Сувенир

Глава 1

Глава 1. «Точка отсчёта»

Макс вышел из магазина, закрыв дверь, машинально клацнул магнитным ключом, ставя объект на сигнализацию. Хотя несколько дней лил дождь, сегодня погода была достаточно душной даже для осени в Краснодарском крае, и его старенький ВАЗ-2115, предусмотрительно поставленный в тени, манил прохладой. Максим устал за неделю, клиентов было много, он неплохо заработал и поэтому решил закрыться сегодня пораньше, что, в принципе, нормально для субботы, так как по вечерам выходных автовладельцы предпочитали наслаждаться последними тёплыми днями осени, жаря шашлыки и потягивая холодное пиво. И Мишин Максим Алексеевич не был исключением из их числа…

Усевшись на сиденье авто, он достал смартфон и решил позвонить Вадосу. Друг детства был достаточно преуспевающим предпринимателем, владельцем мебельного цеха в станице Отрадной, неподалёку от города. У него был очень удачный управляющий в конторе, и поэтому Вадим Анатольевич был достаточно свободным в плане времени человеком, любящим пиво, приключения, но и, правда, очень ревнивую супругу Алёну. Хотя Максим был уверен, что, если Вадима с Алёной позвать в гости, они приедут, даже если будет идти град.

— Привет, Вадос! Как сам?— Привет, Макс! Скучно…— Предлагаю замутить какой-нибудь сабантуйчик, что думаешь?

Макс понял, что после слова «скучно» друг уже подписался под любое его предложение, и продолжил наступление:

— Давай, я заеду куплю маринованного у Артура, а ты звони на пивоварню, заказывай пиво. Потом я заеду за Светкой и за вами. Рванём к тебе на дачу в Перевалку. Прогноз погоды хороший, дожди были несколько дней, сегодня немного погудим, а завтра можно наведаться в Солёное. Я так думаю, уже будут опята: не насобираем, так купим у местных. Что-то давно мы с тобой не выбирались никуда, надо развеяться. Что скажешь?

— Макс, уже звоню, клади трубку. Остальное — заскочим по дороге на рыночек, доберём.— О! Кстати, ты заказал мне ступицу?— Заказал, в понедельник привезут.— Хорошо, скажешь, сколько там, скину на карту деньги. И возьми немного баранины, Алёнка просит.— Ок, Вадос. Подъеду — наберу. На моей же поедем? Или «Ниву» возьмёшь?— Да, давай, наверно, на Ниве — в тесноте, да не в обиде. Вот сам же продинамил меня, теперь мой «Крузер-кукурузер» врос в кукурузу, — накаламбурил Вадим. — Всё, давай уже!

Максим и правда забыл ему заказать переднюю ступицу. Вспомнил только сегодня, а так как доставка следующая будет только в понедельник, придётся Вадимкиному «крузаку» пылиться в гараже, а не по просёлочным дорогам ещё несколько дней…

— Ну, ничего, Вадим поймёт, — думал Макс, — а пиво, мясо и природа заставят его забыть о поломанной машине. Теперь главное — добраться на старой, ещё отцовской «Ниве» его друга на эту природу…— Ну, ничего, она ещё не раз крузак переживёт, да и ехать недалеко, — мелькнула мысль у Макса.

Мишин набрал Светлану.

— Приветик, Макс, — услышал он спокойный голос подруги.— Привет, Свет!— Ну, что, уболтал кента своего? — спросила девушка. — Едем?

Ещё пару дней назад они договорились, что поедут на выходных за грибами. Если получится, в субботу с Вадимом сначала к нему на дачу, а если не получится, то в воскресенье с утра — сами. Как же пропускать такое — сезон попёр, да и дожди были! Должны быть грибочки, должны!

— Даже не пришлось уговаривать, Светик, — ухмыльнулся Максим.— Как только Вадос услышал слова «мясо-пиво», всемирная энтропия однозначно изменила наш мир в положение «Вадик едет с Максом вкл.», — улыбнулся телефону Мишин.— Ну, тогда я тебя жду. Всё собрано, бутерброды готовы, корзинку для тебя нашла, сейчас только переоденусь и можно ехать! — протараторила Света.— Да ты не женщина — мечта, — улыбнулся Макс. — Давай, сейчас я тоже переоденусь и подъеду. А потом вместе заедем за мясом и к Вадосу.— Жду…

Жил Максим недалеко от своего магазинчика автозапчастей, в десяти минутах езды, на самой окраине городка, и дом его стоял последним на улице. А за его забором была небольшая лесополоса метров тридцать шириной, а дальше — обрыв и река.

