Волшебный мир Йода

Пролог

Как бывает порой прекрасен заход солнца. В его уходящих лучах весь мир кажется иным, несколько таинственным и невероятно красивым. Но сегодня закат был другим. Все вокруг было окрашено багрянцем, как будто сама природа плакала кровавыми слезами.

Босая девушка в грязной разорванной одежде, с растрепанными волосами цвета спелой пшеницы, медленно, превозмогая боль, шла к краю скалы. Лицо молодой женщины было в грязи, на левой щеке разливался и набирал силу огромный синяк, руки, как и ступни ног, были изранены, но она не обращая внимания ни на что, упорно шла к своей цели. Резкие порывы хлестали по лицу, затрудняя движение, но женщина ничего не замечала. Замерев на краю скалы, она стеклянным взглядом наблюдала, как огромный кровавый диск солнца опускается за горизонт. Где-то далеко внизу об острые камни с грохотом разбивались волны. Но девушка ничего не замечала…

Ее жизнь была полностью разрушена, у нее больше не было прошлого, у нее не будет будущего… У нее больше не было ничего…

Еще несколько часов назад, она, Анна-Мария из клана Черных, урожденная принцесса Зеленоглазых, строила планы на будущее, и мысленно представляла, как обрадуется любимый супруг, узнав, что в их семье будет пополнение…

Но коварство соседа, решившего, что две правящих семьи для одного мира – это слишком много, разрушило все в один миг. Замок сожжен… Слуги, соратники, подданные – все убиты… Муж, отец, братья, их жены, дети… Все мертвы… Она сама с крошкой дочерью с трудом избежала смерти, сбежав через тайный ход в лабиринт подземелья, но потеряла своего, так и не родившегося, малыша… Благодаря своей магической силе и древнему родовому артефакту, передаваемого из поколения в поколение, женщина смогла сделать невозможное… Раздвинув слои пространства, она отправила единственную наследницу клана Черных в закрытый техногенный мир, где нет магии, оборотней, и ничего не знают о параллельных мирах. Там ее жизни никто и ничто не угрожает, там ее никто и никогда не найдет… Ее девочка, ее зеленоглазая светловолосая крошка будет жить… И это было самым главным…

Яркое солнце почти скрылось за горизонтом. Внезапно наступила оглушающая тишина. Море перестало волноваться, а крикливые чайки скрылись за облаками. Раскинув руки, молодая женщина откинула голову назад и прокричала:

– Я проклинаю тебя Вальгард…Ни ты, ни твои дети, ни дети твоих детей, не будут знать покоя… За каждую каплю крови моих родных ты заплатишь жизнью своих близких… И так будет продолжаться из года в год, из века в век, пока твой род не исчезнет… Будь ты проклят, Вальгард из клана Йода…

А затем, девушка просто шагнула с утеса, навстречу смерти…

Глава 1

Осень в этом году выдалась на удивление холодной, ветреной и безумно дождливой. Едва сентябрь вступил в свои права, как небо затянулось серыми тяжелыми тучами, которые полностью скрыли солнце. Казалось, сама матушка-природа гневается на жителей небольшого провинциального городка, лишая их даже надежды на теплое «бабье лето». Холодный, практически ледяной, ветер не прекращался ни на секунду, вынуждая людей, раньше времени достать из шкафов теплую зимнюю одежду. Ночи стали безобразно холодными, а по утрам, еще зеленая трава покрывалась белоснежной изморозью, которая так была похожа на снег. Вылазить из-под теплого одеяла жутко не хотелось, но домашние дела никто не отменял, и никто их за меня не сделает. Поэтому тяжело вздохнув, я села на постели и поежилась. Обхватив себя руками, попыталась хоть немного согреться. За ночь дом успел остыть, и утренняя прохлада неприятно морозила тело. Поэтому стало понятно, что первым делом надо затопить печку. Натянув спортивные штаны, теплый свитер и шерстяные носки, я надела старенькую шапку, калоши, и прихватив металлическое ведро, вышла на крыльцо. Вышла и зажмурилась. Яркое солнце слепило. Природа решила сжалиться над нами, позволив порадоваться теплому денечку. Открыв сарай, я надела рабочие перчатки, и взяв лопату, набрала ведро угля. Сверху положила несколько дровин и щепок, чтобы не ходить за ними второй раз. Дойдя со своей ношей до крыльца, присела на небольшую деревянную скамеечку и задумалась.

