Пять невест и одна демоница

Глава 3

Повествующая о коварстве демонов и беззащитности людей пред ними

«И обратились люди к Богам, умоляя защитить их от гнева Тьмы. И ответили Боги. И подняли горы они, отделяя Проклятые земли от иных, запирая в них и тварей, и Повелителя их, дабы не распространялась по миру богопротивная зараза»

– …руку… оторву… – донеслось откуда-то издалека. Обещание прозвучало ласково, почти нежно, и Ричард осознал, что задуманное получилось.

Только как-то не так.

Неправильно.

Его дернули и… потащили?

Его? Куда? В круг.

В защитный, мать его, круг, который должен был бы удержать демона. Он и удерживал. И демона, и самого Ричарда, которого этот демон тянул, пыхтя и возмущаясь. Ричард хотел было дернуться, но вовремя осознал, что оружия при нем нет.

А одолеть демона голыми руками…

Оставалось надеяться, что собственная его смерть будет быстрой и безболезненной.

– Вот так, – сказал демон.

Демоница.

Голос был женским, с легкою приятною хрипотцой, от которой по спине побежали мурашки. И еще от ужаса, ибо если демоны отличались силой, то демоницы были известны в первую очередь коварством и величайшей жестокостью.

Надежда на безболезненную смерть истаяла.

Меж тем демоница оставила его.

Обошла.

Ричард слышал, как она ступает, очень осторожно, почему-то пришаркивая, будто… ранена? Нет, раненая демоница сожрала бы его, пытаясь восстановить целостность физического вместилища. Эта же… эта поправила руки, сложив их зачем-то на груди.

И ноги.

Постучала по нагрудным пластинам. Теперь походный доспех вспоминался с глухою тоской.

– Эй, – демоница переступила через Ричарда, чтобы усесться ему на живот. – Ты там как вообще?

Ричард прикусил язык.

Авось, мертвого жрать не станет. Правда, как долго ему удастся притворяться?

– Понятно, – сказала демоница, вздохнув. – Тоже контуженный.

Пальцы её ощупывали доспех, явно пытаясь найти слабое место. Драть будет? Ричарду случалось бывать в Рах-Каешь, где еще сохранились следы ярости Младшей Дочери Гха.

Почему она просто не вскроет металл?

За шлем подергали.

Затем под подбородок нырнули пальцы, и Ричард понял, что его игра раскрыта. Пальцы зацепились за ремешки, подергали их и демоница сказала, как почудилось, обиженно:

– Да кто ж так завязывает! На бантик надо!

Чтоб жрать было проще?

Хотя, конечно, в чем-то она права. Ремешки Линг завязывал на совесть, так, что только он и мог их развязать.

Демоница вздохнула и села.

На Ричарда.

Сидела она так долго, явно думая о чем-то своем. Возможно, в коварных её замыслах нашлось место и Ричарду, если его до сих пор не сожрали.

А может… мысль принесла несказанное облегчение. Конечно! Кровь! Его кровь, которая послужила проводником заклятья! И она же дала защиту! В теории.

Проверять теорию практикой не хотелось, но и в дальнейшем лежании Ричард не видел смысла. Пусть, конечно, демоница была нетяжелою, но сама её близость навевала мысли о вечном.

Он осторожно пошевелил левой рукой.

И правой.

Демоница напряглась.

Бросится?

Нет, она сползла и, склонившись над Ричардом, поинтересовалась:

– Живой?

Пока да. И Ричард медленно кивнул. Застыл. Бросится? В Книге силы ясно указывалось, что после перехода демоны испытывают невероятный голод, с которым не способны были совладать.

– Живой! – обрадовалась демоница.

Наверное, она была из тех, кто брезговал мертвечиной. Иначе эту вот радость Ричард объяснить не мог. А по шлему постучали и демоница заботливо осведомилась:

– Снять?

– Н-не стоит, – Ричард все-таки сел. Не с первого раза, но когда он едва не грохнулся – даже домашний доспех весил изрядно – его заботливо подхватили и помогли.

Коварство демоницы определенно превышало все мыслимые и немыслимые пределы.

– Не задохнешься?

– Нет. Отойди!

И демоница повиновалась! Она отступила на шаг, пусть небольшой, чтобы застыть в позе, которая явно выражала гнев и недоумение.

Она стояла, скрестив руки на груди и глядя на Ричарда… в общем, хорошо, что он с кровью рискнул. Иначе точно сожрала бы.