Особнячок полузнакомого хирурга, приглашённого на ПМЖ куда-то в Германию и срочно распродающего имущество, пришёлся как нельзя кстати. Он был добротный, двухэтажный, с высоким кирпичным забором. Место было достаточно глухое, тупиковое, и этим оно ему и понравилось несколько лет назад, когда он после развода и скандалов искал тихий омут, в котором можно пересидеть проблемы, свалившиеся на его тихую мирную провинциальную жизнь обычного семьянина. И очень сговорчивый доктор, торопившийся сбагрить нажитое и сбежать работать за бугор, поставил смехотворной ценой на данное домовладение точку в выборе жилья для ставшего в одночасье одиноким человека без определённого места жительства Максима.

Макс подъехал к дому, открыл пультом сдвижные ворота и, не заезжая во двор, побежал к гаражу. Походный «тревожный» чемоданчик у него был собран всегда. После того как шесть лет назад его цели и приоритеты в жизни были разрушены случайной глупостью его супруги, он много путешествовал. А так как, хоть и был достаточно обеспеченным человеком, но звезд с небес не хватал, его координаты поездок были весьма ограничены временными и ресурсными рамками. Проще говоря, Кавказ Мишин знал лучше, чем свой чердак дома. А что касается дальнего зарубежья, ему так и не удалось ещё побывать нигде. Впрочем, он и не расстраивался по этому поводу, ибо считал, что даже в России и ближних странах Кавказа ему хватит мест для изучения ещё на много лет.

Снял с вешалки зачехлённый в полиэтилен удобный камуфлированный комбез, купленный где-то в Осетии. Захватил берцы от какого-то итальянского мастера (по всей видимости, судя по цене, фамилия мастера не оканчивалась на «инь» или «унь») с удлинённым верхом и две непромокаемые сумочки-кармашки, купленные на рынке Пятигорска. Всё это Максим бросил в багажник. Закрыв ворота и проверив (пока ловил домашний вай-фай) работу камер и датчиков, частично доставшихся в наследство от доктора, частично установленных самим, он залез в машину и, резко развернувшись, направился в сторону дома подруги.

Светлана жила в нескольких кварталах, как раз по направлению к неизменному мяснику Артуру, который был предупреждён ещё днём и уже давным-давно замариновал и упаковал кусочки корейки и шеи. Подъехав к дому Светы, Макс набрал её номер и спросил:

— Ну, что, многоуважаемая Светлана Васильевна, вы готовы поддержать имидж идеальной женщины?— Макс! Ну чего ты издеваешься? Десять минут — и выхожу. Надо маме тут всё ещё подготовить, всё-таки пару дней одна будет, сложновато ей.— Ок, Светик, давай делай, что надо. А я, чтоб не терять время, смотаюсь к Артуру.

Через пятнадцать минут пара уже — обменявшись короткими нежностями — двигалась в направлении четы Красновых.

— Привет, Саид! — бросил стоявший на улице у отцовской «Нивы» Вадим.— Привет, — сказал Макс. — Готовы?— Да, собраны и упакованы, укладывай свои вещи в багажник, там ещё осталось место, — сказал Вадим. — А я пойду за Аленой.

Макс принялся переносить немногочисленные вещи и аккуратно складывать их вместе с едой в небольшой и наполовину забитый багажник «Нивы»-коротышки.

— Максим, а почему Вадик периодически называет тебя Саид? — спросила Света.— Это долгая история, — ответил парень и, предвидя следующую реплику, продолжил: — А мы торопимся. Вот выйдешь за меня замуж, проживёшь со мной несколько десятилетий, и когда-нибудь, сидя на креслах-качалках и глядя на закат где-нибудь на берегу Бали, попивая какой-нибудь лёгкий прохладный коктейль, я расскажу тебе.— Как ты всё далеко-то продумал, а я хочу сейчас узнать, — почти по-детски заканючила Света. — Ну, вот не скажешь и не надо, тогда тоже буду называть тебя Саидом.— Саид… — попробовала она слово на вкус.— Что? — отозвался Макс, улыбнувшись.— Ничего…— Ну и всё! Залезай назад, — сказал он, распахивая дверь и откидывая спинку сиденья. — Садитесь с Алёнкой сзади. О, кстати, вот и она.— Привет, Алёна.— Привет, Максики-Светики.— Погнали уже, — сказал подошедший Вадим. — Ещё на рынок заехать надо, а то там скоро разбегутся все.— Погоди-ка, — что-то вспомнил Максим.