В небольшой, богом забытый, провинциальный городок в центре нашей необъятной России, я переехала несколько месяцев назад. Мои родители развелись давно, практически сразу после моего рождения. Отец вскоре женился второй раз, а мать жила своей жизнью, и не особо обращала на меня внимание. Сыта, здорова, ну и ладно. После окончания школы я уехала поступать в столичный ВУЗ. Москва, со своим бешеным ритмом жизни, закрутила меня, и после получения профессии, возвращаться в родной город мне не хотелось. Да, собственно говоря, уже было и некуда. К тому времени отец погиб в автокатастрофе, а мать, удачно выйдя замуж, уехала жить за границу. Я снимала квартиру на окраине города, работала в небольшой компании помощником руководителя, и по совместительству переводчиком, и в принципе была полностью довольна своей жизнью. Но однажды все изменилось. Фирма, в которой я работала, в один день лопнула как мыльный пузырь, а хозяйка квартиры, как назло, в это время решила повысить арендную плату. Я разослала резюме во все возможные фирмы, но потенциальные работодатели почему-то не торопились мне отвечать. Деньги таяли как мороженое в летний день, и такое страшное чувство, как отчаянье, стало все чаще охватывать меня. Именно в этот трудный период моей жизни, мне и позвонила мама, сообщив, что оказывается со стороны отца, у меня была бабушка, которая умерла полгода назад. И по завещанию, свой домик в провинциальном крошечном городке она оставила мне. Почему? Это так и осталось тайной и для меня, и для мамы, и для родной сестры отца, моей тетки, которая давным-давно жила в Санкт-Петербурге. Собственно говоря, она и сообщила матери о наследстве, написав ей сообщение в социальной сети.

Терять мне было нечего, поэтому, собрав свои вещи, я отправилась вступать в свои владения. Городок был маленьким, домик добротным и благоустроенным. Мебель в нем была старенькая, но все чистенькое и аккуратное. Имелся большой двор, хозяйственные постройки, баня, вообщем, все для комфортного проживания. Единственное, что меня действительно напугало, это отсутствие газа и отопления. Свою жизнь, можно сказать в деревне, я себе не представляла. Но соседи, приятная пожилая пара, показали мне, как растапливать печку-котелок, от которой нагревались батареи, рассказали, где закупать уголь и дрова, как заказать газ в баллоне, и по-соседски помогли мне освоиться. Наконец-то мне ответили из одной фирмы, связанной с переводами текстов, и предложили дистанционную работу с довольно неплохой зарплатой. Так у меня началась новая жизнь…

– Светлана, привет! Мы на рынок. Поедешь с нами? – послышался мелодичный знакомый женский голос. Я открыла глаза и увидела за небольшим деревянным забором соседку Елену Николаевну, которая ласково улыбаясь, смотрела на меня. Ее карие глаза в окружении мелких морщинок, излучали тепло и доброту, и невольно улыбка растянулась на моих губах. Пожилая женщина жила в соседнем доме, и именно она и ее муж, Виктор Андреевич, мне и помогли освоиться здесь. Они очень хорошо знали мою бабушку, радушно отнеслись ко мне и объяснили простые реалии «деревенской жизни».

В нашем городке-поселке было несколько маленьких магазинчиков и скромный мини-рынок с очень бедным ассортиментом. Поэтому местные жители предпочитали ездить за покупками в соседний крупный город, в котором были и супермаркеты, и два крупных рынка, и большой центр развлечений. Тем более, сорок километров не такое уж большое расстояние. Полчаса и ты на месте.

– Доброе утро, Елена Николаевна, – я встала и подошла к забору. Мысленно провела ревизию в своем холодильнике, и поняла, что вроде все есть, и ехать за покупками еще рано. Да, и не хочется. Сейчас поедешь, полдня потеряешь, а у меня еще висит заказ, который надо сдать как можно скорее. – Спасибо, но мне пока в город не надо.

– Ну, как хочешь. Сегодня вон как потеплело, прогулялась бы. А то все дома, да дома, – ласково сказала женщина.

– Некогда гулять, работа ждет, – пожимая плечами, ответила я. – Сами знаете, заказчики не любят ждать.

Елена Николаевна понимающе кивнула. Мою работу мы обсуждали не раз, и она приблизительно представляла, чем я занимаюсь, и как иногда бывают «невыносимы» клиенты.

Послышался звук заводящейся машины, а вскоре из соседского двора показался темно-красный «Москвич». Виктор Андреевич, сидящий за рулем, кивком поздоровался со мной, и я в ответ поздоровалась:

– Добрый день.