Сама демоница оказалась… маленькой.

И хрупкой с виду.

Правда, при всей этой хрупкости фигура её отличалась мягкостью линий. И грудь имелась. Такая… в общем, очень демоническая грудь, ибо как еще объяснить то, что Ричард на неё уставился.

А еще наряд этот.

Развратная!

На демонице были штаны, но с дырками. И если сперва Ричард решил, что дыры эти суть свидетельство недавнего боя, в котором побывала потусторонняя тварь, то вскоре от мысли этой отказался. Слишком уж аккуратными они были.

Ровными.

В одну выглядывала острая коленка.

В другую – хрупкая лодыжка. Обнаженная к слову. Ричард и взгляд отвел, чувствуя, как краснеет. Сверху штаны сидели плотно, вовсе уж неприличным образом обрисовывая бедра и ягодицы. Поблескивал золотом широкий ремень.

А выше, над ним… в общем, ткань была белой и тонкой. И вновь же обтягивающей. Особенно она обтягивала грудь. На обнаженных руках демоницы висели браслеты. Защитные? Наверняка. Иначе не рискнула она бы в Бездне разгуливать.

Демоны сильны.

Коварны.

И… и выходит, что эта вот хрупкость – обман? А на самом деле? Неужели…

– Ты из высших, – сказал Ричард, чувствуя, как горло перехватила невидимая рука. Он и закашлялся. А демоница подошла и ласково так похлопала по спине.

По доспеху.

И зачарованный металл не зашипел, не опалил дочь Бездны заклятьем.

Точно.

Из Высших.

Ибо сказано, что только они, сотворенные Темным Богом по образу людей, в насмешку над творениями Светлых Сестер, коих он полагал слабыми, имеют обличье, не отличимое от человеческого. Но таят в нем силу немалую.

– Может, все-таки снимешь эту железку? – ласково поинтересовалась демоница. – Пока совсем не задохнулся?

– Я…

Ричард подергал завязки, и те распустились, чего никогда-то не случалось.

Но демоница…

Смотрела с насмешкою.

И глаза у нее такие… такие… демонические! Яркие синие, каких у нормального человека быть не может!

– Давай знакомиться, что ли, – она протянула ручку, с виду невероятно хрупкую. И Ричард осторожно взял её. – Жоржетта. Но можно Жора. Жорку не люблю.

– Р-ричард, – сказал Ричард и запоздало подумал, что не стоит вот так просто называть свое имя демону. Но та не разразилась зловещим хохотом и не стала читать заклятье извлечения души.

Почему?

А у нее имя странное. Жоржетта. Жора… не оттого ли, что отражает её суть? Хотя… она-то коварна и не стала бы называть настоящее. Стало быть, прозвище.

Жора.

Жорка.

Пожирательница душ.

По спине поползли струйки пота. Кого он, бестолковый, призвал в этот мир? И не случится ли так, что скоро и люди, и нелюди проклянут Ричарда?

– Вот и познакомились! – демоница одарила Ричарда улыбкой. – А теперь давай думать, как отсюда выбраться…

Рыцарь смотрел на меня.

Смотрел.

Вот как-то даже неудобно сделалось от этого взгляда. Нет, что у меня за фантазии-то странные. Ладно, допустим рыцарь прибредился, но почему тогда не благородный, жаждущий спасти принцессу, а такой вот… такой… прям слов не находилось.

Сам-то доспех, конечно, смотрелся донельзя солидно.

И шлем этот с вензелями, решеткой спереди, за которой ничегошеньки не разглядеть, да пучком перьев на макушке, очень впечатлял. А вот рыцарь под шлемом обнаружился самый обыкновенненький.

Вот реально обыкновенненький.

Где благородство черт? И красота, от которой горло перехватило бы? Или хотя бы сдержанная изысканность, которая указывала бы на череду родовитых предков, что притаились за плечами рыцаря. Но у этого вот, рыжеватенького, взъерошенного, какие родовитые предки?

Нос картошкой да еще веснушчатый.

Кожа белая. Брови тоже светлые, над переносицей сросшиеся. Уши лопоухие оттопыренные. И волосы дыбом стоят.

Обидно.

Донельзя.

Но на меня, надо сказать, рыцарь смотрел с искренним восторгом. Так еще ни один мужик не пялился. Правда, несмотря на восторг, спасать из круга не спешил.

Он осторожно встал на четвереньки, потом поднялся, оказавшись вдруг на голову выше. Правда все равно смешно. Доспех широкий и голова из горловины торчала, что капуста на грядке.