Он подошёл к своей машине и выудил из бардачка тёмно-синюю кепку с логотипом одного известного автобренда, отдал её Вадиму и, увидев, как тот просиял, сказал:

— По акции прислал поставщик. Знал, что тебе понравится. Первый шаг к твоей новой «бэхе»… А теперь поехали.

Глава 2

Глава 2

Утром следующего дня обиженная Светлана, весь вечер накануне ожидавшая проявления хоть каких-нибудь чувств своего спутника, растолкала Макса:

— Саид, подъем! Вадоса будить бесполезно. Вы, по-моему, вчера кегу пива допили, ну да хоть шашлык удался. У Алены я спрашивала, она сказала: останется, так что поехали вдвоем, хоть на «Нивке» прокачусь.

Макс потрогал опухшими пальцами припухшие веки и резко встал.

— Ох, зря я это...

Его немного мутило, а в глазах потемнело...

— Видимо, последний салатик был не свежий, — пробурчал он, волоча ноги в сторону холодильника.

— Лед или пиво, лед или пиво, — причитал храбрившийся вчера Максим. — Да уже глотни, — засмеялась девушка. — Ты же брал вчера утреннюю баночку отдельно или и ее допил?

— Да нет, вот она, — Максим нашел заначку в холодильнике, открыл и сделал глоток... — Жизнь прекрасна, — сказал он. — Вези нас, миледи, нас ждут великие дела и квадратные километры грибницы!

На удивление Света хорошо справлялась с «Нивкой». Макс, сначала думавший сменить ее после того, как они съехали с асфальта и углубились в лес по старой колее, оставшейся от лесовозов, расслабился и наблюдал, как девушка, давно привыкшая к своему старенькому «Гольфу», осваивает пониженную передачу и блокировки, благо Вадик поставил все-таки гидрач от шнивы, удачно купленный Максом по дешевке на каком-то автопортале...

— Вот и пригодился, — подумал он. — Вряд ли бы так легко хрупкая воспитательница из детского садика смогла орудовать рулем по колеям на этой внедорожной резине с помощью только штатного рулевого редуктора.

— Ну, что ж, — сказал Макс, — пожалуй, еще километр-два — и хватит. Не думаю, что местные уже успели там повычистить, скорее всего, они поближе нычки знают. — Давай найдем местечко, — продолжил он, — чтоб разъехаться можно было. Мало ли какие еще сумасшедшие вроде нас зарулят сюда, да и дороги почти-то и нет, одна просека полузаросшая, уже и трактор сюда не доберется, да и идти за ним долго, — продолжал ворчать Макс.

— Что, Саидик, — ухмыльнулась девушка, — головка бо-бо? — Да нет, почти норм, — не в силах спорить, почти согласился с приговором Макс. — Сейчас пройдусь, подышу — и все ок будет.

— С потом выйдет.

Впереди показалась небольшая полянка, на которой вполне можно было и разъехаться, и развернуться, и Света притерлась почти вплотную к большому дубу на правой обочине, протянув машину так, чтоб можно было открыть дверь. Макс в очередной раз отметил про себя отличные водительские качества воспитательницы.

— Приехали! — весело воскликнула Света, подняв ручник и заглушив машину.

Они вышли и окунулись в ошеломительные запахи и цвета осеннего леса. Солнце стояло уже высоко, было довольно тепло. На небольшой возвышенности, где они остановились, дул ветерок, не давая ни шанса нудной мошкаре. Впереди «дорога» уходила вниз, а потом резко сворачивала влево и уходила вверх.

— Видимо, там ручей или речушка, — подумал Макс. — Это хорошо, водораздел. Слева южный склон, более освещенный. Если будет сильно сухо, спустимся вниз, пройдемся вдоль ручья и пойдем на темный северный склон соседней правой горки. Он будет более влажным. В любом случае, если опята есть, то где-нибудь здесь найдется комфортное местечко для них. А у речки наверняка будут лисички.