– Ладно, мы поехали, – сказала Елена Николаевна, направляясь к машине. – Не забудь зайти к нам вечером. Мы вчера начали упаковывать вещи и подготовили для тебя коробочку.

– Спасибо, – ответила я, наблюдая, как женщина садится в машину, которая тут же медленно тронулась, а через несколько метров скрылась за поворотом. Вернувшись к крыльцу, подхватив ведро, вошла в дом. Руки уже по привычке, накидали в печурку щепок, бумаги и дров. Одна искра от зажигалки, и через секунду вспыхнул яркий и такой ласковый огонь. Вскоре в доме стало уютно и тепло. Переодевшись в халат, я заварила себе ароматный кофе и, сделав пару бутербродов, уселась завтракать. Мысли то и дело возвращались к соседям. Тяжелый вздох сорвался с губ сам по себе. Дело в том, что сын Елены Николаевны и Виктора Андреевича, был военным и давным-давно жил в Мурманске. Мужчина уже давно решил, что заберет родителей жить к себе. Дом был выставлен на продажу, но особых покупателей на него не было, да и возможно, никогда не будет. Кому нужно это, по большой сути, захолустье…, ни условий толком, ни развлечений, ни хорошей оплачиваемой работы.

Поэтому он настоял, чтобы пожилые родители все оставляли как есть, и просто переезжали к нему. Тем более недавно в его семье родился третий ребенок, и помощь бабушки была просто необходима. Со слов соседей невестка была сиротой, и получалось, что кроме них и помочь было некому. Немного посомневавшись, супруги купили билеты на поезд, а за домом попросили приглядывать меня.

Елена Николаевна начала готовится к переезду. Супруги приняли решение брать с собой только самые необходимые вещи, а все остальное, например, посуду, садовый инвентарь, постельное белье супруги оставить мне. Сначала я была категорически против этого, потому что своего такого добра навалом, доставшегося по наследству вместе с домом. Но убедить пожилую пару в этом я не смогла, а обижать соседей категорическим отказом мне не хотелось. Тем более что они столько сделали для меня. С одной стороны, я искренне была очень рада за них, ведь они встретят свою старость в благоустроенной утепленной квартире со всеми удобствами, окруженные вниманием сына и безграничной любовью внуков, а с другой, мне было очень грустно. Во-первых, за эти месяцы я очень к ним привыкла, во-вторых, так как мой дом был крайним на улице, оставаться совсем одной, если честно, было немного страшновато.

«Может собаку завести?» – промелькнула мысль, от которой я отмахнулась. Маленький щенок вряд ли станет хорошим защитником, а большого зверя нужно дрессировать, и вряд ли мне удастся с этим справиться самой. С этими невеселыми мыслями я допила кофе и, убрав со стола, подумала о том, что надо бы сходить в магазин – молоко закончилось, да и хлеба практически нет. Тяжело вздохнув, ведь идти, ой как было лень, пошла одеваться. Натянув темно-синие джинсы и теплый черный свитер с горлом, я подошла к зеркалу. В отражении на меня смотрела стройная изящная девушка с зелеными глазами и вьющимися волосами цвета спелой пшеницы, с лицом правильного классического овала и тонкими гармоничными чертами. В зависимости от того, как одета и накрашена, я могла выглядеть и бесцветной простушкой, и ослепительной красавицей. От отца мне досталась природная аристократичность и грация, а от матери сила духа и твердость характера. Улыбнувшись, самой себе, расчесала свои тяжелые густые волосы и заплела их в аккуратную косу. Перед уходом подкинув в печь угля, я натянула кроссовки и куртку, и выпорхнула на крыльцо.

И вот старательно обходя огромные лужи на старой разбитой дороге, я медленно, но верно, двигалась к ближайшему магазину. Небольшая площадка перед белой палаткой со столиками и скамеечками была пуста, да и вообще, вокруг была такая тишина, что казалось, местные жители все в один миг исчезли. У входа стояла какая-то неприметная грязная коробка. Аккуратно обойдя ее, я зашла в магазин. Поздоровавшись со знакомыми девочками-продавцами, купила хлеба и молока, и уже собралась уходить, как одна из девушек обратилась ко мне:

– Скажите, а вам не нужен котенок? – я удивленно посмотрела на нее, и, пожав плечами, и чисто автоматически спросила:

– Какой котенок?

