Песнь О Грядущей Скорби

С незапамятных времен человечество стремилось к просветлению и бессмертию, и на тернистом пути к величию многие избрали мистический путь Дао. Легенды гласят о пяти ступенях, ведущих к заветному бессмертию: Очищение Ци, Создание Основ, Формирование Ядра, Зарождение Духа и, наконец, Возвышение к Бессмертию. Каждая из этих ступеней, в свою очередь, подразделяется на тринадцать уровней, и постижение каждой новой ступени или уровня требовало от магов нечеловеческого упорства, стойкости и неисчислимых ресурсов.

На континенте Бессмертия, колыбели магии и тайн, бесчисленные кланы шли по пути Дао, но истинная власть была сосредоточена в руках лишь пяти великих сил: Клана Теней, чьи мотивы окутаны мраком, Долины Огня, где пылает неугасимое пламя страстей, Островной Союз, считающего себя истинным наследником бессмертных, Альянса Алхимиков, кующих эликсиры жизни и смерти, и Альянса Торговцев, чьи богатства способны купить целые империи.

Континент долгие годы купался в обманчивом мире, словно перед бурей, стараясь избежать столкновений между этими титанами. Но однажды, на очередном съезде пяти сил, древний оракул, словно глас самой судьбы, произнес пророчество о великой битве, что потрясет до основания хрупкое равновесие сил и навсегда изменит облик континента.

Семисотый съезд пяти сил, проходящий раз в пять лет, собрал возле ворот дворца величия толпу зевак, жаждущих узреть великих мира сего. На этот раз принимать у себя участников съезда выпало Островному Союзу. Его глава Ван Сяолун восседал на своем троне с гордым видом и приветствовал гостей с надменной улыбкой на лице. Раскрытые большие двери дворца пускали внутрь важных гостей, а слуги с поклоном усаживали их по обе стороны от главы союза. Каждый из гостей стремился прибыть к месту встречи как можно более величественно, показав свою силу, потенциал и, конечно, богатство.

Рык зверя заполнил небеса, и к воротам дворца подлетела карета, запряженная крылатым тигром. Шкура зверя переливалась огнем, издалека казалось, словно он полыхает. На двери кареты был изображен символ императорской семьи долины огня — красная огненная птица феникс. Следом за колесницей на пурпурных птицах следовали лучшие ученики долины огня. Они приземлились позади кареты императора и выстроились в ряд, гордо вздернув подбородки в ожидании императора. Их красные одеяния и золотые доспехи с изображением феникса сияли под солнечным светом. Двери колесницы распахнулись, и на землю ступил император Хуан Джен, облаченный в черную мяньфу, расшитую золотыми орнаментами. Он величественно прошествовал вперед и замер.

— Хуан Дэшен, не отставай, — не оборачиваясь, произнес император.

Следом за величественным отцом шел мальчик двенадцати лет. Шелковый халат на мальчике был тоже черного цвета, но украшали его фениксы и облака. Темно-красные волосы отца и сына свидетельствовали об их принадлежности к прямым потомкам фениксов. Мальчик, подражая родителю, гордо и спокойно вошел внутрь дворца, не выказав ни детского любопытства, ни восхищения, несмотря на то что он впервые посетил это мероприятие. Императорскую семью проводили и посадили по правую руку от хозяина дома. Когда все гости собрались, началась торжественная часть.

Ван Сяолун откашлялся, и его голос, усиленный магией, разнесся по всему дворцу. В торжественном зале воцарилась тишина, и все направили свои взоры на хозяина приема. Взяв кубок с вином в руки, Ван Сяолун поднялся с места.

— Добро пожаловать, дорогие гости, на земли островного союза. Я благодарен всем за честь принять вас. Вот уже более трех тысяч лет мы наслаждаемся мирной жизнью благодаря мудрому правлению многоуважаемых глав. Так выпьем же за мир и процветание на нашем континенте, — закончив свою речь, Ван Сяолун поднял кубок, призывая всех собравшихся последовать его примеру, дабы отметить начало работы съезда.

Собравшиеся подняли кубки, испив вина, после чего приступили к трапезе и непринужденной беседе.

— Император Хуан Джен, наконец-то вы явили миру наследного принца долины огня. Я слышал, он пробудил меридианы огненного феникса и проявляет успехи в культивации, поздравляю вас, будущее долины в сильных руках, — улыбаясь, произнес глава альянса алхимиков Чень Хенг.