Конечно, Макс с удовольствием бы пособирал белых, но, к сожалению, в последнее время в этих краях их стало очень мало. Или маслят да рыжиков вот... Только елей или сосен тут тоже очень мало поблизости, поэтому не будем привередничать и пойдем, наверно, вправо сразу, на влажный склон, в тень.

Размышляя, Макс немного забыл о вчерашних подвигах по уничтожению хмеля, солода и свинины и, кивнув спутнице, свернул с просеки вправо. Достаточно пологий склон резко увеличивался в наклоне по мере приближения к нижайшей точке, стало слышно журчание воды. Спустившись на более ровное место, видевшее в ливни и оттепели много воды, Макс понял, что чутье грибника не подвело его. Им открылся вид на необычную для относительно посещаемых мест картину. Поваленные водой деревья, пни да редкие устоявшие деревца были облеплены опятами. Причем на живых деревьях, стоявших чуть дальше от ручья, грибы забрались на высоту более человеческого роста.

— Класс! — раздался восхищенный возглас Светланы. — Никогда не видела такого... — Да, это мы удачно зашли, — сказал удивленный Макс. — Я встречал такое уже в горах Абхазии несколько лет назад, но там на десятки километров ни души вокруг и минные поля вдобавок, а тут кучи грибников со всего края едут... Удивительно, видимо, мы просто попали в нужное место в нужное время.

— Да уж, — сказала Света. — Да тут резать и таскать устанешь, а представь — потом их еще мыть, отваривать, мариновать, закручивать... Жесть... Надо за подмогой ехать, — улыбнулась она.

— Да пока мы съездим, кто-нибудь найдет и обдерет все это добро. Туда, я чувствую, подмоге нашей нужно еще подмогу вызывать в виде слабых алкогольных напитков... Помогаторы с них те еще, — парировал Макс. — Вот соберем, загрузим, отвезем, а прогульщики пусть отрабатывают, моют да солят, — улыбнулся Мишин.

Поочередно меняясь ролями (кто-то резал, кто-то таскал), удачливые грибники потихоньку забили машину ценным грузом. Они не собрали еще все это великолепие, но фото сделаны, корзины, куртки наполнены, и Света с Максом решили закругляться.

— Фух, умаялась! — умилительно воскликнула девушка. — Ну и хватит, — решил Макс. — На, тащи эту корзину, а я в твою докидаю и поедем. — Хорошо, я пошла.

— Жди в машине.

Макс начал быстро срезать грибы, с пня сверху вниз, выбирая более молодые и аккуратные экземпляры. Он решил оставить себе эту корзинку чисто на жареху. Обрезая самые нижние слои опят, он увидел какой-то предмет, воткнувшийся или вросший в остатки дерева у основания, на уровне земли. Он бы не обратил внимания на непонятный камень черного цвета, вросший в пень, облепленный грязью и дерном, если бы не что-то ярко-синее, что мелькнуло в центре его под срезанным соскользнувшим ножом кусочком дерна. Макс заинтересовался, схватился двумя руками за выступающие части предмета и резко дернул. Камень легко вышел из гнилого дерева, и Макс от неожиданной легкости, с которой камушек вышел из пня, сел на попу, споткнувшись о какой-то корень. Не удержав камень, Макс уронил его в корзинку. Так бывает, когда берешь чайник, думая, что он полный, а он — пустой. Тут вдобавок кто-то схватил его за шиворот и, пользуясь инерцией, легко повалил на спину. Светка, а это была именно она, резко оседлала Макса, наклонилась и начала целовать его в губы, расстегивая молнию на комбинезоне и продолжая его целовать, она добралась до толстовки и запустила под нее руки. Гладя Максиму грудь, слегка царапая ее, она продолжала целовать. Немного приподняв голову, маня своими мягкими губками, она заставила Максима непроизвольно потянуться за ними. Приподнявшись с земли, она стянула верх комбинезона и попыталась снять толстовку с Максима. Парень поднял (сдаваясь) руки вверх, и девушка стащила с него одежду, оголяя торс. Максим уже в этот момент расстегивал молнию на курточке Светы... Под ней ничего не было... Упругая грудь, набухшие твердые сосочки отключили разум Максима. Очнулись они, когда Светлана, лежа на груди Макса и уткнувшись ему в шею, почувствовала крупные капли дождя, забарабанившие по ее спине.