– Да, мы сегодня пришли на работу, ничего не было. А час назад выхожу, смотрю, стоит коробка. В ней два котенка. Вроде никто и не заходил… Откуда они взялись, непонятно…, – объяснила девушка, и вместе со мной вышла из магазина.

Я заглянула в коробку, в ней сидел маленький пепельно-черный комочек, с аккуратным коротким хвостиком, небольшими лапками и необычно яркими желто-черными глазами. Увидев меня, малыш жалобно замяукал, или вернее, даже заплакал. И от этих звуков, мое сердце дрогнуло. Он маленький, беспомощный и совсем один на холодной улице… Волна жалости затопила меня изнутри.

– Ой, а где второй? – воскликнула девушка, отодвигая одной рукой коробку и заглядывая за нее. – Странно, ведь и никто и не заходил больше… Как же так…

Я слушала продавщицу в пол-уха, не отрываясь, смотря на малыша. Котенок встал, и на дрожащих лапках подошел к краю коробки. «Ми-мииии-мииии» – малыш встал на задние лапки, и, вытянув голову, заглядывал мне в глаза. Я не удержалась, и, подхватив мелкого одной рукой, крепко прижала к себе его хрупкое тельце. «Ми-миии-ми», – продолжал плакать котенок, отчаянно карабкаясь к моему воротнику куртки. Наконец, спрятав нос в искусственном мехе, он замолчал, а потом блаженно заурчал. Я автоматически растерянно продолжала его гладить и смотрела на девушку-продавца.

– Смотрите, записка, – девушка нагнулась и подняла со дна коробки какой-то замызганный серый листок и прочитала вслух. – Помогите этим малышам… Пожалуйста…

Затем девушка подняла ко мне карие глаза, и попросила:

– Смотрите, какой он хорошенький… Такой маленький… Ведь пропадет! Возьмите его, – Девушка жалостливо посмотрела на меня. – Я бы и сама, но живу на съемной квартире, вернее в съемной комнате, и хозяйка не позволит…А ночи сейчас такие холодные…

Я посмотрела на девушку, потом перевела взгляд на меховой комочек, так доверчиво прижимающийся ко мне, и поняла, что оставить его вот так, замерзать на улице, не смогу.

– Подскажите, у вас кошачий корм продается? – спросила я, одной рукой открывая снова дверь в магазин, а второй прижимая подкидыша к себе.

– Конечно, сейчас подберем, – засуетилась девушка, опережая меня и заходя за прилавок. Через пять минут, я выходила с котенком на руках и пакетом продуктов, куда добавилось несколько саше «Вискаса» и упаковка «Котсана».

– Ветеринарная аптека находится на параллельной улице. Сейчас налево, потом за здание школы, и по прямой… А там увидите вывеску, – напутствовали меня продавец, которая вышла меня проводить.

– Спасибо, – поблагодарила я девушку и направилась по указанному маршруту. Котенок, это конечно хорошо, но блошек и прочих «прелестей» никто не отменял. Поэтому, прежде чем вернуться домой, я решила купить все необходимое, а заодно показать малыша ветеринару.

Небольшая аптека встретила нас тишиной. Лишь только звон колокольчика над дверью, эхом разнесся по пустому залу, когда мы вошли. Тут же, из-за стеллажей, появился молодой темноволосый парень в медицинском халате.

– Добрый день. Чем я могу вам помочь? – улыбаясь, спросил он. Его темно-карие глаза излучали такую доброту, что я сразу поняла, нам тут обязательно помогут.

– Да, вот котенка подобрала, – ответила я, отрывая подкидыша от себя, который тут же вновь заплакал. – Не могли бы вам нам посоветовать что-то для обработки шерсти, ну и, наверное, от глистов… Не знаю, что еще надо…

Парень вышел из-за прилавка, и, кивнув на небольшой столик в углу зала, сказал:

– Посадите вашего малыша. Сейчас мы его осмотрим…

Котенок отчаянно цеплялся за куртку и беспрерывно пищал. С трудом я усадила его на стол, и он вновь безудержно задрожал и сжался в комок. Парень нагнулся, потом взяв аккуратно его за шкирку, поднял его в воздух. К моему удивлению, малыш угрожающе зашипел. Парень приподнял хвост, заглянул туда и уверенно сказал:

– Мальчик, – потом взяв малыша под животик, обхватив его большой ладонью, поднял на уровень своих глаз, и присвистнул. А потом, посмотрев на меня, хитро улыбаясь, спросил. – Говорите, подкидыш?