— Благодарю вас, господин Чень Хенг. Вы правы, мой сын считается юным дарованием долины огня. Я тоже хочу, в свою очередь, еще раз поздравить вас с браком. У вас, как всегда, отменный вкус, ваша новая супруга славится красотой, — ответил император Хуан Джен.

Глава альянса довольно расхохотался.

— Вы правы, моя супруга еще краше предыдущей, — ответил глава альянса.

Наполнив чашу гу вином, глава клана Теней с хитрой улыбкой на лице решил присоединиться к разговору.

— А что же стало с вашей прошлой супругой? — намеренно задал провокационный вопрос глава клана Теней Лю Пинг.

Чень Хенг, скрипя зубами, не выдал своего раздражения заданным вопросом, он вновь улыбнулся и спокойно ответил:

— Моя драгоценная супруга, к сожалению, не преуспела в культивации, ее жизнь подходит к концу, и она добровольно ушла в храм, доживать свои дни в покое, благословив перед тем меня на новый брак. Такова дорога к бессмертию, мы не можем провести свою жизнь с одним человеком, — ответил он.

— Разве у нее в запасе нет еще ста лет? Конечно, возможно, она начинает выглядеть не молодо, но это можно исправить пилюлями. Или для главы алхимиков это проблематично? — продолжил провоцировать Лю Пинг.

В воздухе воцарилось напряжение. Между ухмыляющимся главой клана Теней и главой альянса алхимиков мелькали невидимые искры. Хоть всем присутствующим было больше пятиста лет, на вид их возраст не превышал и тридцати. Не желая конфликтов на празднестве, хозяин торжества решил разрядить обстановку, взяв слово.

— Не будем о делах сердечных, поговорим лучше о завтрашнем дружеском турнире. Как принимающая сторона, мы позволим победителю культивировать в глубинах источника жизни, который славится богатым Ци, и, конечно, победитель получит камни культивации, — произнес Ван Сяолун.

Торжество продолжилось обсуждениями учеников и их достижениями. Солнце медленно склонялось к горизонту, затем и вовсе скрылось, пустив ночь в ее права. Банкет закончился глубокой ночью, но наследный принц с достоинством продержался до конца торжества. Устало он брел за отцом к выделенной им резиденции. Войдя в дом, император прошел к столу и присел на стул.

— Ты внимательно слушал и наблюдал за гостями банкета? — спросил Хуан Джен сына.

Мальчик встал перед отцом, смиренно опустив голову.

— Да, отец, — ответил твердо Хуан Дэшен.

— Хорошо, обсудим все по возвращению домой. Можешь идти ложиться спать. Завтра состоится турнир, твоя задача остается той же — наблюдать и запоминать, — дал напутствие сыну император.

Ночь пролетела быстро, и утром лучи солнца прокрались в комнату принца, пробуждая его ото сна. Проведя все необходимые приготовления, в сопровождении верных стражей Хуан Дэшен направился к отцу.

Император уже давно бодрствовал, чему юный принц не был удивлен. Император всегда был сдержанным и никогда не выказывал усталости или слабости. Хуан Дэшен восхищался отцом и старательно подражал ему.

Площадка для турнира была организована на огромной арене, способной вместить десятки тысяч зрителей. Трибуны были заполнены до отказа: представители всех пяти сил, знать и просто любопытные собрались, чтобы увидеть молодых дарований в действии. В центре арены стояли магические барьеры, готовые защитить зрителей от возможных последствий схваток.

Хуан Дэшен шёл рядом с отцом, внимательно осматривая участников турнира. Он старался запомнить лица, манеру поведения, ауру каждого из соперников. Он понимал, что сегодня он наблюдатель, а завтра, возможно, участник подобного мероприятия, и ему необходимо быть готовым ко всему. Император, словно почувствовав напряжение сына, слегка коснулся его плеча, успокаивающе кивнув.

Турнир начался с приветственной речи главы Островного Союза. Ван Сяолун восхвалял молодое поколение, призывал к честной борьбе и миру между всеми силами, не забыв напомнить о том, что турнир дружеский и смертей на нём не должно быть. После его слов начались поединки. Молодые культиваторы демонстрировали свои навыки владения мечом, магией, техниками рукопашного боя. Хуан Дэшен внимательно следил за каждым движением, отмечая сильные и слабые стороны противников. Особенно его заинтересовали ученики клана Теней, чьи техники были скрыты в тенях и полны обмана.