Рыцарь попытался скорчить грозную физию, но я фыркнула.

Забавный.

Он же, вытянув руку пред собой, произнес:

– Повинуйся мне, о демон!

Я обернулась. На всякий случай. Мало ли, вдруг да и вправду демон? Но за спиной никого-то не было.

– Это вы мне?

– Тебе! – возвестил рыцарь и, откашлявшись, продолжил. – Это я призвал тебя из Бездны! Кровью своей заклял.

– Ну спасибо большое.

Бред становился все более увлекательным.

– Не за что, – рыцарь, точно, Ричард. Его зовут Ричард. И имя ему подходит примерно так же, как мне – мое собственное.

– Это был сарказм, – уточнила я.

– И-извини, – правда, он тотчас спохватился. – Я призвал тебя дабы ты исполнила мое желание!

Ага, то есть ничего не понятно, кроме того, что с золотой рыбкой он явно промахнулся. Или понятно? А если… если это не бред?

Я осмотрелась.

И снова осмотрелась, отмечая мельчайшие детали комнатушки. Присела. Потрогала пол. Он все еще ощущался каменным. А желобки эти? Знаки странные? Я никогда-то мистикой не увлекалась и даже на картах не гадала, хотя все девчонки в общаге как раз и гадали. А я вот…

Тогда откуда это?

Бред, он ведь берется из подсознания. В моем же подсознании подобному хламу места не было. Это я точно знала.

Кинжал.

Чаша…

Да быть того не может! Или может? Мне ведь рассказывали… Анька вечно читала книжки про то, как кто-то там куда-то попал. Глаза защипало от обиды. Читала, выходит, Анька, а попала я? Так не честно! Но… но многое объясняет.

Рыцаря, к примеру, что стоял. Молчал. Позволял оглядеться. И доспех у него настоящий. Я опять постучала по литой груди, и та отозвалась грустным звоном.

Точно, настоящий.

И… и кто виноват?

Севка с его желанием открыть брачное агентство? Я сама, согласившаяся на авантюру? Или этот вот, который нормального демона вызвать не сумел? И… и если подумать, то… то в том мире, в старом, я мертва?

Разбилась.

Наверняка.

Там ведь этажи. И еще под домом плиты. И без шансов уцелеть было. А я цела. Жива. Стою вот. Беседую с человеком, если он, конечно, человек, ибо в мире ином всякое возможно. Правда, он меня явно принимают за кого-то другого, но… но все ведь прояснится?

Или нет?

А если… средневековье, где рыцари обретались, не зря считалось мрачным. И… и вдруг ему точно демон нужен, а я – нет? Вдруг, узнав правду, он меня… в жертву принесет? Или просто прибьет, чтоб не мучилась?

И… как быть?

– Желание? – шепотом поинтересовалась я.

Ричард кивнул. И добавил:

– Когда исполнишь его, я отпущу тебя в Бездну!

– Домой, то есть?

Он снова кивнул.

Перспектива вырисовывалась, мягко говоря, сомнительная.

– То есть, я исполню твое желание, а ты… меня отпустишь? – я нахмурилась. Сомнений в ошибке не осталось.

Но…

– И чего ты хочешь? – я решила сперва уточнить, а потом уже рушить чужие надежды.

Ричард замялся.

И покраснел.

Хорошо так покраснел. Прямо дурные мысли в голову полезли. Но потом я подумала, что нужно быть редкостным извращенцем, чтобы вызывать демона для этого самого.

– Найди мне жену, – шепотом произнес Ричард. И добавил еще тише. – Пожалуйста.

Глава 4

О том, что и Повелители Тьмы не способны избежать кризиса личной жизни

«Земли, именуемые в простонародье Проклятыми, суть остатки великой империи, некогда простиравшейся от моря до моря. Свидетельством тому многие хроники, которые повествуют и о великом бедствии, случившемся в городе, чье имя даже я, проклятый жрецами, не рискну начертать на пергаменте. Известно лишь, что город сей был разорен демоном, который сумел вырваться на свободу. Тот демон был силен и сумел одолеть Повелителя, и сыновей его, и детей их. Однако последний из славного рода Архаг сумел отворить врата в Бездну, которая и проглотила проклятую тварь»

В глазах демоницы Ричард увидел удивление.

И недоумение.