Я кивнула.

– В таком случае, милая девушка, вам очень повезло. Потому что малыш породистый, и видимо очень дорогой. Обратите внимание, – мужчина, одной рукой так и, продолжая держать котенка на весу, второй прижал его ушки, и я только сейчас заметила, что за ними, есть еще одна крохотная пара ушей. В густой шерсти я просто приняла их за клочки шерсти.

– У него четыре уха?! – удивленно воскликнула я, рассматривая «чудо чудное». – Это аномалия?

– Обычно да, – парень передал мне малыша, который вновь прижался к меховому воротнику и довольно засопел. – Но в вашем случае это природная особенность этого вида кошек. Если честно, я читал о них, только в книгах. Порода редкая, название я как-то не запомнил. Но если у вас есть желание, вы можете посмотреть информацию в интернете. А так… Малыш вроде здоров, судя по открытым глазкам и небольшому весу, думаю ему три-четыре недели.

Мужчина протянул руку, и двумя пальцами погладил малыша по шее. Котенок повернул голову, недовольно посмотрел на него, зашипел, и вновь уткнулся носом в мех. Мы переглянулись и рассмеялись. Сразу видно, малыш с характером.

– Я вам сейчас подберу шампунь, средство от глистов, лоток, расческу, миску. А через месяц-два, если ваш питомец будет весел и игрив, вообщем здоров, надо будет сделать ему прививку, – мужчина зашел за прилавок и выставил на него все необходимое.

В скором времени, с котейкой и уже двумя пакетами я бодро шагала домой. Солнце опять спряталось за тучи, а ледяной задувающий ветер, поторапливал меня, заставляя ускорить шаг. Вскоре с моим подкидышем мы были дома. Опустив котофея на пол, я быстро переоделась и отправилась к печке. Мой питомец, осторожно принюхиваясь, следовал за мной неотступно. По дороге, решив, что малышу надо показать туалет, прихватила пакет с его приданым. Установив лоток и насыпав в него котсан, посадила на него приемыша, а сама принялась растапливать печку. Вечер, как и ночь, обещали быть холодными. Пока я возилась с дровами, малыш успел выбраться, и, играя, стал растаскивать бумагу, приготовленную для растопки. Подхватив шалопая, я вновь усадила его в лоток, собрала бумагу и закинула ее вместе с дровами. Весело треща, печка стала разгораться. Мой котенок, покрутившись на месте, присел с серьезным выражением мордочки, и на мое счастье, сделал свое «великое» кошачье дело. Смотря, как он важно закапывает котсан, облегченно вздохнула. Кажется, мой умненький малыш, решил самую большую проблему, и мокрых лужиц на полу, мы точно избежим.

– Ты же мой хороший, ты моя умница, – подхватив котенка на руки, я нежно погладила его пушистую шерстку. – А теперь идем мыться…

Вечер протек в хлопотах и заботах. После тщательного купания со специальным шампунем я высушила шерстку котенка феном. А потом мы вместе поужинали. Я, вчерашними котлетами, он вискасом для малышей. Затем с большим трудом, вырывающего и царапающего питомца, я напоила таблетками от паразитов. И только успела убрать весь бардак, как в дом постучали. Накинув голубую пуховую шаль, я, включив свет, вышла на застекленную веранду и увидела Виктора Андреевича с большой коробкой в руках.

– Добрый вечер, Света, – проходя в дом, поздоровался мужчина, ставя коробку у порога. – А что ты к нам не пришла? Лена, вот тебе тут кое-что собрала.

– Да, я не успела. У меня тут…, – договорить я не успела, так как котенок, с деловым видом подошел к коробке, которую принес Виктор Андреевич, и стал тщательно ее обнюхивать.

– А что это у нас тут за герой? – спросил мужчина и аккуратно погладил малыша по голове. Тот махнул лапой, и, зашипев, с грозным видом, встал передо мною, как будто защищая от невиданного врага. Виктор рассмеялся и, покачав головой, сказал. – Точно герой. Ну, Света, теперь, когда у тебя есть такой защитник, точно не пропадешь.

– Да, вот к магазину подкинули. Не смогла пройти мимо, – я подхватила малыша на руки, успокаивающе поглаживая.

– Ну, и правильно сделала, – сказала мужчина, а потом направился к входной двери со словами. – Сейчас вернусь.