В течение всего дня турнир не стихал. Арена сотрясалась от ударов, искры летели, стоило мечам соприкоснуться, казалось, участники сражались не на жизнь, а на смерть. Но зоркий глаз судьи не позволял случиться смерти на арене, останавливая бой за миг до беды. Победители предыдущих раундов сражались друг с другом, определяя сильнейших. К вечеру стали известны имена финалистов, которые завтра сразятся за главный приз. Хуан Дэшен, уставший от обилия информации, с облегчением последовал за отцом к резиденции.

“Впереди ждёт последний день собрания, на котором объявят победителя. Как жаль, что отец не позволил мне сразиться на арене в этот раз. Но ничего, я непременно сражусь на следующем съезде. Это так утомляет, поскорее бы вернуться домой.” — с мыслями о далёком доме Дэшен погрузился в сон.

Последний день съезда стал не менее запоминающимся. В финале бой состоялся между участником от клана Теней, Лю Шеном, и участницей Островного Союза, Лин Юэ. Глава союза был горд, как принимающая сторона, он не хотел быть посрамлённым проигрышем.

Участники вышли на арену и поприветствовали друг друга лёгким поклоном, затем вернулись на свои позиции. Прозвучал гонг, ознаменовав начало боя. Бой начался стремительно. Плавным движением рук Лю Шен воздвиг формации, обрушив на соперницу тысячи мечей.

Лин Юэ не растерялась и создала вокруг себя водяной купол, отражая все атаки. Вода и металл столкнулись в яростном танце, создавая волны энергии, которые чувствовались даже на трибунах. Лю Шен, не останавливаясь, использовал техники теней, пытаясь запутать Лин Юэ и проникнуть сквозь её защиту. Тьма окутывала арену, затрудняя видимость.

Лин Юэ, полагаясь на свою интуицию и контроль над водной стихией, чувствовала каждое движение противника. Она усилила купол, превратив его в непробиваемую стену, а затем перешла в наступление. Выпустив несколько водяных драконов, она обрушила их на Лю Шена, заставляя его отступать. Драконы преследовали его, не давая возможности перевести дух и использовать свои теневые техники в полную силу.

Битва достигла своей кульминации. Лю Шен, загнанный в угол, решил использовать свою последнюю козырную карту. Он слился с тенью, став невидимым, и попытался нанести решающий удар в спину Лин Юэ. Но девушка предвидела его манёвр. Она расщепила водный купол на тысячи брызг, заполнив ими всё пространство вокруг себя. Каждая капля воды стала её глазом, позволяя видеть сквозь тьму. Трибуны в восхищении затаили дыхание в ожидании победителя. Конец был неожиданным для всех, когда капли упали дождём на арену, зрители увидели Лю Шена, стоящим на одном колене. Острие его меча было нацелено на девушку.

— Я не могу позволить себе победить прекрасную Лин Юэ и признаю поражение, — произнёс участник клана Теней.

Зрители были восхищены поступком Лю Шена, и овации быстро захлестнули трибуны.

Несмотря на самовольное решение участника, глава клана Теней не выглядел раздосадованным, на его лице мелькнула ехидная улыбка. В то время как Ван Сяолун не выглядел довольным победой своей участницы. Хуан Дэшен на время заострил на Лю Шене задумчивый взгляд, но быстро перевёл на арену, не желая быть замеченным.

После награждения победителя гости направились на заключительный пир. Гости общались и выпивали, ожидая выступления оракула. Зал заполнился серо-зелёной дымкой, и в центре зала, словно сотканный из множества солнечных лучей, в воздухе засиял треножник. Медленно опустившись на мраморный пол, он рассеял таинственную дымку. А следом появился и сам оракул, приковав к себе всеобщее внимание. Его лицо было скрыто под маской, а в руке он держал посох. Взмыв в воздух перед котлом, он произнёс загадочное заклинание, и в треножнике закипела жидкость, и в небо поднялся белый пар. Следом он бросил в котел золотистый порошок, и вещество в треножнике заискрилось, стоило золотой пыли соприкоснуться с жидкостью. Пар окрасился в алый, и оракул заговорил:

— Я вижу, чёрные тучи затянули небеса континента Бессмертия. С неба сыпятся поминальные монеты. А в домах зажигают поминальные свечи. Небеса гремят, земля полыхает. Грядёт великая скорбь, что пошатнёт равновесие сил в мире. Слабые падут, а сильные возвысятся, как только минует три сотни лет, — дым рассеялся, и оракул замолчал.

