уже непонятно. Остался горький осадок, что я упустила нечто важное. Я не желала Артему зла, мне просто хотелось, чтобы он оставил меня в покое, и прекратил пытаться вернуть то, что возврату не подлежит.

Открыв балконную дверь, вышла на свежий воздух и вздохнула. Выходной день превратился в какой-то дурдом, а ведь я планировала выспаться, постираться, а еще сходить в магазин. Посмотрев на наручные часы, решила, что если первое уже не удастся, то второе и третье я точно сделать успею.

Закинув в белье в стиральную машинку, крикнула Ирискину, чтобы не скучал, и отправилась в магазин. Наверное, на покупки у меня ушло около часа. Но хвостатому партизану этого времени хватило, чтобы… расправиться с цветами. Когда я вернулась домой, мой персональный террорист вальяжно растянувшись, спал на диване, а белоснежные лепестки были разбросаны по всей комнате.

– Убью, – прошипела я. Понимая, что вместо отдыха меня сейчас ждет очередная уборка.

Ирискин будто что-то почувствовав, подскочил и одним прыжком оказался на шифоньере, в самом дальнем углу.

– Я тебя и там достану, – пригрозила я, хватая веник, решив, что диверсий на сегодня хватит, и хвостатого паразита пора наказать как следует…