Я не поняла, куда ушел сосед, но на всякий случай, прикрыв дверь на щеколду, вернулась в теплый дом. Минут через десять-пятнадцать, вновь раздался стук. Улыбаясь, Виктор Андреевич, протянул мне на ладони небольшой металлический ошейник с кулоном в виде сердца.

– Вот, это для твоего питомца. Когда-то твоя бабушка, подарила его нашему Ваське. Прошло уже много лет, и кот помер, а ошейник вот до сих пор хранил. Как будто знал, что пригодится.

– Спасибо, – я протянула руку и взяла украшение.

– Носите на здоровье, – махнул рукой сосед. – Завтра забегай к нам. Там Лена еще вещей насобирала.

– Хорошо, – кивнула я.

– Спокойной ночи, – попрощался Виктор Андреевич, спускаясь с крылечка.

– Спокойной ночи, – закрыв плотно дверь, я вернулась в комнату. Посадив малыша на диван, внимательно стала разглядывать подарок Виктора Андреевич. Ошейник оказался серебряным, а не металлическим, как мне показалось вначале. Сам ремешок представлял собой косу сложного тройного плетения, а кулон был сделан из прозрачного камня.

– Ну, герой, сейчас ты у нас станешь, настоящим красавчиком, – я усадила малыша на колени и попыталась зацепить ошейник на его шее, но он сопротивлялся, и даже пару раз рискнул на меня зашипеть, за что получил по ушам. Но немного терпения и ловкости, и ошейник на котенке. – Ну, вот герой, а ты боялся.

Отпустив малыша на пол, только поняла, что, не задумываясь несколько раз, назвала малыша героем. «Герой, Гера, Рой», – имя мне понравилось, и я решила, что так моего малыша и будут звать.

Бросив взгляд на часы, поняла, что вроде еще и не поздно, но я так устала, что на работу просто не осталось сил. Решив, что лучше завтра встану пораньше, направилась в спальню. Герой, заскочил в комнату впереди меня, и уселся около кровати. Переодевшись в сорочку, я посадила питомца в кресло, в котором предположительно он будет спать. Малыш потоптался на месте и улегся. Потушив свет, я легла на кровать, и блаженно вздохнув, закрыла глаза, мечтая поскорее уснуть. Но у Героя были свои планы. Сначала раздалось жалостливое «Ми-и-и», потом шлепок, видимо, котенок, соскользнул с кресла, затем топот лапок, и отчаянное завывное «Мииии». Вздохнув, села, и включила ночную лампу на столике. Черно-желтые глаза, укоризненно смотрели на меня. Пришлось вставать и нести кота в кресло. Но только я потушила свет, ситуация повторилась вновь. И так несколько раз. Спать в таких спартанских условиях было просто невыносимо. В результате, ругая Героя, я была вынужденна взять котенка в кровать. Он немного потоптался, и, в конце концов, удобно растянулся возле меня. И вскоре меня унесло в сладкое царство сновидений.

Десять месяцев спустя

Сквозь неплотно закрытые шторы солнечный луч проскользнул в комнату, и самым наглым образом уселся мне на лицо, разбудив. Повернувшись на бок, я обняла подушку руками и попыталась вновь заснуть. И только меня окутала сладкая дремота, как где-то послышался звук упавшей посуды. «Бах-бух-дзинь-трямс» – пела свою мелодию, видимо, металлическая чашка, которая еще вчера стояла на холодильнике с яблоками. Затем раздался жалостливое «Мау… Мау».

– Рой… – заорала я, вскакивая. – Ну, сейчас морда усатая, ты у меня за все получишь…

Встав с кровати, схватила пояс от халата, и с четким намерением отлупить кота, направилась в сторону кухни. Мелкий паршивец за эти месяцы превратился в большого толстомордого котяру, с безумно наглыми глазами и паршивым характером. Когда я, подавшись порыву жалости, взяла себе в дом котенка, я и не предполагала, чем это для меня обернется. Поначалу крохотный пушистый комок совсем не доставлял хлопот. Единственное что удивляло, малыш спокойно воспринимал женщин, но едва стоило появиться любому мужчине на моем крыльце, он превращался в рычащего грозного зверька. Но со временем с каждым днем он все больше рос и набирался наглости. Теперь Рой, именно так я сократила имя Герой, спал в моей кровати, на моей подушке, и не гнушался спереть что-нибудь вкусненькое из холодильника или со стола. Вот и сейчас, я даже не сомневалась, что этот паршивец, натворил беды.