В зале нависла гнетущая тишина. Слова оракула заставили всех затихнуть, размышляя о том, откуда придет угроза.

— Предсказание — это всего лишь один из вариантов будущего, которое можно избежать. У всех нас подрастает сильное поколение учеников, думаю, нам не о чем волноваться, — развеял тишину глава Островного Союза.

Торжество продолжилось, хоть на нём и царило веселье, каждый в тайне искал пути не оказаться павшим.

Ранним утром карета императора Долины Огня взмыла в небо, направляясь в родные края.

— Расскажи мне, что ты усвоил, побывав на съезде? — оказавшись наедине с сыном, спросил Хуан Джен.

— По моему мнению, съезд на первый взгляд несёт в себе мирный характер. На нём каждый стремится подставить другого, а себя представить в лучшем свете. Однако все осторожно подбирали слова, ограничиваясь намеками, — ответил юный наследный принц.

— А что ты мне скажешь о победе участницы Островного Союза? — вновь задал вопрос император.

— Все полагают, что участник клана Теней должен был победить, но он сдался перед красотой женщины. Но на самом деле, девушка победила бы в любом случае. Лю Шен потратил слишком много сил и не смог бы отразить атаку Лин Юэ. Потому он принял решение сдаться на показ. Тем самым, хоть он фактически проиграл, никто не считает его таковым. Обычные зрители не поняли подвоха, в то время как выражение лиц глав говорило о полном понимании того, что случилось, — уверенно ответил Хуан Дэшен.

Император улыбнулся, довольный ответом сына.

— Предсказание оракула в этом году не радует. Теперь каждая из пяти сил будет интенсивно наращивать свои силы, растить юные дарования и переманивать сильных мира на свою сторону. Будущее Долины Огня в твоих руках, к сожалению, теперь я не могу позволить тебе развиваться по мере твоих возможностей, тебе предстоит пойти сложным и болезненным путём, чтобы в час беды отстоять нашу империю, ты готов? — спросил он сына, глядя ему в глаза.

Хуан Дэшен опустил на мгновение глаза, размышляя над словами отца. Ему предстояло взвалить на свои плечи заботу о будущем Долины Огня уже сейчас. Сделав глубокий вдох, он принял решение, взглянув на отца, твёрдо ответил:

— Да, император. Таков путь наследного принца.

Хоть ответ сына не имел особого значения в данном вопросе, император был горд слышать от наследника подобный ответ. Подняв руку, он велел лететь к жерлу спящего вулкана.

Карета пролетала над водной гладью и многочисленными мелкими островами Союза. Но едва перелетев границы с Долиной Огня, карета остановилась по велению императора.

— Я достаточно позволил вам следить за мной, вы переоценили свои способности, осмелившись пересечь границы моей империи, — голос императора, словно гром, прогремел в небесах, явив шпионов взору.

Император продолжил сидеть в карете со спокойным выражением лица, в то время как верные своей долине ученики, сопровождавшие императора, ринулись в бой на врага. Карета тронулась, медленно продолжив свой путь.

— Разве мы не поможем им? — взволнованно выглянул в окно наследный принц.

— Их уровень невысок, наши люди с легкостью с ними справятся. Им не помешает подобная практика, — спокойно ответил император.

— Позволь и мне сразиться с врагами, — умоляюще попросил Дэшен.

— Ты наследный принц, врагам не нужно знать, насколько ты силен или слаб. Чем меньше о тебе знают противники, тем больше шансов выжить. К тому же тебе понадобятся силы для трансформации облика.

Карета приблизилась к полыхающим вулканам, осторожно объезжая каждую опасность.