И… и кажется, она права. Демонов призывали, дабы укротить стихию. Или остановить Туман, который время от времени выползал из Бездны, норовя затянуть отроги. К слову, уж вторую сотню лет там было тихо, что само по себе преподозрительно.

Демоны двигают горы.

Сотворяют пути.

Демоны обращают в бегство войска. И вызывают бури. Демоны… многое могут, если, конечно, призывающий их способен договориться. А он, Ричард, последний из рода, вызвал… ради женитьбы?

– А что, такая серьезная проблема? – осторожно уточнила демоница.

Ричард вздохнул.

И предложил:

– Договор?

А то конечно кровь его сдерживала кровожадную натуру, но как знать, может, она лишь в круге работала.

– В смысле?

– Мы заключим договор, – повторил он, чувствуя лишь усталость. – Ты и я. Ты помогаешь мне найти жену, а я возвращаю тебя домой. Но пока ты ищешь, ты ведешь себя так… как человек.

– То есть?

– Не пытаешь отнять души, не пожираешь людей, не устраиваешь бойни и кровавых шуток.

– А… ну да, разумно, – демоница дернула себя за прядку. Волосы её были вызывающе коротки. Ни одна женщина не согласилась бы настолько себя изуродовать.

Но то женщина.

А демоница… это же совсем другое дело!

– И что нужно делать? – уточнила она, коварно притворяясь несведущей.

– Мы смешаем кровь и призовем силу, – Ричард отступил. – А потом произнесем слова клятвы. И тогда я тебя выпущу.

– Это хорошо… – прядку она пыталась намотать на палец. К слову, довольно обыкновенный.

Хотя… что он о демоницах знает? Даже в книге есть лишь весьма приблизительное изображение Младшей дочери Бездны. А со старшими и вовсе никто не встречался.

Точнее вряд ли остался жив после встречи.

– То есть, я ищу тебе жену, и ты меня отпускаешь?

– Да.

– Душ не красть, не пожирать людей? А защищаться я могу?

Ричард задумался, но вынужден был сказать:

– Если жизни твоей угрожает опасность, то да, ты можешь убить человека. Или не человека. Но не пожрать и не украсть душу.

– Хорошо, – демоница прикусила губу, задумавшись. Впрочем, ненадолго. – Я согласна.

А что еще оставалось делать? Сидеть в круге и страдать, пока не помру от голода и жажды? Как-то не вдохновляла этакая перспектива совершенно.

Демоны же…

Подумаешь, я в театре школьном, помнится, одно время числилась и даже играла. Лошадь. Переднюю часть её. Заднею была Машка, которая то спотыкалась, то толкала меня в спину, а еще постоянно ныла, что ей тяжело. В общем, после Машки я с ролью демона как-нибудь да справлюсь.

Я мазнула ладонью по носу, который подозрительно зачесался, и поинтересовалась у грядущей жертвы сватовства:

– Так что делать надо-то?

– Клятва! – торжественно провозгласил Ричард. И очень осторожно взял мою руку. – Мы смешаем кровь.

Надеюсь, пить не придется.

– И ты поклянешься своей силой и сутью…

Ладно, силы у меня не то, чтобы есть, скорее даже наоборот, поклянусь. А сутью-то зачем?

– И ты меня выпустишь? – уточнила я.

Что сказать. Сам обряд прошел… как-то обыденно, что ли. Мне ткнули в палец кинжалом, который гляделся грозно, таким не в пальцы бы тыкать, а врагов разить. Но и с пальцем он справился. Себе Ричард руку разрезал. Кровь его упала на мою руку.

А потом прозвучало торжественное обещание отпустить меня после того, как я исполню его желание.

Ну а я, стараясь сдерживать нервный смех, пообещала в свою очередь никого не жрать и вообще не чинить лишнего ущерба, а заняться делом.

То есть, поисками жены.

Вот ведь… и главное, он, если подумать, ничего такой. Ну да, не красавчик, но и не страшный.

– Все? – поинтересовалась я, сунув палец в рот. Всегда так делала. И вообще ненавижу кровь сдавать.

Ричард кивнул, но как-то… нерешительно, что ли.

И на меня уставился, будто ожидая чего-то. Чего? И в следующее мгновенье стало вдруг жарко. Настолько жарко, словно я красного перца грызанула.

Я и рот раскрыла, выдохнув облачко красного пара. Что за… кинжал отравлен?

– Теперь, о великая Пожирательница, – Ричард явно выглядел довольным. – Боги услышали нашу просьбу.

Богов мне только для полного счастья и не хватало.