— Саидик, дождь! Побежали в машину?

Глава 3

Глава 3

— Это капец, — думал парень, волоча корзинку за собой по резко ставшему скользким склону. Сзади пыхтела девушка.

— Ты как там? — сказал он. — Держись за мелкие деревья, в крайнем случае — за меня. Чуть-чуть осталось, и будет более полого.

— Я-то нормально, — ответила Света, откидывая назад мокрые волосы, падавшие ей на лицо. — Доберёмся, обсохнем в машине... А вот как выбираться? Сейчас дорога раскиснет — и будем тут ночевать?

— Не боись, Светик. Отец Вадика любил покататься по охотам да рыбалкам, да и на джиппинг-слётах засветился, бампер там впереди усиленный, а в багажнике есть лебёдка, выберемся, не в первый раз. Жаль, Вадос багажник экспедиционный снял, там и хай-джэк был, и лопата, но ничего, — продолжал рассуждать вслух Макс.

Пока они добирались до машины, ливень прекратился. Макс сел за руль, включил печку и потихоньку начал спуск. Примятая трава и мелкие ветки деревьев на дороге помешали короткому ливню превратить спуск в грязевой поток. Но, конечно, местами ёкало даже у Максима. Когда, например, возле небольшого обрывчика машина заскользила по грязи под уклон вбок, Светка так вообще закричала с испугу. Макс газанул и, пробурив грязевой резиной (а как девчонки возмущались по пути на дачу её шумностью) месиво до гальки и кусков известняка под ней, резво выскочил на безопасное место. Спасибо изобилию известняковых скал с какими-то примесями, обильно усыпавших остатки дороги, местами даже напоминавшей хорошую гравийку, особенно на небольших возвышениях. Но, конечно, в низинках скапливалась глина и вода, превращая такие участки в мечту беспечного джипера. В общем, благополучно спустившись, выехали на асфальт и, поменявшись со Светой местами, поехали к друзьям.

На даче их ждал приз. Отошедший от вчерашних возлияний Вадим колдовал у мангала. Запах шулюма и травяного чая перемешивался с чистым свежим воздухом, а Алёна уже нарубила салатов из свежих и тушеных на мангале овощей.

— Привет, грибникам! — в один голос крикнули Красновы.

— Привет, дачники, — отозвался Максим, а Света помахала им рукой из окна, лихо загоняя машину под навес.

Перекусив, просохшая парочка спросила о дальнейших планах. Завернувшись в халаты, потягивая напиток из местного травяного сбора, все сидели в беседке и смотрели на вновь вышедшее из-за туч солнце.

Вадик нарушил молчание:

— Планы... Надо домой выдвигаться. Завтра тебе, Макс, на работу, Свете — в сад, нам с Алёной тоже надо в цех ехать. Дел накопилось невпроворот, да ещё грибы теперь ваши перебирать да обрабатывать. Зато точно на пару лет накосили — молодцы! — похвалил он. — Накатаем, и будут все посиделки с опятами.

— Ладно, — кивнул Макс, — собираемся. Ещё отдохнуть от отдыха надо успеть, да у Светы мать больная дома одна, мало ли чего...

Через несколько часов Мишин заехал во двор. Грибы были благополучно сбагрены Алёне и Свете. Макс взял себе только свою последнюю корзинку с отборными молодыми экземплярами. Правда, от тряски они выглядели не для Инстаграма, но Максим и не собирался красоваться в соцсетях. Загнав машину во двор, он не нашёл сил прятать её в гараж. Достав вещи и корзинку, пошёл в дом.