По прибытии к жерлу вулкана Хуан Джен велел остановить карету. Перед ними зияла огромная пасть, окутанная клубами серы. Сероводород бил в нос, напоминая о мощи, дремлющей в недрах земли. Император вылетел из кареты, подавая знак сыну следовать за ним. Они подошли к самому краю, где воздух дрожал от жара, исходящего из глубин.

— Здесь, в сердце стихии, ты начнешь свой путь, — произнес Хуан Джен, указывая на расщелину в скале, ведущую вниз. — Внизу тебя ждет испытание, которое закалит твою волю и укрепит твой дух. И в конечном итоге заставит переродиться в пламени.

Хуан Дэшен молча кивнул, осознавая всю серьезность слов отца. Он знал о легендах, ходивших об этом месте – о пещерах, полных лавы и духов огня, где выживали лишь сильнейшие. Он не испытывал страха, лишь предвкушение. Предвкушение боли, страдания, но и в конечном итоге - силы. Они медленно опустились на дно вулкана. Внутри, вопреки ожиданиям, не было ни дыма, ни лавы, лишь идеально ровная площадка, выложенная из чёрного обсидиана. В центре площадки возвышался древний алтарь, украшенный рунами, пылающими слабым огнём. На алтаре лежали останки огромной птицы феникса. Увиденное поразило Хуан Дэшена, в записях не было сведений о подобном.

— Это наш предок? Почему он не переродился из пепла? — с любопытством, осматривая пылающую птицу, спросил мальчик.

— Фениксы способны сколь угодно раз перерождаться из пепла, но стоит им лишиться пары, как жажда жизни в них угасает, и они, принимая облик птицы, погибают. Но перед смертью прилетают на этот алтарь, чтобы их магия не развеялась и послужила потомкам, — ответил император.

— А-а, так вот почему ты редко позволяешь матушке покидать пределы империи, — продолжая с любопытством смотреть на феникса, произнес наследник, чем вызвал у родителя смех.

— Верно, и ты будешь поступать так же, когда придет твое время. А теперь соберись, — голос императора стал твердым, — мы редко прибегаем к подобной практике, это опасно, и сложно, в мирные времена нет нужды в подобной практике. Ты должен поглотить магию феникса, при этом ты примешь в конечном итоге его облик на десять лет. Но, по возвращению в истинное обличие, станешь гораздо сильнее не только своих сверстников.

Хуан Дэшен выпрямился, уверенно взглянув на отца. Воспарив над останками предка, наследник принялся поглощать огненную силу.

Хуан Дэшен закрыл глаза, чувствуя, как огненная энергия проникает в каждую клетку его тела. Это было похоже на тысячу раскаленных игл, пронзающих его изнутри, но он не издал ни звука. Он знал, что любое проявление слабости может стоить ему жизни. Пламя феникса охватывало его, меняя его структуру.

Процесс трансформации был мучительным, но он продолжал поглощать энергию, пока от останков феникса не осталась лишь горстка пепла. Когда последний луч магии покинул алтарь, тело Хуан Дэшена вспыхнуло ярким пламенем. Огонь утих так же внезапно, как и начался, оставив на месте принца великолепного феникса, перья которого сияли всеми оттенками огня.

Хуан Джен с гордостью смотрел на своего сына. Он знал, что это испытание станет переломным моментом в его жизни, что после этого он уже не будет прежним. Он видел в глазах феникса проблески разума, понимание и решимость. Он знал, что Хуан Дэшен справится с этой ношей, что он вынесет из этого испытания не только силу, но и мудрость.

Феникс взмахнул крыльями, поднимаясь в воздух. Он сделал круг над алтарем, словно прощаясь с предком, и полетел к выходу из вулкана. Хуан Джен наблюдал за его полетом, чувствуя гордость за своего сына и надежду на будущее империи. Императора мучил лишь один вопрос: это реакция императрицы. Император Хуан Джен знал свою супругу как облупленную. Ее любовь к Дэшену была безграничной, и новость о превращении сына в феникса, пусть и временном, вызовет у нее бурю негодования. Он уже видел в своем воображении гневные взгляды, слышал упреки и, возможно, даже чувствовал удар ее изящного кулачка в плечо. Но он был готов выдержать все это ради будущего империи.

— Твоя мать убьет меня, — глядя вслед удаляющемуся сыну, со вздохом произнес он.