А Великая Пожирательница, вот честно, звучит еще хуже, чем Жоржетта Ивановна. Не такая я уж и великая. Вполне себе в пределах нормы нахожусь.

Ричард же сделал шаг назад.

И еще.

Тихонько так выбираясь за пределы круга.

– Стоять! – рявкнула я. – А я?

Ричард явно смутился. И руку с кинжалом своим отравленным – вот знала, что не стоит верить всяким там проходимцам – за спину убрал.

– Я разомкну круг!

– Неужели?

– Изнутри это невозможно сделать. В конечном итоге, я ведь тоже клялся не причинять вам вреда.

А да, помнится, было что-то такое.

– Умоляю проявить терпение.

Проявлю.

Вот терпения у меня бездна. Была. Мрачным взглядом я проводила этого… рыцаря, который, оказавшись за границей невидимой стены – теперь я её ощущала, даже не касаясь – первым делом поднял упавший столик.

Потом чашу.

Клинок.

И вымазав его своею кровью, воткнул в пол. Выглядело впечатляюще.

А стена исчезла. Я подошла. Тыкнула в нее пальцем, ну, туда, где она по ощущениям была. И палец проткнул воздух.

Попробовала ногой.

Наступила на что-то жесткое. Ах да, я же тапок потеряла, а носки мягкие. И надо, наверное, попросить обувь. И не только обувь.

– Не стоит опасаться, госпожа Пожирательница, – сказал Ричард. – Отныне Замок принял вас, как мою гостью.

– Спасибо, – мрачно ответила я, осознав, что оказалась черт его знает, где. И как теперь в этом «где» жить? И отзываясь на грустные мысли, заурчал живот.

Выразительно так.

Я сглотнула.

И уставилась на Ричарда, который немного побледнел, но взгляд мой выдержал:

– Я велю накрывать обед, – сказал он.

– Спасибо. Мне бы еще тапки какие… и вообще… – я наклонилась и почесала коленку, на которой вспухла розовая шишка комариного укуса. – Помыться. Переодеться.

– Конечно. Позвольте проводить вас?

А у меня выбор есть?

Но я кивнула, надеясь, что выглядит кивок в достаточной мере величественным.

– К сожалению, мы не рассчитывали… – мне открыли дверь и отступили, пропуская вперед. Ломаться я не стала. Эта комната вдруг показалась до отвращения тесной.

И пахло в ней нехорошо.

Лестница.

Что сказать. Узкая. С высоченными ступеньками. Еще и закручивается штопором. Я старательно шествую, придерживаясь рукой за стену, которая каменная и холодная. Из стены торчат штырьки, на которых держатся светящиеся сосульки. Ну, на сосульки они походят больше всего. И главное, лестница эта кажется совершенно бесконечной.

Я даже запыхалась.

Но виду стараюсь не подавать. В конце концов, демоны, они же… какие, собственно говоря? Помимо того, что жрут, что ни попадя?

А вдруг…

Вдруг он решит меня накормить… чем? Человечиной? Меня тотчас замутило. Откажусь? Сразу поймет, что демон неправильный. И… тогда что?

Мысли в голове метались, что мотыльки у лампы. И как назло ни одной толковой. Но мы в конце концов пришли.

К двери.

А за дверью, к счастью, скрывалась уже не лестница – еще одной я бы не выдержала – но коридор. Такой себе… умеренной зловещности. Каменные стены. Каменный пол. Все сурово и брутально. Сосульки и те светили едва-едва.

– Это нижние уровни, – сказал Ричард и тоже смахнул пот со лба. Надо же, и он запыхался. Хотя, конечно, я сама по себе шествовала, а он еще и в доспехе. Понятно, что притомился. Вон, от пота и волосы слиплись. И сам дышит с присвистом.

– Есть еще и верхние?

– Да. Но там подъемник, – он махнул куда-то вперед. – И-извините. Давно не спускался.

– А зачем вообще… ну, так далеко. Глубоко. Не знаю!

– Ритуальную комнату построили рядом с источником, – ответил Ричард, когда перестал хватать воздух губами. – Да и Замок раньше был немного другим. Поменьше. Это потом достраивать начали. Казармы для Легионов Смерти…

– Ага, – только и выдавила я.

– Сперва они были снаружи, но еще мой прапрапрадед постановил, что в полном составе их держать очень энергозатратно. Вот и создал усыпальницы.

– Для Легионов?

– И для них тоже. Еще виварий. И конюшни.