Зайдя на кухню, бросил в стиралку комбез. Глянув в зеркало на расцарапанную грудь, открыл холодильник и достал оттуда бутылку «Вильяма». Плеснув в стакан виски и сразу отпив половину, отправился в ванную, захватив корзину. Открыл воду в ванной, помыл в раковине берцы и отнёс их в гараж. Подлил вискаря и пошёл назад, наконец решившись мыть грибы. Напор был сильный, вода шумела. Он, перевернув корзину, высыпал добычу в воду. Решив, что пусть немного откиснут, чтобы грязь и веточки отвалились, а мелкие личинки, если таковые всё-таки найдутся в молодых опятах, повылазили из грибов, сбегал в коридор и взял купленную по пути упаковку пакетиков, чтобы расфасовать чистые грибы для заморозки. Поставив пластиковый бак для белья возле ванны и рядом таз для того же белья, он оседлал бак и принялся перебирать и мыть грибочки, заботливо осматривая каждый и отправляя забракованные экземпляры точным броском в унитаз. Так, не торопясь, чередуя мойку с баскетболом, он закончил это нудное дело и, выдернув пробку из ванной, принялся упаковывать чистые грибы порционными размерами в одноразовые пакеты. Отнеся всё это дело в морозилку, а один пакет бросив в холодильник, уставший Макс, глотнув нагревшегося «Вильямса», направился мыть ванну. Усевшись снова на бак для белья, он дотянулся до душа и посмотрел на дно.

— О! А я и забыл про тебя... Светка памяти лишила, — воскликнул парень, разговаривая с камнем, лежащим среди веточек, грязи и листиков.

Откиснувшая грязь, смытые куски глины и дёрна на порядок уменьшили находку в размере. Сейчас Макс видел перед собой небольшой чёрный предмет, похоже, что с оплавленными краями. Размерами и формой камушек напоминал какой-нибудь флагманский навороченный смартфон, только был раза в два-три потолще и с оплавленными закруглёнными краями. По структуре материала он очень сильно напоминал обсидиан.

— Ну надо же, ведь уронил, а он в корзинку шлёпнулся, — подумал Мишин вслух. — Метеорит, похоже...

Примерно посередине камушка валялся прилипший осиновый лист. Максим протянул руку, смахнул его щелчком и в удивлении выругался:

— Твою мать! Это ещё что за бл****о!

Лист скрывал отверстие ровно посередине предмета, диаметром сантиметров пять, в центре которого висел шарик. Именно висел! Ничем не закреплённый, он медленно вращался по какому-то непонятному алгоритму, постоянно меняя направление вращения.

— Здравствуйте, приехали, — только и смог вымолвить Максим.

Внутренне он уже наблюдал внезапно возникшую войну в его сознании. Войну между любопытством и здравым смыслом... Причём если любопытство было вооружено ядерными ракетами, лазерами и установками «Град», то здравый смысл мог похвастать разве что дубинкой из очень хрупкого, пересохшего, узловатого сука какого-то дерева. Естественно, под таким напором здравый смысл поджал хвост и забился куда-то глубоко на задворки сознания, не пища и не дёргаясь, стараясь слиться с самыми неприметными и незначительными мыслями... Мыслями, вихри которых проносились в голове Максима... Его руки потянулись к необычному артефакту — любопытство победило окончательно.

Взяв предмет в руки, парень увидел, что шарик двухцветный.

— Да ё-моё! — воскликнул Макс. — Ну не может быть такого!

Если представить его в двухмерной проекции, то Максим видел перед собой вращающийся значок, как будто спрыгнувший с новой кепки Вадоса. Только он был шарообразным. В общем, шарик визуально был разделён на четыре сектора бело-синего цвета, и в определённые моменты, когда он поворачивался, Макс явно видел «баварское лого»...

Кроме того, что шар висел в воздухе, удерживаясь в пределах своего «корпуса», не было ничего странного... Ну, конечно, если не учитывать то, что кто-то засунул шильдик «бумера» в какую-то чёрную пластину (при этом вытянув его в шарик), впихнул его в середину дерева... Это сколько же лет назад, раз он успел прорасти с деревом и появиться на свет уже из остатков пня от упавшей (скорее всего) осины или берёзы.

Макс поднял предмет и посмотрел сквозь щель между шаром и «обсидиановым» основанием на лампу на потолке. Лампа мигнула и погасла, зато засветился шар... Ровным, тёплым, неярким светом...

— Класс! — почему-то решил Мишин, опуская руки с новым фонариком от БМВ столетней (минимум) давности, выключающим лампочки на расстоянии более метра. Лампа загорелась.

Почувствовав себя обезьянкой с гранатой («Лишь бы правда — не граната», — подумал Макс), он принялся опускать и поднимать свою новую игрушку, вычисляя безопасное расстояние до лампочки. «Примерно метр — метр двадцать», — решил он.

— Та-а-ак, — протянул озадаченный парень, — надо глотнуть жидкости и перекурить... Заодно обдумать свои действия дальше.