Император покинул священный вулкан, его мысли были заняты не только реакцией супруги, но и теми десятью годами, что Дэшен проведет в облике феникса. Где он будет обитать? Как будет общаться? Кто станет его наставником? Вопросов было много, и император понимал, что ему предстоит решить их в ближайшее время.

Не нужное дитя

Весть о грядущей скорби распространилась по всему континенту бессмертия. Известие взбудоражило и семью Бай, давно ищущую возможность возвыситься над другими кланами. Находясь на границе двух сил — Долины Огня и альянса алхимиков, главе клана приходилось идти на поклон к обоим главам. Стремясь укрепить власть и обзавестись сильными потомками, клан Бай прибегал к межклановым бракам с сильными кланами, однако все попытки были безуспешны. Однако десять лет назад наследнику клана Бай повезло соблазнить талантливую ученицу альянса торговцев. В браке на свет появились двое дочерей, каждая из которых обладала сильной магией и редким духом. И все же клан нуждался в сильном наследнике мужского пола. Узнав об очередной беременности невестки, глава клана Бай Ксу пригласил оракула, жаждая узнать, что ждет будущее его рода. Все старшие члены клана собрались в главном зале за ужином, с нетерпением ожидая прихода оракула.

—Ох, ребенок такой активный, — коснувшись живота произнесла жена наследника клана Чжун Дзин.

—Наверняка боги наконец пошлют вам сильного наследника, — с улыбкой произнесла госпожа Бай Лихуа, старшая вдовствующая дочь главы клана.

—Малыш беспокоит тебя, матушка? — с нежностью и заботой спросила одна из старших дочерей.

—Всё в порядке, малыш просто пинается, это хорошо, ведь это значит, что он здоров, — поцеловав девочку в лоб, ответила женщина.

Двери главного зала распахнулись, и во дворец вошел всеми уважаемый оракул дома Бай. Все члены семьи устремили свой взор на оракула. Он был облачен в простые серые одежды, а его лицо, изборожденное глубокими морщинами, хранило печать мудрости и усталости. Не произнеся ни слова, он установил треножник в центре зала, достал из-за пазухи горсть сухих трав и бросил их в чашу. Травы вспыхнули мгновенным пламенем, окутывая зал терпким ароматом. Дым поднялся к потолку, образуя причудливые фигуры, которые, казалось, танцевали в такт бьющемуся сердцу клана Бай.

Оракул закрыл глаза, его губы зашептали древние слова, понятные лишь духам предков. Атмосфера в зале сгустилась, наполнившись ожиданием и тревогой. Лица членов клана были напряжены, каждый таил свои надежды на исход пророчества. Бай Ксу, глава клана, сидел неподвижно, сжимая кулаки под столом. От исхода этого вечера зависело будущее его рода, его место среди других влиятельных кланов континента.

Через несколько минут оракул открыл глаза. В его взгляде читалась усталость и какая-то непонятная грусть. Он медленно обвел взглядом собравшихся и, откашлявшись, произнес:

—В чреве твоей невестки зреет дитя, способное как возвысить клан Бай, сделав равным по силе остальным великим кланам, так и уничтожить его. Судьба неоднозначна, людские сердца коварны. Ткань будущего изменчива, подобно речному песку. Я вижу лишь отблески грядущих событий, не более. Знаю лишь, что рождение этого ребенка изменит все. Вам, великий глава, придется сделать нелегкий выбор, который определит, возвысится ли клан Бай до небывалых высот или же будет стерт с лица земли.

Закончив говорить, оракул вынул из пространственного кольца посох и молча покинул главный зал, оставляя членов клана Бай в глубоком смятении. Воцарилось напряженное молчание.

Тишину нарушил Бай Ксу. Поднявшись с места, он окинул взглядом своих родственников.

—Слова оракула тяжелы, но в них и надежда. Нам предстоит быть бдительными и мудрыми в решениях. Судьба клана Бай в наших руках, — В его голосе звучала решимость, но в глазах мелькнула тень сомнения. —Не стоит поддаваться панике. Оракул лишь указал на возможность, а не на неминуемость. Наша задача — обеспечить клану Бай наилучшие условия для процветания, вне зависимости от пола ребенка. Мы должны усилить наши позиции в Долине Огня и укрепить связи с алхимиками. Продолжим трапезу. — добавил он, желая успокоить родственников, хоть в нем самом взошли ростки страха.